Текст книги "Ухорез. Тетралогия (СИ)"
Автор книги: Василий Горъ
сообщить о нарушении
Текущая страница: 78 (всего у книги 88 страниц)
Глава 20
16 декабря 996 г. от ВР.
…В пятницу паранойя проснулась раньше меня. И убедила в том, что информация о первом Химерологе и его жертвах может оказаться проверкой на вшивость, инициированной государем или Анциферовым с подачи какого‑нибудь особо дотошного аналитика.
Перед завтраком я поделился этой догадкой с Наташей и нашел полное взаимопонимание:
– Вполне вероятно: внезапные смерти двух королей, кайзера, кардинала и главы внешней разведки Великобритании не могли не вызвать вопросы. А ты – самый сильный маг Земли, соответственно, гипотетически способен взять Пространство и уничтожить врагов Российской Империи. Ну, и почему бы не воспользоваться твоим патриотизмом для определения реальных границ твоих возможностей?
Матушка, с которой я обсудил эту тему после трапезы, заявила то же самое. Но, в отличие от моей напарницы, добавила настоятельный совет:
– В общем, не вздумайте его искать и, тем более, валить: не удивлюсь, если окажется, что этот уродец уже под наблюдением…
Она же помогла проработать линию поведения при общении с генералом и ответы на пяток самых заковыристых вопросов. Так что встреча с Григорием Денисовичем прошла по заранее подготовленному сценарию: я высказал свое мнение об извращенности мышления отдельных соотечественников, заявил, что Химерология должна быть либо запрещена, либо взята под жесточайший контроль государства, поинтересовался, как идут поиски «конченного урода», и высказал надежду на то, что наши ученые рано или поздно разберутся, как «откатывать» направленные мутации, и вернут всех жертв его экспериментов к нормальной жизни.
Ни одного «заковыристого» вопроса Анциферов не задал. Тем не менее, явно анализировал мои реакции на свои утверждения, так как в конце беседы озвучил выводы, косвенно подтвердившие наши догадки:
– Честно говоря, я почему‑то думал, что ваша реакция на преступления этой личности будет заметно более острой.
Я мрачно вздохнул и дал ответ, придраться к которому было нереально:
– Последние месяца два‑два с половиной я почти каждый день вынужденно абстрагируюсь от куда более неприятных новостей. Да, сердцем понимаю, что начинаю черстветь, но разум не дает забывать об отсутствии возможности помогать всему населению планеты. Кроме того, заставляет сравнивать. К примеру, количество жертв этого ублюдка с количеством жертв кислотных испарений слизней в Баотоу. И рвать душу из‑за четырех живых «мутантов» сильнее, чем из‑за девяти тысяч трехсот семидесяти двух погибших, к сожалению, не получается. Впрочем, часть моего сознания непоколебимо уверена в том, что наши спецслужбы едят свой хлеб не зря. А значит, Химеролог будет найден, лишен Дара и показательно казнен. Дабы кошмарная смерть «первопроходца» заставила охолонуть большую часть возможных последователей…
Судя по тому, что генерал быстренько съехал с этой темы на куда менее «скользкую», сыграл я достаточно неплохо. Чем и погордился. После того, как проводил гостя до его «Онеги», подождал, пока вертолет поднимется в воздух, и пошел к особняку.
Следующие два с половиной часа провел в обычном режиме – немного подрессировал матушку, Аню, Дашу и Нину, в компании с Наташей сгонял к порталу, появившемуся в зоне ответственности усадьбы, влез в учетки РОРИ и поднял всех рядовых магов рода в «виртуальный» седьмой ранг, так как в реальности они взяли восьмой, проведал «нашего» кролика, потренировался сам и проинспектировал строителей. Не скажу, что сильно задолбался, но в большую гостиную ввалился загруженным. И выпал в осадок, оценив новые объемы бюстов Вари и Вали.
С чего это вдруг? Да с того, что последние трое суток видел эту парочку либо в верхней, либо в достаточно свободной одежде, а тут девчата надели обтягивающие водолазки и продемонстрировали… хм… товар лицом. И явно не просто так. Поэтому я сделал один общий комплимент, кстати, принятый благосклоннее некуда, обратил внимание на грудь Державиной, тоже начавшую подрастать, и даже поучаствовал в шуточном обсуждении «неземной красоты» женщин моего рода, инициированном матушкой.
После первой перемены блюд мне позвонила «доблестная защитница». Я был уверен, что сестренка жаждет поблагодарить нас за подарок, поэтому сходу вывел ее голос на внешний динамик и весело поздоровался. Однако, как выяснилось уже через мгновение, она звонила по причине поинтереснее:
– Привет, Олег! Я, помнится, рассказывала о преподавателе биологии, у которого выиграла миллион. Так вот, этот самовлюбленный недоумок имел наглость влезть в мой разговор с подружками и заявил, что мое утверждение «Этот нож взят с боя у представителя иномирной цивилизации…» является самым беспардонным враньем, которое он когда‑либо слышал. Так как ни на одной видеозаписи вторжений ящеров ни у одной рептилии не имелось при себе подобного оружия, а даже если бы оно и было, то для разумных ростом от метра шестидесяти пяти до метра восьмидесяти «эта железяка» слишком большая и слишком тяжелая!
Я мгновенно переключился в боевой режим:
– Танюш, как я понимаю, этот самовлюбленный недоумок где‑то рядом?
– Да: стоит рядом и надувает щеки! – злобно сообщила она, а где‑то на заднем фоне прозвучало недовольное блеяние «недоумка». Вот я к последнему и обратился:
– Господин… не знаю, как вас по имени‑отчеству. Клинок, который я подарил Татьяне Тихоновне, действительно взят с боя. Но не у ящеров, а у представителей другой разумной цивилизации – медведей. Да, о том, что на Землю вторгаются и они, еще нигде не сообщалось. Но это не меняет ровным счетом ничего: вы оскорбили мою любимую сестренку , значит, ответите за это оскорбление сегодня же . В первом, гуманном варианте, извинитесь перед ней в течение пяти минут и перечислите в качестве виры очередной миллион . А во втором – часов, эдак, через шесть‑семь – либо будете унижены и потеряете лицо перед всей Российской Империей, либо сдохнете в дуэльном круге. И последнее: я в течение минуты пришлю Татьяне Тихоновне фрагмент записи моего боя с разумными медведями, дабы вы могли убедиться в том, что они существуют. И подожду вашего решения еще четыре . Время пошло…
Преподаватель меня обломал – сломался еще до конца просмотра того самого фрагмента. Поэтому доблестная защитница получила и извинения, и миллион, и море удовольствия от капитуляции заклятого врага, а я не смог забить на прием по случаю совершеннолетия Раисы Захаровой по более чем уважительной причине. Настроения это, естественно, не добавило, поэтому во время обсуждения злобности Державиной‑младшей я мрачно уминал второе, поглядывал в окно на первые снежинки – предвестники метели, и представлял альтернативный вариант развития событий. А после того, как дамы замолчали, спросил у Даши, на чем в ее отсутствие мелочь мотается в лицей и обратно.
– На «Лагуне», конечно! – «предельно серьезно» ответила она, помучила нас театральной паузой и ехидно ухмыльнулась: – Я по просьбе Таньки наняла в качестве сменного водителя отставного автогонщика. Так что она и Петька получают удовольствие от каждой поездки, а род продолжает беситься…
…С пятнадцати ноль‑ноль и до семнадцати десяти я срывал злость на варанах – валил их без использования «слоеных» заклинаний и исключительно в ближнем бою. Но на моем десятом ранге бои с «танками» седьмого класса опасности особо не напрягали, поэтому в какой‑то момент я пришел к выводу, что полноценно не отвлекусь даже в том случае, если сцеплюсь сразу с двумя особями, забил на это дело, подождал, пока Наташа положит своего монстра, оставил остатки стаи Осоргиным и потопал к дому. А там завалился в спортзал и, поймав взгляд матушки, заявил, что готов выслушать ее ценные указания.
Она ехидно усмехнулась, поручила Дашу с Ниной заботам Вари и Вали, натянула спортивный верх и подняла нас в свою гостиную. А там рухнула в любимое кресло, возложила руки на подлокотники и посерьезнела:
– Начну с подарков. Захарова справляет совершеннолетие и, де‑юре , становится девушкой на выданье . Поэтому дарить ей абы что нельзя. Нельзя дарить и то, что, вроде как, разрешают традиции: при наличии желания и мозгов – а у главы этого рода имеется и то, и другое – любой твой дар может быть истолкован, как намек на желание породниться, и использован в качестве рычага давления. Но позволять кому бы то ни было давить на тебя я не собираюсь, так что ты преподнесешь имениннице серебряный сертификат на приобретение шмотья в салоне Волковой и букет иномирных цветов. Логику понимаешь?
Я утвердительно кивнул:
– Салон – престижнейший, а его хозяйка нас не подставит, к примеру, подтвердив утверждение Захаровых, что этот сертификат выдан на покупку эротичного нижнего белья. Далее, серебряный – ни разу не платиновый и даже не золотой, то есть, его не переоценить при всем желании. И последнее: этот подарок нельзя будет надеть после вручения и при гостях дать понять, что он был обещан заранее, радостно принимается в знак чего‑либо и так далее. Ну, а букет из растений, отсутствующих в атласах по флориографии, невозможно истолковать языком цветов.
– Верно! – удовлетворенно кивнула она и посмотрела на мою напарницу: – А если этот букет соберет Наташа, то истолковывать его просто не захочется.
– А она соберет… – хохотнула «Природница». – И именно такой. Так что этот вопрос, можно сказать, снят.
– Тогда перехожу к следующему… – сыто мурлыкнула моя родительница и продолжила в том же духе…
Грузила порядка полутора часов. А после того, как сочла, что мы готовы, отправила Наташу с Аней в теплицу с подарками Белосельского, дождалась щелчка дверного замка и спросила, обдумал ли я просьбу нового руководства ИСБ, переданную через Лемешева.
Я невольно вздохнул:
– Обдумал. Но очень не хочу связываться еще и с ними: мы уже помогаем Белосельским, Конвою, Голицыну, Анциферову с его «Ведунами», силовикам Белоярска и даже митрополиту Симеону. Поэтому посмотреть, чего достигли две лучшие группы захвата, я теоретически могу. Но предпочел бы раз в сто лет помогать с усилением самому Ярославу Михайловичу, а о его начальстве даже не вспоминать.
– Я того же мнения. Поэтому рекомендую посоветоваться с Анатолием Игоревичем. Причем в ближайшие дни: он представляет все расклады, считает себя твоим должником и наверняка подскажет, как выкрутиться из непростой ситуации с минимальными репутационными потерями. Только имей в виду, что общаться на такие темы лучше тет‑а‑тет. И что вызывать к себе Голицына тебе не по чину…
…К Захаровым прилетели без семи восемь или за считанные минуты до завершения времени, традиционно выделяемого хозяевами на встречу гостей. Пока глушили двигатели, выбирались из «Икара» и добирались до особняка, прошло еще четыре. Поэтому глава рода и именинница физически не смогли затянуть обмен приветствиями, прием поздравлений и другие обязательные телодвижения до безобразия. Впрочем, оба предсказанных действия все‑таки совершили: Раиса Львовна и две ее родственницы постарше попробовали «прочитать» послание, зашифрованное в букете, не узнали ни одного цветка и обломались, а потом наплевали на традиции, распаковали коробку с подарком и обломались снова, обнаружив в нем тот самый сертификат. Тем не менее, улыбались на разрыв щек. И, как выяснилось значительно позже, планировали освежить знания, покопавшись в атласах по флориографии. Но занялись этим неблагодарным делом уже после того, как проводили нас ко входу в зал для приемов. Так что мы спокойно переступили через порог, пообщались от силы с тремя группами дворян и со спокойным сердцем повернулись к возвышению, на которое вышли представители трех поколений Захаровых – именинница, ее родители и дед с бабкой.
Наташа скользнула в мои объятия, хотя в этот раз давкой и не пахло, а я на всякий случай накрыл наскуполом и вслушался в приветственную речь главы рода… краем уха. Ибо большей частью сознания наслаждался легкими и фантастически приятными прикосновениями пальчиков подруги к тыльной стороне моих ладоней, запахом ее волос и теплом тела. Ну, а она, оказывается, контролировала еще и воздух. Поэтому в какой‑то момент дважды напрягла спину и демонстративно остановила струйку какой‑то дряни, «скользившей» в нашу сторону над самым полом. Тут я заставил себя вернуться в рабочий режим, помог напарнице вернуть «дрянь» отправителю, поднять на уровень его лица и заставить ею подышать. Ну, и придержал этого мужика на месте воздушным коконом . А то ему что‑то не понравилось.
Оставшееся время официальной части мероприятия прошли спокойно. А во время аплодисментов, которыми гости поддержали поздравление главы рода, этот, надышавшийся, смачно шлепнул по заднице женщину, стоявшую чуть правее, и в полный голос заявил, что с удовольствием ей отдался бы.
Пощечина «хозяйки» не прошла – не продавила покров уровня, эдак, сорок шестого. Зато его продавил «слоеный» кулак ее супруга, оказавшегося заметно сильнее любителя аппетитных задниц. Нижнюю челюсть последнего сломало в двух местах. И, до кучи, выключило бедняге свет. Поэтому дуэли не случилось. Но мероприятие вернулось в прежнюю колею только минут через десять.
Следующее условно интересное событие случилось уже в фуршетном зале, когда именинница, обходившая гостей в компании матушки и старшей сестры, подошла к нам и, выслушав мои поздравления, восторженно заявила, что вне себя от счастья, ибо настолько редкие цветы ей еще не дарили.
Все ближайшие представительницы слабого пола мгновенно навострили ушки, и Захарова продолжила повышать значимость моего подарка. Пришлось цепляться к одной из фраз и спускать мечтательницу с небес на землю:
– Ставить этот букет в спальню не советую: да, пахнут они приятно. И выглядят неплохо. Но мы только начали изучать флору иных планет, поэтому пока не представляем большей части свойств этих растений.
– Вы хотите сказать, что собрали для меня цветы в каком‑то из миров за порталами⁈ – восторженно протараторила Раиса и не угадала:
– Нет: иномирные растения собирали специально обученные люди для научно‑исследовательских институтов Империи. Но некоторая часть добычи была преподнесена в дар моей подруге. Так что цветы для букета, подаренного вам, срезали в моих теплицах под чутким руководством Натальи Георгиевны.
Захаровы обломались. Но именинница все равно поблагодарила Наташу за хороший вкус, поболтала со мной еще немного и продолжила анабазис. А нас «атаковала» Арина Кирилловна. В смысле, подплыла слева‑сзади, одарила ослепительной улыбкой и защебетала, как ни в чем не бывало. К сожалению, послать ее лесом у меня не было моральных оснований, ибо извинения ее деда были приняты, поэтому я был вынужден улыбаться и терпеть. Впрочем, терпел не так уж и долго: девушек, которым поставили задачу меня обаять, в зале хватало, а оттирать конкуренток те, которые повзрослее, научились намного раньше Ильиной. Вот ее и затюкали. Причем толково, технично и красиво. К сожалению, потом одна из победительниц решила попробовать на излом мою напарницу и первым же вопросом переключила меня в боевой режим:
– Олег Леонидович, а вас не смущает, что еще в конце сентября ваша напарница работала в «Ирисе»?
– Нет, не смущает… – равнодушно ответил я, затем заметил во взглядах большей части мужчин о‑о‑очень неприятные коктейли чувств и насмешливо поинтересовался: – А должно?
В этот момент брюнетку вознесло в воздух коконом Натальи и заткнуло ее же лентой . А затем напарница объяснила суть провокации:
– Эта тупая овца намеренно опустила несколько слов: «флористом», «в элитном салоне цветов» и определение «белый». Поэтому у тех, кто большую часть времени прожил во Владимире, появилась вполне конкретная догадка, так как «Белый Ирис» – это элитный салон цветов, а «Розовый» – компания, предоставляющая всем желающим услуги элитных проституток.
Я задумчиво оглядел брюнетку, распятую между четырьмя фрагментами кокона в стиле незабвенного Уильяма Кавендиша, и поймал взгляд подруги:
– Ты можешь и ошибаться: вполне возможно, что она просто‑напросто ищет возможность устроиться в «Розовый Ирис» по блату, но все никак не найдет.
– Это меняет дело… – хищно оскалилась «Природница», вырастила на правом кулаке тычковый нож и шагнула к любительнице потрепать языком. Первым делом срезала подол потрясающе красивого черного платья по самые трусы. Потом углубила декольте. Да так, что выставила на всеобщее обозрение две трети груди. А на последнем этапе избавила тушку от большей части дорогущих украшений, отбросила их в сторону и мило улыбнулась:
– Вот теперь вы сможете найти клиентов прямо на этом мероприятии. Но побрякушки могли помешать – с ними вы выглядели бы опытной проституткой. А сейчас можете показаться начинающей. Если изобразите робость…
Зрители грохнули. Но стоило мне нахмуриться, как рядом с нами стало тихо. И я, поймав взгляд «распятой», поставил точку в этом спектакле:
– Вы действительно тупы, как бревно: ни один здравомыслящий человек ни за что на свете не решился бы портить отношения с самыми сильными Одаренными планеты. А вы это сделали. Благодаря чему опозорились на всю Империю. Далее, я могу вас сломать прямо сейчас и выяснить, кто приказал заляпать мою подругу грязью. Но вы – женщина. Поэтому я поступлю иначе: дам главе вашего рода время до вечера воскресенья. И если этот клинический идиот не приедет ко мне в поместье и не вымолит прощение, то в понедельник утром я объявлю вам межродовую войну и проведу ее в том же стиле, в котором переехал Смирновых. То есть, лишу ваш род всех членов Совета. И последнее: вы болтаетесь в воздухе уже не первую минуту, но вас так никто и не защитил. Значит, те, с кем вы прибыли на этот прием – либо подлецы, либо трусы. Делайте выводы…
Глава 21
Ловите бонус за 600 сердечек )) Приятного чтения…
16 декабря 996 г. от ВР.
…Высказывать мне свое «фи» Енакиевы так и не рискнули – незаметно вывели Людмилу Антоновну из зала и пропали с концами. Ну, а нас с Наташей продолжили очаровывать креатуры глав родов поумнее и порасчётливее. Так что парни и молодые мужчины начали искать подходы ко мне, фантастически изобретательно завоевывая уважение и создавая предпосылки для появления первых ростков будущей «дружбы навеки», а девушки и женщины в том же стиле подкатывали к напарнице.
Само собой, не обошлось и без завуалированного сбора «стратегически важной» информации – практически каждая поднимаемая тема беседы рано или поздно сползала к вопросам о магии, заклинаниях, особенностях развития Одаренных на высоких рангах и личных наработках. А как минимум две группы страждущих оказались в курсе очередной победы Таньки Державиной. И пусть воспользоваться этим знанием для особо оригинального подката смогла только одна, зато вторая добавила рассказу «объема» и довела слушателей до смеховой истерики.
Кстати, жизнерадостный хохот блондинки лет тридцати, рисковавшей потерять лиф темно‑красного платья без бретелек, привлек к себе внимание Захаровых.
И, вероятнее всего, прилично напряг. Поэтому буквально через пару минут к нам подошел папаша именинницы, дождался первой же паузы в монологе очередного оратора и попытался увести меня к равным по статусу. В принципе, к формулировке этого приглашения, стилю подачи информации и эмоциональному сопровождению не докопался бы даже самый придирчивый ревнитель традиций. Но мне не хотелось отвечать на вопросы интриганов в разы опытнее и изворотливее меня, поэтому я воспользовался единственным логическим изъяном монолога Льва Евгеньевича и обломал его в очередной раз:
– Прошу прощения, но я не курю и не дышу этой отравой в принципе. Поэтому общаться с кем бы то ни было в сигарном зале не готов…
Само собой, попросил передать «равным по статусу» мои глубочайшие извинения, так что Захаров ушел к главам родов несолоно хлебавши. А через несколько секунд после его «исчезновения» мне задали очередной вопрос о разумных мишках. Причем с таким количеством дурно пахнущих подковырок, что я разозлился. Поэтому поймал взгляд холеного красавца‑мужчины, вроде как, пытавшегося набиться в друзья, но периодически привычно задиравшего подбородок, и обострил разговор:
– Марк Артурович, наш государь и наши спецслужбы не засекречивают все и вся, не сидят, сложа руки, не перекладывают свою ответственность на наши плечи и не ждут, пока проблемы рассосутся сами. Поэтому Российская Империя – единственное государство планеты , адаптирующееся к новым реалиям без смен династий, братоубийственных войн и сколь‑либо серьезных треволнений. Говоря иными словами, узнав о первых вторжениях разумных медведей, наш Император сделал все необходимое для того, чтобы отбить этим тварям всякое желание появляться на Земле. То есть, заставил их умыться кровью, взял «языков» и, вне всякого сомнения, вот‑вот заставит последних поделиться всем, что они знают и умеют. А значит, следующие вторжения мы встретим во всеоружии и, тем самым, минимизируем возможный ущерб. Кстати, скажите, пожалуйста, а что по‑настоящему великого вы, любитель критиковать решения главы государства, сделали для своей страны? Ну же, не стесняйтесь: как вы только что заявили, сейчас не время для пустопорожней болтовни, а единственный способ выжить – это сплотиться по‑настоящему.
– Только не рассказывайте о своих невероятных успехах в изучении магии, ладно? – подхватила Наташа. – Вы ощущаетесь уровнем пятнадцатым‑шестнадцатым, а значит, можете в лучшем случае теоретизировать . Причем как в «боевых» специализациях, так и в целительстве, Приручении и магии Природы…
«Красавец‑мужчина» пошел красными пятнами и постарался заглушить смешки окружающих:
– Я – финансист. И обеспечиваю боевые группы рода всем необходимым.
– То есть, разбираетесь в финансах… – подала голос Ульяна Урусова, до этого момента не вмешивавшаяся в разговоры взрослых гостей приема.
– Верно! – гордо заявил «финансист». И влип:
– Тогда скажите, пожалуйста, ВЫ бы смогли переключить финансовые потоки самого большого государства планеты в новый режим эффективнее, чем это сделала команда Его Императорского Величества, и… с чего вы взяли, что ваши знания в финансовой сфере позволяют критиковать деятельность государя, армии и спецслужб?
– Любой диван – это Место Силы и Прозрения… – язвительно фыркнула Наташа, народ расхохотался, а «красавец‑мужчина» злобно покосился на мою напарницу и сорвался на лицеистку. Вернее, попытался ее унизить, но она продавила его покров Жизнью уже на второй фразе и приложила парой‑тройкой незнакомых заклинаний. А после того, как бедняга посерел, взмок и сжал зубы, холодно оскалилась:
– Вы живете давно устаревшими реалиями. А в нынешних магам второго ранга крайне небезопасно оскорблять даже Одаренных третьего. Так как места Силы и Прозрения не даруют абсолютную защиту. К сожалению, вызвать вас на дуэль я не вправе, ибо знаю, что намного сильнее , и чту Закон. Зато могу помочь ощутить мое недовольство. И сообщить, что через минуту‑полторы нарастающая боль, которую вы сейчас испытываете, станет невыносимой, а мелкие изменения в «настройках» вашего организма – необратимыми. Намек понятен, или мне продолжить?
– Это возмутительно! – воскликнула какая‑то дебелая тетка лет сорока. И взбесила меня:
– Возмутительно поведение болтуна, сначала критиковавшего решения Императора, затем не сумевшего ответить на логичный вопрос лицеистки, испугавшегося высказать претензии моей подруге и решившего сорваться на девушке намного младше себя. А в нынешних реалиях это действительно небезопасно. Ибо Ульяна Игоревна Урусова – не только намного сильнее, но и в разы опытнее этого клоуна. Впрочем, я уважаю ее не только за это, но и за настоящий, а не изображаемый патриотизм, исключительную порядочность, редкую целеустремленность, острый ум и умение работать в команде. Так что поддерживаю если не близкую подругу, то надежного делового партнера…
…Словосочетание «намного сильнее», походя озвученное Урусовой, заставило большую часть гостей приема оценить плотность ее покрова . Мы с Наташей чувствовали своего рода «щупы», поэтому мысленно угорали. Ведь она ощущалась шестым рангом. А самые высокоуровневые «проверяльщики» были от силы пятыми! Вот бедняг и плющило. Впрочем, не так уж и долго – в какой‑то момент они вспомнили о полученных распоряжениях и продолжили заваливать нас вопросами, предложениями и советами. Но к этому гомону мы уже притерпелись. Поэтому реагировали только на те реплики, на которые хотелось. А остальные игнорировали.
Увы, в начале одиннадцатого Захаровы сделали очередной шаг в своей игре – пригласили ВСЕХ гостей в бальный зал. Хотя на приемах такого типа подобные кунштюки обычно не устраивались. Само собой, главы родов куда‑то исчезли. Ведь им, птицам высокого полета, было невместно «дергаться» в компании молодежи. Меня к ним, естественно, не пригласили. И убрали из поля зрения всех старших представителей рода, к которым я теоретически мог обратиться за «помощью». Зато выпустили в зал именинницу, которая в день своего рождения могла пользоваться правом «первой ночи».
Впрочем, самым милым штрихом ловушки оказался проигрыш, уже настраивающий народ на конкретное действо. Увы, Наташа, как недавняя мещанка, по определению не могла достойно станцевать бранль из‑за переизбытка очень сложных фигур, стандартных положений и довольно своеобразного темпа. А значит, я был обязан оставить ее на растерзание кавалеров и пригласить Раису, мать ее, Львовну, явно подготовленную к этому действу.
Я разозлился. И собрался, было, использовать домашнюю заготовку – через матушку срочно вызвать нас в усадьбу. Но в этот момент к нам подошла Урусова и, не шевеля губами, предложила вариант поинтереснее:
– Вы могли пообещать бранль мне. К примеру, в шутку. А я не только поймала вас на слове, но и только что истребовала долг. Да, во время нашего танца к Наталье Георгиевне будут липнуть навязчивые кавалеры. Но если вы оставите ее рядом с моим батюшкой, то он заткнет кого угодно. И последнее: в этом предложении нет второго дна – мы просто‑напросто воздаем добром за добро.
– Раз обещал, значит, имею честь вас пригласить… – с поклоном заявил я, почувствовав, что справа‑сзади приближается «силуэт» Раисы Львовны, подхватил обеих дам под локотки и отвел Наталью к Игорю Матвеевичу.
Захарова‑младшая не унялась – нарисовалась рядом с нами через пару секунд после начала общения и изъявила желание ангажировать меня на этот танец. Подчеркивать, что он – первый, конечно же, не стала. Но я, в отличие от моей напарницы, и родился, и вырос в семье потомственных аристократов, соответственно, прекрасно знал, как много чего можно «инкриминировать» первому кавалеру девушки в день ее совершеннолетия. Вот и развел руками:
– Был бы счастлив с вами потанцевать. Но уже связан словом. Поэтому прошу понять и простить…
Раиса потемнела взглядом, но лицо не потеряла: изобразила изысканный реверанс и свалила на поиски другого «избранного», а мы продолжили беседу. Вернее, Урусов‑старший усмехнулся одними глазами и, не шевеля губами, предупредил, что Захаровы не уймутся, а я равнодушно пожал плечами и в том же стиле заявил, что подыгрывать им не подписывался.
Игорь Матвеевич удовлетворенно кивнул и сделал еще более значимый шаг навстречу:
– Олег Леонидович, минут сорок пять тому назад в зоне ответственности нашего поместья под Большим Улуем открылся зеленый портал, из которого выбирается стайное зверье пятого и шестого класса опасности. Боеприпасов для тяжелого вооружения у нас хватает, но мои могут сообщить, что запасы ракет подходят к концу… эдак к середине первого танца. И я буду вынужден попросить вас о помощи. Что скажете?
– Просите… – все так же, не шевеля губами, ответил я. – Мы вылетим к вам незамедлительно…
…Валить зверье в поместье Урусовых мы с Наташей, естественно, не стали – перепоручили это дело личному составу тревожной группы, которую я брал с собой на прием к Захаровым. Так что нас подняли на хозяйский этаж, завели в небольшую и очень уютную гостиную, посадили за стол и принялись поить чаем со свежайшими эклерами. Первые несколько минут «солировал» Игорь Матвеевич – задавал нейтральные темы для застольной беседы и раз в сто лет достаточно тонко шутил. А потом на мой телефон упало какое‑то уведомление, и я, кинув взгляд на экран, услышал спокойный голос Ульяны: – Я перечислила вам половину виры, полученной от Климова: если бы не ваше вмешательство, он бы попробовал выкрутиться: этот род славится на редкость кручеными крючкотворами, а такие вопросы лучше решать сразу. Далее, я искренне благодарна и за комплименты, и за словосочетание «деловой партнер». А фраза «если не близкая подруга» оставила неприятный привкус: я считаю вас другом и буду счастлива, если согласитесь перейти на обращение по имени и на «ты». Наталья Георгиевна, я уважаю и вас. Но вы старше. Поэтому буду рада одностороннему упрощению общения. И последнее: несмотря на то, что шестнадцать мне исполнится только в конце января, и дед, и родители считают меня совершеннолетней, позволяют брать на себя ответственность за любые решения и поддерживают даже в тех начинаниях, о которых еще не знают. Так что в моем желании дружить нет ни второго дна, ни каких‑либо планов моих родичей. Порукой тому мое слово.
– Олег… – заново «представился» я в знак того, что согласен перейти на «ты» и все такое. А Наташа коротко кивнула. И это было правильно: ей было невместно позволять пятнадцатилетней девчонке обращаться к себе по имени. Поэтому я изыскал возможность уронить в ее личный канал плюсик и ничуть не удивился, получив распространенный ответ:
«Я – дворянка только по документам и даже близко не представляю, как реагировать на подобные предложения. Поэтому решила подождать твоих объяснений…»
Я в том же режиме назвал ее умницей, поболтал с Урусовыми еще минут десять, поймал долгожданное сообщение матушки и посерьезнел:
– В зоне ответственности моей усадьбы, наконец, появился портал, из которого выбирается зверье седьмого класса опасности. По большому счету, мы там не нужны. Но уже достаточно поздно, поэтому я воспользуюсь более чем убедительной причиной откланяться. А тревожную группу оставлю. Дабы ни одна скотина не смогла заявить, что я бросил вас в безвыходной ситуации. Еще раз большое спасибо за то, что помогли улететь с приема Захаровых. Будет время и желание – заглядывайте в гости.
Абсолютное большинство аристократов в аналогичной ситуации начало бы убеждать нас не торопиться. А эти коротко поблагодарили за приглашение, поднялись из‑за стола и проводили до квадрокоптера. Поэтому я пожал руку Игорю Матвеевичу, весело назвал Ульяну спасительницей, следом за Наташей поднялся в салон, подождал, пока хозяева отойдут подальше и потеряются в начинающейся метели, завел движки и поднял борт в воздух.
