Текст книги "Ухорез. Тетралогия (СИ)"
Автор книги: Василий Горъ
сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 88 страниц)
…Забавно, но алгоритм освоения взгляда в себя , придуманный походя, сработал с полпинка: пока мы «гасили» ядра очередной партии «пациентов» и усиливали нужные кластеры дармовой энергией, Красовская разглядела свое ядро, изучила магистральные каналы и потерялась в периферийных. Впрочем, услышав шелест открывающейся двери, вернулась в реальность, вскочила на ноги и так ярко засияла, что мы обошлись без ненужных вопросов и перешли к поздравлениям. А после того, как закончили, я снова взял власть в свои руки и продолжил загонять женщину в нужное мне состояние души – объяснил, по какой причине рекомендую ей «взять» Воду и Воздух, показал, как работает воздушное лезвие , увидел во взгляде предвкушение и поднял всю компанию в ванную матушки.
Технологию последовательной инициации в эти стихии объяснил уже там, подождал, пока Лосева раскатает резиновый коврик на нужном участке пола, повернулся спиной к Наталье, задвинул куда подальше мысль о том, что она вот‑вот разденется до белья, и секунд через тридцать начал раскручивать смерч .
Красовскую «накрыло» буквально через минуту. А еще через три она «взяла» Воду и, как выяснилось чуть позже, расчувствовалась. Но я этого не увидел. Из‑за матушки, вытолкавшей меня из помещения чуть ли не пинками. Впрочем, благодарности мне досталось предостаточно – нарисовавшись на пороге гостиной, Природница обожгла меня взглядом, полным благодарности, счастья и обожания, потом наговорила всякого‑разного и заявила, что должна мне по гроб жизни.
Я понимал, что ее несет из‑за эйфории, вызванной обретением взгляда в себя и двумя инициациями, но все равно немного понаслаждался эмоциями, безостановочно выплескиваемыми на меня дуреющей женщиной, потом мягко улыбнулся, поздравил ее с превращением в «настоящую волшебницу» и задал провокационный вопрос:
– Дальше развиваемся, или как?
– Да!!! – восторженно выдохнула она, не обиделась на смешки матушки и Анны Филипповны, и превратилась в слух.
– Активируйте взгляд в себя и обратите внимание на то, что теперь ваше ядро состоит из трех секторов разного цвета. На нынешнем уровне развития это нормально. А для перехода на следующий необходимо помочь всем пяти магистральным каналам разделиться на «жгуты» из трех стихийных. Кстати, если вы присмотритесь к точкам прикрепления магистральных каналов к ядру, то обнаружите, что процесс уже начался. Поэтому ловите ритм его пульсации и мысленно сопровождаете волны энергии от ядра к периферии. Первое время будет не хватать чувствительности. Но она появится. При должном упорстве…
Она кивнула в знак того, что обязательно упрется, и я продолжил в том же духе – помог ей «почувствовать» окружающий воздух и содержащуюся влагу, объяснил, как ее конденсировать, поймал женщину, пошатнувшуюся от дичайшей усталости в момент «материализации» Ее Первой Капли Воды, и закончил «персональное занятие» еще одним монологом:
– Для того, чтобы восстановить потраченную энергию, надо встать под душ, «почувствовать» Воду и мысленно «впустить» ее в себя. Поэтому какое‑то время вам придется тренироваться, можно сказать, не покидая ванной. Но оно того стоит. Так что дерзайте… в меру. То есть, найдите режим, в котором развитие будет достаточно быстрым, но не выматывающим, не стесняйтесь задавать вопросы и не вздумайте умалчивать о проблемах: главный принцип наших тренировок – «Не навреди…» И последнее: с этого момента можете считать себя частью моего ближнего круга. На этом пока все. Так что можете бежать в свою ванную. И ждем на ужин.
Она сложилась в поясном поклоне, выпрямилась, поблагодарила всех троих за то, что дали ей шанс стать нужной, пообещала не разочаровывать и унеслась к себе.
Я дождался щелчка дверного замка и криво усмехнулся:
– У меня сложилось стойкое ощущение, что ей всю жизнь недодавали тепла, поэтому наше сводит с ума.
– Так и есть… – подтвердила матушка. – Она тянется к нам всей душой. И… дико боится обжечься снова. Вернее, боялась. До инициаций. А после них наплевала на свои страхи и теперь ощущается мотыльком, летящим на свет костра. В общем, не обожги – и будет тебе счастье.
Анна Филипповна тоже захотела высказаться – по‑ученически подняла руку, дождалась моего кивка и… попросила отпустить ее к Красовской.
Хотя бы на полчасика. И объяснила этот порыв:
– Я помню себя в аналогичном состоянии, поэтому считаю, что Наталье жизненно необходимы моральная поддержка и присмотр. Первая поможет закрепить положительное отношение к вам и вашему роду, а второй не даст навредить только‑только мутировавшей энергетике из‑за желания доказать вам свою нужность.
Я обдумал ее аргументы, мысленно поставил себя на место Природницы и озвучил принятое решение:
– Иди. И делай все, что считаешь должным. Только не выключай телефон – второй борт с «донорами Силы» должен быть уже на подлете.
Собирался посоветовать что‑то еще, но тут ожил телефон, и я, услышав мелодию вызова, торопливо поднес его к уху:
– Слушаю…
– Олег Леонидович, Антошка засек красный портал в квадрате восемь‑два. Расчетный диаметр – два метра сорок сантиметров… – доложил Щепкин и перешел к подробностям: – Он появился на возвышении и торчит над землей буквально на десять‑двенадцать сантиметров. Наши действия?
– Отправляете к нему бойцов дежурной смены – пусть развернут МЗП, отойдут на приличное расстояние и понаблюдают за этой «дугой» в бинокли. Если на нашу сторону выберется хоть что‑нибудь, то я приеду и поучаствую в уничтожении. Нет – ограничимся наблюдением: красные порталы, вроде как, самые короткоживущие и «схлопываются» в течение тридцати‑шестидесяти минут с момента появления…
Глава 8
28 сентября 996 г. от ВР.
…С последней партией «доноров Силы» разделались в пятом часу утра и перебрались в спортзал. Разбираться с итоговыми результатами развития в экстремальном режиме. Для начала измерили радиусы области контроля. Мой вырос до десяти целых трех десятых метра, а у матушки и Анны Филипповны – до семи целых и шести десятых. Потом я выяснил, что могу переместиться единичным рывком на восемь метров десять сантиметров, а целительница, «пощупав» пациентку, уверенно заявила, что с нынешней мощью лечения полностью восстановит плечо максимум за двое суток… даже без «помощи» регенерации моей родительницы.
Тут нам на какое‑то время стало не до экспериментов – мама на радостях затискала сначала Лосеву, а затем меня, пообещала порадовать обоих и чуть‑чуть подурила, описывая наиболее вероятные реакции «обычных» врачей на чудеса магической медицины.
Впрочем, в какой‑то момент снова посерьезнела и потребовала, чтобы я научил ее чему‑нибудь новому. Причем покошмарнее.
Я немного поколебался и пошел ей навстречу. Вернее, подхватил под здоровый локоток, в том же стиле взял на прицеп ее помощницу, подвел дам к щитам, в которые обычно всаживал воздушные лезвия , и ударил в правый верхний новым заклинанием, которое придумал накануне вечером и обозвал пятнышком .
Бил еле‑еле. То есть, вложил столько Силы, сколько требовалось для превращения в уголь «пятнышка» диаметром в три‑четыре сантиметра. И не подумал, что за ночь вложил в свое развитие достаточно приличный объем «халявной» энергии и поднялся на следующий уровень. Вот и перестарался – превратил центр дубовой плашки толщиной в двадцать сантиметров в пепел!
– Ого!!! – ошалело воскликнула матушка и дурашливо затараторила: – Хочу‑хочу‑хочу!!!
Я улыбнулся, получил в селезенку, выслушал коротенький, но злобный ультиматум, и начал издалека:
– Мне тоже хотелось научиться чему‑нибудь новому. Поэтому я включил голову, вспомнил школьный курс физики по электричеству и решил создать плазменный жгут , используя Молнию и Воздух. Как ни странно, получилось достаточно легко. Но мне показалось, что чисто визуально он повторяет самый обычный разряд . Да и прилично демаскирует, показывая противникам, кто именно их атакует. Поэтому я немного поэкспериментировал и, в конечном итоге, получил вот этот вариант: в нем плазма возникает на последних двух‑трех сантиметрах «канала пробоя». Причем практически мгновенно. И выдает воистину ужасающую мощь. Так что название «пятнышко» ему не подходит, но мне нравится. Кстати, мам, кластер периферийных каналов, который я посоветовал развивать на этой партии «доноров», как раз под это заклинание.
Следующие четверть часа я объяснял ход своих мыслей на каждом этапе создания этой жути, делился ощущениями и с помощью взгляда не в себя корректировал неправильные «вибрации». А после того, как родительница получила промежуточный результат – плазменный жгут – радостно заявила, что, кажется, поняла, как превратить его в пятнышко , занялся Лосевой:
– Ань, а тебе пора освоить лезвие двух стихий – Воды и Воздуха. Да, на первый взгляд, звучит безумно, но у меня оно прекрасно летает, великолепно втыкается и дырявит намного лучше, чем изначальное воздушное.
Она встрепенулась, изумленно уставилась мне в глаза и получила по попе. Само собой, в переносном смысле этого выражения:
– Раз ты – в нашем ближнем круге, значит, я забочусь и о тебе . Вопросы?
Вопросов у нее не оказалось. Зато желания учиться – выше крыши. Вот я и помог «взять» мозговыносящее на этапе освоения, зато умопомрачительно эффективное заклинание. А после того, как целительница десять раз подряд сформировала и более‑менее уверенно отправила лезвие двух стихий в щит, прервал тренировку и загрузил женщин еще одним требованием:
– Для начала неплохо. Скорость формирования и точность отработаете сами как‑нибудь потом. А сейчас я хочу оценить плотность покровов . Причем и ваших, и своего.
Оценивал в «обычном режиме» порядка четверти часа. Потом сбегал к себе, позаимствовал в оружейном шкафчике легкий бронежилет и отцовскую «Тишь», вернулся в зал, натянул «стандартную защиту» на родительницу и потребовал сформировать воздушный покров .
– Стресс‑тест? – понимающе усмехнулась она, заявила, что готова, даже не моргнула в момент выстрела и спокойно выдала вердикт: – Заброневого воздействия нет. А запаса мощности – предостаточно: по моим ощущениям, пуля, выпущенная в упор, просадила менее десяти процентов плотности. Так что я сейчас сниму броник и приму на себя выстрелов пять…
В этот момент отмерла Лосева, и матушка обратилась к ней:
– Ань, этот стресс‑тест на порядок более гуманный, чем те, которые нам с Олегом регулярно устраивал мой покойный супруг. И пусть меня он берег намного больше, чем сына, но в боевой обстановке не растеряюсь и я. А теперь вопрос к тебе: ты намерена превращаться в боевую волшебницу , или ну его, такое счастье, к этой самой матери?
– Намерена! – твердо сказала целительница, повернулась ко мне, заявила, что воздушный покров уже поднят, и тряхнула волосами: – Стреляйте!
Выстрелил. Подождал, пока женщина поверит в то, что магия способна защищать даже от такого воздействия, всадил пять пуль в покров матушки и озвучил вердикт:
– Итак, с этого момента воздушные покровы не снимаем вообще. Далее, на занятиях по стрельбе осваиваем работу по реальным целям. И последнее: через день‑другой я начну устраивать вам куда более жесткие стресс‑тесты. В общем, скучно не будет…
…С половины седьмого до восьми я терроризировал всех остальных обитателей усадьбы, включая мелочь. Сначала замучил народ бегом и общей физической подготовкой. Затем загнал всю толпу на стрельбище, отделил магов от «простецов», выделил последним временного «пестуна» из егерей, поставил боевую задачу и переключился на первых. И разошелся по полной программе. Первым делом с помощью взгляда не в себя «проинспектировал» абсолютно все энергетические системы, высказал свое «фи» тем немногим, кто не закончил разделение магистральных каналов, и поручил магам второго уровня как можно быстрее закончить слияние. Разобравшись с этим вопросом, приказал сформировать покровы из Воды, оценил их размеры и плотность, объяснил, как превратить защиту в тычковые ножи , и дал время отработать новый навык. А после того, как он, худо‑бедно, получился у всех, описал Воздушникам принцип создания и использования дальнобойного заклинания лезвие , а Огневикам, Ледовикам и Землякам поручил лечь костьми, но создать аналогичные… к следующему утру.
Следующие несколько минут уделил Вале Филимоновой, в пару к Воде «взявшей» Жизнь, а третий «слот» оставившей на стихию, «о которой мы еще ничего не слышали, но она существует»: помог девчонке научиться создавать туман и заявил, что его обычная версия поможет ассистировать Молниевикам, а целительская – то есть, туман , насыщенный Жизнью, в теории может лечить. А значит, должен создаваться над своими.
Как и следовало ожидать, «ущербная» мгновенно почувствовала себя нужной и сосредоточилась на отработке нового заклинания. А я посмотрел на часы, перебрался к мелочи и мотивировал их – заявил, что задохликов в моем роду не было, нет и не будет, показал, насколько опасен может быть боец ближнего боя, завалив их пестуна несколько раз подряд, и объяснил, почему бойцы, забивающие на отработку «скучных» перемещений, являются без пяти минут трупами.
С восьми ноль‑ноль и до восьми тридцати занимался с Красовской в своем спортзале – оценил состояние ее магистральных каналов и скорость конденсации капель воды, похвалил, объяснил, как создается вихрь , и, как мне показалось, добавил женщине еще немного уверенности в себе.
С девяти до половины десятого завтракал. В компании членов ближнего круга и Марии Тарасовны. А потом поручил дамам «заняться своими делами», переоделся в условно парадно‑выходное шмотье, прогулялся к стрельбищу и встретил «Онегу», доставившую ко мне Конвойных. С ними тоже не мудрил – забрался в десантный отсек, поздоровался, представился, вполголоса объяснил воякам алгоритм последовательной инициации в три стихии, ответил на два вопроса и дал будущим Молниевикам команду выбираться под «вихрь» от несущего винта.
После того, как в Воздух торкнуло обоих, пробежался вместе с ними до окна «операционной», намеренно оставленного открытым, загнал сначала в ванную, а затем под душ, дал время «взять» Воду и «порадовал» бодрящими ударами полицейского электрошокера. Пока мужики сушились и одевались, показал, как выглядит разряд , дал несколько советов по раскачке и вернул в вертолет. Чтобы довольные лица этой парочки добавили уверенности в моих силах будущим целителям. А когда увидел в глазах последних нетерпение, попросил внимания и снова перешел на еле слышный шепот:
– Жизнь – стихия капризная и «берется» отнюдь не с полпинка. Тем не менее, на ядро, разгоряченное двумя инициациями, ложится, как родная. Если будущий целитель отдает всего себя желанию вылечить раненого кролика .
– Мы справимся! – уверенно заявил здоровяк со спокойным взглядом и добавил: – Мы – врачи. По второму высшему…
И ведь действительно справились. Поэтому я вызвал в «операционную» Аню, попросил показать на «раненом кролике», как работает лечение , по разику приложить им новоявленных коллег, чтобы они запомнили ощущение, и дать несколько советов по развитию этой стихии.
Она коротко кивнула и подошла к живому тренажеру, а я отошел к окну, набрал Голицына, сообщил, что с Конвойными – все, и превратился в слух.
– Огромнейшее спасибо! – отозвался генеральный прокурор и произнес обе условные фразы: – Я вас наберу. Ориентировочно через три часа…
…Серо‑стальной бронированный «Аллигатор» сел на стрельбище ровно через полтора часа, две «Онеги» сопровождения плюхнулись чуть поодаль и высадили Конвойных, а «Ураганы» закрутили «карусель» вокруг вертолета Императора. За пятнадцать минут до этого все обитатели усадьбы получили сообщение с требованием заниматься своими делами и ничему не удивляться, так что в поле зрения вояк, охранявших первое лицо государства, не появилось ни одного зеваки. А я спокойно подошел к борту номер один, подождал, пока пилот сдвинет боковую дверь, поднялся в фантастически комфортабельный салон и замер в неподвижности.
Виктор Третий, восседавший на самом дальнем диване, поздоровался первым, подождал, пока я отвечу на приветствие, и огорошил неожиданным монологом:
– Олег Леонидович, за последние несколько дней я проштудировал штук шесть аналитических записок, авторы которых описывали возможности магов по видеороликам из Сети, и, откровенно говоря, запутался в утверждениях, противоречащих друг другу. Но мое непонимание нынешних реалий не так уж и критично. А непонимание сотрудников Конвоя может выйти боком очень и очень многим. Поэтому объясните, пожалуйста, моим телохранителям, чего им стоит опасаться в первую и вторую очередь.
Телохранителей в салоне было четверо: двое сидели за моей спиной, третий – слева‑сбоку, в полной готовности закрыть собой охраняемое лицо, а четвертый, соответственно, справа‑сбоку и контролировал не только меня, но и генерального прокурора. Я задумчиво потер подбородок, поставил себя на место этих «волкодавов» и задал уточняющий вопрос:
– Ваше Императорское Величество, как я понимаю, вам нужна ничем не приукрашенная правда?
– Да, конечно!
– Тогда… окажись на моем месте маг‑убийца с моими возможностями, ни у вас, ни у ваших телохранителей, ни у Анатолия Игоревича не было бы ни одного шанса выжить.
Вояки набычились, а Белосельский спокойно спросил, почему.
Я сформировал покров из Воды и приступил к объяснениям:
– Вот эта «пленочка» даже без постоянного восполнения энергии держит порядка десяти попаданий пуль «Шторма». А для того, чтобы атаковать, мне не нужно ничего, кроме желания. Скажу больше: я могу убить любого из вас первой же атакой, не шевеля руками и не прерывая разговор. Повторю еще раз: любого. Включая тех, кого, вроде как, не вижу. И это не пустые слова: если ваши телохранители пообещают не дергаться, то я могу легонечко приложить Молнией, к примеру, того, который в данный момент находится за моей левой лопаткой.
– Саш, потерпишь? – спросил он у вояки, а тот отозвался:
– Конечно, государь.
– Можете сместиться хоть вправо, хоть влево… – предложил я и добавил: – Я все равно всажу разряд вам в живот. Готовы?
– Да.
– Ловите.
Попал. Точно в пряжку ремня, которую прекрасно чувствовал. А после того, как мои собеседники проморгались, криво усмехнулся:
– Ударь я в полную силу, у Александра не было бы ни единого шанса. Далее, это заклинание – точечное и соединило меня с условной целью видимой «нитью». Я могу ударить точечным, которое убьет, не «вскрывая» меня. Или площадным. Поэтому, как мне кажется, в нынешних реалиях алгоритм охраны особо важных персон должен строиться вокруг наличия у них высокоранговых покровов . То есть, первую атаку охраняемое лицо обязано выдержать само, а потом должны включиться телохранители – уронить каким‑либо площадным заклинанием всех окружающих, прикрыть подопечного своими покровами , увести из опасной зоны и так далее.
– Получается, что мне надо срочно инициировать не только весь Конвой, но и всех охраняемых персон? – достаточно спокойно спросил государь.
Я утвердительно кивнул:
– Да, Ваше Императорское Величество. Кстати, это не так уж и сложно: для инициации в Воздух, позволяющий создавать невидимый покров , можно использовать любой вертолет. А дальше инициируемого надо загонять в душ и после обретения Воды отправлять к раскаленной духовке, бить полицейским электрошоком или загонять в небольшой промышленный холодильник. И еще: такие инициации можно проводить и во Владимире. Так что главное – задаться целью и начать.
– Начну. Сегодня же… – пообещал он, а затем спросил, стоит ли, на мой взгляд, вкладываться в раскачку магов Жизни.
– Стоит! – твердо сказал я и объяснил, почему: – Врачи, сшившие моей матушке порванную связку, обещали, что она полноценно срастется только к декабрю, но потом потребуется реабилитация… длительностью от четырех до шести месяцев. А наша целительница, почти круглосуточно раскачивавшая на этой связке заклинание с говорящим названием лечение , полностью вылечит плечо от силы через трое суток. Кстати, огромнейшее вам спасибо за то, что пожаловали этой особе личное дворянство: она его однозначно заслуживает.
– Вы сейчас говорите о целительнице, помогавшей вам… последние двое суток? – на всякий случай уточнил Белосельский, выслушал утвердительный ответ, задумчиво потер подбородок и согласно кивнул: – Раз она все это время еще и лечила, значит, заслуживает и большего. Я ее, пожалуй, запомню.
После этих слов он ненадолго ушел в себя, а затем снова поймал мой взгляд и вернулся к основному вопросу:
– Большое спасибо за исчерпывающие объяснения и советы. А теперь я хотел бы инициироваться.
– В Воду, Воздух и Огонь?
– Да.
– Один?
Тут государь хитро усмехнулся:
– Я не буду в очередной раз нарушать ваши договоренности с Анатолием Игоревичем, но отказываться от вашей помощи и не подумаю!
– Что ж, тогда предлагаю следующее: сейчас я инициирую вас, Ваше Императорское Величество, и приглашу с нами… то ли позавтракать, то ли отобедать. А мои слуги неспешно инициируют всех Конвойных, прибывших вместе с вами. Причем в том режиме, который сочтет безопасным начальник вашей охраны, и в те стихии, которые он выберет. Что скажете?
– От таких предложений не отказываются… – довольно ухмыльнулся он, а развеселившийся Голицын ехидно добавил:
– Что ж, раз вы нашли общий язык, и мы никуда не торопимся, значит, я имею полное право подняться к Марии Тарасовне, полюбопытствовать, чем она собирается нас кормить, и снять пробу с особо аппетитных блюд…
