Текст книги "Ухорез. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Василий Горъ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 68 (всего у книги 88 страниц)

– Олег Леонидович Беклемишев сделал все возможное и невозможное для того, чтобы спасти жителей корпуса «А» жилого комплекса «Жар‑птица» сначала от чрезвычайно опасного иномирного зверья, а затем от гибели под развалинами обреченного здания, а вы, Смирновы, ответили на это черной неблагодарностью – обвинили человека, спасшего не одну сотню горожан от лютой смерти, в скудоумии, повлекшем за собой разрушение здания!

– Прошу прощения за то, что перебиваю, но Виктор Витальевич Смирнов уже осужден в том числе и за это лжесвидетельство… – напомнил юрист. – А я представляю интересы нового главы рода  – Романа Викторовича Смирнова!

Тут на лице Ремезова появилась воистину акулья улыбка:

– Удар по репутации Олега Леонидовича Беклемишева нанес глава рода Смирновых . И его смена не меняет ровным счетом ничего: новый глава рода был обязан в кратчайшие сроки официально признать вину прежнего, опровергнуть заявление, порочащее честь и достоинство Олега Леонидовича, и выплатить ему достойную виру. А раз ничего из вышеперечисленного до сих пор не сделано, значит, Роман Викторович продолжает гнуть линию отца. За что и ответит кровью, ибо такие оскорбления не прощаются. В общем, время разговоров прошло. Беклемишевы атакуют через два часа. И последнее: Олег Леонидович – личность великодушная и не собирается проливать лишнюю кровь. Поэтому его люди выпустят из поместья всех женщин, детей, членов побочных ветвей вашего рода и всю прислугу.

– Дайте мне несколько минут! – протараторил смертельно побледневший стряпчий. – Я немедленно передам моему господину ваши претензии и почти уверен, что создавшуюся проблему можно будет решить бескровно!

– Вы, кажется, не услышали самого главного… – холодно процедил я: – Время разговоров УЖЕ В ПРОШЛОМ. Готовьтесь умирать.

Тут мужичок сорвался в истерику:

– Да, но главная ветвь – это не один десяток ни в чем не повинных людей! Ну, и за что нас убивать⁈ За то, что верно служим роду и выполняем решения, принимаемые НЕ НАМИ?!!!

Его крики души меня полностью устроили. Поэтому я сделал вид, что задумался, а через несколько мгновений пожал плечами:

– Определенный резон в ваших словах есть: решения принимаете не вы, а значит, не должны отвечать за чужие ошибки. Что ж, я, пожалуй, соглашусь уменьшить масштаб межродовой войны. То есть, не трону ни одного рядового члена рода  в том случае, если за нанесенное мне оскорбление ответят жизнью новый глава и все члены Совета Рода. Повторю еще раз: если эти личности выйдут сюда, к парадным воротам, в течение часа пятидесяти восьми минут и дадут бой мне и моим людям, то пострадает разве что этот парк и ограда. Ну, а не выйдут – мы войдем сами…

p.s.: Правило сердечек пока работает – за 400−500–600 и т.д. буду выкладывать бонусные главы. Дерзайте ))

Глава 3

Бонус за 400. Ловите )))

27 ноября 996 г. от ВР.

…Романа Викторовича и членов совета рода Смирновых к нам привели практически пинками. СБ‑шники, не захотевшие умирать под заклинаниями боевых магов высшей категории. Судя по состоянию одежды, лиц и рук пяти аристократов и одного отставного вояки, предварительно «убедив» каждого ответить за свои прегрешения отнюдь не уговорами.

Хуже всего выглядел Янис Альбертович Говоров – тот самый начальник службы безопасности, через которого наследник новоявленного сидельца, вероятнее всего, и связывался с руководством «Авангарда» – у мужчины была сломана правая ключица, наполовину оторвано левое ухо, вокруг левого глаза наливался внушительный синяк, лоб и правая щека стесаны, а чуть выше остатков воротника щегольской белой шелковой рубашки шея была стерта до мяса.

Впрочем, этот Смирнов еще не сдался, поэтому «сканировал» все, что видел, и ждал малейшего шанса соскочить. Остальные четверо членов совета пребывали в полнейшем шоке и отказывались понимать, как это их, Великих и Ужасных, ведут на заклание к «какому‑то мальчишке». А Неумолимый Мститель бесился – крыл матом всех подряд, начиная с «подлых предателей», которых, оказывается, «кормил, поил и одевал», и заканчивая мною. Ну и, конечно же, пытался вырваться из рук молодых и тренированных парней, лупил по их стенам , щитам  и покровам  заклинаниями Земли, Воды и Огня, обещал кары небесные и даже плевался.

Я допускал, что все это – убедительная инсценировка, поэтому сходу «упаковал» всех шестерых в коконы , блокирующие конечности, заткнул рты лентами  и попросил Ремезова идентифицировать каждую отдельно взятую личность.

Прокурорский счел эту просьбу нормальной и подошел к делу системно – проверил, не наклеены ли на пальцы специальные пленочки и нет ли в глазах линз, а потом сфотографировал папиллярные узоры и радужки, отослал кому‑то из коллег и поручил пробить по базам. Результаты не разочаровали – мне доставили именно тех, кто требовался. И пусть «рядовые члены Совета» могли быть не при делах, церемониться с ними я не собирался. Ибо понимал, что любой намек на гуманизм гарантированно выйдет боком. Причем не только мне и матушке, но и всем членам рода, включая самых маленьких детей. Вот свою позицию и изложил. Поймав взгляд юриста, державшегося чуть позади служак и кусавшего губы:

– Я дам им шанс выжить – выставлю против них равное количество Слуг, которые намного слабее меня. А вас, как и обещал, не трону. Не трону и ваше поместье. Но после того, как все закончится, кому‑либо из полномочных представителей главной ветви рода надо будет перечислить мне достойную виру и, в том случае, если ее размеры меня удовлетворят, подписать акт о завершении межродовой войны. Вопросы есть?

– Н‑нет, ваше благородие… – задавив облегченный вздох, выдохнул он.

– Тогда отойдите метров на сто и немного подождите – я вызову сюда своих людей…

Вызвал не голосом, через «Паутинку», а сообщением в ее общий канал:

«Подходите к парадным воротам – тут нам привели нынешнего главу рода, начальника СБ, через которого этот урод договаривался с наемниками, и четырех членов совета рода. Я считаю, что мстить за попытку похищения ваших детей должны вы. Поэтому объявленная межродовая война на самом деле пройдет в схватке шесть на шесть. Так что определитесь, кто будет воевать, а кто посмотрит на воздаяние со стороны. И последнее: эти уроды – не единственные недоброжелатели нашего рода. Поэтому ужасните тех, кто увидит видеозапись этого боя в Сети, неодолимой мощью рядовых магов нашего рода  и своим непоколебимым спокойствием . На этом все. Жду…»

С участниками воздаяния определились быстро: Колосовы и Спицыны, чьи отпрыски уже повоевали в аквапарке, «выделили» на это дело только глав семей, а Макаровы с Векшиными решили «выступить» в полном составе. Так что матушка, Аня, Варя, Валя, Полина Федоровна и Екатерина Олеговна сходу направились к Ремезову и пополнили число зрителей, а остальной народ прошел к одной из двух меток, которые я «наморозил», осадив на идеально чистый асфальт дождь , и образовал дискретную шеренгу.

Я «передвинул» коконы  на противоположную, привлек к себе внимание «поединщиков» Смирновых слабеньким акустическим ударом  и недобро оскалился:

– Итак, через несколько секунд я сниму контроль и дам вам десять минут на подготовку к бою. Предпринимать попытки сбежать не советую: я «сожгу» такому «умнику» ударом Молнии одну нижнюю конечность, и ему придется драться лежа. Та же участь постигнет и любителей договариваться, и тех, кто начнет молить о пощаде. Так что в ваших же интересах восполнить запасы энергии и договориться между собой о тактике ведения схватки. Повторю еще раз: мгновенной смерти можете не ждать – ее НЕ БУДЕТ! На этом все. Время пошло…

…Не знаю, какую тактику выбрали Смирновы, но она не сработала: как только я подал команду «Бой!», все шестеро «моих» заключили противников в неплохие аналоги моего кокона , только из Воды, и заткнули пасти лентами . А через долю секунды все три Ледовика вложились в них заморозками . Да так, что покровы  под ними быстренько приказали долго жить, и все шестеро обреченных превратились в ледяные статуи. На этом экзекуция, естественно, не закончилась: Ледовики всадили все ту же заморозку , но уже взаимно усиленную, в крайнюю правую «скульптуру»,

а Воздушники, которых в этом составе было четверо, ударили в нее же кулаком . Ага, одним. И тоже взаимно усиленным. Результат неслабо шокировал даже меня – ее разнесло вдребезги. Вместе со вмороженным телом!

Следующие три фигуры постигла та же участь. А потом очередь дошла до начальника СБ, и народ расстарался – Спицын насадил его на каменный шип , а Огневик Колосов хорошенечко раскалил основание последнего, дал уродцу вдосталь намычаться, а затем всадил в него сожжение . Под тремя ветерками .

Голова вспыхнула, как факел, и сразу же прогорела. Так что мстители переключились на главу рода, успевшего заиндеветь, и дали оторваться дамам – Инне Константиновне и Юлии Григорьевне. А они принялись всаживать в Романа Викторовича одно боевое целительское заклинание за другим. Причем со взаимным усилением. Так что тварь, пытавшаяся организовать похищение детей, минуты за полторы прошла все круги Ада и сдохла от разрыва сердца.

Смирновы, наблюдавшие за Воздаянием, пребывали на грани потери сознания, видимо, осознав, что могли разделить участь этой шестерки. Но мне было плевать – я ждал реакции своих. И она не заставила себя ждать: мстители повернулись ко мне и почти одновременно прижали к сердцу правый кулак, а Екатерина Олеговна и Полина Федоровна прислали мне в личку сообщения, в которых благодарили за подаренную возможность отомстить.

Я коротко кивнул. Всей смене «отпускников» и отправил ее, Варю и Валю за конвертопланами. Потом поймал взгляд юриста и с намеком постучал по левому запястью. Стряпчий на всякий случай сложился пополам, жестом дал понять, что сейчас все будет, и метнулся к самому возрастному зрителю, который, как чуть позже сообщил Ремезов, являлся финансовым директором строительной компании рода. Той самой, которая строила жилые комплексы, продавала квартиры, сдавала в аренду нежилые помещения и так далее.

Этот, «возрастной», еще не отошел от увиденного, поэтому не сразу понял, о чем ему говорит юрист. Но повторения со второго‑третьего прозрел, оценил наклевывавшиеся перспективы и решил закончить столь некомфортную межродовую войну. Так что перечислил мне… двадцать четыре с половиной миллиона. То есть, все, что было на банковских счетах компании. Вот я на мировую и пошел – забрал у Ремезова дорогущую кожаную папку с тремя бумажными актами и «вечной» ручкой, поставил автографы под своими фамилиями и жестом подозвал к себе финансиста. А минуты через две, отдав юристу Смирновых их экземпляр, пожелал роду всего хорошего, неспешно развернулся на месте и в сопровождении матушки, Наташи, Ани и Петра Романовича вышел за ворота. К «Икару», уже заходившему на посадку.

По трапу поднялся чинно, как полагается уважающему себя главе рода, сел в кресло, нагретое Глотовой, поднял квадрокоптер в воздух, поблагодарил Ремезова за помощь и поинтересовался его планами на эту командировку.

Прокурорский заявил, что сделал то, что должно, посетовал на то, что помощь с организацией межродовой дуэли – не единственный вопрос, ради которого его прислали в столицу края, и попросил подкинуть к Белоярскому управлению внутренних дел.

Подкинул. А перед тем, как высадить на автостоянке для посетителей, пригласил заглянуть в гости и усилиться еще немного. Потом снова поднял борт в небо, направил к усадьбе, врубил автопилот и занялся делами – разослал «боевые», отправил Леве Комлеву записи со своей микрокамеры и объяснил парню, какой именно фильм мне нужен в этот раз, позвонил Голицыну и от всей души поблагодарил за все, что он для нас сделал, спросил, нарыли ли что‑нибудь следователи, расследующие акцию с «Репейниками», и был вынужден прервать разговор из‑за сообщения СОПП, уведомившего об обнаружении красного портала и двух одиночных «носорогов» в одном из жилых районов на северо‑восточной окраине Белоярска.

Рубиться со зверьем шестого класса опасности народу, только‑только взявшему шестой ранг, было слишком рано, поэтому «Исеть» я отправил домой. А сам сменил курс и снова уступил место перед ИРЦ Глотовой:

– Варь, вы с Валей повисите над площадью Алымова. А мы быстренько положим этих тварей, дождемся закрытия портала и все такое…

…На площади Алымова «носорогов» не оказалось – они ломились по Черноморскому бульвару за мотоциклом, несшимся по осевой, и сносили все, что попадалось на пути, начиная с припаркованных автомобилей и заканчивая мачтами уличного освещения. Кстати, мотоциклисты никуда не торопились – держались на дистанции, с которой гарантированно доставали первый «живой танк» не такими уж и слабенькими лезвиями , постоянно разжигали в нем лютую ярость и… расчетливо гнали монстриков к здоровенному пустырю у границы городской черты. На него мы с Наташей и высадились. Ага, вдвоем – матушка заявила, что пинать «заморенную пару иномирных животинок» аж вчетвером магам высшей категории невместно, и «разрешила» позабавиться нам, «молодежи». И пусть я пребывал не в том настроении, чтобы «забавляться», в конечном итоге «носороги» склеили ласты. От моего пятнышка , усиленного толикой Пространства, и от «слоеного» лезвия  напарницы, которому я добавил «лишней» дури.

Почему «в конечном итоге»? Да потому, что мотоциклисты решили спасти и нас, стоявших в центре пустыря. Вот и погнали монстриков в обход. А на мои требовательные жесты не отреагировали. Пришлось «резать углы» рывками  и валить зверье не в лоб, а с боковой проекции. А потом свистеть. Чтобы «спасители» успели вернуться к тушам до посмертного импульса.

Парни успели. И, по моим ощущениям, взяли по уровню или даже по два. А потом поздоровались, представились и, толком не дослушав мой «ответ», прилично загрузили:

– Ваше благородие, а вы не могли бы вернуться к порталу? Он появился в пятидесяти метрах от школы, а мы не уверены в том, что ее директору хватит мозгов организовать эвакуацию.

– У вашего сарказма есть основания? – спросил я у хмурого парня года на три‑четыре старше меня.

– Да, ваше благородие: мы заканчивали эту же школу. И еще не забыли, что кличка директора – Тюфяк.

Я понимающе кивнул, пообещал защитить школу и добавил:

– Подъезжайте к порталу и вы: у меня будет к вам еще пара вопросов…

Подъехали. Минуты через полторы‑две после того, как мы положили четыре очень дальних родича земных шакалов, заткнули «зеркало» слоеной стеной  и… «вытянули» из него по порции Пространства, позволившей взять по одному уровню.

Оглядев окровавленные туши, парни облегченно перевели дух, затем огляделись и помрачнели снова. Ход их мысли был понятен без слов: уводя «носорогов» к пустырю, они косвенно стали виновниками десятков «ДТП», а значит, могли крупно попасть. Вот я и озаботился этой проблемой – выяснил фамилии, имена и отчества, задал несколько достаточно личных вопросов, связался с Ермолаевым и для затравки задал ему вопрос на засыпку:

– Александр Борисович, про портал на площади Алымова слышали?

– Да, конечно! И даже отправил туда ГБР с тяжелой техникой и самыми высокоуровневыми магами.

– ГРБ тут уже не нужна: мы положили зверье, перекрыли портал стеной  и гарантированно дождемся его исчезновения. Зато пригодятся представитель власти и толковый юрист.

– Зачем⁈

– Портал открылся в пятидесяти метрах от общеобразовательной школы и задолго до нашего прилета выпустил двух «носорогов». Не проезжай мимо двое недавних выпускников этой же школы на мотоцикле, могло случиться… всякое. Но парни атаковали монстров шестого класса опасности , «посадили» их на себя и, рискуя жизнью , погнали к ближайшему достаточно большому пустырю. Иномирное зверье, как вы, наверное, догадываетесь, неслось за ними по прямой. Поэтому пострадало некоторое количество машин и кое‑какая инфраструктура. Зато обошлось без жертв. И я считаю, что выкатывать какие‑либо претензии личностям, спасшим детей и подростков, будет неправильно. Кстати, эти парни хладнокровны, расчетливы и решительны, успели принять участие в уничтожении зверья первого‑второго класса опасности из девяти порталов и поднялись на двадцать четвертый уровень… без поддержки родни. Так вот, на мой взгляд, это – готовые рекруты для ваших ГБР.

Подполковник не разочаровал:

– Я пришлю к порталу своего заместителя. Парней представлю к награде. Кроме того, поручу заботам начальника отдела кадров и избавлю от проблем с владельцами автомобилей, страховыми компаниями и дорожниками…

…Портал провисел чуть менее часа. Поэтому я успел познакомиться с заместителем начальника Белоярского управления министерства внутренних дел, убедился в том, что эта личность взяла «мотоциклистов в оборот» не «на отвали», и лично послал… в страховую компанию двух на удивление наглых владельцев поврежденных машин. Зато сразу после исчезновения «зеркала» попрощался со «знакомыми», загрузился в «Икар», упал в свое кресло, поднял борт в воздух, выбрал маршрут, врубил автопилот и расслабился. «Аж» минут на десять‑двенадцать. А потом меня набрал митрополит Симеон и развеселил:

– Олег Леонидович, делюсь новостями, взбудоражившими всю Церковь: чуть менее часа тому назад Патриарх Владимирский и Всея Руси вернулся с аудиенции у государя… один. А митрополит Филарет и четверо членов его ближайшего окружения прямо из Кремля отбыли в Вилюйскую пустынь – мужской монастырь с самым суровым уставом. Принимать Великую схиму, то есть, высшую степень пострига.

– Про малую схиму, помнится, читал… – пробормотал я. – Монахи дают обеты послушания, целомудрия и нестяжания. А что добавляет Великая?

Лица иерарха я не видел, но как‑то почувствовал, что он улыбается:

– Монахи дают обязательство постоянно пребывать в келье, предаваясь исключительно безмолвию и молитве.

Что для этих конкретных личностей – как серпом по известному месту.

– Государь знает толк в наказаниях… – злорадно ухмыльнулся я.

– Так и есть! – согласился митрополит, пожелал мне хорошего дня и отключился.

Я поделился этой новостью со своими дамами и все оставшееся время перелета угорал над едкими комментариями не на шутку развеселившейся матушки. А потом «Икар» начал снижение, и мне пришлось заняться делом – организовать «окно», загнать квадрокоптер в ангар, добраться до особняка, ополоснуться, переодеться, перебраться в кабинет и добросовестно изучить записи с микрокамер «боевой двойки», защитившей мелочь в аквапарке. Дабы устроить обещанный разбор полетов. Но его пришлось отложить на вечер. Из‑за прилета сотрудника главного ракетно‑артиллерийского управления майора Бердяева с двумя помощниками и кучей какой‑то аппаратуры…

Глава 4

1 декабря 996 г. от ВР.

…Три последних дня осени прошли без треволнений. Весь понедельник и первую половину вторника «рядовые» маги рода пинали иномирное зверье третьего‑четвертого классов опасности, нарабатывали опыт поединков один на один и потихонечку «росли», матушка и Аня поднимались в уровнях, если можно так выразиться, в пассивном режиме, то есть, не выбираясь из бункера, а мы с Наташей сочетали приятное с полезным. В смысле, во время каждого дежурства наведывались к порталам, «привязывались» к ним и через какое‑то время «отщипывали» по порции‑другой Пространства.

Во вторник вечером посетили «попойку» по случаю празднования дня рождения Нинки, толкнули по поздравительной речи и вручили подарок. А с полудня до полуночи среды развлекались с динозавриками – насобачились валить их с помощью магии и «заготовили биоактивное сырье» на четырнадцать рейсов «Атланта», а Пришвина‑младшая и Екатерина Олеговна Спицына приручили по одному монстрику чуть поменьше «тираннозавра», опосредованно выставили их на сетевой аукцион и заработали по миллиону двести тысяч.

Само собой, параллельно жили и в ожидании хороших новостей. Но их было не так уж и много: фильм о нашей межродовой войне со Смирновыми, выложенный в Сеть, был «затерт» новостью о появлении зеленого портала на первом этаже столичного особняка Евстигнеевых и уничтожении «чертями» почти всех обитателей поместья, а задержание пограничниками зампотылу ЧВК «Авангард» не дало следователям ровным счетом ничего – он ушел в бега за компанию с руководством, чтобы не оказаться крайним и… сохранить наворованное за долгие годы службы.

Да, больше всего хотелось узнать, что нового в расследовании диверсии на базе ракетных войск под Абаканом, но дергать ради этого что Голицына, что Белосельского я был не готов. Поэтому стоически ждал. И забивал себе голову всем, чем получалось. К примеру, уделил время получению Приручения – к слову, повысившего мощь моей энергетики как бы не слабее Природы – освоил три новых площадных заклинания «от ящеров», затерроризировал матушку, Аню, Валю и Варю шлифовкой взаимного усиления, увеличил коллекцию записей миров «запорталья» и заглядывал в каждый из них как сам, так и в компании с Наташей. Ну, а по вечерам парился, отмокал в бассейне и вдумывался в идеи родительницы, «заболевшей» планированием будущего нашего рода и на пару с личной целительницей медленно, но уверенно добавлявшей мечтам моей напарницы вполне конкретные объемы и глубину.

Теоретически, четверг должен был пройти по тому же сценарию: сразу после подъема я вызвал к особняку свободную смену Восточного и в течение полутора часов «издевался» и над ее личным составом, и над личным составом свободной смены усадьбы. После завершения тренировки провел что‑то вроде брифинга, во время которого поставил конкретные задачи каждому отдельно взятому магу. А после завтрака собирался заняться… хм… семьей. Но ближе к концу трапезы мне позвонил Голицын, сообщил, что заглянет к нам в гости буквально на полчаса, и попросил встретить. Так что текущие планы пришлось переиграть – выдвинуться к посадочной площадке, дождаться приземления «Онеги», пригласить вымотанного и осунувшегося генерального прокурора в дом, завести в большую гостиную и покормить. Практически насильно. Ибо выглядел гость… неважно.

Вот он и осоловел. Тем не менее, нашел в себе силы встать из‑за стола, перебраться в кабинет и изложить цель своего прибытия:

– Олег Леонидович, мне поручено наградить Пришвину Нину Петровну за уничтожение слизней в Богучанах, а Колосова Алексея Антоновича со Спицыным Игнатом Ярославовичем за защиту детей от похитителей. Вы бы не могли пригласить этих личностей сюда?

Пригласил. Поприсутствовал при награждении. И поздравил. Вторым. А потом отпустил сияющую троицу заниматься своими делами, повернулся к Анатолию Игоревичу, тяжело опустившемуся в кресло, и предложил поспать. Хотя бы пару часов.

– Посплю в вертолете. Наверное… – вздохнул он и заставил подобраться: – Помните историю с побегом заключенных из Надымской колонии особого режима?

– Да, конечно!

– Так вот, четыре мои спецгруппы вторые сутки проверяют аналогичные исправительные учреждения и нашли такое количество нарушений, что нет слов: почти в каждой колонии обнаружились «привилегированные» сидельцы, развивавшие вроде как отсутствующий Дар и даже «помогавшие» ее охране уничтожать иномирное зверье! Вот мои и лютуют – лишают заключенных Дара прямо в камерах, снимают с должностей, проводят первичные допросы и отправляют в ближайшие следственные изоляторы продажных сотрудников, дожидаются приезда нового руководства и даже подавляют бунты. Ну, а я тихо дурею от все увеличивающейся и увеличивающейся нагрузки. Кстати, будете смеяться, но последние несколько дней я отсыпался в бункерах ловушек типа вашей, но расположенных рядом с Владимиром. Чтобы хоть понемногу, да подниматься в уровнях. Ибо понимаю, что стоять на месте – смерти подобно. В общем, со временем – никак. А то я с большим удовольствием задержался бы у вас хотя бы на пару дней…

…В полдень позвонила Урусова. И тоже напросилась в гости. Вроде как, по делу. Эта девица вела себя достойно и в Екатерининке, и на новоселье у Ильиных, поэтому я решил провести следственный эксперимент и пошел ей навстречу. В смысле, спросил, успеет ли она прибыть к нам к четырнадцати ноль‑ноль, получил односложный утвердительный ответ и пригласил с нами отобедать.

Ульяна Игоревна начала приятно удивлять с тринадцати сорока пяти – позвонила еще раз, сообщила, что летит к нам на «Исети», попросила выделить «коридор» и сочла более чем нормальным, что мы посадили ее квадрокоптер рядом с ближним КПП. В том же стиле вела себя и дальше: спустилась по трапу в гордом одиночестве, вежливо поздоровалась и со мной, и с Наташей, спокойно влезла в салон «Лесника» и всю дорогу до моего особняка обсуждала всякую ерунду вроде метели, которая, согласно предсказаниям синоптиков, должна была начаться в пятницу вечером и продлиться все выходные. Перед трапезой познакомилась с моим ближним кругом. Во время нее наслаждалась застольной беседой и гастрономическим удовольствием. А после «исчезновения» десерта спокойно дослушала очередную байку моей матушки, посмеялась, привлекла к себе внимание и заявила, что прилетела к нам по делу, поэтому просит прощения за то, что вынуждена прервать настолько приятное общение, и попросила меня уделить ей несколько минут для обсуждения деловых вопросов.

Словосочетание «разговор тет‑а‑тет» не произносила. Понимая, что его можно истолковать по‑разному. Поэтому я мысленно поставил ей еще один плюсик, поднялся из‑за стола и увел в кабинет. А там помог опуститься в кресло для посетителей, в том же стиле поухаживал за Наташей, сел сам и превратился в слух.

Никаких «левых» телодвижений или намеков не последовало – девушка вытащила из кармана информационный носитель, положила на стол, толкнула ко мне и объяснила, что это такое:

– Боевая коагуляция , придуманная кем‑то из целителей вашего рода и переданная государству, позволила нам помочь союзному роду, атакованному слизнями. Мы, Урусовы, личности благодарные. Поэтому на этом носителе – предельно подробные описания алгоритмов создания четырех целительских и двух мультистихийных заклинаний, разработанных нашими магами.

– Шесть схем за одну‑единственную? – уточнил я, дождавшись первой же паузы.

Одноклассница пожала плечами:

– Олег Леонидович, мы развиваемся медленнее вас. И почти уверены в том, что вы и ваши люди владеете либо аналогами этих заклинаний, либо чем‑то более мощным. Тем не менее, надеемся на то, что вы найдете хоть что‑либо нужное хотя бы в логике «сочетания» стихий. И еще: второго дна в нашем поступке нет – мы уважаем вас, как личность, и не собираемся навязывать ни сотрудничество в каких‑либо сферах на наших условиях, ни выгодный брак. Говоря иными словами, эти схемы преподносятся от чистого сердца, а я – не более, чем передаточное звено, с которым вы знакомы чуть дольше, чем с моими родичами.

– Чья идея? – полюбопытствовал я, как только она закончила, и услышал ожидаемый ответ с чертовски интересным дополнением:

– Она в стиле нашего рода, но моя: мне понравилось, как вы думаете и как решаете проблемы, еще в лицее. А я неизлечимо больна тягой к Познанию. Вот и надеюсь, что мы найдем общий язык и поможем друг другу разобраться в магии чуть быстрее, разноплановее и полнее.

Я был уверен, что она говорит именно то, что думает, так что задал еще три вопроса:

– Вы ощущаетесь уровне, эдак, на сорок втором. Боевую коагуляцию  освоили?

Она ответила без каких‑либо колебаний:

– Да, конечно. И даже использовала по назначению.

– Значит, сочетаете две стези – боевого мага и исследователя?

– Да: теория без практики мертва. А я хочу жить, и жить полнокровной жизнью.

– Толковый подход… – заявил я и… устроил ей экскурсию по теплицам. А в самой последней попросил Наташу сорвать самый спелый ананас, вручил его одуревшей девчонке и улыбнулся: – Магия позволяет многое. И мы видим в ней не средство, упрощающее путь к Власти, а своего рода катализатор, добавляющий обычной жизни яркости, комфорта и уюта…

…После отлета Ульяны мы с Наташей наведались к строителям, не вылезавшим из нового ангара последние двое суток, и приятно удивились, узнав, что его можно будет принять… максимум через час. Этот промежуток времени провели в спортзале – рубились с матушкой, Аней, Варей и Валей «накоротке». Потом приняли объект, перечислили работягам денег на премии, пожелали всего хорошего и поручили бойцам дежурной смены проследить за выездом строительной техники за пределы поместья.

Пока возвращались в особняк, я позвонил владельцу компании, которой еще в понедельник оплатил перегон второй «Исети» в Белоярск, выяснил, что борт уже доставлен на тот самый частный аэродром, с которого мы забрали первую, и решил не тянуть кота за хвост. Поэтому попросил подготовить машину к передаче мне, покупателю, и дал понять, что появлюсь еще сегодня. Ага, точное время называть не стал, послушавшись проснувшейся паранойи. И буквально через пару‑тройку минут убедился в том, что это было сделано не зря: дежурный дроновод доложил об обнаружении оранжевого «морского» портала в паре километров от усадьбы, и мы с Наташей рванули туда. Вроде как, попробовать выяснить, живность какого класса опасности выбросило на нашу сторону.

Поехали на снегоходе. Чтобы объединить приятное с полезным. То есть, тренировку моей напарницы с «вытягиванием» Пространства. Вот и получили море удовольствия. Сначала от покатушек по заснеженной тайге, практически завоеванной ночной тьмой, затем от подъема Натальи сразу на два уровня и от моего прорыва в девятый ранг, чего, откровенно говоря, не ожидали. Впрочем, лично меня больше всего зацепила искренность, с которой «Природница» радовалась моему… хм… «возвышению»: я на миг потерялся в ее счастливом взгляде и чуть было не сорвался с нарезки – не подхватил женщину на руки и не закружил между нижними юбками елей. Спасли заморозка , примененная на автомате, и страх оттолкнуть. Но отходняк от нереализованного желания сводил с ума всю обратную дорогу. Поэтому я старательно контролировал положение рук и «жил» в чувствах стихий. То есть, «тянулся» к нынешним границам области контроля… чуть ли не всеми сразу и дурел от сумасшедшей нагрузки на мозг. Поэтому после того, как «Буран» остановился на законном месте, не сразу догадался разомкнуть объятия и скинуть Огонь, Землю и Лед, которыми привычно усиливал покров  Наташи. Зато после того, как перестал тупить, спрыгнул на пол, помог ей последовать моему примеру, испарил снег с нашей одежды и обуви, потер переносицу и обозначил планы на ближайшие пару минут:

– Все, поднимаемся к себе, переодеваемся в парадно‑выходное шмотье и улетаем за «Исетью».

– Кого берем перегонщиками?

– Осоргиных – их смена пока бездельничает…

– А за всякими вкусностями залетать будем?