Текст книги "Ухорез. Тетралогия (СИ)"
Автор книги: Василий Горъ
сообщить о нарушении
Текущая страница: 77 (всего у книги 88 страниц)
Генеральный прокурор эхом повторил мое приветствие, извинился за поздний звонок и попросил разрешения заглянуть в мое поместье «буквально на часик».
– Как я понимаю, вы уже на подлете? – спросил я и угадал:
– Да: в десяти минутах.
– Заходите прямо на посадочную площадку: в данный момент рядом с усадьбой порталов нет… – заявил я, выслушал ответ, убрал трубку в карман и переключился в рабочий режим – уведомил о прилете Голицына командира дежурной смены, матушку и Марию Тарасовну, извинился перед сестренкой за то, что буду вынужден отвлечься, и унесся переодеваться.
Через восемь минут подошел к посадочной площадке, прислушался к пока еще далекому рокоту двигателей «Онеги», чуть‑чуть добавил жару Огню на двух покровах , запрокинул голову и уставился в бездонное звездное небо.
– Олег, а тут полярные сияния бывают? – внезапно спросила Наташа.
Я утвердительно кивнул:
– Да, бывают. Но только во время сильных магнитных бурь. Если есть желание увидеть, то скачай и установи на телефон программку с говорящим названием «Северное сияние вживую», вбей в нее координаты нашей усадьбы и жди уведомлений.
– Она отслеживает и силу магнитных бурь, и погоду?
– Ага…
– Спасибо за совет… – благодарно мурлыкнула она, ласково коснулась моего предплечья Воздухом, уставилась на вертушку, начавшую снижение, и как‑то странно усмехнулась: – По моим ощущениям, если правильно сместить воздух вверх‑вниз или вправо‑влево, то можно сломать винты. Представляю, что, при желании, можешь натворить ты…
Я прислушался к чувству этой стихии и пришел к выводу, что она права: лопасти винтов вертолета, влетевшего в мою область контроля, действительно ощущались хрупкими!
– Проверять, насколько правильно мы оцениваем свои возможности, не стоит. Но учесть тот факт, что лопасти могут переломать И НАМ, однозначно надо… – заключил я, добавил дури в воздушную стену , немного подождал и первым шагнул к машине, опустившейся на идеально чистую площадку. Еще через несколько секунд пожал Голицыну руку и пригласил в дом. А после того, как Анатолий Игоревич сделал ни разу не дежурный комплимент моей верной напарнице и решительно направился к особняку, предупредил, что первым пунктом обязательной программы будет ужин.
– Отказываться не буду: во‑первых, голоден, как волк, а, во‑вторых, не забыл, какие шедевры готовит Мария Тарасовна… – усмехнулся генеральный прокурор, а затем посерьезнел: – Но есть буду быстро: со временем у меня, как всегда, не ахти – мне поручено провести награждения участников операции по захвату разумных медведей в поселке Благово и монахов двух групп быстрого реагирования Белоярской епархии…
– Монахи митрополита Симеона не только встали на боевое дежурство, но и уже успели себя проявить? – обрадованно спросил я.
Анатолий Игоревич утвердительно кивнул:
– Да. И пусть в данный момент уверенно справляются со зверьем не выше второго класса опасности, зато его уничтожают добросовестнее некуда и заметно облегчают работу «Ведунам». За что и будут пожалованы медалями «За отвагу». Кстати, о слабом зверье: по утверждению руководства СКАИЗ, из порталов, открывающихся на территории Российской Империи, практически перестали выбираться животные первого класса опасности. Что, по уверениям ученых, свидетельствует о скором выходе плотности магофона всей планеты на уровень, на котором самое слабое иномирное зверье будет испытывать дискомфорт, а наше… начнет искать пропитание в других мирах.
– Интересная новость… – пробормотал я, мысленно отметив, что эта новость подтвердила наши догадки.
– Есть новости и поинтереснее… – усмехнулся генеральный прокурор, вошел в особняк, привычно испарил снег с обуви и одежды, уверенно навелся на лифт и продолжил повествование: – К примеру, вот эта: у нас, в Российской Империи, всемеро упала смертность : пожилые Одаренные, раскачивающие регенерацию , «самостоятельно» избавляются от большинства хронических заболеваний и, фактически, превращаются в долгоживущих. Ну, а те, кто взял Жизнь, уже на четвертом‑пятом рангах начинают понемногу «откатывать» еще и биологический возраст.
После того, как мы вошли в кабинку, Наташа вдруг прервала молчание и задала чертовски интересный вопрос:
– А почему «у нас, в Российской Империи», а не «во всем мире»?
Голицын мрачно вздохнул:
– Регенерация и Жизнь, естественно, работают не только у нас. Однако радоваться за жителей других стран как‑то не получается: только за последний месяц население планеты, по самым оптимистичным оценкам , сократилось на семьсот с лишним миллионов человек!
– Из‑за убийц магов? – хмуро уточнил я, переварив эту цифру, и угадал:
– Да: в некоторых государствах Африки, Юго‑Восточной Азии и Южной Америки творится такой кошмар, что страшно читать докладные послов. Да и у нас, в Европе, ситуация ненамного лучше. Поэтому количество беженцев, «осадивших» наши пограничные переходы, растет день ото дня.
– Фильтруете? – спросил я, представив, как на эту новость отреагировал бы папа. И тоже угадал:
– Естественно: впускаем в страну только тех, кто гарантированно не создаст проблем. И расселяем. Так, чтобы у пришлых не было возможности создавать всякого рода диаспоры. А остальных заворачиваем. Так как будущее наших соотечественников беспокоит на порядок больше будущего кого‑либо еще.
– А что с ворами Белой Масти? – полюбопытствовал я, вспомнив статью, нарытую Левой Комлевым. И открыл дверь в большую гостиную.
Анатолий Игоревич недобро оскалился:
– Этой категории воров больше нет. Как и большей части претендентов на получение этого «гордого» статуса.
Следующие минуты полторы Голицын обменивался приветствиями с матушкой и Марией Тарасовной, одаривал их изысканными комплиментами и задавал обязательные вопросы. А после того, как опустился в кресло, снова поймал мой взгляд и попросил «эдак через полчаса» собрать в спортзале всех участников боевого вылета в Благово…
Глава 19
15 декабря 996 г. от ВР.
…В четверг я продрал глаза без десяти восемь утра. Благодаря матушке, вовремя вспомнившей о непутевом сыне, постучавшейся в мой личный канал в «Паутинке» и сообщившей, что до завтрака осталось всего ничего.
Приводил себя в порядок на автопилоте. А окончательно проснулся только в общем коридоре. В тот момент, когда наткнулся взглядом на довольное личико сестренки и захотел понять, что ее так обрадовало.
Ответ на заданный вопрос заставил улыбнуться:
– Меня половину ночи веселила Танька – описывала реакцию родичей на мой демарш.
– Небось, на ушах стоит все поместье? – ехидно ухмыльнулся я.
– Ага… – довольно подтвердила Державина. – Алексей Юрьевич, вроде как, вдребезги разнес одно из кресел в своем кабинете; мои родители все никак не могли понять, как ИХ дочка могла так обнаглеть, и обещали принять меры; Тихон Юрьевич негодовал; Пашка с Сашей плавились от ненависти, а Танька с Петькой подливали ракетного топлива в костры их чувств.
– А родители тебе, в итоге, позвонили? – полюбопытствовала Наташа.
Даша насмешливо фыркнула:
– Смеешься? Звонить мне после столь громких заявлений – форменное самоубийство, так как надо будет «принять меры», а я могу и не отреагировать.
– Вернее, гарантированно отреагируешь не так, как надо? – уточнил я.
– Ну да!
В этот момент открылись дверцы лифта и выпустили в общий коридор Валю с Варей, а еще через секунду из своих покоев вышли и матушка с Аней. Так что проблемы Державиных были забыты, и я, поздоровавшись с дамами, поинтересовался у Филимоновой и Глотовой причинами их одурения.
– Все никак не оклемаемся после вчерашнего награждения… – вздохнула Огневичка и криво усмехнулась: – Ведь, по большому счету, мы только добивали. Медведей, выживших после ракетного удара. Но государь пожаловал личным дворянством всех, у кого его еще не было, и опосредованно вручил нам очень серьезные ордена!
– Варя, скажи, пожалуйста, смогли бы «Ведуны» генерала Анциферова заморозить Благово так, как это сделали мы?
– Нет.
– А выжить, сцепившись с той тройкой мишек, которые пришли в себя самыми первыми?
– Нет.
– А взять трех особей живыми и здоровыми?
– Нет… – третий раз ответила она и «ткнула меня носом» в самое слабое место этих выкладок: – Но все вышеперечисленное сделали вы, Анастасия Юрьевна, Наталья Георгиевна и Анна Филипповна. А мы просто‑на– …
– Варь, мы работали КОМАНДОЙ… – напомнила моя родительница и привела еще один непарируемый аргумент: – Кстати, скажи, пожалуйста, а у нас были хоть какие‑то гарантии того, что ракетный удар положит большую часть медведей?
Девчонка отрицательно помотала головой.
– Тем не менее, мы придумали алгоритм первого захвата представителей другой цивилизации, являвшихся чрезвычайно сильными магами , реализовали свои задумки и, тем самым, спасли от героической гибели не один десяток «Ведунов». Дальше объяснять?
– Не надо… – вздохнула она и виновато развела руками: – Я понимаю, чем руководствовался государь, жалуя нам настолько серьезные ордена. Тем не менее, считаю, что свой не заслужила.
– Открою страшную тайну: точно такое же ощущение есть и у меня, и у абсолютного большинства награжденных… – без тени улыбки заявил я. – Мало того, оно появляется из раза в раз. Ибо каждый из нас привык считать, что награды вручаются за героизм и самопожертвование . А теперь вдумайся вот во что: героизм в том виде, в котором его демонстрируют в художественных фильмах – не более, чем попытка любой ценой исправить последствия чьего‑либо разгильдяйства. Нас же наградили за идеально точную реализацию плана операции. То есть, за надежность, позволившую добиться поставленной цели и обойтись без жертв. Что, на мой взгляд, является ничуть не менее достойным поступком, чем условный рывок в атаку с пулеметом наперевес.
– В общем, делайте то, что должно, и дальше – и наш род станет самым заслуженным аристократическим родом Империи… – заключила матушка, сочла, что мы зависаем в коридоре непозволительно долго, открыла дверь в большую гостиную, переступила через порог, весело поздоровалась с Марией Тарасовной и величественно «поплыла» к своему креслу…
…После трапезы я вызвал из Восточного «Исеть» и отправил Дашу с Ниной в Форт, в зоне ответственности которого за ночь открылось два синих портала. Затем проводил до «Икара» матушку, Аню, Валю и Варю, улетавших в Белоярск терроризировать руководство военно‑строительной компании. А после того, как конвертоплан поднялся в небо, на пару с Наташей отправился инспектировать стройплощадки.
Придраться ни к чему не смог – подчиненные майора Бердяева не только работали, как часы, но и перевыполняли планы. Поэтому уточнил сроки сдачи объектов и приятно удивился, узнав, что забивать арсеналы «Кедров» начнут уже во второй половине дня. На обратном пути заметил, что небо начинает затягиваться сплошной облачностью, влез в Сеть, посмотрел прогноз погоды и невольно поморщился: в пятницу вечером должна была начаться очередная пурга и мести аж до вторника.
Не скажу, что сильно расстроился, но в покои поднялся в непонятном настроении, раздраженно заблокировал дверь, избавился от верхней одежды, прошел в гостиную, включил «глушилку», раскрыл диван и рухнул на свою половину. Как только Наташа «возникла» рядом, слегка успокоился. Так что попросил «дать картинку». А после того, как она запустила воспроизведение нужного файла на телефоне, счел изображение мелковатым и метнулся за планшетом.
Перенос видеоролика на эту приблуду позволил определиться с точкой привязки, поэтому я открыл первый портальчик, «пересоздал» его раз восемь, если не больше, и, наконец, посмотрел на городок медведей с высоты птичьего полета. Увиденное заставило вспомнить сетевые видеокурсы о Средневековье: мишки жили в городе, построенном в гористой местности, и, вне всякого сомнения, постоянно воевали: крепость правителя находилась на вершине возвышенности, причем достаточно далеко от всех вспомогательных построек, оба кольца стен, явно возведенных не для красоты, поддерживались в идеальном состоянии, а за внешним не было ни одного строения. Кстати, внушал уважение и принцип выбора места под строительство этого города: с трех сторон его окружали впечатляющие пропасти, а с четвертой – достаточно крутой склон, по которому вилась единственная дорога.
При осмотре ближайших окрестностей городка стал понятен энтузиазм, с которым медведи тырили древесину: на склонах возвышенностей, которые были видны с точки наблюдения, росли только кустарники, а на широченной полосе отчуждения не было даже их.
– Интересно, а как они обогревают дома зимой и в непогоду? – спросила Наташа, разглядывавшая «картинку», привычно привалившись к моему плечу. И ответила на свой вопрос сама: – Вероятнее всего, магией. Следовательно, нашей цивилизации предстоит освоить еще и артефакторику.
Я утвердительно кивнул, «опустил» портал пониже, изучил архитектуру в зажиточном квартале, приятно удивился отсутствию грязи на узких улицах и немного пострадал из‑за того, что «зеркало» не позволяло оценить плотность покровов прохожих, охранников, дежуривших у парадных входов нескольких зданий, и «подростков», тренировавшихся на заднем дворе одного из самых больших особняков. А потом подруга пихнула меня плечом и начала задавать вопросы, заставившие включить голову:
– Интересно, а что их заставляет селиться так близко друг к другу? Да, в мире без магии такое расположение не вызвало бы никаких вопросов, а в этом любая манипуляция стихиями одного мага должна вызывать серьезнейший дискомфорт у всех ближайших. Далее, судя по наличию крепости, вертикаль власти в этом обществе имеется. А значит, имеются и законы, определяющие права и обязанности магов, нюансы использования магии в обычной жизни и так далее. Так вот, я бы с удовольствием почитала этот документ – из него сто процентов можно было бы подчерпнуть много чего нужного нам, людям. Ха: я только что сообразила, что ученые Анциферова выжмут мишек, как куски мокрых губок. То есть, вытрясут из них все, что можно и нельзя. После чего начнут «заказывать» конкретных «специалистов». А мы, при большом желании, можем наладить такие поставки.
Я представил себе несколько вариантов отлова «нужных специалистов», рассмеялся, покосился на крепость правителя и переключился в боевой режим:
– В принципе, можем. Если начнем поставки до того, как развалим этот город вдребезги и пополам в знак недовольства иномирной политикой мишек.
Напарница прыснула, затем заявила, что правитель может оказаться нам не по зубам, а значит, придется опять использовать «читы», и натолкнула меня на чертовски интересную идею. Поэтому я «уронил» портал к крыше чем‑то понравившегося особняка, «прижал» вплотную к тесаной каменной черепице, вдавил в последнюю ладонь и потерялся в экспериментах.
Нужный способ воздействия «вспомнил» попытки с двадцатой‑двадцать второй, порадовался легкости, с которой сформировалась крошечная, но очень нужная структура, вернул руку обратно, закрыл «зеркало», прислушался к своим ощущениям и расплылся в довольной улыбке:
– Наташ, я сформировал в черепице пространственную метку , которую чувствую даже без портала!!!
– Мой господин, я вами горжусь! – восторженно выдохнула эта вредина, намеренно «съехав» на прежний вариант обращения. Но как только я грозно нахмурился, «быстренько исправилась»: – Заклинание – круче не бывает. Я под впечатлением. И уже изнываю от желания приступить к экспериментам. Само собой, если ты, мой господин, сочтешь свою верную помощницу достойной этого Знания!
– Ох, кто‑то у меня сейчас дошутится… – «злобно» прищурился я.
– Я изнываю и от желания дошутиться… – нахально заявила она, кинула взгляд на часы и посерьезнела: – Наши должны были долететь до Белоярска, но до сих пор не позвонили. Может, вырубим «глушилку» и выясним, почему?
…Матушка «постучалась» в мой личный канал «Паутинки» от силы через пять секунд после отключения приблуды и загрузила:
– Олег, мы задержимся в Белоярске часа на три‑четыре: мне позвонил Ярослав Михайлович Лемешев, завуалированно дал понять, что его послали наводить с тобой мосты, и попросил о встрече. Его рейс сядет в четырнадцать десять, так что домой мы вернемся в лучшем случае к пятнадцати ноль‑ноль. Кстати, строители перенесли встречу на двенадцать ноль‑ноль, поэтому мы в данный момент подлетаем к «Ландышу». В общем, у нас все в порядке, так что можете расслабиться.
– Таньке с Петькой подарки отправили? – на всякий случай спросил я, хотя знал, что такие вещи моя родительница не забывает.
– Естественно! – сыто мурлыкнула она и рассмешила: – Правда, возникли сложности с подбором подходящего контейнера и с оформлением груза, так как боевые ножи такого размера сотрудники Императорской Почты почему‑то считали двуручными мечами. Но магическая вкладка моего идентификатора сотворила чудо, и нестандартную посылку все‑таки приняли и к перевозке, и к доставке в поместье доблестных защитников.
– Отлично! – удовлетворенно буркнул я, вытащил из кармана оживший телефон, посмотрел на экран, сказал матушке, что мне звонит Анциферов, и принял вызов.
Генерал начал общение с приветствия и поздравлений, а после того, как разобрался с «обязательной программой», сообщил, что взрывные устройства для использования в запорталье готовы, загружены в «Атлант» и летят в нашу сторону. И задал правильный вопрос:
– Сколько штук закинуть к вам?
– Сколько не жалко! – ухмыльнулся я. – Я – личность запасливая, так что найду место и десятку, и двум, и трем…
– Значит, отдам ровно половину – двадцать штук… – решил он, а затем посерьезнел: – Олег Леонидович, я сейчас пришлю на редкость интересный документ, «закрытый» сразу на два биометрических ключа – ваш и Натальи Георгиевны. Изучите, пожалуйста…
Я мысленно присвистнул, поймал файл, перекинул на планшет, открыл нужную программку, прижал к квадратикам сканеров, появившихся на экране, все пять пальцев правой руки, «предъявил» обе радужки, зачитал вслух текст, возникший в отдельном окне, и передал приблуду подруге. А после того, как она прошла идентификацию и коротко кивнула, сообщил об этом Григорию Денисовичу.
– Я загляну к вам либо сегодня вечером, либо завтра днем. Тогда ваши соображения и обсудим. На этом все. Хорошего дня…
Я пожелал ему того же, сбросил вызов, убрал телефон в карман, взял из рук Наташи планшет, пробежал одну страницу текста и угрюмо вздохнул:
– Найти и прибить этого урода не проблема – раз он четыре с половиной года проработал в государственной больнице, значит, в базах данных ее СБ имеются и фотографии, и записи камер СКН. Но светить наши возможности даже ради Первого Химеролога Планеты как‑то не хочется. Поэтому пусть его поисками занимаются спецслужбы. Далее, поручать нашим целительницам поиск способа инициации направленных мутаций такого типа не вижу смысла: даже если какая‑то часть изменений и окажется полезной, экспериментировать с результатами нам, крошечному роду, не с руки. Так что оставим и это дело государству. И последнее: слив информации о существовании Химерологии в Сеть, безусловно, не радует, но и не пугает – почти уверен в том, что для запуска направленной мутации такого типа
требуется продавить покров . А они у нас ни разу не бумажные…
– У нас – да… – согласилась напарница и изрядно напрягла: – А у детей твоих слуг их в принципе нет. Значит, они уже под ударом . Ибо врагов у нас – завались.
– Ты хочешь сказать, что теперь неинициированных детей надо беречь, как зеницу ока? – спросил я, заранее зная, каким будет ответ, дождался кивка «Природницы», и «постучался» в личный канал матушки. А после того, как услышал ее голос, поставил «боевую задачу»: – Мам, к проекту коттеджного поселка «Восточный» необходимо добавить первоклассный игровой комплекс для детей и подростков с нормальным аквапарком, парочкой автоматических магазинов и небольшой кафешкой. Так что прикинь, куда его вписать, еще до переговоров. Чтобы проектировщики вояк сходу представили единый образ.
– Поняла. Сделаю… – пообещала она, вне всякого сомнения, заметив, что я выделил интонацией слово «необходимо».
Закончив этот разговор и закрыв файл на планшете, я почесал затылок, вспомнил о новом заклинании и помог Наташе его освоить. Само собой, не забыв врубить «глушилку». А после того, как добился результата, поставил по метке на две разные стены кабинета, закрыл глаза и попытался разобраться, как отличать одну от другой. Издевался над собой почти полчаса, но без толку. Потом как‑то резко устал, «прислушался» к чувству Воздуха, заметил, что Наташа стоит рядом с одной из моих меток , и спросил, зачем.
Она пожала плечами:
– Твоя метка почему‑то «пахнет» не так, как моя. И ощущается только сантиметров с двенадцати‑пятнадцати…
Я выстрелил собой еще до того, как она договорила, поводил ладонью над тем самым участком стены, почувствовал чужую структуру, сел на пол прямо там, где стоял, и, поэкспериментировав еще немного, радостно взвыл:
– Ха!!!
– Рассказывай! – потребовала напарница, обнаружившаяся слева и в той же позе.
Я облизал пересохшие губы и изложил результаты своих изысканий:
– Для идентификации метки в нее надо вплетать маркеры других стихий. Я смог вплести в новую метку четыре штуки и чувствую, что это не предел. Но самое важное даже не это: маркеры одной стихии могут быть разными . Так что осталось выяснить всего несколько вопросов…
– Насколько долговечны метки , не исчезают ли маркеры со временем и можно ли уверенно чувствовать разницу в маркерах одной стихии с большого расстояния? – сев на мою волну, протараторила она.
– Я бы добавил к этому списку еще один вопрос… – заявил я. – Можно ли ставить метки на людей.
– Логично, однако… – пробормотала она, задумчиво расфокусировала взгляд, а через несколько мгновений «вернулась ко мне» и тряхнула волосами: – Этот, последний, надо проверить добросовестнее некуда. Поэтому предлагаю отправиться в теплицы. Вроде как, выяснять, насколько хорошо прижились иномирные растения. А по дороге заглянуть в загон с кроликами, назначить одного из них подопытной мышкой и обвешать метками с маркерами разных стихий. Только надо будет придумать, как уберечь нашу «мышку» от полетов на дронах…
