Текст книги "Ухорез. Тетралогия (СИ)"
Автор книги: Василий Горъ
сообщить о нарушении
Текущая страница: 62 (всего у книги 88 страниц)
Я выбрал чай с миндальным печеньем, а последний пункт «меню» не стал даже рассматривать. Чтобы ненароком не обнадежить.
Пока ждал заказ, набрал матушку. И получил ответ на вопрос, который собирался задать:
– Ты вовремя: у нас открылся синий портал с кобольдами, в Восточном – фиолетовый, с монстрами, похожими на варанов, а у Румянцевых – красный, со слизнями. Я загнала в бункеры по два человека и вызвала к себе «Исеть» – слетаю к соседям в компании Ани, Вали, Вари и четы Жаровых.
– То есть, с тремя целительницами? – уточнил я, дождался односложного утвердительного ответа и дал санкцию на этот вылет.
Не успела родительница отключиться, как на телефон упало сообщение СОПП, так что я напрягся. Как оказалось, зря: оранжевый портал, найденный в полутора километрах от южной окраины Белоярска, выпустил на эту сторону стаю «зебр» второго класса опасности, и список желающих их попинать рос на глазах. Поэтому я снова расслабился, поймал за хвост упущенную, было, мысль и позвонил Императору. А после того, как выслушал его приветствие, ответил тем же самым и коротко описал появившиеся возможности:
– Мои дроноводы только что обнаружили синий портал с «кобольдами» и фиолетовый с незнакомым зверьем. Первый провисит не менее шестнадцати часов. Что скажете?
– Прилетим через шесть… – так же лаконично ответил он, поблагодарил за приглашение и сбросил вызов. А я на всякий случай включил в часах таймер обратного отсчета, покосился на все еще пустой журнальный столик, поискал взглядом продавщицу с декольте и… услышал в личном канале голос Наташи:
– Мой господин, в этой примерочной две комнаты и есть удобные кресла для кавалеров. Может, переберетесь сюда хотя бы для того, чтобы оценить первый сногсшибательный комплект?
Глава 30
24 ноября 996 г. от ВР.
…Ориентировочно за час до прилета Белосельских я послал строителей лесом. В смысле, сообщил, что им придется прервать работы на сутки‑двое, и что все это время надо будет «отдыхать» в Усть‑Ангарске. Не очень приятную новость подсластил премиями, выделил воякам сопровождающих и поручил последним расконсервировать бункер. Да, техника выехала за ближнее КПП не сразу, зато я выполнил все требования проснувшейся паранойи. Поэтому к посадочной площадке подошел довольным собой и какое‑то время бездумно разглядывал звездное небо над заснеженным лесом. А потом над вершинами самых высоких деревьев появились «россыпи» бортовых аэронавигационных огней, и сознание само собой переключилось в рабочий режим.
В нем и пребывало все оставшееся время до приземления «Аллигатора». Поэтому после обмена приветствиями с главой государства и его супругой я перешел к делу:
– Ваше Императорское величество, полчаса назад мы закинули в портал «наживку», «подхватили» две стаи кобольдов и три «яка» дронами, отправили на пробежку и готовы захлопнуть «окно» в любой момент. Все это зверье – шестого класса опасности, так что три уровня вы возьмете максимум за час. И сможете отправиться отдыхать в гостевые покои, которые уже подготовлены. А поужинать можно будет прямо в бункере – столы уже накрыты. Что скажете?
– Великолепная программа! – хохотнул самодержец, пребывавший в прекраснейшем настроении, подхватил супругу под локоток и, тем самым, дал понять, что готов следовать за нами.
Мы с Наташей развернулись на месте и пошли к «стакану». А матушка и Аня сделали шаг в сторону, пропустили мимо себя Белосельских и двух их самых доверенных телохранителей, пристроились к колонне и прикрыли ее с тыла воздушными стенами . Так что вертолет, поднявшийся в небо, доставил дискомфорт разве что рокотом двигателя.
В этот раз прогулка под открытым небом обошлась без сюрпризов типа внезапных нападений иномирных хищных птиц – мы спокойно спустились в бункер, вошли в зал управления и сняли верхнюю одежду. Потом матушка на правах хозяйки пригласила гостей за стол, а я связался с дроноводами и дал команду подводить к ловушке первую партию «доноров» халявной энергии. Затем сел за пульт, привычно пробежался взглядом по контрольным экранам и услышал слева‑сзади смешок Императрицы:
– Анастасия Юрьевна, открою страшную тайну: нам с Виктором давным‑давно надоели и изыски высокой кухни, и экзотические фрукты: мы обожаем простые блюда, приготовленные с душой. Так что в следующий раз не гоняйте транспорт в Белоярск за ананасами и дынями…
– Ваше Императорское Величество, страшные тайны имеются и у нас… – хохотнула матушка. – Я обожаю ананасы и дыни, поэтому наши Природницы под чутким руководством Натальи Георгиевны выращивают их в теплицах в промышленных масштабах.
– Для начала не «Ваше Императорское Величество», а «государыня» или «Валентина Сергеевна». Ибо заслужили… – «сварливо» заявила венценосная гостья. – А, во‑вторых, сибирские ананасы и дыни – это уже не экзотика. Так что их я продегустирую с большим удовольствием. И прямо сейчас.
И не обманула – цапнула со стола вилку, стянула с блюда с фруктовым салатом кусочек дыни, попробовала и изумленно хмыкнула:
– Ого, какая вкусная!
Второй кусочек вручила мужу. Вместе с вилкой. Потом унюхала аромат свиной отбивной с сыром и ананасами, сглотнула слюну, самостоятельно села в кресло и принялась гипнотизировать пищевые контейнеры, которые Валя с Варей доставали из термосумки. И правильно делала: Мария Тарасовна опять совершила кулинарный подвиг, благодаря чему ночная трапеза доставила море гастрономического удовольствия даже нам, плотно поужинавшим часа за полтора‑два до прилета Белосельских. Правда, я периодически отвлекался на убиение зверья. Но посмертные импульсы кобольдов тоже радовали – гости взяли по два уровня еще до того, как распробовали десерт. А после того, как умяли по куску яблочного пирога, самодержец сыто откинулся на спинку кресла и поделился очередным «страшным секретом»:
– Между нами говоря, мы периодически изыскиваем возможность брать по уровню‑другому в аналогичных ловушках, построенных во Владимирской области. Но прибываем туда в сопровождении толпы Конвойных и большую часть времени пребывания на этих объектах либо решаем рабочие вопросы, либо общаемся с личностями, которые считают нас источниками всех благ. А тут, у вас, удается по‑настоящему расслабиться и отдохнуть от бесконечной нервотрепки. За что огромнейшее вам спасибо…
– Всегда пожалуйста… – спокойно ответил я, и самодержец, противореча самому себе, поднял «рабочий вопрос»:
– Олег Леонидович, скажите, пожалуйста, кто из ваших людей обратил внимание на появление стаи «чертей» на левом берегу Ангары?
– Командир дежурной смены Жаров Антип Назарович.
– Вызовите его, пожалуйста, сюда… – попросил Белосельский, дождался, пока я отдам соответствующее распоряжение в нужный личный канал, и криво усмехнулся: – Согласно материалам, полученным дознавателями, работавшими с беглыми заключенными, этот побег готовился с середины мая: на сходке воров так называемой Белой Масти было решено вернуть на свободу троих «коллег», отбывавших пожизненное заключение, и нескольких чуть менее авторитетных заключенных. Аналитики этих тварей разработали два вполне рабочих плана, организовали перевод на новые места службы семи неподкупных сотрудников Надымской колонии особого режима, подкупили ее нового начальника и еще полтора десятка личностей, без которых побег был в принципе невозможен, сфабриковали документы о лишении будущих беглецов Дара, подготовили одежду, транспорт, поддельные личные идентификаторы, «лежки» и многое другое. План посыпался из‑за мелкой неисправности вертолета и повышенной подозрительности одного из беглых воров Белой Масти: он весь перелет контролировал пилота, заметил появление алой пиктограммы и решил добыть гражданскую одежду самостоятельно. Чтобы обрести возможность уйти в бега до встречи с «коллегами». Поэтому приказал приземлиться в первом же поместье, попавшем в поле зрения…
После этих слов Император почувствовал, что заводится, допил чай, взял себя в руки и продолжил значительно спокойнее:
– Только в Надымской колонии эти беглые заключенные убили порядка пятисот человек. Еще тридцать две жизни забрали в поместье Румянцевых. И наверняка продолжили бы убивать, так как оценили возможности, даруемые магией, и жаждали обрести Настоящую Силу.
– Но уже не обретут… – желчно усмехнулась Императрица.
– Верно… – подтвердил ее благоверный и снова поймал мой взгляд: – Их остановили вы. Поэтому эти шестеро ублюдков уже лишились Дара, сегодня во второй половине дня будут приговорены к смертной казни, а в выходные закончат свой жизненный путь…
…Одним описанием «подвигов» и планов беглых заключенных государь не обошелся – провел «камерное» награждение, во время которого пожаловал меня, матушку, Аню и Наташу орденом «За заслуги перед Империей» третьей степени, а Валю, Варю и Антипа Назаровича – им же, но четвертой. Кстати, Жарову «прилетело» еще и личное дворянство. Как мне показалось, из‑за того, что во время награждения Виктор Константинович почувствовал, насколько покров этого моего слуги плотнее его покрова , и, вероятнее всего, решил, что настолько сильный маг не должен оставаться мещанином. Впрочем, чем бы ни руководствовался самодержец, принимая это решение, факт остается фактом – мой род «прирос» еще одним дворянином, и этот дворянин был обязан своим «возвышением» верной службе мне‑любимому. И это радовало. Все время, пока я валил последнюю пачку зверей для Императора, его благоверной и их телохранителей, поздравлял всех четверых с подъемом на очередной уровень и желал добрых снов.
Ага, в особняк гостей увела моя родительница. В компании с Лосевой, Филимоновой, Глотовой и Жаровым. Там заселила в единственные свободные покои второго этажа, по просьбе Императрицы организовала «доставку» ее личной горничной от вертолета, припаркованного за ближним КПП, и тоже отправилась баиньки. Ну, а мы с Наташей вызвали к себе Яшина, Чекменева и Пришвину‑младших, помогли взять «стандартные» два уровня, поздравили с переходом в шестой ранг и отпустили отдыхать. Потом добили последних «кобольдов», поручили половине личного состава дежурной смены обслужить и перезарядить «Сполохи» с «Кипарисами», связались с пилотом «Атланта», убедились в том, что он придет за «сырьем» по расписанию, перебрались на маты и, можно сказать, расслабились. Как? Я, вливавший всю халявную силу в кластеры Пространства, открыл двенадцатисантиметровую «дырку» в мир «единорогов» и принялся очень осторожно увеличивать ее диаметр. А Наташа, завалившаяся рядом, плавилась от гордости.
После того, как я уперся в очередной потолок возможностей, измерила диаметр портальчика рулеткой, извлеченной из кармана штанов, сообщила, что мой новый рекорд – «зеркальце» диаметром в девятнадцать сантиметров – и в шуточной форме потребовала побыстрее взять следующий, восьмой ранг.
– Знать бы еще, на каком уровне он берется… – вздохнул я, «сбросил» заклинание, покосился на контрольные экраны, убедился в том, что вертолет еще не загружен, а ЗРПК не заряжены, опустил голову на скрещенные руки, поймал взгляд помощницы и спросил, как «дамы» оценили ее новый образ.
В ее глазах мгновенно заискрились смешинки:
– Валя с Варей потеряли дар речи… от красоты белья и, кажется, решили, что его мне подобрали вы. Аня сказала, что вот теперь я выгляжу правильно . А утверждение Анастасии Юрьевны надо цитировать…
Я повел рукой, предлагая начинать, и Наташа притворно посерьезнела:
«Я в восторге от вкуса своего сына: „упаковка“ идеально подчеркивает изысканную красоту содержимого…»
– И ведь не поспоришь… – «так же серьезно» заявил я и рассмеялся. А после того, как закончил веселиться, сдал Красовской младшую продавщицу «Элегии»: – Кстати, одна из консультанток магазина, в котором мы тебя одели, этого не поняла. Поэтому пробовала меня соблазнить – пришла предлагать чай и что‑то там еще, задрав юбку почти до трусов и углубив декольте до пупа…
Смешинок в глазах Красовской стало больше раза в три, и я потребовал колоться. А для убедительности поднял голову и грозно нахмурился.
Женщина истерически расхохоталась, секунд через десять‑двенадцать вытерла увлажнившиеся уголки глаз, слегка порозовела и выполнила «боевой приказ»:
– Когда она сбежала из примерочной, вторая продавщица – Галина – со вздохом предупредила, что Татьяна умчалась вас соблазнять, и что, вероятнее всего, добьется своего. То есть, заинтересует, продиктует номер телефона и в ближайшие дни начнет согревать постель. Ибо вложила в свое тело бешеные деньги именно для того, чтобы когда‑нибудь отбить вложения сторицей. А потом я разделась и… невольно продемонстрировала результаты воздействия Аниного комплекса косметических заклинаний.
– Галина потеряла дар речи? – «весело» поинтересовался я по большей части для того, чтобы не дать разойтись проснувшейся фантазии.
Красовская отрицательно помотала головой:
– Нет. Сначала она искала хоть какие‑нибудь изъяны. А после того, как убедилась, что их нет, желчно заявила, что у Тани в кои‑то веки нет ни единого шанса вас хоть чем‑то заинтересовать.
Тут я ответил откровенностью на откровенность:
– Выглядела Татьяна… волнительно. Но она рванула ко мне из‑за фразы «Бюджет не имеет значения…», а я на дух не выношу продажных женщин…
…После того, как «Атлант» ушел на Енисейск, мы с Наташей прервали расслабон, прошлись до гаража, забрались на снегоход и прирулили к ловушке за «наживкой». После того, как загрузили ее на багажник, Природница бодро запрыгнула за руль, дала мне время забраться ей за спину и «втопила» по очень неплохо укатанной колее. Да, колбасило «Буран» нещадно, но нам было в кайф – мы неслись по ночному лесу, поднимая шлейф снежинок, изредка взлетали в воздух с небольших пригорков и наслаждались текущим мгновением.
Тормознули рядом с порталом и, как обычно, разделили обязанности – Красовская в темпе раздвинула телескопический штатив, присобачила к нему микрокамеру и просунула ее в смежный мир, а я сначала впечатал в память подступы к «зеркалу», а затем затолкал на ту сторону заднее бедро «яка» и «создавал» плотный запаховый «след» до тех пор, пока напарница не увидела на экране телефона стаю незнакомых животных, несшуюся «прямо на нее».
Тут мы включили турборежим – вернули камеру и «наживку» обратно, запрыгнули на снегоход и рванули обратно. А дроны с «ранеными кроликами» скинули высоту, готовясь «подхватить» иномирное зверье.
Разогналась Наташа прилично. По моим ощущениям, поймав кураж. И слегка переоценила свои силы, поэтому километра через два‑два с половиной вошла в поворот быстрее, чем хотелось бы, и «Буран» поставило на левую лыжу, а нас отправило полетать. Аккурат в нижние лапы вековой ели.
Я тоже был на кураже, поэтому заржал еще в полете, поплотнее прижал к себе горе‑водительницу, «провалился» в ускорение , влил предельный объем энергии в два покрова и, уже вламываясь в хвойную «юбку», почувствовал, что хохочущая Красовская пытается добавить защите еще немного плотности. Позволил… Как‑то. Потом отрешенно удивился качественному изменению «общего» покрова , «медленно» продавил спиной пружинившее препятствие, упал на мягкий и приятно пахнущий «ковер», приподнял плечо, придержал им голову Наташи, качнувшуюся назад, и заставил себя раскрыть объятия.
Следующие секунд пятнадцать не запомнил – потерялся в счастливом взгляде личной помощницы, поэтому пришел в себя уже за рулем «Бурана», «каким‑то образом» вернувшегося в штатное положение. Хотя вру: в памяти сохранились радостные извинения Красовской и мое «Надо будет как‑нибудь повторить…»
Кстати, именно это утверждение веселило нас всю оставшуюся часть пути до гаража. Впрочем, угорали и во время пробежки от него до бункера. Так что влетели внутрь довольными до невозможности, в темпе скинули все ненужное шмотье, дали команду гнать к нам «тестового» монстрика и вывели на один из контрольных экранов картинку с «птички», контролировавшей всю стаю. Подобрать земные аналоги двум массивным уродцам с темно‑зеленой лоснящейся шкурой не смогли – не хватило то ли знаний, то ли фантазии. Вот Наташа и окрестила их клыкачами.
Я возражать не стал – дождался прибытия особо любопытного одиночки и всадил в него четыре «Ориона». Обнаружив, что огненный покров монстра не продавился, оценил мощь контратаки и шарахнул пятью. Ну и, до кучи, всадил в левый бок очередь из десяти бронебойных снарядов.
Этого хватило за глаза – клыкач лег, и я уверенно отнес его к шестому классу опасности. А потом поймал мощный посмертный импульс, поднялся на восемьдесят девятый уровень и прорвался в восьмой ранг! Да, жестковато, но после того, как неприятные ощущения исчезли, почувствовал такой прилив сил, что не передать словами. Впрочем, способности соображать не потерял, поэтому вошел в оперативный канал, дал команду перезарядить «Кипарисы», на всякий случай врубил «глушилку» и провел следственный эксперимент – открыл «дырку» в мир «единорогов». Начал с двенадцатисантиметровой. А потом осторожно «потянул» ее в стороны и «через вечность» увеличил до сорока одного сантиметра в диаметре.
– Вы стали значительно сильнее! – обрадованно заявила Красовская.
Я утвердительно кивнул, скинул эту «дырку» и создал новую. С точкой привязки в мире кобольдов и клыкачей. Этот портальчик сформировался чуть‑чуть легче, заставил упереться в потолок возможностей на сорок четвертом сантиметре и показал заснеженную долину среди высоченных гор, реку и растительность, мало чем отличавшуюся от земной.
Пока я разглядывал это великолепие и пытался представить, где живут и что едят клыкачи, напарница привычно привалилась к моему плечу, оценила «картинку» и, по сути, сделала мне комплимент:
– Любоваться другими мирами вот так, «вживую» и сидя рядом с вами, в разы приятнее, чем смотреть видеозаписи. Кстати, а какой уровень оказался ранговым, восемьдесят девятый?
– Ага! – подтвердил я, и она озвучила мои мысли:
– Значит, если мы упремся в усиления, то возьмем его еще сегодня…
Глава 31
24 ноября 996 г. от ВР.
…Повторить взаимное усиление покровов мы с Наташей смогли только перед обедом. Зато поднялись на новый уровень понимания магии и за каких‑то полчаса разобрались, как вкладываться в одно и то же заклинание. И пусть такие, «сдвоенные», формировали по две‑три секунды, но чувствовали, что даже на имеющемся уровне освоения этот тип взаимодействия магов может дать очень и очень многое. Поэтому закончили тренировку довольными до безобразия, за четверть часа привели себя в порядок и заявились в большую гостиную. А там наткнулись взглядом на очень уж воодушевленную государыню и независимо друг от друга посочувствовали… Ане. С чего это вдруг и почему именно ей? Да потому, что с десяти утра и до часа дня Белосельская парилась в нашей бане в компании матушки и Лосевой. А значит, с вероятностью в сто процентов насмотрелась на результаты применения косметических заклинаний личной целительницы моей родительницы и наверняка плавилась от желания освоить все до единого.
Супруг Валентины Сергеевны возник на пороге минуты через три после нас, жестом разрешил нам не вставать и устало опустился в «свое» кресло. Что тоже было понятно: он, в отличие от жены, всю первую половину дня работал. В кабинете, который я ему «уступил». Тем не менее, состояние благоверной «считал». И с улыбкой поинтересовался, что ее так впечатлило.
Императрица набрала полную грудь воздуха и сдала Лосеву по полной программе:
– Анна Филипповна придумала и довела до ума настолько сумасшедший комплекс косметических заклинаний, что я была готова отдать за это Знание твой свадебный подарок…
– Елизаветинский дворец⁈ – изумленно уточнил самодержец, дождался утвердительного кивка, заметил, как улыбается моя матушка, и «прозрел»: – Как я понимаю, этот дворец остался в семье только потому, что вожделенное Знание тебе просто подарили?
– Ага!!! И пусть для того, чтобы освоить настолько нужные заклинания, мне не хватает мощи энергетической системы, я все равно в восторге: уже на пятом ранге у меня появится возможность фактически «откатить» внешность лет на десять, если не больше! – протараторила она, сделала небольшую паузу и посерьезнела. Причем ни разу не притворно: – Вить, вдумайся, пожалуйста, вот во что: Анна Филипповна помогла освоить этот комплекс заклинаний всем целительницам Беклемишевых. А ее ученицы «убрали» возрастные изменения всем взрослым членам рода . Причем просто так, по велению души .
– Откровенно говоря, не удивлен… – заявил Белосельский и объяснил, почему: – По уверениям Саши, все утро тренировавшегося под началом магов Олега Леонидовича и, как обычно, анализировавшего все подряд, плотность покровов всех Одаренных членов этого рода приблизительно одинакова. Что, кстати, совпадает с информацией в учетных записях РОРИ. Впрочем, в них я заглянул из любопытства. А похожие выводы сделал после того, как оценил кое‑какие нюансы поведения вот этих молодых дам…
Тут он повернулся к третьей боевой двойке моей семьи, поймал взгляд Филимоновой и удивил, обратившись к ней по имени‑отчеству:
– Валентина Андреевна, скажите честно, вы бы перешли в главную ветвь моего рода, предложи я это на полном серьезе?
– Нет, Ваше Императорское Величество, не перешла бы… – ответила она, не задумавшись ни на мгновение, и сочла необходимым продолжить: – Но я – девушка, и, теоретически, мой ответ можно объяснить влюбленностью в Олега Леонидовича. Поэтому правильнее было бы задать этот вопрос, к примеру, нашим юношам‑дроноводам…
– Но результат был бы тем же, верно? – спросил Белосельский, выслушал ожидаемый ответ и снова посмотрел на жену: – У меня род Олега Леонидовича ассоциируется с вышедшим из моды, но на удивление правильным и емким словом «бояре». Ибо эти «ярые бойцы» служат Родине не за страх, а за совесть.
В этот момент Мария Тарасовна внесла в помещение супницу с тройной ухой, и Белосельские вынужденно прервали славословия. Вернее, государыня, принюхавшись к аромату первого блюда, заявила Жаровой, что она их балует, и первой пожелала всем приятного аппетита.
Трапеза прошла на удивление весело – Император задвинул все мысли о работе в самый долгий ящик и расслаблялся, рассказывая байки «из жизни политиков», забавные истории из своей молодости и даже анекдоты. В том же стиле развлекалась и его супруга, которую, по моим ощущениям, продолжало плющить от предвкушения. Матушка тоже отрывалась достаточно свободно. Я – в меру. Из‑за того, что биологический возраст «резал» статус главы рода и не позволял развернуться. Ну, а Наташа, Аня, Валя, Варя и Мария Тарасовна, в основном, смеялись. Впрочем, искренне и свободно. Так как давно привыкли к приездам настолько высокопоставленных гостей и… обрели непоколебимую уверенность в себе, в роде и во мне. А в пятнадцать ноль‑ноль я поднялся из‑за стола, тем самым, дав понять, что обед закончен, переключился в рабочий режим и сообщил Белосельским, что через четверть часа «Кипарисы» встанут на обслуживание и перезарядку, соответственно, им надо быть готовыми к перебазированию в бункер.
Подготовились. То есть, переоделись, «построились» в общем коридоре, под нашим присмотром добрались до «стакана», спустились по лестнице и, на ходу избавляясь от теплых курток, пошли занимать облюбованные кресла.
За тринадцать с лишним часов энергетические системы венценосной четы восстановились процентов на семьдесят, поэтому три «пары» кобольдов я завалил с минимальными паузами. А во время перезарядки ЗРПК расспросил гостей, взявших по два уровня, об их самочувствии, и пришел к выводу, что получение третьего лучше отложить до вечера.
Спорить со мной никто и не подумал – Император согласно кивнул и дал понять, что хотел бы продолжить заниматься делами, а его супруга изъявила желание потренироваться под началом Лосевой. Вот мы с Красовской и прогулялись к особняку. А потом вернулись обратно и вытребовали себе двух клыкачей.
Пока они бежали к нам, я открыл «дырку» к синему порталу, «вытянул» из него «немного» Пространства, поднялся на девяностый уровень и провел еще один следственный эксперимент – «заглянул» в мир «единорогов» и выяснил новый предел возможностей. А он откровенно порадовал – в этот раз портальчик растянулся до сорока девяти сантиметров в диаметре.
Следующие три с лишним часа сочетал приятное с полезным: поднимал на два уровня – и, тем самым, переводил в шестой ранг – слуг, которые еще не успели это сделать, вливал халявную энергию в кластеры Пространства, в компании с напарницей фанатично отрабатывал скоростное переключение в режим взаимного усиления заклинаний и, конечно же, ждал, как манны небесной, ее подъемов на новые уровни. И пусть они случались намного реже, чем хотелось бы, к половине восьмого вечера она взяла восемьдесят восьмой и, тем самым, вплотную подошла к переходу в восьмой ранг.
– Возьмем. Еще сегодня… – проартикулировал ей я, уступил кресло и пульт управления системами вооружения Прохору Осоргину, дал команду организовать нам «окно», взял с мата свою куртку и почувствовал вибрацию телефона.
Увидев на экране фотографию Императора, принял вызов, спросил, что случилось, и превратился в слух.
– Возникли проблемы, требующие моего скорейшего возвращения в столицу… – спокойно сообщил Белосельский, но я был готов поставить голову против ржавой гильзы, что он в бешенстве.
– «Окно» фактически открылось… – заявил я.
– А мы будем в особняке через две минуты.
– Отлично! – безрадостно сказал он. – Тогда я даю команду перегонять «Аллигатор» на посадочную площадку и отправляюсь собираться. Да, кстати, жену я тоже заберу. И, вероятнее всего, буду вынужден взять четвертый ранг под Владимиром. А жаль – тут, у вас, мы отдыхаем и душой, и телом…
Как только он отключился, Жаров‑младший доложил об исчезновении синего портала.
– Оставшееся зверье добьем через полчасика… – пообещал я, кивнул Природнице, бившей копытом, и рванул на выход. Поднявшись в «стакан» и вывалившись под открытое небо, вдруг заметил, что его затягивает облаками, вошел в канал командира дежурной смены и спросил, какую погоду обещают синоптики на ближайшие дни.
Максим Алексеевич попросил подождать буквально десять секунд и начал «переводить» прогноз «на русский язык»:
– Ориентировочно в двадцать три десять температура упадет до минус двадцати шести, а ветер усилится до семнадцати метров в секунду. В начале первого начнется метель. К двум ночи превратится в пургу и за следующие шестнадцать‑семнадцать часов вывалит на Белоярский край до шестидесяти пяти сантиметров снега. Будет мести и всю ночь на субботу. Зато с десяти утра ветер начнет стихать. К полудню практически пропадет. И установится хоть и морозная, но хорошая погода.
– Что ж, значит, на этой неделе я просто сдвину ваши увольнения на сутки… – сообщил ему я, первым вошел в особняк, расстегнул куртку, снял перчатки и шапку, направился, было, к лифту, но увидел, как открывается парадная дверь, остановился и вопросительно уставился на Дарью Михайловну, влетевшую в холл с двумя большими термосумками наперевес: – Ананасы, дыни и ягоды?
– Так точно: собрала по распоряжению Анастасии Юрьевны! – доложила она.
Я поблагодарил ее за оперативность, забрал ни разу не легкую ношу и отпустил заниматься своими делами. Термосумки оставил в фойе, чтобы не таскать вверх‑вниз, прокатил себя и Красовскую в лифте, вышел из кабинки в общий коридор и наткнулся взглядом на Белосельского, уже собравшегося в дорогу. Оба телохранителя обнаружились рядом с ним, а государыня вышла из покоев, выделенных их чете, через две‑три секунды после того, как снаружи послышался характерный посвист лопастей несущего винта «Аллигатора». Матушка и Аня тоже не тормозили, так что я ткнул в сенсор вызова лифта, повел рукой, предлагая гостям в него зайти, а сам направился к двери, ведущей на лестницу. А когда подошел, услышал гневный рык самодержца:
– Хватит мямлить: мне нужны не ваши эмоции, а информация!!!
Следующие секунд пятьдесят он слушал невидимого собеседника и наливался дурной кровью. Потом прошипел, что ему все ясно, приказал ждать распоряжений, сбросил вызов, повернулся ко мне и скрипнул зубами:
– Олег Леонидович, я вынужден опять просить вас о помощи: в центре Белоярска, на продовольственном складе ресторана жилого комплекса «Жар‑птица» два с лишним часа тому назад открылся голубой портал. Владелец ресторана доложил о его обнаружении начальнику службы безопасности ЖК, тот передал эту информацию владельцу «Жар‑птицы» – главе рода Смирновых – и последние решили использовать этот «подарок судьбы» для усиления. Для того, чтобы минимизировать риск, быстренько перепрограммировали систему кондиционирования так, чтобы она насыщала воздух в двух помещениях, смежных со складом, какой‑то ядовитой дрянью и травила иномирное зверье. Усиливались порядка двух часов. А потом из портала вышла стая «диких собак», владеющих Землей, не отравилась и начала разносить стены… на первом этаже восьмидесятиэтажной жилой башни! В этот момент Смирновы и запаниковали. Эвакуация людей вот‑вот начнется – начальник Белоярского управления министерства внутренних дел связался с командиром сто тридцать первого отдельного вертолетного полка, и пилотов, вроде как, уже подняли по тревоге. Но восемьдесят этажей – это сотни квартир и одна сравнительно небольшая крыша, соответственно, жителей быстро не эвакуируешь. И если дом рухнет… или если «дикие собаки» разбегутся по району, то жертв будет… очень много.
– Мы вылетим в течение пяти минут… – пообещал я. – А свободная смена усадьбы – сразу после того, как сюда пригонят «Исеть». И мы сделаем все, что в наших силах…
…Вылетели через шесть. Всемером – я счел необходимым взять с собой матушку Валентины, владеющую Землей. Режим форсажа выбрали еще при наборе высоты, обошли «Аллигатор» Белосельского и «Ураганы» сопровождения, как стоячих, и ушли в точку. Первые четверть часа полета я провисел в оперативном канале – отслеживал местонахождение «Исети», ставил боевые задачи тревожной группе и грузил ценными указаниями Антипа Назаровича, остающегося за старшего. Потом до меня дозвонился Анциферов и загрузил таким количеством информации по «Жар‑птице», что пришлось подключить к ее «перевариванию» мою родительницу и Наташу. А минут за пять до подхода к тому самому ЖК генерал подключил к разговору начальника Белоярского управления министерства внутренних дел, и тот сначала мрачно сообщил, что часть «собак» вырвалась из центральной башни и уже ломится в соседние, а потом кинул в канал ссылки на окрестные уличные камеры.
Я задал десяток уточняющих вопросов, дополнил ответами «картинку», сложившуюся в голове, и скорректировал планы. Поэтому перед посадкой на крышу двадцатиэтажного корпуса, неплохо прикрытого от ветра соседним, двадцатипятиэтажным, потребовал поднять один из лифтов и заблокировать возможность его вызова кем‑либо еще.
