Текст книги "Ухорез. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Василий Горъ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 74 (всего у книги 88 страниц)

Освободился – вернее, сослался на дела и умотал в кабинет – без десяти три, связался с юристом, выслушал подробный отчет о проделанной работе и рекомендацию, которую, при большом желании, можно было выразить одним‑единственным словом «Покупайте!», задал пару вопросов о нюансах передачи прав собственности и так далее. А в пятнадцать тридцать приобрел особняк, «поймал» полный комплект документов и потратил еще немного денежек. На два квадроцикла, пять высокоскоростных дронов с продвинутой оптикой и биосканерами, два гидроцикла, четыре комплекта стационарных «глушилок» и всякую мелочевку типа надувных матрасов.

В районе шестнадцати тридцати ненадолго отвлекся. Сначала на доклад Егора Жарова, обнаружившего рядом с Восточным «перспективный» синий портал с «анчутками» шестого класса опасности, а затем на разговор с мамой, решившей их «немного поистреблять» и постучавшейся в мой личный канал, чтобы попросить разрешения перебраться в Форт «эдак часов на пять‑шесть».

Я воспользовался представившейся возможностью сгонять в Белоярск – сообщил родительнице, что мне туда надо по небольшому делу, отвез их с Аней, Варей и Валей на тренировку, совмещенную с усилением, напомнил, что анчутки лупят Молниями, причем как точечными, так и площадными, и попросил не рисковать. А после того, как дамы пообещали не дурить, взбежал по трапу и разрешил напарнице порулить.

Обрадовалась. Самостоятельно оторвала квадрокоптер от посадочной площадки, не очень стабильно, зато с приличной перегрузкой подняла на пять с половиной километров, немного похулиганила и, нахватавшись адреналина, врубила автопилот. Пока опускала спинку кресла в горизонталь, благодарила и сияла, как маленькое солнышко. Потом залезла в Сеть, поискала новости про ящеров, не нашла ни одной свежей и вздохнула:

– Хочется надеяться, что они унялись. Но все никак не получается…

– Я тоже почти уверен, что они продолжат в том же духе… – признался я, открыл портальчик в мир единорогов и залюбовался знакомым, но еще непривычным сочетанием цветов всего и вся. Да, не без задних мыслей. И они оправдались – Наташа попросила разрешения перебраться ко мне, дождалась, пока я сдвинусь в сторону, и перед тем, как присоседиться, вырубила свет. И не сказала ни одного слова до начала снижения. Впрочем, они были не нужны – мне было и хорошо, и волнительно, а ей, судя по всему, спокойно и уютно.

Увы, как только «Икар» клюнул носом, напарница перебралась на свое кресло и развернулась к ИРЦ. Да, не просто так: перед вылетом мы задали не адрес владения, а расплывчатое «Левобережье», соответственно, кому‑нибудь из нас надо было навести борт на площадку за особняком, вписать в ее размеры с помощью оптического умножителя внешних камер и разрешить посадку без участия пилота, но я все равно обломался. Впрочем, ненадолго – стоило ввести временные коды доступа, открыть парадную дверь и шагнуть в прихожую, как меня переключило в рабочий режим, а сознание затопило предвкушением.

Почему? Да потому, что этот дом был первой недвижимостью, которую я купил сам. И пусть жить в ней на постоянной основе не собирался, осознание этого факта плющило все равно.

Кстати, работа дизайнеров «Графики‑плюс» начала радовать с первых шагов по дому. Зал для приемов был создан не для занудных мероприятий Высшего Света – это помещение навевало желание повеселиться. К примеру, на отвязной молодежной вечеринке. Гостиная второго этажа выглядела куда спокойнее, но ощущалась намного уютнее нашей. В спальнях всех дворянских покоев стояли воистину трехспальные кровати, акустика и ИРЦ могли свести с ума любого меломана, а зеркальные потолки пробуждали самые нескромные желания. Ну, а хозяйская – то есть, моя – отбивала всякое желание ее покидать и «уговаривала» обратить внимание на Наташу.

Кстати, ее тоже пробрало – оглядев интерьер этого помещения, личная помощница подергала себя за мочку уха и, по своему обыкновению, рубанула правду‑матку:

– По моим ощущениям, тот, кто создавал это великолепие, считал, что ночевать в этой спальне в гордом одиночестве – преступление. Поэтому у меня проснулось любопытство и требует оценить все предустановленные варианты затемнения оконных стекол и освещения, настройки акустики и жесткости матраса. А еще – только не смейся, ладно? – тянет в ванную. Так как она просто не может быть обычной.

Заморозка  легла, как родная, так что за мной не заржавело:

– Осмотрим и ее. Сразу после того, как я изменю время доставки наших приобретений. Потерпишь?

– По крайней мере, постараюсь… – притворно вздохнув, пообещала она. И «старалась» почти полтора часа. То есть, все время, пока я разбирался, как открывать ворота эстакады, ведущей к подземным гаражам, определялся, на каком ярусе хранить квадроциклы с гидроциклами, создавал «инсталляцию», к которой можно было «привязаться», и «привязывался», встречал и принимал грузы, устанавливал и включал «глушилку», убеждался в том, что она работает, и так далее. В общем, на хозяйский этаж мы вернулись, выполнив весь запланированный объем работ, прямым ходом вломились в мою ванную и переглянулись: в дальней ее части обнаружилась уютная сауна человека на четыре, рядом с левой стеной – красивая купель с подводными лежаками и гидромассажем, вдоль правой располагалась громадная душевая кабинка, по левую руку от двери – умывальники с зеркалами, а по правую – стильные встроенные шкафчики. Кстати, зеркало было присобачено и над купелью. Так что Наташа вздохнула и призналась в новом «прегрешении»:

– Понимаю, насколько двусмысленно прозвучит мое утверждение, но это место просто создано для нас…

Чертов телефон завибрировал как раз на середине этой фразы. Причем в одном из самых неприятных режимов. Поэтому я мысленно выругался, достал его из кармана, посмотрел на алый кантик по периметру экрана и фотографию генерала Анциферова, подобрался, принял вызов, вывел звук на внешний динамик и коротко поздоровался.

– Здравствуйте, Олег Леонидович… – отозвался Григорий Денисович и озадачил со следующего же предложения: – Судя по всему, к нам протоптала тропинку еще одна нечеловеческая раса: мне только что прислали фрагмент видеозаписи, запечатлевшей антропоморфного прямоходящего медведя.

– Где была сделана эта запись?

– В поселке, расположенном в ста сорока километрах от Норильска… – мрачно ответил он и вздохнул: – Жители этого поселка и двух ближайших перестали выходить на связь еще позавчера…

Глава 14

10–11 декабря 996 г. от ВР.

…Проверка особняка на наличие незадокументированной электроники одним‑единственным специалистом заняла чуть менее двух часов. Зато после того, как стало понятно, что дом – чист, моя паранойя, наконец, унялась, и я со спокойным сердцем поднялся в гостиную, в которой хозяйничала Наташа. И, изумленно оглядев сервированный стол, задал напрашивавшийся вопрос:

– Как я понимаю, ты купила не только блюда для «чисто символического ужина», но и посуду, столовые приборы и подсвечники со свечами?

Женщина «гордо» задрала носик:

– Мой господин, вы меня недооцениваете: я приобрела ВСЕ, что нужно для комфортной жизни, начиная с роскошных банных халатов на всех членов семьи и заканчивая четырьмя «сетевыми нянями».

– А они‑то нам зачем? – начал, было, я и прозрел: – Ну да, нужны: если мы будем прыгать туда‑сюда с телефонами, то их неправильные перемещения рано или поздно отследят. Зато эта приблуда позволит оставлять трубки дома, под камерами «нянь». Я об этом не подумал, а ты… ты у меня умница!

– А твоя умница заслужила небольшое поощрение? – снова перейдя с «вы» на «ты», хитро прищурилась она.

– Однозначно! – «предельно серьезно» заявил я, сел в кресло, стоявшее во главе стола, мазнул взглядом по еще не вскрытым пищевым контейнерам и снова уставился в смеющиеся глаза.

– Тогда поручи мне присматривать за этим особнячком на постоянной основе: Марии Тарасовны тут нет, а у семи нянек, как известно, дитя без глазу.

– Хочешь чувствовать себя хозяйкой? – полюбопытствовал я и не угадал:

– Нет: хочу воздавать заботой за заботу.

Ее глаза продолжали смеяться, но я чувствовал, что Наташе очень важно услышать положительный ответ, и постарался ее порадовать:

– Воздавай. Но – в статусе полноправной хозяйки . Возражения есть?

В этот момент ожил мой телефон и заглушил ее «Спасибо!», но эмоции, вложенные в это слово, все равно согрели душу. А потом я достал приблуду из кармана, полюбовался фотографией сестренки,

переключился в рабочий режим, принял вызов и поздоровался:

– Привет, Даш. Как твое ничего?

– Привет, Олег. Мое «ничего» зависит от тебя: я могу сорваться к вам в понедельник. Ориентировочно на неделю. Примете?

– И даже будем искренне рады…

– Тогда «ничего» – лучше не бывает! И я беру билет на утренний рейс…

Мы поболтали еще пару минут, а потом к Державиной невесть зачем приперлась мамаша, и девчонка нехотя отключилась. Ну, а я пожелал подруге приятного аппетита и на пару с ней отдал должное талантам поваров какого‑то ресторана.

Умяв двойную порцию жареной говяжьей печени под каким‑то хитрым соусом и картофельное пюре, сыто откинулся на спинку кресла, собрался, было, поблагодарить напарницу за заботу, но в этот момент телефон снова дал о себе знать. Причем вывел на экран фотографию Анциферова. Поэтому я, не задумываясь, принял вызов, вывел звук на внешний динамик и заявил, что весь внимание.

Генерал тоже был не расположен сотрясать воздух впустую. Вот к делу и перешел:

– Устанавливать контакт с цивилизацией разумных медведей мы уже не будем: они убили и сожрали все живое, начиная с жителей всех трех поселков и заканчивая их домашней живностью. А такое не прощается. Далее, эти твари утащили в свой мир весь металл, какой нашли, все дерево, стекло и продукты. Судя по энтузиазму, с которым они крушили крупногабаритную технику, со сталью и другими металлами в их мире беда. Все особи, засветившиеся на картинках с уличных видеокамер, владели Льдом и Воздухом. А третьи стихии были разными: порядка шестидесяти процентов демонстрировали «Танковые» покровы , еще тридцать пользовались Водой, а все оставшиеся, кроме одного зверя, оказавшегося целителем – Природой. Диаметр областей контроля не превышал двадцати шести метров, что, по уверениям наших теоретиков, тянет на восьмой ранг развития энергетики. И последнее: в поле зрения одной из видеокамер попал краешек портала. Так вот, он тоже был белым, но почему‑то ассоциируется со Льдом у всех, кто видел соответствующую видеозапись.

Сообщать, что порталы бывают разными, я, естественно, и не подумал – поднял вопрос из другой оперы:

– Григорий Денисович, раз медведи не привязаны ни к какому водоему, значит, есть ненулевая вероятность появления их портала в непосредственной близости к моим владениям. Противники восьмого ранга меня не пугают. Но воевать от обороны не в моих привычках. Поэтому хотелось бы иметь в своем распоряжении что‑нибудь не очень тяжелое, но достаточно мощное, чтобы при взрыве ЗА порталом гарантированно устроило медведям похохотать.

Генерал мгновенно перевел услышанное на «армейский» язык:

– То есть, вам требуются БЧ весом в пределах шестидесяти килограммов, достаточно компактные, чтобы их можно было перевозить на снегоходах или квадроциклах, и со взрывателем, позволяющим подорвать ВУ, находящееся за порталом?

– В принципе, можно закинуть и восьмидесятикилограммовую дуру… – заявил я. – … но она должна быть снабжена двумя парами удобных ручек и… иметь защиту от шаловливых лап медведей.

Тут мне в голову пришла еще одна интересная мысль, и я ее озвучил:

– Кстати, а почему бы вам не оставить «подарки» в стальных корпусах в эвакуированных поселках рядом с разоренными? Ведь если медведи уносят в свой мир весь металл, значит, радостно уволокут и что‑нибудь особо мощное, способное разнести вдребезги и пополам, к примеру, военный корабль…

– Хорошая у вас фантазия! – усмехнулся Анциферов и довольно добавил: – Прямо, как у моих аналитиков. Правда, они предложили не один, а несколько типов «подарков», но обдумывают эту проблему второй час подряд. Так, меня тут снова дергают, поэтому вынужден попрощаться. Задачу понял. И решу. В ближайшие дни. Передавайте мои наилучшие пожелания вашей матушке и подругам. Всего хорошего…

…Как только напарница загрузила грязную посуду в посудомоечную машину и протерла стол, я нехотя заявил, что нам пора возвращаться домой. К матушке и ее верной целительнице, брошенным на произвол судьбы. Хотя буйствующая фантазия и требовала провести всесторонние испытания сауны, купели и дивана в комнате отдыха… на пару с Наташей.

Верхнюю одежду надевать не стали – дошли до «Икара» под «лишним» слоем покровов , попадали в кресла и подняли машину в воздух. Пока летели к северной окраине, дважды получили сообщения СОПП. Но менять курс не стали – оба портала висели не первый час и выпускали на Землю далеко не самых сильных зверей третьего класса опасности, так что наша помощь с ними однозначно не требовалась. Третье сообщение прилетело приблизительно на половине пути и тоже было проигнорировано. Из‑за того, что это «зеркало» открылось во владениях Ильиных, а у меня не было никакого желания им помогать. В общем, к границе моих владений подошли без задержек, навелись на Восточный, в котором продолжали буйствовать две боевые двойки семьи, и организовали себе «окно».

Подобрав довольных дамочек, приятно удивились, выяснив, что все они взяли по два уровня, поздравили и организовали второе «окно» – в усадьбе – так как зверье пинали и там. Во время позднего ужина прилично обломались – сытно поев и расслабившись, все четыре героини начали клевать носом. Вот я и отправил их отсыпаться. Потом на пару с Наташей сгонял к ближайшему порталу за Пространством, на обратном пути справился с желанием в очередной раз забить на сон, сообщил командиру дежурной смены, что мы отбиваемся, пожелал подруге спокойной ночи и умотал к себе.

Как ни странно, ночь действительно выдалась спокойной. Да, и у нас, в усадьбе, и в Восточном уничтожали зверье, но не особо сильное, магией и в удовольствие, а меня никто не дергал. Поэтому, по привычке продрав глаза в шесть утра и вспомнив, что на дворе, собственно, воскресенье, я подавил подушку еще часик. А в семь с минутами, вломившись в душ и побалдев под струями горячей воды, открыл крошечный портальчик к «зеркалу», которое мы «грабанули» накануне, «вытянул» Пространство еще на один уровень и… прорвался в десятый ранг. Как ни странно, почти без неприятных ощущений.

Пережив восхитительно приятные мгновения «всесилия», отметил, что прорыв произошел на сто двадцать второй мини‑мутации, полчасика повалял дурака, экспериментируя с Водой, и поймал себя на мысли, что соскучился по обществу Наташи. Поэтому в темпе высушил волосы и тушку, оделся, вышел в гостиную и обнаружил, что по мне тоже соскучились. Матушка и Аня.

Родительница попыталась выяснить, где нас вчера так долго носило, и, почувствовав, что я не расколюсь, обозвала вредным мальчишкой. А ее верная помощница встала на мою защиту: заявила, что я надежный, заботливый и внимательный. И… в кои‑то веки пошутила «без тормозов»:

– Слава богу, об этом знаем только мы, а то девки, которых под него пытаются подложить, выпрыгивали бы из трусов по своей инициативе и прямо на приемах!

– Свят, свят, свят!!! – ужаснулся я, а моя родительница, весело хохотнув, продолжила надо мной глумиться:

– Кстати, о девках: в конце позапрошлой недели Юля Векшина и еще две целительницы с аналогичными фигурами задались целью создать заклинание, позволяющее увеличить грудь. В этот вторник довели до ума пятый вариант… из двух заклинаний, первое из которых увеличивает объем, а второе меняет форму, поделились ими с остальными и свели с ума всю женскую половину рода. За исключением меня, Ани, Наташи и Нинки Пришвиной. В общем, к концу года вас, мужчин, ждут серьезнейшие психологические проблемы!

– Наш бассейн останется семейным! – притворно ужаснувшись, заявил я, посмеялся вместе с женщинами и написал напарнице, что мы ждем ее в моей гостиной. А потом поймал себя на мысли, что представляю результаты… хм… анонсированных изменений, и съехал на тему поспокойнее – рассказал дамам о разумных медведях, о последствиях их появлений под Норильском и о моем «заказе» Анциферову.

– Если наши сварганят подходящее взрывное устройство… а они его, вне всякого сомнения, сварганят – то мы сможем «радовать» и ящеров! – довольно заключила родительница. Потом почувствовала, что в прихожей открывается дверь, и заулыбалась: – О, а вот и Наташа! Доброе утро. Мы тебя заждались…

«Природница» поздоровалась со всеми нами намного менее радостно, чем должна была, поэтому я поймал ее взгляд м спросил, что случилось.

Она плюхнулась на диван и расстроенно вздохнула:

– Да, в принципе, ничего. Просто знакомилась с последними новостями в Сети и все никак не отойду от репортажей из Румынии, записи последствий появления слизней в одном из мегаполисов Пакистана и фотографий с места группового самоубийства последователей некоего пророка Исайи. Последний призывает к очищению души через перерождение и, насколько я поняла, дурит паству с помощью какой‑то химии и спецэффектов. Вот они и ведутся: этой ночью «душу очистило» триста тридцать три «избранных» идиота и двадцать девять дурней, не попавших в это число, но решивших вознестись вместе с обожаемым наставником и его самыми верными сподвижниками!

– Фотографии «наставника» в Сети есть? – деловито спросила матушка.

Наташа сглотнула и медленно кивнула:

– Да. Навалом.

– Ну, и что нам мешает помочь ему вознестись по‑настоящему?

– Ничего! – твердо сказал я, вывел на большой экран поисковик и влез в Сеть…

…Помочь Исайе вознестись мне не дали: в тот момент, когда Наташа открыла портал к лицу пророка, он дрых на огромной кровати… в компании семи весьма фигуристых «последовательниц», изрядно потрепанных ночью любви. Вот матушка и сочла, что эта картинка – не для меня. Впрочем, после того, как «наставник» ушел на перерождение от кровоизлияния в мозг, чуть‑чуть поиздевалась, заявив, что его «грелки» мне бы точно не понравились. Ибо не прошли курс косметического омоложения от Ани, из‑за чего выглядели балла на четыре… по стобалльной системе. А потом получила сообщение от Марии Тарасовны, встрепенулась и заявила, что нам пора на завтрак.

Я, естественно, встал с кресла и поухаживал за женщинами. Но все время трапезы частью сознания обдумывал варианты решения изрядно надоевшей проблемы. В конечном итоге забраковал все «альтернативные», поэтому после того, как все съестное было уничтожено, попросил родительницу уделить мне четверть часа для разговора тет‑а‑тет и увел в кабинет. По дороге придумывал подходящие формулировки для вступления, но, врубив «глушилку», рубанул правду‑матку в стиле Натальи:

– В конце прошлого года папа подробнейшим образом объяснил, чем мне грозят внебрачные связи с дворянками и мещанками, как юным аристократам помогают решать проблему с либидо и как законодательство ограничивает… хм… перегибы в использовании вековуш. А потом пообещал подобрать мне вековушу к совершеннолетию в обмен на обещание не дурить. Я не дурил, не дурю и дурить не собираюсь. Но хочу выяснить, как ищутся такие особы, на каких условиях они… выполняют свои обязанности и что я должен учесть для того, чтобы не потерять лицо перед членами рода.

Упоминание батюшки заставило маму едва заметно потемнеть взглядом, но совсем ненадолго – дав мне договорить, она бездумно царапнула ноготками подлокотник кресла и как‑то странно усмехнулась:

– По традиции, вековуш подбирают отцы или главы рода. В контрактах обязательно прописывается три пункта. Первый ты уже озвучил: вековуша приступает к выполнению своих обязанностей только после совершеннолетия юноши. Чтобы не отправиться под суд за совращение несовершеннолетнего. К примеру, по доносу его родичей. Второй пункт категорически запрещает ей делиться с кем бы то ни было подробностями «службы» в обмен на возможность в одностороннем порядке расторгнуть контракт после первой близости, первого месяца и первого года «отношений» без объяснения причин, но с получением чрезвычайно серьезной компенсации: иные парни ведут себя в постели, как животные, а выносить сор из избы в нашем сословии, увы, не принято. Ну, а третий пункт упрощает жизнь старшим родичам подростка: вековуша нанимается на десять лет и более. Дабы он не дурел от желания, не велся на стати «знойных красоток» и не ломал главам родов далеко идущие планы.

Закончив эту часть «лекции», она задумчиво подергала себя за мочку уха и перешла к следующей:

– На первый взгляд, ты находишься в крайне неприятной ситуации: тебе, главе рода, невместно искать вековушу для себя, невместно поручать ее поиск мне, женщине, и членам рода ниже себя по статусу. А единственный выход, позволяющий не потерять лица – это обратиться за помощью к деду Евгению или моему «горячо любимому» братику Леше. Кстати, я уверена в том, что они уже подготовились к этой просьбе и изнывают от предвкушения…

– Зря: к ним я не обращусь! – твердо сказал я.

– И правильно: просить о помощи этих тварей – последнее дело! – гневно прошипела она, заставила себя успокоиться и продолжила прерванную мысль: – Тем более, что она не нужна…

– … потому, что ты знаешь, кого мне подобрал папа?

– Знать – знаю: порядочную, неглупую, молодую и весьма симпатичную вдовушку, до прихода магии жившую на южной окраине Енисейска. Но искать эту особу не вижу смысла – на мой взгляд, такие проблемы должны решать личности, на которых можно положиться. А у тебя таких аж три: Наташа, Аня и Валя…

Меня бросило в жар:

– Ты с ними об этом уже говорила?

Матушка отрицательно помотала головой:

– Нет: я берегу твою репутацию, поэтому ни за что на свете не завела бы подобные разговоры сама. Но на вопросы Ани ответила. И точно знаю, что она за тебя переживает. Поэтому готова помочь… в том случае, если по каким‑то причинам у тебя не сложится с Наташей. Но в этом решении в данный момент во главе угла стоит чувство благодарности, а интерес и все остальные теплые чувства лишь прилагаются. Влюбленность Филимоновой легкая и, в какой‑то степени, детская: ты ее волнуешь, но к этому чувству прилагается так много самых‑разных «но», что я бы не стала на него опираться. А вот на Наталью сам бог велел: она уже считает себя твоей. Во всех смыслах этого слова. И плевать хотела на весь окружающий мир с его мнениями, традициями и соблазнами. В общем, дождись дня рождения и поговори с ней сам. Только не вздумай предлагать контракт вековуш – это станет плевком в душу, и девочка сломается…