Текст книги "Ухорез. Тетралогия (СИ)"
Автор книги: Василий Горъ
сообщить о нарушении
Текущая страница: 37 (всего у книги 88 страниц)
Прекрасно понимая, что ни один дворянин, приглашенный на прием к Императору и прибывший во дворец, торопиться куда‑либо еще не может по определению, пришел к выводу, что эта семерка ждет – как выразился бы мой батюшка – времени «Ч». Поэтому дотронулся до руки… хм… напарницы и трижды сжал пальцами запястье.
Намек на подтверждающий кивок засек периферическим зрением, чуть‑чуть разогнал восприятие и переключился в режим ожидания. Почувствовав, что «моя» троица «торопыжек» начала коситься на левую руку заметно чаще, тоже посмотрел на часы. А секунд через тридцать пять углубил ускорение до предела . Ибо все три запястья чуть‑чуть приподнялись, повернулись внутрь и застыли в почти одинаковых положениях.
«Отсчитывают последние секунды перед согласованным ударом…» – мелькнуло на краю сознания, и в этот момент в мой щит влетело сразу семь атак – четыре разряда , два воздушных лезвия и что‑то огненное. Ударило не так уж и сильно – продавило порядка шестидесяти процентов объема – поэтому я автоматически влил недостающую энергию, запрыгнул на тронное возвышение коротким рывком , навелся на самую дальнюю цель, наполовину прикрытую высокой прической какой‑то пожилой аристократки, и всадил пятнышко в видимую часть лица. Второму убийце испарил ближнее плечо и часть грудной клетки. А третьему, стоявшему в каких‑то пяти метрах и продолжавшему долбиться в щит , пробил нижнюю часть грудины и, вероятнее всего, ядро лезвием двух стихий .
Пока поворачивался к зоне ответственности Красовской, скорее ощутил, чем почувствовал, что она стоит рядом, затем увидел две расколотые головы, засек момент попадания ее лезвия в третью и долбанул по последней чем‑то вроде воздушного кулака . В нижнюю челюсть, чтобы вырубить с гарантией.
Многоголосое «мычание» услышал уже потом, сообразил, что так под ускорением звучат панические крики, «скинул» это заклинание и повернулся к трону. Так как почувствовал, что государь поднялся на ноги и идет к нам.
Щит «тянул» перед ним. Поэтому в тот момент, когда Белосельский остановился справа и посмотрел в зал, по сути, прикрыл всех троих.
– Олег Леонидович, по моим ощущениям, в мою защиту прилетело пять заклинаний, а вы с Натальей Георгиевной атаковали семерых. Получается, что я чего‑то не заметил?
– Так точно, Ваше Императорское Величество! – ответил я. – Убийца, которому я сжег лицо, и ближний безголовый били воздушными лезвиями .
– Зря они это сделали… – холодно усмехнулся он, а затем рявкнул на весь зал приемов: – Хватит паниковать, ломиться к дверям и втаптывать в пол тех, кто слабее или старше: покушение провалилось, все убийцы нейтрализованы, а вам ничего не грозит!
– Ваше Императорское Величество, разрешите обратиться? – вполголоса спросила Красовская.
– Наталья Георгиевна, ВЫ и ВАШ ГОСПОДИН вправе обращаться ко мне, не спрашивая разрешений… – заявил он и превратился в слух.
– Почти уверена, что покушение координировалось мужчиной в белом костюме, в данный момент стоящим на половине второго слева от портрета вашего деда: за мгновение до начала атаки он подался вперед и не испугался вспышек разрядов .
Белосельский посмотрел в указанном направлении и скрипнул зубами:
– Очень может быть. Так как это – британский посол. К сожалению, он – лицо неприкосновенное, и я не могу ни попросить его прибить, ни арестовать. Хотя, видит бог, хочется…
В этот момент самые реактивные группы Конвойных добежали до тел, и Виктор Константинович снова вспомнил о гостях – поднял руку, дождался наступления относительной тишины и предложил всем собравшимся перейти в бальный зал. А после того, как народ потянулся к распахнувшимся дверям, спросил у Красовской, прикрывает ли она в данный момент его супругу.
Наташа утвердительно кивнула:
– Да, Ваше Императорское Величество.
– Достойно. Кстати, вы с ней до сих пор не знакомы. А это неправильно. Так что следуйте за мной…
Глава 25
18 октября 996 г. от ВР.
…На парковочное место в «Золотых Ключах» въехали в третьем часу ночи, и я, вырубив двигатель, негромко потребовал:
– Рассказывай…
Красовская зябко поежилась, обхватила себя руками и вздохнула:
– Во время боя в березняке я ассистировала вам, изо всех сил старалась не подвести и почти не думала о том, что наши заклинания убивают. А сегодня была вынуждена бить в головы, чтобы не зацепить кого‑нибудь еще. Пока нас с вами знакомили с Императрицей, заваливали вопросами и награждали, мне было не до воспоминаний. После того, как я осознала, что получила личное дворянство – тоже. Но как только мы выехали из дворца в ночной город, перед глазами появились крайне неприятные картинки.
– Убитых жалеешь? – спросил я.
Она отрицательно помотала головой:
– Нет: они позволили британцам себя шантажировать, согласились с их требованиями и приехали во дворец убивать. Причем не абы кого, а государя, которому присягали. А значит, нарушили клятвы и предали Родину. Наказание за последнее преступление одно – смерть. И я это понимаю не только разумом, но и сердцем. Увы, перед глазами мелькают расколотые черепа, и меня легонечко мутит.
– Меня тоже мутило на двух первых… – признался я. – До тех пор, пока я не представил, что натворили бы эти твари в будущем, не столкнись мы с ними на пару с батюшкой и не останови.
Природница повернулась ко мне, закусила губу и… сочла нетактичным задавать уточняющие вопросы. Поэтому я ответил на них сам:
– Мне было тринадцать. Мы возвращались с охоты. Километрах в трех от Енисейска услышали женские крики. Побросали добычу, перешли на бег и добежали до поляны, на которой девять беглых заключенных насиловали двух продавщиц круглосуточного магазина, расположенного на окраине городка. Папа убил самых опасных. А я – одного из насильников и шныря, пытавшегося скрыться в тайге. Потом помогал истерзанным жертвам этих нелюдей прийти в себя, нес одну из них на закорках, так как она была не в состоянии ходить, и так далее. В общем, тоже отвлекался. До тех пор, пока мы не передали эту парочку полицейским и не вернулись домой. А там я спросил папу, почему мы убивали, а не калечили. Ответ запомнил слово в слово: «Такие твари, как эти – не люди, а нелюди. И их надо уничтожать, как бешеных собак. Ибо колонии, тюрьмы и каторга их не перевоспитывают, а озлобляют. А озлобленные твари, вырвавшись на свободу, продолжают грабить, насиловать и убивать…». Да, меня мутило и после этой отповеди. Но, как я уже говорил, стоило представить альтернативный вариант будущего этих уголовников, как мое мировоззрение изменилось раз и навсегда. Кстати, наверняка изменится и твое. Как только ты представишь будущее Империи после удавшегося покушения : грызню за трон, направляемую спецслужбами наших заклятых врагов, гражданскую войну или вторжение их армий и трупы, трупы, трупы…
– А тут сдохли всего семеро несостоявшихся убийц – и все?
– Ага… – подтвердил я и продолжил ее воспитывать: – А теперь вдумайся вот во что: за сего– … вернее, за вчерашний вечер ты идеально подыграла мне во время конфликта с зазвездившимися дедками, вовремя прикрыла Волкову, НЕ вмешалась в конфликт с Северцевым, встревать в который было нельзя, помогла спасти жизнь государю и не сделала ни одной сколь‑либо значимой ошибки за все оставшееся время пребывания в Императорском дворце. В моей системе координат такое поведение называется надежностью, я ее очень ценю и считаю должным сказать следующее: Наташ, я тобой доволен. И приму тебя в свой род. Само собой, если захочешь.
Она затаила дыхание, несколько мгновений обдумывала услышанное, а затем как‑то странно усмехнулась:
– Мне безумно приятно, что вы и заметили, и так высоко оценили мои старания. Попасть в ваш род – моя самая заветная мечта. Но есть нюансик, который пугает…
– Что за нюансик?
– Я не поняла добрую половину речи, которую государь произнес после того, как пожаловал меня личным дворянством. Зато запомнила, что теперь мне очень многое невместно. Вот я и боюсь, что вы поручите мне какое‑нибудь дело, достойное дворянки, а в личные помощницы возьмете кого‑нибудь еще…
– Будет время – скачай из Сети и вникни в каждое положение Грамоты о правах, обязанностях и вольностях дворянского сословия… – посоветовал я и мягко улыбнулся: – Впрочем, ответ на так и не прозвучавший вопрос я дам прямо сейчас: статус личной помощницы главы рода не умаляет достоинства дворянки. Говоря иными словами, если ты жаждешь мне служить и дальше, то служи – я буду только рад.
– Спасибо!!! – радостно выдохнула она, заявила, что теперь счастлива до безумия, прислушалась к себе и тихонько хихикнула: – А еще мне стало не до несостоявшихся убийц: я изнываю от желания как можно быстрее долететь до нашей усадьбы и поделиться приятными новостями с вашей матушкой и Аней!
– Что ж, тогда поднимаемся домой, переодеваемся, забираем оружие и шмотье, спускаемся в гараж и выдвигаемся в аэропорт…
…В Белоярске сели в районе полудня по местному времени, доложились матушке, выяснили, что за время перелета новые порталы не обнаруживались, и со спокойной совестью отправились на промысел. Для начала доехали до арендованного ангара, перегрузили свои пожитки в квадрокоптер и отпустили разъездную машину. Потом перелетели на крышу ТРЦ «Ландыш», на которой имелась посадочная площадка для вертолетов. И, прокатившись на лифте, в темпе пробежались по магазинам.
Вел я, так как прекрасно ориентировался в этом торговом центре и знал, что именно хочу купить. А Наташа ассистировала и веселила. Чем именно? Да поведением: если первые четверть часа она безропотно примеряла все, во что я тыкал пальцем, и периодически теряла дар речи от цен, то потом наплевала на свои загоны, начала позировать и, в конечном итоге, разошлась. Поэтому в магазине шуб изобразила настолько красивое танцевальное па, что вызвала аплодисменты продавщиц‑консультанток.
Я тоже поаплодировал. Затем попросил примерить роскошную рысью шубку с манекена, подождал, пока «танцовщица» накинет капюшон, немного пострадал из‑за того, что эта женщина вдвое старше меня, и улыбнулся:
– Наташ, эта шубка шилась на тебя. Поэтому мы ее берем…
– Спасибо, мой господин… – благодарно выдохнула она, поучаствовала в выборе шуб для матушки и Ани, вцепилась в два больших, но легких пакета и помогла поднять всю нашу «добычу» на крышу. А там затолкала свою часть груза в багажный отсек, повернулась ко мне и выдала занимательный монолог: – Олег Леонидович, для полного счастья вашей кукле не хватает возможности подарить Анастасии Юрьевне и Ане цветы. Вы не подождете меня в «Икаре» буквально десять‑пятнадцать минут?
– Подожду хоть двадцать… – улыбнулся я, поднялся в салон, снял куртку, сел на свое место, врубил сначала печку, а затем ИРЦ, нашел радио «Сибирь», на котором крутили музыку на мой вкус, и потерялся во времени. В реальность вернулся от того, что услышал, как открывается багажный отсек, учуял запах роз, подождал, пока Красовская поднимется в салон, отметил, что она слегка запыхалась, поднял трап и завел движки. Потом ткнул в пиктограмму «Взлет без участия пилота», краем глаза заметил, как качнулась грудь Природницы, плюхнувшейся на соседнее сидение, с трудом задавил желание полюбоваться этим чудом природы, нескромно обтянутым белой водолазкой, и… обнаружил перед собой раскрытый серо‑стальной футляр.
Дорогущие умные часы «Экстремал» от часового дома «Байкал» узнал с первого взгляда, мысленно хмыкнул и вопросительно уставился на Наталью. И она отожгла:
– Олег Леонидович, я, скорее всего, нарушаю какие‑нибудь неписаные правила, но дарю эти часы из внутренней потребности и в знак глубочайшего уважения. Насколько я знаю, эта модель заслуженно считается эталоном не только роскоши, стиля и красоты, но и неубиваемости. А значит, создавалась под вас – главу самого боевого рода Империи. Так что носите в удовольствие, а я буду гордиться тем, что вы пользуетесь моим подарком!
Не знаю, почему, но желание ее подколоть умерло, толком не родившись – я снял «Хроносы», купленные на четырнадцатилетие на честно заработанные деньги, нашел в футляре «Экстремала» специальный съемник и минуты за три‑четыре укоротил браслет под свое запястье. Потом синхронизировал старые часы с новыми, покопался в меню, разобрался, как запускается копирование информации и настроек, нажал на нужную кнопку, подождал секунд десять‑двенадцать, вернул на место задранный рукав и повернулся к Красовской:
– Спасибо, Наташ: подарок – что надо. И уже радует . Правда, он безумно дорогой, но что‑то мне подсказывает, что тебе на это наплевать.
– Вы угадали! – довольно мурлыкнула она.
– А моей матушке и Ане что‑нибудь купила?
– Ага!
– И, небось, потратила на подарки всю свою половину виры, любезно перечисленной мне вчерашним дедком?
В глазах Природницы заискрились смешинки, а в голосе появилась волнующая хрипотца:
– Олег Леонидович, между нами говоря, я покупала эти подарки, получая удовольствие . А в таком состоянии не до цифр…
– Великолепный ответ! – признал я, не позволив взгляду сползти на бюст, и… принял звонок матушки.
– Олег, вы далеко? – как‑то уж очень серьезно поинтересовалась она, и меня переключило в боевой режим:
– Еще в Белоярске: бегали по магазинам, но уже закончили, взлетели и набираем высоту. А что?
– Парни обнаружили синий портал. В полутора километрах от усадьбы. Следов вокруг него пока нет, но если он ведет в мир динозавров, то нам будет весело.
– Подожди минуточку… – попросил я, влез в меню, нашел вкладку со скоростными режимами, выбрал «полет на форсаже», подтвердил изменения, посмотрел на экран навигатора и продолжил разговор: – Мам, мы будем через двадцать одну минуту. Поэтому спокойно перебирайся в бункер и, в случае чего, поручай дроноводам гонять зверье кругами…
…Мы успели – загнали «Икара» в ангар через две с половиной минуты после появления из портала пары Больших Дракош. Пока бежали к особняку, на нашу сторону перебралась и стая «шакалят» из двадцати семи особей. Но их «подхватил» Лева и увел на пробежку, а Егор с Антоном разделили зверюг поопаснее и погнали в разные стороны, так что я, быстренько переодевшись и вооружившись, счел возможным потратить пару минут на важный разговор. Поэтому вытащил телефон, набрал личный номер государя, дождался, пока он примет вызов, попросил активировать защищенный режим и забил на вежество:
– Ваше Императорское Величество, час назад мои люди обнаружили синий портал, ведущий в мир динозавров. Эти монстры чрезвычайно сильные и, что немаловажно, хорошо знакомые, а портал провисит не менее пятнадцати часов. В общем, возможность, которую мы обсуждали, появилась…
– Пятнадцать часов, говорите? – задумчиво переспросил он, выслушал мой односложный ответ и принял решение: – Что ж, прилечу ориентировочно через шесть. Кстати, мою супругу усилите?
– Почтем за честь! – ничуть не кривя душой, ответил я, так как все еще помнил приятное послевкусие, оставшееся от недолгой беседы с Валентиной Сергеевной.
Белосельский поблагодарил за понимание, попрощался и отключился, а я сорвался с места, выбежал в коридор, кивнул Красовской, бившей копытом, и рванул к лестнице. К бункеру неслись по тропе, явно протоптанной первой партией желающих усилиться, ворвались в «стакан», спустились под землю и дали команду дроноводам подводить к ловушке одного дракошу. Вернее, дал. Я. Потом поздоровался с матушкой, Аней и «избранными», рухнул в кресло, которое мне уступил Максим Рюмин, оглядел пульт управления и пробурчал, что ковырять этих страхолюдин одними «Сполохами» будет слишком долго и скучно. Поэтому активировал еще и пушки «Кипарисов».
Первый динозаврик оказался чуть слабее, чем его сородичи, которых мы завалили десятого октября, тем не менее, подкинул по уровню четырем егерям и двум целительницам. Что вынудило не проводить ротацию после убийства этого зверя. Зато после того, как лег второй, эта шестерка, сделавшая еще один шаг по новому Пути, унеслась к своим гостевым домикам, в нашу сторону выдвинулось еще шесть человек, а я коротко объяснил матушке логику этого решения:
– Хочу поднять всех слуг на тринадцатый…
И поднял. За каких‑то пять с четвертью часов. Правда, для привлечения динозавров разных видов пришлось закинуть в портал пару туш и оставить кровавый след, зато на этом этапе «рыбалки» мы ненадолго просунули на ту сторону видеокамеру, примотанную к черенку от лопаты, засняли панорамное видео и получили возможность рассмотреть часть «смежного» мира. К слову, оказавшегося очень похожим на рисунки в школьных учебниках.
Само собой, усиливались и сами: часа за полтора до расчетного времени прилета Белосельских я благополучно пережил двадцать четвертую мини‑мутацию, а две следующие стаи «обычных» дракош подняли на мой уровень матушку, Аню и Наташу. В общем, в тот момент, когда «оживший» телефон продемонстрировал мне лицо государя, я пребывал в прекрасном настроении. Поэтому, выслушав монолог самодержца, «охамел» еще немного:
– Ваше Императорское Величество, через «десять‑двенадцать минут» в моей усадьбе и возле нее иномирного зверья не будет. Так что пусть ваш пилот смело заходит на посадку, высаживает вас, вашу супругу, Анатолия Игоревича и пару доверенных телохранителей, а потом уводит остальные вертолеты к площадке перед нашим КПП: от посадочной площадки до ловушки не так уж и далеко, а нюх у динозавриков очень и очень острый…
Меня послушались: «Аллигатор» самодержца притерся к земле через те самые «десять‑двенадцать» минут, десантировал только пять человек, снова поднялся в воздух и ушел на юг вместе с бортами сопровождения. Так что мы с матушкой поприветствовали гостей, увели к «стакану», спустили в бункер и предложили располагаться.
Император с интересом оглядел помещение, в котором за последний час появились удобные кожаные кресла и небольшой стол, заставленный всякими вкусностями, поймал мой взгляд и добродушно усмехнулся:
– А вы, как я погляжу, еще те сибариты…
– Ваше Императорское Величество, мы сибаритствуем не так… – сыто мурлыкнула моя родительница. – Олег обычно восседает в кресле за пультом управления, а мы, женщины, царственно возлежим во‑он на той стопке матов.
Белосельский рассмеялся, с помощью телохранителя снял шубу, помог супруге опуститься в ближайшее кресло, сел сам и признался, что описание нашего варианта сибаритства пробуждает давно забытые желания. Голицын поухаживал за моей родительницей, Аней и Наташей, потом занял последнее свободное место и вопросительно уставился на меня. Вот я на незаданный вопрос и ответил:
– На нашей стороне уже порядка четверти часа носится стая динозавров из восьми голов. Сейчас я дам команду дроноводам, и ее погонят сюда. Кстати, могу показать, как выглядит мир, из которого эти монстры перебрались в наш.
– Вы заглядывали в портал⁈ – как‑то очень уж эмоционально спросил самодержец.
Я отрицательно помотал головой:
– Нет, Ваше Императорское Величество – мы просунули на ту сторону видеокамеру на длинной палке и покрутили.
– Слава богу! – облегченно выдохнул он и объяснился: – Фанатики от науки из «Ведуна» сдуру отправили в один из первых обнаруженных порталов группу коллег с горой оборудования и взвод военнослужащих, вооруженных до зубов. В то время о связи между цветом и энергонасыщенностью порталов никто даже не подозревал, поэтому тот, красный, закрылся. Чуть менее, чем через две минуты после исчезновения в нем последнего военнослужащего. Вот эксперимент и обошелся Империи в сорок три жизни…
– Фанатики – зло… – вздохнул я, затем врубил микрофон, приказал Егору вести дракош к ловушке, вспомнил, что обещал гостям показать «смежный» мир, вывел на один из экранов нужный файл и врубил воспроизведение…
Глава 26
19 октября 996 г. от ВР.
…Синий портал провисел не пятнадцать‑шестнадцать, а двадцать семь часов. Причем находился в настолько удачном месте, что динозавры к нам перли чуть ли не толпами. Да, кровавые пятна приходилось обновлять достаточно часто, но оно того стоило – за вечер вторника, ночь и первую половину среды жена Виктора Константиновича поднялась с четвертого уровня на одиннадцатый, ее супруг, Анатолий Игоревич и телохранители – на двенадцатый, а мы – на двадцать седьмой.
Кстати, настолько частые мини‑мутации дались нашим гостям не так уж и легко: уже после третьей‑четвертой в них проснулся все усиливающийся голод, а незадолго до завершения «веселья» появились легкие тянущие боли в периферийных каналах. Да, подпитки Жизнью снимали побочные эффекты, но в какой‑то момент я решил не рисковать и прервать процесс усиления. И даже воплотил это решение в жизнь – увел эту пятерку в особняк и передал бразды правления процессом в руки Жарова. Так что две последние группы дракош поделились халявной энергией с моими слугами и еще чуть‑чуть повысили общую боеспособность рода.
После вкусного и сытного обеда Императрица, вымотанная бессонной ночью, медитациями и тренировками под моим чутким руководством, начала клевать носом, и я предложил Белосельским «пару часиков» поспать. По моим ощущениям, они бы с удовольствием поспали и восемь‑десять. Но Виктор Константинович, к слову, решавший какие‑то рабочие вопросы даже во время пребывания в бункере, виновато развел руками:
– Олег Леонидович, я бы с удовольствием и поспал, и попарился в вашей баньке, о которой мне рассказывал Анатолий Игоревич, но каждая минута моего отсутствия во Владимире добавляет к уже скопившимся нерешенным проблемам все новые и новые. Поэтому я искренне благодарен и за помощь в усилении, и за подаренные знания, и за предложение отдохнуть, но вынужден откланяться и вылететь в Белоярск…
Следующий монолог произнес перед тем, как подняться в вертолет – дал понять, что с него причитается, пообещал придумать, чем воздать нам добром за добро, и… сказал по паре теплых слов моим дамам:
– Анастасия Юрьевна, я в восторге от вашего гостеприимства и льщу себя надеждой, что еще не раз наведаюсь в гости. Анна Филипповна, спасибо за то, что помогли нам пережить все мини‑мутации, и за персональные занятия с моей супругой. Наталья Георгиевна, обретение возможности создавать щит и первые эксперименты с этим заклинанием позволили оценить запредельную сложность манипуляции такой защитой даже рядом с собой. А вы во время покушения прикрывали меня, контролировали не один десяток гостей приема в своей зоне ответственности, страховали Олега Леонидовича, двигались и убивали. И я впечатлен. В том числе и трудом, вложенным в вашу подготовку менее, чем за месяц…
Закончив с этой частью прощаний, пожелал нам всего хорошего, пожал мне руку, поднялся в салон и скрылся в полумраке. Ну, а мы отошли подальше, подождали, пока «Аллигатор» взлетит, развернется носом на юг и начнет набирать высоту, переглянулись и потопали к дому. Хотя нет, не так – к дому потопали матушка и Лосева. Красовская, привыкшая следовать за мной, осталась стоять. А я дал «торопыжкам» разогнаться и спросил, куда они, собственно, собрались.
Родительница, услышав в моем голосе знакомые нотки, затормозила, в темпе развернулась на месте и… прозрела:
– Ха: раз перед моим звонком вы с Наташей бегали по магазинам, значит, что‑то да накупили. Но из ангара выбежали налегке. Ань, мы действительно ломимся не туда!
Не успев договорить, сорвалась на бег, шустренько добралась до ангара, влетела внутрь, дождалась нас и потребовала немедленно опустить трап.
Ага, так я ее и послушался – подошел к «Икару», открыл багажный отсек и вздохнул: букеты, пролежавшие в нем почти сутки, завяли.
– Не расстраивайся: главное, что вы о нас помнили! – успокоила меня матушка, нарисовавшись слева, затем наткнулась взглядом на гору пакетов с логотипами нескольких известных торговых домов и ехидно ухмыльнулась: – Судя по количеству подарков, вы думали только о нас с Аней даже во время покушения! И это, черт подери, приятно. В общем, вручайте: мы уже извелись от нетерпения…
…Вручение подарков доставило море удовольствия – матушка и Аня искренне радовались каждому отдельно взятому, прямо в салоне «Икара» примеряли все, что можно было примерить, сияли на зависть летнему солнышку и моментами откровенно дурили. Красовская тоже плавилась от счастья. И ее чувства добавляли «объема» моим. Поэтому в какой‑то момент задурил и я – начал подначивать «манекенщиц», предложил провести конкурс красоты с кучей заданий, но одним‑единственным первым местом, и пострадал, что в усадьбе нет бассейна, а значит, негде «выгуливать» новые купальники.
Не мешал развлекаться и веселящимся женщинам. Поэтому в какой‑то момент устал ржать и предложил перебраться в особняк. Дамы согласились. Но только потому, что в квадрокоптере почему‑то не обнаружилось «ничего вкусненького». Вот я первым по трапу и спустился. Потом пошел навстречу внутренней потребности и поухаживал за всеми тремя дамами, с трудом, но отжал у них большую часть пакетов и потопал по утоптанной тропе. А через пару минут, вывалившись из лифта на хозяйском этаже, наткнулся взглядом на еще одну «даму» – четырнадцатилетнюю дочь Петра Павловича и Евгении Романовны Пришвиных, невесть с чего обнаружившуюся возле дверей в мои покои.
Поздоровался, естественно, первым, выслушал ответное приветствие и пообещал «вот‑вот» освободиться. Потом занес пакеты в гостиную матушки, положил на диван, вернулся в коридор и увел девицу в кабинет. А там повел рукой, предлагая усаживаться в любое кресло для посетителей, сел в свое и заявил, что весь внимание.
Нина опустилась на самый краешек чем‑то понравившегося, собралась с мыслями и перешла к делу:
– Олег Леонидович, я все утро переписывалась с подружкой, жившей в соседнем доме, но уехавшей с родителями в Омск, и эта девочка рассказала о том, что ее старшая сестра искала в Сети работу, наткнулась на сумасшедшее предложение Нарышкиных, съездила на собеседование и убедилась в том, что условия, описанные в предложении, соответствуют действительности…
– А чуть поконкретнее можешь? – мягко спросил я, почувствовав, что Пришвина нервничает.
Она покраснела до корней волос, извинилась за суесловие и принялась излагать мысли совсем в другом ключе:
– Нарышкины ищут магов, инициировавшихся в Приручение и в Жизнь. Готовы брать их в Слуги рода, помогать с усилением и платить по десять тысяч базового оклада плюс некие прогрессивные бонусы за уровень развития Дара. Старшая сестра Маши – ветеринар. И «взяла» как раз эти стихии. Поэтому уже получила обещанное и начала помогать семье…
После этих слов девчонка сделала крошечную паузу и усмехнулась:
– Олег Леонидович, у нас в роду Приручение «взяла» только Екатерина Олеговна Спицына. Но у нее, насколько я знаю, Жизни нет. А раз Нарышкины ищут именно такое сочетание стихий, значит, оно позволяет что‑то важное. И я бы хотела «взять» эти две плюс какую‑нибудь еще на ваш выбор. Я еще не инициировалась. Но только потому, что не пробовала. А так мне исполнится пятнадцать буквально через месяц. Следовательно, шансы достаточно велики. И еще: предложение Нарышкиных меня в принципе не интересует. Ведь я уже фактически служу вам. И буду служить так же верно и самозабвенно, как мои родители.
Я спросил, советовалась ли она с ними, и получил ожидаемый ответ:
– Да, конечно. И они поддержали мое решение. Но сказали, что если я собираюсь начать взрослую жизнь, то обязана попроситься к вам на службу сама и, тем самым, взвалить всю ответственность за принятое решение на свои плечи.
– Что ж, я тебя услышал. Поэтому лови стандартный контракт, изучай и либо подписывай, либо задавай уточняющие вопросы.
Она поймала файл, вывела на экран телефона и выпала из реальности. А я влез в Сеть, забил в поисковик упомянутое ею сочетание стихий и выпал в осадок, обнаружив, что Приручателей, способных исцелять, ищут не только Нарышкины, но и все более‑менее крупные рода Империи!
Уложив в голове эту информацию, набрал и отослал личной помощнице сообщение с распоряжением явиться в мой кабинет, поймал, еще раз прочитал и подписал контракт, под которым уже стоял автограф Пришвиной, отправил документ в соответствующую папку и озадачил Красовскую, появившуюся на пороге, «нестандартным» вопросом:
– Наташ, скажи, пожалуйста, с какой стихии, по‑твоему, стоит начать раскачивать ядро при инициации «комплекта» Приручение‑Жизнь‑Воздух?
Она не задумалась ни на мгновение:
– С Приручения, мой господин – оно, как мне кажется, «берется» сложнее всего.
– Тогда уводи Нину к клеткам с кроликами и помоги начать. А Аня подойдет к вам через несколько минут. Далее, Воздух тоже дадите сами. После чего возьмете девчонку под свое крылышко. И последнее: я загоню ее в бункер на первое же усиление, но определять оптимальный «шаг» развития придется вам. Вопросы?
– Вопросов нет! – ответила она, зарулила Пришвиной и свалила.
Я вышел из кабинета следом за ними, но заглянул к матушке и попросил «одолжить» Лосеву. Само собой, объяснив, для чего именно. Потом поставил Ане конкретные боевые задачи, дождался ее ухода и ответил на немой вопрос родительницы:
– Мам, по моим ощущениям, ей важно чувствовать себя твоей личной целительницей. Поэтому без особой необходимости я ею через твою голову командовать не буду.
– Мудреешь на глазах… – заявила она и попросила уделить ей немного времени. А после того, как я сел на пол рядом с ее креслом, запустила пальцы в мои волосы и грустно вздохнула:
– Во время раздачи подарков и их примерки я жила в отражениях. Благо, в салоне было светлее, чем в ангаре, и их хватало. Так вот, Аня с Наташей не играли: единожды поверив в то, что их чувства никто не высмеет, они дали им волю и радовались по‑настоящему, то есть, не думая о том, как выглядят со стороны. Для взрослых и трезвых баб, прошедших и Крым, и рым, это ненормально. Но только на первый взгляд. А на второй, пристальный – наоборот: они поверили нам, вцепились в места в нашем окружении руками и ногами, выкладываются до предела везде, где можно и нельзя, и… до смерти боятся разочаровать. Так что стараются вести себя в соответствии с требованием «Будь сама собой…». И еще: я посчитала, какую сумму Красовская вбухала в подарки, очень сильно удивилась, проанализировала все три категории товаров и разобралась, что на самом деле стояло за каждым отдельно взятым…
Я вопросительно мотнул головой, и она прервала паузу:
– Она покупала не самое дорогое, а лучшее . Причем лучшее именно для нас . К примеру, твои «Экстремалы» – объективно лучшие часы для молодого, активного и совершенно безбашенного парня , зато на моем старшем братце они будут смотреться, как антикрыло или гоночная резина на инвалидном кресле. Говоря иными словами, Наташа выбирала сердцем . Впрочем, разум тоже включила. Разок…
