Текст книги "Ухорез. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Василий Горъ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 57 (всего у книги 88 страниц)

Глава 21

        20 ноября 996 г. от ВР.

…Не знаю, что именно уязвило управляющего делами Владимирской епархии, ожидание «аудиенции», мой отъезд или моя «отповедь», озвученная Щепкиным пилоту, но иерарх вышел из себя и попытался объяснить Ивану Борисовичу, что мое поведение, по меньшей мере, неразумно. При этом вещал через все того же пилота и усиленно «давил харизмой». Но командир смены не продавился – без каких‑либо подсказок с моей стороны заявил, что лицам, проявившим неуважение к его господину, на этой земле не место, взял «Исеть» в захват системой целеуказания «Кипариса» и сообщил охреневшему летуну, что через три минуты всадит ракету в любое чужое корыто, обретающееся в моих владениях. Вот квадрокоптер митрополита Иллариона и ушел к границе частной территории по прямой. А второй борт «подобрал» уже после того, как ЗРПК прекратил сопровождение цели в «активном» режиме.

Как и следовало ожидать, эта ретирада взбесила священнослужителя, не привыкшего к каким‑либо отказам, еще сильнее, поэтому уже через четверть часа мне позвонил митрополит Симеон. Но вместо того, чтобы высказать свое «фи», развеселил уже со второй фразы:

– Добрый вечер, Олег Леонидович. Меня только что пытались заставить поступиться своими принципами, но были посланы… замаливать грех гордыни. Увы, этот совет, данный от чистого сердца, даже не поймут. Ну, да и Бог им судья. А вам я считаю необходимым сказать следующее: как ни обидно это признавать, но гордыня – далеко не единственный грех, который ИМ надо замолить. Так что постарайтесь… не подставляться.

Я ответил на приветствие, пообещал смотреть в оба и спросил, кто такие «Чистые», которых мне пытались привезти.

Митрополит вздохнул:

– Де‑юре – боевые монахи, которые должны будут защищать церковные святыни от любой иномирной угрозы. Де‑факто – телохранители Святейшего Патриарха Владимирского и его ближайшего окружения.

– А мне, как я понимаю, собирались поручить поднять этих монахов на достаточно высокий уровень? – желчно поинтересовался я и не «угадал»:

– Во‑первых, не «собирались», а решили. И ваше личное мнение по этому вопросу никого не интересует. Во‑вторых, не на «достаточно высокий», а на ваш нынешний и выше. Ибо эти монахи будут охранять Самых Первых Лиц и должны быть в состоянии справиться с кем угодно, включая вас. И, в‑третьих, вы должны будете превратить в магов высшей категории не одну дюжину монахов, а не менее пяти. Причем используя все имеющиеся личные наработки  и возможности .

– Размечталис‑с‑сь… – злобно прошипел я, задал Симеону еще парочку уточняющих вопросов, уложил в голове предельно информативные ответы, поблагодарил за помощь и дал понять, что с меня причитается.

Митрополит заявил, что я и так делаю для населения Империи намного больше любого другого дворянина, пожелал всего хорошего, сослался на дела и перед тем, как отключиться, выдал забавный монолог:

– Да, кстати, чуть не забыл: я с первой и до последней минуты этой беседы пытался объяснить вам вашу неправоту, но вы проявили неожиданно хорошее знание основ социальной концепции Русской Православной Церкви, некогда принятой Освященным Архиерейским Собором, аргументированно доказали, что митрополит Илларион нарушил целый ряд основополагающих принципов взаимоотношений между Церковью и светским обществом, и дали понять, что смертельно оскорблены проявленным неуважением. И последнее: выжимку из вышеупомянутого документа, позволяющую… многое, я вам пришлю еще до полуночи…

– Что скажешь? – спросил я у Красовской после того, как вернул телефон в карман и откинулся на спинку кресла.

Она задумчиво посмотрела в окно и пожала плечами:

– Если очень коротко, то Симеон – личность, достойная уважения, его совет не подставляться был дан далеко не просто так, а Илларион и те, кого он представляет, не уймутся. Но прогибаться перед ними нельзя… да и не надо: раз на Земле заработал Закон Силы, значит, прогибаться должны перед нами.

Я согласно кивнул, усилием воли задвинул мысли о последствиях моего демарша в долгий ящик и встал из‑за стола:

– Илларион прогнется еще нескоро, поэтому давай‑ка займемся делом.

– Каким именно? – полюбопытствовала Природница, мигом оказавшись на ногах.

– Потренируем Волкову… – ответил я, «прыгнул» к двери и продолжил: – Сегодня она поднялась на тридцать первый, а значит, на тридцать четвертый – последний уровень третьего ранга – может подняться уже завтра. Да, Варя с Валей дрессируют ее добросовестнее некуда и, вроде как, помогли довести до ума рывок , усиление , а так же защитные и атакующие заклинания всех трех стихий, а матушка помогла понять, как драться с магами Молнии, но я хочу разобраться в нынешних возможностях Янины Павловны. Чтобы не зевнуть последний шанс замедлить или вообще остановить процесс ее усиления…

…Я занимался с Волковой хотя бы по полчаса практически каждый день – контролировал прогресс пополнения арсенала заклинаний, объяснял, в какой последовательности их надо использовать в бою с противником, владеющим Огнем, Молнией и Водой, помогал понять принцип алогичных перемещений и финтов, наблюдал за тренировочными боями со стороны и во время каждого разбора полетов тыкал носом в тактические ошибки. Поэтому был уверен в том, что драться в магической дуэли по крайним правилам Янине Павловне слишком рано. Даже с учетом того, что ее противник является таким же магом‑скороспелкой, как и любой из нас. Но расхолаживать – не расхолаживал. Сразу по двум причинам: во‑первых, понимал, что мать, потерявшая единственного сына, не услышит неудобные аргументы, а, во‑вторых, регулярно выслушивал описания новых «геройств» этого ублюдка и ненавидел его лютой ненавистью. Поэтому качественный скачок понимания боя, совершенный подругой семьи за последние сутки, откровенно порадовал: в шести тренировочных схватках подряд – против Вали, Вари, Наташи, Ани, матушки и меня – эта женщина не совершила ни одной сколь‑либо серьезной тактической ошибки. Мало того, идеально точно следовала моим рекомендациям, грамотно реагировала почти на любые неприятные сюрпризы, не теряла хладнокровия в экстремальных ситуациях, не «вываливалась» из‑под ускорения  и постоянно «сидела» на восполнении энергии. Вот я ее и похвалил.

– Все вопросы – к Валентине… – дослушав мой монолог, заявила Волкова и объяснилась: – Она собрала нарезку фрагментов моих боев со всеми вами и иномирным зверьем, замедлила моменты, в которых я совершала ошибки, и добавила предельно понятный закадровый текст. А я посмотрела этот ролик раз, эдак, двадцать‑двадцать пять и в какой‑то момент прозрела.

Я поймал взгляд чуть покрасневшей, но страшно довольной девчонки, назвал ее красоткой и снова уставился на Волкову:

– Как бы там ни было, сегодня вы дрались умно. И пусть оценивать КПД целительских атакующих заклинаний мы, по вполне понятным причинам, не стали, я считаю, что с противником равного уровня вы справитесь. Поэтому завтра берем три оставшихся и вылетаем во Владимир.

– Вылета‑ем? – переспросила она, выделив интонацией последний слог, и нарвалась на предельно логичный ответ матушки:

– Именно: в главной ветви рода Нарышкиных, по твоим же словам, что‑то около двадцати пяти магов третьего ранга. Большая часть этих ублюдков усиливается в стиле Руслана, вроде как, запугала весь Владимир и поверила в неудержимость представителей Рода Великих Магов. Поэтому наверняка захочет убрать человека, который, прибив одного из них, как бешеную собаку, подмочит его репутацию. А для того, чтобы сделать это законно, продолжит убивать. Чтобы как можно быстрее подняться на тридцать четвертый уровень и стать сильнее тебя. Среди этой толпы наверняка найдется несколько хороших рукопашников с тремя боевыми стихиями, способных использовать те же тычковые ножи  с заведомо большим КПД, чем ты, так что тебя гарантированно положат. Даже в том случае, если ты быстренько прорвешься в четвертый ранг и «полезешь» дальше. Зато присутствие на твоей дуэли Олега и его отмороженной личной помощницы заставит увидеть куда менее приятную альтернативу – конфликт с родом боевых магов высшей категории  – и вынудит забиться под веник. Что, в свою очередь, спасет не одну жизнь. Дальше объяснять?

Янина Павловна отрицательно помотала головой и попробовала, было, рассыпаться в благодарностях, но я «имел наглость» ее перебить:

– Все разговоры – за пределами зала. А тут ваше дело – тренироваться. В частности, продолжить работу над перемещениями рывком  и контратаками. И вот в каком ключе: вы деретесь против боевой двойки; Валя изображает «Танка», а Варя – Огневика; их задача – «высушить» вам резерв, продавить покров  и ранить, а ваша – выжить любой ценой . Повторю еще раз: любой. То есть, вы вправе использовать туман , сферы  воды и воздуха, акустический удар  и любые другие заклинания контроля. И последнее: рубитесь не в зале, а снаружи, за гостевыми домиками. Мам, Ань, на вас – воздушные стены  и, само собой, видеозапись для последующего анализа схватки. А мы с Наташей проведем Большую Ротацию – народ, обретающийся тут, в усадьбе, уже взял по два уровня, а дежурная смена Восточного одурела от безделья…

…В Форт прилетели минуты через полторы после обнаружения в его зоне ответственности красного «морского» портала. Высадив первую партию из четырех человек, подняли на борт «ленивцев», ввинтили «Икар» в небо и встали на обратный курс. Квадрокоптером «рулила» Красовская, а я болтал с народом и злился. На бесполезную «дырку», появившуюся вместо полезной и не позволившую усилить моих людей, не катая их туда‑обратно.

Трудно сказать, почему, но эта мысль бесила и во время второго рейса. Поэтому, высадив народ и загнав машину в ангар, я раздраженно ткнул в сенсор выключения двигателей, качнулся вперед, собираясь встать с кресла, и застыл. Так как поймал за хвост безумно интересную мысль. А еще через миг почувствовал перемещение «силуэта» Природницы, попросил не торопиться, поднял дверь‑трап, связался с Левой, выяснил точные координаты портала, снова вывел «Икар» на оперативный простор и поднял в воздух.

До красного «зеркала» долетели минуты за три‑четыре, приземлились на полянке метрах в шестидесяти, выбрались из салона и ломанулись по сугробам к ледяной «линзе», в которую вмерзла стая какой‑то мелкой рыбешки.

После того, как добрались, я попросил Наташу поизучать «добычу», а сам присел на корточки в непосредственной близости к алому «мареву», ушел в состояние безмыслия  и потянулся к порталу чувством Пространства.

Как ни странно, получилось. И довольно быстро. Мало того, я ощутил не только весь объем «аномалии» межпространственного перехода, но и его структуру. Да, очень и очень «размыто», но даже так смог выделить области с повышенной плотностью этой стихии, области с ее «нулевым» содержанием и точку, через которую энергия, удерживавшая «зеркало» открытым, понемногу рассеивалась. Эта энергия «пахла» приятнее той, которую мы получали при посмертных импульсах, вот я и попробовал ее «втянуть». И смог. Со второй попытки. Кстати, снова поймав себя на ощущении, что эта манипуляция не подбирается «методом научного тыка», а «вспоминается».

Почувствовав тоненькую «струйку», активировал взгляд в себя , нашел кластер, «управлявший» процессом, и направил позаимствованную энергию на его усиление. И перестарался – первая же «порция», «ассимилированная» этим кластером, увеличила мощность «входящего потока» как бы не втрое… а структура портала «поплыла».

Тут проснулась моя паранойя, и я, вдумавшись в ее аргументы, прервал процесс, открыл глаза, добросовестно впечатал в память картинку, которую видел, для вида огляделся по сторонам, встал и увел Наташу к квадрокоптеру. Потом поднял его в воздух, направил к усадьбе, торопливо открыл «дырку» к порталу, «сдвинул» ее вплотную к «точке сброса» и потянул энергию резвее. Само собой, не абы куда, а в тот самый кластер.

Он снова увеличился в размерах, «потемнел» и добавил процессу так много дури, что секунды за четыре «втянул» всю энергию, поддерживавшую структуру. Вот тот и схлопнулся. А меня… подняло на следующий, восемьдесят второй уровень!

Я озадаченно почесал затылок, вдумчиво изучил ядро и магистральные каналы, не обнаружил ничего криминального, открыл глаза, закрыл «дырку» и уставился на Красовскую:

– Наташ, я только что вытянул из красного портала все Пространство. Он закрылся, а я взял уровень.

– О‑о‑о!!! – восхищенно выдохнула она и собралась, было, продолжить, но я жестом попросил ее помолчать, вошел в оперативный канал и сообщил дроноводам, что мы возвращаемся. Чтобы они не пригнали к ловушке новую партию зверья. Затем отключил микрофон гарнитуры и поделился с женщиной своими соображениями:

– Не все так радужно, как кажется на первый взгляд. Вот смотри: красные порталы держатся от тридцати до шестидесяти минут. Этот конкретный был обнаружен чуть более получаса тому назад, а значит, находился на последнем издыхании. Но даже так энергии в нем было немерено. Вывод напрашивается сам собой: закрывать этим способом порталы других цветов – самоубийство: переизбыток энергии сожжет мою энергетическую систему. Зато теоретически мы можем использовать ослабленные порталы для личного усиления. Поэтому я сейчас объясню, какой кластер отвечает за этот вид работы с Пространством, а ты постараешься хорошенечко развить этот сектор периферийных каналов за счет посмертных импульсов. Правда, я пока даже близко не представляю, как «подключать» тебя к порталу или делиться энергией этой стихии, но очень надеюсь, что мы что‑нибудь придумаем…

– Придумаем. Без вариантов… – согласно кивнула она и встрепенулась: – Кстати, об усилениях: а почему бы нам не начать собирать видеозаписи мест, в которые ведут самые перспективные межмировые переходы? Тогда можно будет выманивать к себе нужное зверье, вывешивая ваши порталы впритирку к морским или откровенно слабым. А это позволит усиливать ближний круг или весь род тогда, когда заблагорассудится.

Оценив открывающиеся перспективы, я назвал ее умницей и сообразил, как убедительно объяснить окружающим внезапное возникновение интереса к иным мирам:

– Мы будем делать такие фотографии и видеозаписи вроде как в подарок Таньке: она – девица увлекающаяся, следовательно, может захотеть собрать коллекцию самых крутых видов других планет и попросить меня, любимого братика, о помощи.

– Коллекционировать крутые виды других планет с удовольствием стала бы и я… – призналась Природница, мечтательно расфокусировала взгляд и добавила: – А еще я бы с удовольствием приобрела настенный телеэкран для своей гостиной и заливала в него такие фотообои.

– И что тебе мешает это сделать? – полюбопытствовал я, загнал «Икар» в ангар, вырубил движки, встал с кресла и снова поймал взгляд погрустневшей помощницы.

– Меня пугает цена… – после недолгой паузы вздохнула она. – Да, вашими стараниями я себе могу позволить и гораздо более дорогие покупки, но привычка экономить на всем и вся никуда не делась.

– Что ж, придется тебя избаловать… – пошутил я, первым выбрался из квадрокоптера и вспомнил о «зависшем» вопросе: – Так, в бункер спустимся чуть попозже. После того, как дойдем до логова Марии Тарасовны, поделимся с ней кодами доступа к контейнерам с пищевыми добавками, описанием их действия на организм и рекомендациями по употреблению в пищу, поставим новую боевую задачу и заиграем что‑нибудь вкусненькое.

– От вкусненького не откажусь и я… – заявила Красовская и потопала к особняку следом за мной. А через десяток шагов задала «шкурный» вопрос: – Олег Леонидович, перед прилетом митрополита Иллариона я взяла еще один уровень, а со стайным носорогом порубиться не успела. Вы позволите оценить свои возможности еще раз?

Я вспомнил, как ее «обозвала» матушка, и не удержался от шутки:

– Конечно, позволю: тебе, моей отмороженной помощнице, положено выносить такое зверье в одну калитку…

Глава 22

        21 ноября 996 г. от ВР.

…Ночь на понедельник выдалась и на редкость «рыбной», и полезной. В районе двух ноль‑ноль в зоне ответственности усадьбы открылся зеленый портал, выпускавший монстриков третьего класса опасности, и личный состав обеих смен наработал море реального боевого опыта в схватках один на один. А в районе четверти четвертого аналогичное «счастье» повалило и к Восточному, но уже из голубого портала. И пусть поспать нам с Наташей не удалось, зато мы подняли всех «рядовых магов» рода на пятьдесят пятый, а Янину Павловну – на тридцать четвертый. Неплохо подросли и сами: Природница умудрилась «взять» два уровня и стала восемьдесят второй, а я опять… хм… считерил. То есть, во время доставки «наживки» к зеленому «зеркалу» запомнил, как оно выглядит, а ближе к пятому часу его существования осторожненько «вытянул» энергию на все те же два «прорыва» и «перебрался» на восемьдесят четвертый. В общем, в особняк мы с Красовской и Волковой вернулись довольными до невозможности, встретились в большой гостиной с матушкой и Лосевой, продравшими глаза перед самым завтраком, и подтвердили свои планы.

Билеты на ближайший рейс «Белоярск‑Владимир» приобрели во время трапезы, арендовали в аэропорту ангар для «Икара» и, естественно, решили вопрос с перегоном нашего «Лесника» в подземный гараж аэропорта «Стрешнево». Поэтому, насытившись, разбежались по своим покоям, в темпе ополоснулись, оделись, собрались в дорогу и в половине десятого пересеклись в общем коридоре.

Пока родительница, взявшая власть в свои руки, организовывала «окно», я «постучался» к Пахому Дежневу и дал команду выдвигаться. Телохранитель покойного деда и его супруга, которых я брал с собой по рекомендации мамы, сообщил, что они уже стоят в тамбуре своего домика, и, конечно же, не обманул – в тот момент, когда мы вышли из особняка через заднюю дверь, эта парочка успела пройти треть пути до ангара.

Не менее шустро разобрались и с прощанием… хотя нет, не так: основную часть этого мероприятия мы пережили в общем коридоре. Поэтому после того, как я опустил дверь‑трап, нам просто пожелали удачи. Вот мы и зашевелились – поднялись в салон, опустились в кресла, завели двигатели и ввинтились в небо.

Перелет до Белоярска ничем особенным не запомнился – мы неслись на форсаже и «раз в сто лет» получали сообщения СОПП о ближайших порталах. Но все они «висели» не первый час, а зверье уже уничтожалось вояками, вот я и сворачивал уведомления без какого‑либо внутреннего сопротивления. Не сменил маршрут и после прочтения последнего: да, оранжевый портал, вроде как, появился менее десяти минут назад, но оказался морским. И «выплюнул» на площадь одного из спальных районов столицы края пару водоплавающих млекопитающих, внешне похожих на тюленей, но не привыкших к сибирским холодам. Вот монстрики и замерзли. Вместе с водой, их «стараниями» выплеснувшейся на нашу сторону.

Кстати, развеселившаяся Анна Алексеевна предложила представить, что творится рядом с этими тушами, и пробудила мою фантазию: перед глазами появилась наиболее вероятная картинка – монстры, лежащие на обледеневшем асфальте в окружении желающих урвать посмертные импульсы, жилые дома и солнце, медленно поднимающееся над горизонтом.

В этот момент «Икар» встал на аэродромный круг, чтобы зайти на охраняемую территорию и сесть возле ангара в разрешенном режиме, и я вернулся из грез в реальность.

Не успел развернуть кресло к ИРЦ, как ко мне «постучался» диспетчер и «помог скрасить» еще пару минут перелета. Потом квадрокоптер пошел на снижение, и нам стало не до скуки – мы дождались посадки, похватали оружие и сумки со шмотьем, выбрались из салона, загрузились в разъездную машину и как‑то уж очень быстро доехали до нужного терминала. А там попали в царство Великих Магов, «скромно» демонстрировавших свои «невероятные» возможности окружающим.

Повторюсь: хамить – не хамили. Видимо, понимая, что среди окружающих могут обнаружиться маги посильнее. Вот мы ни во что и не встряли – прошли регистрацию, сдали багаж, прогулялись до дворянской зоны ожидания выхода на посадку и заняли пять смежных кресел в самом дальнем углу помещения. К сожалению, эта предосторожность не «сыграла»: минуты через три‑четыре в этот же зал заявилась группа Великих Магов лет двадцати‑двадцати двух и прямо от входа навелась на свободные места неподалеку от нас. Все бы ничего, но четверо парней, красовавшиеся перед двумя девушками, обсуждали магию и аргументировали чуть ли не каждый тезис показом тех или иных заклинаний. При этом видели и слышали только себя. А о комфорте тех, кто находился рядом, не задумывались вообще. Вот и «радовали» всех подряд то порывами «ветра», то «осадками», то изменениями температуры.

Не знаю, чем закончилась бы эта «дискуссия» в идеальных условиях, но я не захотел подставляться под очередной дождь , поэтому «задавил» мощью своей энергетики Воздух, Воду, Лед, Огонь и Молнию, «не заметил» одурения Одаренных, которых вдруг «подвели» стихии, и собрался, было, расслабиться. Но рыжеволосый крепыш, не сумевший сформировать ни смерч , ни вихрь , ни ветерок , разгневался, огляделся по сторонам и как‑то уж очень нагло заявил на весь зал, что сейчас найдет «шутника» и вывернет наизнанку.

– Начните поиски с извинений перед всеми теми, кого зацепили своими заклинаниями… – не вставая с места, предложил я, оторвал «героя» от пола и встряхнул. Да так, что явственно услышал клацанье зубов. Потом поставил парня на место и холодно добавил: – А после того, как закончите, забейтесь в какой‑нибудь уголок и постарайтесь о себе не напоминать. Или я сочту вашу угрозу оскорблением и заставлю за него ответить.

– Да кто вы такой, чтобы… – возмущенно начал тощий Повелитель Воды, но обзавелся лентой  поперек рта и вынужденно заткнулся. Зато заговорила Волкова. Вернее, дала волю лютой ненависти к любителям самоутверждаться за чужой счет:

– Мальчики, вы в одном шаге от конфликта с главой единственного рода боевых магов высшей категории в Российской Империи . Поумерите гонор и выполните настоятельные рекомендации  Олега Леонидовича Беклемишева – обойдетесь уязвленным самолюбием. Нет – поймете на собственном опыте, по какой причине права любой отдельно взятой личности  заканчиваются там, где начинаются права любой другой …

…Волшебное определение «боевые маги высшей категории» сотворило чудо – Повелители Стихий вернулись на исходную, снова вышли на единожды пройденный маршрут и извинились перед «пострадавшими». Выполнили и второе «пожелание» – увели спутниц в противоположный угол помещения и не напоминали о себе до самой посадки. Да, вынужденно нарисовались рядом с нами в салоне первого класса, но вели себя тише воды и ниже травы. Поэтому я попросил стюардесс нас не беспокоить, закрыл ширму в нашем с Наташей «блоке» кресел, опустил в горизонталь спинку своего, лег, накрылся пледом и вырубился.

Проснулся от изменения внутрисалонного давления, посмотрел на часы, произвел несложные расчеты и пришел к выводу, что самолет начал снижение. Я решил прихватить еще полчасика сна, но не тут‑то было – стоило закрыть глаза, как борт вошел в зону турбулентности, нас очень прилично тряхнуло, и со всех сторон послышались испуганные вскрики. Но на панику посторонних женщин мне, по большому счету, было наплевать, Дежневой занялся муж, а я в темпе перевернулся на другой бок, увидел побелевшие пальцы Красовской, вцепившиеся в подлокотник, и ободряюще накрыл ладонью.

Через мгновение препятствие, мешавшее видеть «соседку по 'блоку» кресел, сдвинулось вверх и в сторону, и в поле моего зрения возникло бледное личико Природницы.

– Все нормально, Наташ… – поймав ее взгляд, проартикулировал я. – Во Владимире все еще осень, дует сильный ветер и льет, как из ведра.

Вот нас над кучевыми облаками и замотало. Но современные самолеты рассчитаны и не на такое, поэтому расслабься и… вспомни, что я в любой момент могу вернуть нас в усадьбу.

Как только последнее утверждение достучалось до ее разума, женщина перестала паниковать, виновато улыбнулась и еле слышно вздохнула:

– Я об этом даже не подумала. Спасибо за подсказку, мой господин!

– Пожалуйста… – ответил я, поймал за хвост толковую идейку и сразу же воплотил в жизнь: – Кстати, страх парализует: ты фокусируешь все внимание на том, что пугает, и перестаешь думать. То есть, лишаешь себя возможности увидеть ситуацию со стороны и найти подходящий выход. Поэтому тебе надо научиться перешагивать через любые страхи. Причем сходу и без колебаний. А для того, чтобы начать, используй «костыли». К примеру, всегда «зеркаль» мое поведение. Или напоминай себе о том, что ты, моя напарница, не имеешь права паниковать, ибо твоя паника позволит врагам ударить меня в спину.

Пока я вещал, Красовская успела успокоиться. Тем не менее, во время «падения» самолета в следующую – и гораздо более «глубокую» – воздушную яму сама вцепилась в мою руку и неосознанно придвинулась поближе. Зато после того, как нас перестало трясти, расстроенно закусила губу и заставила себя расслабить плечи. Но вместо того, чтобы отпустить мое предплечье и отползти на исходную, решила отвлечь себя экскурсом в прошлое:

– Я это понимаю. Но боязнь высоты – единственный страх, который мне никак не удается искоренить. Он появился лет в шесть: соседские мальчишки уговорили меня залезть на гараж, а там подвели к краю и сначала подержали над «пропастью», а затем сбросили вниз. Слава богу, обошлось без переломов и серьезных травм, но лет до пятнадцати я регулярно переживала то падение в кошмарных снах и просыпалась в холодном поту. Потом мне это надоело, и я начала тренироваться: сначала просто выглядывала в окна, затем выходила на все более и более высокие балконы, несколько раз поднималась на крыши высоток и даже прыгала в воду с пятиметровой вышки. Благодаря этому сны о том падении сниться почти перестали, а я уже не паникую в большинстве привычных ситуаций. А непривычные, пока, увы, пугают. Но я справлюсь и с ними. Даю сло– …

Договорить последнюю фразу ей помешал «срыв» самолета в очередную воздушную яму. Поэтому зрачки расширились, пальцы левой руки судорожно сжали мое предплечье, правая вцепилась в край кресла. Вот я и подсуетился – проартикулировал провокационную подначку, удержавшую Природницу от фокусировки на любимой фобии:

– Нет, чтобы честно признаться, что тебе просто нравится держать меня за руку?

– Мне нравится не только это… – привычно начала отшучиваться она, затем сообразила, для чего я ее подколол, и «села» на предложенную волну: – Я млею от удовольствия каждый раз, когда вы позволяете опереться на ваше предплечье, обожаю персональные тренировки и жду не дождусь следующей возможности сделать вам массаж. А еще частенько вспоминаю ваше обещание меня избаловать и плавлюсь от предвкушения…

– Все, полегчало? – ехидно поинтересовался я, разглядев в ее взгляде первые смешинки, и нарвался на ответную подначку:

– Балла на три… по десятибалльной системе. Зато приложи вы меня тем самым  сочетанием покровов , заставили бы забыть обо всех страхах на свете!

Тут меня бросило в жар, а проснувшаяся фантазия нарисовала настолько волнующие картинки, что я активировал максимально глубокое ускорение , под ним остудил себя заморозкой , пришел к выводу, что не отвечать на такие провокации нельзя, и «отомстил». Как? Из вредности влил в покров  Натальи только Огонь. А Жизнь начал добавлять уже потом. Медленно‑медленно. И от силы через пару секунд убедился в том, что этот вариант воздействия… хм… переключает внимание как бы не на порядок лучше словесного: Красовская закрыла глаза, разомкнула «захват» и ушла в себя. Впрочем, ненадолго – «вернулась ко мне» после следующей воздушной ямы и… шокировала прямотой:

– Совсем другое дело: ощущения – приятнее некуда, а турбулентность только усиливает удовольствие. Правда, слегка помутилось в голове, но мне так хорошо, что хочется остановить мгновение…

– Боюсь, что с этим делом возникнут проблемы… – пошутил я и мотнул головой в сторону информационных панелей на спинках передних кресел, и «зачитал» требование перевести спинки кресел в вертикальное положение и пристегнуть ремни.

Наташа согласно кивнула и снова шокировала:

– Тогда отменяйте воздействие, а то ударит в голову намного сильнее.

Отменил. Сел. Затем нажал на нужный сенсор, немного подождал, убрал плед в ящик под сидением, выпрямился, защелкнул замок, опустил поднятый подлокотник и собрался, было, заняться анализом поведения Красовской, но не успел – она дотронулась до моей руки, поймала взгляд и проартикулировала три предложения, объяснившие часть непоняток и позволившие отложить процесс на потом:

– Я, наконец, полностью осознала все нюансы  вашего утверждения про ценный приз и сделала выводы. Будет возможность – поделюсь. Всеми до единого…

…В зале прилета аэропорта Стрешнево я почувствовал себя в недавнем прошлом: тут, во Владимире, Великие Маги и Повелители Стихий не только демонстрировали свои возможности, но и использовали их так, как требовала душа. Поэтому абсолютное большинство встречающих выглядело ни разу не радостным, а напряжение, ощущавшееся чуть ли не кожей, здорово действовало на нервы. Причем не только мне – у Волковой, опиравшейся на мое правое предплечье, закаменело лицо, Красовская, «нагружавшая» левое, вывесила перед нами щит , а чета Дежневых, двигавшаяся следом, сократила дистанцию. К слову, не зря: массивная фигура и недобрый взгляд бывшего телохранителя заставили переиграть планы как минимум четверых одиночных героев‑любовников, заинтересовавшихся внешностью моих спутниц, и одну «пару». Поэтому мы без проблем добрались до лифтов, спустились на минус первый этаж, покатались на траволаторах и, ни во что не встряв, добрались до моего «Лесника», стоявшего на подземной стоянке.

Помощник Константина Антоновича Силина, пригнавший внедорожник в аэропорт, узнал меня в лицо, выбрался из соседней легковушки, уважительно поздоровался, вручил мне ключ‑карту и пожелал всего хорошего. Так что мы в темпе закидали пожитки в багажный отсек и загрузились в салон, а уже через минуту вырулили из здания терминала и оценили всю «прелесть» дождливой осени – снаружи лило, как из ведра, а порыв западного ветра ощутимо толкнул ни разу не легкий автомобиль в левую сторону на первом же повороте.

– Да уж, погодка тут… омерзительная… – желчно пробормотала Янина Павловна из‑за моей спины, попросила тишины, позвонила бывшему супругу, задала один‑единственный вопрос, порядка двух минут выслушивала ответ, а потом сбросила вызов и поделилась последними «разведданными»: – В общем, так: с позавчерашнего вечера Нарышкины усиливаются по новому алгоритму – прибывают к порталам со зверьем первого класса опасности толпой из двух‑трех десятков человек и сочетают приятное с полезным. То есть, оттесняют от «зеркал» других желающих усилиться и валят монстров по очереди. А тех, кто возмущается, вызывают на дуэль и убивают. В привычном ключе, но после исчезновения портала. Далее, для того чтобы шугать даже военных, возят с собой ушлого адвоката. А он, проштудировавший все пакеты законов, так или иначе касающихся уничтожения иномирного зверья, доказывает кому угодно, что его работодатели, являясь более сильными и сыгранными магами, чем весь остальной народ, просто‑напросто минимизируют риск прорыва монстров во Владимир и населенные пункты области. Да, порталы, из которых выбирается зверье первого класса опасности, появляются не так уж и часто, тем не менее Руслан Валентинович успел дорасти до тридцать первого уровня, а вчера днем победил в сороковой, «юбилейной», дуэли. То есть, законно убил  еще девять человек. И последнее: по уверениям моего бывшего мужа, в данный момент Нарышкины валят зверье рядом со Ставрово: там четыре с лишним часа тому назад открылся голубой портал, из которого прут молниевые лисы…