Текст книги "Реинкарнация архимага. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Сергей Богдашов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 62 страниц)

Старик побледнел, но быстро взял себя в руки:

– Ваше благородие, да я просто старье собираю…

– Врешь. – Я наклонился к нему. – Руны свежие. Оправа новая. Кто делал? Кто заказывал?

Тут из‑за занавески появился тощий паренек лет пятнадцати с паяльником в руках:

– Дед, я печать… – Он замер, увидев меня.

Через десять минут я уже знал главное:

Парнишка – самоучка, но с дикой интуицией в рунической магии.

Делает обереги по памяти с артефактов, которые достаёт ему дед.

И главное – у них есть схема «колокола» – того самого магического негатора.

– Откуда? – я сжимал в руках пожелтевший листок.

– Покойный капитан Тарасов оставил, – прошептал старик. – Перед последним вылазом. Говорил, если не вернется – уничтожить…

Я резко встал:

– Всё. С этого момента вы работаете на заставу. Официально – как помощники по ремонту. Неофициально… – я взглянул на парнишку, – Ты теперь мой ученик.

Утро встретило меня грохотом топоров – бойцы усиливали палисады, как мы и договаривались. Ротмистр одобрил план с ловушками, но вопрос с магической защитой висел в воздухе.

– Владимир Васильевич! – Ко мне подбежал взволнованный Самойлов. – На восточном валу движение!

Вместе поднялись на стену. Вдали, у кромки леса, шевелилась стена – десятки мутантов выходили из рощицы, что в версте от нас. Медленно. Организованно.

– Гон… – прошептал кто‑то.

– Нет. – Я сжал оберег в кармане. – Это разведка. Они проверяют нашу оборону.

Ротмистр, услышав меня, хрипло выругался:

– Значит, главный удар будет завтра…

Я посмотрел на небо – тяжелые тучи ползли к заставе от Волги. К вечеру пойдет дождь. Сквозь который прекрасно пройдут летуны. Поделился наблюдением с командиром.

– Вызвать двойные посты на стены! – крикнул ротмистр, – И чтобы вверх поглядывали!

А я тем временем думал о другом. У нас было меньше суток, чтобы:

Научить парнишку делать обереги для всех.

Разобраться с чертежом «колокола».

И главное – понять бы, кто руководит этой «разведкой». Потому что сами мутанты так не умеют…

– Не нужно двойных постов, и половину магов со стен лучше убрать, – негромко подсказал я ротмистру, – Серьёзной атаки сегодня скорей всего не будет. Лишь её имитация. Нас попросту изучают, чтобы понять, какие силы сюда стоит послать. Предлагаю притвориться обычной рядовой заставой. Как те, что по соседству.

– И что это нам даст?

– Если атаку быстро отбить получится, можно будет Королеву поискать.

– Королеву?

– Так обычно называют ту Тварь, которая координирует действия остальных, – пожал я плечами, – Если её уничтожить, они превратятся в бестолковое стадо.

– Ни разу такого не слышал, – внимательно посмотрел на меня Удалов.

– Так вы и училище давно закончили, а нам вот рассказывали, – отмазался я.

Глядишь, и поверят.

Но всё это будет потом. А сейчас мы в цейтноте и задача простейшая – выжить и не дать Тварям прорваться в село.

И нет.

Я решил не играть сам за себя.

Глава 11

Игра в поддавки

Тучи сгущались быстрее, чем я ожидал. К полудню небо потемнело, и первые тяжёлые капли дождя забарабанили по крышам. Ветер поднял пыль, закрутил её в вихри, будто сама природа предупреждала: готовьтесь.

Я только что вернулся из мастерской, где уже копошился парнишка.

Гришка, как представился он при знакомстве. На столе перед ним лежали разложенные обереги, а в углу стола уже дымился паяльник.

– Ну что, сможешь сделать ещё десяток к вечеру? – спросил я, разглядывая его работу.

Гришка нервно облизал губы:

– Если оправы будут… да и кварц нужен. Мои запасы к концу подходят.

– Бери что надо в сундуках, – кивнул я. – Только торопись. И вот этот отвар пей. Очень бодрит, – передал я ему кувшин.

К вечеру мутанты начали движение.

Сначала поодиночке, потом группами. Они не бросались в атаку, а словно зондировали оборону – подбегали к самому дальнему частоколу, царапали его, отскакивали, наблюдали.

– Играют с нами, – пробормотал Удалов, стоя на стене.

– Не играют, – я прищурился, всматриваясь в темнеющий лес. – Они ищут слабые места.

Их было слишком много для простой разведки.

Дождь хлестал по деревянным стенам, превращая землю в липкую грязь. Мутанты рыскали у частокола, но не атаковали – они выжидали. А это было хуже всего. Бойцы стреляли, но редко. Иногда, удачно.

– «Колокола нет. Подготовленной обороны нет. Мы не готовы». – билась мысль у меня в голове.

Мысли метались, как пойманные в ловушку звери.

Все имеющиеся обереги от менталки уже розданы. Хватило не на всех. Но маги защищены.

– Ротмистр! – я схватил Удалова за рукав. – Прикажи бойцам сделать вид, что мы слабее, чем есть.

– Что?

– Пусть иногда стреляют мимо, пусть кричат, будто паникуют. Надо заставить тварюшек поторопиться.

Он не сразу понял, но кивнул.

Через минуту на стенах начался «хаос» – кто‑то нарочно промахивался, кто‑то громко ругался, будто кончаются патроны.

– Вороны! – раздалось с вышек.

– Самойлов, все наши ружья с картечью на стены! – тут же отреагировал я, глядя на две стаи ворон.

Началось. Неведомый кукловод поверил, что застава станет лёгкой добычей и решился на полноценное нападение, а не имитацию атак.

Вот и славно, а то у меня до последнего были опасения, что мутанты обойдут заставу и набросятся на село. Зато теперь маски сброшены! Твари решили покончить с заставой!

– Они идут! – крикнул кто‑то с вышки.

Первые твари рванули к стенам.

Но я уже знал, что делать.

– По воронам, огонь!

Выстрелы картечи ударил по обеим стаям. Их поддержали маги и другие стрелки. Десятки мутантов рухнули, но остальные не остановились.

Часть вороньих стай покончила самоубийством. Щиты на вышках отлично сработали. С остальными расправились маги и стрелки.

Но у нас четверо раненых. Кто‑то из мутантов, пусть и ослабленный ранами и защитой от магов, всё‑таки смог прорваться по центру и ранить бойцов. Двух просто со стены скинули.

Остальных раненых уже спустили вниз, а их место заняли другие пограничники.

Из леса вывалилась основная волна – больше, злее. Они уже не зондировали – они рвались убивать.

– Сейчас! – оглянулся я на Удалова и ротмистр не подвёл.

– Все на стены! – скомандовал он, и как нельзя вовремя.

Грохот выстрелов смешался с рёвом тварей. Частокол трещал под их натиском, но пока держался. Я видел, как бойцы, стиснув зубы, перезаряжали ружья.

– Патроны на исходе! – крикнул Самойлов, отстреливаясь от подбегающих под стену тварей, – И винтовки пора менять!

– Щиты держатся? – повернулся я к магу на ближайшей к нам вышке.

– Ещё на пару попаданий, не больше! – тот вытер пот со лба. – Эти твари бьют по защите, как тараном!

Из леса донесся новый рёв. Глухой, зловещий. Мутанты вдруг разом отхлынули от стен, образовав полукруг.

– Что за чёрт… – вроде негромко пробормотал Удалов, но я его услышал.

Твари замерли. Воцарилась зловещая тишина. Только редкий крупный дождь продолжал стучать по навесам деревянных укреплений.

– Не нравится мне это, – прошептал молодой боец справа от меня.

Внезапно земля задрожала. Из леса медленно выползло нечто огромное, покрытое бронёй из костяных пластин. Шестилапый монстр размером с избу, с вытянутой пастью, полной клыков.

– Матерь Божья… – перекрестился кто‑то за моей спиной.

Чудовище остановилось в паре сотен шагов от стен. Но не это привлекло моё внимание, а призрачное марево за ним, видимое лишь магическим зрением.

– Это… это же Бронеспин! – ахнул старый стрелок ветеран. – Их даже пуля не берёт!

– Молчать! – рявкнул Удалов. – У нас на то маги есть! Стрелки – огонь по мелочи!

Бронеспин тем временем сделал шаг вперёд. Земля содрогнулась.

И он попёр! Жерди и брёвна, вкопанные в землю, его лишь слегка замедляли, разлетаясь в щепки, и не нанося ему вреда.

– Заморозка! – дал я упреждение на ход, как только монстр приблизился к зоне поражения моего не самого дальнобойного заклинания.

Как я уже успел заметить – Огнешары ему особого вреда не наносили. По крайней мере те, что в панцирь пришлись. Да и его вытянутая крокодилья морда была изрядно защищена надлобными и боковыми щитками из хитина.

Но главное не это. Стоило Твари влететь в Заморозку, как у противника начался раздрай.

Бронеспин, хоть и выкарабкался из зоны лютого холода, но с трудом, и стал сильно медленней, а вот то призрачное поле, что за ним, прилично застряло.

И тут у мутантов случился сбой. Некоторые из них набросились на ближайших подранков.

Очень похоже на то, что Королева потеряла контроль над собранной ей Стаей.

Но у нас Бронеспин почти под стеной.

– Поглощение материи! Шаровые Молнии! – направил я сразу два внеранговых заклинания в это бронированное чудовище, которое нужно было остановить любой ценой.

Какое‑то из них сработало. Что именно – не разглядеть из‑за завесы порохового дыма. Да и не факт, что это было моё заклинание. Все маги заставы сейчас по Твари садили, кто во что горазд. И она свернулась в клубок! Не добежав до стены всего‑то двадцати шагов!

Ветром пришлось дунуть мне. Все остальные азартно куда‑то стреляли и выкладывались в заклинания урона.

Увиденное всех отрезвило.

Примерно с десяток выживших тварюшек на наших глазах втянулись в рощицу, и пропали из вида.

– Отбились! – первым возликовал Львов.

– Очень похоже на то, – перекрестился Васильков.

– Ушла‑а… – вслух высказал я свою скорбь.

– Подпоручик, вы о чём? – спросил штабс‑ротмистр, помня о той субординации, которую стоило соблюдать на людях.

– Не уведи она сейчас за собой пару дюжин мутантов, то Королеву можно было бы преследовать, и попытаться убить, но сейчас – бесполезно. На первой же засаде кровью умоемся, – бессильно сжал я кулаки.

Переиграла, Тварь. Пока мы в чистом поле бойцов будем класть, она точно успеет уйти под Купол.

Вот отчего‑то я не сомневаюсь, что у неё получится.

Нет! Хорош! Натерпелся…

Пора развиваться быстрей.

Пусть раньше я себя сдерживал, переводя свой замедленный рост в магии для преимущественного создания каналов и фундамента магического конструкта, но это время прошло.

Усилия зря не потеряны. Хороший задел на будущее мне точно не повредит.

– Господа, а давайте всё‑таки попробуем определить, кто из нас сумел нанести финальный удар по нашей главной угрозе? – улыбаясь, предложил Васильков.

Могу предположить, с высокой степенью вероятности, что это был я, но вот не радует. Королева‑то ушла! А этот бронированный сарай, так тьфу на него!

Но вопрос был задан. Признаюсь, ответами я был прилично удивлён. Отчего‑то каждый офицер нашей заставы считал, что высокобронированную Тварь убил именно он. И все охотно перечисляли друг другу те серии атак, которые, по их мнению, стали решающими.

– А вы что молчите, подпоручик? – повернулся ко мне Васильков.

– Боюсь, что обычные заклинания против Твари оказались бесполезны, как и все ваши. Уж простите.

– Отчего вы так решили? – недовольно спросил он.

– Зрение у меня хорошее, – скромно заметил я, – Две дыры на панцире и истлевшая морда Твари. Впрочем, давайте сходим поглядим.

Вышли на осмотр почти всей заставой. Разве, я немного задержался, кастанув Среднее Исцеление на одного из раненых и Малое на второго.

Когда подошёл, все расступились, образовав коридор, по которому я прошёл.

Причина оказалась понятно. После смерти Бронеспин завалился на бок. Оттого хорошо оказались видны не только входные, но и выходные отверстия от моих Шаровых Молний. И разрыв нижних пластин впечатлял. Дыры диаметром метра в полтора, через которые вывалились мерзко воняющие кишки.

– Иван Васильевич, а мясо Бронеспина едят? – с простецким видом задал я вопрос штабс‑ротмистру, отчего ближайшая пара бойцов, навострившая было уши, бросилась к кустам, чтобы проблеваться.

Так‑то да, запашок стоит специфический и насыщенный. Как от покойника, пролежавшего неделю в тёплой комнате.

– Полагаю, вопрос о том, кто убил Бронеспина снят, – заметил Удалов, – Хотя я про урон тлением первый раз слышу. Научите, Владимир Васильевич?

– А вы знаете норвежский язык? – спросил я у него с ухмылкой.

Давно мечтал задать этот вопрос при большом скоплении народа.

– Норвежский⁈ Конечно же нет. А зачем? – не на шутку удивился ротмистр.

– А как иначе вы собирались овладеть моими родовыми заклинаниями?

– Вы хотите сказать…

– Уже сказал. Мой Род ход и обрусел уже в четвёртом поколении, но своих знаний мы не растеряли.

– Энгельгардт! – хлопнул себя Васильков по лбу, – Какая простая разгадка! А я‑то себе напридумывал…

– Давайте лучше сходим и глянем, что за гость к нам приходил, – предложил я.

– Вы про что? – прищурился Удалов.

– Тварюшек кто‑то вёл, и я даже приблизительно знаю, где ОНО было.

Пошли почти все. И вскоре увидели. На ещё заиндевевшей траве истаивали следы. Опоздай мы минут на пять, и не факт, что увидели бы их.

Четырёхпалая лапа, с отставленным пятым пальцем у середины ступни, с наружной стороны.

Размерчик следа… Ну, этак раза в два больше, чем от моего сапога.

– Самка приходила, – заключил Самойлов, вглядываясь в след.

– Отчего такие мысли? – спросил я у него.

– У того, что вы у Купола завалили, лапа раза в полтора крупней будет, и он мужик, судя по причиндалам.

– Хм. Это многое объясняет, – кивнул я своему десятнику.

– Вам что‑то стало понятно? – уставился на меня Васильков

– Это не Гон. Месть. Самка привела стаю мутантов к заставе, чтобы отомстить. Хотела нас ментальной магией придавить, но попала в морозную ловушку, запаниковала и потеряла контроль над стаей. Теперь ушла обратно под Купол, а вот своих сопровождающих она там и бросит. Они обратно под Купол вряд ли уже зайдут. Я прав, ваше высокоблагородие?

– Очень правдоподобная версия. Пусть я и не готов под каждым словом подписаться, но это лучшее объяснение, которое в голову приходит, – скупо кивнул Удалов, – Но теперь у нас другая забота. В зоне нашей ответственности разгуливает примерно полторы дюжины мутантов. Причём, довольно свежих. Предлагаю вернуться на заставу и пересмотреть график выхода патрулей.

Понятно. Кто о чём, а ротмистр о службе. Понять его можно – десяток погранцов в чистом поле – это еда даже для небольшой стаи свежих мутантов. Порвут бойцов быстрей, чем многие выстрелят и успеют перезарядиться.

Ситуация изменится дня через три – четыре. Мутанты, выброшенные из‑под Купола, начнут слабеть, и весьма заметно. Вот тогда и повоюем.

* * *

– Ваше высокоблагородие! – из‑за угла выскочил запыхавшийся Самойлов. – Гонец из штаба!

Ничего себе. Сумел порадовать с утра пораньше.

Удалов нахмурился:

– Так скоро? Что‑то случилось? Генерал же только у нас был.

– Не знаю, ваше высокоблагородие. Но гонец сказал – срочное донесение лично для вас.

Мы переглянулись. В голове тут же начали роиться догадки. Новый приказ? Подкрепление? Или…

– Ладно, – вздохнул ротмистр. – Пусть все приводят себя в порядок. И скажи Гришке – пусть прячет свои поделки и из мастерской не высовывается. Штабные не должны их видеть. Ибо не положено нам такого иметь.

Самойлов кивнул и убежал.

Я остался стоять у ворот, глядя на дорогу. Что‑то подсказывало – этот гонец принёс не просто письмо. Он принёс перемены.

Гонец – молодой прапорщик, ожидал нас около крыльца офицерского собрания.

– Ротмистр Удалов? – он, невзирая на молодость, был прямо‑таки преисполнен собственной важностью.

– Я, – вполне спокойно отозвался начальник заставы.

– Срочные депеши от генерала Кутасова. – Прапорщик достал из сумки запечатанные конверты. – Вам и подпоручику Энгельгардту.

Я насторожился. Почему мне?

Удалов вскрыл конверт и пробежал глазами текст. Его лицо стало каменным.

– Когда? – только и спросил он.

– Трое суток назад. Генерал ждёт вас в Царицыне. Лично.

Ротмистр медленно кивнул, затем передал свою бумагу мне.

Я прочитал. И почувствовал, как земля уходит из‑под ног.

«Застава „Вепрь – 3“ уничтожена. Все погибли. Подозревают измену. Немедленно явиться для получения указаний и помощи в расследовании. Их Превосходительство генерал Кутасов».

Собственно, и мой конверт, наспех разорванный, выявил то же самое содержание.

– Это… – я поднял глаза на корнета, подбирая слова. – Там кто‑то выжил? Свидетели есть?

Он покачал головой:

– Только следы. И… одна странность.

– Какая?

– Тела. Они… они все были высушены. Как мумии. Но я вам этого не говорил! – тут же поправился он.

Я почувствовал, как по спине побежали мурашки. Это была не работа мутантов.

Это было что‑то другое. И я догадываюсь, кто такое мог сделать.

– Всех их убили ночью?

– Точного времени никто не знает, но уже ранним утром живых на заставе не было.

– Господи, ещё и вампиры, – пробормотал я чисто про себя.

– Подпоручик, вы что‑то знаете? – грамотно обратился ко мне Удалов, краем глаза отслеживая представителя штаба, который нас сейчас не слышит.

– Одни догадки, но весьма вероятные, – кивнул я в ответ, ответив так же негромко.

– Могу я вас попросить выехать в Царицын без меня?

– Собираетесь нарушить приказ генерала?

– Имею право, если объявлено чрезвычайное положение на заставе. А я его объявлю! И оснований для такого у меня больше, чем нужно. Будь Кутасов хоть трижды генерал, но никто не имеет права сорвать командира с поля боя в такой ситуации!

Хм. Вопрос, конечно же спорный, и многогранный, так как его с разных сторон можно рассмотреть, но надеюсь, ротмистр знает, о чём говорит.

– А мне что прикажете делать?

– Езжайте в Царицын. Там наверняка нужен командир в тот отряд, которые проведёт расследование происшествия. Очень похоже на то, что своим штабным офицерам Кутасов не слишком‑то доверяет. Оно и понятно. Там сплошь «сынки» пристроены. Эти и бойцов погубят, и сами сдохнуть умудрятся, а отвечать за их смерти генералу придётся, что ему не с руки.

– Не дадут мне, подпоручику, отряд в подчинение, – засомневался я.

И на мой взгляд, вполне обоснованно.

– Подпоручику, может и нет, а вот поручику… – усмехнулся Удалов, с этаким намёком, да ещё и подмигнул мне, гад такой.

Или знает что, и не говорит, или…

Ну, нет. Не поверил же он в мой блеф по поводу внучки генерала?

Я же пошутил. Неужели, слишком тонко?

Как бы то ни было, но влекомый приказом и генеральским произволом, я на следующее утро вступил на борт пароходика, который устало взвизгнув гудком, лениво пошлёпал шлицами колёс по воде, всем своим видом показывая, что уж он‑то точно никуда не торопится.

Собственно, так оно и было. Куда мы только не приставали по пути. Порой, к таким ветхим причалам, стоящим перед двумя десятками хат, что мне вдруг захотелось сколотить плот.

Похоже, что выйдя на середину реки, я по течению быстрей доплыву, чем на этой посудине, которая останавливается, где попало, и порой, надолго.

Ровно на столько, чтобы боцман и кто‑то из местных успели сторговаться прежде, чем на кораблик бочонки знакомого вида не начинали загружать. Точно такие же, в котором мне один знакомый купец икру осетровую икру презентовал.

Хм. Если прикинуть разницу в цене на икру здесь и на рынке, то очень похоже на то, что этому пароходику пассажиры нужны лишь для маскировки, или, всего лишь для побочного заработка.

В Царицын мы прибыли в пятом часу утра.

На мой вопрос – куда мне пойти, зевающий прапорщик лишь рукой махнул:

– Казармы там.

А сам растолкал дремлющего «ваньку» и умчался дрыхнуть к себе домой.

Совсем сдурел штабной…

Я с тихой грустью нашёл приличный постоялый двор, и заселился в лучший номер, твёрдо намереваясь отоспаться, а потом знатно отобедать.

И никак иначе.

Должна же страна хоть иногда воочию видеть тех героев, которые их своей грудью от Тварей защищают!

Глава 12

Ольховка. Сколько же деревень с таким названием на Руси…

В Царицын я попал впервые. Оттого, когда заказал себе то ли поздний завтрак, то ли ранний обед, бездумно пялился в окно, сравнивая публику здесь и в том же Саратове. Вроде невелика разница на первый взгляд, но живёт Царицын заметно бедней Саратова. Это и по одежде горожан видно, и по неказистости проезжающих экипажей. Да и сам городишко невелик. Четырнадцать тысяч жителей, что раз в шесть меньше Саратова.

Даже странно, отчего генерал Кутасов именно здесь свою штаб‑квартиру решил разместить. Хотя, если подумать, то выходит, что Царицын примерно в центре пограничного округа находится, который он возглавляет.

Из‑за таких мелочей невольно начнёшь уважать человека. Насколько я знаю, наш военный округ растянулся от Астрахани до Балаково, что чуть выше Саратова. Думаю, генерал легко свою ставку мог перенести в одну из губернских столиц, так нет же – Царицын выбрал, и это расположение позволяет ему движение не только по Волге, но и по Дону контролировать, поставив пограничную заставу в Калаче‑на‑Дону. Службист, что могу сказать. Выбирал не удобства проживания, а стратегически верную позицию.

Но всё хорошее имеет свойство заканчиваться. Это я уже про себя.

Вкусно поел, и совсем собрался было уходить, как увидел коллегу – поручика, которого и пригласил за стол. Разговорились, и вполне удачно. Оказывается, его сосед по комнатам выезжал на осмотр заставы Вепрь‑3. Через полчаса я знал большинство интересующих меня деталей.

Стоило мне войти в ворота двора при управлении, как на меня выскочил прапорщик Герасименко, тот самый, с которым мы вместе прибыли в Царицын.

– Подпоручик, где вы шастаете, генерал про вас уже три раза спрашивал⁈ – выпалил он.

Где‑где… с трудом удержался я от рифмы.

– Где вы меня бросили, там и остановился, – нехотя ответил я ему через плечо, продолжая своё неспешное передвижение.

Под пыхтение прапорщика, мы добрались до приёмной и уселись дожидаться вызова.

Ждали долго, минут сорок, не меньше, прежде чем меня наконец‑то вызвали.

Накурено тут у них… Почти дюжина офицеров старших званий с некоторым удивлением уставились на меня.

– Где начальник заставы? – не дал мне представиться Кутасов.

– Ваше Превосходительство, ротмистр Удалов пытается подготовить заставу к последнему штурму Тварей. Объявлено чрезвычайное положение. Патроны у нас почти что закончились при отбитии прежней атаки. Если бы не купленные мной картечницы, то мы бы не устояли ещё позавчера.

– Что значит – патроны закончились? – взревел Кутасов.

– То и значит. Либо кому‑то плевать на свои обязанности, или это предательство, – пожал я плечами.

О! Секунды благословенной тишины!

– Вы соображаете, что сказали! – свистящим шёпотом спросил генерал.

– Что думал, то и сказал! – не стал я мелочиться, – Или вам, Ваше Превосходительство, это как‑то по‑другому видится?

– Пошёл вон! В приёмную. Отдельно вызову! – заорал Кутасов, багровея лицом.

Подумаешь, напугал. Я спокойно щёлкнул каблуками, исполнил идеальный разворот, как в училище обучили, и отбыл себе… в приёмную.

– Ну, что там? – нетерпеливо бросился ко мне прапорщик.

– Решают. Говорят, живец нужен, чтобы было на кого монстров ловить. Мне капитана из штабных предлагали, но я про тебя вспомнил и твою кандидатуру предложил. Ты же у нас герой? Пойдёшь со мной в поход? Глядишь, по медальке заработаем. Жаль, только, что и у тебя, и у меня шансы невелики. Не исключено, что награду могут посмертно выдать. Но это же ерунда?

Говорил я неторопливо и серьёзно, любуясь, как зеленело и дёргалось лицо прапорщика.

– Мне в госпиталь нужно! Третий день нескончаемые боли в животе превозмогаю! – завопил он, и стремительно рванул с места.

Очень похоже на то, что сегодня кому‑то из лекарей хороший кус отвалится. Рублей этак в сто, не меньше. Не за дёшево же здорового человека в госпиталь класть.

Впрочем, прапорщик сам дурак, раз шуток не понимает. Зато избавил меня от своего общества.

Тут, как раз и совещание закончилось.

– Ваше Высокоблагородие, разрешите представиться. Подпоручик Энгельгардт. Ваша яркая аура нам подходит больше всего! Кроме вас лишь три офицера годятся на роль наживки. Но вы же согласитесь им не уступить? Погибнуть за Отечество с улыбкой на лице… Разве это не прекрасно! – громко заявил я, продолжая шутку и поймав за пуговицу одного из штабных офицеров, вышедших от генерала.

В итоге – у меня в руках осталась пуговица, а в дверях приёмной возникла пробка и давка – все офицеры очень заторопились приступить к своим прямым обязанностям, не иначе.

– Ваше Превосходительство, подпоручик…

– Что с заставой⁈ – перебил меня Кутасов.

Вместо ответа я вытащил из внутреннего кармана запечатанный конверт и положил его перед генералом на стол.

– Копии рапортов начальника заставы ротмистра Удалова. Оригиналы были высланы обычным порядком.

Генерал одарил меня тяжёлым взглядом, вскрыл конверт и начал читать. Хоть он и пытался сохранить лицо, удавалось ему плохо. Пару раз даже хмыкнул, не сдержав эмоций.

Слишком наглеть я не стал. Зачем.

Кутасов старше меня по званию, и как маг он силён. Другой вопрос, что не мне, архимагу в прошлом, считать его силу чем‑то невообразимым. Дайте мне два – три месяца, и потом посмотрим, так ли он силён, как ему кажется. А пока… Ну, в атаке я и сейчас найду, чем его можно смертельно удивить, но в защите – нет, не готов пока потянуть. Обо всём этом я думал, наблюдая, как Кутасов читает оба рапорта. Один, про мой выход к Куполу, а второй – про нападение Тварей на заставу. Чтение затянулось, и я начал размышлять, а смогу ли я приспособить какое‑то из защитных заклинаний из своего прошлого арсенала, чтобы, упростив его, выдержать атаки мага – «десятки».

– Вы чем‑то можете доказать, что всё здесь написанное – правда? – уставился мне в глаза Кутасов.

– Тела всех четырёх серьёзных Тварей на ледник положили.Можете самолично осмотреть.

– Неужели вы из даже не выпотрошили?

– Камни достали, из двух что‑то из внутренностей вырезали, а остальное лежит. Ждёт покупателя.

– Камни где?

– У того, кто их убил.

– И кто же это был?

– Трёх я уничтожил. Одного штабс‑ротмистр.

– Камни на стол!

– Никак нет, Ваше Превосходительство. Невозможно. – не поменялся я ни в лице, ни в позе, – Я их в порошок размолол, – чистосердечно соврал я в ответ.

– Зачем⁈

– Так это вам, с вашим достатком, просто в магических степенях подниматься, а мне изворачиваться приходиться. Мечтаю к концу лета стать магом седьмой степени. Почти уверен, что это у меня получится, – доложил я всё тем же ровным скучающим тоном.

От такого заявления генерал слегка охренел. Не знаю, что бы он сделал, выложи я камни. Не факт, чтобы прикарманил. Может, попытался как‑то выцыганить, а то и просто хотел убедиться, что Твари были действительно убиты. Поди теперь узнай.

И у него не спросишь. Сидит с багровой рожей и тяжело дышит.

Спрашивается, чего волноваться. Я же правду сказал. В этом мире, если денег достаточно и данные есть, магию прокачать не так уж и сложно. Покупай самый дорогие эликсиры, нанимай тренеров и целителей, пользуй без счёта накопители и занимайся до упада, что при наличии целителя и зелий вовсе не сложно сделать.

– «Хм, а ведь можно и попробовать защититься от мага – „десятки“. Достаточно будет подработать Купол Отрицания под мои возможности. Гигантские размеры мне нынче без надобности, не армию защищать собираюсь, а вот меня, любимого, из‑под такого Купола придётся долго выковыривать. Да и в конце концов, кто такой маг десятой степени? Приличный третьекурсник с моей бывшей кафедры боевой магии его под орех разделает» – думал я.

– Вы знали, что ротмистр Удалов написал на вас представление к званию, и дважды писал представление к наградам? – наконец‑то отдышался генерал.

– Никак нет Ваше Превосходительство, – продолжил я всё тем же тоном.

– А что вы сами по этому поводу скажете?

– Я не намерен обсуждать действия своего непосредственного командира, если они не противоречат Уставу, – браво оттарабанил я в ответ.

– А если бы противоречили? – хитро прищурился Кутасов.

– Ваше Превосходительство, в училище нас обучали так: если ты стоишь на посту – действуй по Уставу. Даже если идёт генерал и отказывается называть пароль, то ты имеешь право сделать предупредительный выстрел, и если он не остановился и не лёг на землю, то стрелять на поражение. Правда, добавляли, что желательно не убивать офицеров и генералов, а стрелять им по ногам. Собственно – примерно такие же действия правильны и в иных случаях, если Уставу не соответствуют. Я не нахожу противоречий Уставу в действиях командира.

– Вот вы какой… Значит, по Уставу желаете?

– Так точно!

– Вы в курсе, зачем я вас с ротмистром вызывал?

– В общих чертах, Ваше Превосходительство, – стал частить я с титулованием, заметив, что генерала это нервирует, но одёрнуть меня он не считает нужным, а то и считает такое невозможным.

Раз так – пусть терпит.

Кутасов рассказал, что произошло. Правда, ничего нового я от него не услышал. Разве что услышал про заставу, которая в двадцати пяти верстах от города и деревеньку Ольховку, в четырёх верстах от уничтоженной заставы.

– Я дам взвод под ваше командование, – начал было Кутасов, но я отрицательно замотал головой, – С чем вы не согласны?

– Я подпоручик. Мне десяток положен. В особых случаях – два десятка.

– Экий вы право.

– Ваше Превосходительство, – с удовольствием отметил я, что титулование успешно работает, и его кривит, как от зубной боли, – Мне хватит двух непьющих старослужащих при четырёх коняшках побойчей. Думаю, дня за три – четыре я с заданием справлюсь. Разведаю, что там и как. А большой отряд мне только мешать будет.

– Вы что‑то знаете?

– Предполагаю, – уклончиво отозвался я, всем видом показывая, что делиться своими мыслями не собираюсь.

На самом деле, что гадать‑то. Вампиры же были. Противник неприятный, но и не такой опасный, если знать, как с ними бороться. А я знаю.

И от большого отряда я не напрасно отказался. Люди меня по рукам и ногам свяжут, не давая развернуться в полную силу, а помочь не помогут.

– Ну, раз так, то идите. Через полчаса готовьтесь отправится.

– Так точно, Ваше Превосходительство! Разрешите вопрос?

– Патроны для вашей заставы через час отдельным пароходом отправят, и я даже знаю, за чей счёт он будет нанят, – пообещал Кутасов, тяжело ворочая желваки на лице.

– Благодарю, Ваше Превосходительство. Вопросов больше не имею, – я лихо развернулся и покинул кабинет.

Вышел, улыбаясь. Изначально думал морды снабженцам идти бить. Но теперь этого делать не нужно. Я генерала так раздраконил, что он сам им теперь хари начистит и ударит по самому больному – по карману.

Кстати, про патроны для заставы я не слишком волнуюсь. Перед отъездом ротмистр мне шепнул, что он уже послал каптенармуса на правый берег, к его коллеге в пехотном батальоне. Займут у армейцев ящиков десять до поставки. Не в первый раз так делают. Но попросил посодействовать, если возможность появится. А я что – мне только скажи… Посодействовал.

* * *

Выехали мы часа через полтора.

Почти час ушёл, чтобы всё положенное с кладовщиков выбить и пару коней поменять, а то совсем каких‑то одров подсунули. Таких, что им бы самое верное – своим ходом до кладбища дойти.