Текст книги "«Химия и жизнь». Беллетристика. 1995-2004 (СИ)"

Автор книги: Роджер Джозеф Желязны

Соавторы: Кир Булычев,Генри Лайон Олди,авторов Коллектив,Святослав Логинов,Урсула Кребер Ле Гуин,Курт Воннегут-мл,Филип Киндред Дик,Леонид Каганов,Андрей Николаев,Николай Чадович
сообщить о нарушении

Текущая страница: 82 (всего у книги 105 страниц)

И тут уже явно не вникая в мои слова, он вскрикнул – вернее, буквально выбросил из себя то имя, которое, судя по всему не давало ему покоя все эти два дня.

– Лана! – И опять: – Лана!

В наступившем затем молчании стало слышно, как едва гудит лампа дневного света пролетом ниже Я ожидал что после этого выкрика Нодара двери квартир распахнутся, на лестницу выскочат разгневанные жильцы и потребуют чтобы мы немедленно ушли. Странно: ничего не произошло. Только лампа по-прежнему тихо гудела пролетом ниже.

– Это Лана, – вдруг быстро заговорил Нодар. – Лана, она, Лана Броладзе, я уверен в этом! Почему же я сразу не понял?

Он умолк (к этим его внезапным паузам после эмоциональных всплесков я, кажется уже привык), но вскоре продолжил:

– Мы знакомы давно с той поры, когда еще учились в Тбилисском университете. Вместе учились, да по одной специальности – геологическая съемка, поиск и разведка. Вместе учились, вместе сдавали экзамены, затем, получив дипломы, вместе уехали в поле. Ах, поле! Палатки, песни под гитару у костра. Всегда вместе…

Опять пауза.

– А потом? – осторожно спросил я.

Он усмехнулся.

– «Потом» не было! Прошло не так много времени, и романтика кончилась. Куда-то все утекло, испарилось. Наше последнее свидание было просто омерзительным: взаимные упреки, оскорбления, больше ничего. В общем мы поклялись никогда более не встречаться. И не сдержали этого обещания. Прошло два года, я уже переехал в Москву, на новое место работы. Очень удачное, кстати. Появились деньги. Снял неплохую квартиру, затем купил машину, «Жигули». И в это время снова встретил Лану. Здесь, в этом микрорайоне. Слышите, именно здесь!

– Она тут жила?

– Мне так и не удалось это узнать. Она старалась поменьше говорить о себе и побольше спрашивать меня. Но все-таки кое-что вытянуть мне удалось. С прежней ее работой, там в Грузии, было покончено раз и навсегда. Лана подпала под реорганизацию, лишилась места и тогда решила искать работу в Москве. Приехала сюда, и вот, как в сказке, через месяц или два, столкнулась со мной. Да, ту ночь она согласилась провести у меня, а утром сказала, что готова остаться. Сказала, что слишком долго искала меня, чтобы потерять во второй раз.

– А Нина? – тихо спросил я.

В тот момент мне показалось что я запутался, Лана, Нина… К тому же – вечер, да еще не дома, а в другом районе, а точнее, в малоуютном подъезде чужого дома. Какой-то опять же чужой человек, излагающий нечто неправдоподобное. В общем, я почувствовал, что чертовски устал. А ведь еще надо было добираться на другой конец Москвы.

Все так, но одновременно с этим я чувствовал скорую развязку. Ведь не сумасшедший же он, этот кавказец Нодар, я как-то поверил – нет!

– Так что Нина? – повторил я.

Но он продолжал свое:

– С Ланой мы снова расстались История повторилась, вплоть до такой же заключительной сцены, что и в прошлый раз. Лана исчезла. И вспомнила обо мне лишь по прошествии еще десяти лет только позавчера. За это время я успел здесь, в Москве, сменить место жительства, познакомиться с Ниной, жениться на ней, порадоваться рождению наших детей.

– А кстати. Лана знает, что у вас есть дети?

– Э… она не спрашивала, но думаю догадывалась. Женщина, она всегда о таком догадывается, тем более кавказская женщина. И все же предложила мне встретиться Я что-то промямлил в ответ – в общем, мы так и не договорились. А на следующий день, то есть вчера, сам поехал сюда, на предполагаемое свидание. Почему именно сюда, не знаю. Может потому, что Лана не любит менять места наших встреч, а в Москве мы встречались лишь здесь, на моей прежней квартире. И кажется, она по прежнему верит в то, что мы созданы друг для друга. Или были созданы, – сказал он после паузы.

Пауза в очередной раз затянулась, но у меня уже не было сил прерывать ее. Я сидел на подоконнике и слушал.

– Лана верит, что каждый человек создан для кого-то другого, вполне конкретного, – вскоре продолжил Нодар – Да, как в той притче про грушевое дерево, помните? Но разве можно так просто поверить в саму возможность найти свою половину среди миллиардов людей? Даже поверив в любовь с первого взгляда, волей-неволей понимаешь: и десятка жизней не хватит, чтобы найти того одного-единственного. Найти и не ошибиться при этом. Вот в чем цель! Не спутать собственного зова плоти с шепотом другой души, души прежде бесконечно далекой, а ныне становящейся частью тебя самого. Поди отдели одно от другого – отдели, но и соедини: чтобы и плоть брала и душа принимала – будто сам с собой, или она сама с собой – какая разница! В общем, чтобы невозможно было отделить одного от другого. Чтобы то, что прежде считалось освященным небом, не оказывалось банальным брачным контрактом, срок действия которого пусть порой вся жизнь. И она, Лана, в это верит. И потому не отпускает меня. О Господи, – тихо вздохнул он. – Вот что я теперь понял, – спокойно продолжил Нодар – спокойно, медленно, точно цитируя отрывок из некой книги. – Есть такие места на земле где человек может встретить свою судьбу. Осколками утерянного рая зовут их люди. Только они, люди называющие эти места именно так, не знают или не понимают, что ожидание встречи порой может затянуться, ведь на небесах время не мерят днями, а сама встреча может оказаться непереносимой. Потому как годы безвозвратно ушли, и прошлое скрылось за поворотом, унося с собой и надежды и страхи, и чувства. Все прошло, все. И человек – что ж делать! – утрачивает веру в чудо. Какое там чудо, если тебе под пятьдесят и если ты еще трезв!.. Э, вы меня еще слышите? – вдруг спросил он, усмехнувшись.

– Слышу, – спокойно ответил я. – Вернее слушаю.

– Так вот, – кивнул Нодар, – если по каким-то причинам люди, ну, конкретно мужчина и женщина, будут вынуждены покинуть этот свой осколок рая, то, конечно, они постараются взять с собой все то, что соединяло их прежде, но слишком часто случается, что им этого не удается. Вот и я, чтобы не вспоминать об утерянном, стал лепить свой осколок как мог и умел, стараясь не оглядываться назад. А она, Лана, по-прежнему верит и надеется. По прошествии стольких лет. И потому, только потому снова и снова находит меня. И продолжает надеяться, даже когда эти ее надежды обратились в дым. Но не отпускает.

Что мне оставалось? Только вот это:

– Может, вам надо встретиться с ней? Дождаться ее?

Он лишь повел плечами.

– Но что я ей скажу? Что? Слова бессильны перед ней. Ну, разве попросить ее об одной, последней услуге?

– Какой?

– Помочь покинуть Покинуть осколок рая. И постараться вернуться. Каждому в свой мир. К миру в себе.

⠀⠀

⠀⠀
2002

⠀⠀
№ 1 ⠀⠀
Олег Марьин

Подкачка

– Вот, как ты думаешь, какой чип лучше?

Старый Давид произнес это, хитро глядя на неизменного своего собеседника. То есть он давал понять, что нашел на сегодня тему для разговора. Немного поерзав, чтобы устроиться на своем месте поудобнее, Давид Левитски снова глянул на старого Петера. Тот еще только протискивался в уголок, держа в руках две кружки темного. А две кружки светлого, принадлежащие Давиду, уже красовались на столе. Старые друзья собирались в этом кабачке по понедельникам и пятницам. Потому что собираться дома и пить бутылочное – себя не уважать.

– Ты, конечно, скажешь, что, мол, это все знают. – Тут Давид сделал первый глоток из кружки и аж зажмурился от удовольствия. – Эх, что ни говори, а первый хлебок – главный! – И, заметив краем глаза неодобрительное шевеление Петера, быстро продолжил: – Да-да, я настаиваю именно на этом слове – хлебок! Потому что, в продолжение нашей понедельничной дискуссии, я вынужден снова повторить: пиво надо пить, прихлебывая пену!

Следует сказать, что Петер, во-первых, всегда ждал, пока пена отстоится, а во-вторых, считал, что первый глоток еще ничего не значит, а важно оценить тот вкус, который остается во рту уже после пива.

– Ну, это мы обсудить всегда успеем, – быстро произнес Давид, – а сегодня у нас есть тема поинтереснее. Так что насчет чипов? Ты, конечно, скажешь, что лучше такие, у которых больше память или быстродействие. Да? Ага, так я и знал! А я тебе скажу, что лучше те, которые с плавающим интерфейсом! – С этими словами Давид откинулся на спинку своего диванчика и сделал затяжной, смачный, громкий хлебок.

Итак, тема была задана. Крючок послюнявлен, червяк насажен, удочка заброшена. Настало время передать слово добродушному старику Петеру, который все еще ждал, когда у него в кружке осядет пена. Он попыхтел, помялся, и сделал ответный ход:

– Почему это – с плавающим?

Давид промолчал. Однако и Петер Готт был не лыком шит. Он тоже замолк: старика Давида не грех немного и подзадорить. Сейчас, например, Давид явно ждал, что Петер начнет расспрашивать его про интерфейс. Но вместо этого Петер сделал наконец первый глоток и утер усы с таким наслаждением, как будто вытирать их ему куда приятнее, чем пить пиво. Пришлось старому Давиду самому нарушить молчание.

– Честно говоря, я не знаю, почему он называется плавающим. Но я знаю другое. Только для этого, не нового уже в общем-то интерфейса стало возможным разработать такой софт, какого еще свет не видывал! Это – главная сенсация года, помяни мое слово!

Петер оторвался от кружки и произнес не спеша:

– Так что же это такое, черт возьми?

– Подкачка эмоций.

– Этого не может быть, – спокойно и веско сказал Петер.

Сказал, а сам решил порыться в своем чипе, чтобы навести справки, и закрыл глаза. Через пару минут он снова взглянул на Давида. Тот пил пиво с самым невозмутимым видом. Петер тоже приложился к своей кружке и повторил:

– Не может быть. Над управлением эмоциями думают с тех самых пор, когда начали вживлять чипы в мозги. И даже гораздо раньше. Еще с прошлого века хорошо известно, что если воздействовать через вживленный электрод на определенный участок мозга, то можно вызвать, например, страх или эйфорию. Но кому нужны эти примитивные чувства? Насколько я понимаю, употребляя затасканный термин «подкачка эмоций», ты говоришь о другом. В свое время ведь об этом много говорили. Речь шла о более тонких чувствах. Например: удовольствие от пары кружек хорошего темного. А чтобы получить такие чувства, для каждого из них надо определить свой набор точек воздействия. Так что создать машинку для подкачки эмоций в принципе можно было уже давно. Но! Тогда весь мозг придется истыкать проволоками: чем больше различных чувств ты хочешь подкачивать, тем больше потребуется электродов. Это тебе не простые наши чипы, которые только дают возможность визуализировать информацию. Следовательно, такая игрушка даже на десяток чувств будет в сто раз дороже любого чипа, а кроме того, ты уже не отделаешься парой дней при установке такой штуки – придется, может быть, потратить на клинику пару недель. Короче, я только что порылся и не нашел ни одной научной статьи, в которой сообщалось бы о положительных результатах, зато нашел тридцать шесть статей о том, что это невозможно в принципе. Причем все эти статьи – старые. Даже военные давно перестали разрабатывать эту тему.

– Спасибо за лекцию, – пробормотал Давид.

– Не ехидничай! Я не знаю, где ты раскопал свою сенсацию, но я почему-то уверен, что ты не удосужился ознакомиться с проблемой поближе. Так что лекция тебе не помешает, – закончил Петер.

Давид Левитски посмотрел на него снисходительно. Приятно чувствовать свое превосходство. Да не в чем-нибудь, а в обладании информацией! В наше время разгула информационных технологий это такая редкость!

– А когда ты последний раз обновлял информацию?

Петер опустил глаза. Действительно, он не любил эту процедуру. С возрастом его все больше привлекал старомодный стиль жизни, той жизни, какой она была в годы его детства. Поэтому теперь он старался без необходимости не пользоваться никакими техническими приспособлениями. Что толку без конца обновлять свои базы данных! Без этого нельзя прожить, что ли? Деревянный маленький домик, садик, пиво, общение с внуками и немногочисленными друзьями… А в молодости они оба, помнится, были, так сказать, в авангарде гонки по вшиванию себе камней в череп, которая тогда за-хлестнула мир. Сейчас же тех редких оригиналов, которые этого не делают, даже Петер считает пижонами. А кроме того, он просто-напросто не любил всю ночь спать с торчащим из башки проводом.

– Обновлял две недели назад… – начал было Петер, но Давид перебил его:

– Впрочем, это не важно. Я обновлял вчера, специально для нашего разговора. И там действительно ничего нет.

Петер удивленно посмотрел на него: дескать, что же ты мне голову морочишь?

– Но не хочешь ли ты просмотреть сейчас последние новости? – продолжил Давид. – Ты же встроил в свой чип модуль сотовой связи, не правда ли? – И он улыбнулся так, что стало ясно: новости посмотреть стоит.

Петер вздохнул и, закрыв глаза, вышел в Сеть. Через несколько секунд он уже читал сообщение о сенсации. Буквально вчера одна компания объявила о том, что выпускает в свободную продажу полностью проверенный на добровольцах софт, единственным недостатком которого является то, что он работает лишь с интерфейсами типа «плавающий». Далее оказалось, что все работы компании над этим проектом были тщательно засекречены и уж тем более нигде не публиковались, чтобы раньше времени не выдать себя конкурентам… Ситуация, похоже, сложилась уникальная: все забросили подобные исследования, а вот одна небольшая компания все-таки дожала это дело и вышла на мировой рынок с уникальным продуктом, имеющим гигантский коммерческий потенциал!

В общем, созданная программа позволяла «подкачивать» до полутора тысяч различных чувств! Причем утверждалось, что это только начало и в скором времени выйдут новые пакеты эмоций, которые можно будет просто инсталлировать ночью обычным способом. В рекламном сообщении новая программа воспевалась чуть ли не как панацея: жена (или муж) перестала удовлетворять тебя? Включи подкачку сексуального влечения! Тебе предстоит встреча со злым начальником? Включи уважительную симпатию! У тебя нет денег или времени на вкусный обед? Ты можешь есть обыкновенный хот-дог, но притом испытывать удовольствие, будто потребляешь нечто изысканное (смотри список блюд)!

Кроме того, рекламировались и негативные эмоции. Предположим, вы присутствуете на похоронах родственника, но слишком вымотались за сегодняшний день, чтобы действительно выглядеть как человек, у которого горе. Нет проблем – можно подкачать эмоции печали!

И наконец, не забудьте, что еще есть возможность подавлять свои эмоции. Для этого надо подкачать то чувство, которое является противофазным тому, которое вы хотите подавить. Например, если вам холодно, подкачайте «теплый летний вечер». Подкаченное чувство обязательно окажется сильнее «родного». Надо только правильно подобрать необходимое чувство из меню, предлагаемого фирмой. Впрочем, на первых порах в списке может не оказаться необходимого. И если вы неправильно подберете противодействие, то наложившиеся чувства могут дать в сумме что-то неожиданное. Но список предлагаемых эмоций будет расширяться!

Петер открыл глаза и посмотрел на Давида.

– Тебе-то как стало известно обо всем этом? – спросил он. – Ведь по твоему лицу видно, что ты обо всем узнал раньше журналистов. Ну?

Давид выдержал небольшую, чтобы не переусердствовать, паузу и выложил то главное, ради чего он затеял весь сегодняшний разговор:

– У моего внука эта штука уже два дня.

– У твоего внука? У Яна?

Давид победоносно промолчал, а Петер медленно сказал:

– Слушай, но как же это может быть? Как они смогли сделать такое под «плавающим»? Ведь за каждое чувство отвечает определенный участок мозга, а в общем случае – совокупность участков. Но все чипы, в том числе и с «плавающим», действуют на один и тот же участок, который к чувствам не имеет никакого отношения?

⠀⠀

Высокий полноватый блондин вышел из ворот небольшого серого особнячка. Парень хоть и слегка мужиковатый, но вполне симпатичный. Это и был Ян, внук Давида.

Здесь он провел десять дней. Пространство за оградой особнячка было застроено несколькими корпусами. С улицы их не раглядишь. Да, все скрыто от посторонних глаз…

С Яном тогда впервые прошли сквозь эти ворота еще одиннадцать человек, но ему не было никакого дела до остальных добровольных участников эксперимента. У каждого из них – своя причина пойти на риск. Хотя, как утверждали руководители проекта, риск ничтожный. Важно другое: будет бум, настоящий бум! Выстроятся очереди. Все, кто сможет себе это позволить, непременно заполучат такую игрушку!

Э, нет! Это никакая не игрушка, а новое качество жизни! Ян думал об этом с удовольствием, потому что уже успел убедиться, что новомодная штука работает великолепно! А ведь будет еще лучше, когда появятся новые пакеты эмоций. Вот только за них уже придется платить. Но это потом. Он вряд ли смог бы в ближайшее время накопить на эту штуку. Поэтому, когда представилась возможность стать добровольцем и таким образом бесплатно заполучить эту программку, Ян не раздумывал.

Он сделал это для Каролины, хотя она об этом пока ничего не знает. Сказал ей, что уезжает в командировку. Девушка округлила глаза (ведь его раньше никогда не отправляли в командировки), но поверила. Она верит ему всегда, она его любит. И он обязательно расскажет ей о своем приобретении, обязательно. Может быть, даже сегодня. Теперь дело сделано. Ведь если бы он рассказал ей прежде, когда решился, она обязательно стала бы его отговаривать, ну и кроме того, волновалась бы все эти десять дней. Но все закончилось так удачно!

Ян был абсолютно убежден, что такой софт – не роскошь, а совершенно необходимая вещь для семейного счастья. Он слишком любит свою Каролину, чтобы хоть в какой-то степени рисковать их будущим!

Он медленно приближался к своему дому и мысленно полемизировал с воображаемым собеседником. Это вовсе не риск, скажете вы? Миллиарды людей женятся и дальше всю жизнь обходятся без этого? И еще, наверное, вы скажете, что любовь должна быть настоящей, чистой, а не искусственной? А я вам вот что скажу в ответ: вы просто ханжи! Кто сказал, что семейное счастье не может опираться на технические достижения – точнее, на софт? Ну кто так сказал? Главное, чтобы оно было, это счастье! Чтобы дети никогда не видели даже прохладного отношения родителей друг к другу, не говоря уже о разводе! А сколько пар прошли через него? И кто от этого застрахован? Нет, лично я такого не хочу!

Так почему же тогда вы смотрите на меня косо из-за того, что я буду строить свое счастье с помощью программы? Что тут безнравственного? Безнравственно другое: изображать из себя примерного супруга, когда в сердце уже давно нет любви. В общем, притворяться. Или махнуть на все рукой и развестись… Не буду спорить, у кого-то получается любить друг друга всю жизнь. У кого-то – да. Но где гарантии, что в это число попаду я? Нет, я не хочу отдавать будущее своей семьи на откуп случаю. Если уж притворяться, то притворяться с гарантией.

⠀⠀

Каролина Бауер была девушкой строгого воспитания.

Одевалась она всегда подчеркнуто скромно, но элегантно. Невысокий рост, правильная фигура. Всегда собранная и подтянутая, Каролина училась хорошо и старательно. Она была единственной дочерью очень зажиточных, но очень религиозных родителей, поэтому никогда ни в чем не нуждалась, но вместе с тем ей никогда не позволяли никаких вольностей. В свои семнадцать лет она никогда не пробовала курить, не пробовала спиртных напитков, не дружила с мальчиками (с девочками она, впрочем, тоже почти не дружила), не ходила на концерты молодежных групп, не посещала вечеринок. Зато много читала, часто слушала классическую музыку, обучалась у дорогих репетиторов, ходила с родителями по дорогим ресторанам и уже объездила полмира (понятно, вместе с родителями).

Ян влюбился в нее около года назад, влюбился окончательно и бесповоротно. Что-то в ней, Каролине, было особенное. Это признавали все одноклассники, а вот влюбился только Ян.

В отличие от родителей, Каролина не была истинно религиозна, но виртуальную реальность, или попросту ВР, она не переносила точно так же, как и они. Вообще, от своих родителей она переняла гораздо больше, чем ей хотелось бы думать. И хотя у нее, равно как у ее родителей, чипы, конечно, были (у кого их сейчас нет!), но блуждания по ВР они не одобряли. Поэтому Ян все-таки побаивался признаться Каролине в том, что он осмелился установить себе такую новаторскую программу. Кто знает, как она прореагирует? Конечно, она любит его, это точно, она постарается его понять, но…

Ладно, подумал он, уже засыпая, все обойдется. Утром ему предстоит свидание с Каролиной, которую он не видел уже две недели, а потом, вечером, он отправится к Бауерам домой, чтобы официально просить руки их дочери.

⠀⠀

Она проснулась и сразу подумала о нем. Сегодня он вернется из своей дурацкой командировки. Когда он станет моим мужем, подумала Каролина, еще посмотрим, отпущу я его так надолго или нет!.. От этой мысли ей сразу стало весело. Размечталась! Всего-то семнадцать лет, еще даже не поступила в университет, а замуж собралась!.. Ну и что? Покажите мне ту, кто на самом деле не хочет замуж! Да и родители, как ни странно, эту идею поддерживают, и, судя по запаху из кухни, мама, как и обещала, готовит на вечер семейный сливовый пирог.

Встреча с Яном была назначена на одиннадцать утра. За завтраком мать говорила с дочерью очень благосклонно. Как и отец, она придерживалась твердого убеждения, что женщины должны выходить замуж и рожать детей. Ян им нравился. А то, что немного рановато, – это ничего. «Ты ведь не собираешься бросать учебу, правда? Ну вот и хорошо! – улыбнулась мать, добавив, что пока дочь может идти и заниматься.

И Каролина с легким сердцем пошла заниматься. Начинался чуть ли не самый счастливый день в ее жизни. Села за стол, закрыла глаза и пошла в библиотеку.

На сайте библиотеки сменили вывеску. Она немного расстроилась, потому что это означало, что там наверняка обновили и интерьеры, а среди них был ее любимый уголок с видом на горы. Зачем так часто менять оформление сайтов? Тем более в библиотеках?

Она вошла. Действительно, оформление изменили довольно сильно. Все решено, конечно же, в модном стиле «Новое Возрождение». А вот логику пользования, похоже, не изменили. И на том спасибо. Каролина направилась к каталогу, который виднелся на прежнем месте, справа.

Боже мой, а сколько вокруг расставлено порталов, приглашающих в Личные Пространства! Как только в Сети кто-то где-то что-то меняет, каждый старается сунуть в это место свой баннер. Так хозяева Пространств стараются привлечь посетителей.

Каролина пересекла холл, зарегистрировалась, выбрала книги и направилась в ту сторону, где раньше находился ее любимый уголок. Однако это местечко не сохранилось, и Каролина уселась за первый попавшийся столик… Надо сказать, что некоторые вообще не пользуются интерьерами. Заходят, например, в библиотечное меню, а потом просто вызывают нужный текст. Каролина хоть и понимала, что так меньше соблазнов зайти в чье-нибудь пространство, но все же предпочитала пользоваться, как выражалась мама, «бутафорией». Так интереснее. Вот только… Так можно зайти слишком далеко. До оправдания Личных Пространств. Там ведь тоже ничего особенного, только возможность «просто» полазать…

Лазать по Сети с помощью головных чипов стало возможным почти сразу после их появления. И быстро выяснилось, что это – совсем не то же самое, что просто ходить в Интернет за информацией и картинками. Оказалось, что в Сети можно жить! Почти жить. Ты закрываешь глаза – и оказываешься где-то. Там ты ходишь виртуальными ногами, берешь что-то виртуальными руками, причем достоверность всего этого зависит не от тебя, а от сервера, на который ты попал. Ты летаешь над землей, или летишь по дорогам на роскошных автомобилях, или наслаждаешься обществом ослепительных женщин – в общем, делаешь то, что в обычной жизни тебе недоступно по тем или иным причинам. Вот только при этом ты почти ничего не чувствуешь. То есть чувствуешь то же, что перед экраном компьютера или телевизора, пусть даже в самый захватывающий момент. Да, тебе интересно, но все-таки ты всего лишь «смотришь кино». И тем не менее это «кино» стало тогда едва ли не главным увлечением людей во всем мире. Но вот с некоторых пор появились Личные Пространства.

Когда-то давным-давно, когда компьютеры были еще слабенькими, люди делали себе «домашние страницы». Потому, что многим хотелось рассказать о себе другим. Чтобы тебя поняли и приняли участие в твоей игре. Вот, ключевое слово – «игра». Игра и есть жизнь.

Действительно, думала Каролина, разве мои родители просто-напросто не играют в игру, посещая свои воскресные службы? Чем они отличаются от остальных людей, играющих в свои игры? Нет, чем-то отличаются, конечно. Например, в церкви они никогда не бывают раздражительными. Жертвуют деньги. Меня воспитали в строгости, и за это я им, в общем-то, благодарна. Но с другой стороны… Что, они не ругаются дома? Ругаются. Не хотели развестись несколько раз? Хотели. Не обсуждают с друзьями бесконечные покупки или других друзей? Обсуждают. То есть – фарисеи. Не верю я их Богу, даже если он есть. А значит, и им не верю.

Или вот те девчонки, что спят с парнями. Они тоже выглядят счастливыми. Особенно Берта. Она очень красивая. Действительно, очень красивая, что там говорить, гораздо красивее меня. И она это прекрасно знает, потому что мужики глазами ее так и мусолят, даже если она ничего особенно короткого не надела. И она выглядит совершенно счастливой! И кто я такая, чтобы утверждать, что она несчастлива в такие моменты? Действительно, чего ей, да и другим девицам, не слишком уж обремененным интеллектом, еще надо! Вот она и счастлива.

Теперь снова возьмем моих родителей. Они очень уважаемые люди. Богатые и благочестивые, дочка – лучшая в школе ученица – считай, одной ногой уже в самом престижном университете страны. Многие завидуют им. И они счастливы. Разве я могу утверждать, что нет? Просто каждый играет в свою игру и по-своему счастлив. Но я-то не хочу быть счастливой именно так, как родители или Берта. Я хочу быть счастливой по-своему. И почему тогда я не могу сделать свое Личное Пространство, не говоря уж о том, чтобы зайти в чье-то пространство и просто посмотреть? Ведь это только игрушка, там все ненастоящее! А у Берты – настоящее? А у моих родителей с их прихожанами?

Там, в Личных Пространствах, одни играют, но делают вид, что живут, а другие играют и даже и не пытаются изобразить из этой игры жизнь. Просто закрывают глаза и лезут в свое Личное Пространство. Демонстративно живут с закрытыми глазами. Почему же мы так осуждаем их? Почему при одной только мысли о Личных Пространствах меня коробит? Может быть, их создатели честнее, чем мы? Они как бы говорят: мы не ждем от вашего мира ничего, кроме лицемерия, поэтому хвала Сети – там мы можем хоть немного пожить каждый в своем собственном мире. И они правы, потому что всё вокруг – лицемерие: мои родители дома все равно ругаются, а Берта по ночам плачет в подушку. Не такая же она дура, чтобы не знать, что ее ценят главным образом за ноги…

Каролина вдруг поняла, что сегодня так и не начала заниматься. У нее в запасе остался только час времени. Она раскрыла одну из книг. Однако мозг не желал сосредотачиваться на учебе. Мысли по-прежнему крутились вокруг проклятых пространств. Вот это и есть искушение. А может быть, не будет ничего страшного, подумала Каролина, если я схожу туда? Не все же они пошлые, в конце концов? А если и пошлые, это мне никак не повредит. Зайду и, если гадость, сразу же выйду. Решено!

Она вскочила со стула и быстрым решительным шагом направилась в холл, где, заманивая посетителей, переливались всеми цветами радуги порталы Личных Пространств. Она замедлила шаги и, выбирая, не спеша прошлась вдоль рядов. Вот – наконец. И шагнула в какой-то явно женский портал, который демонстрировал образы юных фей, романтических рыцарей, совершающих подвиги, и прекрасных принцесс, любовь которых надо еще завоевать. Сады, балы, замки, увитые плющом беседки и горбатые мостики над говорливыми ручейками…

⠀⠀

Личные Простанства… Здесь можно создать любой мир (почему-то их стали называть Пространствами, а не мирами, хотя это именно миры). Любая программа предложит вам много всего на выбор. Любые физические законы, любую магию, любую природу. Можно вообще без природы. Ты можешь быть повелителем в своем Пространстве, диктатором, тираном. А можешь создать такой мир, где ты – самый жалкий раб и тебя унижают все. Или мир, в котором от любви к тебе сходят с ума все женщины (мужчины). Можно создать мир, в котором ты постоянно путешествуешь и открываешь новые земли (тут требуется мощный сервер). Можно сделать себя рыцарем, сражающимся против всевозможных чудовищ. А самое главное в Личных Пространствах – ты можешь быть самим собой. Тем, кто ты есть на самом деле. Утонченным героем, или ранимым нытиком, или грубым садистом без тормозов; эстетом, утопающим во всевозможной роскоши, или монахом, уединенно молящимся в келье. И так далее. Хотя совершенно не обязательно быть там самим собой – можно попробовать все, что угодно.

Так у человечества появилась потрясающая возможность отвлекаться от реальной жизни. Воплощение эскапизма. Это вам не телевизор, не книги!.. Вот только есть одна проблема. Кроме реализации своих сокровенных желаний, человек нуждается и в общении с себе подобными. А где гарантия, что этим «подобным» понравится твое сокровенное? Некоторым повезло – у них есть постоянные посетители. То есть те, кто играет вместе с ними в их мире. А остальным приходится заманивать…

⠀⠀

Встреча была назначена в большом сквере недалеко от дома Каролины. Тут в погожие дни обычно посиживали на лавочках лишь пенсионеры и влюбленные.

В одиннадцать утра Ян проломился сквозь аккуратно подстриженную живую изгородь и направился к «секретной» скамейке, которая не была видна ни с одной из дорожек. Каролина была уже там. Ужас! Он опоздал?

Девушка не хмурилась, но и не улыбалась. Это означало одно: неприятность. Ян поспешил к ней. А на бегу подкачал нежность.

– Ну, здравствуй, моя милая, – ласково произнес он, заглядывая ей в глаза, и обнял за плечи.

Поначалу Каролина почти отшатнулась, но затем буквально повисла у Яна на шее и зарыдала.

Как себя вести с рыдающими женщинами, он понятия не имел. Поэтому бросил букет на скамейку и стал гладить Каролину по голове. Нет, ничего не получалось. Потом догадался подкачать сострадание. Обнял девушку покрепче и прошептал ей в самое ухо несколько бестолковых фраз. Как ни странно, это подействовало. Видимо, людям, и особенно женщинам, важно не столько то, что мы говорим, а с каким чувством говорим, подумал он. Программа работает отлично!