Текст книги "Девятый. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Кирилл Довыдовский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 58 (всего у книги 83 страниц)

То есть, конечно, любопытно. Скрывать не буду. Но слишком уж откровенный «кот в мешке».

Сам список по предмету был такой:

МИСТИКА

1. Михаил Звездный – 10 баллов

2. Алекс Сталев – 9 баллов

3. Лиу Сноу – 9 баллов

4. Теобальд Туманов – 9 баллов

5. Тим Джимпо – 8 баллов

6. Павел Романов – 7 баллов

7. Эрлинг Нул  – 7 баллов

8. Послушник Пронг – 6 баллов

9. Чель Бару – 6 баллов

10. Гальба – 5 баллов

11. Калико Джек – 5 баллов

И я сначала даже не обратил внимание.

– Алекс? – удивился я. – Ты же…

– У меня был ноль, – сказал он твердо.

И тут же поднял взгляд на Джонса, который в этот момент в очередной раз повернулся к Смиттону, рассказывая ему какую‑то историю. Судя по кислому виду кибернетика, достаточно мозголомную.

– Странно, – сказал я. – Хотя забей, если честно. Ему в голову все, что угодно могло прийти.

Алекс в ответ хмыкнул. Потом пожал плечами.

Директор, тем временем, перешел к следующему.

– Лучший ученик тестов по физподготовке – Ракс…

– Ракс – лучший! – взревел здоровяк тут же, поднявшись со своего места. – Нет никого сильней, чем Ракс!

Директор смерил его нейтральным взглядом. И закончил фразу.

– Преподаватель физподготовки в качестве награды обещал относиться к лучшему ученику в два раза строже и несправедливей, чем к остальным.

После этой фразы настала секундная пауза.

А затем – смешки.

То там, то здесь в зале народ начинал смеяться. Судя по виду самого Ракса, вот‑вот должны были начаться массовые убийства. Но дал им случиться еще один смех.

Громко и во весь голос заржал тот самый бородатый мужик дикого вида, что сидел с краю за преподавательским столом.

– Преподаватель Карс сам вам все объяснит на своих уроках, – коротко прокомментировал директор.

В общем, я не ошибся. Этот тип и правда оказался «физруком».

Ну а список был такой:

ФИЗПОДГОТОВКА

1. Ракс Руха – 10 баллов

2. Михаил Звездный – 9 баллов

3. Баркус, форматория Аграрная Компания – 9 баллов

4. Калико Джек – 8 баллов

5. Лазарь Саблич – 8 баллов

6. Энда Макковей – 8 баллов

7–8. Тит, иерархия Кровь  – 8 баллов

7–8. Тимус, иерархия Кровь – 8 баллов

9. Галия, иерархия Сила – 8 баллов

10. Валор Барбаниагра – 8 баллов

Все‑таки стукнув кого‑то головой об стол, Ракс уселся обратно на место. Ну и тогда уже директор перешел к последнему в списке предмету:

– Лучший ученик в тестах по философии – Михаил Звездный.

ФИЛОСОФИЯ

1. Михаил Звездный – 10 баллов

2. Клайд Тринадцатый, форматория Доступные Технологии – 9 баллов

3–5. Эффенди, форматория Микромир – 9 баллов

3–5. Эрлинг Нул, форматория Биотех – 9 баллов

3–5. Гальба, иерархия Разум – 9 баллов

Дальше в списке шло очень большое количество «восьмерок». Особенно их много было среди кибернетиков, но потомственные аристократы тут не сильно отставали.

Но самое интересно было впереди.

– В награду лучший в тестах получает пропуск в библиотеку Аркума. А также отдельный приз от преподавателя…

Директор перевел взгляд на Тучнина (0) .

Тот с очень широкой улыбкой поднялся. Я только и успел подумать, что вряд ли его могла порадовать перспектива что‑либо мне подарить. Разве что… Он не придумал, как сделать из этого подарка что‑то, что мне не очень понравится. Или – если судить по ширине улыбки – совсем не понравится.

– Студент Звездный и правда показал во время тестов фантастический уровень знаний, – с улыбкой проговорил Тучнин. – И потому, наиболее достойной наградой будет… Возможность познакомится с почетным президентом Имперской Академии Наук! Для такого блестящего юного ума – это будет невероятной возможностью. Разумеется, все расходы на организацию перелета я полностью возьму на себя.

Пару секунд я еще пытался искать какие‑то другие варианты. Потом бросил взгляд на Алекса и понял, что угадал правильно.

– Почетный президент Имперской Академии Наук, – начал я вопросительно, – это…

Алекс молча кивнул.

Ну да, было бы странно, если бы это было не так. Надо отдать должное «философу», придумал все‑таки, как сделать подлянку.

И судя по довольному виду Тучнина, я и отказаться не могу.

Впрочем, я и бы и не стал.

– Благодарю вас, Арчибальд Феоктистович. Я с радостью встречусь с императором.

Глава 17
Распределение по факультетам

Идея Тучнина (0)  была понятна. Император увидит, что я одаренный. Может даже поймет, что я один из учеников Аркума. И тогда шансы на выживание Звездных упадут едва ли не до ноля.

Вот только в эти игры можно было играть вдвоем. И открывшуюся возможность – а это была именно возможность – я собирался использовать себе на пользу.

Сейчас еще без конкретики. Многое зависело от того, что именно задумал Тучнин. Под «встречей» могло подразумеваться много разного. Но пара идей у меня уже возникла. И если все сложится удачно, эта подлянка может оказаться чуть ли не ключевым звеном в будущем возрождении Звездных…

В общем, нужно будет не забыть поблагодарить господина преподавателя. Хе‑хе.

Пока же Тучнин никак не показал, что его удивила моя реакция. Он сел на место, и слово снова взял директор.

– И последнее, – проговорил он. – Лучший ученик Аркума по итогам теестов.

Вкладка Рейтингов  в карточке обновилась в последний раз. Тут же у меня перед глазами появился список.

Несмотря на высокие оценки сразу по нескольким предметам, реальных шансов оказаться на первом месте у меня, конечно, не было.

В первую очередь потому, что в этом рейтинге учитывались штрафные баллы. А у меня‑то их целая куча была. Может как‑то их можно было убрать, но пока что они очень серьезно ударили по моему положению.

А жаль, потому что предчувствия подсказывали, что эта награда точно будет ценной.

Сам список оказался таким:

ОБЩИЙ РЕЙТИНГ

1. Эффенди, форматория Микромир – 46 баллов

2. Теобальд Туманов  – 44 (42) балла

3. Валор Барбаниагра – 41 балл

4–5. Павел Романов – 40 баллов

4–5. Рауль Каверне – 40 баллов

6. Эрлинг Нул, форматория Биотех – 39 баллов

7. Алекс Сталев – 38 баллов

8–9. Гальба, иерархия Разум – 36 баллов

8–9. Бенджамин Александрит – 36 (30) баллов

10. Александра Теплова – 35 (32) баллов

11–12. Альба Капетинг – 34 (33) балла

11–12. Клайд Тринадцатый, форматория Доступные Технологии – 34 балла

13. Гордиан, иерархия Меч – 33 балла

14. Михаил Звездный – 32 (43) балла

15. Констанция Душина – 31 балл

Изучая список, я заметил, что получилась достаточно забавная вещь. Лидерами оказались не столько те, кто был заводилами в своих группировках, сколько те, кто меньше всего потерял в непрофильных предметах.

Александрит (7)  вообще бы упал куда‑то в середину всего списка, если бы не суммарно целых шесть бонусных баллов за философию и Стихию. То же касалось и многих других лидеров своих дисциплин. Гордиан был безоговорочным лидером в Псионике, но за счет нолей и единиц в других предметах вывалился за десятку в обще зачете.

Первые же места заняли универсалы. Те, кто не падал ниже определенного уровня ни на одном из тестов. В том числе по классической магии с мистикой, где «сдача экзамена» оказалась достаточно специфической. В том плане, что от тебя самого там почти ничего не зависело.

Меня совершенно не удивило высокое место Алекса. И откровенно позабавило то, что Пашка Романов (5)  обошел Бенджамина. Причем обошел на голову. И как бы ему за это ту самую голову не открутили. Лояльность лояльностью, но наследнику бывшего императорского рода могли и не простить такого превосходства.

Впрочем, на него в целом похрен.

А вот то, что я из‑за штрафных баллов оказался не вторым‑третьим, как мог бы, а четырнадцатым… Вот это было так себе. То есть план «не привлекать к себе чересчур внимание» не то, что совсем провалился. Но точно требовал корректировок. Ну и, конечно, награда.

– Это ваше начальное положение, – разнесся по залу голос директора. – В дальнейшем в общий зачет не будут идти ваши оценки в тестах. Баллы будут даваться за места в рейтингах.

Ага, то есть, чтобы заработать один балл за условную Псионику, нужно будет подняться в рейтинге Псионики до десятого места. Другими словами, баллов «в розыгрыше» становилось меньше. И каждый конкретный балл – дороже.

– При этом вы сможете заработать баллы в общий рейтинг и другими способами. Например, выполняя специальные школьные задания. Часть этих заданий будет скрытой. Баллы за такие будут начисляться постфактум. Те, что любопытство и жажда знаний горят ярче, чем у других, однозначно будут иметь в этом преимущество. Вторая часть заданий появится в вашей карточке в соответствующей вкладке.

Он сделал паузу, будто вспоминая какую‑то мысль. И через секунду сказал.

– Лучший ученик по итогам тестов – Эффенди из форматории Микромир. Наградой для нее станет возможность трех свободных перемещений. Вам нужно будет сказать: «Привратник, я желаю потратить первое перемещение». Где бы вы не были в этот момент, Привратник появится рядом с вами и затем безопасно переместит вас в любую точку исследованного космоса, которую вы укажете.

Это… мягко говоря, мне бы пригодилось.

Директор не уточнил, насколько конкретно придется объяснять Привратнику, куда ты хочешь попасть. Сможет ли он сориентироваться, если сказать «Хочу в сокровищницу императора!». Но даже если нет, все равно это супер‑круто. Особенно оговорка про «безопасно» переместит.

Ну и судя по лицу золотокожей конгломератки, я она сразу поняла, как именно потратит этот приз.

По виду остальных учеников стало ясно, что борьба за первенство в рейтингах предстоит нешуточная.

– Уверен, вы смогли оценить качество наград, которые готов предоставить вам Аркум за ваши успехи, – продолжил директор. – Это только начало. У каждого из вас будет шанс получит то, что он хочет. Все, что потребую в ответ – прилежная учеба. Познание окружающего мира и познание себя.

Он окинул учеников еще одним взглядом. А после провозгласил:

– Теперь же – самое время отпраздновать начало учебного года. После пира – вас ждет распределение по факультетам. А пока – празднуйте!

С этими словами будто по волшебству – хотя почему «будто»? – блюда, тарелки и прочие сотейники на столах мгновенно наполнились различными яствами. Глаза у меня было разбежались, когда я увидел на тарелке перед собой порезанный пахнущий свежим хлебом батон, а рядом с ним – стальную банку с синей этикеткой.

Раздался легкий скрежет, и прямо на моих глазах крышка отогнулась, обнажая белоснежную тягучую массу…

Перед сидевшим рядом со мной Алеком возникла тарелка… с супом?.. Н‑да. А это еще меня странным называют.

У того же Туна это хотя бы плитка шоколада оказалась. Точнее, не столько плитка, сколько слиток килограмма на полтора. Вот это я уже понимаю. Наш подход.

Дальше за столом у каждого стояло что‑то свое. Ягоды под разными заливками, башни из фруктов, мороженное самого разного вида… Перед Федором Барковым появился гигантский поднос с метровой длины рыбиной, фаршированной какими‑то овощами. Ну и в целом разнообразие поражало воображение.

Один из Диких схватился за подозрительного вида орехи, начав торопливо распихивать их по карманам. Неглупая, кстати, мысль. Правда, к сожалению, банка со сгущенкой была всего одна. Так что пришлось мне ограничиться ею… И подносом с профитролями, которые стояли чуть дальше.

– Откуда вся эта еда? – с подозрением спросила Чу.

Перед ней лежала тарелка с какими‑то… видимо, грибами. Которые ко всему прочему еще и светились изнутри.

На грибы она смотрела с хорошо заметной жадностью, но притрагиваться не спешила.

– Магия, – махнул рукой Джимпо.

«Прыгун» неожиданно оказался рядом с нами. Кибернетик, который сидел на этом месте, наоборот куда‑то пропал.

В одной руке Джимпо держал какую залитую сахаром конфету. Во второй – стакан с сиреневой жидкостью, прыскающий пузырьками.

– А если это ловушка? Или часть какого‑то испытания?

– Ловушка? – поднял на него обеспокоенный взгляд Тун. А после сделал судорожный глоток. Рот у него уже был весь в шоколаде, а от плитки‑слитка осталось не больше двух третьих. – Какая?

– Да любая! Ты жрешь, а у тебя потом изо рта черви полезут!

Алекс, кстати, тоже к своему супу притрагиваться не спешил. Так, слегка обнюхал, но не более.

– Ну, не знаю, – глянул я на них. – Сами смотрите.

Меня какие‑то там черви от сгущенки бы точно отказаться не заставил. А на крайний случай способность Противоядия есть.

За другими столами подобные темы тоже поднимались. Я видел, как на тарелки с яствами накладывали какие‑то техники. У одного кибернетика откуда‑то из ладони выскочили провода и залезли прямо в тарелку с жарким.

Но постепенно к еде приступили практически все. Ну и ничего непоправимого не случилось. Народ начал откровенно радоваться.

Чуть позже я заметил, как на столах появились еще и бутылки с чем‑то явно горячительным. Видимо, у преподавателей были достаточно широкие взгляды на подобное.

Сам я только понюхал одну из таких бутылей. Но пробовать не стал. Пахло вроде не так плохо, но испарения алкоголя все портили.

– Смотрите, – заметили Алекс примерно тогда же.

Он указал на преподавательский стол.

И, там действительно произошли изменения. Директор. Он единственный, кто оставался на своем месте. До этого я туда тоже поглядывал. И видел, что учителя тоже ели. Кто‑то более сдержанно, как Коммод или Гринграсс, а кто‑то, как Карс, который себе с двух рук в глотку закидывал все, до чего мог дотянуться.

Не притрагивались к еде, кажется, только сам директор. И его черноглазая, черноволосая спутница. Интересно все‑таки, что у нее за предмет?..

И тут они вдруг все куда‑то делись?

– Ты видел, куда они?..

– Только Злобина, – качнул головой Алекс. – Он просто исчез. Остальных уже не было, когда я голову поднял.

– Хм.

В теории, это могло ничего и не означать.

Ну и когда мы об этом говорили, директор вдруг снова встал.

– Рад, что обед вам нравится, – проговорил он. Его голос разносился по залу, но в этот раз не настолько навязчиво. Будто он намеренно не отвлекал всех от еды. – Еще одно небольшое объявление. После окончания пира, начнется распределение по факультетам. Важная новость, что вы сможете сами определить, на каком факультете будете учиться…

Часть народа подняли на него взгляд. Но большинство продолжало заниматься едой. Раздавался смех, девчоночье хихиканье. В общем, ученики Аркума предавались веселью.

– … сейчас вас здесь ровно сто пятьдесят. Это шесть факультетов по двадцать пять учеников. Сформировать факультет сможет любой ученик. Для этого в личной карточке нужно будет открыть вкладку Факультет и назначить себя Старостой. А после – набрать еще двадцать четыре ученика. Присоединение к факультету осуществляется добровольно, путем прикосновения карточки ученика к карточке старосты. Факультеты должны быть сформированы до конца этого учебного дня. После этого для учеников, выполнивших это задание, станут доступны прежде закрытые части замка…

Он замолчал.

Потом еще с минуту просто стоял, глядя вперед. А затем неслышно исчез, окончательно оставив преподавательский стол пустым.

Большая часть учеников вообще не обратила на это внимания. Но именно что часть. Глянув на ту же Эффенди, я заметил, что она уже что‑то изучает в своей карточке.

Я сразу тоже залез в свою.

Обнаружил в ней пару новых вкладок. С заданиями и факультетскую. Оставалось решить, стоит ли самому становиться старостой или выгоднее будет назначить кого‑то другого, а саму, так сказать, немножко из тени…

– Алекс, хочешь старо…

– Нет, – даже не дослушал он.

– Алекс, подумай, от чего ты…

– Хочешь командовать – сам им становись, – безапелляционно заявил он.

Вот же… зануда!

Может кого‑то другого выбрать?.. Тун?.. Нет, вряд ли к нему станут активно записываться. Федор Борков?.. Как вариант. Вот только он и без меня может это захотеть. Как и Альба Капетинг (5) .

Я серьезно задумался, перебирая в уме варианты. Одновременно с этим я уже видел, как несколько человек, очевидно, уже занялись набором народа. Не только Эффенди, но, к примеру, Рауль Каверне (6) . И, разумеется, Гордиан. Бенджамин Александрит, кажется, еще до сих пор пировал со своей свитой, но и они скоро очухаются.

– Ладно, черт Красочный с тобой, – показательно вздохнул я, выбирая в карточке нужную вкладку.

Когда ее открыл, в ней уже было написано мое имя.

ФАКУЛЬТЕТ

Староста: Михаил Звездный

1. Михаил Звездный

– Ну что, будешь со мной? – глянул я на Алекса.

– Даже не знаю, – ответил он после паузы. – Нужно подумать, варианты посмотреть… А какая у тебя предвыборная программа?

– Пункт первый – смертная казнь за неуместный юмор.

– Деспотия, значит, – покивал Алекс невозмутимо. – Чего‑то подобного я и ожидал. Но хотя бы честно.

Я коснулся своей карточкой моей. И тут же вкладка изменилась.

Староста: Михаил Звездный

1. Михаил Звездный

2. Алекс Сталев

– Парни, а мне можно? – немного неуверенно спросил Тун, слышавший наш разговор.

– Конечно, – хмыкнул я.

– Круто!

После я повернулся к Чу.

– Эти богатенькие к вам не пойдут, если будете брать всех подряд, – сказала она.

– Мы и не всех берем, – отозвался я.

– Скажешь, если передумаешь, – предупредила она.

Ну а после протянула свою карточку. Так нас стало четверо.

И почти тут же я увидел идущим к нам Ханну Ветрову с братом. Вид и девушки был решительный. А шли они от… Рауля Каверне (6) . Интересно, кстати. Провожал он их легкой улыбкой, но выводы по ней я бы точно делать не стал. Уж кто‑кто, а он точно демонстрировал только те эмоции, которые хотел показать.

– Миша!

– Есть такой, – кивнул я.

– Ты же будешь старостой, – сказала она без всякой вопросительной интонации.

– С чего ты взяла? – сделал непонимающее лицо я. – У нас вон – Морыш, главный.

Парень, о котором шла речь, оторвавшись от распихивания по карманам каких‑то конфет, услышал свое имя и поднял на нас чуть затравленный взгляд.

– Это не я!

– Чего? – Ханна окончательно перестала понимать, что происходит.

– Это такой юмор у него, – сказал Алекс. – Он староста.

– А, нужно было мне сразу догадаться, – покивала она. – А название какое будет? Цирк на выгуле?

Я хмыкнул, глядя на нее. Спросил:

– А чего к Каверне не пошли?

В ответ она скривилась, будто я ей какую‑то жуткую непристойность предложил. Интересная, кстати, у нее с братом история.

Род всего лишь планетные бароны (1) , при этом у Лукаса явно какая‑то необычная Стихия. Не просто Огонь, Вода и тому подобное, а что‑то куда более мощное. У молодых родов – такое большая редкость.

– А ты, что скажешь? – перевел я взгляд на Лукаса.

– Я согласен! – почти сразу выпалил он.

В принципе, по нему видно было, что это чуть ли не его идея в первую очередь.

– Уверен? – негромко произнес Алекс.

На что он намекал, я, конечно, понял. Каверне (6)  продолжал смотреть на меня, легко улыбаясь. Намек был прозрачный. На брата с сестрой он явно положил глаз. И потому хотел забрать их на свой факультет. Стоит мне им сейчас отказать, и я смогу ожидать от Рауля ответной услуги. Учитывая, кто он и из какого он рода. Услуга эта могла очень дорого стоить.

– Давайте карточки, – сказал я Ветровым (1) .

Алекс, глядя на меня, кивнул каким‑то своим мыслям. Ханна посмотрела с благодарностью, Лукас заулыбался, что я, кажется, вообще первый раз видел.

Эх, приятно добрые дела делать!

Ну и, заодно, конечно, про себя не забывать.

Я совершенно не удивился, когда сразу после ветровых ко мне подошла еще и Эрика Бишоп. Сиреневоглазая явно наблюдала за нашим разговором. И если бы я отказал Ханне, Эрика из принципа ко мне не присоединилась.

У нее явно был пунктик насчет чести и честности. Что даже немного странно, учитывая, что ее родители занимались, как я понял, не совсем законными перевозками. Вероятно, не все там так просто.

– Меня возьмешь? – спросила она.

Я молча протянул ей свою карточку, и девчонка коснулась нее своей.

Ну и к этому моменту уже плюс‑минус все в Большом Зале сообразили, что происходит что‑то более значимое, чем праздничный обед. Началась суета. Народ задвигался, забегал. А с учетом, что многие к этому времени еще и успели подогреться алкоголем, вскоре обещало стать совсем весело.

– Так, держите базу…

– Великий, Михаил Звездный! – раздалось поблизости громогласное.

Хотя в общем гаме даже бас Федора Баркова уже не так выделился.

– Федор, – посмотрел я в ответ.

– Вижу, и ты решил стать старостой, – пробасил он.

И слово «тоже» тут было ключевое. За спиной Баркова маячила еще троица аристократов. Все со светящимися перстнями. То есть, аристократов‑стихийников.

Примерно такое я и предполагал.

– Для Баркова нет места ниже первого! – прогудел он. – Папенька мой всегда так говорил.

– Понимаю, – ответил я спокойно.

– Но и второе – тоже неплохо, если это не очередь в сортир.

Я чуть подумал. Потом бросил взгляд на Алекса.

– Я не против, – кивнул он.

– Тогда договорились, – сказал я.

Федор протянул свою карточку. После то же сделали и его товарищи. Из этой троицы явно не все были довольны, что приходится присоединяться в группе, где еще и простолюдины есть. Но пока, глядя на Баркова, ничего говорить не стали.

Я тоже в бутылку не полез. Все‑таки – набрать двадцать пять человек не так уж и просто. Часть народа просто из принципа не пойдет на мой факультет. Другие, из тех, кого бы я позвал, были привязаны уже к кому‑то другому.

Так что…

– Так, народ, думаем, кого еще можно позвать. Я пойду тоже поговорю.

Пара хороших идей у меня была. Дальше, наверное, придется добирать кем‑попало, но тут уж ничего не сделаешь.

Я шел через зал, когда неожиданно раздался испуганный крик. Повернувшись, я увидел пару стихийников, кажется, из свиты Бенджамина.

Вроде бы они собирались выйти из Большого Зала через главные ворота, но… не смогли.

Сами ворота при этом оставались открыты. Но непонятная сила не позволяла выйти наружу. Очень быстро новость разошлась среди всех.

Народ попытался использовать другие выходы – их несколько вело из Большого Зала – но и там все повторилось.

Большой Зал оказался полностью изолирован.