Текст книги "Девятый. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Кирилл Довыдовский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 83 страниц)

Глава 5
Красочные

Ха! – тут уж я не сдержался, мысленно просто заливаясь со смеху. – А ведь говорил, что уверен, что тут никого нет!

Простая предосторожность.

Да-да, конечно! Так и признайся, что я был прав, а ты нет!

Не в чем признаваться.

Ага, и потому ты способность, у которой целый год отката, решил потратить! Вдруг бы она потом пригодилась?

Нет. Теперь мы знаем, что поблизости от Истока нет Сотни. Это важнее.

Так вот оно что!

Вот теперь я окончательно понял. Значит, Старик все-таки не был уверен до конца, что Сотня не сумел каким-то образом переместиться в этот мир.

Ты же убил его, – заметил я.

Уже просто, без подколок.

На Сотню обычные правила не распространяются, – ответил Старик. – Среди всех реинакрнаторов он, безусловно, был наиболее бессмертным.

Наиболее? – хмыкнул я мысленно. – По идее, ты или бессмертен или нет.

На подколку Старик реагировать не стал. Как и уточнять что-то из своих слов. Добавил только:

Я не думаю, что Сотня может объявиться теперь, раз за прошедшие тринадцать лет этого не произошло, но…

Но?

…но на всякий случай стоило проверить, – закончил он.

Так и что? Нет его тут?

Ты сам должен был почувствовать.

Блин… С этими навыками реинкарнаторов никогда нельзя было сказать точно. Слишком они были непонятными и неявными. Причем каждый имел какие-то оговорки, дополнительные условия. Я ощутил, как от меня разошлась в стороны поисковая волна, и как после она же вернулась спустя примерно минуту.

Радиус действия Присутствия Реинкарнаторов составлял несколько километров. И вроде бы…

Никого нет, да?

Да, – ответил Старик. – Только мы.

Ну и хорошо тогда. Меньше конкурентов на овладение Истоком, чем бы он ни был. Правда, все равно подозрительно, что он внутри Аркума… или был внутри Аркума. Есть сомнения, что директор не в курсе этого, пусть он сам и не реинкарнатор.

Впрочем, пока и без этого дел достаточно. Как минимум, для начала нужно будет освоиться в замке. Ну и порешать проблемки на Лире, количество которых в ближайшее время грозило резко увеличиться.

Правда, в этом плане случилось неожиданная удача.

– … еще одно, – произнес внезапно директор.

«Внезапно», потому что за пару секунд до этого он уже исчез из виду, и было полное впечатление, что уже можно уходить. Но зачем-то он решил вернуться.

– На территории Аркума действует заклятие тайны, которое не позволит вам рассказать о чем-либо, что вы увидите в школе. Разумеется, это не касается навыков и знаний, которые вы приобретете. Но передать информацию о составе учеников или местоположении школы вы не сможете. На этом все.

И еще до того, как кто-то что-то сказал, он исчез. В этот раз уже окончательно.

– Рассказать не сможем, а написать? – подал голос Тун Маккейб. – Или передать в виде кода?

Судя по количеству перешептываний, у многих мысли пошли в эту сторону. Тот же Эндрю Спарк, услышав эти слова, бросил быстрый взгляд на меня, а после… вскочил со своего места, куда-то торопясь.

– Сомневаюсь, что директор это не учел, – пожал плечами я. – Впрочем, попробовать никто не мешает.

– Наверное… – протянул Тун.

В этот момент я тоже поднялся из-за стола, думая, что делать дальше. Видимо, нужно было вернуться в тот полукруглый зал с порталами.

Но никто же не говорил, что это обязательно делать сразу?

Готов поспорить, в замке была целая уйма всяких интересных штук, которая только и ждала…

– Михаил Звездный, – раздался вдруг голос позади.

Обернувшись, я увидел Привратника.

Он стоял прямо радом со столом и, что интересно, кажется, никто кроме меня его не видел. А еще я заметил, что в остальных частях зала стали один за другим исчезать ученики. Также обратил внимание на давешнего псионика, на всех порах мчавшегося в мою сторону. Да, что-то у него реально с нервишками. Проще надо быть, проще.

Ладно, придется пока отложить экскурсию.

– Вы готовы к переносу? – уточнил Привратник.

– Готов, – отозвался я покладисто.

Спустя миг прямо передо мной возникло зеркало портала и тут же наползло на меня, перемещая в Великое Ничто.

* * *

– Первое занятие начнется ровно через неделю, – сообщил Привратник бесстрастно. – Я заберу вас с этого же места, Михаил Звездный. Неявка будет означать исключение. Всего хорошего.

С этими словами он исчез, оставив меня во дворе поместья среди полудюжины тел гильдийцев и нескольких мобилей.

– Н-да, беспорядок, – протянул я задумчиво. – А с другой стороны…

Чуть ли не идеальная возможность поправить финансовое положение рода. На вид машинки не самые новые. Хотя это надо у Ефима спрашивать, он лучше разбирается. Но в любом случае сколько-то они стоят. Плюс снаряга с гильдийцев. У одного точно какой-то артефакт был, да и боеприпасы на основе Краски. Там, конечно, мизерное содержание, но это все равно Краска. Для рода сейчас каждая капля на счету.

– Ладно, приступим.

Закатав рукава – в прямом и переносном смысле – я принялся за дело. Сперва, конечно, проверил деда. Он уже дремал в своем кресле в гостиной, я только плед ему на ноги накинул. Ну а дальше занялся телами.

Какого-то особого трепета перед мертвыми у меня не было. Один из моих «заскоков», как их называла Настюха. Я и сам за собой замечал. В чем-то я себя вел как обычный ребенок своего возраста. Ну, обычный очень умный и очень талантливый ребенок… А в чем-то как взрослый. Старик говорил, что это эффект его памяти. Проявлялось это обычно в каких-то мелочах. Ну вот мертвых, например, не боялся.

Для начала я решил просто перетаскать всех со двора. Мало ли кто-то еще явится. Тут у нас неподалеку находилось еще несколько поместий аристократов. Пусть нечасто, но соседи могли заглядывать. Неудобно будет, если у нас тут так неприбрано…

Телекинезом давай, – потребовал Старик.

– Блин, а раньше нельзя было сказать, – проворчал я.

Так-то мне пофиг, Телекинез у меня примерно на хорошем уровне. Это Ясновиденье хромает.

В общем, Телекинезом, так Телекинезом…

Всех сразу.

– Но… хм.

Вот реально Старик и минутки не упускает, чтобы лекцию про что-то причитать или еще как потренировать.

Всего во дворе лежало шесть тел. Но это если по человекам считать… А вот если по… гхм… кускам, то чуть ли не в два раза больше. Старик тут вообще-то сайдером поработал.

– Ладно-ладно, – пробормотал я. – Сейчас увидишь.

Совсем маленьких предметов, вроде камешков или гвоздиков каких, я мог штук тридцать поднять. Если что-то одно, но большое, то булыжник какой-нибудь килограммов в триста-четыреста.

Тут же сразу и вес, и количество.

Что ж, попробуем!

Сосредоточившись, я стал отрывать от земли тела. Сначала целые, потом фрагменты…

– Прошу прощения! – бросил я посреди дела, когда случайно голова укатилась.

Главной сложностью тут было держать в голове… гм… «невидимые руки», которые и отрывали тела от земли. И так как тела были больше, чем гвоздики или камешки, «руки» приходилось делать шире и даже добавлять им что-то вроде «пальцев». На формирование каждого уходило время.

Минут через пять, подняв все тела, я натурально взмок. Но сделал-таки! Это точно был мой рекорд!

– Видал⁈

Неплохо. Неси в ангар.

Ага! Тут держать-то непросто, а еще двигать!

Кое-как развернув всю эту конструкцию, я успел сделать пару шагов…

Нападение через десять секунд.

– Чего⁈

Я был так сосредоточен, что в первый миг вообще не понял, о чем речь.

Пять секунд.

– Ты издеваешься⁈

Две секунды.

– Агрх!

Забыв про тела, которые тут же попадали этаким трупным дождиком… Простите за тупой юмор, у меня стресс!.. Я резко обернулся вокруг оси, выхватив из кобуры Ефимовский Рвач. Из рюкзака я гое на пояс подвесил сразу, как обратно вернулся. За что мне спасибо!

И…

…лицом к морде столкнулся с Красочным.

Расстояния до него было метров десять, так что я и думать не стал. Сразу нажал на спуск…

РВАХ! – проревел Рвач.

Красочного толкнуло в грудь, оторвав попутно пару крыльев. Он попытался взлететь…

РВАХ!

РВАХ!

Вторым выстрелом снесло еще одно крыло, а третьим разорвало половину светящейся зеленым фасеточной морды.

Шлепнувшись в пыль, существо еще несколько мгновений побилось, брызгая светящейся кровью, а после, наконец, замерло.

Долго дергался, – прозвучал в голове бесстрастный вердикт. – Можно было использовать Телекинез. Или Разрез.

– Ты конечно… тот еще тренер, – отозвался я.

Злиться на Старика было бесполезно. Свою методику воспитания он считал идеальной и менять ее не собирался.

К тому же про главное правило боя один на один забыл, – добавил он еще через секунду.

– Какое еще… А, Краска тухлая!

Про что он, я не особо понял. Хотел оглядеться и добавить патронов в Рвача, когда по моим обостренным чувствам будто ледяным электричеством вдарило.

Ясновиденье⁈ В кои-то веки сработало!

На радостях я едва не забыл среагировать, но все же успел распластаться на земле.

Над головой у меня что-то прожужжало. Я перекатился в сторону и встал на колено…

– Вот срань…

Красочный оказался не один. И если первая «стрекоза» была размером с собаку, то вторая уже скорее с теленка.

Я тут же выстрелил. И даже попал!

Вот только в момент столкновения вокруг Красочного вспыхнул зеленоватый барьер. Тварь оказалась со способностью!

Попадание все-таки заставило стрекозу немного провиснуть в воздухе. Значит, сил у нее было не так много я продолжил стрелять…

РВАХ!

РВАХ!

Мимо!

Паскудина дважды вильнула в воздухе то ли специально, то ли случайно уклонившись от выстрелов.

И приблизилась ко мне!

Прицелиться я не успел, снова перекатился, но уродец уже был слишком близко…

Телекинез!

Схватить движущуюся – и сопротивляющуюся мишень – оказалось очень нелегко! Красочный забился в нескольких метрах от меня, не в силах сдвинуться, но и я ничего не мог сделать!

– Может поможешь⁈ – прохрипел я Старику.

Сам справишься.

Да чтоб тебя!

Даже на предметы, содержащую Краску, влиять было во много раз тяжелее. А уж на живых существ и подавно!

Вот же жопный Старикашка…

– Держи его, Миха! – донесся вдруг голос откуда-то издали.

Ефим!

Вовремя вернулся!

Я оттолкнул Красочного на метр вверх, и почти тут же вокруг него засветился зеленоватый всполох попадания. И тут же – еще один. Вот только щит стрекозы выдержал.

Ах так⁈

Ну тогда получай!

Вложив всю злость, я вырастил еще одну «телекинетическую руку» и схватил ею Красочного за одно из крыльев.

Напрягся и…

Есть!

Стрекоза тут же бухнулась на землю. Попыталась тут же взлететь, но без крыла это получилось хуже. А потом еще…

Выстрел!

В этот раз щит уже не сработал, брызнуло Окрашенной Кровью, и существо задергалось на земле. Теперь уже в агонии.

Я подхватил с земли Рвач…

– Стой, не стреляй! – предупредил Ефим.

Я увидел, что он бежал откуда-то со стороны дороги. Пешком бежал, что странно. Хотя уезжал на мобиле.

– Тут еще могут быть, – пояснил я Ефиму, когда он остановился около дергающегося Красочного.

– Могут, но вряд ли, – ответил Слуга. – Им кормовой базы не хват. Одна, две, очень редко три. И третья уже здесь бы была…

Закинув винтовку за спину, он выхватил нож. Встал от Красочного со стороны хвоста, несколько секунд ждал… а после одним резким движением нанес удар. Красочный дернулся… и затих.

– Мишка, быстро, склянку и мешок из моего шкафчика.

– А…

– Да подождет остальное!

– Сейчас!

Кивнув, я сорвался в сторону дома. Пробегая через гостиную, бросил взгляд на деда – он все еще спал – свернул в коридор, к каморке Ефима.

– Какое правило-то⁈ – на ходу крикнул я. – Ты так и не ответил!

Главное правило при бое один на один… что противников всегда больше одного.

Ха! Звучало, конечно, нелогично, но мысль я понял. И, кстати!

– Никогда ты такого не говорил.

Значит сейчас говорю.

Да уж. Старик иногда такой Старик.

Добежав до шкафчика, я с осторожностью открыл потайной шкафчик, передвинув перед этим спрятанную защелку. Взял все, что нужно. И метнулся обратно к Ефиму.

Очень уж мне не хотелось пропустить то, что он будет делать.

– Принес? – спросил он, когда я вернулся.

– Вот.

Ефим забрал склянку и прохладный на ощупь мешочек. И после наклонился рядом с тельцем стрекозы.

– Это тройка? – спросил я с любопытством.

– Чего? – удивился старый Слуга. – Единица, двойка с оговорками.

– У нее же способность была!

– И что? – отмахнулся Ефим. – Неустойчивая, даже управлять ею не могла. Запомни, с сильной двойкой не каждое отделение справится, если у них боеприпаса на основе Краски нет. А тройка и слабого одаренного размотает. Про Красочных я вообще молчу.

Да, в этом Ефим был упертый.

Вообще, градация Красочных была довольно четкая. Семь рангов или семь уровней. Первый – самый слабый, и потом по нарастающей. Ефим же всегда называл это «гражданской дурью», придуманной теми, кто реальных Красочных никогда не видел.

«Настоящие» Красочные, по его словам, начинались только с четвертого ранга. А все, что ниже, это так, измененные животные, объевшиеся Краски.

В чем разница, он никогда не объяснял. Сам же я до этого даже таких вот единичек-двоек не видел.

– Меня научишь? – спросил я, следя за манипуляциями Слуги.

Опытными движениями он делал надрезы в чуть хрустящем хитине тварюшки.

– Да уж куда теперь деваться, – проворчал он. – Придется.

В ответ я с трудом удержался от торжествующего возгласа. А то я уже реально задолбался его уговаривать!

Старик-то меня не мог научить. В мирах, где он жил, Красочных не было. Ефим же напротив был если не профи, то точно знающим человеком. К тому же все последние годы он, по сути, в одиночку приглядывал за угодьями Звездных. Потому опыт как у добытчика у него был колоссальный!

И со мной он делиться наотрез отказывался. Мол, я тогда буду по лесу бегать в поисках Краски, пока мне кто-нибудь башку не отгрызет.

Это же надо!

Нет, я, конечно, бегал бы, но от этого только обидней.

– Говорю сразу. Если учить, то на совесть. Спрашивать строго буду.

Я торопливо кивнул.

Лучше с ним не спорить, а то откажется еще.

– Значит, смотри, это однерка-двойка с неустойчивой способностью. Значит что? Значит, есть очень небольшой шанс получить с него грязное Семя.

– А Соцветие? – живо поинтересовался я.

Тут Ефим, не выдержав, даже усмехнулся.

– Не дура у тебя губа. Нет, конечно. Соцветия только в настоящих Красочных. Тут, максимум, Семя, да и то грязное.

– Блин, жаль…

– Жаль ему. Ты такое сначала научись извлекать.

– Так я смотрю! – заверил я. – И запоминаю!

– Смотрит он… Ладно. Вот так делаем.

Дальше Ефим показал в каких местах делать разрезы, какие части Измененного Животного можно использовать, какие нет.

К сожалению, Семян мы внутри тельца все-таки не нашли. Даже грязных.

– Маловат он, – пояснил Ефим. – Способность неустойчивая. В сильных двойках грязное Семя можно найти. Один к пяти примерно шанс. В слабых двойках – должно очень сильно повезти. Но это не все. Видишь вот эти мешочки?

Ефим указал на пару кожаных кармашков под основаниями крыльев, которые он расковырял. Оба мешочка отчетливо светились зеленым.

– Ага.

– Это резервуары, ну или накопители, по разному называют. В них скапливаются излишки Краски.

Подставив склянку, он ловко вспорол, сначала один, потом другой резервуар. А после выжал содержимое в склянку.

– Чуть меньше грамма, – оценил Ефим. – Неплохо.

– А чистота? – сразу уточнил я.

В ответ Слуга не без одобрения хмыкнул.

– Соображаешь. У двойки чистота от двадцати пяти до тридцати процентов.

А ведь реально неплохо!

Сам я Краску почти всегда собирал с Окрашенных Растений, и больше двадцатки никогда не находил. А от степени чистоты напрямую зависела цена.

– Для усиления, к сожалению, нельзя использовать, – заметил Ефим. – Даже после очистки.

– Диким Стихийником станешь?

– Вряд ли, – качнул головой Слуга. – Скорее просто сдохнешь. Но это еще не все.

Плоть, оставшуюся от резервуаров, Ефим аккуратно сложил в принесенный мною мешочек.

– Алхимики используют, – пояснил он. – И вот еще.

В последнюю очередь он вырезал из тельца стрекозы пару небольших шматков мяса, выбирая участки подальше от резервуаров.

– Чем дальше, тем меньше будет в мясе Краски, но зато в этих местах она будет самая чистая, переработанная. Тоже можно за хорошие деньги продать. Но мы не будем.

После они все-таки распотрошили вторую стрекозу. С нее тоже получили немного Краски и уже совсем крошечный кусочек мяса.

– Пойдем на кухню.

– А как же…

Я обвел взглядом двор, в котором, мягко говоря, царил беспорядок.

– Пойдем, – махнул рукой Ефим. – Полчаса погоды не сделают, а мясо испортится.

Так и поступили.

Под «кухней» Слуга имел в виду летнюю пристройку, в которой чаще всего он и готовил. Там он сразу поставил на газ сковородку. Ловкими движениями раскрошил головку лука. Откуда-то с дальней полки достал почти пустой мешочек с оранжевым порошком.

– Паприка, – вздохнул он, – последняя. Гребаные Александриты… ладно, ради такого случая не жалко. Пусть, конечно, животина всего лишь, но первый Окрашенный все же у наследника.

Раскочегарив сковороду, Ефим сначала кинул лук, смазав немного жиром из банки, после обмазал вырезанное мясо той самой паприкой пополам с солью, а затем выложил и его.

Зашкворчало. Кухонька наполнилась ароматом. И правда весьма аппетитным.

– Вкусно пахнет! – оценил я.

– А ты как думал? – не без довольства отозвался Ефим. – Забойское! Нет ничего вкуснее Окрашенного Мяса, если нормально приготовить. Причем с единиц и двоек всегда самое лучшее. С троек уже сильно на любителя будет.

Полоски вырезки были совсем небольшие, так что приготовились мигом.

– Ну, налетай!

– А… дед же еще!

– Налетай, налетай, отложу я ему!

И, в общем, я налетел. И скажу. Не сгущенка конечно, но… однозначно – вещь!

– Класс!

– А то! Ты ешь-ешь, это не Семя конечно, но регулярное употребление усиливает физические показатели. Когда родители-то твои живы были, в поместье всегда на стол подавали…

До этого явно воодушевленный Ефим вдруг посмурнел, нахмурился.

– Да, было время…

Помолчав немного, он поднял на меня взгляд.

– Уезжать нам надо, Мишка.

Было это так неожиданно, что я сначала даже не понял.

– Куда уезжать?

– С Лиры.

А вот теперь понял. И…

– Нет.

Тут я даже совета Старика дожидаться не стал.

– Послушай, Миша…

– Это не обсуждается, Ефим, – произнес я просто. – Место Звездных на Лире и с народом Лиры. Если хочешь, уезжай сам.

И хотя последнюю фразу я произнес нарочито мягко, Ефим…

– Ты, Михал Романыч, лишку-то не давай, – проговорил Слуга, явно едва-едва сдерживая гнев. – В жизни не бежал…

Так, голову вроде не оторвал, значит, можно продолжать разговор.

– Зачем тогда мне предлагаешь? – мягко уточнил я. – Ты же знаешь, что не могу я.

А уж теперь особенно не могу. Привратник будет отвозить меня в Аркум именно отсюда. И не факт, что можно будет как-то договориться, чтобы он забирал меня из другого места.

Поморщившись, не без усилий Ефим разжал кулаки. Вздохнул.

– Убьют нас.

Ну, попробуют точно.

– Не удалось гильдийца догнать? – спросил я.

– Что? Да не в этом дело, – отмахнулся Ефим, поморщившись. – Слухи-то в городе еще до этого пошли. Все-таки зря мы тебя в школу отдали, не доглядел я… Теперь и вовсе. Нас или дожать попытаются, либо про твои способности прознают, что еще хуже. Я думал хоть пара лет еще есть, но нет…

В общем, понятно. Накопилась, как сказал бы Старик, «критическая масса». Дальше не отсвечивать не получится.

И это еще если про Аркум забыть.

– Ну и ладно, – пожал плечами я. – Им же хуже. Мы Звездные – защитники планет. И Лира – наша планета.

– Защитники планет… – пробормотал Ефим себе под нос. – Давненько я этого не слышал.

– А мне нравится! – заявил я.

– Да кто ж спорит-то, – задумчиво проговорил Слуга, глядя на меня.

– Тем более! Так что там с этим гильдийцем-то?

Ну и Ефим рассказал.

Догнать гада у Слуги все-таки не удалось. Что не удивительно. У того была фора, да еще и мобиль он взял самый быстрый. Так что в городе гильдиец был минут на десять раньше. Этого ему хватило, чтобы бросить мобиль и найти место на флаер до Бастиона.

– Значит, он улетел, – проговорил я. – К Наместнику?

Вообще, наверное, это был самый поганый вариант для нас. С тех пор, как Звездные были лишены титула, планета перешла в управление Империи. И сейчас в столице, да и вообще на Лире, всем заправлял планетный маркиз Чемлев (3). Прямой ставленник императора.

И если гильдиец сумеет до него добраться…

– Сильно сомневаюсь, – мотнул головой Ефим. – Скорее со страха решил подальше убраться. Хотя после, конечно, может догадаться.

– И?

– Неважно.

Ефим отчего-то отвел взгляд. Чуть помолчал. Но потом все же сказал.

– Весточку отправил сослуживцу. Встретят его в Бастионе.

Вот как!

Ну, если он подумал, что я восприму это как какую-то чрезмерную жестокость, то зря. Они сами на нас напали. Да и вообще, гильдийцы – скверный народец. Аристократы на фронтире всегда людей защищали. Потому и поместья находились вокруг поселков и городков. А добыча Краски была просто сопутствующей наградой. Гильдийцев же всегда только прибыль волновала. Нет, бывали, конечно, и дворяне, которые не лучше гильдийцев, но Звездные такими никогда не были.

– Все правильно, – сказал я Ефиму.

– Спасибо, что оценил, – хмыкнул Слуга. – Кстати, а этот-то куда делся? С капюшоном?

Это он про Привратника.

– Ну-у… – протянул я.

Ох, велик был соблазн сказать, что посланник директора Аркума просто исчез вместе с порталом. А я все время тут ждал. Но проверки на вшивость такая версия бы не выдержала.

К тому же…

Мне просто не терпелось хоть кому-нибудь рассказать о том, что я видел.

– Ты не поверишь! – начал я. – Меня сразу старостой назначили! И это еще что! Есть все перспективы дорасти до директора! Это, конечно, не сразу, я думаю, ближе к началу второго курса обучения. Ну, максимум третьего…