Текст книги "Девятый. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Кирилл Довыдовский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 44 (всего у книги 83 страниц)

Глава 20
Чемлев

Как и при прошлом использовании Просмотр Памяти выплеснул на меня клубок из мыслей, изображений и голосов.

В это раз я знал, чего ожидать. И немного это помогло.

Я не стал пытаться осмыслить весь поток. Тогда именно это ослепило меня в первые секунды и вызвало сильнейшую головную боль. А результата все равно не принесло.

Вместо этого я сосредоточился на отдельных фрагментах. Случайных, но все же позволяющих составить целостную картину.

…очень красивая женщина, похожая на саму Констанцию что‑то говорила девушке, с чем та не соглашалась…

Это ее мать? Внешне очень похожи…

…заходя в бассейн, она поправляла купальник, специально так, чтобы молодой гвардеец видел. Она знала, что Ромул в нее влюблен. И тщательно взращивала в нем это чувство. Когда‑нибудь в будущем это может сыграть важную роль…

…Констанция плыла в бассейне, считая в уме гребки. Бассейн был расположен внутри какого‑то огромного зала с прозрачной крышей. Сквозь нее на фоне неба виднелся шпиль высокой башни…

…она застыла в вежливом внимании, слушая слова того, кого невозможно обмануть. На лице Наместника играла мягкая улыбка, но глаза оставались холодными. Кажется, он мало обращал на нее внимания, и это было хорошо. Скорей всего, он не знал того, что ей удалось выяснить. Но точно она уверена быть не могла. Он слишком умен…

…сидя в своей каюте в флаере Наместника, Констанция медитировала, раз за разом проводя в уме начертание новой техники, которую она осваивала…

…ее сковало пси‑энергией, и она тут же развеяла готовую к применению технику. На крайний случай у нее оставалась подаренная мамой булавка, но если Констанция не ошиблась, и это действительно он, то можно будет его использовать… Дать иллюзию, что у него все под контролем, сделать акцент на том, что ей нужна помощь… Он склонен помогать попавшим в беду, в Аркуме это было очевидно. Но быть осторожной. От одного человека она узнала, что он обладает странными способностями, не связанными с убийством Красочных… Он Звездный и последнее у него в крови и не должно удивлять. Но то другое сложно проанализировать…

– Арх!..

Я поморщился, резко отстранившись от девушки.

Последний образ я пытался удержать в голове как можно дольше. И, кажется, на него все‑таки наслоились какие‑то дополнительные мысли. Не то, о чем она думала сейчас, а то, о чем размышляла прежде.

Ну и по факту, в этот раз мне удалось добиться от Просмотра Памяти намного большего. В виски будто пару раскаленных штырей вогнали, но и узнал я не мало…

– Что ты сделал? – спросила она обеспокоенно.

Не отвечая, я отошел на пару шагов, думая, что с ней делать.

Кажется, Чемлева она действительно не любила. Словами это сложно было описать, тем более, что она прятала эти чувства. Но каждый образ сопровождался эмоциями, и по отношению к маркизу это было что‑то вроде… обещания. Смешенного с сильнейшим страхом. Она будто надеялась дождаться какого‑то момента, а дальше… Отомстить? Или сбежать? Точно не скажешь. Чувство это явно было застарелое. Покрытое множеством других эмоций, а потому однозначно я бы не взялся оценивать.

Из остального меня заинтересовала та мысль про секрет, который она пыталась скрыть от Чемлева. Что это могло быть? Аркум? Или то, что меня видела? Почему‑то мне казалось, что речь о чем‑то другом…

Ладно, пока нет времени об этом думать.

– Насколько вы здесь? – спросил я, проигнорировав ее вопрос.

Она продолжала смотреть с тревогой, но ответила почти сразу:

– Завтра вечером – обратно.

Гм…

– Ты знаешь, где будет встреча с Бекелевым?

– Какой‑то зал. Что ты собираешься делать? Только не нападай на Наместника, у него очень опытная охрана, а сам он всегда под Стихийным Доспехом! У него пик четвертого ранга, ты ничего не добьешься!

– Спасибо за беспокойство. Лежи пока тут.

– Можно мне… накинуть что‑то? Пол холодный.

Гм.

Я про это не думал. На девчонке, когда я вломился в комнату была длинная юбка и что‑то вроде рубашки. И правда легкой. Переодевалась она что ли?

– Сядь в кресло, – сказал я.

– Спасибо.

Сам я отошел к лежавшим без сознания охранникам. Так их точно оставлять было нельзя. Ясновиденьем я продолжал прощупывать коридор за дверью, там пока никого не было. Значит, потасовку все‑таки не заметили.

Чуть подумав, я снял комм с одного из них.

Быстро глянул…

Ага, общий канал есть. Это точно пригодится.

Подумав, со второго комм снимать не стал. Просто в комнате их точно не стоило оставлять. Тогда девчонка гарантированно спалится. Затащить в какую‑нибудь подсобку?

– Оставь их у двери, – предложила Констанция.

– К тебе все равно будут вопросы.

– Скажу, что была в душе, ничего не слышала, – ответила она. – А если они сами очнутся, то вообще могут ничего не сказать. Только комм…

– Комм мне нужен, – отрезал я, читая сообщения в канале.

Да, то, что нужно.

– Но…

– Тихо.

Она смолкла. Я еще раз прикинул, как все провернуть. И окончательно убедился, что лучшего варианта не будет.

После повернулся к девушке.

– Оставлю их в коридоре, – сказал я. – То, о чем ты сказала, мы обсудим позже, в Аркуме. Если Чемлев как‑то узнает про меня, я буду считать, что сдала меня ты.

– Так нечестно! Ты сам можешь проколоться…

– До сих пор не прокололся. Все, иди в душ. Я вытащу их и уйду.

Наручники я с нее перед уходом снял. Их она точно никак не смогла бы объяснить. Когда освободил, она поморщилась, потерев запястья. Сказала:

– Можешь мне не угрожать. Сильнее, чем есть, меня уже не испугаешь.

Ну да, ну да.

– Ты сама сказала, что Чемлев тебя к делам рода приобщает, – хмыкнул я, приоткрывая дверь и заглядывая наружу. – Забыла уже?

– Это просто игра, – ответила она. – До моей первой ошибки. Ему нравится чувствовать, что кто‑то интересуется им и его успехами. А не просто пытается что‑то выторговать для себя. Но наследницей он меня все равно не сделает. Это невозможно. Я жива только благодаря своей матери. Привратнику не просто так пришлось меня спасать.

Пару секунд после этого я на нее смотрел. Потом сказал:

– Если ты не врешь, и если от тебя будет польза, я помогу. А пока – прощай.

Больше ничего не говоря, я вышел за дверь. И быстро вытянул за собой Телекинезом обоих охранников.

Устроил обоих рядом с дверью.

Может и правда они не захотят огорчать начальство тем, что «уснули на посту». По‑хорошему, успеть бы вернуть комм на место, но это вообще без гарантий.

Пока куда важнее было не опоздать встретить Бекелева.

Снова открыв на экране общий чат, я активировал брошку Спарка и быстро двинул через коридор.

* * *

В то же время

Стоило двери закрыться, Констанция с облегчением выдохнула.

Все прошло не так, как она рассчитывала. Звездный не позволил ей перехватить инициативу. А после еще и то странное воздействие.

Что это было?

Точно не псионика, она бы точно почувствовала. Тут же было странное ощущение, будто на одну секунду она осталась обнаженной.

Правда, Звездный, похоже, вообще не воспринял ее в этом плане. То ли был слишком молод, то ли сосредоточен.

Но главное, что она все‑таки завела этот контакт. Плюс освободилась от заклятии тайны в отношении Звездного. С учетом того секрета, который она знала, в будущем это могло сильно ей помочь. Нужно будет только решить, как подороже продать то, что она знала.

И кто станет покупателем.

Она ненавидела Наместника. Но если на кону будет их с мамой свобода, то Констанция сделает все, что потребуется.

* * *

Двадцать минут спустя

Другого выхода я так и не нашел.

Способность Пятьдесят Второго. Откат ее составлял целых девять лет, правда, речь шла не об одном воздействии, а также о девяти.

Они различались по степени и по времени.

Называлась же способность очень просто и коротко – Внушение.

И по словам Старика она была из тех, злоупотребление которыми быстрее всего могло превратить реинкарнатора в бездушного монстра.

Короткое, среднее и длинное воздействия.

Малое, умеренное и сильное.

И все их возможные комбинации, всего девять вариантов применения. По одному за год, ну или можно было использовать все за неделю, а потом остаться без способности на девять лет.

В диапазоне от Короткого Малого Внушения, которое могло заставить человека забыть что‑то не очень важное или сделать, то что он не очень хотел.

До Длинного Сильного Внушения, когда ограничений вообще не было. Вплоть до того, что можно было сделать из человека – любого, даже реинкарнатора! – своего безвольного раба на целую жизнь. Или даже не одного человека, а сразу группу людей.

Ну и все средние варианты также были более чем полезны. Сложность тут заключалась в том, чтобы отправить правильный посыл. Для осуществления воздействия реинкарнатор должен был обладать достаточной Волей и немалой дисциплиной ума, чтобы сформировать в разуме нужную инструкцию.

Прежде я никогда не применял эту способность.

Но сейчас, видимо, Старик подумал, что я готов. И более того:

Пятьдесят Второй был одним из моих первых врагов, – раздалось в голове. – Еще до Сотни. Я сам провел несколько жизней под Внушением, будучи его безвольной марионеткой.

А потом?

Я отыскал в себе слабость, что позволяла ему воздействовать на меня. И победил ее в себе. Тебе предстоит также сделать это. Но сначала – ты должен сам ощутить вкус владения чужой жизнью.

Ну, я если что, без всякого удовольствия.

Когда люди идут за тобой, потому что верят и уважают, куда больше привлекает, чем это читерство.

Надеюсь, что так. А теперь – действуй.

Да, к тому, почему я вообще решил использовать Внушение.

Сверяясь с чатом в комме, я отыскал помещение, в котором вот‑вот должна будет начаться встреча Чемлева (3)  и Бекелева (2) .

Причем подобрался я туда в идеальный момент. Уже после того, как внутри все просветили различными детекторами и артефактами.

Было бы совсем хорошо, но внутри после этого остался один из гвардейцев Чемлева. Причем какой‑то параноик, который ни на секунду не снимал Стихийного Доспеха. Плюс постоянно просеивал помещение какой‑то поисковой техникой.

Возможно, брошка бы защитила и от нее. Но вот забраться незаметно внутрь я бы точно никак не смог.

От том, чтобы и его вырубить, речь тем более не шла. В коридоре перед входом в зал стояли еще двое бойцов. А сам гвардеец внутри если не дотягивал до третьего ранга, то явно каких‑то крох. Без шума с таким я бы никак не справился. Если бы это вообще удалось.

Так что…

Внушение!

Ничего необычного не происходит. Не обращай внимания. Забудь, если что‑то заметишь.

Ничего необычного не происходит. Не обращай внимания. Забудь, если что‑то заметишь.

Ничего необычного не происходит. Не обращай внимания. Забудь, если что‑то заметишь.

Я продолжал «думать» эту мысль, пока открывал окно Телекинезом. Пока пробирался внутрь и вставал в дальний угол комнаты.

Правильную мысль мне подсказал Старик.

Объяснив, что это не должно быть что‑то сложное. Важнее четкость посыла.

Ну а форму выбрал Короткого Малого Внушения.

Его должно было хватить на несколько часов. И потом он ничего не вспомнит.

Встав в нужное место, я быстро выключил брошку и…

Пронесло.

Поисковая волна техники прошла через меня, но гвардеец никак не отреагировал на это.

Отлично. Заряд мне еще понадобится.

* * *

Немногим позже

– Рад, что вы нашли время, Николай Петрович.

– Вам я всегда рад, ваша светлость, – проговорил Бекелев в ответ. – Я прибыл, как только смог.

В ответ Чемлев кивнул. После чего довольно долго мерил графа взглядом, а после добавил, откинувшись на спинку стула.

– Просто Тимур Муратович.

Кроме них двоих в зале находилась только личная охрана Наместника. Высокий одаренный с закрытым маской лицом стоял у маркиза за спиной. Еще шестеро охранников были распределены по залу. Все они пребывали в молчании, изображая из себя предметы мебели. То, что это живые люди, напоминала лишь раз в несколько секунд пронизывающее помещение поисковая техника. Ее поочередного запускали двое гвардейцев. Один, что стоял у окна. И второй, застывший у выхода.

– Благодарю, Тимур Муратович, – отозвался граф. – Если бы вы предупредили заранее, я бы подготовил встречу в своем поместье.

– Не стоило себя утруждать. Я слышал, у вас и без того много дел.

– Не настолько.

Ответ Бекелева оказался почти мгновенным. И это тоже имело значение. Порой интонация куда важнее слов. Граф давал понять, что со своими проблемами он в состоянии справиться сам…

Губы маркиза тронула улыбка.

– Вы, получается, уверены в своих силах, – проговорил он.

– Я на своей земле.

Маркиз чуть склонил голову, окидывая графа новым взглядом. Последний раз они виделись более двух лет назад. А вот так с глазу на глаз разговаривали и вовсе давно.

Чемлев помнил графа другим. Не таким твердым. Более осторожным. Время, безусловно, меняет людей…

– А граф Рудов? – спросил маркиз.

– Это… – очень медленно начал граф. – Вопрос Наместника?

Нет. Все‑таки осторожен. И тон уже более ровный. Все‑таки понимает, с кем говорит. И хорошо, что так. Для него самого – хорошо.

– Скорее праздное любопытство, – проговорил Чемлев небрежно. – Я слышал, с ним случилась неприятность. Кажется он… захлебнулся?..

Бекелев кивнул, давая понять, что понимает суть вопроса.

И медленно проговорил:

– С графом Рудовым у нас действительно возник конфликт, – сказал он. – Понимая, к чему может привести излишняя напряженность в регионе, я решил погасить его в минимально короткие сроки. В случае официального запроса Наместника, я готов предоставить все доказательства, указывающие, что инициатором произошедшего был не я.

– А к чему может привести излишняя напряженность в регионе? – зацепился Чемлев за фразу.

– Ни к чему. Я не допущу никакой напряженности.

Чемлев даже брови приподнял, демонстрируя легкое удивление.

– Кажется, вы очень рьяно взялись за наведение порядка, Николай Петрович, – проговорил маркиз. – Наверное, у вас большие планы? На вашу землю?

Маркиз выделил интонацией последнюю фразу. Ему стало любопытно. Действительно ли граф настолько догадлив, насколько хочет показать.

Оказалось, что все‑таки нет. Бекелев медлил.

И тогда Чемлев пояснил:

– Вы знаете, Николай Петрович, император всегда получает свое.

– Я это понимаю…

– В данном случае, пятьдесят процентов от любых ваших начинаний, – перебил Чемлев. – Без учета земель Звездных, которые неприкосновенны. Особенно поместье. Все это принадлежит императору. Это вы тоже понимаете?

Несколько секунд Бекелев явно пытался справиться с неожиданностью. Все также старался не показывать эмоций, но…

– Пятьдесят процентов⁈ – выпалил он.

– Какие‑то проблемы?.. – перейдя на прежний тон, уточнил Чемлев. – Может, я не понимаю конъюнктуры? Или ситуации на рынке? Тогда расскажите, попытаюсь вникнуть в суть. Может и правда это чересчур.

– Я… нет. В этом нет необходимости, ваша светлость.

– Вот и хорошо.

Чемлев демонстративно отвернулся, давая понять, что разговор закончен. Бекелев тяжело поднялся.

Но уже сделав шаг от стола вдруг обернулся.

– Почему тогда не разобраться с ними?

Маркиз чуть помедлил перед ответом.

– С кем?

– Со Звездными!

Маркиз, разумеется, сразу понял, о чем речь. Но решил все‑таки уточнить. Мало ли… Но Бекелев все же подтвердил его худшую догадку.

Этот идиот все‑таки залез на территорию Звездных?

Похоже, не зря маркиз решил лично проверить, что тут происходит.

– Звездные безобидны, – сказал Чемлев.

– Не так уж и безобидны, с учетом, что я даже не могу их проверить из‑за вашего запрета, – проговорил Бекелев.

– Их проверяет комиссия. Каждый год. Вам это известно.

– Комиссия не может всего знать. А я нахожусь на месте…

Маркиз в ответ покачал головой.

– Парень играет в солдатиков, – проговорил Тимур Муратович. – Сколотил шайку из местных беспризорников, хорошо дерется… Даже сдал имперский экзамен в общей школе. Но все это просто игры в песочнице. Императору нет до этого дела…

Говоря, в какой‑то момент Чемлев осекся. Заметив на лице графа странное выражение. И…

– Вы не знали?

– Что?.. Я…

– Вы и правда не знали! – тут маркиз не выдержал и рассмеялся. – Пацан у вас перед глазами, а вы не в курсе, чем он занимается⁈ Мы, в отличие от вас, держим ситуацию под контролем. И всегда держали.

Покачав головой, Чемлев повторил еще раз:

– Особняк Звездных под полным запретом для всех, – проговорил он твердо. – Как и сами Звездные.

Очевидно, теперь ему придется лично проверить, что тут происходит. Прошерстить дела графа. Разобраться, что он там решил добывать на территории Звездных. И это несмотря на прямой запрет!

– Скажу честно, Николай Петрович, вы меня удивили. Не в лучшую сторону. Вам в руки попали уникальные активы, а вы, похоже, не в состоянии рационально ими распорядиться. Не говоря уже о семье бывших заговорщиков, о деятельности которых вы не особо‑то информированы. Так что…

Чемлев смолк на полуслове, уловив мощный стихийный всплеск со стороны телохранителя. Обернувшись, увидел, что он встал у него за спиной. А их обоих окутал Стихийный Барьер пятого ранга.

– Что случилось? – спросил он.

– Посторонний в помещении, – глухо ответил телохранитель из‑под маски.

Глава 21
Внушение

Время действия брошки подходило к концу. Так что Бекелев очень даже вовремя поднялся со своего места.

Я уже услышал достаточно. И в целом Чемлев меня успокоил.

Он еще раз уточнил для графа, что земли Звездных для него недоступны. И это был важный момент. Теперь я точно знал, что императора интересовало что‑то на моей земле. А не сами Звездные.

Я очень пожалел, что не мог записать разговор. Функция‑то такая на комме была, но вот рисковать с ней точно не стоили. Я сильно сомневался, что во время разговора не были включены необходимые глушилки. И когда они среагировали бы, брошка бы мне не помогла.

А жаль. Слова Чемлева о том, что «земли Звездных принадлежат императору» я бы точно нашел, как использовать. Даже удивительно, что он с графом был настолько откровенен. Разве что… он уже был в курсе этого?..

И вот в таком случае это многое объясняло. И, кстати, развязывало мне руки. Раньше я думал, что Бекелев просто опасается лезть к нам в поместье. А теперь было очевидно, что это не опасения, а прямой приказ от Наместника.

В итоге Бекелев все равно не удержался. Но тут причина явно была в месторождении. Слишком уж лакомый кусок.

Непонятно, правда, как он в принципе про него выяснил. Еще до того, как полез. Но это, видимо, было известно только самому Бекелеву.

Из этого же становилось очевидно, что ни Чемлеву, ни, видимо, императору не было известно о залежах Окрашенного Металла  в районе Зубов.

Как я, в общем, и думал.

Теперь это стало окончательно ясно после фразы про «пятьдесят процентов». Конечно, император не стал бы делиться с планетным графом (2)  Бекелевым подобными активами. Ни пятьюдесятью процентами, ни даже одним.

Нет, скорей всего, Чемлев узнал, что Бекелев что‑то собрался добывать. И подумал, что речь о богатых залежах Мелкоокрашенных  пород. Ну или каких‑то богатых делянках Окрашенной Древесины , к примеру.

Да какой‑нибудь банальный золотой рудник. Даже примесь Краски в районе десятой процента, сделала бы добычу более чем прибыльным делом.

В общем, разговор сложился едва ли не идеально для меня.

Когда, уже уходя, вдруг остановился.

– Почему тогда не разобраться с ними?

– С кем?

– Со Звездными!

Вот дебил…

Косяк был такой очевидный, что даже на безэмоциональном лице Чемлева возникло явное удивление.

Это же надо было так себя выдать!

Маркиз, разумеется, сразу понял, о чем речь. А вот то, что Бекелев стал акцентировать на этом внимание – уже не очень.

Этот идиот все‑таки залез на территорию Звездных?

– … Звездные безобидны.

– … не так уж и безобидны, с учетом, что я даже не могу их проверить из‑за вашего запрета.

– … их проверяет комиссия. Каждый год. Вам это известно.

– … комиссия не может всего знать. А я нахожусь на месте…

Херня!

Следующие фразы уже ничего не значили. Взгляд Наместника до этого скорее расслабленный изменился. Еще минуту назад он явно воспринимал Бекелева, как какую‑то забавную несуразицу. И, очевидно, собирался просто слегка его пожурить. Но не более.

Теперь же Чемлев увидел перед собой опасного дурака на ключевой позиции в вертикали.

Да что там взгляд. Сама аура, исходящая от Наместника, изменилась. И дело было даже не в пике четвертого ранга, о котором предупредила Констанция.

Нет.

Стало ясно, что он просто не оставит это, пока полностью не разберется, в чем дело.

А значит, выяснит и про месторождение, и, вероятно, про мои способности. Его‑то запрет на посещение поместья сдерживать не будет…

– … парень играет в солдатиков… Сколотил шайку из местных беспризорников, хорошо дерется… Даже сдал имперский экзамен в общей школе. Но все это просто игры в песочнице. Императору нет до этого дела…

Все последующее я уже слушал, понимая, что нужно что‑то делать. Ожившая способность Навигатора только подтвердила, что я находился в узловой точке. Вот только четкого направления она мне не дала.

Только варианты…

Я будто наяву представил, как Чемлев разматывает этот клубок… Выявляет одну странность за другой… В конце концов узнает все. И вот уже император появляется на планете…

Нет! Это меня точно не устраивало. Слишком рано!

Я пока не готов!

Что тогда?

Убить его?

Тоже, мягко говоря, выглядело, как авантюра.

Пусть не я, но Старик бы, конечно, справился с этим. Не прошло бы и десяти секунд, как в комнате остались бы одни трупы.

Вот только что потом?

Убийство Наместника – слишком большая новость, чтобы удержать ее в секрете.

А значит, пришлось бы тут же отправляться в Бастион. Пытаться захватить космопорт… С совершенно неизвестными перспективами. Часть кораблей все равно бы находилась на орбите. И даже если каким‑то чудом я смог бы их перехватить – интересно как? – то что с того? Это дало бы немного времени, но все равно привело бы к преждевременному столкновению с императором…

– … вы и правда не знали! Пацан у вас перед глазами, а вы не в курсе, чем он занимается⁈ Мы, в отличие от вас, держим ситуацию под контролем. И всегда держали…

И что тогда делать?..

Разве что…

Ты уже понял, что это единственный выход,  – прозвучал в голове спокойный голос.

Ты знал!

Это была одна из вероятностей. События в Графском Городке неминуемо притянули бы внимание тех, кто ответственен за происходящее здесь. Слишком много событийных веток сходится здесь. Сейчас удобный способ, чтобы выиграть себе немного времени.

Впервые за долгое время Старик высказался не в виде общего наставления, а дал конкретный совет. Обычно он это избегал. Предоставляя мне возможность самому сделать выбор. Но не тут.

Это тоже урок, – прозвучало в ответ. – Используй Внушение. И попробуй понять, почему я ни разу не задействовал этот навык на протяжении более чем пятидесяти жизней.

– … скажу честно, Николай Петрович, вы меня удивили. Не в лучшую сторону. Вам в руки попали уникальные активы, а вы, похоже, не в состоянии рационально ими распорядиться. Не говоря уже о семье бывших заговорщиков, о деятельности которых вы не особо‑то информированы. Так что…

Мне все‑таки пришлось отключить брошку. Ее заряд практически иссяк, да и смысла уже не было.

Огромный телохранитель в маске, стоявший за спиной Чемлева, среагировал почти мгновенно. Их тут же окружила какая‑то невероятно мощная стихийная техника. Видимо, какая‑то универсальная защита.

Все остальные телохранители тут же тоже задействовали какие‑то техники…

Сильное Короткое Внушение , – проговорил Старик. – Сейчас.

Постаравшись откинуть все лишнее, я сосредоточился…

Внушение!

Стоило мне активировать способность, мир вокруг тут же замер. Предыдущее ощущение от Слабого Внушение не шло ни в какое сравнение от того, что произошло в этот момент.

Кажется, тут вовсе работал какой‑то иной механизм.

Пространство вокруг стало странно прозрачным, а себя ощутим чем‑то вроде источника… влияния. Оно будто загорелось внутри меня потусторонним красноватым сиянием.

Я понял, что могу двигать его. Распространять.

И тут же начал делать это.

Стоило сиянию коснуться ближайшего ко мне охранника, я тут же ощутил все внутри него. Его память, силу, слабость, все, что из чего он состоял.

И одновременно с этим я понял, что могу изменить его. Вложить в его суть нечто другое. Это может быть как тонкий приказ, о наличии которого он не будет подозревать, пока не придет время. Или наоборот, я могу полностью переписать его. Стереть и записать заново. Заменить все, чем он был на одну простую мысль – «подчиняться мне».

Меня это не особо прельстило. Просто раб был мне без надобности. Но идея иметь надежного соглядатая поблизости от Наместника показалась соблазнительной…

Дальше , – напомнил мне Старик.

А, ну да. Охранник же не один тут.

Я тут повел свечение дальше. Захватывая им других охранников… И тут уже ощущения заметно изменились. Держать в голове личности сразу несколько людей оказалось непросто. Впрочем в отличие от Просмотра Памяти, Внушение было развито очень и очень хорошо. Так что тут способность сразу начала адаптироваться. Откидывать все лишнее…

В итоге я ощутил, что с той же легкостью смогу переписать и несколько человек. Да, приказы окажутся более простыми. Но какая разница. В конце концов, всегда можно сказать – «подчиняйся мне». И не ошибешься.

Дальше.

Не остановившись, свечение вышло за пределы зала, захватить еще и охранников, стоявших в коридоре, которые могли что‑то ощутить.

После под действие способности попал Бекелев, а следом за ним телохранитель Чемлева и он сам.

Двое последних были спрятаны за тем непроницаемым щитом, но… способность Пятьдесят Второго даже не заметила его.

В итоге под моим влиянием оказались все, кто был необходим.

Теперь приказ.

Приказ…

А ведь Чемлев – это уже фигура.

Что мешает мне, к примеру, приказать ему убить императора? Да, воздействие Короткое, но я могу просто заложить внутрь его личности тайный приказ, который сработает при определенном триггере. Например, встрече с правителем Звездной Империи.

Вряд ли у него получится, но сам Чемлев почти гарантировано погибнет. А он в верхней половине моего списка…

Открою тебе секрет,  – голос донесся будто издалека. Но я все же его расслышал. – То, что я сам видел в памяти Пятьдесят Второго. Лишь одного единственного использования Сильного Внушения хватило ему, чтобы полностью утратить собственную Волю. Он стал рабом своего навыка. И так и не смог остановиться. Пока его не остановил я.

Невольно я замер.

Я был уверен в себе. Но просто так Старик бы меня предупреждать не стал.

Почему ты не сказал заранее?

Это часть урока,  – отозвался он. – Теперь сформируй для них инструкции. И закрепи приказ Волей.

Волей… Без нее не сработает?

Ты реинкарнатор. А они просто люди. Сработает. Но в будущем этого может оказаться мало.

Я не стал притворяться, что понял все, о чем Старик предупреждал. Судя по всему, он пытался меня уберечь от каких‑то далеких опасностей, о которых я пока даже не подозревал.

Так что я сосредоточился на том, что нужно было сделать сейчас.

Судя по ощущениям, способность позволяла отдать всем разные приказы. Но для этого пришлось бы думать сразу несколько мыслей одновременно… А у меня и так уже голова гудела от напряжения.

Так что я ограничился более конкретным.

Позвольте мне уйти и забудьте, что видели меня. Ничего необычного не произошло. Остатки рода Звездных не представляют опасности. Вы не станете устраивать им дополнительных проверок и подозревать их в чем‑то. Тайны, которые вы хотите сохранить, в безопасности. Вам не нужно предпринимать дополнительных усилий, чтобы сохранить их…

Был соблазн добавить отдельно для Чемлева, чтобы он сегодня же возвращался в Бастион, но, подумав, я не стал рисковать. Судя по всему, у него тут были еще какие‑то дела. Будет странно, если он улетит, не сделав их. Приказ не обращать внимание на Звездных он получил. Этого хватит.

Ну и также хорошо, что и Бекелев попал под способность. Он явно будет продолжать искать того, кто напал на Залив. Рано или поздно он был заподозрил Звездных. И теперь будет дополнительная гарантия, что этого не случится.

После осталось только закрепить Внушение Волей.

Не придумав ничего лучше, я представил мысленный Меч и как бы почеркнул им выведенные в разуме строчки.

Тут же они засияли более ярко.

Достаточно.

Я и сам ощутил, что действие способности проходит.

Осторожно я вышел из угла…

Можешь не скрываться.

Н‑да.

Пожалуй, это было одно из самых странных ощущений в жизни.

Я шел через зал. Видел, как на меня смотрели. Охранники, Бекелев, Чемлев… Они видели меня. Их взгляды следовали за мной.

Было полное ощущение, что они хотят что‑то сделать. Проходя мимо Бекелева, я не удержался и взглянул ему в лицо…

Он же узнал меня?

Да.

Но сделать он ничего не может?

Этим участком реальности сейчас управляет способность Пятьдесят Второго. Для них мира, в обычном понимании, не существует.

Кажется… частично я понял, то, о чем Старик говорил.

Власть, которую давала способность Внушения, была слишком большой. Если бы не девятилетний откат, дорога к безграничному могуществу могла бы и правда оказаться чересчур короткой.

Путь Меча учит нас тому, что на каждое действие всегда может найтись равное по силе противодействие , – заметил Старик тут же. – Нет ничего абсолютного.

А, ну да, Старик же сказал, что смог побороть Внушение.

Думая об этом, я успел уже достаточно отойти от конференц‑зала. И там уже снова активировал брошку Спарка.

Пусть я и прошел по самому краю, но вроде бы с этим справился.

Теперь нужно было убедиться, что у Уолша с Биркиным все прошло нормально, и можно будет уходить.

Может даже получиться вернуть комм гвардейцу, но это уже не факт.

Не испытывая судьбу, я сначала выбрался из корпуса. И к погрузочному терминалу двинул уже через улицу.

Пока шел, вспомнил еще кое о чем, про что хотел спросить. Но прямо там было не до того…

Ты сказал, что пятьдесят жизней его не применял, – уточнил мысленно. – Внушение. И ты его так и не использовал? Откуда ты тогда знаешь, как оно работает?

Видел в памяти Пятьдесят Второго.

А, блин. Понятно.

А спустя пятьдесят жизней после Пятьдесят Второго моим врагом стал Сотня. И чтобы победить, мне пришлось нарушить все правила.

А‑а!

Вот оно что!

Снова этот товарищ всплыл. Ну и прозвучало как‑то совсем грустно. И Старик почти тут же ушел куда‑то глубоко. Я понял, что ближайшее время у меня с ним таких откровенных бесед не будет.

Ну и ладно. Мне пока и так хватило.

Выкинув пока все это из головы, я остановился около входа в погрузочную зону. И заметил там сразу несколько групп сотрудников порта. Наместник Наместником, но совсем порт вою работу прекратить не мог.

Несколько человек возились около грузовика с откинутым капотом. Рабочий на погрузчике перевозил упаковки с какими‑то брикетами.

И… да. Я увидел нашу машину… и Уолша.