Текст книги "Девятый. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Кирилл Довыдовский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 83 страниц)

Глава 3
Последнее испытание. Часть 5

Не было смысла напоминать Старику, что в случае чего, мы умрем оба. Этот этап мы уже прошли.

Уж чего‑чего, а смерти он не боялся.

И не потому, что реинкарнатор. Сейчас, насколько я понимал, ни у него, ни у меня запасных жизней не имелось.

Нет, просто не было в его разуме места для страха.

Разве может чего‑то бояться гора? Или небо?

Конечно, нет.

Вот только меня это ставило в немного щекотливое положение. Я в отличие от Старика пока что горой не был. Так, максимум, холмиком. Очень умным, перспективным и скромным. Но все‑таки холмиком. И уж мне точно нельзя было умирать, если я планировал когда‑нибудь до той самой горы дорасти.

И я, если что, планировал.

А еще я не имел права позволить умереть остальным. До условного Фонте мне особо дела не было. Если у нас с ним возник бы какой‑то общий интерес. Он бы попытался убить меня. Ну или банку сгущенки отобрать… То в таком случае моя рука бы не дрогнула.

Но сейчас‑то дело обстояло не так! Мы дрались с Красочными . Каждый в меру сил, со своими заморочками, но вместе. С тварями, вызывающими отвращение на каком‑то инстинктивном уроне. И оставить кого‑то им на растерзание я просто‑напросто считал недостойным.

Я не видел точно, что там с каждым произошло. Кому еще можно было помочь, а кому нет. Но с учетом, что мы находились в древней магической школе, внутри которой имелись больничные покои… Наверняка там могли спасти почти от чего угодно. Главное, чтобы ты был хоть немного жив, когда тебя туда притащат…

И самое главное.

Чтобы хоть что‑то из этого удалось, для начала нужно было решить одну маленькую проблемку.

Сделать что‑то с этой практически неуязвимой тварью, ко всему еще и наделенной целым рядом способностей.

Вихрь из Скаутов (К3) , который вот‑вот должен обрушиться на вход, волновал меня постольку‑поскольку.

Какая разница, если это «человек‑скорпион» успеет убить нас куда раньше.

И начать он явно хотел с меня.

Красно‑черный силуэт смазался в воздухе. Конечности‑пики устремились ко мне сразу слева справа и сверх. Размах «рук» позволял ударить сразу с нескольких сторон.

Уклониться, по факту, у меня не было не единой возможности.

Да и Разрез бы тут не помог. Даже если бы отсек ему одну «пику», меня бы пронзили остальные.

Помочь мне тут могло только одно.

Тихий Шаг.

Понимание этого горело в голове непреклонной уверенностью. Взявшейся явно прямиком из Способности Навигатора.

И стоило мне начать движение, окружающая реальность в тот же миг будто замерла. Скауты в вихре, небо, продолжающее капать красными каплями Красочных , все остальное… Только продолжали лететь ко мне хищные конечности «человека‑скорпиона».

Сосредоточив всю Волю, я продолжил Шагать. Способность Навигатора, сияя в сознании, указывала для меня нужное направление.

Я сделал все Шаги один за другим…

…и спустя миг оказался у Красочного  за спиной.

Как это вышло? Я и сам бы не смог точно описать. Со стороны, вероятно, это и вовсе выглядело, будто я прошел сквозь него.

Впрочем, важнее, что у меня появилась возможность для удара.

Меч я зажечь не успевал. Да и не уверен был, что сейчас, почти без сил, я сумел бы нанести с его помощью достаточный урон.

И потому я сделал другое.

Просто дернул рукой и коснулся пальцами одной из задних конечностей Красочного. Темно‑багровая поверхность оказалась шершавой и горячей, почти раскаленной на ощупь.

Минула секунда.

А после чудовище свалилось, раскидав «руки» и «ноги» в стороны. Без звуков и любых других спецэффектов. Потому что именно так способность Седьмой и работала.

Просто вынимала из объекта жизнь. И неважно, какая у него была защита, и насколько он был силен.

Жаль, откат у Смертельного Прикосновения составлял целых семь месяцев. Но другого способа справиться с тварью я сейчас не видел.

И этим все, кстати, не закончилось.

Прикосновение было одной из хорошо прокачанных способностей. На пятьдесят один процент. И потому сразу после воздействия, в голову мне устремился поток дополнительной информации.

Что едва не стоило мне потери рассудка.

Рассчитана способность была в первую очередь на реинкарнаторов. Но Красочные, очевидно, имели другую природу. И когда способность попыталась считать имя, на меня обрушился какой‑то дикий поток разрозненных образов. Который я просто не смог нормально осознать. И лишь спустя несколько долгих мгновений, перед глазами мелькнуло:

Номер (Имя):  Нет

Возраст:  2 месяца, 11 дней

Запас жизней:  0

Способности:  Нет

Навыки:  Разрушающий Луч, Барьер, Сверхсила, Сверхскорость, Живучесть, Регенерация, Контроль Низших

Строчки появились одна за другой.

Я тряхнул головой, торопливо избавляясь от ненужных сейчас видений. Все это можно будет обдумать после!

К Лукасу с Ханной я подскочил спустя каких‑то пару мгновений.

И все равно понял, что не успеваю. Сам я еще смог бы добраться до входа на Тихом Шаге, а вот их двоих вытащить бы точно не смог…

…а значит, это и ненужно было делать!

Нацелившись на падающую стену из Скаутов, я стал собирать Волю для еще одного Разреза. Попытка у меня в любом случае будет только одна. Нужно было ее не упустить.

– Не дергай ты ее, – бросил я заодно Лукасу. – Положи что‑то под голову и все.

Счет в этот момент шел на секунды. Из‑за стрекота Скаутов я уже и рядом с собой не особо что‑то слышал. На нас медленно заваливалась дрожащая и мельтешащая сотней конечностей стена из тварей…

Еще буквально пара мгновений…

– Что? – как Лукас умудрился расслышать сказанное. И поднял на меня заплаканное лицо. – Она… жива?..

Рана у Ханны и правда была нехорошей. Но все же не смертельной. Ясновиденье ощущало в ней биение жизни. Чего нельзя было сказать о лежавшей рядом конгломератке, чьего имени я так и не узнал.

– Главное до больничного покоя добраться, – ответил я.

Кажется, только после этого Лукас пришел в себя. И смог понять, что происходит, и где он находится.

– Приготовься, – предупредил я. – Надо будет…

– Нет! – выпалил он горячо. – Я защищу сестру!

Я хотел было выдать ему оплеуху, чтобы не мешался и делал, что говорят. Но вдруг ощутил всплеск Стихии.

И не просто всплеск.

Пространство вокруг исказилось. Стянувшись и свернувшись в черную закрученную воронку, возникшую перед пацаном. Я успел ощутить, как меня самого начинает к ней тянуть, а уже после…

…Выдох!

Это явно не была Стихия Ветра. Хотя, вероятно, в ней и имелось что‑то родственное. Потому что в следующую секунду из черной воронки вперед и вверх ударил поток искажений, холода и еще какой‑то неясной дряни.

Я тут же присел ниже, одной рукой схватил Ханну, а второй самого пацана. Чтобы их самих не затянуло!

Красочные к тому моменту уже были в каком‑то десятке метре от нас…

И первые ряды Скаутов (К3)  просто перестали существовать. В то время как созданный парнем поток устремлялся дальше, расширялся и превращал в ничто каждого Красочного, до которого мог дотянуться.

Длилось это всего секунды три или четыре, а потом…

…Лукас просто обмяк и завалился на бок.

Нет, так‑то, молодец, пацан, конечно. Штук пятнадцать Скаутов (К3)  точно спалил. Вот только большая часть его техники ушла в молоко. И теперь мне нужно было тащить на себе уже двоих.

– Хех, – выдохнул я.

Закинул на одно плечо пацана. Созданная им прореха в вихре Красочных быстро смыкалась. Слева и справа они уже падали на брусчатку, устремляясь ко входу. Ну и про нас скоро должны были вспомнить.

Напрягшись, я кое‑как закинул на второе плечо окровавленную Ханну. Да, весили Ветровы немного, вот только Усиление Тела никогда не было моей сильной стороной, а сил я уже потратил прилично. Но вроде как‑то получилось.

Уже с ними на загривке, начал разгоняться вперед, чтобы укрыться в сквере с соснами. Других вариантов у меня не было. Успел сделать несколько шагов, когда…

– Твою ж тухлую Краску!..

…прямо мне навстречу из сквера вывалился Скаут‑Командир (К3,5) , да такой здоровенный, что я усомнился, что он вообще способен от земли оторваться. Но даже если и нет, как‑то от этого не легче.

Я уж начал перебирать в уме имеющиеся у Старика способности, когда…

– Пригнись!!!

Голос я узнал. И пусть непонятно было, откуда его обладатель тут взялся, я сразу сделал, как сказано.

Пригнулся, стараясь и Ханну с Лукасом прижать опустить пониже…

Спустя миг за спиной у меня дохнуло Стихией. А после из земли рядом вырвались железные заостренные полосы. Кривые и непонятно как заточенные, но зато массивные и смертоносные.

Хватило секунды, чтобы мы все оказались будто у железного ежа на спине, спрятавшись между иголок.

Тут же на передние «иголки» налетел тот самый Командир (К3,5) . До последнего пытался дотянуться, насаживаясь на железо все глубже, но в итоге так и замер на пиках красно‑черной хитиновой кракозяброй.

– Ты откуда тут взялся⁈ – крикнул я за спину.

– Тебя сейчас это волнует⁈ – отозвался Алекс.

От него плотно веяло Стихией. Слева и справа от нас также вылезали из земли железные полосы, окружая нас уже со всех сторон. К нам кинулась еще пара Скаутов (К3) , но только оцарапалась, не сумев дотянуться.

– Не только, но это тоже! – крикнул я. – Что в школе⁈

– Все, кого звали на этот факультатив, заперты в кабинете Стихии, – отозвался Алекс.

– А Злобин?

– Его вообще не было!

Значит, с высокой долей вероятности, большинство учеников были в аудиториях. Причем из лучших по своим предметам. А вот меня на ту же мистику никто почему‑то не позвал. Как и на философии. Хотя последнее как раз понятно. Но с мистикой‑то – наоборот. Да и той же псионикой.

Специально исключение сделали?..

– Это ты Майора грохнул? – раздалось, тем временем, от Алекса.

Он указал на тушу «человека‑скорпиона». Скауты, кстати, что характерно, явно побаивались к ней приближаться. Облетая на заметном расстоянии.

Ну а то, что это именно Майор (К4) , я догадывался. Из того, что рассказывал Ефим, ближе всего было к описанию. Хотя я все‑таки не думал, что эти твари настолько сильные. Без способностей реинкарнаторов – и без Старика – у меня бы сейчас шансов не было.

– Слишком поздно, – ответил я честно, помня сколько это тварь успела натворить.

Алекс в ответ хмуро кивнул.

– Эти штуки надолго? – спросил я его, коснувшись одной из железок.

– Полчаса.

Хм…

– Сможешь до входа такой коридор сделать?

В ответ Алекс глянул в ту сторону и отрицательно мотнул головой.

– Слишком далеко. Раньше выдохнусь.

Жаль. Что ж, тогда…

– Отнесу пацана внутрь и вернусь за девчонкой, – сказал я Алексу, опуская Ханну и устраивая на спине Лукаса. – Потом вместе попробуем что‑то со входом сделать. Готов?

– Давай, – ответил он. – Только осторожно!

– Сам смотри не помри!

Выждав момент, я прикинул траекторию и сразу рванул. Только не ко входу, а сначала к туше Майора, которая сейчас тоже оставалась безопасным островком. Около нее чуть переждал и бросился дальше…

Ясновиденье!

Пара Скаутов успела на меня среагировать, я толкнул вверх от себя Телекинетическую Сеть. Она сбила парочку с траектории, и я все‑таки сумел проскочить к главному входу в замок.

Забежав внутрь, устроил Лукаса у ближайшей стены. Тут же вернулся наружу и подхватил Эрику Бишоп, лежавшую совсем недалеко от входа.

Выглядела она ужасно. Явно потеряла много крови, но пока была жива. Грудь у нее была пробита насквозь, но при этом рану закрывала какая‑то сиреневая субстанция, успевшая застыть твердой коркой. Видимо, успела воздействовать на себя своей Стихией, прежде чем отключилась. Доставить ее к целителям – и точно выживет!

Или… у Алекса же был тогда эликсир!

Опустив девчонку ее на пол рядом с Лукасом, я снова выбежал на улицу…

…и едва‑едва уклонился от удара, выскочившего откуда‑то сбоку Скаута. Отмахнулся Разрезом, но не попал. В итоге снова создал Сеть, связавшую Красочного . Хотя бы так…

Пробежав дальше, я подхватил обгорелое тело Кара. И волоком – Усиление Тела уже не откликалось – дотащил его до входа. И тоже бросил внутри. С ним, по правде, надежды было сильно меньше, чем с Эрикой. Пока тащил, уже совсем перестал чувствовать в нем жизнь, но оставлять на улице уже не стал…

– … помоги.

Голос я расслышал едва‑едва. Донесся он с другой стороны так и не закрывшейся створки. Глянув туда, я увидел Буска – приятеля Фонте.

– … помоги…

Еще пару дней назад этого типа я так тут и оставил. Но сегодня они с Фонте все‑таки защищали вход. Ну и что‑то вроде второго шанса он, пожалуй, заслужил.

Тем более, что потратить на него пришлось не больше пяти секунд. Подхватив его за подмышки, я также волоком затянул его внутрь.

– Будешь должен!

Коротко проверил, как там Эрика – была жива – и снова выскочил на улицу. Тихий Шаг включился почти сам собой. И помог мне добраться сначала до Майора, а после – снова до Алекса. Тот в этот момент был рядом с Ханной.

И как раз капал ей на рану из склянки.

– Как она?

– Нужен целитель, – ответил он. – Этого мало.

– Главное, чтоб продержалась, – отмахнулся я. – Возьмешь ее?

– Да.

– Тогда сначала к Майору, остальные к нему не лезут, потом ко входу.

И первая часть этого плана прошла как по маслу. Мы сумели добежать до туши Красочного. И даже рванули оттуда ко входу, когда…

…изнутри донесся грохот, а сразу за ним – чей‑то истошный вопль.

Переглянувшись на бегу, мы с Алексом вбежали внутрь.

– Твою мать.

Попрошу заметить, что сказал это не я, а культурный и сдержанный Алекс.

Я, впрочем, был с ним согалсен.

Из ближайшего коридора – того, что вел в Большой Зал – в холл перед входом ворвался Красочный .

И не какой‑то простой.

Это был еще один Майор (К4) .

Глава 4
Последнее испытание. Часть 6

В ту же секунду я ощутил явственное внимание Старика.

Что‑то показалось ему странным.

Будто первого Майора (К4)  он ждал, а этого уже нет.

Впрочем, не успело пройти и секунды, как он снова спрятался куда‑то в глубину. Что все это значило, думать было некогда. Алекс опустил Ханну на пол. Мы с ним разошлись в стороны, давая возможность маневра друг для друга.

Но ничего этого не потребовалось.

Заметив нас, Майор ринулся было вперед…

…когда у него из‑за спины вырвалась ярко‑рыжая огненная плеть. Наполнив холл треском, плеть захлестнула туловище Красочного , прижав его руки‑пики к корпусу. Тело монстра тут же исторгнуло красный барьер. Такой же, который отбил мой Разрез, когда я дрался с первым Майором. Вот только в этот раз это Красочному не помогло.

Плеть надавила сильнее, и барьер лопнул с грохотом, разошедшимся эхом в близлежащих коридорах.

Майор задергался, царапая мраморный пол, снося все, что попадалось на пути. Сорвал с ближайшей стены несколько черных картин. Раздробил одну из каменных статуй… Но вырваться из захвата так и не смог.

Плеть прожгла его конечности насквозь, достала до тела и погрузилась внутрь. Холл наполнился запахом обожженного металла. Еще через несколько секунду на пол упали две половины твари с обугленными до черноты краями.

Произошло все это всего за несколько мгновений.

Мы с Алексом переглянулись. И также молча решили не расслабляться…

…когда увидели вышедшую из‑за дымящейся туши женщину.

Не девушку, а именно женщину. С правильными чертами лица, немного бледную, с темными волосами, собранными в аккуратный хвост. Лет тридцати на вид. Так что это точно не могла быть ученица. Учитель?..

Одета она была в темно‑синий наряд, а в руке держала… гм… палочку с горевшим на кончике огоньком. От этой палочки ощутимо веяло Краской .

– Вы целы? – донеслось от нее.

В голосе прозвучала тень беспокойства… Но такого, хорошо сдерживаемого и пополам со строгостью.

– Здесь раненные, – указал я на Эрику и остальных.

В ответ женщина сдержанно кивнула и быстрым шагом подошла к лежавшим у стены. Пару секунд смотрела, чуть хмурясь, а после, направив на них палочку, начертила в воздухе какой‑то сложный узор. Тут же Эрику, Ханну, Буска… в общем, всех, кто тут лежал, стало окутывать зеленоватое мерцание.

– Нужно доставить их в больничную палату, – сказала она. – Снаружи еще есть раненные?

– Мертвые, – ответил я. И тут же спросил. – Вы учитель?

– Преподаватель Гринграсс, – ответила она, прищурившись. – Оставайтесь здесь.

И тут же двинула наружу.

Я посмотрел на Алекса. Он проводил «преподавателя Гринграсс» взглядом.

– Классическая Магия? – предположил он, когда она вышла.

– Или физподготовка, – напомнил я.

Только по этим двум предметам мы не видели учителей.

– И это если она действительно та, кто говорит, – добавил я.

– Ты думаешь, она как‑то связана?..

– Кто‑то организовал это нападение, – пожал я плечами.

И тут же тоже пошел к выходу. Алекс, что показательно, не стал говорить ничего вроде «преподаватель сказала нам остаться». Так что вышли мы вместе. И вместе увидели, как Гринграсс скрупулезно собирает с брусчатки тела и их фрагменты. Окутывает их все тем же зеленоватым сиянием, а после, поднятые им же, тела учеников по очереди залетают в главный вход.

Красочные  при этом, конечно, никуда и не думали деваться. Вот только ко входу они больше пробиться не могли. В воздухе повис огромный полупрозрачный пузырь, поместив в себя все пространство перед воротами. Налетая на него, Скауты (К3)  бессильно пружинили.

– Вам сказали остаться внутри, – заметила Гринграсс, не отрываясь от своего занятия.

Последним, кем она занималась, был Фонте. Меня мертвые никогда не пугали, а вот Алекс явственно поморщился, когда останки аристократа пролетали мимо нас.

– Что все это значит? – спросил я, проигнорировав замечание. – Я думал, школа защищена от Красочных.

– Школа и защищена.

Хм.

Возможно, это был намек на то, что внутрь замка Красочные попасть все‑таки не могут. Вот только Майор‑то там откуда‑то взялся.

– Это все спланировано? – спросил я.

– Это не вашего ума дело, студент Звездный, – ответила она.

Ага. Значит, она еще и знает, кто я.

– Моего, раз это угрожает мне и моим друзьям, – сказал я.

В ответ на будто даже хмыкнула, но ничего не ответила.

Стало очевидно, что если она что‑то и знает, то рассказывать не собирается. Алекс тоже глянул на меня предостерегающе.

Мириться с этой хренью я, разумеется, не собирался. Но подход, видимо, нужен был другой.

Как раз в этот момент послышался шум со стороны дороги. Мы все повернулись туда. Включая Гринграсс.

И вскоре увидели… Мечи. Много горящих мечей.

Со стороны пси‑пирамиды двигался целый отряд псиоников. Я сразу разглядел Гордиана, Тита с Тимусом, Галию, Крафта… в общем, практически всех сильнейших по предмету. Они двигались общим отрядом, перемалывая Красочных одного за другим.

А впереди них летел Коммод.

И если я прежде думал, что Кар хорошо справлялся со Скаутами (К3) , то Коммод, кажется, вовсе их не замечал. Там, где он пролетал – а он именно летел – Красочные  просто валились на землю. Большинство он даже не трогал, насколько я видел. Они просто падали, а после их добивали Гордиан с остальными.

Сам Коммод, судя по всему, использовал какое‑то сочетание Телекинеза с Давлением Меча. В конечном счете он первым оказался рядом с пузырем Гринграсс. Остановился рядом…

…и тут же в барьере возникла прореха в его рост размером. И тогда он зашел внутрь.

Выглядел он… очень недовольным. Практически взбешенным. Кажется, он хотел сказать что‑то Гринграсс, но заметил нас с Алексом. Поморщился. И выдал явно не то, что планировал:

– Пора это заканчивать.

– Я занималась раненными, – ответила женщина невозмутимо. И кивнула в сторону дороги на пси‑пирамиду. – Там есть еще кто‑то?

– Отправил в больничную палату.

– Хорошо, – кивнула она. – Поможешь?

Коммод молча отвернулся и направил взгляд в небо, которое все еще было красным. Спустя секунду в защитном пузыре над их головами образовалась еще одна прореха. И тут же оба – Коммод и Гринграсс – взлетели.

Коммол резко – будто им из катапульты выстрелили. Гринграсс – более плавно, словно ее подхватил ветер.

В итоге она зависла на высоте метров пятнадцати, и уже оттуда снова повела палочкой, делая ряд резких движений. В воздухе после каждого пасса оставались темно‑зеленые, почти черные линии. Ощущение присутствия Краски  стало очень быстро нарастать, а после…

Всплеск!

С громким треском, от которого, казалось, даже брусчатка под ногами затряслась, от узора в небо устремилась золотистая линия. В считанные секунды достигла красной взвеси, порождавшей Красочных…

…и взорвалась небывалым фейерверкм.

Разноцветные огни стали разлетаться от места первого луча во все стороны. А там, где они гасли, небо переставало быть красным.

Коммод, тем временем, изображая какого‑то супергероя из древних новелл, метался из одной точки в другую, с невероятной скоростью добивая остатки Красочных.

Вскоре клекот, который, казалось, уже проел уши насквозь, начал стихать. И в итоге совсем исчез.

Я специально никуда не уходил, ожидая пока Гринаграсс спустится.

– Вы спасете пострадавших? – спросил я.

– Вы не очень хорошо понимаете, когда вас просят не вмешиваться, студент Звездный? – отозвалась она.

– Видимо не очень, – ответил я.

В ее взгляде снова возникло какое‑то подобие улыбки. Но всего на миг.

– Стоило бы дать вам штрафной балл, но с учетом того, что вы помогали своим одноклассникам – я не буду этого делать, – ответила она.

Потом чуть помолчала и добавила. Уже совершенно серьезно:

– Я сделаю все, что в моих силах.

И после быстрым шагом двинула внутрь Аркума.

* * *

Неизвестный сектор открытого космоса

Школа Аркум

Кабинет директора

Около часа спустя

Директор Аркума сидел за своим столом на небольшом возвышении. На столешнице в одном только ему известном порядке были расставлены несколько предметов. То ли причудливых приборов, то ли просто каких‑то странных памятных сувениров. Вещицы эти жили какой‑то своей собственной жизнью: пощелкивали, помигивали, даже испускали пар.

Сам директор, впрочем, почти не обращал на это внимания. В задумчивости он потирал краешек старинных карманных часов. Время от времени, откидывал крышку, что‑то проверяя, а после закрывал и снова принимался тереть золотистый корпус.

Выглядел он при этом предельно спокойным. Едва ли не умиротворенным. Чего нельзя было сказать об остальных присутствующих в кабинете.

– Я требую, чтобы меня впредь посвящали в подобные планы!

Расхаживающий по кабинету пожилой преподаватель был крайне раздражен. Его голос дребезжал, разносясь по помещению. Каблуки черных старомодных туфель сверкали подошвами каждый раз, когда он в очередной раз резко менял направление.

– Особенно, когда они касаются смерти учеников! – продолжал он. – Как вы хотели, чтобы я на все это реагировал⁈ Я считаю, это вопиющая некомпетентность! Если бы я знал, что встречусь с подобным, и не подумал бы давать согласие на преподавание! Более того, я уже сейчас подумываю о том, чтобы подать в отставку!

С последним словами пожилой мужчина принял максимально вызывающий вид. Явно давая понять, что готов к тому, чтобы его начали отговаривать. Ну а после уж он будет думать.

– Отказываться поздно, Марон Наумович, – раздался спустя несколько секунд космически‑спокойный голос директора. – Вы подписали контракт с Аркумом. После этого ни преподаватель, ни ученик, не могут намеренно отказаться от обучения. И вы сами это знаете.

– О! Это очень удобно! – воскликнул «Марон Наумович». – Значит, вы будете выделывать подобные кренделя, а мы будем вынуждены молчать⁈

– Вы, кажется, не молчите.

– И впредь не собираюсь!

С сердитым видом, Марон Наумович отодвинул себе стул и сел за стол в нижней части кабинета. Той, что предназначалась для посетителей. Сел с таким выражением, будто он больше и слова не скажет, как бы его не уговаривали.

Хватило этого, впрочем, совсем ненадолго.

– Интересно, меня одного удивляет произошедшее? – выпалил он. – Коллеги?

Он обвел взглядом кабинет, явно призывая к участию двух других преподавателей, присутствующих на встрече.

Марк Коммод стоял у стены кабинета, недалеко от выхода. Его лицо по эмоциональности напоминало камень.

Чуть в глубине, рядом с книжным шкафом на небольшом удобном кресле располагалась Роуз Гринграсс. Преподавательница Классической Магии. Она едва заметно хмурилась.

И именно она и вступила следующей.

– Одно меня и правда удивило, – произнесла она. – Красочный попал внутрь замка. Я проверила ценность охранных чар и уверена, что периметр не был нарушен.

– Значит, этот Красочный был внутри с самого начала! – всплеснул руками Марон Наумович. – И это, на мой взгляд, возмутительно!

– С самого начала? – повторила задумчиво Гринграсс.

А после глянула вопросительно на директора.

– Очевидно, нам придется провести тщательное расследование, – проговорил тот в ответ. – Тот, кто пустил Красночного внутрь – не друг Аркуму.

– То есть, по‑вашему, это другое, да? – ехидно отозвался Марон Наумвич. – Пока волки бегают во дворе, ничего страшного? И только один переступил за порог – ай‑яй‑яй⁈ Смешно, коллеги, если так!

– Также напомню, что программу обучения тоже составляю я, – проговорил директор медленно. – И вы, преподаватель Злобин, также будете ее придерживаться.

– А поучать меня не надо! – отозвался учитель Стихии. – Вы может меня и старше, уважаемый директор, а я тоже не вчера родился! У меня своя методика!

– Надеюсь, она не предполагает притеснения отдельных учеников по каким‑либо причинам? – уточнил директор, будто вдруг вспомнив про что‑то.

– Что⁈ – тут же возмутился Злобин. – Разумеется, нет! Вы сами мне поставили задачу добиться от учеников максимума! И уж, будьте добры, не мешайте!

– Пусть так, – проговорил директор после паузы.

После этого ненадолго все замолчали.

А затем Злобин, как бы невзначай заметил:

– Касательно погибших. Как я понимаю, тела большинства в значительной степени сохранились. Времени прошло мало. Я могу их оживить.

Тут снова настала пауза. Спустя секунд пять директор произнес:

– Не более одного.

Теперь уже с лица Злобина исчезли любые эмоции.

– Двоих.

После этого директор довольно долго смотрел в лицо Марона Наумовича. И в итоге все же кивнул:

– Хорошо.

– Хоть что‑то! – воскликнул Злобин, снова вернувшись к своему сварливому тону. – Пусть тогда это будут Фонте и Бишоп. Перспективные молодые люди, было бы жаль их лишиться…

– Двое стихийников, – проговорил директор медленно. – Нет.

– Будто мне есть дело! – выпалил Злобин. – Ну хорошо! Если вам это так важно! Пусть будет Фонте и, скажем… скажем…

– Кар.

Последнее произнес уже Коммод.

– Кар? – переспросил преподаватель Стихии, глянув на псионика. – Ну пусть будет Кар. В таком случае мне пора в больничный покой. Времени не так много осталось. Возвращать из мертвых, знаете ли, не так уж и просто.

Он ушел. В кабинете после этого остались трое.

И вот тогда слово сразу взял Коммод.

– Вы намеренно отослали меня, – сказал он, повернувшись к директору. И вот теперь на его лице совершенно явно проступило недовольство. – Думали, что я не одобрю подобное изменение формата преподавания?

– Это необходимость, Марк, – посмотрел директор в ответ. – Ты знаешь, что и для чего мы делаем.

– Тогда спасите всех погибших, – сказал Коммод. – Вы тоже это можете. Не только Злобин.

– Могу, – согласился директор. – Но не буду. Одна спасенная жизнь сейчас обернется миллиардными жертвами потом.

– Вы не можете этого знать.

На это директор уже ничего не ответил. Коммод еще какое‑то время сверлил его взглядом, потом отвернулся. Понял, что решение принято и уже не будет изменено.

– Закончим на этом совещание, – проговорил директор. – Роуз, прошу вас донести до остальных преподавателей принятые решения. Марк, на вас ложится расследование. Нам все‑таки желательно узнать, каким образом Красочный оказался внутри замка. Если будут вопросы по охранным системам, обращайтесь к мисс Гринграсс.

Дождавшись кивка от каждого, директор спрятал часы, которые не выпускал из рук, к себе в карман и поднялся.

– Возвращайтесь к работе. А мне еще нужно будет выступить перед учениками.

* * *

Неизвестный сектор открытого космоса

Школа Аркум

Коридор перед кабинетом Стихии

Еще около часа спустя

Я стоял напротив двери, ведущей в аудиторию Стихии.

До конца стандартных шести часов еще оставалось время, но многие ученики уже покинули школу. Привратника массово стали вызывать еще в Большом Зале, когда директор огласил всем итоги произошедшего.

Коротко это можно было передать всего несколькими фразами.

Красочные напали…

Десяток учеников получили серьезные ранения…

Несколько погибли. Двоих из погибших преподаватель Злобин сумел вернуть к жизни уже после смерти. Всех раненных также обещали излечить в течении всего лишь нескольких часов…

Занятия брали перерыв на месяц. Награждение лучших учеников по итогам тестов, как и распределение по факультетам должно было состояться сразу по возвращении…

И больше, в общем‑то, ничего.

Погибших за этот день в общей сложности оказалось пять человек.

Виктор Фонте

Кар Авит

Малиг Суто

Джина Робдрирг

Эрика Бишоп

Фонте и Кара в итоге сумели вернуть к жизни. Остальных – нет.

И в этом, Красочный черт их возьми, не было вообще никакой логики. Фонте разорвали на части. Кара почти сожгли. Но их как‑то сумел спасти.

В то время как Эрика, которая была жива, когда я ее последний раз видел, почему‑то не выжила.

Почему?

Я был рад, что Кар спасся. Он точно этого заслуживал. Но и Эрика однозначно – тоже! Мне было плевать на Фонте, я был совсем не против того, чтобы его вылечили. Но почему Эрику – нет?

Не знаю, эти ли мысли. Или все‑таки направление, заданное, способностью Навигатора. Но что‑то из этого привело меня к кабинету Злобина.

Как минимум, я так и не получил свой «ноль» по Стихии. Кроме того, чутье подсказывало, что и с погибшими еще не все однозначно.

Чем дольше я думал, тем больше убеждался.

Все это – тест.

Тренировка.

Способ закалить, открыть скрытые резервы и все такое. Но ведь необязательно ради этого должен был кто‑то умирать.

Я попытался снова вспомнить те ощущения. Когда я прошел сквозь Майора (К4) , будто того не существовало вовсе.

Тихий Шаг в сочетании со Способностью Навигатора.

Дело, кажется, было в том, что когда ты идешь по своему Пути… Когда тебя ведет Воля… Тогда расстояния и препятствия перестают иметь значение.

Я чувствовал, что должен попасть к Злобину.

И, в конце концов, я смог увидеть этот Путь.

Самым тяжелым оказался первый Шаг. Все‑таки денек выдался непростой, а я был прилично измотан. Но Воля вела меня, а я видел Путь.

Второй Шаг смазал реальность, а третий сделал ее идеально прямой.

Четвертый Шаг вызвал…

…БАБАХ!

– … что⁈

С грохотом я влетел в какую‑то парту. Почти тут же вскочил…

…и увидел перед собой бесконечно удивленное лицо преподавателя Стихии.

– Марон Наумович, – улыбнулся я, мгновенно выхватывая свою карточку. – Я на тест.

– Что? – глупо повторил он.

Потом перевел взгляд на карточку, а с нее на дверь… на то место, где она должна была быть. Это меня, кстати, тоже удивило. Снаружи‑то она была, а вот внутри на ее месте оказалась сплошная стена. Кажется, преподаватель Стихии прям кардинально подходил к вопросам уединения.