355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » авторов Коллектив » Силы Хаоса: Омнибус (ЛП) » Текст книги (страница 69)
Силы Хаоса: Омнибус (ЛП)
  • Текст добавлен: 4 апреля 2017, 07:30

Текст книги "Силы Хаоса: Омнибус (ЛП)"


Автор книги: авторов Коллектив



сообщить о нарушении

Текущая страница: 69 (всего у книги 273 страниц)

Девятнадцатая глава

Генерал-бригадир Хаворн выругался, когда пикт-экран перед ним замерцал, а детальная схематическая карта исчезла. «Химера» подпрыгнула на ухабе, катясь по соляной равнине за когортами техностражей. С лица Хаворна струился пот.

Звериный рев и вопли вперемешку с шипением статики внезапно хлынули из вокса, сменив передачи капитанов.

– Что это, черт возьми?

– Не знаю, сэр, но это затопило менее мощные воксы сто метров назад или около того, – ответил адъютант, – Я думал, что моя установка будет слишком мощной… Проклятый враг как-то глушит наши сигналы.

– Замечательно. Похоже, что оставшуюся часть войны мы будет сражаться глухими, слепыми и немыми.

– Ваши офицеры хорошие люди, сэр. Они знают свои приказы.

– Двигаемся ближе к фронту, Кашар. Я хочу по крайней мере видеть, что там, черт возьми, происходит.

– Это разумно, генерал-бригадир? Так вы подвергнете себя ненужной опасности.

– Как ты думаешь, что будет, если мы проиграем эту битву, Кашар? Мы проиграем войну и все погибнем. Подводи нас ближе. Я хочу видеть происходящее своими глазами.

Буриас-Драк'шал кромсал врагов направо и налево, отбрасывая скиитариев со своего пути взмахами шипастой иконы. По приказу Корифея он снова сел в «Лэнд Райдер» и повел своих воинов прямо в толпу вражеских когорт, встретив их внутри медленно рассеивающейся стены дыма. Транспорты врезались в ряды врагов, давя боевых сервиторов сотнями под тяжелыми гусеницами.

Подбитые врагом "Носороги" остались позади, боевые братья внутри них были предоставлены своей судьбе. Наверняка они убили многих перед своей смертью. Умереть во имя легиона была честью.

Они заехали в самое сердце подразделения противника, когда "Лэнд Райдер" наконец остановился, его корпус пробили бесконечные мельта заряды, гусеницы были разорваны в клочья, а двигатель расплавился.

Но даже тогда Буриас-Драк'шал не остановился, ринувшись во главе круга боевых братьев из разбитого танка, рыча и выкрикивая боевые кличи. Он разбрасывал вставших у него на пути врагов, пережив бесконечные раны и выстрелы, которые убили бы любого другого космодесантника в Воинстве. Несущие Слово проложили кровавый путь через когорты скиитариев, все дальше следуя за взбешенным Несущим Икону в ряды врагов. Здесь были рядовые солдаты Адептус Механикус, контрактники, обладавшие минимум агументики: встроенные в глаз целеуказатели, измененные невральные окончания, усиленные конечности и так далее, они легко умирали от ярости одержимого десантника и его боевых братьев.

Из его ран капал шипящий ихор, а броня покрылась трещинами и раскололась, но Буриас-Драк'шал несся вперед, выкашивая всех врагов на своем пути. Цепные топоры его воинов вздымались и опускались, бежавшие за ним Несущие Слово палили из болт-пистолетов.

Буриас-Драк'шал взмахом иконы блокировал удар двуручного топора и схватил прикрепленное к спине техножреца металлическое щупальце, подтащив адепта к себе. Он зарычал и наклонился к рухнувшему жрецу, а затем клыками разорвал его горло, ощутив во рту вкус очищенных масел и заменяющих кровь жидкостей. Бросив жреца он побежал дальше, насадив оружейного сервитора на окончание иконы, а затем швырнув его в воздух, пока тяжелый болтер скиитария выбивал осколки из наплечника Несущего Икону.

Буриас-Драк'шал увидел впереди за толпой личные транспорты и зарычал, почувствовав, что добыча близка, и ринувшись к неё с обновленной энергией. Взмахом когтей он обезглавил одного врага, обратным движением смахнув со своего пути другого, сорвав голову скиитария с плеч одним хлопком.

Битва между первым и вторым уровнем была жестокой и кровавой. На ничейную землю обрушивались бесконечные залпы пораженных варпом снарядов демонических машин Несущих Слово, убивая тысячи. Скиитарии в совершенном порядке маршировали на орудия засевших за защитным валом второго уровня космодесантников хаоса, плотный обстрел разорвал на части сотни сервиторов.

– Древние воители, – прокричал Разжигатель Войны, – Освободитесь от своих оков и вновь убивайте во имя Лоргара!

Тридцать дредноутов бессловесно выли и рычали, борясь с удерживающими их покрытыми письменами сетями цепей. Внезапно их отпустили, и жаждущие крови машины, давным давно потерявшие все останки рассудка, ринулись на наступающего на второй уровень врага.

Они спрыгнули с парапета, и врезались в ряды имперцев, разбрасывая их в воздух широкими взмахами огромных силовых клешней и поршневых осадных молотов, их древние орудия грохотали и рычали. Множество лезвий силовых перчаток прорезало передние ряды противника, разрывая людей и скиитариев пополам, а визжащие цепные кулаки длинной в два человеческих роста рвали тела остальных, разбрасывая во все стороны кровь и осколки костей.

Другие дредноуты стояли на вершине вала, выпуская из встроенных орудийных систем ракеты, мощными взрывами разрывая врагов. Один из них безумно завопил и повернул свои скорострельные автопушки на боевых братьев в силовой броне, потеряв в боевом безумии способность отличать друга от противника.

Разжигатель Войны шагнул к машине и поверг её на землю одним взмахом могучей руки. Она забрыкалась и издала неистовый вопль, пытаясь подняться. Разжигатель Войны обрушил мощь своих орудий на камеру саркофага дредноута, решив положить конец его мукам. Машина затихла, а вопли стали булькающим шипением. В трещине саркофага была видна полумертвая и лишенная челюсти голова, костлявые шипы-отростки на её деформированном черепе были покрыты мерзким гноем.

– Ты освобожден от своего заточения, боевой брат, – промолвил Разжигатель Войны, а затем вновь обрушил свои орудия на нахлынувших на укрепления бессчетных врагов.

– Корифей, стена дыма рассеялась. Сюда движется Ординатус, – раздался голос Боккара.

– Что!? – зарычал Кол Бадар, – Механикус никогда не стали бы рисковать такой военной машиной, не обеспечив её безопасности.

– Тем не менее, она движется по соляным равнинам, мой повелитель. Через минуту она будет в радиусе действия демонических машин, а через десять сможет открыть огонь по дворцу.

– Будь они прокляты! Боккар, выходи из боя. Бери "Громовой Ястреб" и замедли проклятую машину! Дай демоническим орудиям время нацелится.

– Как пожелаете, Корифей.

– Мой повелитель Ярулек, все сделано. Колокол Демонов готов.

– Хорошо, мой послушник, – ответил Темный Апостол. Всё приведено в движение. Скоро я к вам присоединюсь.

Ярулек открыл глаза, выходя из глубокого транса. Он сидел в зале восстановления и, моргая, смотрел сквозь омывающую его густую плоскую жидкость. Его открытые, изрезанные письменами бледные мускулистые руки пронзали десятки трубок и шприцов, накачивающих его биодобавками и сыворотками. Он не хотел, чтобы его подчиненные узнали, насколько его вымотало создание Гехемахнет, но двадцать часов в баке, глубоком трансе и единении с высшими силами омолодили его.

Вязкая жидкость покинул зал, с булькающим звуком всосавшись в трубки, и Ярулек встал на ноги. Вокруг него столпились хирумеки, вытаскивая из вен и мускулов Темного Апостола трубки, пока он разминал пальцы. Пришло время воссоединиться с Воинством. До парада планет и пробуждения Гехемахнет осталось лишь несколько часов.

Техномагос Дариок спокойно стоял на втором ярусе помостов Ординатуса, когда противовоздушные батареи высокого калибра нацеливались на «Громовой Ястреб». Для Ординатуса обстрел врага был ничем, сверкающие пустотные щиты легко поглощали выстрелы врага, а ответные выстрелы прошили воздух, легко пробив броню «Громового Ястреба».

Критически поврежденная машина ринулась к Ординатусу, её пилоту явно приходилось бороться с рычагами, чтобы попасть в цель. Она пролетела через пустотные щиты огромной машины, когда оторвалось левое крыло, и "Громовой Ястреб" рухнул по спирали, а затем счетверенные управляемые сервиторами орудия разорвали точными выстрелами машину пополам. Задняя половина исчезла в огне, когда взорвались запасы топлива. Верхняя половина рухнула с неба, пикируя на Ординатус, ускоряемая тяжестью и мощным взрывом.

Техномагос Дариок вычислил траекторию и скорость летящих обломков и спокойно стоял, когда они врезались в верхний уровень. Металлическая решетка треснула от упавшего веса, и обломки покатились по металлу, подняв дождь искр, когда они врезались в краны и укрепления. Они со скрипов пролетели через одну из орудийных батарей, раздавив заряжавших орудия двух огринов-сервиторов, а затем перевалились через край, рухнув на второй ярус, где стоял Дариок.

Носовая часть обломков с пронзительным визгом катилась к нему по металлической решетке, но магос не шелохнулся, и она остановилсь в нескольких метрах перед ним, как он и расчитал.

Вперед выкатились сервиторы, туша пламя пеной.

– Сохранились жизненные показатели, – произнес сканировавший обломки Дариок, и сервиторы немедленно отступили. Вперед выкатились тяжелые боевые сервиторы, выискивая врага.

Космодесантники хаоса в красной броне вырвались из пламени, а сервиторы открыли по ним огонь. Множество из них разорвал болтерный огонь, но остальные катились вперед, а их павших товарищей уже утаскивали для перепроизводства сервиторы-падальщики.

Четыре серворуки Дариока раздвинулись словно ноги огромного паука, встроенные в них орудия с жужжанием активировались. Четверых врагов разорвали на части мощные выстрелы.

С ревом огромный силуэт вырвался из обломков, разорвав покореженный и горящий металл. Пылающий прометий из тяжелой орудийной системы воина поглотил сервиторов, расплавив их плоть и взорвав орудийные барабаны.

Боккар рычал, пробивая себе путь к магосу. Плазма пробила мощные пластины его терминаторской брони, а снаряды тяжелого болтера раскололи нагрудник.

Он выпустил ярость своего тяжелого огнемета, ревущий прометий поглотил магоса, скрыв его из виду. Но когда огненный шар почти рассеялся, Боккар увидел, что пламя безвредно омывало пузырь защитной энергии, окружавший проклятого жреца Механикус. Он ринулся вперед, собираясь раздавить магоса своим могучим силовым кулаком.

Боккар переступил границу защитного пузыря и убийственной аркой взметнул свой силовой кулак. Но кулак никогда не опустился, ибо одна из серворук, висевших на плечах магоса словно ядовитое жало скорпиона, вылетела и схватила его руку на половине движения.

Вторую его руку схватила серворука с другого плеча, и Помазанник ощутил, как его броня треснула от огромной силы завывающих конечностей магоса. Затем серворуки резко дернулись в стороны, в фонтанах крови оторвав Боккару обе руки.

Он тупо смотрел на своё безрукое тело, когда его рассекла пополам сверкающая силовая алебарда магоса, зубчатое лезвие прошло через грудь терминатора. Он упал на металлическую решетку.

Боккар подвел своего Корифея, свой легион, и теперь его ожидало лишь вечное проклятие.

Электричество наполнило воздух, когда мощные плазменные реакторы с ревом выходили на полную мощность, готовясь к огню. Выполненное по тем же СШК шаблонам, что и великий Ординатус Марс, гигантское орудие начало жужжать болезненными децибелами, когда энергия реакторов наполнила его силовые барабаны.

Высота тона орудия вышла за грань человеческого слуха, а вся огромная конструкция Ординатуса начала дрожать.

– Сбросить их в камеры адского огня, – приказал Дариок, бросая оторванные руки предателя рядом с чего разрубленным телом. Десять тысячелетий назад эту броню создали на одном из Миров-Кузниц Механикус, и ему не хотелось уничтожать столь древний образец, но враг уже давно проклял его, наполнив своим безумием.

Магос зарегистрировал повышение тона звукового разрушителя и перезапустил алгоритмы траектории. Удовлетворенный результатом, он ждал, пока предупредительный огонек не замерцал в его внутренних системах, сообщая, что Ординатус готов.

– Цель захвачена, магос, – произнес механический голос одного из младших техножрецов.

– Инициировать огневую последовательность, – промолвил Дариок.

Дворец, простоявший на Танакреге две тысячи лет с самого момента заселения планеты, содрогнулся, когда его пробил сфокусированный звуковой луч, раскалывая структуру на молекулярном уровне. Длиной почти в три километра от одного конца до другого, на сотни метров вздымающееся над низко лежащими соляным равнинами, здание начало вибрировать, когда её скалистую поверхность покрыл сотни трещин и расколов.

Одна из стен дворца обрушилась с громоподобным ревом, эхом разнесшимся по всему полю битвы, когда утесы под ним треснули и поползи вниз. Мощные укрепления на вершине разваливающейся крепости обвалились, а противовоздушные турели и батареи вырвало из пласкритовых креплений.

В поднявшемся облаке пыли исчез весь потухший вулкан, на котором стоял дворец, а от грохота его падения земля под ногами сражавшихся армий содрогнулась. Мощные орудия дворца навсегда замолчали, когда его сровняли с землей.

Подземный взрыв расколол землю, чувствительные сенсоры Дариока зафиксировали резкий выброс радиации, когда взорвались плазменные реакторы глубоко внизу. Когда дворец осел, прогремел второй взрыв, подбросивший скалы и обломки на сотни метров в воздух.

От разорвавшегося реактора разлетелась ударная волна, разбросавшая танки и людей, пока она неслась по земле.

Огромная башня врага содрогнулась, засохший цемент треснул и посыпался из стыков огромных кирпичей, по всей её длине прошла дрожь. Но она осталась стоят, отрицая законы физического мира.

– Что во имя святого Императора, это было? – спросил Хаворн, когда «Химера» резко остановилась. Он выскочил из командной машины, следом за ним выбирались его моргающие советники, адъютант и огромный огрин телохранитель.

Поднеся к глазам магноокуляры, он увидел поднимающееся облако пыли там, где ранее находился огромный дворец.

– Славен будь Император! – воскликнул он.

Он захохотал от изумления.

– Когда будет выброшена вторая волна десанта?

– Сейчас, сэр, они уже должны падать, – ответил связист, потерянно смотревший на свою ставшую бесполезной технику с тех пор, как вокс-коммуникации разорвались.

– И теперь им не угрожает проклятый обстрел из противовоздушных турелей! – воскликнул молодой адъютант Хаворна, – Сегодня хороший день для Империума! Победа гарантирована!

– Победа никогда не гарантирована, – сказал Хаворн, увидев космодесантников хаоса, пробивающихся через когорты техностражей. Его аументированный огрин-телохранитель угрожающе рыкнул и встал перед генералом-бригадиром.

– Быстрее, сэр! – умоляюще произнес адъютант.

– У нас уже нет времени, – решительно произнес Хаворн, увидев как враги вырвались из толпы и устремились к ним по соляным равнинам. Он выхватил оправленный золотом плазменный пистолет из кобуры.

Окружающие его люди выхватили оружие и встретили обстрелом бегущих к ним предателей. Огрин взревел, выступив вперед, пустые гильзы потоком подали из его дико стрелявшей пушки "жнец". Позади "Химера" повернула турель, мульти-лазерный обстрел застучал по предателям, повергнув нескольких. Лишь шестеро десантников хаоса достигли командного отряда Хаворна, но этого было достаточно.

Первый десантник хаоса поднырнул под взмахом руки огрина и прыгнул вперед, обрушив длинную покрытую шипами икону на голову адъютанта генерала-бригадира, расколов череп.

Очередь разорвала ещё одного из людей Хаворна, а генерал-бригадир выстрелил в ответ из плазменного пистолета, отбросив размахивающего цепным мечом врага на шаг назад, попав нему в плечо. Он быстро выстрелил вновь и обезглавил предателя, расплавив потоком плазмы его шлем

"Это конец", подумал он. Бесславный конец его тридцати восьми летней службы в Имперской Гвардии, оборванной свирепым воинами за линией фронта.

– Будьте прокляты, недоношенные предатели! – прошептал он, дважды выстрелив из пистолета, повергнув ещё одно двух с половиной метровое чудовище.

Ещё два его помощника погибли, Хаворн попятился.

На его глазах верный огрин с животным рыком упал на землю. Хаворн никогда не был сентиментален, но ему было больно, когда его преданный телохранитель рухнул, выплевывая кровь с губ.

Хаворн вновь и вновь стрелял из пистолета, пока не ощутил нарастающую боль в руке, когда пистолет перегрелся. Выругавшись, он бросил его на землю, выхватывая длинный боевой нож. Прошло более двадцати лет с тех пор, когда оружие последний раз пробовало кровь, а он ещё был капитаном штурмовиков.

Уцелело лишь два противника, подкрадывавшихся к нему, безмолвно отходя друг от друга, чтобы зажать его с двух сторон.

Хаворн смотрел на врагов, стараясь не показать то, что он заметил, как позади них поднимается на ноги могучий огрин, из ран в руках и груди которого хлестала кровь, сочась и с губ.

Огрин с ревом схватил одного из предателей, вцепившись одной из рук в его ранец, а другой схватив между ног. Он поднял ублюдка высоко в воздух и шарахнул головой об землю, сломав шею.

Второй предатель с рычанием обернулся, ударив удерживаемой в двух руках иконой по ногам гиганта, сломав ему колени. Отбросив древко ненавистного символа Хаоса, космодесантник прыгнул на огрина, занося для смертельного удара длинные когти.

Хаворн закричал и бросился вперед, но он был слишком медленным, и его телохранитель упал с разорванной шеей, из смертельной раны хлестал фонтан крови.

Он вонзил нож в трещину задней брони предателя, глубоко вбив лезвие. Из раны хлынула кровь, прожигая кожаную перчатку Хаворна, а предатель резко развернулся, ударив кулаком в щеку генерала-бригадира и сломав кость.

Боль разорвалась в голове Хаворна, отлетевшего от силу удара назад. Он видел большие печальные глаза огрина, отчаянно пытавшегося встать и помочь своему хозяину, пока космодесантник хаоса не сломал ему шею резким ударом.

– Предательское адское отродье, – выплюнул Хаворн.

– Отродье ада, да. Предатель, нет, – ответил ненавистный одержимый, его полная клыков пасть с трудом выговаривала слова на Низком Готике. Клыки втянулись, а воин потряс головой, его демоническая внешность растворилась, оставляя бледное внушительное лицо.

– Ничтожный дурак, Несущий Слово благословенного Лоргара не предатели, – прорычал космодесантник, шагая к Хаворну.

– Ты и твои проклятые сородичи отвернулись от Императора и всего человечества, чтобы с радостью принять вечное проклятие, – произнес Хаворн, отползая к трупу адъютанта и его лазерному пистолету.

– Император отвернулся от нас! – закричал предатель. – Лишь через объединенное поклонение истинным божествам можно спасти человечество. Твой Ложный Император всего лишь разлагающийся на высоком золотом кресле труп, марионетка для торгашей и бюрократов. И вы, поклоняетесь ему, патетичные смертные!? Вы нижайшие из мрази, невежественные и отрицающие свое невежество.

Шарившая позади рука Хаворна сомкнулась на рукояти пистолета.

– Твоя душа будет проклята, когда ты покинешь этот мир, тогда как я встану рядом с благословенным Императором в свете и славе, – произнес Хаворн, стараясь отвлечь ублюдка.

– Моя душа уже проклята в этом мире, а тебя не ожидает ничего, кроме ада, – сказал предатель.

– Тогда увидимся там, – сказал Хаворн и вскинул пистолет, выстрелив прямо в лицо десантника хаоса. С воплем гнева и боли предатель рухнул и остался лежать.

Генерал-бригадир поднялся на ноги, боль пульсировала в его раздробленной щеке, и он, пошатываясь, пошел прочь.

И тут сзади его шею схватил когтистая рука, поднявшая его в воздух и повернувшая лицом к предателю. Рана на лбу ублюдка заживала на глазах, кости стягивались, а плоть заново нарастала вокруг дыры, не оставляя даже царапины на его хмуром лице.

– ДА, Я УВИЖУ тебя в аду, человечек, – сказал Буриас-Драк'шал, пробивая грудь генерала-бригадира когтистой рукой. Одним резким движением он вырвал все ещё бьющееся сердце из сломанных ребер старика, глядя как его глаза покидает жизнь. Он поднес бьющееся сердце ко рту, слизывая сладкую и теплую кровь, бросая труп на землю.

С чудовищной силой "Химера" врезалась в Буриаса-Драк'Шала, подбросив его в воздух перед БТР. Когда он пытался встать, она вновь на него на ехала, Несущий Икону исчез под крутящимися гусеницами, по нему катились шестьдесят тонн имперской машины.

Волна движения прокатилась от основания Гехемахнет, почерневшая земля вокруг замерцала и пошла рябью. Электричество проскочило по башне и пронеслось по поверхности, прежде чем исчезнуть. Сверкающий свет засочился из цемента между огромными каменными блоками, вспучившимися и изменяющимися словно расплавленная резина. Клыкастое демоническое лицо выступило на камне и начало тянуться вперед, силясь вырваться в измерение смертных.

– Ещё нет, замечательный, – сказал Ярулек, гладя демоническое проявление. Из камня появились когти, потянувшиеся к фыркнувшему Темному Апостолу. Он произнес слово на языке демонов, и существо отшатнулось, его лицо покраснело от стыда, словно у ребенка.

– Пока что нет, – повторил Ярулек. Демон вернулся внутрь Гехемахнет.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю