Текст книги "Демоны внутри. Тёмный трон (СИ)"

Автор книги: Umnokisa

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 48 страниц)

Люц перестал говорить разборчиво и начал бормотать себе под нос, потом просто отмахнулся, словно от какой-то навязчивой мысли.

– Нет, со Старшим всё же проще, чем с Мелким. Тот вообще идиот, – размыто объяснил он растерянной мне, что вообще происходит. До меня не сразу дошло, что речь о других личностях. Судя по всему, как минимум две из них как-то контактируют между собой и даже находят общий язык. Потом Люц на мгновение снова обратился к самому себе: – Да-да, ты маленький невоспитанный засранец.

Я кивнула, показывая, что ничего не имею против. Хотя, стоит признать, такое поведение меня несколько настораживало. Но пока что это не несло никакой угрозы для моего здоровья.

От препирательств между двумя личностями нас отвлёк колокольный звон с главной площади города. Люц сразу замолчал и настороженно посмотрел в ту сторону, откуда доносился звук.

– Не знал, что сегодня будут зачитывать какие-то королевские указы, – он снова посмотрел на меня, словно я была в курсе происходящего, но я лишь пожала плечами. – Плохо, плохо.

– Ты ж вроде один из правителей. И не в курсе, что творится в твоём мире, – прошептала я, когда Люц снова взял меня за руку и повёл на площадь.

– Мне неинтересна политика. Моё дело – весь мир. Жители мне, конечно, нравятся, они, как вы говорите, прикольные там, умные и вообще все из себя, но это всё мелко. Их разногласия – приземлённые страсти. Ничего прекрасного в этом нет. Думаешь, почему я попросил Велиала этим заниматься? И почему есть ещё девять королей под его началом? Мне не охота со всем этим возиться. Отец ведь тоже не занимается вашими проблемами: создал, вот и живите по указанным законам. О соблюдении их подумаем после смерти, как говорится, когда будем подводить итоги.

Площадь медленно заполнялась народом. Все здоровались и обменивались мнениями насчёт того, какие новости их ожидают на этот раз. Деревянную площадку, которую экстренно возводили по случаю возвращения Велиала, уже успели довести до ума, и теперь она отлично вписывалась в окружающую её архитектуру: её украсили лентами, которые остались со дня коронации. Хотя после непогоды они свисали мокрыми лоскутами, а цвет некоторых из-за впитанной воды казался грязным.

В ожидании начала загадочного собрания я стояла у фонтана и разглядывала статую падшего. В этот раз я смогла осмотреть её со всех сторон, потому что не была никем одержимой, ведь Заган в прошлый раз ужасно спешил. Сомнений не осталось – это был Люцифер.

– Клёвый я, – подтвердил мой сопровождающий. – Мне нравится. Жаль, что только Старшего запечатлели в камне. Ну да ладно. Если так подумать, то мы одно и то же, – он замолчал, обдумывая что-то. – Нет, я всё равно хочу свою собственную статую. Надо сказать Мулциберу, пусть найдёт нормального мастера.

– Там королевская стража! – крикнул кто-то, указывая в сторону дворца. Все скучающие на площади разом, как по команде, столпились у деревянного помоста.

Сквозь толпу я увидела, как вниз по улице, в нашу сторону, двигался отряд Теней, расталкивая зазевавшихся жителей в разные стороны и давая пройти кому-то. Шли они не слишком плотным кругом, но было непонятно, кто находился в центре.

– Надеюсь они не по наши души, – прошептала я Люцу, но он ободряюще подмигнул мне, чтобы я не беспокоилась.

Подойдя к площадке, четверо Теней поднялись и встали по её углам, держа оружие, мечи и копья, на виду – своеобразное предупреждение, что того, кто пришёл говорить от имени короля, трогать нельзя, какую бы новость он с собой ни принёс. Остальные обступили площадку, оттесняя от неё посторонних на пару футов, создавая своеобразную буферную зону.

Наконец на площадку вышел Роберт. Одетый неожиданно непривычно: чёрные штаны, заправленные в сапоги, рубашка и поверх всего плащ, на голове венец вассала, на поясе меч, который, видимо, так же указывал на его статус при Троне. В руках у него был какой-то свиток.

– О, при параде, – хмыкнул Люц, подвигаясь ближе и становясь на цыпочки, чтобы лучше разглядеть советника короля. В толпе нас было практически не видно. – Ничего хорошего, значит. Вон сколько охраны Марбас выделил. Боится. Хорошо, что я заморозил его позже, чем прошло распределение, а то б нас точно не выпустили из дворца.

Роберт хмуро окинул толпу взглядом, поправил очки, кашлянул и развернул пергамент.

– Указом его величества Велиала, Первого из Королей Геенны и верховного правителя Тёмного трона, в Геенне вводится военное положение… – начал зачитывать он неожиданно громким голосом, по всей видимости, усиленным магией.

– Военное? – переспросили в толпе.

– Папашу его подери…

– Почему?

– Когда успели? Я ничего не слышал.

Нефилим тем временем продолжал:

– … Помимо всего прочего запрещены полёты над землёй по всей территории Геенны. Врата остаются открытыми, если у вас есть необходимость в посещении Гайи, вы можете это сделать, но предварительно сообщив об этом отвечающим за безопасность. На время военного положения запрещены перемещения по территории Геенны в ночное время суток, за исключением чрезвычайных ситуаций, связанных с жизнью падших…

– Совсем очумели! – закричал кто-то.

– Почему они прислали грязнокровку сообщить это? Где опять носит Велиала?!

– Наверняка он опять сбежал, поджав хвост!

– Самаэля на трон! – закричал падший, стоящий рядом с нами. – Он бы такого не допустил!

Роберт, закончивший читать указ, посмотрел в его сторону, но неожиданно встретился взглядом со мной. Я почувствовала, как что-то скользнуло на мгновение в мои мысли, но тут же это ощущение исчезло. Люц резко дёрнул меня за руку на себя так, что я едва не потеряла равновесие. Библиотекарь сделал было шаг в мою сторону, но в эту же секунду в него полетел сгусток магии.

– Самаэля на трон! – орали уже с нескольких сторон. – Велиал трус!

Где-то испуганно закричала падшая. У меня над головой блеснул чей-то меч. Толпа пришла в движение. Новость о военном положении походила на искру, которая попала в пороховую бочку. В мгновение ока началась давка, а с ней и паника. Люц крепко держал меня, приобняв за плечо, и пытался вывести из этого безумия, не давая толпе утащить меня в центр.

– Мда, зря я Марбаса заморозил, зря, – бормотал Люц, но его было еле слышно в общем гаме.

– Эй, детвора, – нас кто-то схватил за шкирку и вытянул из толпы. Спасителем оказался не очень высокий, но крепко сложенный падший с гладко выбритой головой. Коричневый мех на воротнике его плаща топорщился во все стороны и казался бородой незнакомца. – Вы чего тут позабыли? Жить надоело, что ли?

Он окинул нас взглядом, наспех прикидывая, не сломано ли у нас что-нибудь.

– Фурфур! – радостно воскликнул Люц.

Падший посмотрел на него так, словно видел в первый раз.

– Да, это я. Простите, мы, верно, не знакомы. А теперь бегите домой, сейчас придётся немного умерить их пыл, пока они друг друга не прикончили, – мужчина кивнул на обезумевшую толпу. – Опять Марбаса где-то носит, вот же безалаберный козёл. Надо бы их остудить.

Сплюнув на землю, он поднял руку и ткнул указательным пальцем в небо.

– Уходите быстрее, сейчас начнётся, – предупредил он и крутанул кистью, словно размешивал что-то невидимое над головой. Я ошарашенно посмотрела вверх: над нами со всех сторон стягивались грозовые тучи. Резко налетел ледяной ветер, который, казалось, вот-вот собьёт с ног. Я испуганно вцепилась руками в Люца, боясь, что начавшийся ураган унесёт меня прочь. Люц же кивнул Фурфуру и спешно потянул меня за руку в сторону дворца. Мы побежали со всех ног, стараясь выбирать малолюдные и пустые улочки. Праздничный вид города разом исчез, сменившись чем-то неприветливым.

– Что будет с Робертом? – я уже задыхалась от непредвиденного марафона.

– Выведут, не беспокойся. Фурфур… – Люц не успел договорить, потому что молния, которая на мгновение разрезала небо пополам, оглушила нас. – … уже начал, – закончил он фразу, как только на нас обрушилась с неба стена воды и града.

Мы промокли буквально за секунды. Если бы не барьер, которым меня окутал Люц, мы бы ещё и в синяках оказались.

– Роберт узнает, что мы были в городе, – застонала я, когда, перебираясь через забор, поскользнулась и упала прямо на Люца, повалив его в грязь и перемазавшись в ней сама. – Он меня видел.

– Да не дёргайся ты, – парень отряхнул с себя землю, вновь воссияв чистотой, словно это была не грязь вовсе. – Я скрыл нас от него и Теней. К сожалению, не додумался сделать это сразу. Асмодей попытался прочитать твои мысли, чтобы убедиться, что это действительно ты. Этот момент я благополучно чуть не проворонил. К счастью, успел. Я кое-что придумал. Если получится, то о нашей вылазке будет знать только Марбас.

Я не сразу поняла, что смотрю не в зеркало, а на Люца. Вместо падшего на его месте стояла точная копия меня. Разве что одета она была несколько нетипично: в чёрное платье, которое скорее представляло собой искусно обёрнутый вокруг тела кусок ткани. Как я ни старалась – не увидела ни одного шва. Юбка была изящно скошена назад, горловина подчёркивала хрупкость шеи, ко всему прочему волосы были собраны в хвост, украшенный заколкой с драгоценными камнями. Я нервно сглотнула. Кто бы мог подумать, что я могу быть такой сексуальной. Теперь я, кажется, поняла, что хотел видеть рядом с собой Велиал.

– Так, вроде все правильно, – Люц крутанулся, взметнув юбкой и разглядывая себя. Поправил руками причёску, разгладил складки на одежде. Стыдно говорить, но он делал это куда женственней и изящней, чем я. – Всё, быстро переодевайся. Беру нашего страдальца на себя.

Он плюхнулся на кровать и изобразил на лице муки одиночества и безделья.

Я кивнула и скрылась за ширмой, пытаясь как можно быстрее сообразить, как убрать с себя следы дождя, сада, городскую пыль, и ещё что можно надеть из моего гардероба в такую погоду, ведь дворец не везде был тёплый: местами ходили ледяные сквозняки. Одежда Марбаса оказалась безнадёжно испачкана, а в платьях мне было бы очень холодно. Я поздно спохватилась, что зря не попросила Люца хотя бы высушить мои волосы и одежду.

Роберт не стучался. Влетел в покои, словно меня тут должны были, по его мнению, убивать. Мокрый и взъерошенный, он оставлял на полу самые настоящие лужи.

– Нозоми? Где ты? – я даже вздрогнула от его голоса. Такое чувство, что у него паника.

Я едва не ответила ему, но спохватилась, что тут и без меня есть кому с ним поговорить.

– Что случилось?

Люц идеально воссоздал мой голос. До мельчайшей интонации.

– Ты всё это время была здесь? Мне кажется, ты…

– Умирала от скуки, – закончил за него Люц, не давая Роберту договорить.

– Прости, государственные дела. Неужели Гекаты тоже нет? Могла бы взять почитать книгу, там такая огромная библиотека…

Судя по звукам, Люц поднялся с кровати и подошёл к библиотекарю.

– Мне не нужны книги, мне нужен живой человек. Мне ты нужен, глупый. Был бы ты рядом, мне было бы куда лучше.

Господи, как он с ним говорит?! Что он ему говорит?! Я едва удержалась, чтобы не вылететь из своего укрытия и не разбить нос лже-Нозоми.

– Нозоми, ты… – Роберт замолк, не успев задать вопрос. Выглянув из-за ширмы, я едва не зарычала, прям как Велиал, от злобы. Люц в моём облике обвил руками шею библиотекаря и нежно целовал его в губы, приподнявшись на носочках из-за разницы в росте, притянув его к себе. Я беззвучно застонала, хотелось свернуть ему шею за такую самодеятельность. Вот как мне потом объяснять Роберту, что это было маленьким недоразумением, а не тем, что он мог подумать?

– Понял теперь, глупый? – лже-я оторвалась от губ Асмодея.

Роберт с секунду всё ещё был ошарашен происходящим. Однако через мгновение к шее Люца был приставлен ангельский клинок.

– Понял. Где Нозоми?

– Я тебя не устраиваю? – Люц, похоже, совсем не смутился от такого поворота событий.

– Нет, Люц, не устраиваешь. Где Нозоми?

– Ой, вэй… – протянул духовный глава Геенны, принимая свой более привычный для окружающих облик, однако всё ещё оставаясь в платье. Удивительно, но и сейчас оно ему ужасно шло. Видимо, из-за его чрезмерной наведённой женственности. – Ты разбил мне сердце!

Люц аккуратно отвёл серебряное лезвие от своего горла, дабы то случайно не оцарапало нежную кожу, демонстративно вздохнул, видимо, показывая, как ему неприятно слышать, что его отвергли:

– Ладно, раз я тебе не нравлюсь, то я пошёл к себе. Дел прорва, удачного дня! – совершенно неожиданно подросток подхватил юбку и, стуча каблучками по мраморному полу, за мгновение оказался у двери и вышел в коридор, громко хлопнув дверью.

– Идиотизм какой-то, – Роберт наконец пришёл в себя, опустил клинок и теперь смотрел на закрытую дверь.

– Я тут не при чём, он сам всё это придумал, – я наконец-то покинула своё убежище. За время, которое выиграл Люц, я успела лишь стянуть с себя плащ и переодеться в первую попавшуюся под руку футболку. – Я не просила его тебя целовать. И вообще…

Роберт посмотрел на меня. Лицо у него было злым. Впервые я видела его настолько злым. Обычно он держал себя в руках, но сейчас, казалось, что ещё чуть-чуть – и он будет, в лучшем случае, кричать на меня.

– Где ты была? – чуть ли не по слогам задал он мне вопрос. От его тона мне стало холодно, словно сквозняк ворвался в помещение.

– З-здесь.

– Не надо врать, Нозоми. Ты была в городе!

Я молчала, лишь виновато опустила голову. Не хотелось смотреть ему в глаза.

За долю секунды он преодолел расстояние между нами, схватил меня за руку, снял золотой браслет Велиала, потом так же быстро подошёл к дверям, ведущим на балкон, распахнул их, впуская сырой воздух из сада, и бросил браслет на мокрый бетон, на котором виднелись крупные градины, не успевшие ещё растаять. Тишина стояла такая, что мне почудилось, что звук, с которым браслет ударился оземь, был подобен грому.

– Ты разрушила заклятие, – тон Роберта не предвещал ничего хорошего. Он держался рукой за дверь, словно боялся, что земля уйдёт у него из-под ног. Я не видела и не хотела видеть его выражения лица. – Твою мать, Нозоми, зачем ты разрушила заклятие?!

Он развернулся ко мне и замолчал, вынуждая дать ему ответ. Не дождавшись, нефилим с такой силой ударил кулаком о дверной косяк, что стекло жалобно звякнуло и треснуло. Я испуганно отступила назад. Похоже, что сейчас он едва контролирует себя.

– Это не я. У меня не хватит ни сил, ни знаний, чтобы ломать заклятия, тем более, твои или Гекаты. Вы слишком большого мнения обо мне, – наконец прошептала я, хотя точно знала, что он меня слышит.

– Зачем ты ходила в город? Ты же знаешь, что там опасно! – прошипел он, делая шаг ко мне.

– Меня вообще-то Люц туда потащил, – неожиданно мой страх преобразовался в злость. Очередная вспышка слепой ярости от собственного бессилия. Надоело оправдываться, надоело бояться, надоело чувствовать себя слабой и немощной перед этими существами. – При тебе Велиал говорил мне, чтобы я выполняла прихоти этого ненормального! Не надо делать такое лицо, Роберт. Ты слышал. У меня не было выбора. Он дал мне меньше минуты, чтобы добровольно идти с ним, иначе он бы потащил меня с собой насильно. Тебе ли этого не знать. Наверняка тоже был его игрушкой, пока не надоел. Сколько лет? Лет двадцать? А может, и сотню?

– Люц значит… Что ж, я рад, – Роберт неожиданно поднял глаза к потолку, закрыл лицо руками и нервно захихикал. – А то уж думал, ты не усидела на месте и решила нас за что-то наказать.

– Я похожа на сумасшедшую? – огрызнулась я.

– Нет, что ты. Прости, если чем-то тебя обидел… Сама видела, что творится в городе, там, на площади…

Последующий поступок Роберта был крайне неожиданным для меня: он подошёл ко мне, опустился на колени и крепко обнял.

– Я боялся, что тебя узнают и что-то с тобой сделают. Я не знал, что Люц рядом, поэтому боялся. А когда он скрыл тебя от меня и остальных, я решил, что ты в беде, поставил всё Братство на уши. Они, наверно, уже весь город верх дном перевернули из-за тебя. Я боялся тебя потерять, Нозоми. Прости меня. Прости, что накричал. Я идиот, – шептал он. Я растерянно смотрела на него сверху, не зная, что делать: обнять или попросить прекратить, потому что меня это ужасно смутило. Подобного поведения от него я явно не ожидала, но, похоже, он здорово перенервничал. Поколебавшись, я всё же положила руки ему на плечи.

– Всё нормально, Роберт. Теперь уже всё хорошо. Поднимайся. Ты весь мокрый. Простудишься ещё.

Библиотекарь шмыгнул носом, показывая, что уже заболел.

– Ну, прекрасно, – проворчала я. – Теперь придётся тебя лечить. Давай, поднимайся с пола и иди переодевайся. Прими горячую ванну и выпей глинтвейн. Я правильно поняла, что у вас тут его готовят?

– А… Баал любитель, – Асмодей явно не хотел выпускать меня из своих влажных объятий.

– Так, я начинаю терять терпение! Господин Станиславский, поднимайтесь с пола и шагом марш лечиться! Что я скажу королю Велиалу, если по возвращении он обнаружит своего вассала с жаром?

– Скажешь, как есть: после его указа народ так разбушевался, что князю Фурфуру, по счастливому стечению обстоятельств оказавшемуся в столице, пришлось вылить недовольным за шиворот месячную норму осадков, присыпав сверху градом, если вдруг до кого не дошло. Интересно, где всё это время носило Марбаса? Он обожает всяческие разборки, а тут такое пропустил…

Я ойкнула, и тут же поймала на себе удивлённый взгляд Асмодея.

– Я всё объясню! Ты только не волнуйся, ладно?

Марбас сидел в одной из многочисленных уютных гостиных в большом мягком кресле, завёрнутый в несколько шерстяных одеял. На его голове красовалась самая нелепая вязаная красная шапка, которую я только видела в своей жизни. Глава королевской гвардии отстранённо наблюдал за тем, как пламя потрескивает на поленьях, то и дело выпуская сноп искр.

В руках он сжимал не менее глупую керамическую чашку с нарисованным печеньем и надписью «Мило быть милым». Похоже, что кто-то обитающий во дворце любит приносить с собой сувениры с Гайи, причем, чем неуместнее они выглядят в этом мире – тем, на его взгляд, лучше.

Падший громко чихнул, даже не пытаясь прикрыть рот, и отпил из чашки.

– Вот же дерьмо, – проворчал он. – Мало того, что заморозили, вдобавок и ледяной водой потом окатили. Что за день…

Роберт, сидящий по соседству, оторвался от книги, и, сделав удивлённое лицо, словно был не в курсе произошедшего, поинтересовался:

– Это Люц тебя так?

– Люц конечно. Кто ещё морозит… АПЧХУЙ! … Всех направо и налево? – Марбас покосился на меня, сидящую на ковре рядом с Робертом. Мне тоже хотелось немного тепла, поэтому я с радостью составила ему компанию и теперь потягивала с ним на пару горячий свежесваренный глинтвейн. Марбасу же досталось какое-то очередное премерзкое лечебное зелье.

– Бедняжка, – пожалела его я. Глава Братства недовольно заворчал. Он не хотел признаваться остальным, что из-за его оплошности я и Люц смогли сбежать в город, хотя сомнительно, что у него получилось бы в итоге нас остановить.

– Иди ты… АПЧХУЙ блядь!

– Я думала, это ты всех морозишь направо и налево, – призналась я, немного подумав.

– Открою тебе секрет, солнышко, Люц может переписывать заклятия прямо в момент их создания другими, – огрызнулся Марбас и втянул голову в одеяла так, что на свету осталась только шапка.

– Да уж, нам всем до него далеко в понимании мироздания, – Асмодей подмигнул мне. – Никогда не швыряйся в него заклинаниями, хорошо?

Я согласно кивнула. Мне действительно не хотелось ставить такого рода эксперименты.

Марбас тем временем снова высунулся из своего тёплого кокона и теперь прямо-таки пожирал нас взглядом:

– Слышь, голубки, вы когда свадьбу сыграете?

Роберт подавился глинтвейном и чуть было не выронил из рук книгу. Я открыла было рот, пытаясь что-то ему ответить, но не смогла придумать ничего достойного и при этом обидного.

– А то смотрю я на вас, и аж зубы сводит от сахарности ваших сюси-пуси. Тьфу, – продолжил он, наслаждаясь нашими лицами. – И вообще, когда будете тра…

Договорить он не успел, потому что кресло, в котором он сидел, резко опрокинулось на спинку.

– Время игрищ!!! – завопил Люц, упавший с разбегу на Марбаса, который безуспешно пытался выпутаться из плена одеял, на которых теперь красовалось содержимое чашки. Все ещё одетый в платье, глава Геенны выглядел в этой ситуации несколько неуместно. – Мой гномик-ворчун, Марбас!

– Отцепись от меня, психа ты кусок! – орал Марбас, извиваясь не хуже змеи, но Люц уже успел заключить его в объятиях.

– Никому не отдам моего ворчунишку. Вот почему ты такой противный?

– Снимите его с меня! Он блокировал возможность перемещения, – взмолился Марбас, комично дёргая ножками.

– Ну, для начала тебе надо будет попросить прощения, – Роберт поднялся со своего места и подал мне руку.

– Иди в жо… – Марбас не успел договорить, потому что Люц снова упал на него, ударив плечом в живот. – Слезь с меня, изверг, кажется, я сейчас выплюну своё лёгкое.

Мы прошли с Робертом мимо. Со стороны пока что подобные игры не выглядели особо опасными для здоровья. С другой стороны, мне с Робертом не хотелось быть в них втянутыми.

– Может, всё же поможем ему? – предложил уже в дверях библиотекарь.

– По-моему, им очень весело, – я ещё раз посмотрела на парочку барахтающихся на полу падших. – Седит пока не вмешался, значит, всё хорошо.

Кто бы мог подумать, что один из них поднял Восстание и повёл за собой половину ангельского войска. Кажется, я начала понимать, на что рассчитывал Создатель, когда награждал его безумием. Остаётся надеяться, что Люцифер не добьёт главу королевской гвардии. Марбас, конечно, свинья, и я имею право его ненавидеть, учитывая, что именно он убил моего отца, но смерти от щекотки нехорошо желать даже врагу.

*

– Ого! Вы посмотрите только, кто к нам в гости заглянул! – Роберт поднялся из-за стола, чтобы поприветствовать зашедшего в библиотеку падшего. – Фурфур, где ты был? Целую ночь добирался до дворца?

Гость был мне уже знаком со вчерашнего дня. Именно ему я должна быть благодарна, что не оказалась раздавлена разгневанной толпой.

– Приветствую, приветствую! – мужчина пожал руку библиотекарю. – Ну, тебе ли не знать, какая таверна у Леонарда. Там вообще можно позабыть, зачем в Пандемониум приехал, пусть даже по письму его величества, да? Ха! Какие там девочки…

Фурфур ткнул локтем в Роберта, мол, тот должен понимать, о чём речь. Тот рассмеялся в ответ и лишь пожал плечами.

– Эх ты, совсем уже остыл. Как-то быстро перегорел, мой мальчик. Находишь книги интереснее?

– Ну как сказать, – Роберт едва заметно кивнул в мою сторону.

– О, кто это тут у нас? – Фурфур чуть ли не вприпрыжку миновал расстояние между нами, упёрся руками в колени и начал разглядывать меня. – Доброе утро, маленькая леди.

Я смущённо поздоровалась, не решаясь подняться со своего места. Сама не заметила, как настороженно прижала книгу, которую читала, к груди.

– Не стоит бояться князя Фурфура, он не опасен, – подбодрил меня Роберт, возвращаясь за своё рабочее место и пытаясь хоть как-то расчистить стол, чтобы на него уместился чайный сервиз на троих. – Присаживайся, друг.

Падший плюхнулся в свободное кресло и удовлетворённо крякнул. Впрочем, ничто не мешало ему разглядывать меня оттуда.

– Не опасен, если это не касается дел Короны. Тут у меня разговор короткий, – назидательно поднял палец вверх Фурфур. – Я давал клятву и служу Люциферу и Велиалу. Пусть даже они решат, что придётся казнить больше половины Геенны – так тому и быть. Особенно после вчерашнего, не удивлюсь, если мне поступит подобный приказ.

– Вчера они превзошли самих себя. Даже когда Велиал пропал пятьсот лет назад – такого не было. Как с цепи сорвались. Я думал, что дойдёт до мясорубки. К счастью, благодаря тебе, ограничились несколькими заключениями под стражу. Пусть Велиал решает, что с ними делать.

– В городе зависели провокаторы. Оно и ясно: пока Самаэль жив, найдутся те, кто попытается высвободить его и вернуть на трон. Велиалу не стоило щадить его, – Фурфур потёр ногу, проворчав что-то не совсем цензурное себе под нос.

– Всё еще болит? – поинтересовался Роберт, завидев это.

Фурфур отмахнулся:

– Бывает. Обычно когда вспоминаю Самаэля, – мужчина неожиданно улыбнулся. – Или когда он рядом. Своеобразный сигнал о его и его прихвостней присутствии. Право, не стоит беспокоиться. Вещь неприятная, но в работе не мешает. Да и девочки любят интересоваться, откуда я заимел сей мужественный шрам.

– Надеюсь, ты не рассказываешь им всех подробностей, как ты его получил.

– Момент, когда меня выворачивало наизнанку от боли, я опускаю. Портит романтику, знаете ли.

Мужчины рассмеялись.

– Ох, Фурфур, ты не меняешься, – наконец, улыбаясь, сказал Роберт. По его лицу было видно, что ему нравится общение с этим падшим, да и Фурфур вёл себя с ним дружелюбно и более чем позитивно.

– Я как вино – с годами только лучше, – отозвался мужчина.

– В уксус не превратись только.

– Тю… – Фурфур снова переключился на меня. – Ну так, милая девочка. Позвольте с вами познакомиться. Меня, как вы уже догадались, зовут Фурфур. Могу ли я услышать ваше имя?

– Нозоми, – представилась я. Судя по тому, как дружественно Асмодей и Фурфур общаются между собой, учитывая, что Роберта тут больше терпят, чем признают одним из своих, навряд ли он был плохим. Хотя и изгнанный вместе с остальными, не ангел, но всё же лучше некоторых.

– Какое занятное имя, – удивился тот. – Вы из вновь прибывших? Я вот смотрю на вас, и никак не могу понять, на кого вы так похожи. Вроде прослеживаются черты жителя седьмого круга, но не сказать, чтобы прям так сильно. Вы случаем не из семьи Форестали – лесного клана?

– Ты очень сильно промахнулся, Фурфур. Она, если отбросить длинную линию предшественников, внучка Набериуса, – пояснил библиотекарь.

Фурфур аж подпрыгнул:

– Набериуса?! Чего?! Быть не может! Вы их всё-таки нашли! – судя по всему он едва смог удержать себя на месте. – Она точно из рода Казадор? Призраки маркиза Набериуса? И как же? – Фурфур теперь буквально пожирал меня голодным взглядом, но я не могла понять, что его настолько поразило в этой информации. Большая часть падших или морщили нос, когда узнавали, кто я такая, или устало закатывали глаза. Признаться честно, Роберт был прав: и я, и он – лишние во всех трёх мирах. И в Гайе, и в Геенне я была лишь гостем. Интересно, есть ли место, где никто не будет реагировать подобным образом, когда заслышит о моих прародителях. – Асмодей, не томи, я обожаю интересные истории! Совсем засиделся в полях и уже отстал от жизни при королевском дворе. Вчера мне ничего такого не рассказывали в таверне. Лишь то, что Велиал вздумал жениться, и его невеста получила титул лично от Люцифера. А оно вот как всё запутано.

Роберт вздохнул, мне показалось, даже несколько устало, посмотрел на меня, словно ожидая моего одобрения, на что я лишь пожала плечами. Скорее всего, он начнёт свой рассказ с событий, случившихся задолго до моего рождения. Так и получилось.

– Меня тогда изгнали в Гайю, когда Самаэль взошёл на трон, ты в курсе. Уж не знаю, где ты тогда шлялся, но письма об этом наверняка разослали по всем городам и весям.

Фурфур согласно закивал.

– К счастью, Заган поддерживал со мной связь, поэтому я был в курсе происходящего тут, и у меня оставался хоть и удалённый, но какой-никакой доступ к библиотеке и архивам. Я до этого сглупил и не оставил в Гайе копий, поэтому нужной информации для предпринятия каких-либо действий было мало. Катастрофически. А произошедшее с Велиалом – вообще уникальным. Тут я тем более, я совершенный профан в высшей магии и различных ритуалах, – Роберт смущённо улыбнулся и поправил очки. Потом спохватился и показал на заварочный чайник. С книгами и заметками он уже устал разбираться, поэтому попросту сложил их на пол около стола. – Чай? Кофе?

– Не откажусь от кофе. Если можно, то лучше с коньяком.

– А, ну как я мог не догадаться, – Асмодей хмыкнул и щёлкнул пальцами, закрыл глаза, а потом снова посмотрел на нас. – Сейчас принесут.

– Ага, спасибо, – снова закивал Фурфур. – Не отвлекайся, пожалуйста, рассказывай дальше.

– Ну так вот… На чём я остановился? А, да! Казадор не особо приветливый род и очень хорошо скрывались долго время.

– Настолько хорошо, что лично я начал подумывать, что они вымерли.

– Да-да, было и такое, – мне даже показалось, что Роберт рассказывает всё это мне, а Фурфур просто дополняет всякими мелочами, потому что библиотекарь то и дело поглядывал в мою сторону. – Впрочем, то, что периодически наши ряды чудесным образом редели, причём речь шла не о рядовых падших, а о вассалах, указывало на обратное…

Роберта в очередной раз отвлекли от повествования: в дверях появилась прислуга с подносом, на котором стоял чайник со свежезаваренным чаем, несколько чашек, кофейник и бутылка коньяка. Как и полагается, не забыли и о десертах: небольших разноцветных многослойных пирожных, украшенных разноцветной кондитерской мастикой и свежими ягодами. Поставив всё на стол и забрав посуду оставшуюся после утреннего чаепития, женщина поклонилась, поинтересовалась, не нужно ли нам что-то ещё, и покинула помещение.

Фурфур проигнорировал кофейник и просто плеснул в чашку коньяк, покачал туда-сюда, вдохнул его аромат и отпил.

– Отменно! Велиал всегда знал толк в выпивке, – похвалил он, потом поймав на себе красноречивый, поверх очков, взгляд Асмодея, фыркнул. – Ну пардоньте, манерам не обучен. Я ж дикий демон, или как там меня наши прозвали?

– Вообще-то вольный, – поправил его нефилим, наливая и протягивая чай мне.

– Во-во! И вообще, за Увалла, – Фурфур поднял чашку и отпил. – Хороший был парень.

Асмодей кивнул и тоже глотнул коньяка, который едва успел налить, потому что гость говорил достаточно быстро и то, что он начнёт кого-то поминать, оказалось для меня полной неожиданностью. Поморщился, в отличие от князя. Ему явно был не особо по душе крепкий алкоголь, да и я ни разу не видела, чтобы он пил с утра что-то крепче кофе. У него вообще прослеживалась какая-то маниакальная, почти как к книгам, любовь к чаям: в Гайе, в общежитии школы я заметила, что у него огромная коллекция. Иногда казалось, что пришла в чайный магазин – хочешь чёрный? Без проблем. Травяной? Матэ? Ройбуш? Можно и белый. Зелёный, может, хотите? Есть чистый с разных плантаций и разных сезонов, есть с добавками: жасмин, липа, мята. Матча? Можно добавить молока. А может вы любите жёлтый? Или красный?

Мне казалось, что если хорошо попросить, то Роберт мог и японскую чайную церемонию провести.

– Последний раз я слышал о том, как Густав Казадор шороху навёл хорошо так, с кем же он тогда сцепился… Эх, память… – Фурфур постучал пальцем по подбородку, со стороны это выглядело даже забавно. У него была необычная мимика: совершенно ненадменный и даже слишком раскрепощённый, при этом он никого не оскорблял своим поведением деревенского простака, в отличие от наглого Марбаса, который скорее был похож на хама – разве что на ковёр не сплёвывает.