Текст книги "Демоны внутри. Тёмный трон (СИ)"

Автор книги: Umnokisa

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 48 страниц)

– Такому не один день учат, – объяснила мне любовница Велиала, вздохнув и глядя на меня, как на лабораторную мышь, на которой ей предстоит ставить огромное количество опытов. – И даже не месяц. Поэтому очень прошу тебя отложить все дела и уделить время мне. В конце концов, мы в одной лодке, и я не хочу потом видеть, как Велиал в приступе злости из-за очередной твоей выходки разносит весь кабинет.

Мой кошмар начался по-новому. Когда ангелы и Люций проснулись, то, найдя меня в компании Мары в одной из гостиных, какое-то время находились рядом, повторяя что-то за нами, потом им это надоело. Остаток вечера до ужина я продолжала бесконечную череду книксенов, реверансов и поклонов, на случай, если кто-то из гостей увидит меня в одежде Братства, потому что я категорически отказалась от неё избавляться. Мара легонько хлопала меня по спине, заставляла держать спину прямо и балансировать с книгами на голове. Ужин прошёл в том же духе, что несказанно расстроило Фурфура.

– Мы теряем лучших, – объявил он, многозначительно переглянувшись с Марбасом, которому было так же наплевать на правила, и мало того, что он ел мясо, пользуясь вилкой для салата, так ещё и разделывал его своим ножом, игнорируя столовый. Наёмник хмыкнул и подмигнул мне, видимо, с целью приободрить.

Но легче от этого не стало, потому что последующие два дня продолжались всё в том же духе: Мара будила меня ни свет ни заря и с самой первой минуты следовала за мной, словно тень. Она решила, что мне неплохо бы научиться краситься, поэтому за завтраком я то и дело ловила на себе растерянный взгляд Роберта, который явно пытался понять, что со мной не так. Да уж, с его-то трудоголизмом до него дойдёт, что произошло с моим лицом, далеко не сразу, может быть даже не сегодня. Если, конечно, не забудет о такой мелочи.

Зато Мара такое внимание с его стороны ко мне заметила, и словно давняя подруга хихикала потом, когда мы остались одни, пытаясь доказать мне, что красота всё же страшная сила, если уметь ею пользоваться, раз даже такой, как Роберт, что-то заметил. Конечно для меня это был так себе аргумент, но я подумала, что в целом сопротивляться нет смысла: во-первых, Маре явно симпатизировало моё доверие к ней, во-вторых, тратить силы на выяснение отношений мне не хотелось.

Риа изредка появлялся рядом, чтобы проверить, как у меня дела, пару раз попытался меня выручить, пытаясь утащить на тренировку, но фаворитка даже слушать его не стала – захлопнула дверь перед носом, объявив его предателем короны, если он считает, что размахивание мечом принесёт на балу больше пользы, чем минимальное понимание правил поведения и хорошая осанка. Телохранитель попробовал ещё немного возмущаться и угрожать тем, что Марбаса это наверняка взбесит настолько, что он прекратит тренировки вообще, но на Мару это не произвело никакого впечатления.

На третий день я уже хотела выть: стоило мне только открыть глаза, как Мара без стука и разрешения появилась у кровати и объявила, что нам пора. С видом покорной овечки я плелась за ней всё время: сначала к туалетному столику, потом завтракать, потом на занятия. В моменты, пока я сотый раз выполняла реверанс, она рассказывала очередную историю о ком-то из гостей, которую, по её мнению, мне необходимо было знать. Например, по её мнению, я должна была поинтересоваться у советника короля Пурсона, который намеревался совершить визит вежливости, как продвигаются его изыскания в создании новых сетей для удержания грешных душ в одном из регионов. Ему это, видите ли, очень льстит, потому что никто, включая Гекату, не обращает на него никакого внимания и не признаёт его трудов. На самом деле он действительно тратил время в пустую, но упорно отказывался прислушиваться к остальным, решив, что знает лучше, и будучи абсолютно уверенным в том, что в итоге одержит победу.

После обеда я не выдержала и демонстративно отмахнулась от очередного круга мучений, объявив, что мне нужно присесть и перевести дух.

– Присаживайся, конечно, только учти, что когда всё произойдёт, всем будет всё равно, насколько ты устала. Почему бы тебе не использовать души? Я заметила, что у тебя достаточно энергии, – неожиданно легко согласилась со мной Мара.

Я с большой неохотой призналась ей, что не контролирую их использование, хоть и понимаю многое относительно принципов магии в этом мире. На самом деле мне было страшно, что они могут выйти из-под контроля, и очень повезёт, если я ничего не уничтожу при этом и никого не убью.

– А… – протянула Мара, делая вид, что её расстроило моё бессилие. – Да уж, сочувствую. С другой стороны, это не продлится вечно. К счастью для нас всех, ничего не длится вечно, правда ведь?

Я растерянно моргнула, не поняв, что имела в виду фаворитка короля, только вот мой внутренний голос буквально взвыл, предупреждая об опасности. Мара продолжала сидеть в кресле напротив, беззаботно улыбаясь, и казалось, что ничего не изменилось. Заметив моё внимание и, видимо, как-то изменившееся выражение лица, она потянулась ко мне, едва заметно улыбаясь, с вопросом, что случилось, но я не успела ей ответить – фаворитку короля отшвырнуло в сторону и ощутимо ударило о стену. Я в ужасе обернулась, ожидая увидеть злого Марбаса, как предупреждал Риа, но вместо него со стены сползала чёрная тень. В ту же секунду в плечо Мары вонзилось что-то острое, отчего она вскрикнула, хватаясь за рану.

Я вскочила, но по мне хлестнула волна магии, делая подсечку, отчего я оказалась на полу, беспомощно запутавшись в платье. Вытянув руку, материализовала меч, хотя понимала, что в таком положении он совершенно бесполезен – Тень в состоянии убить меня, даже не приближаясь. Страх заставил пробудиться интуитивную магию, которая, вырвавшись на свободу, раздробила в щепки стоящую вблизи мебель и разбила все окна с хрустальными люстрами. Доли секунды хватило для того, чтобы привести в замешательство ассасина. Я ожидала, что Мара вмешается, но она оставалась за моей спиной, сыпля проклятиями и сетуя на рану, словно это было важнее того, что нам вот-вот снесут головы.

– Мелкая сучка, – прокомментировал Тень, когда осколки взмыли в воздух и устремились в его сторону, словно разъярённый рой ос. Обернувшись туманом, он рванулся на меня, но я неожиданно для себя вспомнила о поединке Риа и Марбаса и каким-то чудом умудрилась коснуться края тумана, пустив по нему волну ледяной магии, которая в ту же секунду заставила незнакомца отшатнуться и принять обратно материальную форму. Осколки, вновь найдя потенциальную цель, принялись виться вокруг него. Понимая, что нельзя больше медлить, ожидая от меня очередной неприятный сюрприз, ассасин рванулся на меня, замахиваясь коротким мечом.

Всё, что я хотела – это молить о помощи, неважно, кого: Роберта, Марбаса или даже Велиала, – но я не успею даже рта раскрыть, да и им придётся потратить время для того, чтобы понять, в какой из гостиных мы находимся в этот раз: Мара каждое новое занятие меняла дислокацию, словно путая тем самым остальных.

Меч начал неумолимое движение, но совершенно неожиданно замер: руку ассасина оплела золотая цепь, и в тот же момент из груди незнакомца показалось острие огненного меча, который без особого сожаления провернули и дёрнули вверх, распарывая плоть до самой головы. Тень издал звук, который походил на проклятие, и рассыпался углём, с едва видным в дневном свете мерцанием затухающей жизни.

Велиал тяжело дышал, глядя на меня сверху вниз. Окинул взглядом, хоть и знал, что я не ранена, потом протянул мне руку и молча, рывком, поднял на ноги.

– МАРБАС!!! – заорал он в пустоту.

Наёмник появился не сразу, и вначале его выражение лица было таким, словно он собирался шутить и издеваться, но завидев хаос, который царил вокруг: разбитую мебель, Мару, которая держалась за окровавленное плечо, и гору пепла – лишь открыл рот и вытаращил глаза.

– Какого… Какого хуя? – единственный вопрос, который он смог задать, быстро приблизившись ко мне, но Велиал не позволил даже прикоснуться, вытянув меч и отгораживая меня.

– У меня точно такой же вопрос, шваль, – прошипел он. – Что тут, папаша тебя подери, было? Ты и твои дружки решили убить Нозоми?

– Ч-чего?! – Марбас отшатнулся от нас и закрутил головой, пытаясь понять, что тут произошло. – Ты рехнулся?!

– Это вы рехнулись, – огрызнулся Велиал, замахнувшись, явно намереваясь порешить Марбаса на месте, но Заган, распахнувший двери гостиной, заставил повременить с казнью.

– Что случилось? – второй из королей быстрым шагом подошёл к нам, проигнорировав меня и впёршись взглядом в Мару, словно её слова имели больший вес в сложившейся ситуации. Та лишь отняла руку от плеча и продемонстрировала ему рану. – Кто это был?

– Тень, – прошептала она, со страхом глядя на Марбаса. – Это был Тень.

– Ты его знала? – Велиал зло пнул груду пепла, словно та ещё могла что-то ему сделать. Я замотала головой. – Видела раньше? Можешь вспомнить?

Ответов на его вопрос я дать не могла, лишь впёрлась взглядом в то, что осталось от падшего ангела и смотрела, как медленно тлел ковёр, распространяя по помещению тошнотворный запах палёной шерсти. Я и не заметила, когда рядом с нами появились Фурфур, Роберт, Седит и Кло.

– Тех, кто ответственен за этот коридор – в темницу. Они должны были быть на посту, – выплюнул Велиал, схватив меня под руку намного грубее, чем следовало бы, отчего я застонала. – Мару – туда же. Асмодей, подготовь документы на казнь.

Все, как по команде, посмотрели на короля, а потом на его любовницу. Та ошарашенно моргнула пару раз, после чего ринулась к Велиалу, словно это могло ей как-то помочь:

– Ты что, думаешь, я виновата? Велиал, я никогда такого не сделала бы, – закричала она, но Кло и Седит достаточно ловко перехватили её, не давая приблизиться к нам, и, несмотря на все попытки отделаться от них, держали крепко, явно не видя разницы между ангелами и любовницами короля. – Велиал, одумайся!!! Всё не так… ВЕЛИАЛ!!!

Роберт встрепенулся, выходя из ступора:

– Ваше величество… – начал было он, пытаясь отговорить короля от такого решения, но закашлялся, схватившись за горло. Велиал вовремя спохватился, не позволяя магии придушить своего же советника, и зло кивнул на выход, заставляя не медлить. Роберт поклонился и быстрым шагом покинул помещение.

– В таком случае, почему ты жива? – поинтересовался король, даже не глядя в сторону Мары, наконец решив ответить ей на нескончаемые причитания и попытки вырваться из цепкой хватки Теней. – Твоё ранение несущественно. Даже если ты не предатель, то ничего не сделала, позволяя убить её. Я расцениваю это таким же проступком. Уберите её с глаз моих, пока не прикончил на месте.

Я в ужасе смотрела, как Мару волокут прочь, отчего в памяти всплыли недавние картины суда над ангелами, когда те смотрели мне в глаза, пытаясь найти спасение хотя бы с моей стороны. Но во взгляде Мары в отношении ко мне была лишь ненависть и презрение, а все слова были адресованы Велиалу, с просьбой одуматься.

Когда Велиал снова заговорил, вздрогнула не одна я:

– Найдите Гекату, – прошипел он, устремляясь к выходу и уводя меня следом. Я думала, что мы пойдём в покои или к Люциферу, но вместо этого Велиал направился к себе в кабинет, где толкнул меня на диван, сам же занял место у стола, перебирая документы и швыряя их обратно. Казалось, что таким образом он пытается отвлечься, чтобы окончательно не потерять контроль над своими эмоциями: внутри меня бушевал коктейль из страха и ярости, отчего мне хотелось выпотрошить пару подушек, возможно даже голыми руками.

Геката появилась в течение нескольких минут. Видимо, по пути ей рассказали, что произошло, потому что лицо её выражало беспокойство, хоть и сдержанное. Марбас топтался у двери, не зная, что делать и что говорить, потому то и дело тряс головой и дёргал рукой. В голове у меня стоял галдёж: Тени словно не понимали, как такое могло произойти, и почему один из них пошёл против воли главы Братства и Тёмного трона.

– Что бы ты мне сейчас не сказал, я не знаю, как это произошло, – наконец не выдержал Марбас, делая шаг к Велиалу.

– А кто знает? – язвительно передразнил тот, оборачиваясь и награждая таким взглядом, что у меня засосало под ложечкой. – Твой подчинённый, отвечать тебе.

– Все мои подчинённые, ответственные за дворец и Пандемониум – живы и… – Марбас явно собирался добавить «на местах», но не стал подставлять себя ещё больше.

– Тогда кто это такой, потрудись объяснить.

– Брось, ты лучше меня знаешь, что нельзя запомнить по именам и в лицо всех, кем ты руководишь. Мы выясняем, откуда он взялся, – неохотно признался ассасин. – И кто отвечает за его появление тут. Если бы ты его не убил…

– ЕСЛИ БЫ Я ЕГО НЕ УБИЛ, ОН УБИЛ БЫ МЕНЯ! – закричал Велиал, впервые за долгое время теряя терпение. – И ВИНОВАТЫ В ЭТОМ ВЫ ВСЕ, МАРБАС!

Марбас оскалился в бессильной злобе, сделал было шаг назад, но золотая цепь оплела его горло и вздёрнула вверх, к потолку, душа, а потом с силой ударила о пол, снова о потолок и снова о пол, оплетая каждый раз всё сильнее и сильнее, не давая вырваться.

– ТЫ И ТВОИ ПОДЧИНЁННЫЕ!

Велиал выпустил наёмника и шагнул к нему, теперь лежащему на полу и явно придавленному заклятием, потому что как не пытался Марбас, подняться у него не получалось. Голос короля звучал тихо, но от этого был ещё более пугающим:

– Я дал тебе власть и политический вес, о котором ты и не мечтал, отродье. Поставил тебя рядом с Троном и разрешил размахивать мечом в любой момент, когда ты только пожелаешь, и так ты мне отплатил? Орфаниэль был прав – ты совершенно бесполезный кусок дерьма.

Мне померещилась тень обиды, которая промелькнула на лице Марбаса, стоило ему услышать это.

– Велиал, не вздумай его прикончить, – спокойным голосом напомнил ему Заган. – Иначе тебе придётся иметь дело с остальными. Марбас, конечно, болван, но не настолько, чтобы убивать тебя так открыто, подставив под удар всё Братство.

Король выдохнул, пытаясь успокоиться, но вышло плохо. Если снаружи он выражал презрение и холод, то мне до сих пор хотелось дубасить всё, что вижу, без разбору. Хуже всего, что как раз я его эмоции и выдавала, потому что сама не заметила, как прорвала ткань юбки, которую комкала пальцами, после чего психанула и дёрнула её ещё сильнее, злясь на то, что из-за неё не могла подняться ранее. Треск рвущейся ткани обратил внимание всех присутствующих на меня, на что я тут же честно высказала всё, что думаю, правда, большая часть состояла из нецензурных слов, которые не несли никакой смысловой нагрузки, разве что должны были передать моё состояние более доходчиво, если до кого-то ещё не дошло, насколько мне плохо.

Велиал поморщился от всего этого и снова посмотрел на Марбаса:

– Выясни всё, падальщик. Иначе присоединишься к своим друзьям в темнице, а потом на эшафоте. Найди всех, кто причастен к этому, и притащи ко мне на ковёр. Носом землю рой, но найди их, и притащи в зубах, как послушный пёс, – прорычал он, после чего добавил. – Живыми. Мне не нужны вымышленные ничего не говорящие имена в бесконечных отчётах.

Марбас коротко кивнул, поднимаясь с пола. Я думала, что он или растворится в воздухе, или уйдёт, громко хлопнув дверью, но тот, покачиваясь, подволакивая правую ногу и держась за руку, на которую пришлось больше всего ударов, молча покинул кабинет, тихо закрыв за собой дверь. На ковре и на полу остались чёрные пятна крови. Мне хотелось догнать его и сказать, что не считаю его виноватым в произошедшем, но я понимала, что Велиал не простит мне, если я начну оспаривать его решения. Это мог делать кто угодно в этом кабинете, но только не я.

Фурфур прокашлялся, привлекая внимание к себе. Он стоял, опершись на спинку кресла, в котором сидел Заган, и то и дело потирал болящую ногу.

– Велиал, я всё конечно понимаю, но вот так вот с размаху бить по Братству, – как можно более спокойным голосом произнёс он, хотя было видно, что для этого князю приходится прилагать немало усилий.

– Я пустил их в свой дом, дал им еду, работу и кров, дал своё покровительство и власть, доверил им свою жизнь, и вместо благодарности меня укусили за руку. Даже если это не дело рук верхушки их правления, если к этому не причастен ни Марбас, ни Седит, ни остальные, они виноваты в том, что не уследили. Они пустили убийцу на порог, разрешили прогуляться по коридорам. Где гарантия, что с такой охраной я завтра вообще проснусь, что меня не зарежут ночью?

– Вы уверены, что их целью был именно вы? – поинтересовалась Геката, которая сидела рядом со мной. – Мара проявляла немалый интерес к девочке, и попытка избавиться от неё, подстроив покушение, в котором она для виду и сама пострадала, – вполне правдоподобная версия.

– Мара – дура, но не настолько, чтобы так подставляться, – возразил Заган.

– Она любит Велиала, а когда любят, то восприятие реальности несколько искажено, – настаивала на своём Геката.

– Милая, тебе нассали в уши. Нормальная, адекватная любовь не влияет на критическое мышление, – хмыкнул Фурфур, в ту же секунду поймав на себе раздражённый взгляд магички, но извиняться за столь грубые слова не стал. – Но ведь Мара не в курсе, что у нашего короля и нашей хорошей девочки такие проблемы? Или я что-то упускаю из виду? Возможно, Геката права, потому что Мара недолюбливает и шайку Марбаса, а тут можно просто двух зайцев прикончить за раз.

– Я не желаю слышать это имя больше, – проворчал Велиал, проходя обратно к своему рабочему столу и устало плюхаясь в кресло. – Геката, что с заклятием, о котором я тебя просил?

Магичка кивнула и поднялась со своего места, подходя ближе:

– Есть кое-какие наработки, но это всё теория, ваше величество. Расчёты на бумагах, сами понимаете, – спокойно сказала она. – Этот случай уникален, и мне попросту не на ком ставить эксперименты.

Без капли стеснения она покопалась среди пергаментов, которые в огромном количестве были свалены на столе, и, найдя нужный, протянула его королю. Тот, пробежавшись взглядом и явно ничего не поняв из того, что было написано, задал прямой вопрос:

– Ну хоть что-то полезное есть?

– По моим расчётам, могу предположить, что знаю, как не давать вашим эмоциям и ощущениям смешиваться, но разделить всё ещё не могу.

У меня зародилось нехорошее предчувствие, что речь на самом деле о нашем с падшим резонансе.

– Вероятность успеха?

– Чуть больше семидесяти процентов, – Геката обернулась на меня, на мгновение встретившись взглядом, словно что-то проверяя. Велиал проследил за её взглядом.

– Уже неплохо. Тогда проведём этот ритуал сегодня же.

Геката замерла, явно в панике обдумывая, как отказать королю в столь поспешном решении.

– Простите, что вмешиваюсь, – подала голос я, скромно поднимая руку, словно была в кругу преподавателей, но никак не друзей и знакомых. – Что за ритуал?

– Я собираюсь отгородиться от тебя всеми возможными способами, – ответил за магичку Велиал, недобро глядя на меня. – Мне надоело чувствовать себя истеричной малолеткой. Мне надоело, что ты копаешься в моей голове, когда тебя не просят, надоели твои игры. Ты мне осточертела, Казадор, настолько, что мне не хватит никаких слов.

– Но ведь семьдесят процентов это мало… – пробормотала я, понимая, что сейчас Велиал говорит более чем серьёзно. За время нашего знакомства я постоянно его подставляла, и нет ничего удивительного, что терпение падшего лопнуло, как только он понял в полной мере, какую опасность я для него представляю: он находится на грани, а мои эмоции лишь сильнее подталкивают его к краю внутренней пропасти. – Что будет в случае неудачи?

– В лучшем случае один разум поглотит другой. Полагаю, что Велиал в таком случае выживет, – Геката ещё раз посмотрела в бумаги, которые пестрили графиками, формулами и огромным количеством текста, который предполагался для расшифровки всего написанного. – Но нет никакой гарантии, что вы не погибнете оба.

– Семьдесят процентов это как пятьдесят и ещё двадцать. В нашем случае – это двадцать с хвостиком. Уже немало, – вяло ободрил меня Велиал, после чего обратился к Гекате, не дожидаясь, когда до меня дойдёт всё происходящее. – Подготовь всё для ритуала. Я бы хотел избавиться от занозы в своём разуме до заката. Через час начнём.

Магичка открыла было рот, чтобы возразить ему, отговорить, но в итоге промолчала, лишь поклонилась и неожиданно торопливо ушла. Фурфур неодобрительно заворчал, что Велиал несносный идиот, который сначала делает, а потом думает, но тот достаточно холодно предупредил, что не намерен слушать его, и, если князь соскучился по темницам, то он без проблем организует ему проживание там.

– Убирайтесь все, я никого не хочу видеть, – Велиал закрыл лицо руками и замолчал, показывая тем самым, что разговор окончен.

*

Я была уверена, что знаю, как чувствует себя жертвенный ягнёнок, которого ведут к алтарю, чтобы зарезать во славу какого-нибудь божества. Фурфур и Заган шли рядом, хмурились и молчали. Сейчас я понимала, что на самом деле они примерно одного возраста: маска доброго и неунывающего весельчака спала, князь едва сдерживался, чтобы снова не объявить Велиалу, что тот идиот. Или что он там о нём думал? Но мне было всё равно. Я не знала, как быть: завизжать и попытаться сбежать? Но тогда меня поймают и притащат назад силой. А если всё же сбегу, то где гарантия, что те, кто пытался меня убить до этого, не ждут где-нибудь поблизости?

Во рту появился металлический привкус, а голова казалась ненормально тяжёлой, ноги стали ватными. Хотелось просто остановиться, сесть в углу и сжаться в крохотный комочек, чтобы никто не нашёл. А ещё я не могла понять, какие из настроений сейчас принадлежат мне, а какие Велиалу.

– Он считает, что его предали, – пробормотала я, непонятно к кому обращаясь, глядя себе под ноги и мысленно пытаясь отвлечься тем, что считала шаги. Возможно, до собственной смерти. Вот я уже сделала сто семьдесят восьмой шаг, сколько ещё?

Что бы Велиал ни говорил, он любил Мару. По-своему, но любил. Или даже нет, не так. Он уважал её, понимая, что она жертвует чем-то для него, какими-то личными принципами. Невозможно быть шлюхой короля, не имея хоть капли самолюбия. С её гонором, она всё равно многое положила к его ногам, многое прощала. А потом в одночасье Велиал понял, что всё это не стоит и гроша – она разменяла его приказы, просьбу. Но он лишился близкого ему существа, сам же затянул удавку на её шее. И эта смесь отчаянья и боли накрыли меня с головой, я едва не плакала, хотя мне было совершенно всё равно, что будет в итоге с фавориткой короля, потому что я помнила её странный взгляд в момент, когда всё произошло, помню, как она проигнорировала опасность, стоя за моей спиной, словно дожидалась, когда со мной покончат.

Теперь же он сам решил покончить со мной. Семьдесят процентов на успех. Наученная компьютерными играми, я понимала, что с моей удачей мне скорее выпадет любое число из оставшихся тридцати. Или Велиал поглотит меня, или мы оба погибнем. Изо всех сил я пыталась отмахнуться от этих мыслей, но раз за разом они лишь крепли.

Риа появился на нашем пути неожиданно. Я едва удержалась от того, чтобы вскрикнуть. Вид у него был неважный, словно ему тоже досталось от кого-то. Как-то сразу я поняла, что на деле это он пытался отделаться от кого-то, но его насильно удерживали.

– Что случилось? Ты в порядке? – телохранитель положил мне руку на плечо, и, несмотря на всю замогильную сырость, что исходила от его одежды, я почувствовала себя лучше. Она всё больше ассоциировалась у меня с доверием и спокойствием: я чаще ловила себя на мысли, что воспринимаю Теней, как семью. Взбалмошную, не всегда добрую, но они были мне в какой-то степени близки. Может, сказывалось то, что в Геенне и Эдеме их считали такими же монстрами, какими Орден считал меня или Роберта. Впрочем, их это не сильно волновало: их было много и общаться им было с кем. – Я сотню раз предупреждал Седита, что тебя нельзя надолго оставлять одну, но разве он послушает? Отвечал, что с тобой ничего не сделается за пару часов, тем более вокруг столько братьев. Нозоми, мне так жаль…

– Брось ты, я живая, а ты словно меня уже оплакиваешь, – отмахнулась я, принимая как можно более беззаботный вид.

– Мне стоило быть настойчивее, – отрицательно мотнул головой ассасин, и посмотрел на Фурфура и Загана. – Что с Марбасом? Он вернулся к нам такой, словно его когтями драли.

Король и князь переглянулись, видимо решая, насколько Риа можно доверять такие вещи. Но всё же решили рассказать, посчитав, что тот достаточно много времени проводит в моём обществе и о многом знает и без того.

– В общем, ему повезло. Велиал хоть и злой, но пока ещё вполне себе трезво мыслит, – заключил Фурфур, в итоге улыбнувшись, хотя от его улыбки хотелось плакать.

– Евины потроха… – пробормотал Риа, закрывая лицо руками, хотя в этой не было никакой необходимости из-за платка. – Какое дерьмо. Может, есть способ его переубедить? Мне не нравится эта идея. Я слышал, что Марбас проводил как-то ритуал с Нозоми, хоть тогда всё прошло, к счастью, удачно, но не ставить же теперь эксперименты.

– Не то слово, – согласился с ним Заган. – Но Велиал не успокоится. Я пытался с ним поговорить, но он вбил себе это в голову, ещё когда у него заболел правый бок.

Я сразу поняла, что речь идёт о том моменте, когда я схлопотала мечом по селезёнке, поэтому покраснела.

– Ты его здорово подставила. Он не имеет права на слабости и болезни, во всяком случае сейчас, а в результате резонанс увидели все, кто был рядом, – продолжил король, глядя на меня. – Отшутился, конечно, но в другой раз такое уже не пройдёт. Нам повезло, что с отъездом королей и прочей шушеры во дворце, скорее всего, не осталось информаторов, которые помогли бы сопоставить оба момента и донести остальным королям очень интересный факт. В какой-то степени я поддерживаю сейчас Велиала, хоть и не полностью. Это риск, но я уверен, что они справятся.

До меня не сразу дошло значение слова «они» в конце. Заган это про меня и Велиала? Про меня же? С тех пор, как я прожила какое-то время в его поместье, он начал относиться ко мне более дружелюбно, и это было видно невооружённым взглядом. До любви, как к Велиалу, было очень далеко, но Заган, похоже, нашёл какие-то личные причины не гнобить меня всякий раз и делать бесконечные скидки на мой возраст и упрямство. Хотя, как по мне, до упрямства Велиала и выкидонов Марбаса мне было очень далеко.

– Если тебе кажется, что мне нравится жить на две жизни, постоянно оглядываясь на реакцию твоего братца, то ты сильно ошибаешься, – честно ответила я Загану. – И копаться в его воспоминаниях мне тоже не в кайф. Знаешь, он плаксивый не меньше моего, разве что делает это внутри, а не как я – у всех на виду.

– Все мы плаксивые, только каждый о своём, – горестно вздохнул Фурфур, а когда я посмотрела на него, то добавил, ничуть не смущаясь: – Скучаю по женской ласке, вину и чистому воздуху.

– Кто о чём, а ты про выпивку, – отмахнулся от него Заган. – Это называется алкоголизм, уважаемый.

– Я люблю выпить, – согласился с ним князь. – Некоторые называют это алкоголизмом, но нет. Я люблю вино и женщин искренне и нежно. Это называется страсть, друг мой.

Заган как-то странно посмотрел на своего «друга», но в итоге промолчал.

– И что мне теперь делать? – тихо поинтересовалась я. Страх от ожидания непонятно чего никуда не делся и неплохо так играл на нервах. – Я не хочу умирать.

– А ты и не умрёшь. Я более чем уверен в силах и навыках Гекаты. Она что хочешь сотворит при помощи магии, ну кроме нормальных отношений, – заверил меня Фурфур. – Пойдёмте, выпьем. Нет никакого настроения торчать в коридорах на сквозняке.

Помедлив, я всё же кивнула. Мысль о том, чтобы утопить свои страхи в алкоголе, нынче не казалась мне бредовой. В любом случае есть шанс, что опьянение резонансом перекинется на Велиала, и он или подобреет, или уснёт. Последний исход казался мне идеальным: я была более чем уверена, что заклятие, которое он решил испробовать на нас, зависит от многих факторов, в том числе положений небесных светил, а значит, завтра придётся делать расчёты заново, а там, может, король и вовсе передумает.

Роберт появился в нашем обществе лишь на минуту, чтобы обнять меня и заверить, что всё будет хорошо:

– Я постараюсь переубедить Велиала, – пообещал он мне, хотя уверенности в его голосе не было. – Постарайся пока быть ниже травы и тише воды, а то он не в духе. Я только принёс ему приказы на подпись, он едва не сожрал меня с потрохами.

– Буквально? – поинтересовался Риа, который парил за моей спиной всё время, пока я сидела в столовой в компании второго из королей и князя и потягивала вино, ожидая свою участь.

– На полном серьёзе, – Роберт подтвердил свои слова, хмурясь. – Меня отправляют в Гайю в течении пары ближайших часов, как только Велиал закончит возиться с какими-то письмами, поэтому вечером меня тут не будет, но есть шанс, что к этому времени он остынет.

– Не остынет, – я залпом осушила бокал, медленно, но верно идя к цели напиться до бессознательного состояния. Либо это вообще спасёт меня от применения ритуала, либо же я не замечу, как помру. Никто из присутствующих не находил мою идею отвратительной, поэтому уже очень скоро мой язык начал заплетаться. А ещё очень хотелось попросить у Риа экстракт жуков. – Знаешь, пусть делает, что хочет. Мне надоело, что он постоянно выставляет меня виноватой, как будто у меня нет права жить свою собственную жизнь. Я, между прочим, смертная, и у меня нет миллиона лет в запасе!

– Нозоми, тише, – улыбнулся Роберт, целуя меня в лоб. – Ты уже успела перебрать.

– Я знаю! В том и смысл! – рявкнула я, наливая вино в бокал так, что часть оказалась на скатерти. Меня снова накрыла волна злости и усталости. Прислуга хотела было вытереть всё, но я прогнала её из столовой, заверив, что в гробу видела чистоту и всё прочее. В её присутствии мы всячески обходили в разговоре проблему резонанса, и как только она покинула помещение, я облегчённо вздохнула, выпуская из узды эмоции. – Ненавижу это всё. Велиала особенно ненавижу. Но за что его винить в данном случае? Если бы не он, не подоспей он вовремя…

– Малыш, я вернусь и возьму отпуск, чтобы быть с тобой больше времени, хорошо, – прошептал мне на ухо библиотекарь, но я лишь кивнула. Новость меня не радовала и не заряжала позитивом, как он вероятно надеялся, обещая мне подобное. – Держи себя в руках, не раскисай. Нельзя. Сейчас уж точно нельзя.

– Будь сильной, будь смелой, будь и такой и сякой, – проворчала я, втягивая голову в плечи, уворачиваясь от его очередной попытки меня поцеловать. – Всё вам так легко и просто даётся. Стратеги чёртовы… Ненавижу.