Текст книги "Демоны внутри. Тёмный трон (СИ)"

Автор книги: Umnokisa

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 48 страниц)

Падшие спорить с его решением не стали: молча развернулись и ушли подобру-поздорову, решив, что лучше сделать это самостоятельно, пока Марбас не выкинул очередной финт или вообще не убил их. Оставшиеся молча взирали на коротышку, кто-то пытался залечить полученные от него травмы.

– Кто-то ещё хочет свалить? Зачем терять время на то, что заведомо не нравится, – поинтересовался тот, переводя взгляд с одного падшего на другого. – Поверьте, я та ещё мразь, и вам вряд ли понравится находиться в моём обществе, только если вы не мазохист, садист и ебанутый на всю голову садомазохист. Кто-то из присутствующих пребывал ранее в чинах Властей, Сил или Господ? – ответом было молчание. – Ясно, опять садовников сослали. Что ж. Если вопросов больше нет, то передаю вас Кло, – уже знакомый мне ассасин вышел вперёд и встал рядом с Марбасом. – Зайчик, объясни им всю кухню, и что их ожидает. Потом ещё раз уточни, готовы ли они так убиваться из-за всякой херни. Дальше уже разберётесь. Надо натаскать детвору, чтобы крови не боялась и кишок.

– Думаю, марш-бросок через леса восьмого круга без оружия помогут им разобраться в своих желаниях и во взглядах на жизнь, – Кло кивнул, после чего снова перевёл взгляд на новичков.

Марбас пошёл к выходу, и не думая их обходить, отчего те вынуждены были расступаться в разные стороны. Теперь на него смотрели с едва скрываемым страхом и уважением, хотя десятком минут ранее воспринимали как выскочку и конкурента. Седит последовал за главой, заметно хромая. Его походка была болезненно тяжёлая, и, глядя на него я ожидала заметить кровавый след, который бы оставался на траве в том месте, где прошёл падший. Но крови, к счастью, не было.

– Спускайся, солнышко. Я разогнал эту стаю шавок по углам, и дядюшка Кло отпиздит копьём всякую из них, кто попробует ещё раз толкнуть невесту его величества, по совместительству маркизу Тёмного трона, – Марбас подошёл к стене, на которой сидели я и Риа. Заслышав мой титул, новенькие побледнели, пытаясь, видимо, припомнить, кто из них успел зацепить меня в пылу драки.

Риа помог мне спуститься вниз, а Марбас заботливо поймал, чтобы я не ударилась о землю, если вдруг не смогу удержать равновесие. Не дав опомниться, Марбас пошёл прочь, уводя меня с собой. Седит шёл рядом со всей доступной ему скоростью, но как только руины скрылись за кустами, ассасины сбавили скорость. Первое время мы медленно шли в тишине. Группа Теней и новобранцы остались позади, и наши шаги теперь тонули в шорохе травы под ногами и пении птиц, доносящемся с соседних деревьев.

– Сед, ну скажи ты ей хоть слово, – наконец нарушил молчание Марбас, останавливаясь и глядя на своего заместителя.

– Что я должен ей сказать? – поинтересовался тот, делая вид, словно не понимает, о чём речь. Он был всё такой же бледный как и в тот раз, когда я впервые увидела его без платка, отчего веснушки казались замысловатой россыпью чернильных пятен. В голосе слышался лёгкий хрип. Стоило мне посмотреть на Седита, как тот отшатнулся от меня и втянул голову в плечи, в ту же секунду разрывая зрительный контакт. – Хватит на меня пялиться, Казадор!

– Я вот об этом и говорю. Если мы решили, что отныне ты снимаешь с себя анонимность, сохраняя своё место и обязанности в Братстве, то тебе надо для начала привыкнуть к тому, что на тебя все будут смотреть. При новичках ты отгородился от них Гером и Кло, сейчас тебе осталось только спрятаться за тем деревом, потому что я не очень подхожу в качестве прикрытия, – усмехнулся наёмник, глядя на Седита. Тот бессильно оскалился в ответ. – Потренируйся на Казадор для начала. Она хоть и дурная, но добрая.

– Это синонимы, идиотина, – отозвался Седит, срываясь с места и обходя нас, направился во дворец.

Я молча пошла следом, не зная, как это комментировать. В отношения между Марбасом и Седитом я лезть не собиралась: они были такими же загадочными для меня, как и книга по физике теории струн, найденная как-то на столе у Роберта. Марбас пытался растормошить сначала Седита на разговор, но не добившись ровным счётом ничего, переключился на меня.

– Казадор, вот скажи мне, как мне реагировать? – начал он, заставляя обратить на себя внимание.

– На что?

– Тёлочки, которые носят футболки мальчиков намекают как бы на отношения, – стоило мне это заслышать, как я резко затормозила и уставилась на наёмника. Тому моя реакция определённо понравилась. – Ты мало того, что стащила и носишь мою, назовём это так, футболку, влезла в мои штанишки, а заодно и плащ прихватила. Я как-то не помню, чтобы мы признавались друг другу в любви.

– Если тебе что-то не нравится, могу вернуть хоть сейчас!

– Я бы с радостью любовался тобой голой посреди сада, но королёк голову открутит, если я решу раздеть тебя прямо сейчас. Или нефилим. Знаешь какой он чокнутый, если его вывести из себя? – усмехнулся Марбас, разглядывая меня, словно до этого не успел насмотреться на мой внешний вид. Как по мне, то одежда ассасина сидела на мне вполне прилично, и, по крайней мере, было не стыдно разгуливать в таком виде по дворцу: штаны были куда привычнее длинных замысловатых платьев, а плащ с капюшоном давал надежду на то, что при желании я могу скрыть своё лицо так же, как это делают Тени в случае необходимости. – Впрочем, подумываю пригласить тебя на полставки в качестве секретаря, как украшение что ли. Тебе этот вид неожиданно идёт. Было бы в твоей голове меньше глупых мыслей, вышел бы из тебя неплохой ассасин.

– Я подумаю, – хмуро отозвалась я, на этот раз пытаясь спрятаться за Седитом. Тот, к моему удивлению, не возражал. Похоже что мы оба в какой-то степени страдали от Марбаса, каждый, правда, на свой лад. Я решила переключить внимание на заместителя главы Братства, заодно отвлечь на него наёмника: – Так ты решил остаться?

Седит ответил не сразу, а когда заговорил, то с явной неохотой:

– А что мне ещё делать? Пасти скоторогов или гхорам хвосты крутить? Я лучше всего орудую ножом, с таким умением или оружие затачивать при кузнице или мясником работать, но что-то оба варианта не прельщают.

Я кивнула, показывая, что прекрасно понимаю то, о чём он говорит. Всегда тяжело менять что-то, в себе или окружающих. Седиту придётся приспосабливаться, но он хотя бы не переживает свою проблему один: Братство не покинуло и не отвернулось в тяжёлый для своего друга час. Хоть Марбас и занимается тем, что развлекается в сложившейся ситуации, путая новобранцев и подтрунивая над своим замом, они всё равно были близки и преданы друг другу.

Когда мы вернулись во дворец через главные двери, я ожидала увидеть там всё что угодно, но не гору дорожных сундуков и ящиков, которые были осторожно сгружены прямо посреди холла, где несколькими днями ранее Роберт отвесил пощёчину Люцу.

– Папа, роди меня обратно, – пробормотал Седит разглядывая вещи, принадлежащие невесть кому. Короли при своём появлении привезли с собой куда меньше на коронацию Велиала, насколько я слышала, а тут кто-то, складывалось впечатление, словно на постоянное проживание прибыл. – Только не это…

– Что случилось? – не поняла я, озираясь по сторонам. Марбас поморщился и едва удержался от того, чтобы не пнуть ближайший к нему тюк с вещами.

Стук каблуков заставил меня обернуться. Геката всегда ходила в обуви на плоской подошве, говоря, что так она ближе к земле, из которой черпает силы. Взгляд встретился с незнакомой мне падшей, одетой в роскошное атласное красно-чёрное платье, на плечах которой был намеренно небрежно наброшен плащ, украшенный вышивкой и тёмным мехом. Фарфорового вида кожа, острые черты лица и цепкий взгляд из-под длинных пышных ресниц.

Завидев меня незнакомка едва заметно поджала губы, но останавливаться не стала. За ней следовало несколько слуг, которые явно приехали вместе с ней.

– Велиал пустил во дворец падальщиков, как мило, – проговорила она вместо приветствия подойдя совсем близко, не спуская с меня взгляд. – Марбас, постарайся держаться подальше от моих вещей, я не хочу, чтобы они пропахли так же отвратительно, как несёт от тебя. Что это? Тухлое мясо или твой вчерашний ужин?

– Отсутствие интеллекта в твоих глазах идёт тебе не меньше, чем это платье, Мара, – отозвался тот, меняясь в лице. Было видно, что он очень хочет выпустить женщине кишки, но сдерживается по какой-то непонятной мне причине. – Что главная шлюха королевства забыла во дворце его величества?

– Не присуждай мне свои заслуги, малыш, – парировала женщина. – Я прибыла сразу, как узнала, что Велиал вернулся. Как-никак мы очень близки.

– Велиал вернулся уже четыре месяца как. Полагаю, что ты дождалась, когда он водрузит себе на голову корону, чтобы не пришлось потом оправдываться перед своим патроном, почему ты раздвигала ноги перед королём-неудачником, который и трон себе вернуть не смог. Боюсь, что в тебе нет особой нужды, дорогая. Король в скором времени официально женится. И, к счастью, не на тебе, – Марбас кивнул на меня. – Позволь представить тебе невесту короля Велиала, которая освободила его из темницы и помогла вернуть корону верховного правителя: наследница Набериуса, маркиза Нозоми Казадор.

Женщина посмотрела на меня, прищурившись, оценивая явно как противника в каком-то пока что непонятном мне поединке, из которого победителем должен выйти кто-то один. После чего неожиданно мило улыбнулась и изящно поклонилась как равной себе:

– Мара. Негласная жена его величества Велиала. Приятно познакомиться.

====== Глава 9. Совет королей ======

Комментарий к Глава 9. Совет королей Я благодарю Turnezolle за то, что она взяла на себя ответственность: подслушала и перевела для нас одну из песней Братства Теней. Великий человек! Слава и почёт!

« – Я расскажу всё, что случилось со мной сегодня с утра, – сказала неуверенно Алиса.

– А про вчера и рассказывать не буду, потому что тогда я была совсем другая».

Льюис Кэрролл, «Алиса в Стране чудес».

Велиал растерянно переводил взгляд с меня на Мару и обратно. Если я молча расположилась на диване в его кабинете, то жена явно намеревалась тут же взять ситуацию в свои руки, поэтому первым делом бросилась обнимать и целовать короля. Едва ли её смущало моё присутствие. Впрочем, меня мало волновало то, что она делала с Велиалом, пытаясь продемонстрировать мне свою значимость в их совместной жизни, и очень забавляла реакция его самого на появление Мары во дворце. Стоило ей представиться, как она сию секунду объявила, что должна навестить своего ненаглядного, и желательно, чтобы я пошла с ней, дабы исключить недоразумения, которые наверняка возникнут. Марбас и Седит пошли с нами, коротко объяснив падшей, что они моя охрана и переломают ей все конечности, если она меня хоть пальцем тронет.

– Мара? Какой сюр… – Велиал вероятно так погрузился в работу, что не обращал внимания на мои эмоции и моё окружение, потому что наше появление в его кабинете действительно было для него неожиданностью.

– Вот уж правда сюр, – пробормотал едва слышно Седит, провожая меня к дивану, словно я могла где-то потеряться за эти несколько шагов.

– Дорогой, я так рада, – проворковала Мара, огибая стол, кидаясь на шею Велиалу и тут же прижимаясь к его губам, не давая ему договорить. Изредка, когда она разрывала поцелуй, умудрялась даже что-то говорить: – С тобой всё хорошо. Это замечательно!

Я молча смотрела на Велиала до тех пор, пока мы не встретились с ним взглядами, и в ту же секунду, словно вспомнив обо мне и найдя в себе силы, которых ему ранее не хватало, он корректно отстранил от себя падшую, теперь держа её за плечи. Со стороны казалось, что он разглядывал её после того, как долго не видел, как разглядывают близких, пытаясь понять, что могло измениться за время расставания, на деле же я чувствовала, что он едва ли хочет, чтобы эта женщина была к нему ближе, чем на расстоянии вытянутой руки.

Ту явно такое отношение к себе расстроило, но эта эмоция появилась и исчезла на её лице за доли секунды.

– Рад, что с тобой тоже всё хорошо, – честно сказал Велиал, но тут же добавил, явно в укор: – Жаль, что ты не посетила коронацию, праздник был просто фантастически красивый. Правда, Люцифер снова умудрился немного чудить, но нам не привыкать.

– Мне сообщили едва ли не в последнюю очередь, – с обидой отозвалась Мара, выпрямляясь, а Велиал поднялся со своего места. – Такое чувство, что твой любимый братец делает всё, чтобы я не появилась тут. Он никогда меня не любил, ты это знаешь.

– Наверняка просто забыл тебе сообщить, а может и вовсе напортачил гонец. Всякое бывает, дорогая. Тем более сейчас, после переворота, – король улыбнулся, протянул руку и провёл пальцами по щеке женщины, после чего поднял её подбородок и посмотрел ей в глаза, не боясь, что та может прочитать в них что-то не то, что нужно. – Мара, всё хорошо. Ты вернулась ко мне, пусть немного опоздала, но что есть пара дней в нашем понимании, если мы живём вечно?

– Ах, Велиал, – на выдохе, едва не изображая, что вот-вот расплачется, женщина снова кинулась в его объятия, не забыв бросить на меня взгляд, полный вызова.

– Мерзость сопливая какая-то, – фыркнул Марбас, поправляя на плечах мой плащ так, чтобы складки лежали красиво. – Может мы пойдём? А то у меня челюсть сводит от ваших кроличьих нежностей.

– Погоди, – Велиал махнул рукой наёмнику, заставляя того притормозить у дверей.

Мара и я поняли одновременно, что настало время задавать друг другу и королю вопросы. Да тот и сам понял, что нужно делать, поэтому не дал ассасинам уйти, боясь, видимо, что женскую половину придётся разнимать.

– Дорогой, кстати, возможно я чего-то не понимаю, но… – первой начала только прибывшая падшая, но Велиал жестом попросил её умолкнуть.

– Мара, – он взял её руки и снова посмотрел в глаза с трепетом, хотя я чувствовала, что ему едва ли интересна эта женщина: если он что-то раньше и испытывал по отношению к ней, то эти времена давно прошли, но по какой-то пока непонятной мне причине Велиал пытался сохранить с ней хорошие отношения, а не выставил за двери кабинета сразу. – Очень многое произошло, очень многое произойдёт. Я благодарен тебе за всё, что ты для меня сделала, но бывают моменты, когда моё личное благополучие и счастье стоят на ступеньку ниже интересов тех, за кого я несу ответственность, и моих прямых обязанностей. Эта милая девушка по имени Нозоми заключила со мной контракт, и я вынужден следовать его условиям, к тому же благодаря ей я снова увидел солнечный свет и ощутил дуновение ветра на коже.

– К-контракт? – глаза Мары расширились, она открыла рот, но не смогла сказать и слова, переведя взгляд на меня, потом обратно на короля. – Ты женишься, потому что так захотела смертная?

Я мысленно хмыкнула. Эта игра в какой-то степени меня забавляла. Мара мне не нравилась, возможно своей неприкрытой сучностью, а то, что Велиал в прямом смысле слова рушит её планы, почему-то вызывало с моей стороны ненормальное злорадство.

– Контракт есть контракт, – пожал плечами Велиал. – И она не совсем уж смертная. Её род пошёл от Набериуса и ангела, поэтому в какой-то степени она почти как Асмодей.

– Набериус предал тебя, твою любовь, а ты всё ещё носишься с памятью о нём! – выпалила Мара, отступая к стене, где висела картина моего прародителя. – Он променял тебя, сбежал в Гайю, и всё, что ты получил – это израненное сердце и вот эту вот… – она показала на меня. – Так мало того, что она посмела появиться в Геенне и вступить в наследство, так ещё и заставила тебя жениться!

Велиал вздохнул и посмотрел на меня, но, похоже, что ему как раз таки весело во всей этой ситуации не было.

– Мара, я согласился на такие условия, потому что тогда у меня не было выбора, – наконец сказал он. – И Нозоми не вмешивается в правление Геенной, ей нужно лишь обеспечение безопасности её жизни и не более. Её не интересует Корона, и едва ли она несёт какую-то угрозу для Тёмного трона. Если бы было как-то иначе, я бы ни в коем случае не поставил свой народ под такой удар.

– Ты её любишь? – не выдержала Мара, раздражённо глядя на меня. Я продолжала невозмутимо сидеть на диване, закинув ногу на ногу, и расслабленно накручивать прядь теперь уже чёрных волос на палец. Хотелось попросить Марбаса или Седита принести вина и закусок, потому что участвовать в выяснении отношений между Велиалом и его «женой» мне не хотелось, но вот послушать их было занятно.

Марбас, не спрашивая разрешения, плюхнулся напротив, в кресло, закинув ногу на подлокотник и теперь занимался тем, что чистил ногти кончиком ножа, словно это было очень важно в данный момент. Седит продолжал стоять за моей спиной. Не сразу я поняла, что на деле они закрыли ко мне подход, и если Мара попробует атаковать, то вдвоём они без особого труда отразят не только заклятие. Пока я не знала, каким оружием пользуется женщина, да и в платье она едва ли внушала опасения, но для магии, например, и не нужна одежда удобнее.

Велиал молчал, не спеша с ответом. Мара не торопила, видимо давая время всё обдумать и разобраться в себе.

– Она похожа на Набериуса, – сказал он через какое-то время. – И она мне несомненно интересна, часть его крови в ней, она пахнет, как он, и зачастую ведёт себя, как он. Люблю ли я её? Нет, не люблю. Люблю ли я Набериуса, отголосок которого нахожу в её движениях, фразах и жестах? Да, люблю. И каждый раз, когда вижу, чувствую и ощущаю всё это, на её месте я представляю его.

Я горестно вздохнула, одновременно пряча во вздохе раздражение на то, что Велиал приписывает нам отношения, которых между нами нет, с другой стороны, я понимала, что он не врёт. А ещё я помнила, что мне нужно изображать, что на деле я в нём души не чаю, и мне каждое подобное его слово как ножом по сердцу. Марбас подмигнул мне, делая вид, что он с радостью приободрит меня каким-то своим способом, но я неожиданно для себя громко цокнула языком, ставя наёмника на место. И, как ни странно, он послушно прекратил улыбаться, снова нагоняя на себя раздражение, теперь наверняка и по отношению ко мне: уверена, что он с удовольствием выскажет всё, что думает обо мне и моём поведении.

– Но контракт есть контракт, – повторил Велиал, переводя взгляд на меня и тепло улыбаясь. – И Нозоми вскоре станет моей женой. Думаю, через пару месяцев, как только обвыкнется на новом месте и научится вести себя как подобает королеве.

– Очень невыгодная партия для тебя, Велиал, – вздохнула Мара, поджимая губы, определённо читая в моём взгляде решительность. – Особенно бросается в глаза то, что девочка связалась с Тенями и разгуливает на виду у всех в этих тряпках.

– Братству не нужна такая головная боль, – Велиал подошёл ко мне и окинул взглядом мой наряд, будто до этого не видел. Я демонстративно расправила плечи и сложила руки на груди, показывая, что не собираюсь влезать обратно в платье. Во всяком случае, не сегодня. – Марбас и Нозоми просто играют в какие-то свои глупые игры, – заслышав это, я едва удержалась от того, чтобы пнуть своего будущего мужа. – Пусть играют, пока что это не мешает Короне.

– Пойдут слухи, что ты решил куда плотнее общаться с Тенями, – не унималась падшая, приблизившись ко мне. – Велиал, эти падальщики…

– Хоть бы меня постеснялась, сука ты парфюмированная, – зарычал Марбас у неё за спиной, заставляя тем самым обратить внимание всех присутствующих в кабинете на себя. Наёмник даже вперёд подался, словно предупреждая, что вот-вот накинется на Мару, если та впредь не будет выбирать слова.

– Что я говорила! – вздохнула женщина. – Хорошо, я поняла. Я могу остаться с тобой наедине? Надо кое-что обсудить, – она на секунду снова встретилась со мной взглядами. – Кое-что личное, что касается меня и тебя.

Марбас демонстративно захохотал, но поднялся с места, подошёл ко мне и, галантно поклонившись, придерживая плащ, подал мне руку:

– Мисс, нас, варваров, не хотят видеть и слышать в столь воспитанном обществе. Не желаете ли прогуляться, надрать пару задниц? Можем пропустить бокал-другой вина иль что покрепче, если захотите.

– Очень даже желаю. Меня тошнит не меньше вашего, уважаемый ассасин, – улыбнулась я, подавая руку наёмнику. Поднявшись, я со всей данной мне от природы надменностью смерила Мару взглядом и, поманив с собой Седита, прошла к выходу.

Велиал комментировать наше поведение никак, к счастью, не стал, поэтому, как только за нами закрылась дверь, мы едва не расхохотались во весь голос с Марбасом, сползая по стене. Седит смотрел на нас как на двух идиотов, но всё же на его лице промелькнула тень улыбки. Смеяться над ситуацией в полную меру мы позволили себе только этажом ниже, потому что побоялись, что терпение Велиала может неожиданно закончиться.

Когда сил на смех уже не осталось и мы как следует отдышалась, я наконец решила подтвердить свои догадки на тему того, кто на самом деле Мара, и почему она так липнет к Велиалу несмотря ни на что. Наёмник охотно и красочно поведал мне, что она в прошлом была фавориткой короля, удачно заняв место Набериуса, когда он и Велиал начали друг от друга отдаляться. В жарких объятиях падшей тот нашёл подобие успокоения, но на деле всегда держал на некотором расстоянии от себя, пользуясь её любовью и телом по мере необходимости. Мара тоже навряд ли когда-то любила Велиала, попросту стараясь создать для себя максимальный комфорт и обладать хоть какой властью. К счастью, Велиал прекрасно понимал её истинные цели и никогда не позволял той вести себя как ей вздумается. Да и Мара дурой не была, стараясь действовать в тени Трона. Но как только Велиал пропал без вести пять сотен лет назад, той и след простыл, и где её носило всё это время – одному её отцу известно. Скорее всего, пряталась где-то в Гайе, воспользовавшись старыми связями, которые успела наладить, грея постель Верховному правителю.

– Сожрёт тебя с потрохами и не подавится, – закончил Марбас, сидя на перилах балкона, куря сигарету и глядя на вечерний Пандемониум. – Поэтому ты или молчишь и играешь по её правилам, и она тебя умело имеет во все щели, или тебе придётся самой её сожрать. Если не уверена, что она тебе по зубам, то лучше помалкивай и терпи.

Мы с Седитом проявили больше воспитанности и разместились в уютных кованых креслах с мягкими подушками, предназначавшихся для размеренного времяпрепровождения и распития чая после обеда.

– Чем она мне может быть опасна? – поинтересовалась я, попивая принесенный прислугой горячий напиток на основе вина и специй, сильно напоминающий глинтвейн, но куда мягче и приятнее на вкус.

– Бездна знает эту суку, – честно признался Марбас. – Но нет на свете опаснее и страшнее существа, чем то, которое, вкусив власть и все блага, потом теряет всё это. Думаю, Велиал оставит её при себе в качестве любовницы, раз ты ему не даёшь, – я едва не спихнула на этих словах наёмника с перил вниз. – И всё той же фаворитки, несмотря на все твои возмущения. Но она упустила свой шанс и королевой ей не стать. Смерть Набериуса спутала ей все карты, а исчезновение Велиала и возвращение уже в твоём тёплом обществе сделало её игру бессмысленной, и у неё путь к трону лишь один. Угадаешь, какой? – хмыкнув, наёмник обернулся на меня. В сумерках его красные глаза из-под черной челки завораживали, особенно когда речь шла о всяких политических и соответственно грязных и кровавых делишках.

– Избавиться от меня, – кивнула я, замечая и удивляясь между тем, с каким безразличием я думаю и озвучиваю такие вещи. Подумаешь, убить меня вздумает, эка невидаль! – Опасная для Велиала игра, учитывая, что он вряд ли скажет ей всю правду. Не похоже, что он ей доверяет.

– Будь уверена, не скажет, – согласился с моими словами Седит, потягивая что-то из глиняной чашки. Судя по запаху, это был какой-то горький травяной отвар. Вероятно лечебный, ведь он до сих пор не выздоровел до конца. – Появление этой сумасшедшей при дворе принесет королю больше головной боли, чем ублажения.

– К слову об ублажении короля, – тихо пробормотала я, улавливая какие-то посторонние ощущения на коже и в районе желудка, подозрительно смахивающие на возбуждение. – Во дворце есть место, где можно никому не попадаться на глаза достаточно долгое время и при этом быть в безопасности?

Марбас, явно прочитав на моём лице, что со мной происходит, издевательски улыбнулся, но всё же ответил:

– Катакомбы, полагаю. Там много тупиков, а все входы туда тщательно охраняются. По ним если и шастает кто, то только грызуны, насекомые, вроде мокриц и многоножек, да ответственные за коммуникации, обслуга. Разве что очень хорошая слышимость, – на этих словах он улыбнулся ещё шире, обнажая клыки. – Я понял, к чему ты клонишь, Казадор, и мне тебя искренне жаль. Может, подарить тебе парочку игрушек?

– Давай ты заткнёшься, – предложила я в ответ, надеясь, что Велиал отреагирует на моё раздражение. Так и произошло. Понятия не имею, что там они вытворяли, но король быстро взял себя в руки, и я вздохнула с облегчением.

– Долго придерживаться такой диеты он не будет, как ты не бесись, – скептически заметил Седит, глотая отвар и морщась так, словно вкус у него просто невероятно мерзкий. Это выглядело так, что я сама невольно ощутила во рту нечто такое же и тряхнула головой.

– Сочувствую, Каздор, но если что, мы к твоим услугам, – наёмник расхохотался в голос и едва не улетел вниз, когда ему в голову прилетела запущенная мной подушка. Это заставило его заткнуться, но и то ненадолго, пока он крутил в руке подушку, думая, что с ней теперь делать. – Красивая ты, Казадор. Красивая, но ужасно тупая, – наконец объявил он. – У удовольствия есть много граней, иначе бы не существовало извращенцев: кому-то доставляет удовольствие тыкать в бабу членом, а кому-то ножом.

– Даже думать не хочу о том, что нравится тебе, – отозвалась я, пытаясь устроится удобнее, потому что подушку мне не вернули.

– Мои понятия удовольствия такие же многогранные, как моя личность, – гордо объявил Марбас, и Седит в ответ на это лишь устало вздохнул, видимо эта особенность командира его в некоторой степени уже утомила за годы их знакомства. – И я тебе очень советую найти все свои фетиши, слабости и просто плотские желания и развлекаться на полную катушку. Хочешь бухать – бухай как проклятая. Кончаешь от одной мысли о том, что кому-то можно выпустить кишки – пойди и убей.

Я едва не засмеялась, слушая всё это. Марбас в какой-то степени был прав: его картина мира и картина мира таких же, как он, бессмертных, бесстрашных, была проста и отлажена за сотни тысяч лет – получай удовольствие от всего, чего можешь. Человеческое тело и разум такого бы попросту не вынесли, но для этих существ, которые силой мысли сращивают себе кости обратно и восстанавливают печень по щелчку пальцев, другого способа жить давно не было. Насытившись простым, рано или поздно перестаешь испытывать какие-либо эмоции, за исключением, пожалуй, раздражения. И когда список простого подойдёт к концу, есть только два пути: остаться приверженцем морали или же, наплевав на неё, продолжать получать хоть какое-то удовольствие при каждом удобном для себя случае.

– Я думаю, ты не обрадуешься, если я решу убить тебя. Думаю, это определённо принесло бы мне истинное наслаждение, – улыбнулась я, подпирая голову рукой, не сводя взгляда с Марбаса.

Тот улыбнулся в ответ, понимая, что сейчас я, несмотря на моё выражение лица, не шучу:

– Если тебе когда-нибудь захочется поиграть в подобные игры с применением ножа, ты знаешь, где меня найти, солнышко. Но мы сейчас вроде как пытаемся обойти тему секса, поэтому давай придумаем, как можно максимально скрыть ваш с Велиалом резонанс от тех, кто не будет готов к подобному зрелищу. Учитывая наличие под боком Мары, очень скоро правда всплывёт на поверхность.

– А если её к Асмодею отправить? – предложил Седит. – И их вдвоём куда-нибудь. Пока всё утрясётся.

– Даже и не знаю, чьи сношаловки будут эпичнее: Велиала с Марой, или Казадор с Асмодеем – я бы с удовольствием посмотрел на оба варианта развития событий, но что-то мне подсказывает, что лучше не доводить до такой крайности.

Рядом с нами из тени появился Кло, молча подошёл к Марбасу и протянул ему какой-то свернутый в трубочку лист, после чего тут же пропал из виду. Глава Братства задумчиво пробежался взглядом по листку, после чего скомкал его и добродушно кинул в Седита. Тот молча перехватил его рядом со своей головой, развернул и тоже прочёл, после чего нахмурился и покосился на меня, словно я была виновата в чём-то, что было написано в послании.

– Что там? – поинтересовалась я.

– Всё отлично! – заверил меня Марбас.

– Всё плохо! – одновременно с ним произнёс Седит, и они обменялись раздражёнными взглядами. Глава братства тут же продемонстрировал своему заместителю язык, тот скомкал доклад обратно и швырнул его в Марбаса.

Я пожала плечами, стараясь продемонстрировать не смирение с их загадочными делишками, а безразличие: не очень-то и интересно. Этих двоих такое поведение с моей стороны более чем устроило, и тема была тут же закрыта. Во всяком случае, в моем присутствии.

– Хорошо, Марбас, думаю, мы оба хотим избавиться от этой ведьмы, каждый, правда, по своим причинам. Думаю, нам стоит объединить усилия, – предложила я, ставя бокал на столик как можно более аккуратно, словно боясь, что наш сговор может услышать кто-то посторонний. – У тебя есть какие-нибудь идеи, как это сделать?

– Несчастный случай, – пожал плечами наёмник, спрыгивая с перил и подходя к нашему с Седитом столу, протянул руку за тем, что я не успела допить. – Тут великое множество вариантов, но некоторые из них слишком очевидные. Если так подумать, то единственное, чем мне мешает Мара – это портит аппетит и настроение, так что я не особо заинтересован в лишних телодвижениях, солнышко. Но если очень попросишь, я, может быть, и передумаю.

– Попросить?

– Фразы «мой милый падший, я такая беспомощная девочка, глупая и слабая, и только ты решишь эту проблему…». Можно немного отойти от этого текста и придумать что-то своё, – предложил наёмник, делая глоток. – Фе, безалкогольное!

– Тебе не идёт пафос, Марбас, – снова вздохнул Седит, после чего перевёл взгляд на меня: – Просто скажи «пожалуйста». Обычно этого хватает, чтобы заставить его сдвинуть тощую задницу с места.

– И в щёчку поцеловать, – захохотал Марбас, едва не подавившись.

– Это исключительно привилегия Седита, – проворчала я, устало потирая висок. Голова начинала болеть: то ли я переутомилась, то ли сказывалась усталость Велиала. – Не собираюсь вставать между вами двумя и портить такие сладкие отношения.

– Он не ревнивый, – подхватил мою шутку Марбас и тут же едва успел отскочить в сторону от брошенного то ли ножа, то ли сгустка магии. – Папочка меня подери, Сед, ты что, ревнуешь меня к этой девочке? Она конечно симпатичная, но ты мне нравишься больше.