355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Tora_san » Victory значит победа (СИ) » Текст книги (страница 52)
Victory значит победа (СИ)
  • Текст добавлен: 30 марта 2017, 01:00

Текст книги "Victory значит победа (СИ)"


Автор книги: Tora_san



сообщить о нарушении

Текущая страница: 52 (всего у книги 65 страниц)

Где-то на краю сознания при виде этого мятого листка мелькнуло острое беспокойство, но затем было задвинуто обратно внезапно влетевшим в комнату Гарри.

– Вики, знаешь почему папа так ведет себя с тобой? – еще не отдышавшись, произнес он. – Да потому, что ты ему напоминаешь маму! И все что он делает в твоем присутствии – делает совершенно бессознательно.

– Э-э… Что?

– Ты так считаешь? – спросил Сириус.

– Ну да. Папа, конечно, не понимает этого в полной мере, но ведь объяснение лежит на поверхности. Достаточно, чтобы Вики и мама оказались рядом.

– А я-то думала… – протянула я, нахмурившись.

В таком случае, мне просто необходимо держаться от Лили подальше! Да, но как же тогда идея с кольцом?

– А что это у тебя такое, Сириус? – прервал мои мысли вопрос Гарри.

Я уставилась на пергамент в руках Сириуса и… пол поплыл из-под моих ног. Он нашел пророчество…

– Я хотел спросить то же самое у вас. Этот пергамент был скомкан и лежал на полу. Я и заметил его только потому, что наступил на него.

Сириус перевернул его и недоуменно посмотрел на нас с Гарри.

– Виктория, ты не знаешь, что это?

Самым первым моим порывом было откреститься от пророчества, сказать, что понятия не имею, что это такое, и посоветовать Сириусу кинуть пергамент в горевший в камине огонь. Ведь для всех было бы так лучше. Но потом меня что-то дернуло все-таки признаться. Какая разница, если остальные узнают о нем, я-то не верю во всю эту чушь…

– Да… – почти нормальным голосом ответила я, глядя в камин. – Знаю, что это. Это всего-навсего древнее пророчество…

========== Часть 3. Глава 58. Раз случайность, два случайность… ==========

Челюсть Гарри отвисла, и он пораженно таращился на меня секунд пять, прежде чем спросить:

– Пророчество? Древнее? То есть как?

– Откуда такие сведения? – более спокойно поинтересовался Сириус. – И как оно вообще здесь оказалось?

Конечно, я ожидала лавину вопросов, однако не торопилась отвечать. Мне нужно было собраться с мыслями. Я прошла к окну и уперлась ладонями в холодный каменный подоконник.

– Это пророчество оказалось здесь, потому что оно было у меня, – решив начать с последнего вопроса, сказала я. – Откуда знаю, что это именно пророчество? Я его сама читала и в курсе, о чем там говорится. Хотя, по моему мнению, все это – адская чушь.

– Что-то я не совсем понимаю… – сказал Гарри. – Разве пророчества не содержатся в стеклянных шарах? Мое, например, разбилось, когда… – Он замолчал. Я оглянулась. – Можешь не объяснять. Все те шары, что хранились в Зале Пророчеств, мы уничтожили позапрошлым летом…

– Да, – кивнула я. – Но там были еще свитки пергаментов. Вот этот-то один из них.

– И что в нем написано?

– Галиматья, – с готовностью отозвалась я.

– Здесь и правда текст, весьма напоминающий некое предсказание, – сказал Сириус, протягивая мятый лист Гарри. – Да и не современный английский указывает на то, что он по крайней мере позапрошлого века.

Гарри расправил пергамент, приблизив его к глазам.

– “Когда в мире…” – откашлявшись, начал он.

– Нет-нет! Не читай вслух, пожалуйста!

Он невольно вздрогнул, когда я неожиданно это выпалила. Мне жутко не хотелось выслушивать все это еще раз. Я столько натерпелась, читая вслух Волдеморту, словно сказку на ночь, что больше вынести не смогла бы. И так чуть ли не наизусть выучила текст, который как будто отпечатался у меня в мозгу.

“Когда в мире магическом произойдут значительные перемены… В ночь, когда взойдет кровавая луна, высшая магия вольет частицу себя в новую жизнь… Одарит силою, которая принадлежит свету и тьме, создавая гармонию с природой и повелевая ею… Демон и ангел сойдутся вместе, и родится у союза магглорожденной волшебницы, отмеченной цветком, и мага, носящего темное имя, наследник… До десятого лунного цикла сила будет пребывать в состоянии выбора, наследник сможет принять свой дар либо отказаться от него…”

Мы с Сириусом наблюдали за Гарри и время от времени кидали друг на друга взгляды.

– Ну… – произнес Гарри, закончив знакомство с содержанием пергамента. – Действительно, очень похоже на пророчество. Только не совсем понимаю, как оно к тебе попало…

– Вариант тут один: эта бумажка из Зала Пророчеств.

– Да, но…

Гарри замер, пораженный внезапной догадкой.

– То есть, – сказал вместо него нахмурившийся Сириус, – оно попало к тебе в ту самую ночь?

Я уныло кивнула, сжимая и снова разжимая ладони.

– А теперь угадайте, из-за чего был весь этот сыр-бор?

– Ты хочешь сказать… – Гарри умолк, глядя на меня совершенно круглыми глазами.

Сириус наконец поднялся, словно незаконченная мысль не давала ему сидеть спокойно, вынуждая как-то действовать.

– Волдеморт хотел узнать, о чем это пророчество?

– Он и узнал.

– Он тебя заставил?..

– Естественно, заставил, – почему-то сердито сказала я. – А как еще? Когда Гарри и Рон сбежали, он показал мне уцелевшие свитки и с кошмарной ухмылкой предложил взять один.

При этом воспоминании, как и тогда, меня прошиб ледяной холод. Я поежилась, придвинувшись к камину.

– Но при чем здесь ты? Какое отношение к тебе имеет это пророчество?

– Сириус, ты помнишь, что его может взять только тот, о ком оно говорится, – все больше волнуясь, сказал Гарри, впрочем, не отводя от меня взгляда. – Так было в моем случае.

Я скривила губы в безрадостной улыбке, кляня про себя Волдеморта, который в очередной раз повелся на предсказание.

– Виктория, это правда?

– Мм… – невнятно промычала я, склонив голову к каминной полке.

– Что ты сказала?

– Ну не знаю я! Волдеморт сказал, что это дурацкое пророчество про меня. Но я не верю! Ясно?

С неприступным видом я отвернулась от Сириуса и Гарри, смотревших на меня с недоверчивостью и беспокойством, и с прямой спиной уселась на софу. Скрестила ноги, не испытывая при этом чувства защищенности. Послышался шорох: это Гарри вновь распрямлял пергамент.

– Можете выбросить его, а еще лучше киньте в огонь. Пусть сгорит, будто его и не было… И забудьте.

– Выходит, – продолжил Сириус, не восприняв всерьез мои слова, – Волдеморт откуда-то узнал про это пророчество и приказал Долохову и Люмбергу похитить тебя, решив, что речь в нем идет о тебе.

– А мы-то думали… – пробормотал Гарри, с мрачным лицом вчитываясь в строки старинного текста.

Сириус жестом попросил у него пергамент и тоже пробежал по нему глазами.

– Мы говорим ни о чем, – устало сказала я, подавляя неистовое желание закрыть уши руками. – Я не верю в эту бессмыслицу. Давайте отложим все разговоры хотя бы до утра. – Как мне ни удавалось управлять своим голосом, в нем проступила заметная жалобная нотка. – Пожалуйста.

– Ну, хорошо, – уступил Сириус.

Гарри кивнул. Переступил с ноги на ногу и не очень охотно шагнул к двери.

– Пойду проверю, справились ли Рон и Гермиона с нашими знакомыми и их неуемным любопытством.

Сириус слегка усмехнулся.

– Иди и помни, что любопытство хоть и неуемное, но вполне естественное.

– Ага. Спокойной ночи! – Гарри оглянулся на пороге. – Не забывай, Вики, что мы всегда с тобой.

– Гарри ведь прав.

Сириус опустился на мягкое сидение софы рядом со мной. Я с неприязнью покосилась на пергамент, который он продолжал держать в руке.

– Мы с тобой всегда, что бы ни случилось.

Ну что мне на это ответить? Поэтому я лишь еле слышно вздохнула.

– Убери его куда-нибудь.

Проследив за моим взглядом, он молча свернул пергамент и сунул в карман. Он что, боится его потерять?

– А мне вот интересно, – произнес Сириус, одновременно обнимая меня одной рукой и поправляя упавшую на лицо прядь моих волос другой, – верно ли мое предположение насчет твоей причастности к пророчеству.

Я нервно пошевелилась, прекрасно понимая, какую такую причастность он имеет в виду. Но ожидаемого вопроса так и не услышал.

– Впрочем, ты подходишь под описание только одного из упомянутых в нем… если можно так выразиться, живых существ.

– К живым существам ты причисляешь, видимо, и ангела с демоном? – пробормотала я, уткнувшись ему в плечо.

– Да, но скорее всего это просто такая метафора, образ высших сил, темной и, соответственно, светлой. О ком еще там говорится? – Он на секунду задумался. – О маге и волшебнице, а также их наследнике, то есть о сыне или дочери. Но первым и последним ты тоже не можешь быть. Остается волшебница.

То же самое говорил Волдеморт. Но мне плевать, что он там говорил! Если я буду верить всем его словам…

Меня точно обожгло.

То есть как буду? Я что, уже готова и дальше увидеться с этим маньяком?!

– Это неправда, – вслух объявила я, резко выпрямляясь.

– Что неправда?

– Пророчество не про меня.

“Вот-вот, точно также ты утверждала, когда не хотела верить в то, что твое настоящее имя Дейзи Эванс, – произнес внутренний голос. – И что же оказалось на деле?”

Действительно… Я сникла, испытывая что-то среднее между страхом и растерянностью. Да не может быть такого, чтобы в далеком прошлом кто-то знал обо мне и… Тут я снова выпрямилась и впервые серьезно вдумалась в слова предсказания. В нем ведь говорится не только о волшебнице, но и о неком наследнике, то есть ее теоретическом ребенке, и его отце…

Я слегка вздрогнула и оглянулась, словно ожидая увидеть этого ребенка, который резвится и играет где-то здесь, как само собой разумеющееся.

– Я знаю, что тебе этого не хочется, – тихо сказал Сириус. – Думаю, не всем придется по душе пророчество, особенно, если оно касается смерти или тяжелых испытаний, выпадающих на неопределенное будущее. Такое, как, например, у Гарри. А если немного поразмышлять, это пророчество нельзя назвать приносящим плохое предзнаменование или указывающим на беды, которые произойдут в будущем. А если призадуматься еще глубже, можно понять, что речь в нем идет не столько о волшебнице, сколько о ее наследнике.

На миг забыв о своем решении оставить этот разговор до утра, я с любопытством повернулась к нему.

– Возможно… О нем и его загадочной силе. Знать бы, что это за сила такая, которая позарез понадобилась Вол…

Остаток фразы застрял у меня в горле по причине его странного сжатия. Я даже нормально вздохнуть не могла, так как в сознание с опозданием впивались мои собственные слова, показавшиеся ядовитее змеиного укуса.

– Что ты сказала? – Голос Сириуса почему-то чуть охрип, а сам он смотрел на меня с нескрываемым испугом. – Волдеморту понадобилась сила наследника?

Я вскочила на ноги, едва не задев его по лицу – так резко взмахнула руками.

– Ничего я не говорила!

Он тоже быстро встал с явным намерением узнать все до конца.

– Говорила! Ты сказала про загадочную силу наследника и Волдеморта, который хочет…

– Молчи! – почти прокричала я, зажав уши ладонями.

– Виктория!

Он шагнул ко мне, а я, не отнимая рук от ушей, отбежала в сторону. Постороннему наблюдателю могло бы показаться, что мы играем в какую-то затейливую игру.

– Я не хочу об этом говорить! Пожалуйста, не заставляй меня убегать и от тебя тоже!

Лишь произнеся эти слова, я предельно осторожно отстранила ладони от головы, чтобы услышать, что скажет Сириус.

– Ладно, сейчас не буду, – с заминкой ответил он, пристально глядя на меня. – Но потом ты мне все расскажешь.

– Вот и чудно… – пробормотала я, проигнорировав второе предложение.

Прошла мимо него, направившись в ванную.

– Извини, мне надо освежиться.

Закрыв дверь, я привалилась к ней спиной и медленно села на корточки. Когда же все это кончится? Как я устала от всего этого кошмара… И Сириуса жаль, сколько ему приходится переживать из-за меня… Гарри разве заслужил такую родственницу, которая только и делает что подвергает окружающих опасности…

…Где-то вдалеке затихал звонкий смех. Девушка быстро шла по безлюдному длинному коридору, какая-то неясная тревога заставляла ее пальцы сжимать гладкую рукоять волшебной палочки. Еле уловимый шорох позади нее будто подстегнул девушку, и она на миг оглянулась, но тут же прибавила шаг. Свернула за угол, когда кончился коридор, и… уткнулась в небольшую дверь. Она дернула за металлическую ручку. Перед ней предстал темный чулан с щетками и ведрами. Девушка толкнула обратно дверь, торопясь выйти в коридор.

– Лили!

Она развернулась и увидела летящий прямо в нее яркий, похожий на сверкающую стрелу, луч…

Сон оборвался так внезапно, что я еще несколько секунд не могла сообразить, где нахожусь. Нет, то, что это был сон, сомнений никаких не вызывало, но яркость ощущений указывало на то, к какого рода видениям он относится. Давно мне такие сны не снились, чему я была, признаться, рада. И вот, сюрприз…

– Не было печали… – хрипло пробормотала я, не открывая глаз.

Однако тут же опомнилась и распахнула веки. В спальне кроме меня никого не было. Я прислушалась, надеясь уловить шум льющейся в ванной воды. Но тишина стояла полнейшая. Значит, Сириус уже ушел и будить меня не стал. Ну, ладно…

Я села на постели, отбросив одеяло. На подушке рядом выделялось яркое пятно. Я протянула руку, гадая, что это. Долго мучиться не пришлось. Пятно вдруг превратилось в алое картонное сердце, подозрительно напоминающее валентинку, которыми обмениваются влюбленные.

А какой сегодня день? Неужели четырнадцатое февраля? Так скоро?

Внутри двойного сердца оказалась всего одна строчка: “Я думаю, ты и сама все поймешь”.

Но вместо ожидаемой радости во мне разлилось острое чувство вины. Ну почему происходит именно так, а не иначе?

Зажав в ладони валентинку, я соскочила с кровати и принялась суетливо одеваться. Найти бы Сириуса и все ему объяснить. И Гарри тоже… Хотя они придут в ужас, узнав подробности в истории с пророчеством.

Наскоро умывшись и сделав впервые в жизни строгий пучок на затылке, тем самым походя на среднестатистическую учительницу, я вышла из комнаты. Сириус, наверное, в Большом зале, если, конечно, завтрак еще не закончился. Но даже если и не там, мне нужно чем-то подкрепиться.

К некоторому моему облегчению, я спускалась в холл не в одиночестве. Тут и там небольшими группками появлялись чуть заспанные гриффиндорцы и рейвенкловцы.

– Доброе утро, мисс! – раздалось сзади так неожиданно, что я, задумавшаяся о своих проблемах, явственно вздрогнула и едва не соскользнула с последних двух ступеней.

Обернувшись, увидела, как с лица Джеймса Поттера сползает улыбка, а стоящий рядом Ремус наполовину тревожно, наполовину раздраженно смотрит на него. Интересно, где они потеряли Сириуса и Петтигрю? Обычно, Мародеры ходят вместе…

– Извините, я не… – начал Джеймс.

– Ничего, все в порядке, – быстро сказала я, пробегая взглядом по проходящим мимо школьникам.

Все они с нескрываемым любопытством глядели на нас с Ремусом и Джеймсом.

– Джеймс не такой оболтус, каким кажется на первый взгляд, – сказал Ремус, в его голосе послышалась нотка оправдания. – Просто иногда его заносит.

– Со слов Ремуса может показаться, что я этакий легкомысленный тип, влезающий в чужие дела без разбору, – фыркнул Джеймс, спустившись на ступень ниже.

– Я так не говорил…

Я занервничала, так как увидела показавшегося в двери, ведущей в подземелья, Регулуса Блэка в компании нескольких других слизеринцев, в том числе уткнувшегося глазами в пол Северуса Снейпа. Когда они поравнялись с лестницей, он поднял голову. Я судорожно отвернулась, успев перехватить настороженный взгляд. Господи, как же много я обращаю на себя внимания. Умела бы в нужный момент становиться невидимкой, сколько бы проблем избежала.

– Мисс, вы что-то уронили!

Совсем забыв о Джеймсе и Ремусе, я дернулась в сторону Большого зала. Джеймс же протягивал мне что-то ярко-красное. Этим “что-то” была моя валентинка. Вот растяпа…

– Ты все меня ждешь? Как мило…

На лестнице рядом с парнями появилась улыбающаяся Лили. Моя рука неловко сжала сердце, раскрывшееся на середине, когда Лили, чмокнув Джеймса в щеку, подняла на меня глаза. Между нами разлилась зловещая тишина.

– Доброе утро, – хлопнув ресницами, произнесла я.

– Доброе утро, – с улыбкой, больше похожей на оскал, отозвалась Лили и перевела взгляд на валентинку, за которую держались мы с Джеймсом. Причем выражение на его лице было до крайности странным.

– Мистер Поттер, можете уже отдать ее мне… Спасибо.

– Мне просто показалось… – разжав пальцы, сказал он. – Там почерк Сириуса…

Спина у меня похолодела, но я постаралась ничем не выдать своего ужаса от слов Джеймса.

– Вы ошиблись, – коротко ответила я и, резко развернувшись, зашагала в Большой зал.

– Будь добр, объясни мне, недалекой, что сейчас было, – донеслось вслед.

– Лили, милая…

– Подожди, Лили! – Это уже Ремус. – Это совсем не то, о чем ты подумала…

– А о чем я подумала?

До боли закусив губу, я влетела в Большой зал и, не глядя по сторонам, заняла свое место за преподавательским столом. Сириуса здесь не оказалось, и это расстроило меня еще больше. Почувствовав, что на глаза наворачиваются непрошенные слезы, я уставилась на тарелку, будто кроме нее нет ничего на свете милее.

– Что-то стряслось, Виктория? – произнес сочувственный голос. – Вид у вас совершенно не праздничный.

Не поднимая головы, я могла сказать, что Аврора Синистра уж точно радуется этому дню.

– Нет, что вы… – Несмотря на усилия, мой голос прозвучал как простуженный. – Ничего у меня не стряслось. Наверное, я немного простыла…

– К Поппи сходите, она вас запросто вылечит.

Моля про себя, чтобы Синистра отстала, я уныло принялась за овсянку, стоявшую ближе всего. Однако в горло кусок не лез, и, посидев для приличия несколько минут, вышла из-за стола. У самых дверей меня окружили Гарри, Рон и Гермиона.

– Вики, что произошло между тобой и ма… Лили? – шепотом спросил Гарри.

– Откуда?..

– Она почти не отводила от тебя глаз. Да и на па… Джеймса смотрела так, словно хочет оторвать ему голову.

Я глубоко вздохнула, прежде чем ответить.

– Она, боюсь, превратно поняла одну сцену…

– Какую сцену? – едва ли не испуганно спросил Гарри. – Надеюсь, ты не… не была в это время с Джеймсом?

– Была, но с ним находился еще и Ремус.

Мы вчетвером пересекли холл и прошли то место, где недавно произошла та самая не слишком приятная сцена.

– Вики, а как же идея с кольцом? – поинтересовалась Гермиона, проявляя осведомленность. – Ты не хочешь попробовать?

– Мне кажется, она сама знает, что ей нужно, – нейтрально сказал Рон, ни на кого не глядя.

– Может быть… – пробормотала я, испытывая к нему горячую признательность. Хоть он не давит на психику… – А где Сириус?

– По-моему, он ушел в учительскую вместе с Макгонагалл, – сказал Гарри. – Зачем – не знаю…

– Я краем уха слышала, – осторожно сказала Гермиона, – что преподаватель по Защите еще вчера уехал по каким-то делам в Лондон, но до сих пор не вернулся… Вероятно, это как-то связано…

Она осеклась, когда из двери учительской вышли профессор Макгонагалл, Сириус и профессор Флитвик. Дойдя до нас, они остановились.

– Вы на урок, молодые люди? – поинтересовался крошка Флитвик.

– Да, у нас сейчас Зельеварение, – ответила Гермиона.

– Отлично! – непонятно чему обрадовался он. – Тогда желаю вам успехов. Мистер Грей, – обратился он к Сириусу, – очень хорошо, что выручили нас. Спасибо.

– Да не за что, – рассеянно отозвался Сириус, пройдя взглядом по нашим лицам.

– Я предупрежу учеников, чтобы они никуда не расходились, – сказала профессор Макгонагалл, предоставляя нам возможность поговорить перед началом уроков.

Они с Флитвиком поднялись по лестнице.

– О чем это вы? – спросил Гарри крестного. – От чего ты их выручил?

– У профессора Алберта в семье случились какие-то неурядицы и ему пришлось покинуть Хогвартс на пару дней. Я предложил провести уроки вместо него, и профессор Макгонагалл согласилась. Мне же вести занятия не впервой…

– Что я говорила! – с оттенком самодовольства сказала Гермиона.

– Да тихо ты! – одернул ее Рон. – У нас тут такие дела творятся…

– Какие дела? – помрачнел Сириус, безошибочно выбрав взглядом из всех нас меня.

– Лили и Джеймс… – в конце концов сказала я. – Они поссорились… из-за меня.

– Не прямо из-за тебя, – возразил Гарри. – Это не твоя вина.

Он оборвал фразу на полуслове, когда через холл к подземельям потянулись семикурсники, среди которых были Мародеры, Лили и несколько учеников из других факультетов. Впрочем, двое или трое из них отделились от основной массы и свернули к лестнице. Лили демонстративно не смотрела на шедшего чуть позади Джеймса и первая спустилась в подземелья.

– Вот видите… – пробормотала я, испытывая сожаление и горечь одновременно.

Сириус молчал, провожая взглядом исчезающих в дверном проеме гриффиндорцев.

– Сейчас урок начнется, – наконец произнес он, посмотрев на Гарри, Рона и Гермиону. – Идите, если не хотите опоздать. Что у вас сейчас? Зельеварение?

Они кивнули, дружно обратив лица ко входу в подземелья. В этот момент из Большого зала вышла Паркинсон с отсутствующим видом. Без надменного выражения она казалась вполне нормальной и безобидной на первый взгляд.

– Я думаю, нет нужды повторять…

– Мы будем вести себя ниже травы, тише воды, – сказал Рон, не дожидаясь окончания предложения. – Но за Паркинсон мы не ручаемся. В прошлый раз она едва не утопила в котле Джеймса за его невинное замечание о Снейпе.

– Вот и следите за ней. – Сириус посмотрел на замедлившую напротив нас Паркинсон, будто почувствовавшую, что говорят о ней.

– Легко сказать… Впрочем, ладно…

Гарри, махнув друзьям, направился к подземельям. Когда они трое, а за ними Паркинсон, скрылись с глаз, Сириус повернулся ко мне.

– Так что случилось у вас с Джеймсом и Лили?

Обреченно вздохнув, я поведала ему о недавнем инциденте.

– Не понимаю, почему все время это со мной происходит… Вроде и избегаю кого надо, и осторожна с кем не надо. Знаешь, я иногда думаю, не проклял ли меня кто-нибудь…

– Если бы ты была чьим-нибудь заклятым врагом… А так маловероятно.

Сириус, положив руку мне на локоть, потянул на лестницу.

– Это не очень-то успокаивает. Может, мне запереться в комнате? Хотя это тоже вызовет подозрения… А вдруг…

– Значит, все дело в маленьком куске красного картона? – спросил он, вклиниваясь в мои рассуждения.

Я не сразу вникла, что он так отозвался о валентинке.

– Ну, вообще-то… – И тут мне вспомнилось кое-что еще. – Джеймс успел заметить что было написано внутри!

– И что?

Несмотря на его спокойный голос, я почувствовала, как он напрягся.

– Он узнал твой почерк.

– Вот как? – спустя некоторое время произнес Сириус.

– Это что же, – вдруг нахмурилась я, – он думает, валентинка эта от другого тебя?

Он неожиданно усмехнулся, хотя в этом не было ничего забавного.

– Да уж, поневоле запутаешься. Один думает одно, вторая – другое. Уверен, это все от того, что мы здесь.

– От нашего пребывания в прошлом? – уточнила я, внутренне холодея.

– Да. И чем дольше, тем больше вероятность того, что последствия будут необратимы.

Мы свернули в многолюдный коридор и потому не могли продолжать эту животрепещущую тему.

– А куда мы… – начала я, стараясь не отстать. – Ах да… У тебя сейчас урок?

– Верно. Не хочешь побыть на нем?

– Разве можно?

– Почему нет, если посидишь где-нибудь в сторонке?

– Пожалуй… – неуверенно сказала я, подумав, как отреагируют на мое присутствие ученики.

Перед классом Защиты от Темных Сил толпились рейвенкловцы, курс этак третий. При виде нас они разом умолкли. На их лицах проступила плохо скрываемая настороженность. Без всякого предисловия Сириус распахнул дверь и вошел в класс. Я следом. Рейвенкловцы же не тронулись с места.

– Проходите, – сказал Сириус застывшим в коридоре ребятам. – Или вам нужно особое приглашение?

Они, подталкивая друг друга, стремились в класс. И едва через порог переступил последний человек, прозвенел звонок, оповещая о начале урока. Я ретировалась в заднюю часть класса, где устроилась за последней партой. Требовать тишины не понадобилось, так как ученики оборвали свои разговоры сами, лишь только Сириус закрыл дверь.

– Как вы, вероятно, уже знаете, вашего преподавателя по Защите сегодня нет в школе. Поэтому этот урок проведу я.

– А почему вы, сэр? – осмелилась спросить одна девочка со светлыми хвостиками. – Вы тоже преподаете Защиту?

Я встретилась глазами с Сириусом. Он едва заметно улыбнулся, несомненно вспомнив собственные уроки, на которых присутствовала я, уже не в качестве зрителя.

– Вы совершенно правы, мисс. Но перейдем непосредственно к самому занятию. Насколько я знаю, вы проходите темных существ?

Ответом ему был одобрительный хор голосов.

Урок закончился так быстро, что я даже удивилась, когда вновь прозвучал звонок. Сириус рассказывал про всяких существ, о которых и понятия-то не имела, очень увлекательно и безраздельно завладел вниманием третьекурсников с самых первых минут.

– Ты им определенно понравился, – сказала я после того, как мы остались в классе вдвоем. – И спустя двадцать лет о тебе будут вспоминать как о хорошем преподавателе.

– Двадцать лет – довольно долгий срок, чтобы помнить об одном уроке, – возразил Сириус, просматривая записи нынешнего учителя Защиты.

– А кстати, когда ты учился на седьмом курсе, профессор ваш и тогда отлучался из Хогвартса?

Он задумался.

– Да нет, вроде бы… Во всяком случае, замен у нас никаких не было. Этого я бы точно не забыл.

Продолжить беседу нам не дали ворвавшиеся в класс, будто ураган, ученики из Гриффиндора, а за ними, чуть спокойнее, – слизеринцы на курс младше предыдущих.

Этот урок, как и первый, прошел незаметно, потому что общение с младшекурсниками не доставляло особых проблем. Хотя некоторые из них были явно недовольны появлением временного преподавателя.

– Я тебя случайно не отвлекаю? – подойдя к Сириусу на перемене, спросила я. – Может, мне лучше уйти?

– Чем это, интересно, лучше? А вдруг ты опять в какую-нибудь историю попадешь?

– Ах, вот оно что… Думаешь, если буду находиться в поле твоего зрения, со мной ничего не произойдет?

– Ты думаешь иначе? – скептически приподнял он бровь. – К тому же, что ты будешь одна делать? В лучшем случае отправишься в библиотеку.

Я помотала головой, улыбаясь.

– Вот и не угадал! Я бы надела мантию-невидимку и прокралась в Гриффиндорскую башню!

– Юмористка, – хмыкнул он.

– С кем поведешься…

В класс вошла очередная партия учеников, и я, взглянув на них, едва не поперхнулась. Зря не ушла сразу, теперь же придется вытерпеть внимание седьмого курса, Слизерина и Гриффиндора одновременно.

– Сириус, ты уверен, что хочешь, чтобы я осталась? – понизив голос, спросила я.

Он оглянулся на с шумом рассаживающихся молодых Джеймса, Сириуса, Ремуса и Питера Петтигрю. В другом ряду расположились Эйвери, Крэбб и остальные слизеринцы. Увидев вместо своего преподавателя нас, все они не выразили особого удивления, видимо, уже осведомленные о замене. Часть них, преимущественно гриффиндорцы, проявляли обычное любопытство, а другая часть – либо равнодушие, либо неодобрение. Эйвери вообще выглядел так, словно он пришел не на урок, а на скучное мероприятие.

– Уверен, – без обиняков ответил Сириус. – С тобой я легче перенесу это занятие.

– Ну, хорошо…

Ободряюще улыбнувшись ему, я вернулась на свое место. Однако, дойдя до стола, вдруг изменила направление и свернула к соседнему ряду. Мне совсем не хотелось сидеть прямо за двумя бугаями-слизеринцами.

– А вы долго будете заменять профессора Алберта? – первым делом поинтересовалась одна из слизеринок.

Она с надменным видом откинулась на спинку стула, скрестив на груди руки, тонкие, белокожие, какие и должны быть у настоящей аристократки.

– Не беспокойтесь, мисс, недолго. Скорее всего, один день. Но если профессор Алберт будет отсутствовать дольше, не откажусь провести занятия и завтра.

Сириус обвел взглядом весь класс, задержав его на сидевшей в середине первого ряда гриффиндорской четверке.

– Итак, если никто не возражает, начнем урок…

К моему удивлению, Мародеры вели себя тихо, не задавая никаких вопросов, правда, иногда перешептываясь между собой, чем вызывали легкое неудовольствие сидящей впереди Лили. На меня тоже как будто не обращали внимания, хотя самые нетерпеливые оборачивались в мою сторону, но от комментариев воздерживались. Самым странным было то, что в их состав входили не Северус, Джеймс или Лили, а кое-кто из слизеринцев и подруги Лили, Мириам и Джейн. Вообще, гриффиндорок было четыре, но незнакомая мне шатенка с нескрываемым интересом внимала каждому слову Сириуса, рассказывавшего что-то о магии темных существ, на этот раз – наиболее опасных, чем те, о которых заслушивались третьекурсники.

– …Воргот одновременно напоминает боггарта и дементора. Это тоже призрак, который питается человеческими страхами и эмоциями, однако отличается от них тем, что не забирает радость и не превращается сам, а проецирует негативные чувства на окружающую среду. Проще говоря, столкнувшись с ворготом, волшебник видит не что иное как мнимую реальность.

– Галлюцинации то есть, – лениво перевел Нотт.

Сириус коротко кивнул.

– А против этих существ имеется какое-нибудь защитное заклинание? – спросила живо Лили, находящаяся непосредственно перед ним. – И где их можно встретить, если что?

Сириус как бы нехотя повернул голову и посмотрел на девушку. Внешне его волнение никак не проявилось, лишь пальцы рук, лежащих на столе, чуть заметно дрогнули.

– Против ворготов, увы, специального заклинания, как против боггартов, нет. Но, так как они обитают в местах сумрачных и влажных, например, в болотистой местности или пещерах, их можно припугнуть ярким светом или огнем.

– Вот уж никогда в жизни я не отправлюсь на болото, – негромко произнес Сириус-семикурсник.

– Откуда ты знаешь? – спросил Джеймс, усмехаясь. – А вдруг когда-нибудь тебя занесет в это малоприятное место, где атакуют галлюцинации… Ты понять не успеешь, как сойдешь с ума.

– Помолчите, – бросила им Лили, не оборачиваясь.

Но Сириус как не услышал ее.

– Как вы считаете, сэр, какое существо опаснее? – обратился он к себе-взрослому. – Эти ворготы или дементоры?

Мне почудилось, Сириус побледнел. Но я сидела довольно далеко, возможно, это было игрой света в сочетании с моей тревогой.

– Они оба опасны по-своему. Я не берусь сравнивать их по той причине, что из этих двух существ сталкивался я лишь с одним.

– С кем?

– С дементором. – Он помолчал. – Но вернемся к уроку…

Честно признаюсь, я была даже рада, когда Защита закончилась. Класс опустел, и я, дождавшись ухода оглядывающихся Мародеров, закрыла дверь.

– Странно, да? – пробормотала, обнимая Сириуса. – Что он, то есть ты, спросил про дементоров?.. Может быть, он что-то почувствовал?

– Нет, не думаю… Дементоры – едва ли не самые страшные существа на свете, к тому же, я упомянул о них…

Он машинально провел рукой по моим волосам, пребывая во власти своих мыслей. Прическе пришел конец, но я даже не обратила на это внимание.

– Так тебе намного лучше.

Волосы небрежно упали мне на плечи.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю