Текст книги "Танец Опиума (СИ)"

Автор книги: Lime.lime

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 55 страниц)

Сакура засмущалась, до этого момента уверенная, что дела обстояли именно таким образом. А что ещё ей следовало думать? Братья Учихи были жутко злы на родственника и особого доверия к нему не питали, а сам Шисуи был преисполнен печалью в день своего отбытия. Да ещё и посылал ей тайные знаки, мол, история ещё не закончена, и он обязательно вернётся. Последнее – лишь вопрос времени. Это наводило на мысль, что дальнего родственника сослали в Австралию, как в Сибирь ссылали неугодных российскому правительству.

– Шисуи связной, – пояснил блондин, оправившись от приступа смеха. – Он бы в любом случае вернулся на свой пост.

– Связной? – приподняла брови Харуно.

– Ну… – задумчиво протянул Дейдара, размышляя, как бы попроще объяснить дурнушке сложные вещи. – Связной между старым поколением и новым, – однако Сакура по-прежнему не понимала. – Когда официальная власть передаётся новому поколению, старое отходит от дел. Как показывает длительная история нашего бизнеса, не все члены старого поколения хотели отходить от своих дел и терять влияние. А потому, в таких случаях, новое поколение обязывалось предоставить определённых размеров территорию своим отцам, чтобы те вели автономное существование. Для таких случаев, во избежание полного отделения одной родовой ветки от другой, учредили должность связного между двумя поколениями.

– То есть Фугаку-сама отказался уходить на пенсию и сохранил за собой армию, подчинённых, бизнес и влияние, переселившись в Австралию. И связным между двумя поколениями стал Шисуи. Всё правильно?

– Абсолютно верно, – мягко улыбнулся Дейдара, потрепав Харуно по голове. – Но если быть точным, то связные существуют даже в мирные времена, ибо не всегда между двумя поколениями устанавливаются хорошие взаимоотношения. Фугаку-сама с самого рождения Шисуи готовил его быть связным. Вся Австралия висит на нём. Удивителен сам тот факт, что парень приехал даже ненадолго погостить у братьев Учих, учитывая то, сколько у него дел. Особенно сейчас, когда два поколения столкнулись лоб в лоб.

– Фугаку с Итачи и с Саске не ладят?

– Не то слово, – нахмурился Дейдара. – Обстановка обостряется. Фукагу не хочет терять своего влияния и власти. Итачи ведёт войну на три фронта – с Сенжу, с внутренними волнениями и с Первым Миром Нелегалов и с отцом. Фугаку не хочет помогать Итачи, указывая на то, что войну начал не он.

– Но он же его отец! – вспыхнула Сакура, вспомнив высокого серьёзного мужчину со странным восприятием мира.

– Если бы все было так просто…

Несколько минут Сакура справлялась с внезапно нахлынувшей волной гнева. Не зря Фугаку не понравился ей с первых минут их знакомства. Впрочем, и его жена была с той же планеты, что и её горе-муженек. Удивительно, что у таких своеобразных людей родились такие непохожие на них дети.

– Расскажи мне о войне, – робко попросила Харуно, вдруг вспомнив, что она практически ничего не знает об этом.

Дейдера оставалось только вздохнуть и рассказать девушке о том, как и по какой причине ведётся война между двумя крупными семьями нелегалов. Сакура слушала, внимания каждое слово и изредка кивая, указывая на то, что всю информацию она благополучно укладывает в своей голове.

– А сейчас?

– Что сейчас? – не понял блондин, мотнув головой.

– Как обстоит дело сейчас?

Тсукури быстро поменялся в лице, сделавшись несколько опечаленным. Голубые глаза наполнились горечью. Харуно всё поняла без слов и понурила голову.

– У нас крупные проблемы. Мы теряем предприятия и территории. А теперь Сенжу решили ударить по нашей разведке… а потому сегодня я уезжаю.

– Что?! – не поняла Сакура, у которой глаза на лоб полезли от внезапной новости.

– Меня переводят, – пожал плечами Дейдара. – Сегодня Итачи должен подписать документ, следуя которому меня переводят в Австралию, – блондин поднял голову и с тоской в глазах посмотрел на девушку. – Я даже не знаю, когда приеду навестить тебя… Контракт бессрочный.

Сакура не могла поверить своим ушам. Сегодня ей придётся на неопределённый срок попрощаться с человеком, который так сильно похож на её брата? Который заставлял её улыбаться и говорил чуть больше, чем все остальные? Который был единственным из ближайшего окружения, кто имел возможность выражать свои эмоции? Как же так?

На самом деле, Дейдара был рад не больше, чем дурнушка. Во-первых, потому он и сам-то не горел желанием прощаться со своей лучшей розоволосой подругой и темноволосым лучшим другом. Во-вторых, климат Австралии не совсем подходил блондину, который не переносил жару. И в-третьих, он не был поклонником Шисуи, в дуете с которым ему и предстоит работать.

– Но почему?! – всё ещё недоумевала Харуно.

– Я Глава Разведки. Если меня убьют, то всё пойдёт коту под хвост, а у Учих нет лишних средств, чтобы заводить мне няньку. В Австралии у меня больше шансов выжить, учитывая то, что Фугаку не станет терпеть закидоны Сенжу, если те объявятся на континенте.

– Итачи хочет убить двоих зайцев одним махом, – догадалась Сакура. – Защитить тебя с помощью своего отца и вынудить Фугаку объединить силы против общего врага.

Дейдара удовлетворённо кивнул.

– Остается только надеяться, что именно это Итачи и имеет в виду… – загадочно добавил он. – Последнее время он какой-то… рассеянный, что ли. У него на уме явно не только война крутится…

***

– Итачи, ты готов? – слёту спросил Саске, забегая в кабинет своего брата.

– Почти, – лениво протянул Итачи, поправляя галстук.

Старший Учиха стоял перед огромным окном и всматривался вдаль. Лазурное небо было сегодня каким-то особенным.

– Опять в костюме? – проворчал Саске.

– Так удобнее. К тому же у меня назначена важная встреча на сегодня.

– Снова? Мы же договорились с Сакурой провести время в торговом центре?

Итачи задумчиво повёл плечами.

– Так я и не отказывался от своих слов, – спокойно парировал старший Учиха. – Я побуду с вами часок, а затем отправлюсь на встречу… в Новую Зеландию.

– Какой ты щедрый, братец! – насупился Саске.

– Ты же знаешь, что у нас проблемы.

– Знаю…

Несколько минут они молчали и думали каждый о своём. Выезжать они планировали только через семь минут, поэтому время в запасе было предостаточно. Ну, по крайней мере по их меркам, семь минут – это огромный промежуток времени, за который можно покорить весь мир.

– Саске, у меня будет к тебе одна очень важная просьба.

– Я слушаю, – кивнул брюнет, скрестив руки на груди.

– Во-первых, что ты знаешь о брате Сакуры?

Саске нахмурился и поморщился, заподозрив что-то неладное. Он неспешно повёл плечами и простодушно ответил:

– То, что они созваниваются по разу в неделю. По воскресеньям, если быть точным. У Наруто в этот день выходной. Болтают по несколько часов… о всяком разном.

Итачи повернулся и скользящей походкой направился к выходу.

– Узнай о нём как можно больше, – на полном серьёзе проговорил Учиха-старший, явно что-то зная или по крайне мере подозревая кого-то в мерзопакостном деле.

– К какому времени?

– Пока что это не так важно. Поройся в файлах в ознакомительном порядке…

Саске почуял что-то уж совсем сверхъестественное, но задавать много вопросов не стал. Он кратко кивнул и последовал вслед за братом.

Комментарий к Глава XIX. Часть 1.

Дорогие читатели, прошу капельку внимания!

Я уже упоминала в группе, что у меня проблемки с бетой. Главы пылятся: их некому проверять и редактировать. Моя бета подводит меня серьезно. Я по возможности стараюсь сама прогонять текст, но ошибки остаются, т.к. объем большой + моя невнимательность. Если среди вас есть желающие стать бетой к этой работе или у вас есть какие-то, так сказать, рекомендации, прошу вас, дайте мне знать! Заранее спасибо!

========== Глава XIX. Часть 2. ==========

Сакура понурила голову. Её большие зелёные глаза потемнели на целый тон. В эту секунду ей в голову пожаловал свет внезапно включившейся лампочки. А ведь и правда – на уме у Итачи крутилась явно не одна мысль. И даже не одна сотня. Едва ли во всей этой путанице с Австралией, с организованным переездом блондина на другой континент и с его неслучайной специальности нет какого-то подвоха.

Какую игру Итачи затеял на этот раз? И какие последствия она будет иметь в дальнейшем? Девушку убивало неведение. Железный занавес, за которым её прятали Учихи, уже в печёнках сидел.

Блондин с интересом взглянул на «коротышку зловредную», гадая, что именно вертелось в её розовой голове. Он хотел было поинтересоваться у Харуно на этот счёт и, возможно, тем самым сунуть нос куда не следует, однако им помешали…

Братья Учиха, словно две большие горы, предстали перед ними во всей своей обезоруживающей красоте. Они, как и всегда, были одеты с иголочки. Старший – в костюме, младший – в черной толстовке, сшитой на заказ, и в дорогущих черных джинсах. Оба в приподнятом настроении.

Девушка поспешно поднялась с лавочки и смятёнными глазёнками уставилась на Учих. Её бледное лицо и написанная на лбу растерянность быстро уступили место безмятежной неосведомленности. Сакура, как говорится, скосила под дурочку. Дейдара стоял рядом и мило улыбался, делая вид, что ничего не произошло и что ни одно запретное словечко о внутренних делах семьи Учиха не слетело с его уст.

Блондин поздоровался со своими начальничками и занял место по правую руку от Итачи. Братья, к счастью Тсукури, не заметили никакого подвоха в невинных зелёных глазках своей обожаемой дурнушки. Учиха-старший успел только потрепать Харуно по голове, продемонстрировав усталую улыбку, а затем младший подхватил сорок пять килограмм своей любви и закружился вокруг себя.

– Привет, – слегка улыбнулся Итачи, когда его приставучий братец от неё отклеился. Затем его внимание обратилось на блондина. – Ты собрал вещи?

– Да, – пожал плечами Дейдара. – К путешествию готов.

– Это хорошо. Отправляйся домой, забери чемоданы и через час будь в аэропорту.

– Ты тоже уезжаешь? – спросила девушка, опасаясь потерять на неопределённый срок ещё одного дорогого ей человека.

Итачи тяжело вздохнул и сунул руки в карманы брюк.

– Мы с ним уезжаем в Австралию, – отозвался тот.

– И надолго? – не отступала девушка.

– Дейдара задержится на год-другой, – уклончиво отозвался Итачи.

– Почему так надолго?!.. – насупилась девушка. – А можно я к нему приезжать в гости буду?

Дейдара невинно засмеялся, почёсывая затылок и радуясь, как ребёнок, тому, что Сакура готова приехать к нему в гости даже на край света. Обаятельная улыбка, ямочки на щечках и лёгкий румянец сделали Тсукури похожим на Наруто. Харуно не смогла не умилиться, глядя на этой чудо расчудесное.

Итачи слегка наклонился к ней, оказавшись лицом к лицу. Затем он преподнёс руку к её лбу и задумчиво протянул своё фирменное «м-м-м».

– Саске, а ты уверен, что блондинчик не покорил сердце твоей барышни? – выдал Итачи. – Тогда это объясняет, почему командировка Дейдары заставляет её пятую точку гореть от негодования…

Младший Учиха усмехнулся и приобнял Сакуру за плечи. Та насупилась.

– Так нечестно. Вы лишаете меня друга!

– Увы, но и лишить Австралию такого замечательного работничка, как он, мы тоже не в силах, – с иронией обронил Итачи, вздохнув. – Саске, всё-таки увёл блондинчик у тебя девушку.

– А ты всё шутки шутишь, как я ни погляжу, – скривился младший Учиха.

– Приходится…

– У тебя не получается, смирись, – буркнул Саске, следом усмехнувшись и зарывшись носом в розовую макушку. Дейдара весело засмеялся, за что был пойман с поличным: – А ты тут чего уши греешь? Тебя чемоданы ждут.

– Я тоже тебя люблю и буду скучать, – съязвил Дейдара, крепко обнявшись со своим лучшим другом.

– Не пропадай, – кивнул Саске, искреннее расстроенный уездом своего светловолосого друга. С кем он теперь будет развлекаться по вечерам пятницы? – И не пей без меня.

– А ты – без меня!

– Вот так люди и излечиваются от алкоголизма, – точно подметил Итачи, стоя с Сакурой в сторонке и наблюдая за тем, как лучшие друзья обмениваются наставлениями.

– Всякими полуфабрикатами не балуйся: весь желудок себе посадишь! – важно говорил Саске.

– А ты Сакуру береги, – напоследок тихо шепнул Дейдара, сверкая голубыми глазами.

– Обязательно.

Затем Дейдара подошёл к Сакуре. К сожалению, у него не хватило сил на большее, чем чмокнуть её в макушку, горестно посмотреть на неё и одними губами шепнуть:

– Береги этих дураков.

– Я всё слышу! – подал голос Саске.

– А ты береги себя, – кивнула девушка, а затем блондин исчез за ближайшим поворотом, оставив дурнушку в надёжных руках Учих.

Постояв ещё с минуту в полной тишине, троица вдруг оживилась, не собираясь больше ни секунды тратить на грусть и депрессивное настроение. Первым делом они купили себе мороженое. Саске, как самый большой ребёнок из трёх, взял четыре шоколадных шарика. Увы, они его победили: Учиха-младший весь перемазался.

Нет бы съездить домой и переодеться, как все нормальные люди. Ну или, по крайней мере, потерпеть некоторое время и походить в слегка запачканной толстовке. Но нет же! Принцу не годно ходить как свинье. Потому он снял с себя «безвозвратно потерянную тряпку» прямо в торговом центре на глазах любопытных зевак и выбросил вещь в мусорную корзину. Итачи только качал головой, вторя, что Саске идиот, а Сакура то и дело ловила взгляды молодых девиц, которые были прикованы к идеальному телу молодого парня. Да и вообще братья были нарасхват.

Двумя годами ранее Саске обязательно бы ехидно заулыбался, обольщённый женским вниманием. Но сейчас, когда во всём мире из женщин для него существовала одна лишь Сакура, Учиха-младший в упор не замечал кокетливые взгляды молодых девах. Зато от чуткого внимания Харуно ничего скрылось. Уже через пару минут её терпению пришёл конец. На её милом бледном личике проступили красные пятна, означающие только одно – скоро всех этих злосчастных кокеток постигнет кара небесная.

– Ты сейчас лопнешь от гнева, – с ухмылкой на лице паясничал Итачи, с тем же понимая бедную девушку.

Ему самому не особо нравилось привлекать много внимания.

– Что такое? – не понял Саске.

– То самое! – огрызнулась дурнушка, насупившись.

– А?

– Оденься, – хохотнул Итачи, указав пальцем в сторону магазина.

– Фу, – поворотил нос тот. – Ещё я в секонд-хенде не одевался.

Венка на виске вспыльчивой Харуно разбухла и запульсировала.

– Казню… – шипела она, поднимая глаза. – Либо ты немедленно одеваешься, либо я казню всех этих шалав, которые на тебя пялятся!

Итачи засмеялся, представляя, как само Дружелюбие и Милосердие кромсает мачете всех, чьи зенки были обращены на объект её воздыхания. Кровавое месиво будет таковым, что режиссеры «Пилы» обзавидуются.

– Батюшки! – спохватился Саске. – Ты ревну-у-уешь! – несносный брюнет нагнулся к Сакуре и улыбнулся своей обезоруживающей улыбочкой. – Как это мило… – и чмокнул в алые, пухлые губки, а затем подхватил её тельце и понёс в магазин – исполнять просьбу своей избранницы.

Долго бродя между стеллажами с одеждой, Итачи с Сакурой устали слушать недовольства Саске: то ему ткань не нравится, то рисунок, то цвет. И ведь не угодишь избалованному большому ребёнку! В конечном итоге, ценой сотен погибших нервных клеток им всё-таки удалось свершить невозможное и одеть своего любимого и ненаглядного.

После этого всё пошло своим чередом. Хотя первые встречные незнакомки всё ещё бесстыдно пялились на привлекательных братьев Учих, Сакура больше не норовила превратиться в ревностного маньяка-убийцу. Она точно знала, что две пары чёрных глаз устремлены только на неё одну.

Правда, когда Харуно поймала себя на мысли, что, окажись Итачи в подобной с братом ситуации, она бы ревновала не меньше. Дурнушка почувствовала укол совести. Ей было страшно признать, что одного ей никогда не хватит. Что одного ей всегда будет мало. Что один – лишь половина её изнывающего сердца.

А ведь Сакура пыталась полностью отгородиться от Итачи. Она усердно старалась не нарушать правила, которые связывали её и Саске. Однако каждый раз, когда она видела старшего Учиху в компании какой-нибудь девушки (которая, между прочим, имела с ним исключительно деловые отношения) внутри разгоралось пламя, которое было так сложно потушить…

Итачи тоже всё понимал без слов. Видел мимолетные взгляды, чувства и искры, но ради блага собственного брата и покоя своей дурнушки он снова и снова проходил мимо. Притом Учиха-старший больше не чувствовал пустоты внутри, спокойствия и мёртвой тишины. Внутри него всё бурлило тем чувством, называемым ревностью.

Однако не было смысла искать искры там, где их быть не должно. А потому оба молчали. Потому оба не искали минуты, чтобы побыть вдвоём…

Троица ходила по торговому центру и веселилась. Саске рассказывал, по обычаю, какие-то истории, не умолкая ни на секунду. Итачи язвил и паясничал словам своего брата. А Сакура заразительно смеялась над весёлыми шутками, держась за руки со своим молодым человеком. Казалось, старший Учиха должен был стать лишним, когда изредка влюблённые останавливались и целовались, но, вопреки всему, этого не происходило. Итачи был важным аспектом в их отношениях. Как бы регулятором справедливости и разумности, ибо Саске не всегда мог остановиться, а у Сакуры порой не хватало власти, чтобы усмирить своего парня.

Как бы то ни было, но день проходил на ура! Лучшим за последние полгода его сделала фото-кабинка, на которую Харуно сразу же положила глаз. Девушка уже давно страстно мечтала сфоткаться с братьями Учиха, дабы запечатлеть хотя бы одно мгновение их счастливой совместной жизни. Проблема заключалась в том, что Итачи и Саске совсем не любили фоткаться. Любая попытка исправить подобное недоразумение заканчивалась плачевно…

– Давайте сфоткаемся! – просияла Сакура, указывая своим длинным худым пальчиком в сторону фото-кабинки.

Саске поморщился, а Итачи устало вздохнул.

– Сакура, мы не любим фотографироваться, – сухо бросил Итачи, не остановившись ни на секунду.

Саске тоже предпочёл проигнорировать пожелания своей девушки и непринуждённо шагать в заданном направлении, крепко сжимая маленькую ручку розоволосой бестии.

– Ну, уж нет! – процедила Сакура, безуспешно пытаясь остановить братьев словами. – Я хочу сфоткаться на память!

А вот и капризы… Братья нечасто становились свидетелями подобных выкрутасов Сакуры, когда глупое пожелание оказывалось важнее всякой услады мира. Либо эту прихоть исполняли, либо эта прихоть превращалась в головную боль Учих. К счастью, капризной дурнушка становилась исключительно «по праздникам», но когда становилась, Итачи с Саске даже не думали ввести сопротивление. Всё их упрямство и неуступчивость прекращали своё существование.

В этот раз братья всё же попытались противиться воле их неугомонной дурнушки, о чём горько пожалели…

Харуно упиралась ногами в скользкий пол, утягивая руку Саске назад, тоненьким голоском портила учиховский слух. Те с каменным лицом на пару делали вид, что ничего не замечали и упрямо вышагивали вперёд. Сакура скользила по гладкой поверхности, изо всех сил противясь воли братьев и жалостливо выпрашивая «всего одну фоточку».

К счастью Сакуры, но к сожалению братьев, и Саске, и Итачи больше всего боялись этого самого оружия своей дурнушки – щенячьих глазок и горьких слёзок глупой обиды. Она так редко просила их о чём-то, что подобные ситуации доходили до абсурда. Учихи вдруг остановились, более не способные терпеть этой муки, и повернулись к расстроенной «зловредной коротышке». Итачи взял Сакуру подмышки и поднял, как обыкновенного ребёнка, лицом к себе. Саске стоял возле него. Оба взирали на девушку со строгими выражениями лица. Эдакие воспитатели.

– Сакура, – начал младший Учиха, – мы никогда не фотографируемся. Никогда! И это правило нерушимо!

Та большими круглыми глазами смотрела на них, по-детски надув губки. Она часто хлопала глазами, на которых выступали слёзы. Братья ещё с секунду держались, а затем поставили её на ноги и с тяжёлыми вздохами согласились.

– Это так мило с вашей стороны! – сразу же повеселела Сакура, и слёз как ни бывало.

– В ней сатанинский дух, – шепотом бурчал Саске, лениво перетаскивая свои ноги.

– Дьяволица… – согласился Итачи, запрокинув голову.

– Я всё слышу! – осведомила их девушка, таща обоих упрямцев за руки.

– Кстати, через десять минут я вынужден вас покинуть, – уже громче объявил старший Учиха, обращаясь теперь не только к Саске.

Девушка, идущая впереди, удивлённо попятилась на Итачи.

– Это всё из-за фотографии? – И вновь большие щенячьи глазки обезоружили братьев.

– Нет, – грустно улыбнулся Итачи, потрепав дурнушку по голове. – Работа не ждёт…

– Так скоро?

– Угу…

– И как долго ты пробудешь в путешествиях? – допытывалась Сакура.

Итачи с секунду подумал и похоронным голосом ответил:

– Лет пять. Может быть, шесть…

Саске и Сакура уставились на Итачи, как бараны на новые ворота. Они буравили его взглядом, пока тот не сдался под напором и не спросил, в чём дело.

– В чём дело?! – недоумевал брат. – Ты ничего мне не сказал, что уедешь так надолго!

– Неужто скучать будешь, Саске? – слегка улыбнулся старший Учиха в ответ.

Тот отвернул голову и надулся, как индюк.

– Итачи! Почему ты не сказал нам раньше? – вступилась Сакура.

– Да ладно-ладно, – сдался тот, виновато почёсывая затылок. – Только истерики мне тут не закатывайте. Я пошутил! Я где-то на месяца два-три уезжаю.

Девушка пихнула его в плечо и гордой походкой направилась к фото-кабинке. Саске покачал головой, но следом же усмехнулся, отмечая про себя, что и вправду испугался потенциальных пять лет разлуки. Младший Учиха хлопнул брата по плечу, и они вместе направились вслед за Сакурой.

***

– Ну же! – воодушевлённо говорила Сакура. – Улыбнитесь!

Но никто из братьев даже не думал подчиняться. Одно дело – загнать их в эту проклятую фото-кабинку, а другое – заставить улыбаться. Ну, уж нет, сэр! Ни за что!

Три.

– Ну, пожалуйста! – взмолилась девушка, дёргая то одного, то другого за плечи. Учихи сидели по обе стороны от Сакуры с умиротворёнными лицами и прикрытыми глазами.

Они настольно не любили фотографироваться, что каждый раз, когда их заставляли это делать, братья закрывали глаза, отворачивались и не слышали замечаний остальных (обычно это были члены семьи). Даже в детстве, когда собственная мать (в кои-то веки приехавшая их навестить) вздумала купить новенький фотоаппарат, случалось нечто фееричное! На следующий же день злостный гаджет каким-то чудесным образом сломался. Как оказалось потом, братья Учихи, обладая фантастическим умом и сообразительностью, в ночь разобрали ненавистную вещь по деталям и вывели из строя одну из них. Причём они так постарались, что ремонту дорогая вещица не подлежала.

Примерно то же самое случилось и с тем фотоаппаратом, который домработники на Новый Год подарили дурнушке. Однако на этот раз братья удержались от соблазна сломать гаджет к чёртовой матери. Они только спрятали его на чердаке в самом дальнем углу. Как Сакура не искала свой подарок, найти так и не смогла… к счастью Учих.

Два.

– Саске! Ну, хоть ты! – девушка была в отчаянии.

Ведь если сейчас она не образумит братьев, то вся затея пойдёт насмарку и фотография не получится!

Один.

– Вы… блин!.. – насупилась девушка, и аппарат защёлкал. – У вас такие рожи, как будто вам говна не дали!

Братья переглянулись, пару секунд тупо смотрели друг на друга, а затем Саске весело засмеялся, наклонившись к обиженной Сакуре. Итачи улыбнулся, из-под прикрытых век взирая на дурнушку. Под конец короткой фотосъемки засмеялась и сама девушка…

Фотографии аппарат выдал им сразу, и, чтобы братья ненароком не испортили их и не разорвали в клочья, Сакура спрятала их в свою сумочку. Учихи поворчали-поворчали да перестали.

– Мне пора, – озадаченно оповестил всех Итачи, разглядывая стрелки швейцарских часов на своей руке.

– Уже? – разочаровалась девушка, повиснув на руке Саске.

Старший Учиха кивнул и слегка улыбнулся.

– Ну ладно, – тоже несколько расстроившись, согласился его младший брат.

Они пожали друг другу руки и кивнули.

– До встречи через пару месяцев, – с улыбкой на лице попрощался Итачи.

– Ненавижу тебя! – выпалил Саске и бросился к брату в объятия. – Впервые расстаёмся так надолго!

– Ну, не ври, братец, – усмехнулся тот, хлопая Учиху-младшего по спине. – До твоих трёх лет мы с тобой вообще были незнакомы.

Сакура с умилением наблюдала эту картину и не могла не порадоваться за них. Она помнила то время, когда братья грызлись между собой, как собаки, и мечтали перерезать друг другу глотки. А сейчас даже обнимаются, как котейки. Да ещё и с таким удовольствием!

Когда приступ нежности закончился (а произошло это быстро), Итачи нагнулся к Сакуре, чтобы той было легче дотянуться до его шеи, к которой девушка уже тянула свои тонкие беленькие ручки. Она крепко обняла своего друга и поцеловала в щёку.

– Возвращайся скорее, – шепнула Сакура, отстранившись.

– До встречи, – бросил напоследок старший Учиха, развернулся и грациозной походкой направился прочь от них.

Он поднял руку, таким образом попрощавшись, а затем исчез за поворотом точно так же, как исчез часом ранее Дейдара.

– Думаешь, с ним всё будет в порядке? – обеспокоенно спросила Сакура.

– Ох… – тяжело вздохнул Саске. – Ты лучше бы беспокоилась об Австралии и Новой Зеландии, куда он направляется. За них я волнуюсь больше, чем за Итачи.

Сакура весело захихикала, уткнувшись носом в плечо своего молодого человека. В эту самую секунду ей в голову пришла гениальная мысль.

– У меня есть замечательная идея, – хитро улыбнулся Саске, в чьей голове вспыхнула лампочка.

Сакура приподняла бровь.

– Ну и какая же?

Не сказав ни слова больше, Саске твёрдым шагом направился в ближайший магазин. Неброская вывеска сообщала, что влюбленные попали в Stradivarius.

– Зачем? – всё ещё не понимала Сакура, тем не менее не сопротивляясь.

– Подберём тебе что-нибудь, – уклончиво ответил брюнет.

– Зачем? У меня же всё есть…

Саске вздохнул:

– А намёков ты не понимаешь…

Сакура потупилась, но продолжила шагать за настойчивым брюнетом. В магазине, как ни странно, народу почти не было. Играла приятная музыка. Консультанты встретили их приветливыми улыбками. Причём Сакура из вежливости в ответ поздоровалась, а Саске только скривился и быстрее пули помчался к стеллажам с одеждой.

Брюнет хватал вещи без разбору, пренебрежительно складывая их на сгиб своего локтя. Следом за ней волочилась ничего не понимающая Сакура. Только когда они зашли в гардеробную, девушка, наконец, поняла ход извращённых мыслей своего парня. И все бы ничего, но, к сожалению, дурнушка не была сторонницей подобной практики. Она больше предпочитала уютный дом и мягкую постель. Вот только было уже слишком поздно…

Неугомонный брюнет захлопнул за собой дверцу самой дальней примерочной и, словно хищник, набрасывающийся на свою жертву, набросился на Сакуру. Он прижал дурнушку к стенке и впился в её губы жадным поцелуем. Руки быстро поползи по изгибам тела.

Харуно уже тяжело задышала, когда брюнет коснулся горячими губами её тонкой шеи. Сакура не успела даже слова вставить или запротестовать. Её щёки стали цвета спелого помидора, а по телу пробежала дрожь.

– Саске, – зашептала девушка, – ну… уж… нет!..

Парень в ответ ухмыльнулся, понимая, что для неё дороги назад уже нет. Тело девушки становилось чувствительным и податливым в его умелых руках, а потому Саске не сомневался в успехе. Сакура, набравшись сил, всё же попыталась отстраниться и сказать пару ласковых в адрес своего парня. Ей было стыдно, и адреналин затанцевал в её крови. От рук своего молодого человека дурнушка изнывала и теряла голову. Когда брюнет стянул с неё кофту и задрал юбку платья, девушка теперь уже с охотой поддалась навстречу его движениям. Прежде чем окончательно попрощаться со здравым смыслом, Харуно всё же успела сказать напоследок:

– Какой же ты… ах!.. наглый…

– Не шуми, – шикнул брюнет.

Саске ехидно усмехнулся, стиснув бедро своей дурнушки и укусив за мочку уха. С алых искусанных губ Харуно срывались тихие стоны, заглушаемые разве что только шумихой в соседней раздевалке. Видимо некий модник, решивший сегодняшним днём обновить свой гардероб, понял, чем занимаются в кабинке по соседству. Ему это явно не пришлось по нраву…

Жаль, что влюбленным было плевать. Они слышали и чувствовали только друг друга. Стоило Учиха войти в свою возлюбленную, как у Сакуры сдали нервы. Тогда-то и сорвался первый громкий стон. Даже поцелуй брюнета не смог заглушить тоненький голосок. С каждой секундой сохранять какую-никакую тишину становилось всё сложнее. Но окончательно выдало их вскрик дурнушки, по телу которой расходились волны наслаждений, испытываемые во время оргазма. Быстро сократившиеся мышцы влагалища довели до пика и брюнета.

И всё бы ничего, вот только тот самый недовольный потенциальный покупатель в соседней кабинке выдал их с потрохами продавцам. Именно поэтому извне послышались недовольные возгласы. Сладкая парочка замерла. Прежде чем в гардеробную постучали и с крайним возмущением попросили выйти вон, девушка успела спрыгнуть с парня и оттянуть платье вниз.

– А ну откройте! – послышался визгливый голос пожилой женщины.

Учиха смеялся, наспех застёгивая штаны. Зато Сакура не могла поверить в происходящее и сгорала от стыда.

– Дурак! – фыркнула Харуно, а в следующую секунду они за руку бежали к выходу. Причём смеялся теперь не только Саске, но и сама Сакура.

– А ты потише не могла?!

– Не могла! – парировала Сакура.

«Голубки» свершили небольшую пробежку до чёрного Порше на стоянке перед торговым центром и смотались, только колеса их автомобиля и сверкали…

========== Глава XX. Часть 1. ==========

Комментарий к Глава XX. Часть 1.

Две песни к этой главе:

Ivan Reys – Space

The XX – Basic space

Обе выложу в группе в ВК

Сакура склонилась над огромным ватманом и совершала безуспешные попытки отмерить правильное расстояние от точки до точки. Затем – построить графическим способом сложную трёхмерную фигуру, вид сверху. Получалось у неё, признаться, паршиво. По всему столу были разбросаны карандаши разной мягкости, точилки, стёрки и линейки. Справа от стола – разорванные в клочья неудавшиеся варианты чертежа. Слева – новые ватманы. Волосы взъерошены, губы закушены, щёки красные-красные. Одну ногу подогнула под себя, а другой яростно мотала из стороны в сторону. Нервы были на пределе. Все руки чёрные от графита, тонкие пальцы сжимали карандаш и вели ровно по линейке очередную линию. Момент истины… Снова не сошлось! Чёрт бы побрал эти дьявольские чертежи!

Вроде и руки не из задницы растут: умеет рисовать, хоть и самоучка. Вроде голова соображает: в школе у неё по черчению только положительные оценки в журнале стояли. Вроде и воображение у неё неплохое для такой работы. Да и терпения не отнимать. Но вот чего-то не хватало! И это что-то – недостаток знаний из-за участившихся прогулов в университете. Пропущенные лекции и пары, проигнорированные наставления преподавателей, намеренно незамеченные мастер-классы и дополнительные курсы – всё это давало о себе знать. Пять месяцев пропусков и всё коту под хвост! Все умения, старания, талант, природный дар… ничего было не в силах помочь дурнушке.