Текст книги "Танец Опиума (СИ)"

Автор книги: Lime.lime

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 55 страниц)

Самое сложное из всего было провернуть всю эту тяжелейшую операцию по вооружению города прямо под носом Сакуры. Всё происходило на глазах девушки, но Итачи врал. Врал очень убедительно. Потому Харуно оставалась в неведение, хоть всё ближайшее окружение и советовало ему посвятить дурнушку хотя бы в эти дела. По крайней мере, в случае необходимости она будет в курсе и сможет постоять за себя.

– Никакого случая необходимости не будет, – отрывисто говорил Итачи тоном, не допускающим возражений. – Именно поэтому город до верха заполнен охраной.

– Но, Итачи-доно, информация не подтверждена, и мы не можем быть уверены, что враг (да ко всему прочему ещё и наша собственная крыса) нападёт на Сакуру Харуно, – настаивал Пейн умеренным тоном. Он изо всех сил пытался намекнуть, что идея его начальника охранять девушку днём и ночью – не самая лучшая. Однако Итачи, казалось, сошел с ума. Он боялся, а ведь это самое неуместное чувство, которое только могло проскользнуть в сердце брюнета.

Тогда-то в игру вступил Шисуи, который вместе со своим двоюродным братом предстали бессильными перед лицом неизвестного предателя. Найти его оказалось столь же сложно, как и отпрыска Сенжу и Хьюго. Хотя, признаться, Итачи подозрительно быстро закончил эти поиски…

Наблюдая, какими быстрыми темпами увядает Итачи, Шисуи решил, что пора бы вмешаться в дела компании и подключить Саске. Однако здесь вступили в игру братья Зетцу. Обеспокоенные и замороченные, они едва успели объяснить что к чему и протянули младшему Учихе билеты на самолёт. Единственный их весомый аргумент был: «Сакуру нужно немедленно увезти. За ней ведётся охота».

Саске долго сомневался, не находя себе нигде места. Не спал, не ел несколько дней, сомневаясь в благоразумии Зетцу, которым он, между прочим, никогда в жизни не доверял. А потому Учиха-младший отправился к вечно занятому и, на тот момент, нервному братцу. На вопрос, что ему делать, Итачи дал лаконичный и безучастный ответ:

– То, что я тебе сказал – слушаться братьев Зетцу.

В конечном итоге Саске согласился, собрал вещи и отправился навстречу приключениям. По сути он попросту бросил своего брата. И совершенно неважно, что Итачи дал на это полное согласие. Чувство вины грызло Саске. Совесть мучила его день ото дня всё сильнее, пока он не оказался в Мортэме перед лицом своей роковой ошибки… Но до этого ещё нужно было дожить.

Как только Саске с Сакурой исчезли из Мортэма, всё стало в разы хуже. Из-за отсутствия близких ему людей, Итачи начал «лагать». Ближайшее окружение пыталось переубедить Итачи в принятых неадекватных решениях, но тот только и делал, что огрызался и не терпел возражений. В конечном итоге его подчиненные сделали то, чему их учили с самого детства – подчинились. Но вскоре другие области влияния Учих потребовали той самой охраны и наёмников, которые были собраны в Мортэме. Почти всех людей, исключая слугу в доме, Акацуки (у которых лопнуло терпение) втихушку отправили по своим местам – по разным странам. К этому времени Итачи перешёл из агрессивного состояния в состояние овоща, а центральное место заняла паранойя.

Старший Учиха отказывался принимать решения и управлять всей своей нелегальной системой. Благо, он всё ещё не вступил на официальный пост главы семьи, и вовремя вмешался Фугаку. Отец братьев был зол, когда узнал о происходящем и, по правде говоря, не поверил в то, что происходило с его равнодушным сыном.

Да что уж говорить, все были в шоке от того, что происходило с Итачи. Из волевого человека, который в своих суждениях опирается на сухие факты и доказательства, он превратился в параноика за считанные недели. И что теперь? Он полностью отошёл от дел, и единственное, чем занимался целыми днями, – тщетно думал.

Врачи навешали на его шею немереное число диагнозов. Прописали просто колоссальное количество таблеток, препаратов и время от времени ставили капельницы. Всем лечением от начала до конца занимался непосредственно Шисуи.

– Как считаешь, что с ним стряслось? – болезненно нахмурившись, спросил Саске. – Я не узнаю своего брата. Я… я, правда, не знаю этого человека. Его как будто подменили… Меня, чёрт возьми, не было в городе чуть больше месяца, а что я вижу сейчас?..

– Я вчера вызывал врача на дом. Он сказал, что у Итачи острая форма психоза… Я не слишком хорош в медицинских терминах, но…

– Я знаю. Похоже, всё очень плохо. И самое ужасное это то, что я не могу ничем помочь.

– А Сакура? Она ничего ведь… не знает? Ну… насчёт того, что за ней охотятся?

– Не задавай глупых вопросов, Шисуи. Ты сам прекрасно знаешь, что мы стараемся прятать от неё правду.

Двоюродный брат задержался возле дверей в кафешку.

– Не расстраивайся. Рано или поздно мы поймём, что происходит с Итачи.

– Я… я просто в замешательстве, – наконец, признался Саске. – В отсутствие Итачи его место должен занять я. По крайней мере до того момента, пока он не придёт в себя. Но я… даже пальцем не пошевельнул. Вместо того, чтобы стать опорой родному брату, я подчинился Широ и Куро. Отключил телефон по их приказу и не брал трубки. Я… не сделал ничего полезного, хотя должен был. Тут ты прав, Шисуи. Я попросту уехал от проблем.

– Ах ты, маленький трусишка, – хохотнул Шисуи, но эта безобидная шутка ни порадовала, ни разозлила Саске.– Слушай, я такой же, как ты…

– Ты не сбежал от проблем, – перебил его Саске. – И ты не подчинялся беспрекословно моему брату, Шисуи. Ты упрекаешь Итачи, даёшь ему советы. Я должен был ставить Итачи капельницы. Я должен был отдавать приказы Акацуки. Я должен был заниматься всеми делами. Я! Именно я! Если бы не ты, то отец уже давно бы прочухал, что Итачи сделался сначала больным ублюдком, не контролирующим эмоции, а затем – овощем. А что делал я? Ах, да… уехал по указке братьев Зетцу. Итачи нужна помощь, ему нужен сильный человек, на которого он может положиться. Я должен быть этим человеком, Шисуи! Я его родной брат, но… но я бросил его.

Шисуи молча дослушал до конца своего двоюродного братца, а затем положил на его плечо свою руку.

– Я знаю, мы с тобой не особо ладим, – начал он, – но я надеюсь, что ты поверишь мне, если я скажу, что ты отлично справляешься для того сопляка, каким ты был только недавно. Тебя не готовили быть правой рукой Итачи, но тем не менее ты учишься быть ею. Не мудрено, что ты всё ещё целиком и полностью зависишь от слова своего брата. На ошибках учатся.

– Что ты несёшь?!..

Саске болезненно нахмурился и закачал головой.

– Вашу мать… – снова зашептал он. – Мы в дерьме, Шисуи. На Сакуру охотятся Чёрные Наёмники, Итачи спятил, а отец может объявиться в любую секунду и…

– Мы справимся.

– Справимся?! – Саске отпрянул от брата. – Шисуи! Открой глаза! В Мортэме благодаря моему отцу и Акацуки практически нет военных. Стоит Стервятникам прочухать, что город опустел, а Сакура и я вернулись, и тогда они сюда нагрянут со всеми своими пушками, ножами и мачете. И это может случиться в любую секунду! В любую!

– Слушай, во-первых, мы всё так же не уверены в достоверности информации Конан. Да и в слова Дейдары, мол, завелась крыса, тоже с трудом верится. Всё обойдется… – тихо проговорил Шисуи, взглянув на небо, – …если только крысы и правда не существует.

– Что ты имеешь в виду?

– Стервятники наведаются к нам в гости, если только будет веская причина на это. Они не дураки и не смертники. Их удел – убийства, но не глупость. Если какая-нибудь крыска проинформирует Стервятников или Сенжу о том, что Мортэм пуст, Сакура вернулась на своё положенное место, а лишенный рассудка Итачи расхаживает без охраны, нам всем можно уже сейчас смело идти на кладбище и рыть себе могилки. Хотя, опять же, процент того, что байка о Чёрных Наёмниках и предателях окажется правдой, практически равен нулю…

***

Итачи безотрадно впился глазами в стакан с водой. Его длинные пальцы барабанили по столу, а иногда их и вовсе сводило судорогой. Сакура сидела рядом с брюнетом и пыталась вывести его на откровенный разговор. Однако ответы старшего Учихи были сухими и однозначными.

– Итачи, точно всё в порядке? – встревоженно поинтересовалась Сакура.

Тот глянул на неё как будто бы поверх и пожал плечами, мол, я и сам не знаю, что со мной происходит, так что будь добра оставить меня в покое. Харуно совсем растерялась.

– Зачем вы вернулись? – чуть слышно спросил Итачи, и его лицо скривилось словно бы от боли.

– Что бы помочь тебе, – пожала плечами девушка.

Брюнет открыл было рот, но мысль ускользнула от него, как вода сквозь пальцы. Это повело за собой следующее: старший Учиха легонько ударил по столу, не привлекая при этом любопытные взгляды посторонних посетителей кафе. Гнев вспыхнул в нём ярким огоньком и каким-то чудом не превратился в кострище.

– Сакура… мой мозг, он не обрабатывает информацию, – поспешно сказал Итачи, страшась упустить и эту мысль. – Я не могу нормально спать, у меня кошмары… и я… я как будто деградирую. И это не метафора…

Сакура взглянула в тёмные глаза Итачи и ужаснулась. Почему она раньше не замечала этих громадных кругов под глазами? Они, казалось, простирались даже за пределами лица Учихи.

– У тебя такое раньше бывало? – обеспокоенно спросила Сакура, приложив тыльную сторону руки ко лбу Итачи.

Тот сглотнул и медленно покачал головой из стороны в сторону.

– Сейчас я могу доверять только тебе, – шепнул он, наклоняясь к Сакуре и перехватывая её руку.

Шисуи и Саске всё ещё разговаривали на улице, и это был шанс Итачи выговориться кому-то впервые за последнюю пару недель.

– Что случилось? – у Сакуры от волнения сердце забилось в три раза быстрее обычного, и давление подскочило.

– Я схожу с ума… – признался Итачи. – Я постоянно чувствую головокружение и тошноту, как будто мой организм отторгает меня же. Это… это всё не просто так… Мне нужно, чтобы ты подумала сейчас, почему это могло… случиться, – брюнет говорил медленно, и, казалось, каждое слово давалось ему с превеликим трудом. – Подумала за меня.

Харуно заметалась, пытаясь придумать что-то сносное, но идеи не приходили к ней. Она в отчаяние захлопала ресницами и выпалила первое, что пришло на ум:

– Может, тебя кто-то травит? Намеренно…

Итачи на секунду застыл. Его глаза превратились в стеклышки.

– Хочешь сказать, что подставное лицо всё-таки существует? – на целый тон ниже проговорил Итачи, сжимая руку девушки в своей, и добавил для себя: – Это уже приходило мне в голову, но я забыл…

– Возможно, – поспешно заверила Сакура, найдя в своей идее капельку смысла. – Но… но кому это надо? И… чем они тебя травят?..

– Насчёт первого – не знаю, а насчёт второго – это довольно просто. В психиатрических лечебницах пациентам запихивают в глотки разные психотропные препараты, и… и они дают похожий эффект с тем, что… что… – брюнет как будто бы потерял нить повествования.

– С тем, что происходит с тобой, – поспешила на помощь Харуно.

Итачи неуверенно кивнул.

– Нам нужно рассказать об этом Саске и Шисуи: они знают, что делать! – спохватилась Сакура и хотела было уже осуществить свои планы, но Итачи остановил её взмахом руки.

– Нет, – твёрдо шикнул он. – Я могу доверять только тебе…

– Итачи! Если ты думаешь, что тебя травят твои же братья, то к твоим симптомам добавилась ещё и паранойя!

– Она уже давно со мной, – мрачно заметил Итачи.

– Всё! С меня довольно! Я зову Саске и Шисуи и рассказываю им обо всем!

– Нет, – тоном, не допускающим возражений, отозвался брюнет и схватился за голову. – У тебя есть что-нибудь от головных болей?

– Вроде… – растеряно отозвалась Харуно. Её застали врасплох.

Учиха скрючился и поморщился от головной боли. Казалось, ещё чуть-чуть, и брюнет потеряет сознание. Сакура полезла в свою сумочку набитую чем-то до отвала. Когда Харуно собиралась на прогулку, она схватила первую попавшуюся сумку, что бы было куда положить ключи и телефон. Как сейчас выяснилось, эта сумка, с поездки, была предназначена для аптечки и средств первой помощи.

«Как нельзя кстати», – мрачно подумалось Сакуре, пока та среди ненужных вещиц искала таблетки от головных болей. Как показалось дурнушке, средство должно быть быстродействующим и сильным. Иначе Итачи тут совсем загнётся, так и не дождавшись медицинской квалифицированной помощи.

Спустя пару минут девушке всё же удалось отыскать несколько разных упаковок, связанных друг с другом резинкой. Харуно так торопилась, что все сыпалось из её рук. В итоге пришлось прибегнуть к крайним мерам и вывалить всё это «добро» на столик перед собой.

Пальцы девушки тряслись, и она лихорадочно перебирала одну пачку за другой, откидывая ненужные в сторону. Итачи медленно покачивался, пытаясь сфокусировать своё внимание на чтении названий препаратов. Когда ему на глаза попался адреналин, Учиха вздрогнул.

– Сакура, – шепнул он, протянув руку к пачке с колбочками. – У тебя есть шприц?

Девушка потупила глаза и нервно переспросила:

– Что?

– Шприц. Мне нужен шприц.

– Ну, уж нет! – вспылила Сакура, забрасывая всю «аптечку» обратно в сумку. – Никаких шприцов!

Итачи сделал резкое движение головой и впился взглядом в испуганные и взволнованные зелёные глазёнки Сакуры. Девушка, казалось, вот-вот заплачет от безысходности и беспомощности. Ей было невыносимо больно смотреть на старшего Учиху в его-то нынешнем состоянии.

Брюнет медленно положил свои руки на плечи розоволосой дурнушки и нарочито медленно проговорил:

– Я верю одной тебе. Но ты должна поверить мне. Ты ведь веришь?

Сакура едва кивнула и следом об этом пожалела.

– У тебя есть деньги?

Снова короткий и неуверенный кивок.

– Тогда слушай. Подойди сейчас к кассирше и предложи им столько денег, сколько нужно. Попроси у неё шприц. В аптечке он должен быть…

Харуно, ни жива, ни мертва, дрожала, как осиновый лист. Страшно было предположить, что задумал Итачи. Безумство плясало в его глазах чудной танец. Тут-то Сакура и вспомнила предостережения Шисуи и его крайне недовольное лицо, когда Саске выдвинул идею прогулки. Наверное, следовало бы прислушаться к дальнему родственнику Учих и принять во внимание крайне тяжёлое состояние Итачи. Вряд ли было хорошей идеей выпускать последнего из дома, не говоря уже о незапланированной покупке шприца!

Однако сделанного не воротишь, а, дабы выйти из трудного положения, лучшим вариантом было бы метнуться к Саске и Шисуи, рассказав им обо всех подробностях состоявшегося разговора. Однако ведомая стальным доверием к Итачи и капелькой наивности, Сакура неуверенно кивнула, встала из-за стола и на ватных ногах потопала к кассе. Она озабоченно оглядывалась по сторонам, силясь убедиться, что никто не станет свидетелем её безрассудства. Удостоверившись, что поблизости нет ни одной любопытной Варвары, Сакура нагнулась ближе к блондинке за стойкой и тихо проговорила:

– Вы можете оказать услугу?

Женщина с недоверием покосилась на Сакуру, и хотела было послать девушку куда подальше, как вдруг заметила в её руках кругленькую сумму. Крашеная блондинка снова посмотрела на испуганное и озадаченное личико Харуно, а затем снова – на деньги. Так продолжалось последующие две минуты, пока женщина не набралась храбрости сделать выбор.

– Чего тебе? – на «отвали» спросила кассирша.

– Шприц, – дрожащим голосом отозвалась Сакура и следом подумала, как же это неловко, наверное, прозвучало.

– Ты видишь где-нибудь в этом помещении вывеску «аптека»? – сощурилась блондинка. Её и без того грубоватый голос сделался совсем топорным.

– У вас наверняка где-нибудь завалялась аптечка? Или что-то вроде того? – Сакура выглядела потерянной, а её взгляд сделался умоляющим.

Блондинка вырвала из рук Сакуры пачку денег, пересчитала с жадностью в глупых глазах и оглянулась. Наверное, она боялась быть замеченной начальством. Работу в этом небольшом бедном городке найти крайне проблематично, и если уж нашёл, то держи её всеми руками и ногами. Такому принципу и следовала блондинка, но и от «халявных» денег отказаться грешно.

Женщина ещё с минуту посомневалась, затем заснула деньги в лифчик, поправила грудь и, плавно покачивая бедрами, направилась к двери, ведущей на кухню. Один бог знает, как долго она там возилась с поисками «товара», на какие жертвы пошла и у кого пришлось выкупить молчание. Всё-таки дело казалось сомнительным, хоть и высокооплачиваемым.

Пока блондинка блуждала где-то в поисках аптечки и шприца, Сакура бледной статуей стояла у кассы и чувствовала себя каким-то мерзким воришкой. Её лоб покрылся холодными испаринами, сердце выстукивало барабанную дробь, а нижнюю губу Харуно и вовсе в кровь искусала от нервов. Девушка постоянно оглядывалась, с сомнением поглядывая на Итачи, но каждый раз встречаясь с его мутными глазами, набиралась храбрости. Назад пути нет – раз взялся за гуж, не говори, что не дюж.

И вот блондиночка, наконец, вышла со свертком в руках. Она, состряпав кислую мину, как бы невзначай бросила его прямо под нос Харуно. Сакура без лишних вопросов и возражений схватила свою добычу и ринулась обратно к Итачи. Краем глаза она заметила Саске и Шисуи перед входом в кафе. Они о чём-то весьма эмоционально толковали и явно не торопились присоединиться к своим друзьям. Что ж, время у Сакуры и Итачи ещё есть, но оно поджимает.

Харуно уселась за столик и протянула совсем маленький свёрток Итачи. Брюнет помедлил. Он нерасторопно извлёк из пакета упакованный комплект и внимательно осмотрел шприц с разных сторон, и только затем принялся распаковывать обёртку.

– Что ты задумал? – тоскливо проскулила Сакура, заметая за собой следы и убирая все ненужные атрибуты себе в сумку.

– Я так думаю, это понадобится мне, – невнятно отозвался Итачи, по большому счету и сам не до конца понимая своих мотивов.

Старший Учиха откинулся на спинку дивана и понурил голову, держа в одной руке шприц, а в другой – ампулу адреналина. Он поёжился, и вытянутый помятый свитер оголил плечо брюнета. Сакура придвинулась ближе, чтобы поправить одежду, как вдруг заметила крошечные точки. Девушка нахмурилась и оттянула рукав.

Несколько долгих минут Сакура изучала плечи, спину и руки Итачи, пока тот, недоумевая, пытался выяснить в чём дело.

«Этого не может быть», – подумалось Сакуре. По её спине бегали мурашки.

– Что такое? – спросил Учиха.

– Следы от уколов… – тихо прошептала Сакура, не веря собственным ушам и глазам. – Они у тебя по всему телу… – Девушка подняла голову. – Ты колешься? Наркотики? Итачи, это наркотики?!

Брюнет потупился и нахмурился, явно не понимая, о чём идет речь. Сакуре хватило этого взгляда, чтобы её глазенки расширились до предельного максимума. Она только и смогла выдавить из себя:

– Значит, тебя кто-то и правда травит и…

– Вколи мне адреналин, – перебил её Итачи и дрожащими руками протянул девушке шприц с ампулой. – Прошу тебя…

– Я не…

Харуно не дали договорить двери кафе, распахнувшиеся в следующую секунду. Живо о чём-то переговариваясь, два брюнета оставили свои куртки при входе, уподобившись в этом Сакуре и Итачи, а затем разделились: Саске направился к кассе, чтобы сделать заказ, а Шисуи прошёл к столику своих друзей.

Он не поленился дойти до Итачи и похлопать его по плечу в знак поддержки, затем занял место напротив Сакуры и печально улыбнулся. Харуно отвела от Шисуи взгляд и снова обратила внимание на старшего Учиху. Последний умоляющим взглядом уставился на девушку, под столом протягивая ей ампулу.

Сакура сглотнула и незаметно перехватила шприц с ампулой из рук Итачи, непринужденно взглянув на Шисуи. Тот уже принялся что-то рассказывать, указывая на приближающегося Саске. Последний выглядел очень устало и неприветливо. Оба натянули лицемерные улыбки, хоть проку от этого было мало.

Сакура вздохнула и принялась за дело, страшась быть пойманной с поличным.

Комментарий к Глава XVI. Часть 2.

https://vk.com/club_o_kartoshka – добро пожаловать :)

Там дополнительные материалы, мои зарисовки, информация, а также “Месяц Надежд”. Я скинула туда документ изначального черновика. Конечно, ошибок там больше обычного, но многие читатели настаивают, чтобы я его выложила. На фикбук скидывать его я не собираюсь. По крайней мере пока что.

========== Глава XVI. Часть 3. ==========

– Готов заказ на имя… эм… Соска Учиха! – взревела женщина за кассой.

Саске раздражено цыкнул, а Шисуи уже хохотал во всё горло. Итачи едва ли было дело до весёлого момента. Он только украдкой взглянул на смутившегося брата, а Сакура сумела выдавить из себя только подобие полноценной улыбки. Им обоим было не до смеха. Однако чтобы не выдавать себя, им следовало держаться бодро и делать вид, словно получасом ранее никакого разговора не состоялось.

Точно то же самое делали и Шисуи с Саске. Вот только скрывать свои тревожные чувства им удавалось лучше. Голова младшего Учихи была забита совсем не тем: совесть кусала его за пятки, а чувство вины и вовсе делало каждый вздох сущим адом. Он понятия не имел, как исправлять положение дел, и возможно ли это вообще, учитывая сложившиеся обстоятельства. Перед тем, как открыть двери кафе, Саске твёрдо решил, что обдумает всё завтра, ну, а сегодняшний день всё ещё позволяет пустить дела на самотёк.

– Соска, дорогой, иди и возьми заказ, – смеялся Шисуи.

– Ни слова больше! – шикнул Саске, вскакивая с места и стремглав несясь к стойке.

Сакура провожала взглядом своего возлюбленного, хмурого, как грозовая туча, который отправился в короткое путешествие до кассы, чтобы забрать свой заказ. А Шисуи продолжал веселиться. Он, казалось, вообще не имел никаких комплексов. Да и врать у него удавалось многим лучше, чем у кого-либо ещё за этим столиком.

Другие посетители, сидевшие неподалёку, с сомнением поглядывали на подозрительный столик, за которым собралась довольно разношёрстная компания: девушка, которая никак не могла разобраться, смеяться ли ей или плакать; парень с равнодушными стеклянными глазами, смотрящими в никуда; затем, похоже, его дальний родственник, лицемерно выдававший безудержное веселье; и как подведение итога – бледный брюнет со злобным и недовольным взглядом. Посторонние люди всерьёз задумывались о том, не сбежал ли кто-нибудь из них из психушки.

Пока Саске с видом закоренелого убийцы объяснял ошибку кассирше, Итачи с головой погрузился в свой собственный мир размышлений. Его одолевали сомнения и распирали противоречия. Шестое чувство подсказывало, что намечается что-то поистине зловещее, а здравый смысл утверждал, что всё ещё хуже, чем нашёптывает его товарищ. На самом деле, Итачи напрочь запутался в своих убеждениях и чувствах. Он не знал, как будет лучше или хуже. Ему нужно было хорошенько пораскинуть мозгами и предпринять что-нибудь, однако, учитывая его «сбои» в процессах мышления, крайнюю раздражительность и постоянное недосыпание, Учиха-старший совершал ошибку за ошибкой. Он предпринимал необдуманные решения, ведь не мог позволить себе бездействовать, пока его любимая Сакура находится в опасности.

О да! Единственное, что его волновало, – это сохранность его дурнушки и брата. Итачи практически не волновался за свою жизнь и даже готов был пожертвовать ею, чтобы на несколько минут вернуться в своё прежнее состояние и принять единственное верное решение, которое спасёт всех его родных и близких.

Старшему Учихе было страшно, как никогда раньше. Несмотря на уверенные слова своего близкого окружения, что преследования Чёрных Наёмников не больше, чем слух, Итачи готов был дать голову на отсечение, что подобного рода проблемы нельзя игнорировать. Более того, в любой такой «шутке» есть доля правды. Отчего-то брюнету хотелось довериться интуиции Конан, проверить информации, удостовериться в ней и перестраховаться. Однако недуг, охвативший Итачи, не позволил доделать начатое до конца, и доверие к Учихе скоро подорвалось.

Увы, вспышки гнева и временная дезориентация стали препятствием на прославленном пути Итачи, наряду с паранойей, страхом, тревогой и другими симптомами. К тому же день ото дня он не находил себе покоя. Окружающие люди казались ему злыми, неприветливыми и склонными к предательству.

Мысль о том, что Учиху травят, зародилась в его голове ещё месяц назад. Однако сказать он об этом осмелился только Шисуи. Последний, в свою очередь, предпринял всё, что было в его силах, но его двоюродному брату стало только хуже. Появились проблемы с кратковременной памятью, и потоки мыслей стали похожи на быстрое течение реки. Одна идея сменяла другую и уходила на задний план. Бороться с подобными проявлениями неизвестной врачам болезни стало практически невозможным. Всё, что Учихе-старшему удавалось задержать, в скором времени разлагалось в его голове ненужным и абсурдным мусором.

Порой Итачи так долго проводил время в себе, что в конечном итоге, так сказать, отключался. Он переставал замечать людей вокруг себя, слышать их и видеть. Да и вообще реальность искривляла саму себя и как будто бы таяла перед глазами Учихи. Такое мутное и туманное состояние врачи называли временной деперсонализацией, по крайней мере кое-какие симптомы совпадали.

Как бы то ни было, но попытки найти среди пустоты хотя бы одну здравую мысль уводили Итачи далеко за пределы реальности, и в скором времени брюнет даже не различал голоса окружающих его людей.

– Итачи? – голос Сакуры прозвучал как-то истерично, словно бы она увидела приведение.

Девушка коснулась плеча старшего Учихи и снова окликнула его, но громче. В ответ – ноль эмоций. Итачи смотрел как будто бы поверх стола и пребывал в ступоре. Его стеклянные глаза смотрели в одну точку, и брюнет совсем не шевелился.

– Итачи! – ещё громче позвала Сакура, и тем самым привлекла внимание Шисуи. Теперь с лица жизнерадостного парня сошла улыбка и все составляющие веселья. Тёмные глаза стыдливо и виновато опустились вниз.

Теперь уже бесполезно скрывать от Сакуры назревшие проблемы. Она может и наивна, но далеко не глупа. Прятать от неё правду об Итачи и все преследовавшие по пятам тайны то же самое, что прятать слона в доме: можно, конечно, попытаться, но идея не самая удачная.

Подошедший через минуту Саске с двумя подносами в руках по одному виду двоюродного братца понял, что их тайны всплыли на поверхность воды, как разлагающийся труп. Что ж, охоту за её головой всё ещё можно было бы скрыть, если бы не тот щепетильный вопрос, который Харуно задала следом.

– Что происходит? – не выдержав давления, нарочито медленно спросила дурнушка. Не сложно было догадаться, что парни знают чуть больше, чем сама девушка, отчаянно пытавшаяся разобраться что к чему. – Вы все… Вы все должны объяснить мне, что, чёрт возьми, здесь происходит?! Сначала вы увозите меня заграницу и не рассказываете о том, что случилось с Итачи. Теперь же вы ведёте себя так, как будто бы ничего не случилось!

– Сакура, – поспешил вмешаться Саске, решив скорее объясниться. Он сложил подносы на стол и убрал с лица выбившуюся прядь чёрных, как смоль, волос.

– На кой чёрт мы уехали?

– Отдыхать, – тупо ответил Саске, украдкой взглянув на Шисуи, как будто бы пытался найти у него на лице сценарий неизбежной ссоры.

– Что сказали тебе Куро и Широ? – зло выплюнула девушка, вспоминая предысторию их отъезда.

Саске потёр глаза, понимая, что в его голове нет ни одной подходящей легенды. Его передёрнуло, а единственное, что он смог вымолвить, было: «Прости».

Сакура ударила кулаком по столу и чертыхнулась. Мало того, что ей никто и ничего толком не говорил никогда, так ещё и ответить на простой вопрос затруднялись. Она негодовала. Из-за прихоти Саске сейчас его собственный брат тает на глазах! Никто не знает, что с ним происходит, и чуда ждать бесполезно.

И нет бы облегчить бедной дурнушке жизнь, так её ещё и впопыхах просят довериться и купить чёртов шприц! При этом ей наказали ничего не говорить и не распространяться. Мол, прими всё на веру и плыви по течению. А вдруг адреналин стал причиной этого ступора?! Харуно проклинала себя и свою уступчивость. И не успокаивало даже знание того, что при внутримышечном введении препарата (Сакура вколола адреналин в ногу Учихе, чтобы остальные не заметили) время начала эффекта вариабельно, но он не наступит раньше, чем через двадцать минут. А времени прошло ведь не так много! Не больше пятнадцати минут!

– Нам нужно ехать домой, – констатировала факт Сакура и встала, потянув за собой Итачи. Тот легко подался, но по-прежнему ничего не воспринимал.

В это самое мгновение на телефон Шисуи пришло какое-то оповещение, и тот не медля достал гаджет из кармана. Саске уставился на него, как баран на новые ворота, пока Сакура под руку выводила Итачи из кафе. Сейчас её больше волновало состояние бледного, как сама смерть, Учихи-старшего.

– Саске, беда, – полушёпотом вымолвил Шисуи, оторвав обеспокоенный взор от телефона. Его глаза, казалось, потемнели на целый тон.

Младшего Учиху передёрнуло.

– Что? – одними губами спросил он.

– Саске, сейчас же забирай Сакуру и уходите…

– Ты издеваешься? – шикнул младший Учиха в ответ.

– Вам придётся стать наживкой.

– Нам? – подозрительно сощурился Саске, сжав кулаки. Может, Шисуи попросту перепутал, и вместо «тебе» употребил злосчастное местоимение «вам»? Уж лучше это будет так…

– Чёрные Наёмники в Мортэме. Они перебили всю слугу в доме.

Шисуи подступил к своему двоюродному брату, опустил руки на его плечи.

– Саске, ты должен сейчас меня внимательно выслушать, – шёпотом спросил Шисуи, замечая на себе всё больше взглядов любопытных зевак. Кассирша за стойкой заволновалась, непроизвольно потянувшись к телефону. Верно, ей не впервой наблюдать драку в этом уютном кафе.

Саске кивнул. Его шестое чувство сыграло с ним сомнительную шутку. Что-то подсказывало ему, что всё не так просто, как кажется на первый взгляд.

– Мы в ловушке? – пуще прежнего нахмурился он, украдкой взглянув на наручные часы.

– Именно. В городе не так много охраны. Акацуки были уверены в том, что мы все вне опасности. Мне нужно увезти Итачи как можно дальше от города. По сравнению с твоим братом, твоя жизнь и жизнь Сакуры не так много стоит, согласись. Но проблема вся в том, что Итачи сейчас не в себе. Если мы поедем все вместе, то и умрём без шанса на спасение, поэтому вам с Сакурой придётся отвлечь Стервятников. Они знают, где мы находимся, поэтому с каждой секундой подбираются всё ближе. У нас нет времени. Мы должны спасти Итачи.

– Но куда вы поедете? – спохватился младший Учиха, понимая, что всю тяжесть бремени придётся взвалить на свои плечи. Что ж, на этот раз он готов.

– Как можно дальше от Мортэма. Я позвоню Нагато, он пришлёт подмогу. А вы тем временем станете отвлекающим манёвром. Вам придётся продержаться до рассвета, а затем прибудет помощь. Только до рассвета. Лучше бегите через переулки – так Стервятникам будет сложнее вас заметить. Не вздумай топтаться на месте, нигде подолгу не задерживайся. Постоянно передвигайтесь и прячьтесь. Ты всё ещё слушаешь?