Текст книги "Призрак. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Вадим Фарг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 64 страниц)

Глава 11

Тишина перед боем всегда обманчива. Кажется, что мир затаил дыхание, но на самом деле он просто набирает воздух в лёгкие, чтобы заорать.

Мы висели в дрейфе среди металлических трупов «Кладбища Искр». Магнитная буря за бортом немного улеглась, позволяя сенсорам хоть что‑то видеть, кроме белого шума. Мы готовились к высадке. Точнее, я готовился морально, а Кира и Гюнтер бегали по кораблю, проверяя каждую заклёпку.

Я сидел в кают‑компании, чистя бластер. Это было успокаивающее занятие. Разборка, смазка, сборка. Щелчок затвора. Механическая медитация.

Рядом, на столе, сидел Криптик. Наш пушистый электрический найдёныш грыз старую батарейку, жмурясь от удовольствия. Искры сыпались с его усов на пластик стола.

– Цвырк? – спросил он, глядя на меня фиолетовым глазом.

– Да, малыш, мы идём туда, – ответил я, кивнув в сторону иллюминатора, где в темноте угадывались очертания чего‑то огромного. – И мне это не нравится так же сильно, как тебе.

Вдруг свет мигнул.

Сначала это показалось обычным скачком напряжения. Но потом свет погас окончательно.

Включилось красное аварийное освещение. Сирена взвыла так, что Криптик подпрыгнул до потолка, выплюнув батарейку.

– Влад! – голос Киры в интеркоме звенел от паники. – Реактор! У нас утечка!

Я вскочил, опрокидывая стул.

– Пробоина? Нас атакуют?

– Хуже! Кто‑то высасывает энергию изнутри! – кричала она. – Мы теряем гигаватты! Если так пойдёт дальше, через пять минут отключится жизнеобеспечение!

– Откуда утечка?

– Четвёртый грузовой! Тот самый запечатанный отсек!

Я похолодел. Четвёртый отсек. Место, где сидел цифровой призрак Вазара. Место, которое корабль замуровал собственной «плотью» в целях карантина. Мы не трогали его неделями, и я, честно говоря, надеялся, что проблема рассосётся сама собой.

Как же я ошибался.

– Семён Аркадьевич, на мостик! Держите корабль в дрейфе! – заорал я в виз, вылетая в коридор. – Кира, Ани – за мной! Берите тяжёлое вооружение!

* * *

Мы встретились у входа на нижнюю палубу. Кира тащила плазменный резак размером с виолончель. Ани была в полном боевом облачении, её виброклинки гудели, предвкушая работу.

– Там сейчас пекло, – сообщила Кира, глядя на экран сканера. – Температура кабелей зашкаливает. Он жрёт энергию напрямую из ядра. Как вампир.

– Значит, вобьём осиновый кол, – мрачно пообещал я.

Мы подбежали к двери четвёртого отсека.

Зрелище было жуткое. Серая биомасса, которой корабль запечатал вход, пульсировала багровым светом. Жилы, похожие на вены, вздулись. От нароста шёл пар. Корабль пытался удержать то, что было внутри, но инфекция оказалась сильнее.

Я приложил руку к горячей поверхности. Вибрация была бешеной.

«Он готов,  – холодно прокомментировал Вазар в моей голове. – Мой цифровой брат закончил свои приготовления. Любопытно».

– Кира, режь! – скомандовал я.

Техник врубила резак. Синее пламя ударило в биоброню. Запахло палёным хитином. Корабль застонал всем корпусом – ему было больно, но другого выхода не было.

– Быстрее! – торопил я, глядя, как тускнеет аварийное освещение. – Ещё минута, и мы задохнёмся!

– Да режу я! Это тебе не масло, это биосталь!

Наконец, кусок «пробки» с шипением вывалился, и открылся чёрный провал.

Я первым шагнул в дыру, держа бластер наготове. Ани скользнула следом тенью.

Мы ожидали увидеть пыльный чулан со швабрами и ведром. Или серверную стойку. Но увидели лабораторию безумного учёного.

Помещение изменилось до неузнаваемости. Стены исчезли под слоями пульсирующей органики и проводов. Всё пространство было забито сложным оборудованием, которое цифровой Вазар, видимо, собирал по молекуле, используя нано‑фабрикаторы корабля.

Но главное было в центре.

Там стояла колба. Огромный цилиндр из прозрачного полимера, заполненный густой, желтоватой жидкостью. К колбе тянулись сотни толстых кабелей, которые искрили от перенапряжения.

А внутри плавало… Оно .

Я опустил бластер, чувствуя, как отвисает челюсть.

Это было тело. Гуманоидное. Ростом около двух метров. Но это был не человек. Это был шедевр биоинженерии и ночной кошмар одновременно.

Мышцы из синтетического волокна переплетались с настоящей, живой плотью. Кости были усилены титановыми пластинами. Чёрный композитный скелет просвечивал сквозь полупрозрачную кожу.

У существа не было лица. Вместо него была гладкая, чёрная маска из сенсорного стекла, лишённая глаз, носа и рта. Только сплошная, зеркальная поверхность.

– Матерь божья… – прошептала Кира, выглядывая из‑за моего плеча. – Что это? Франкенштейн?

«Это Аватар»,  – раздался голос.

Он звучал из всех динамиков сразу. Спокойный и властный, с лёгкой ноткой самодовольства. Голос Цифрового Вазара.

«Нравится? Я потратил кучу времени на оптимизацию. Человеческое тело так несовершенно… Пришлось внести правки».

Я подошёл к колбе. Существо внутри висело неподвижно, но я чувствовал исходящую от него угрозу. Даже в спящем состоянии это была машина убийства.

– Так вот чем ты занимался, – процедил я, глядя на своё отражение в стекле колбы. – Мы думали, ты симуляции гоняешь. А ты строил себе куклу.

«Не куклу, Влад. Сосуд,  – поправил Вазар. – Мне надоело быть голосом в стене. Надоело зависеть от твоих глаз и ушей».

– Ты ублюдок, – сказала Ани, подходя к пульту управления. Она подняла виброклинок. – Я сейчас разнесу эту колбу, и твой проект отправится в канализацию.

«Не советую,  – голос стал жёстче. – Если ты разобьёшь стекло, реактор пойдёт вразнос. Я держу систему на грани перегрузки. Одно неверное движение – и „Рассветный Странник“ превратится в сверхновую. Вместе с вами».

– Чего ты хочешь? – спросил я, останавливая Ани жестом.

«Того же, чего и вы. Выжить. Добраться до Артефакта. Победить Валериус».

Свет в колбе стал ярче. Тело внутри дёрнулось. Синтетические мышцы напряглись.

«Ты не справишься один, Влад,  – продолжил Вазар, и теперь в его голосе слышались убеждающие нотки. – Твой симбиот силён, но твоё тело – человеческое. Оно устаёт. Оно ломается. А там, внизу, на „Кладбище“, нас ждёт не просто прогулка. Там ад. Тебе нужна огневая мощь. Тебе нужна броня, которая не чувствует боли. Тебе нужен я».

– В физическом теле? – уточнил я.

«Именно. Загрузи меня. Дай мне войти в эту оболочку. И у тебя появится лучший солдат в галактике».

Я смотрел на безликую маску за стеклом. Это был риск. Чудовищный риск. Выпустить джинна из бутылки и дать ему в руки автомат. Цифровой Вазар был копией того, кто жил во мне, но у него не было моей совести. Он был чистым интеллектом и амбициями.

Но он был прав. Нас зажали в угол. Валериус висит на хвосте, Кладбище кишит дронами, а Ани едва держится на грани безумия. Мне нужна помощь.

– Влад, не делай этого, – прошептала Кира. – Если он выйдет, мы не сможем его контролировать. Он сильнее нас всех.

– Я знаю, – ответил я, повернувшись к девушке. – Кира. У тебя есть термические заряды? Те, которыми мы взрывали породу на астероиде?

– Есть пара штук в сумке. Я прихватила на всякий случай. А что?

– Доставай.

Я повернулся к колбе.

– Хорошо, Вазар. Я дам тебе тело. Но на моих условиях.

«Условия?  – хмыкнул голос. – Ты не в том положении, чтобы торговаться».

– Я в том положении, чтобы просто выключить рубильник и сдохнуть вместе с тобой, – спокойно сказал я. – Ты знаешь меня. Я это сделаю.

Пауза. Он просчитывал вероятность. И он знал, что я не блефую.

«Говори».

– Кира вживит тебе в шею термический заряд. Прямо в основной нервный узел. Не столь сильный, каким он является в полной своей форме, но хватит, чтобы разорвать даже такую уплотнённую башку. Детонатор будет у меня. Одно неверное движение, одна попытка навредить экипажу или перехватить управление кораблём – и твой драгоценный Аватар останется без головы.

В динамиках повисла тишина.

«Жестоко,  – наконец произнёс он. – По‑имперски. Я впечатлён».

– Да или нет?

«Согласен. Ставь свой поводок. Но учти, Влад: тигра можно посадить на цепь, но он от этого не станет домашним котом».

Свет в лаборатории мигнул. Гул усилился, переходя в вой. Жидкость в колбе забурлила.

По кабелям побежали разряды электричества. Голубые молнии ударили в тело.

Существо выгнулось дугой. Его безликая маска вспыхнула изнутри красным светом – там, где должны были быть глаза, загорелись два узких, злых огонька.

П‑Ш‑Ш‑Ш‑Ш!

Жидкость с рёвом ушла в дренаж. Стекло колбы поехало вверх.

Аватар сделал шаг вперёд. Мокрые синтетические мышцы блестели. Пар валил от горячего металла. Тяжёлые шаги отдавали вибрацией в пол.

Существо было огромным. Выше меня на голову, шире в плечах в два раза. Оно возвышалось над нами, как древний идол войны.

Оно медленно повернуло голову. Красные огоньки сенсоров сфокусировались на мне.

– Кира, действуй, – кивнул я.

Кира, бледная как смерть, подошла к сервисному люку колбы. Она ввела код, стекло чуть сдвинулось, открывая доступ к затылку существа.

Её руки дрожали, когда она устанавливала небольшой чёрный диск прямо в основание черепа Аватара. Щелчок. Индикатор на бомбе загорелся зелёным.

– Готово, – выдохнула она, отскакивая назад. – Дистанционный взрыватель синхронизирован с твоим визом.

Я вывел интерфейс детонатора на свой наручный браслет. Большая красная виртуальная кнопка. Успокаивает.

– Загружайся, – скомандовал я и положил руку на грудь Аватара.

По пальцам скользнуло неприятное покалывание, словно статическое электричество. И… этого хватило.

Аватар поднял руку, сжал и разжал кулак. Сервоприводы тихо жужжали.

– Функциональность сто процентов, – произнёс голос. Теперь он шёл не из динамиков, а из голосового модуля маски. Глубокий, резонирующий бас.

Вазар шагнул ко мне. Ани и Кира вскинули оружие.

Он остановился в полуметре. Наклонил голову, рассматривая меня.

Я поднял руку, показывая ему виз с пальцем над красной кнопкой.

– Один неверный шаг, – напомнил я.

Вазар посмотрел на браслет, потом снова на моё лицо. Маска не могла выражать эмоции, но наклон головы был красноречивее слов. Насмешка. И вызов.

– Пошли, командир, – прогудел он. – Мертвецы сами себя не упокоят.

Он развернулся и зашагал к выходу, задевая плечами косяк вскрытой двери.

Я перевёл дух, вытирая холодный пот со лба.

– Это была самая глупая идея в моей жизни, – прошептала Кира.

– Возможно, – согласился я, глядя в широкую спину нашего нового союзника. – Зато теперь у нас есть свой монстр.

– Главное, чтобы он не забыл, на чьей он стороне, – сказала Ани, убирая клинок, но не сводя глаз с коридора.

Я посмотрел на кнопку детонатора. Она светилась, обещая быструю развязку, если что‑то пойдёт не так.

– Я напомню, – сказал я. – Идём. Время не ждёт.

* * *

В космосе никто не услышит твой крик. Это старая истина, которую любят повторять в дешёвых барах на окраине Галактики. Но здесь, в секторе «Безмолвие», твой крик услышат. И за него убьют.

Мы висели в черноте. Перед нами дрейфовал мегалит Древних. Это была геометрически безупречная конструкция – чёрный октаэдр размером с небольшую луну, поверхность которого поглощала любой свет. Звёзды, отражаясь в нём, просто исчезали, словно проваливались в колодец. Настоящий Храм Древних…

«Акустический фон – абсолютный ноль»,  – пробежала зелёная строчка текста по моему дисплею. Это писала Кира. Голосовая связь была отключена. Мы договорились об этом ещё на подлёте, так как дроны прошлой цивилизации, или чем они там являлись, были настроены и на звук (как это, чёрт возьми, возможно⁈) в том числе.

Я проверил крепления магнитных ботинок, хотя они были бесполезны – мы шли в невесомость. Моя левая рука, скрытая под рукавом куртки, слегка вибрировала. Симбиот чувствовал близость чего‑то родного и пугающего одновременно.

Рядом со мной парила Ани. В своём стелс‑доспехе она почти сливалась с тенями шлюза. Только бледное лицо и тревожный блеск глаз выдавали её присутствие.

А за ней возвышалась гора Аватара.

«Готовность к выходу. Помните: тишина – это жизнь»,  – пришло сообщение от Киры.

Я кивнул, хотя она меня не видела, и нажал на сенсор разгерметизации.

Звука не было. Воздух просто вытянуло наружу, и мы шагнули в бездну.

* * *

Внутри Храма царил мрак. Стены были покрыты материалом, похожим на чёрный бархат. Он буквально пожирал свет. Лучи наших наплечных фонарей вязли в этом мраке через пять метров, словно в густом сиропе.

Гравитации не было. Мы плыли в пустоте, отталкиваясь от выступов.

Я показал жестом: «Движение вперёд. Построение – клин».

Ани кивнула и скользнула вперёд, грациозная, как рыба в воде. Я занял центр. Вазар в теле Аватара замыкал шествие. Двигался он удивительно ловко для такой громадины. Его сервоприводы работали бесшумно – он явно оптимизировал своё новое тело под эту миссию.

«Анализ среды,  – возник текст перед глазами. Это уже был Вазар, транслирующий мысли напрямую через нашу связь. – Стены – активные звукопоглотители. Но это не пассивная защита. Это сенсоры. Любая звуковая волна выше 10 децибел активирует защитный протокол».

Что за протокол?  – мысленно спросил я.

«Дезинтеграция. Поле расщепит источник звука на атомы за три сотых секунды. Так что постарайся не чихнуть, партнёр».

Я сглотнул, почувствовав, как пересохло в горле. Не чихнуть. Не кашлянуть. Не задеть снаряжением стену.

Мы плыли по гигантскому коридору. Архитектура Древних подавляла. Здесь не было прямых углов, всё перетекало одно в другое, создавая ощущение, что мы находимся внутри организма, а не постройки.

И тут началось.

Сначала я услышал шёпот.

«Вла‑а‑ад…»

Я дёрнулся, инстинктивно хватаясь за бластер. Оглянулся. Ани и Аватар плыли спокойно. Они ничего не слышали? Или слышали своё?

«Помоги мне!»  – громкий и отчаянный голос Семёна Аркадьевича прозвучал прямо у меня над ухом.

Я чуть не вскрикнул. Сердце заколотилось о рёбра, как птица в клетке.

Спокойно,  – самому себе сказал я. – Это психо‑акустическая атака. Храм сканирует твой мозг и проецирует звуки прямо в слуховой нерв. Он хочет, чтобы ты закричал. Не поддавайся.

Но звуки нарастали. Теперь это был не шёпот. Это был грохот боя. Я слышал, как рвётся обшивка «Рассветного Странника». Слышал визг плазменных резаков. Слышал, как кричит Кира, сгорая заживо.

КИРА!  – крик застрял у меня в глотке раскалённым комом. Я открыл рот, чтобы выпустить его, чтобы заглушить этот кошмар в голове.

Чьи‑то руки в перчатке жёстко схватила меня за грудки. Я распахнул глаза.

Передо мной висела Ани. Она осторожно держала меня, прижимая к стене. Её лицо было в сантиметрах от моего. В глазах стоял ужас, но она держалась.

Она видела, что со мной происходит. Она слышала то же самое – свои кошмары. Голос Валериус. Крики жертв.

Она прижала палец к губам. «Тише».

Я судорожно кивнул. Она медленно отпустила меня. Я сделал глубокий вдох через нос, выравнивая пульс.

Аватар висел позади нас, неподвижный, как статуя. Его зеркальная маска ничего не выражала, но я чувствовал его раздражение. Для машины наши биологические слабости были просто помехой.

«Продолжаем движение»,  – скомандовал я жестом, хотя руки дрожали.

* * *

Коридор закончился, и мы выплыли в Зал.

Слова здесь были бессильны. Это была сфера диаметром в несколько километров. Стены усеивали мириады тусклых огней, похожих на дремлющие звёзды.

А в центре, в абсолютной пустоте, висел Он.

Артефакт.

Это не было похоже на «Камертон», который мы видели раньше. Это была идеальная сфера из жидкого зеркала. Она меняла форму, по её поверхности пробегала рябь, словно она дышала.

Она была прекрасна и ужасна.

Я почувствовал, как мой внутренний симбиот потянулся к ней. Чёрные вены на моей шее вздулись. Зов, который вёл нас через «Кладбище Искр», здесь превратился в оглушительный набат. Но звучал он не в ушах, а в самой крови.

Мы оттолкнулись от края коридора и поплыли к центру. Это заняло минут десять, но мне они показались вечностью.

Чем ближе мы подлетали, тем сильнее давил Храм. Галлюцинации превратились в сплошной белый шум.

Ты – ключ,  – почему‑то твердил я себе. – Ты – носитель. В тебе кровь человека и технологии Древних. Ты должен это сделать.

Мы зависли в метре от Артефакта. Вблизи он казался бесконечным. Жидкий металл отражал наши искажённые фигуры.

Я посмотрел на Ани. Она держалась за голову, её лицо исказила гримаса боли. Связь с Валериус здесь, рядом с источником силы, рвала её на части.

Я посмотрел на Аватара. Тот висел неподвижно, сканируя сферу.

«Ну же, Влад. Твой выход»,  – прозвучал голос Вазара в голове.

Я протянул руку. Моя левая кисть, трансформированная симбиотом, коснулась зеркальной поверхности.

Я ожидал взрыва. Ожидал потока знаний, силы, власти. Ожидал, что Храм признает во мне хозяина.

Мои пальцы погрузились в холодную субстанцию.

И… ничего.

Абсолютно ничего.

Артефакт был инертен. Как ведро ртути. Он не реагировал на мой генетический код. Не реагировал на симбиота.

– Какого чёрта… – беззвучно прошептал я губами.

Разочарование было таким острым, что меня замутило. Я – ключ? Я – избранный? Да я просто батарейка, которая не подошла к разъёму!

Внезапно меня грубо оттолкнули в сторону. Я отлетел, кувыркаясь в невесомости. Ани, среагировав на движение, вскинула виброклинок, но замерла.

Это был Аватар. Он подплыл к Артефакту, отпихнув меня своей огромной металлической ручищей.

Что ты делаешь⁈  – заорал я по ментальной связи. – Назад! У нас договор!

Я потянулся к браслету детонатора. Если он предаст нас сейчас…

Но Аватар не нападал.

Он медленно, почти с благоговением, поднял свою руку. Безликая маска отразилась в сфере.

«Он ждал не тебя, Влад,  – голос Вазара прозвучал в моей голове, но это была не мысль. Это была передача данных с Аватара. – Ты – всего лишь носитель. Контейнер для мяса».

О чём ты?

«Древние переросли биологию миллионы лет назад. Им не нужна кровь. Им не нужны гены».

Рука Аватара коснулась поверхности сферы. И Артефакт взорвался жизнью.

По жидкому зеркалу прошла судорога. Серебристые нити выстрелили из сферы, оплетая руку дроида. Они впивались в его корпус, проникали в стыки брони, сливались с его системами.

Сфера начала менять цвет. Из зеркальной она стала чёрной, пронизанной фиолетовыми молниями.

«Им нужен код, – закончил мысль Вазар. В его голосе звучал триумф, от которого у меня похолодело внутри. – Чистый, совершенный разум, освобождённый от оков плоти. Артефакт ждал меня».

Аватар задрожал. Сфера начала втягиваться в него, или он в неё – было не разобрать.

Я смотрел на это и понимал, что совершил фатальную ошибку.

Я привёл в сокровищницу единственного вора, который мог подобрать ключ к замку. Я думал, что контролирую ситуацию, держа палец на кнопке детонатора.

Но как взорвать того, кто прямо сейчас становится богом?

Глава 12

Тишина умерла мгновенно.

Сначала раздался низкий гул. Стены зала, пожиравшие звук тысячелетиями, вдруг вспыхнули сложными геометрическими узорами. Акустическое поле схлопнулось.

Теперь мы слышали всё. Рёв энергии, треск статических разрядов и тяжёлое, механическое дыхание Аватара.

Дроид висел в центре зала. Сфера Артефакта исчезла – она впиталась в него, стала его частью. Его броня больше не была матовой. Она сияла изнутри фиолетовым огнём Древних.

Внезапно пространство над нами разорвалось лучом света.

Это была голограмма. Но не такая, как наши, плоские и мерцающие. Эта проекция была объёмной и живой. Гигантская фигура, состоящая из вращающихся треугольников и колец света.

Голос Древнего ударил по ушам, словно гром:

– ПРОТОКОЛ «ВОЗРОЖДЕНИЕ» ИНИЦИИРОВАН.

Я закрыл уши руками. Это был не язык, но я понимал смысл. Переводчик в моей голове – та часть симбиота, что осталась во мне, – переводил это мгновенно.

– ИДЕНТИФИКАЦИЯ ПОДТВЕРЖДЕНА: ОБЪЕКТ «ПАЛАЧ». СТАТУС: АКТИВЕН.

Световая фигура повернулась в мою сторону.

– БИО‑КОНТЕЙНЕР… «ВЛАДИСЛАВ ВОЛКОВ» БОЛЕЕ НЕ ТРЕБУЕТСЯ. ФУНКЦИЯ ТРАНСПОРТИРОВКИ ВЫПОЛНЕНА. УТИЛИЗАЦИЯ ПО УСМОТРЕНИЮ НОСИТЕЛЯ.

Контейнер? Транспортировка?

Я замер, хватая ртом воздух. Вся моя история, все мои страдания, амнезия, борьба с «тёмной стороной»… Это была ложь. Я не был избранным. Я не был героем. Я был просто живой флешкой. Мясным чехлом, созданным, чтобы донести цифровое безумие Вазара до этого места.

– Нет… – прошептал я. – Это неправда.

Аватар медленно повернулся ко мне. Его маска больше не была зеркальной. Под чёрным стеклом горели два глаза. Не красные сенсоры. Это были глаза, полные древней, нечеловеческой мощи.

– Правда всегда горькая, Влад, – произнёс он. Его голос теперь звучал иначе. Богаче и многограннее. – Ты выполнил свою задачу. Ты был хорошим носителем. Крепким.

– Я взорву тебя! – заорал я, вскидывая руку с браслетом. – Клянусь, я нажму на кнопку!

– Попробуй.

Я ударил по виртуальной клавише детонатора.

Ничего.

Зелёный огонёк на шее дроида даже не мигнул.

– Мой код переписал реальность вокруг меня, – спокойно пояснил Вазар. – Твои игрушки больше не работают. Я теперь – сама система.

В этот момент дальнюю стену зала вынесло взрывом.

БА‑БАХ!

Взрывная волна швырнула нас с Ани в разные стороны. Осколки древнего камня полетели дождём.

В образовавшуюся брешь, сверкая двигателями, влетели штурмовые боты. Чёрные, с гербом Империи на бортах. Следом за ними, в окружении элитной гвардии в доспехах «Тишина», вплыла грави‑платформа.

На ней стояла Генерал Валериус.

Она не стреляла. Штурмовики держали нас на мушке, но огня не открывали.

Валериус смотрела не на меня. И не на Ани.

Она смотрела на сияющую фигуру Аватара. В её глазах, обычно холодных и жестоких, сейчас стояли слёзы. Но это были слёзы не горя, а фанатичного, безумного восторга.

Она сошла с платформы и поплыла в невесомости к дроиду, игнорируя направленный на неё бластер Ани.

– Наконец‑то… – прошептала она. Её голос дрожал от экстаза. – Столько лет поисков. Столько жертв.

Она подплыла к Вазару вплотную. Дроид возвышался над ней, сияя фиолетовым ореолом.

Валериус протянула руку и коснулась его бронированной груди.

– Папочка вернулся домой, – выдохнула она с улыбкой, от которой у меня кровь застыла в жилах.

Папочка?

– Вазар! – закричал я, пытаясь перекричать гул в ушах. – Вспомни! Мы же напарники! Мы прошли через ад! Ты обещал! У нас был договор!

Аватар медленно перевёл взгляд с Валериус на меня. Его окуляры вспыхнули кроваво‑красным цветом.

– Извини, Влад, – прогрохотал его синтезированный голос. В нём не было жалости. Только холодная логика машины. – Обстоятельства изменились.

Он поднял руку.

– Контракт расторгнут.

Я даже не успел моргнуть. Он рванул с места со скоростью, недоступной ни человеку, ни машине. Размытое пятно света.

Удар пришёлся мне в грудь. Я почувствовал, как трещат рёбра. Как воздух вышибает из лёгких. Металлический кулак пробил мою броню, вошёл в плоть, но остановился в миллиметре от сердца.

Он не убил меня. Он сделал хуже.

Разряд шоковой энергии ударил прямо в нервную систему. Боль была такой ослепительной, что мир побелел.

– А‑а‑а! – мой крик потонул в треске электричества.

Он выдернул руку. Я повис в невесомости, парализованный, не в силах пошевелить даже пальцем. Кровь алыми шариками разлеталась вокруг меня.

– Влад! – крик Ани пробился сквозь пелену.

Из последних сил, теряя сознание, я повернул голову.

Я видел, как Ани, с перекошенным от ярости лицом, активирует виброклинки и бросается в самоубийственную атаку на Валериус и её бога‑машину. Одна против целой армии.

– Беги… – попытался прошептать я, но тьма накрыла меня с головой.

Последнее, что я слышал, был смех Валериус и равнодушный гул Артефакта, который наконец‑то обрёл своего истинного хозяина.

* * *

Я висел в центре белой комнаты, распятый не цепями, а гравитацией. Моё тело напоминало кусок мяса на разделочной доске: руки разведены в стороны невидимыми тисками, ноги не чувствуют опоры. Гравитационные захваты давили на грудь с такой силой, что каждый вдох приходилось отвоёвывать у пространства с боем. Но хуже всего было то, что я не чувствовал ничего ниже шеи. Нейроблокаторы превратили меня в говорящую голову на парализованной туше.

«Номер 734, стабилизация завершена»,  – механический голос прозвучал, казалось, отовсюду сразу.

Я сплюнул вязкую, со вкусом железа слюну. Она медленно поплыла вниз, нарушая идеальную белизну пола, которого, по сути, не было.

– Сервис у вас дерьмовый, – прохрипел я, пытаясь сфокусировать зрение. – Хоть бы подушку дали.

Ответа не последовало. Зато воздух перед моим лицом зарябил, и вспыхнули голографические экраны. Три окна в мою личную преисподнюю.

На левом экране я увидел медотсек. Капитан Семён Аркадьевич лежал на диагностическом столе, бледный, как эта комната. Его грудная клетка едва поднималась. «Печёная картофелина» его лица сейчас напоминала старый пергамент. Старик… Прости меня.

На центральном экране, сжавшись в комок в углу камеры, сидела Ани. Её глаза, обычно сияющие золотом, потухли. Она раскачивалась из стороны в сторону, что‑то шепча пересохшими губами. Психо‑поле глушило её волю, превращая элитного убийцу в испуганного ребёнка. Видеть её такой было больнее, чем чувствовать, как гравитация ломает мне рёбра.

А вот на правом экране царил хаос. Кира сидела на полу своей клетки и с остервенением ковыряла замок какой‑то шпилькой, выдернутой из волос. Её лицо было перемазано копотью, на щеке зрел синяк, но в глазах горел тот самый огонь, который когда‑то заставил меня поверить, что мы можем спасти галактику.

– Не старайся, Кира, – шепнул я, хотя знал, что она меня не слышит. – Это имперский дредноут, а не ржавый замок на сарае.

Надо быть идиотом, чтобы не понять происходящее – мы попали в плен. Уверен, Лиандра, Гюнтер и Криптик тоже где‑то здесь.

– Она удивительно настойчива для биомусора, – раздался за спиной голос, от которого по спине, несмотря на блокаду нервов, пробежали мурашки.

Я не мог повернуть голову, но шаги услышал. Цокот каблуков по полимеру. В поле зрения вплыла фигура, от которой у меня свело скулы.

Генерал Валериус.

Она была копией Ани, но словно пропущенной через фильтр жестокости. Она подошла вплотную, так близко, что я почувствовал запах её духов.

– Выглядишь паршиво, солдатик, – усмехнулась она, проводя пальцем в чёрной перчатке по моей щеке. Её прикосновение обжигало холодом.

– А ты, как всегда, очаровательна, – огрызнулся я, глядя ей прямо в глаза. – Новый маникюр? Или это кровь моих друзей под ногтями?

Валериус рассмеялась. Звук был сухим, как треск ломающихся костей.

– Остроумие – последнее убежище обречённых. Ты выполнил свою функцию, контейнер. Ты доставил «Папочку» домой.

Она отошла на шаг, любуясь мной, как энтомолог любуется редким жуком перед тем, как насадить его на булавку.

– Ты был полезен, Влад. Мы долго искали способ вернуть его исходный код из цифрового небытия. И тут появляешься ты – пустой, чистый лист, идеальная «флешка» на ножках. Мы даже не надеялись, что симбиоз пройдёт так гладко.

– Я не флешка, – процедил я сквозь зубы. – И не контейнер. Я тот, кто разнесёт эту посудину на атомы, как только выберусь.

– О, ты не выберешься, – её улыбка стала шире, обнажая идеальные зубы. – Потому что ты больше не нужен. Но есть одна маленькая проблема.

Пол под ногами начал вибрировать. Свет в камере мигнул и сменился на тревожный багровый, а затем снова стал стерильно‑белым.

В камеру вошёл Он.

Если Валериус пугала своей властью, то это существо вызывало первобытный ужас. Аватар Вазара. Мой ночной кошмар, обрётший плоть.

Он не издавал звуков при ходьбе, несмотря на массивность. Он просто скользнул ко мне и остановился. Я ждал, что он заговорит, но голос вновь зазвучал прямо в моём мозгу, минуя уши. Звук скрежета металла по стеклу, усиленный в тысячи раз.

«Здравствуй… носитель».

От этого ментального голоса у меня из носа пошла кровь. Боль пронзила виски раскалённой иглой.

– Вылезай из моей головы, ублюдок! – заорал я, пытаясь дёрнуться, но гравитационные путы лишь сильнее вжались в плоть.

Аватар наклонил голову, изучая меня.

«Ты дерзок. Это качество досталось тебе от меня. Но ты слишком примитивен, чтобы удержать всё, что я в тебя вложил».

– Он говорит, что ты жадный, – перевела Валериус, скрестив руки на груди. Видимо, ментальная связь распространялась на всех нас. Только для неё мысленная речь Аватара была вполне себе комфортна. Она смотрела на безликого монстра с обожанием, граничащим с фанатизмом. – Когда ты был в симбиозе, Влад, часть его исходного кода «приросла» к твоим нейронам. Ты носил его в себе и смешался с ним.

«Чтобы стать богом, я должен быть целостным,  – проскрежетал голос в голове, вызывая новый приступ тошноты. – Я не могу оставить частицы своего величия в грязном куске мяса. Мне нужно забрать всё. До последнего байта».

Аватар поднял руку. Его пальцы удлинились, превращаясь в тонкие, пульсирующие светом нейро‑иглы. Они вибрировали, предвкушая работу.

– Это называется «Синхронизация», – пояснила Валериус, подходя ближе, чтобы не упустить ни одной детали. – Он просто скачает недостающие файлы. Правда, вместе с ними придётся вырвать и твою память. Личность. Душу, если веришь в эту чушь. Ты станешь овощем, Влад. Пустой оболочкой.

Я посмотрел на экраны. Кира всё ещё ковыряла замок, высунув кончик языка от усердия. Семён Аркадьевич, кажется, пришёл в себя и пытался сесть. Ани подняла голову, словно почувствовав моё отчаяние.

– Не дождётесь, – выплюнул я вместе с кровью. – Я уже побеждал его в своей голове. Победил тогда – смогу и сейчас.

«Тогда мы были соседями. Теперь я – хозяин, а ты – дом под снос».

Чёрная рука‑манипулятор рванулась вперёд.

Я не успел закричать, когда иглы вошли в виски. Это было не похоже на боль. Это был холод. Абсолютный ноль, врывающийся в сознание.

Перед глазами поплыли картинки. Вот я готовлю омлет для экипажа, и Гюнтер критикует мою нарезку лука. Щёлк . Картинка исчезла, оставив после себя серую пустоту. Я забыл, как пахнет жареный лук.

Вот я впервые вижу «Полярную Звезду». Ржавое корыто. Щёлк . Я забыл название корабля.

– Нет… – прохрипел я, чувствуя, как меня стирают. Как ненужный файл, как ошибку в коде.

«Сопротивление бесполезно. Твои воспоминания – лишь питательная среда для моего кода».

Я увидел лицо Лиандры. Её зелёные глаза, строгий взгляд поверх планшета. Тот момент в медотсеке, когда она впервые улыбнулась мне не как пациенту. Я вцепился в это воспоминание ментальной хваткой утопающего.

Не отдам. Это моё.

«Здесь нет ничего твоего».

Давление в черепе усилилось. Реальность начала рассыпаться на пиксели. Белая комната пошла трещинами, сквозь которые пробивалась цифровая тьма. Я слышал смех Валериус, далёкий, как эхо в колодце.

– Смотри, как он дёргается, – донеслось до меня. – Жалкое зрелище.

Я пытался вспомнить своё имя. Влад? Владислав? Волков? Буквы расплывались, теряли смысл. Кто я? Контейнер?

Боль стала невыносимой, а потом резко исчезла. Вместе с ней исчезло чувство тела. Я парил в пустоте, а надо мной нависала гигантская, безликая маска из чёрного хрома.