Текст книги "Призрак. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Вадим Фарг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 64 страниц)

Глава 9

Сознание возвращалось неохотно, словно я всплывал из глубокого и холодного омута. Первым делом я почувствовал запахи. Резкая гарь проводки, но сквозь неё пробивался тонкий, едва уловимый аромат… кажется, лилий. А потом пришёл звук – глухое, размеренное биение сердца. Не моё. Слишком уж оно было частым и тревожным.

Я с усилием разлепил веки. Картинка перед глазами плыла, но я всё равно узнал лицо, склонившееся надо мной. Лиандра. Её длинные светлые волосы щекотали мне щеку. На её коже виднелись тёмные разводы сажи, а в огромных, серьёзных глазах, которые сейчас были пугающе близко, блестели… слёзы? Не может быть.

– Он очнулся, – прошептала она, и её голос дрогнул так, будто она только что пробежала марафон.

Тут до меня дошло, что моя голова лежит у неё на коленях, а её тонкие, прохладные пальцы осторожно гладят меня по волосам. Это было настолько неожиданно и… интимно, что я напрочь забыл, где нахожусь и что только что произошло. Я просто смотрел в её глаза, не в силах отвести взгляд.

– Какого демона ты творишь, Волков⁈ – громыхнул над ухом знакомый бас Капитана. – Я уже прикидывал, во сколько нам обойдётся твоя утилизация! Недешёвое это дело, знаешь ли!

Я кое‑как приподнялся на локтях. Голова всё ещё гудела, но острая боль, к счастью, ушла. Мы были всё в том же серверном зале, но теперь он выглядел иначе. Тихим. Поверженным. Повсюду валялись обломки турелей и искорёженные манипуляторы, похожие на скелеты доисторических животных. Воздух был тяжёлым от дыма, но сквозь него уже пробивался ровный синий свет – серверы работали в штатном режиме.

– Мы… победили? – хрипло выдавил я.

– Похоже на то, – кивнул Капитан, протягивая мне свою огромную руку и помогая подняться. – Наша Кира – настоящая цифровая ведьма. Кажется, она заперла твоего злобного близнеца в какой‑то виртуальной банке.

– Заперла и крышкой накрыла! – донёсся из моего комма усталый, но довольный голос Киры. – Сидит теперь, рычит. Энергии жрёт, правда, как небольшой крейсер, но наружу не вылезет. Я ему такой лабиринт из фаерволов построила, до конца времён не разберётся.

В этот момент главный терминал, который до этого был тёмным и безжизненным, снова вспыхнул красным. Но на этот раз на нём была только одна‑единственная строка, набранная кривым, искажённым, будто в предсмертной агонии, шрифтом.

ЭТО. ЕЩЁ. НЕ. КОНЕЦ. Я. ВЫБЕРУСЬ. И. ЗАБЕРУ. СВОЁ.

Буквы подрагивали, корчились, словно были написаны чистой ненавистью. Это было последнее, бессильное рычание зверя, запертого в клетке. А потом надпись исчезла.

И тут же все экраны в зале, все до единого, мягко загорелись ровным, спокойным синим светом. Тишину нарушил новый звук – мелодичный, приятный женский голос, который разнёсся по всему залу. Он был синтетическим, но в нём не было механической резкости Гюнтера. Он был плавным и абсолютно бесстрастным.

– Внимание. Вирусная угроза класса «Омега» нейтрализована. Повреждённый фрагмент сознания коммандера Вазара изолирован в карантинном секторе. Запускаю протокол восстановления системы.

Мы замерли, слушая этот спокойный, невозмутимый голос. Лиандра медленно поднялась, отряхивая колени, но не сводя с меня встревоженного взгляда.

– Провожу проверку биометрии и генетического маркера присутствующих органических форм жизни, – продолжил голос. Тонкий луч синего света вырвался из терминала и медленно скользнул по мне с головы до ног. Я невольно напрягся. Вот сейчас он объявит меня самозванцем, бракованной копией, и снова включит турели. – Проверка завершена. Обнаружено стопроцентное соответствие с генетическим маркером коммандера. Однако личностная матрица… нестабильна. Обнаружены значительные расхождения с исходным профилем.

– Ну всё, приехали, – буркнул Капитан, потянувшись к кобуре.

– Принято решение, – невозмутимо продолжил ИИ. – Учитывая нейтрализацию исходной угрозы и наличие прямого приказа, записанного в ядре системы, командные протоколы передаются.

На главном экране высветилась моя фотография из базы данных «Полярной Звезды». А под ней – чёткая, ровная надпись.

КОММАНДЕР ВЛАДИСЛАВ ВОЛКОВ

– Добро пожаловать на борт, Коммандер Волков, – без тени эмоций произнёс бесстрастный голос. – «Рассветный Странник» в вашем полном распоряжении.

Я смотрел на экран, на своё имя, и не мог поверить своим глазам. Коммандер Волков. Не Вазар. Волков. Этот корабль, его настоящий, здоровый искусственный интеллект, признал меня. Не того, кем я был, а того, кем я стал.

Я медленно поднял руки и посмотрел на свои ладони. Обычные руки. Но теперь они принадлежали не простому найденышу с грузового корабля. Они принадлежали капитану одного из самых мощных крейсеров, которые я когда‑либо видел.

Я стал капитаном этого корабля‑призрака.

И одновременно – тюремщиком его безумной, кричащей души, запертой где‑то глубоко в кремниевых лабиринтах памяти.

Победа ощущалась странно. Никакого облегчения. Скорее, как будто я только что подписал контракт на очень сложную и опасную работу, толком не прочитав условия. Я посмотрел на своих друзей – на уставшего, но довольного Капитана, на встревоженную Лиандру, услышал в комме вымотанное, но счастливое сопение Киры.

Что ж, коммандер Волков. Похоже, твои настоящие приключения только начинаются. И первая задача в списке – как‑то вытащить всю эту честную компанию из той передряги, в которую ты их втравил. И желательно до того, как этот корабль подкинет нам новый сюрприз.

* * *

Мостик «Рассветного Странника» оказался совсем не похож на мостик. Скорее, на какой‑то мрачный собор, возведённый в честь жестокого бога космоса. Огромное, гулкое и тёмное пространство, где панорамный экран во всю стену показывал безумный танец искажённых звёзд в гиперпространстве.

– Обалдеть… – выдохнула Кира, с благоговейным ужасом озираясь по сторонам. Её глаза горели любопытством, когда она смотрела на ряды тёмных, безмолвных консолей, на огромный голографический стол в центре и на капитанское кресло, больше похожее на трон. – Да тут в одном подлокотнике технологий больше, чем во всём нашем секторе!

– И проблем, судя по всему, тоже, – проворчал Капитан, зябко поёжившись и поплотнее закутавшись в свою старую куртку. В этом стерильном зале он выглядел до смешного неуместно со своей потёртой фуражкой и обветренным лицом. – Чувствую себя не в своей тарелке. На нашей «Звёздочке» я хоть знал, где какой винтик скрипит и почему он скрипит именно по вторникам. А тут… чёрт ногу сломит. Неуютно.

Лиандра молчала. Она стояла чуть позади, и я почти физически ощущал её напряжение. Её взгляд впился мне в спину, пытаясь проанализировать, понять, что творится у меня в голове. Гюнтер тем временем с деловитым жужжанием объезжал мостик по периметру.

– Absurd! – наконец выдал он своим чудовищным немецким акцентом. – Полное отсутствие эргономики и крайне неэффективное использование пространства! И я не вижу интерфейса для заказа горячих напитков! Как коммандер должен поддерживать боевой дух без чашечки горячего шоколада⁈ Это нарушение всех протоколов гостеприимства!

Все взгляды устремились на меня. Они ждали. Ждали, что я скажу, что сделаю. Ведь теперь я тут вроде как главный. Коммандер Волков. Звучит‑то как громко… Я сглотнул подступивший к горлу ком и медленно пошёл к командному креслу. Оно и правда напоминало трон из какой‑то мрачной сказки – холодное, чёрное, неудобное. Я сел. Мои руки сами легли на подлокотники, и пальцы идеально совпали со старыми, едва заметными вмятинами в металле. Моими вмятинами.

– Корабль, – сказал я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо и уверенно, а не так, будто я сейчас умру от страха. – Доложи текущее местоположение и статус.

– Мы находимся в некартографированном секторе «Тень Гесперид», – тут же отозвался спокойный, безразличный женский голос из скрытых динамиков. – Вероятность обнаружения силами Империи – ноль целых, три сотых процента. Все системы функционируют в штатном режиме.

– Выведи на главный экран первоначальную директиву миссии, – приказал я, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

Голографический стол в центре зала вспыхнул мягким синим светом. Над ним, медленно вращаясь, повисла трёхмерная карта галактики. Мириады звёзд, туманности, целые скопления… Это было так красиво, что на секунду перехватило дыхание. А потом на этой карте замигали несколько точек. Ярко‑красные, тревожные, похожие на капли крови, разбросанные по разным уголкам звёздной системы.

– Основная директива: поиск и захват артефактов цивилизации Древних, – бесстрастно пояснил голос ИИ. – Приоритетные цели отмечены на карте.

Мы молча уставились на эту карту. На эти зловещие красные огоньки. И в этот момент до каждого из нас, кажется, дошла простая и страшная правда. Наша прежняя жизнь закончилась. Безвозвратно. Мы больше не были экипажем старенького грузовичка, который возил медикаменты и запчасти по тихим, спокойным секторам. Теперь мы были беглецами. Изгоями на борту самого разыскиваемого корабля в галактике, с цифровым маньяком в трюме и безжалостной Империей, идущей по пятам.

– Древние… Артефакты… – хрипло выдохнул Капитан. Он снял фуражку и устало провёл рукой по лицу. В его голосе не было злости. Только бесконечная, вселенская усталость. – Волков, парень… во что же ты нас всех втянул? Мы же простые работяги. А это… – он обвёл рукой мостик, – это какая‑то война.

Я оторвал взгляд от карты и посмотрел на них. На своих друзей. На свою новую, странную семью. Я видел их страх, их растерянность. Но я видел и другое. Доверие. Они ждали моего решения. Доверяли парню без памяти, который сам не знал, кто он такой.

Я снова посмотрел на карту. На эти манящие и пугающие красные точки. И принял решение. Другого выбора у меня всё равно не было.

Я поднял руку и указал на одну из них. Ближайшую.

– Корабль, – мой голос прозвучал ровно и чётко, не оставляя места для сомнений. – Проложить курс к этой точке. Максимальная скорость.

– Курс проложен, Коммандер, – без промедления ответил ИИ. – Расчётное время прибытия…

Огромный крейсер плавно накренился, меняя направление своего безумного бега сквозь гиперпространство. Мой скромный рейс за каким‑то грузом закончился. Теперь начиналось что‑то совсем другое. Гонка. Гонка со временем. Гонка с Империей. Гонка за моим собственным прошлым и за тайнами Древних, которые, судя по всему, могли перевернуть весь этот мир с ног на голову.

Глава 10

Пространство дёрнулось, словно икнуло, и выплюнуло «Рассветный Странник» из гиперпрыжка. Корабль содрогнулся всем своим гигантским корпусом так, что я чуть не вылетел из пилотского кресла. Аварийные лампы на мостике замигали, заливая всё тревожным красным, но почти сразу погасли, уступив место обычному белому освещению. Стало тихо. Слишком тихо.

– Внимание, – раздался бесстрастный голос корабельного искусственного интеллекта. – Зафиксировано критическое повреждение обмотки гипердвигателя. Дальнейшие прыжки невозможны. Для проведения ремонтных работ требуется синтез кристаллического геодита в объёме не менее трёх килограммов.

Первым, конечно же, взорвался капитан. Его кружка с чаем со стуком опустилась на подставку. Мне показалось, я услышал, как по ней пошла тонкая трещина.

– Да чтоб меня черти драли! – прорычал Семён Аркадьевич. Он нервно поправил свою старую, потёртую фуражку. – Чтоб этому корыту пусто было! Я‑то думал, только моя старушка «Полярная Звезда» способна на такие фокусы. А тут, значит, вершина инженерной мысли, имперский крейсер! А ломается, как последняя консервная банка! Что ещё за геодит? Звучит дорого!

Я медленно повернулся в кресле и постарался изобразить самую ободряющую улыбку, на которую был способен.

– Спокойно, Семён Аркадьевич. Без паники. Всё под контролем.

– Под контролем? – фыркнул он, и его роскошные усы недовольно зашевелились. – Мы застряли чёрт знает где на неисправном судне! Это по‑твоему «под контролем»?

Я махнул рукой в сторону главного экрана. Вместо привычной россыпи далёких звёзд там клубились густые, плотные облака фиолетовой и багровой космической пыли.

– Мы в туманности Забвения, капитан. Имперские патрули сюда и носа не сунут. Сканеры нас не увидят. Мы в полной безопасности, как в кармане у мамы.

Слова прозвучали уверенно, даже для меня самого. Но где‑то глубоко внутри шевельнулось неприятное чувство. Безопасность – штука очень непостоянная. Особенно когда речь идёт обо мне.

– Ближайший источник сырья для синтеза геодита – безымянная планета класса «Гея» в данной системе, – снова вмешался ИИ. – Расстояние – ноль целых, две десятых астрономической единицы.

На экране тут же сменилась картинка. Перед нами повис идеальный зелёный шарик, похожий на дорогой мрамор, с тонкими белыми узорами облаков. Планета, сплошь заросшая зеленью. Ни городов, ни дорог, ни малейшего намёка на цивилизацию. Просто дикий, первозданный и почему‑то очень притягательный мир.

– Ого! Вот это да! – выдохнула Кира. До этого она сосредоточенно ковырялась в какой‑то боковой панели, но теперь её глаза горели неподдельным восторгом. – Это же просто мечта! Синтезировать геодит из сырой органики… Да это же как собрать самый крутой конструктор на свете! Влад, можно я возглавлю десантную группу? Ну пожалуйста‑пожалуйста‑пожалуйста!

– Никаких «пожалуйста», – тут же обрубил её порыв капитан. – Сначала разведка. Полная и дотошная. Не хватало нам ещё, чтобы вас там съели какие‑нибудь плотоядные кусты.

– Капитан прав, – раздался спокойный голос Лиандры. Она стояла у медицинского терминала. – Предварительное сканирование показывает, что атмосфера пригодна для дыхания. Стандартный состав: азот, кислород. Уровень токсинов минимален. Сканеры не видят агрессивных форм жизни, но… вся планета, каждый её клочок, покрыт флорой. Это биологическая аномалия. Я бы рекомендовала предельную осторожность.

В этот момент к нам подкатился Гюнтер.

– Achtung! – проскрипел он. – Незапланированная остановка есть грубейшее нарушение графика! Это снижает общую Effizienz! Я должен немедленно пересчитать рационы питания с учётом этой возмутительной задержки!

Он развернулся к экрану с изображением планеты, и его красный оптический сенсор несколько раз моргнул.

– Анализ атмосферы показывает наличие неизвестных органических соединений! Употребление местной флоры в пищу категорически запрещено до полного лабораторного изучения! Ordnung muss sein! Порядок должен быть!

Я невольно усмехнулся. Даже после аварии, посреди неизвестного сектора, моя команда оставалась верна себе.

– Хорошо, – я хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание. – План такой. Кира, готовь своё оборудование для синтеза. Постарайся не взорвать планету. Лиандра, нам понадобится твоя полевая лаборатория, будешь нашим научным консультантом на месте. Семён Аркадьевич, вы остаётесь на мостике, будете нашим глазом в небе и связью с кораблём. Гюнтер, проследи, чтобы всё снаряжение было… effizient. А я возглавлю эту увеселительную прогулку.

Я снова посмотрел на зелёный шарик на экране. Он выглядел таким мирным и манящим. Где‑то там, в его бескрайних зелёных джунглях, нас ждал ключ к ремонту. А может, и очередная порция неприятностей на наши головы. Впрочем, к этому нам было не привыкать. Пора размять ноги.

* * *

Короткий перелёт на нашем стареньком грузовичке до поверхности планеты прошёл почти в полной тишине. Почти, потому что Кира, кажется, решила озвучить все свои восторги сразу. Она буквально прилипла к иллюминатору и не отрывалась от него ни на секунду.

– Вы только посмотрите! Обалдеть! – её голос звенел от возбуждения. – Это же сплошной зелёный океан! Влад, гляди, вон то дерево, наверное, с нашу «Полярную Звезду» размером!

Даже с орбиты планета выглядела впечатляюще, но чем ниже мы спускались, тем более невероятной она казалась. Мы неслись над бескрайним ковром из крон гигантских деревьев. Каждое из них было похоже на небоскрёб, укутанный в листву. Я никогда не видел ничего подобного. Впрочем, о чём может вспомнить тот, у кого нет памяти?

Корабль мягко коснулся земли на небольшой поляне – единственном свободном от деревьев‑гигантов пятачке. Как только аппарель с шипением опустилась, в кабину ворвался густой, влажный воздух.

– Чур, я первая! – крикнула Кира и, схватив свой ящик с анализаторами, кубарем скатилась по трапу. – Ого‑го! Ребята, идите сюда! Тут трава по колено! А листья какие! Влад, смотри, этот лопух больше меня ростом!

Она не преувеличивала. Всё вокруг было каким‑то преувеличенно большим, словно мы попали в мир, созданный для великанов. Солнечный свет едва пробивался сквозь плотную завесу листвы, и вся поляна была погружена в таинственный изумрудный полумрак.

– Кира, будь осторожнее, – раздался спокойный голос Лиандры. Она спускалась следом, и её полевая лаборатория, развернувшаяся из небольшого кейса, уже тихонько гудела, сканируя всё вокруг. – Биологическая активность просто зашкаливает. Каждый сантиметр почвы, каждый листик… всё живёт своей, совершенно непонятной нам жизнью. Не трогай ничего без перчаток.

Я спустился на землю последним, по привычке сжимая в руках лёгкий импульсный карабин. Не то чтобы я ждал нападения, но инстинкты, о происхождении которых я ничего не знал, брали своё. Поляна, где мы стояли, была покрыта мягким, пружинящим мхом, а воздух был настолько чистым и свежим, что от него слегка кружилась голова. Тишину нарушал лишь стрёкот каких‑то невидимых насекомых да восторженное бормотание Киры, которая уже пыталась засунуть в пробирку огромного переливающегося жука.

И вдруг всё стихло.

Стрекот насекомых оборвался так резко, словно кто‑то щёлкнул гигантским выключателем. Даже Кира замолчала на полуслове и удивлённо оглянулась. Тишина стала такой плотной, такой звенящей, что неприятно заложило уши. А потом из‑за стволов гигантских деревьев, двигаясь абсолютно беззвучно, появились они.

Это были существа ростом не выше человеческого ребёнка. Их тела покрывала короткая, бархатистая шерсть цвета мха, из‑за чего они почти полностью сливались с лесом. С плеч свисали длинные и гибкие, как лианы, хвосты, которыми они ловко цеплялись за нижние ветки, словно для подстраховки. Но самое поразительное в них – это глаза. Огромные, как два блюдца, без белков и зрачков. Они были целиком наполнены жидким, мягко светящимся янтарём.

Мы замерли. Кира медленно опустила свой анализатор на траву. Лиандра застыла, словно изящная статуя. Существа не проявляли ни капли агрессии. Они просто стояли и смотрели на нас своими невозможными глазами, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Их было около дюжины.

Одно из них, показавшееся мне самым маленьким, отделилось от группы и сделало несколько шагов в нашу сторону. Оно остановилось в паре метров и склонило голову набок, с любопытством разглядывая нас. А потом в воздухе вокруг него закружилось облачко едва заметной золотистой пыльцы, которая медленно, словно во сне, поплыла в нашу сторону.

Я хотел крикнуть, чтобы все задержали дыхание, но не успел.

Золотистые искорки коснулись моего лица, и в тот же миг мир вокруг просто исчез. В голове не было ни звука, ни слова. Только образ. Чёткий, ясный и невыносимо болезненный. Я увидел огромное, пульсирующее сердце размером с небольшую луну. Но оно было больным. По его поверхности расползались чёрные, гнилостные вены, оно увядало, сжималось, и с каждым его слабым, затухающим ударом по моему сознанию прокатывалась волна всепоглощающей, бессловесной боли. Это была агония целого мира, концентрированная до чистого, незамутнённого страдания.

Я пошатнулся и схватился за голову, пытаясь устоять на ногах. Рядом тихо вскрикнула Лиандра. Я скосил на неё глаза – она прижимала ладони к вискам, её лицо исказилось от муки. А вот Кира смотрела на нас с полным недоумением.

– Влад? Док? Что с вами? Вы чего?

Она ничего не почувствовала. Это послание предназначалось не всем.

Существо перед нами вздрогнуло, словно отдача от собственного послания причинила боль и ему. Оно медленно отступило назад, и золотистая пыльца в воздухе тут же растаяла. Боль в голове утихла так же внезапно, как и появилась, оставив после себя лишь глухое, ноющее эхо и привкус пепла во рту.

Я выпрямился, тяжело дыша. Посмотрел на этих маленьких, безмолвных созданий с их янтарными глазами, в которых, казалось, плескалась вековая скорбь. И в моей голове само собой родилось слово. Оно не пришло из памяти, оно просто возникло, идеально подходящее.

– Блориане, – тихо произнёс я.

Лиандра опустила руки и посмотрела на меня.

– Ты… ты тоже это видел? – прошептала она, и её голос слегка дрогнул.

Я молча кивнул, не сводя взгляда с маленьких хозяев этого гигантского леса. Они не были угрозой. Они молили о помощи.