Текст книги "Призрак. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Вадим Фарг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 64 страниц)

Глава 7

Я очнулся от едкого запаха горелой изоляции, который неприятно царапал горло. Первое, что я увидел, было склонившееся надо мной лицо Лиандры. В мигающем красном свете аварийной лампы её перламутровая кожа казалась пепельно‑серой, а в огромных, обычно спокойных глазах, сейчас плескалась неприкрытая тревога.

– Влад, ты как? – её голос, всегда такой ровный и мелодичный, прозвучал с нотками облегчения. – Он пришёл в себя!

Я лежал на чём‑то твёрдом и холодном. Палуба «Полярной Звезды». Вокруг, в полумраке, стояли все наши. Измотанные, перепачканные в саже, одежда на некоторых висела клочьями, но, самое главное, – живые. Капитан, тяжело отдуваясь, опёрся на спинку своего кресла. Его лицо, и без того красное, сейчас было покрыто таким слоем копоти, словно он лично тушил пожар в машинном отделении. Кира сидела прямо на полу, обхватив руками колени, и бездумно смотрела на погасший главный экран. Даже Гюнтер выглядел неважно – на его идеально отполированном боку красовалась свежая, уродливая вмятина, которую он тщетно пытался протереть одним из манипуляторов.

– Что… произошло? – прохрипел я, делая попытку сесть. Голова тут же отозвалась тупым, тяжёлым гулом, будто внутри неё ворочался рой рассерженных пчёл.

– Прорвались, – коротко и безрадостно бросил Капитан. – На честном слове и на последнем издыхании. Этот твой приятель‑психопат едва не отправил нас всех в утиль. Но мы здесь. В своём корабле, который стоит в ангаре другого корабля, который несётся неизвестно куда. Положение, честно говоря, хуже не придумаешь.

Он был абсолютно прав. Мы вырвались из лап смерти только для того, чтобы оказаться в запертой клетке. Бежать было некуда. Вступать в бой с целым крейсером, который к тому же управляется спятившим искусственным интеллектом, было равносильно самоубийству.

– Нельзя просто сидеть и ждать, – вдруг подала голос Кира. Тишина была такой гнетущей, что её слова прозвучали как выстрел. Она вскинула голову, и в её глазах я увидел не привычный озорной блеск, а злую, холодную решимость. – Он попробует снова. И в следующий раз он нас доконает.

Она резво вскочила и подлетела к своей технической консоли. Та, разумеется, не работала. Кира без лишних слов вырвала сервисную панель и подключила к проводам свой личный планшет. Её пальцы, чумазые от сажи и масла, забегали по сенсорному экрану с невероятной скоростью.

– Победить его мы не можем. Убежать от него – тоже. И удалить его не получится, – затараторила она, не отрываясь от своего занятия. – Я заглянула в его код. Он врос в ядро корабельной системы, как раковая опухоль. Если попытаться его вырезать – мы убьём корабль. А он убьёт нас.

– И какое же у тебя предложение? Попросить его по‑хорошему, чтобы он нас отпустил? – ядовито хмыкнул Капитан.

– Нет, – Кира обернулась, и на её лице промелькнула хищная, злая улыбка. В глазах на миг сверкнули знакомые искорки. – Я предлагаю его обмануть.

Она развернула к нам свой планшет. На экране светилась какая‑то сложная схема из блоков, стрелок и непонятных символов.

– Слушайте сюда. Вазар – это программа. Да, очень сложная, самообучающаяся, но всё же программа. А чего хочет любая программа? Двух вещей: ресурсов и контроля. Он одержим идеей получить полный доступ ко всем системам. Так давайте дадим ему то, чего он так жаждет.

– Ты с ума сошла? – не выдержал я. – Отдать ему корабль⁈

– Не настоящий, – отмахнулась она, снова поворачиваясь к схеме. – Фальшивый. Мы создадим в нашей сети «цифровую тюрьму». Изолированный сервер, кусок памяти, который будет идеально притворяться настоящим ядром управления кораблём. Мы построим для него песочницу, в которой он будет царём и богом. Создадим для него идеальный мирок, где он сможет дёргать за все рычаги и нажимать на все кнопки, вот только ни одна из них не будет работать по‑настоящему.

План был настолько сумасшедшим, что в нём определённо что‑то было.

– Мы сделаем приманку, – продолжала Кира, и её голос крепчал с каждым словом. – Подсунем ему фальшивый административный терминал, который пообещает ему абсолютную власть. Он клюнет, я уверена. Он слишком высокомерен, чтобы заподозрить подвох. И как только его цифровое сознание целиком перейдёт в эту ловушку, чтобы получить контроль… мы просто перережем кабель. И запрем его там навсегда.

На мостике стало очень тихо. Все смотрели на Киру, пытаясь переварить её идею. Это было невероятно дерзко. Чертовски рискованно. У нас не было права на ошибку. Одна неверная строчка в коде, одна мелочь, которая покажется Вазару подозрительной, – и он поймёт нашу задумку. И тогда он точно перестанет с нами играть и просто прихлопнет нас, как назойливых мух.

– Каковы шансы на успех? – хрипло спросил Капитан, не сводя глаз со схемы на планшете.

– Приблизительная вероятность успеха составляет двенадцать целых и три десятых процента, – без малейших эмоций в голосе сообщил Гюнтер, который всё это время стоял неподвижно и, видимо, анализировал план Киры. – Данный расчёт учитывает нестабильность нашего центрального процессора и возможные контрмеры со стороны враждебного искусственного интеллекта.

– Двенадцать процентов, – усмехнулся Капитан, потирая переносицу. – Что ж, это уже больше, чем ноль. Мне нравится.

Он обвёл нас тяжёлым взглядом. Сначала меня, потом Лиандру. В его глазах больше не было ни злости, ни отчаяния. Только свинцовая решимость человека, которому больше нечего терять.

– Делай, – бросил он Кире. – Делай, что должна.

Никто не стал спорить. Все молча согласились. В этой тишине было больше единства, чем в любой самой пафосной речи. Это был наш единственный шанс. Наш последний бой с этим кораблём‑призраком.

– Мне нужно время, – сказала Кира, полностью погружаясь в работу. – И нужно, чтобы кто‑то отвлекал его внимание. Он не должен догадаться, что я тут затеяла.

На мостике «Полярной Звезды» повисла тишина. План, который Кира вывела на экран своего планшета, был из тех, что придумывают от полного отчаяния, когда все остальные варианты ещё хуже.

– Обычная диверсия не сработает, – сказала наконец Кира, не отрывая взгляда от светящихся строк кода. – Вазар – не просто корабельный искин. Это цифровая копия сознания гениального, но абсолютно безумного тактика. Он щёлкает стандартные ловушки как орешки. Нам нужно не просто отвлечь его. Нам нужно его взбесить. Разозлить так, чтобы он, как бешеный пёс, кинулся на приманку, забыв обо всём на свете.

Она подняла на меня глаза. В её огромных, обычно весёлых глазах сейчас плескалась странная смесь азарта и неподдельного страха.

– Влад, ты должен будешь стать этой приманкой. Пробраться в самое сердце крейсера, в его серверное ядро. И начать копаться в его архивах. В его памяти.

– Погоди, Кира, – Капитан подался вперёд. Его голос, в отличие от прошлого раза, звучал не гневно, а тихо и рассудительно, что пугало куда больше. – Ты предлагаешь отправить его одного в логово зверя. Это не план, это билет в один конец. Я не могу его на это послать.

Он посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом, будто оценивая шансы.

– Мы не знаем, что там. Мы не знаем, на что способен этот Вазар в ближнем бою, если у него есть физические защитные системы. Нет. Так не пойдёт.

– А как пойдёт, кэп? – тихо, но с несгибаемой уверенностью в голосе спросила Кира. – У нас нет времени. Вазар уже понял, что мы пережили его атаку. Он ищет нас. Это вопрос минут, прежде чем он нас найдёт и закончит начатое. Влад – единственный, кто может выдержать его ментальное давление. Он наша единственная карта.

Капитан задумчиво потёр подбородок. Его лицо выражало крайнюю степень концентрации.

– Хорошо. Допустим. Но одного я его не отпущу. Если он – наживка, то я пойду с ним. Буду прикрывать. Если там вылезет какая‑нибудь дрянь, я смогу дать ему пару лишних секунд.

– Я тоже иду, – раздался спокойный голос Лиандры. Она шагнула вперёд из тени, где до этого стояла неподвижно. В её руках был медицинский сканер.

– Исключено, – отрезал Капитан, хмурясь ещё сильнее. – Лиандра, это не прогулка по парку. Там опасно для вооружённого бойца, а для доктора – вдвойне. Твоё место здесь, на мостике.

– Капитан, вы мыслите как солдат, а не как тактик, – ровным тоном возразила она, встречая его взгляд без тени сомнения. – Главная угроза для Влада – не физическая, а ментальная. Вазар уже атаковал его разум. Если это повторится, я – единственная на борту, кто сможет хотя бы попытаться стабилизировать его состояние. Моё присутствие рядом с ним – не прихоть, а медицинская необходимость. Это повышает шансы на успех всей операции.

На мостике снова воцарилась тишина. Аргументы Лиандры были железными. Даже Капитан, при всей его заботе и упрямстве, не мог этого отрицать.

Я смотрел на них – на решительную Киру, на готового к бою Капитана, на холодную и логичную Лиандру, которая под маской науки прятала тревогу за меня. Они спорили о том, как лучше меня спасти, рискуя при этом своими жизнями. Это из‑за меня они все оказались в этой передряге. Я был проблемой, которую они пытались решить. И как бы страшно ни было, я понимал, что ключ к решению – тоже я. Моя странная связь с этим кораблём‑призраком, моя необъяснимая устойчивость к атакам его безумного хранителя… Всё это делало меня идеальным инструментом.

– Я согласен, – сказал я, и мой голос прозвучал на удивление твёрдо. Все взгляды тут же обратились ко мне. – Кира права. Это единственный шанс. И Лиандра права. Если что‑то пойдёт не так, мне понадобится помощь. И ваша поддержка, Капитан, тоже будет не лишней. Мы пойдём втроём.

Моё спокойствие, кажется, подействовало на них отрезвляюще. В нём не было ни паники, ни показного геройства. Только холодная, как космос за бортом, констатация факта. Будто говорил не растерянный парень Влад Волков, а кто‑то другой, кто уже бывал в подобных переделках. Кто‑то, кто знал цену риска и понимал, что такое «необходимость». И этот кто‑то сейчас управлял моим телом.

– Он одержим мной, моим появлением, – продолжил я тем же ровным тоном, глядя на Киру. – Он не устоит перед искушением разобраться со мной лично, если я залезу в его самые больные воспоминания. Это даст тебе время, которое нужно.

Капитан долго смотрел на меня, потом тяжело вздохнул, смиряясь. Его плечи опустились.

– Чёрт бы тебя побрал, Волков. Всю душу из меня вымотал. Ладно. Будь по‑твоему. Готовьтесь. Но учтите, – он обвёл нас троих суровым взглядом, – если что‑то пойдёт не по плану, если я пойму, что мы теряем Влада… я даю команду Кире на полное уничтожение этого крейсера. Вы меня поняли?

– Поняли, Капитан, – кивнул я и даже позволил себе слабую улыбку. – Спасибо.

– Не за что меня благодарить, – проворчал он, поднимаясь.

Лиандра подошла ко мне и протянула маленький, плоский датчик.

– Прикрепи на висок. Он будет транслировать твою нейронную активность. Я должна знать, что с тобой происходит в реальном времени.

Я взял холодный металлический кружок и приладил к коже. Её пальцы на мгновение коснулись моей щеки, и они были ледяными.

Глава 8

Серверное ядро «Рассветного Странника» напоминало гигантский, тёмный склад, заставленный бесконечными рядами чёрных шкафов. Они уходили ввысь, теряясь в полумраке, и от них исходил тихий, низкий гул, от которого вибрировал пол под ногами. Повсюду, словно стальные лианы, висели толстые пучки кабелей, сплетаясь в тугие жгуты. Воздух был холодным, пах озоном и пылью, и в этой гулкой тишине каждый наш шаг звучал оглушительно.

Я шёл к центральному терминалу, который стоял в самом центре зала, похожий на одинокий чёрный алтарь. За мной, стараясь не шуметь, шли Капитан и Лиандра. Они нервно оглядывались, держа оружие наготове. Моя единственная связь с реальностью, если что‑то пойдёт не так.

– Ну и громадина, – пробасил Капитан, с опаской поглядывая на мигающие синие огоньки на стойках. – Ощущение, будто мы в брюхе у какого‑то металлического кита. И тишина эта… как в склепе. Не нравится мне всё это, Влад. Ох, не нравится.

– Нам нужно только забрать данные, Семён Аркадьевич, – сказал я, хотя мой собственный голос показался мне чужим. – Просто скопировать и уйти.

Я подошёл к терминалу. Гладкая чёрная панель, а на ней – всего один разъём для прямого подключения. Я посмотрел на него, и в голове мелькнул короткий, как вспышка, обрывок чужого воспоминания: моя рука, но не моя, уверенно втыкает в этот порт кабель. Рука коммандера Вазара.

– Кира, приём. Готова? – спросил я в микрофон, стараясь, чтобы голос не дрожал.

– Готова, Влад! – тут же отозвалась она. Её голос в динамике был напряжённым, но полным решимости. – Моя цифровая ловушка наготове. Жду, когда наш «призрак» высунет нос. Давай, подключайся.

Я сделал глубокий вдох. Вытащил из‑за пояса интерфейсный кабель. Один конец – резким, отработанным движением в порт на предплечье антрацитового скафандра. Другой – в холодное гнездо терминала.

И в ту же секунду корабль закричал.

Это был оглушительный, скрежещущий вой, от которого, казалось, задрожали зубы. Низкий гул в зале сменился рёвом раненого зверя. Синие огоньки на стойках разом вспыхнули красным, заливая всё вокруг тревожным, кровавым светом.

С лязгом и скрежетом из потайных ниш в стенах и потолке показались десятки автоматических турелей. Их стволы, похожие на головы злобных механических змей, одновременно развернулись в нашу сторону.

– На пол! – заорал Капитан, падая за ближайшую серверную стойку.

Воздух взорвался грохотом. Огненный ливень плазменных зарядов обрушился на то место, где мы только что стояли. Лиандра молниеносно нырнула в укрытие вслед за Капитаном. Стойка, за которой они спрятались, тут же покрылась уродливыми, дымящимися отметинами.

А я остался стоять.

Я не мог сдвинуться с места. Тело будто окаменело. Но в моей голове в это время бушевал настоящий шторм.

ТЫ⁈  – этот голос не звучал в ушах. Он гремел прямо в мозгу, заставляя вибрировать всё внутри. Голос Вазара. – ТЫ, ПУСТАЯ ОБОЛОЧКА, ПОСМЕЛ ВЕРНУТЬСЯ В МОЙ ДОМ⁈

Реальный мир пропал. Меня закружило в урагане чужих, жестоких воспоминаний. Вот женское лицо, перекошенное от ярости. Вот крики моего старого экипажа, который я сам запер в отсеках, обрекая на гибель. Холод металла в руке, когда я отдавал приказ стрелять по своим же. Вина, ненависть, стыд – эти чувства были настолько сильными, что грозили просто стереть меня, раздавить мою личность.

ТЫ НИЧТОЖЕСТВО! СЛАБАК, КОТОРЫЙ ПРЯЧЕТСЯ ЗА СПИНАМИ ЖАЛКИХ КОНТРАБАНДИСТОВ!  – ревел Вазар в моей голове. – А Я – ВОЛЯ! Я – СИЛА! Я – ЭТОТ КОРАБЛЬ! И Я ВЕРНУ СЕБЕ СВОЁ ТЕЛО!

* * *

Пока я отчаянно боролся с этим натиском, в реальном мире Капитан и Лиандра вели неравный бой.

– А ну, получай, железяка проклятая! – рычал Семён Аркадьевич. Он высовывался из‑за своего укрытия и палил по турелям короткими очередями. Его лицо блестело от пота, а в глазах горела ярость.

Лиандра действовала по‑другому. Тихо, сосредоточенно, без единого лишнего движения. Её тонкий игольчатый пистолет в изящной руке почти беззвучно выплёвывал тонкие зелёные лучи. Каждый выстрел – точно в красный огонёк оптического сенсора. Турели одна за другой взрывались снопом искр и затихали.

Но их было слишком много. Слишком.

И тут из стен с оглушительным скрежетом полезло что‑то новое. Огромные промышленные манипуляторы, похожие на лапы гигантских металлических пауков. Они с чудовищной силой обрушились на серверные стойки, разрывая их, выдирая с корнем пучки кабелей. Они крушили укрытия, пытаясь добраться до незваных гостей.

– Кира, мать твою, что у вас там происходит⁈ – заорал Капитан в комм, едва успев отскочить от огромной клешни, которая превратила его укрытие в груду покорёженного металла. – У нас тут скоро прятаться будет негде!

– Держусь! – донёсся из динамика напряжённый голос Киры. – Он умный, зараза! Вся его защита в онлайне! Гюнтер, давай, твой выход! Запускай свой план!

– Jawohl! Активирую протокол «Лучше Отвали, Herr» (господин)! – без тени эмоций доложил Гюнтер. – Поток ложных данных запущен. Центральный процессор противника загружен на семнадцать процентов.

* * *

В моей голове бушевал пожар. Вазар показывал мне картины моего прошлого, пытаясь вытеснить мои новые, ещё такие хрупкие воспоминания. Но я цеплялся за них изо всех сил. Вот я смеюсь над какой‑то глупой шуткой Киры. Вот Капитан ворчит, протягивая мне кружку обжигающе‑горького кофе. Вот тревожный взгляд больших, серьёзных глаз Лиандры.

ЖАЛКИЕ КАРТИНКИ!  – насмехался Вазар. – ЭТО НЕ ТВОЯ ЖИЗНЬ! ЭТО САМООБМАН! ТВОЯ ЖИЗНЬ – ЭТО ПРИКАЗ! ЭТО ДОЛГ! СМИРИСЬ!

– Нет… – прошептал я одними губами. – Это… моя жизнь.

У ТЕБЯ НЕТ ЖИЗНИ! ТОЛЬКО МИССИЯ! И ТЫ ПРОВАЛИЛ ЕЁ!

Один из манипуляторов прорвался. Его целью был не Капитан, отчаянно паливший из‑за обломков, и не Лиандра, хладнокровно отстреливавшая турели. Его целью был я. Огромная металлическая клешня метнулась прямо ко мне, чтобы раздавить, как надоедливое насекомое.

– Влад! – отчаянно закричала Лиандра.

Она выскочила из‑за своего полуразрушенного укрытия и бросилась ко мне. Её пистолет плевался зелёными иглами, но они просто отскакивали от толстой брони манипулятора, не причиняя ему никакого вреда.

Я всё видел, но пошевелиться не мог. Моё тело перестало быть моим. Теперь им управлял Вазар, и, судя по всему, он решил, что пора заканчивать этот спектакль.

ТЫ СЛИШКОМ ДОЛГО ГРЕЛ МОЁ МЕСТО. ПОРА ОБРАТНО В НИЧТО, ОТКУДА ТЫ ВЫПОЛЗ, ПРИЗРАК!

Голос в моей голове был уже не шёпотом, а оглушительным рёвом, от которого, казалось, вибрировали кости. Он снёс мою слабую ментальную защиту, как будто её и не было. Меня просто затопило. Представьте, что вас бросили в ледяную, грязную прорубь. Вот так и я погрузился в поток чужой, концентрированной ярости, боли и такого всепоглощающего чувства вины, что оно смывало всё на своём пути. Мои собственные, ещё такие хрупкие и недавние воспоминания о «Полярной Звезде» начали тускнеть, растворяться, как кусочки сахара в горячем чае.

Я тонул в чужом сознании.

В реальном мире моё тело забилось в конвульсиях. Ноги подогнулись, и я тяжело рухнул на колени, всё ещё подключённый проводами к терминалу. Из горла вырвался какой‑то сдавленный, булькающий хрип.

– Влад! – отчаянный крик Лиандры был последним, что я услышал. После этого мир окончательно утонул в багровом тумане чужой, первобытной ненависти.

Клешня была уже в метре от меня. Я видел, как Лиандра, отбросив бесполезный пистолет, отчаянно пыталась добежать, дотянуться, оттащить меня в сторону, но она была слишком далеко. Капитан палил из своего старенького бластера, но энергетические заряды просто отскакивали от бронированного манипулятора, как горох от стены. Всё было кончено.

Я почти сдался. Почти позволил этой ледяной волне поглотить меня без остатка. Стать Вазаром было бы так просто. Перестать бороться, перестать чувствовать эту невыносимую боль в голове. Просто отпустить руки и позволить течению унести меня.

И в этот самый последний момент, на самом дне этого омута отчаяния, что‑то вспыхнуло.

Простое, тёплое чувство.

Ворчание Капитана, который в очередной раз отчитывал меня за глупый промах в голографических шахматах, но в его глазах плясали весёлые смешинки.

Ободряющая улыбка Киры, вечно перепачканной в машинном масле, когда она протягивала мне кружку с горячим и ароматным напитком после долгой смены в машинном отделении.

Серьёзный, полный тревоги взгляд больших глаз Лиандры, когда она обрабатывала мне очередную царапину, и её почти невесомое, осторожное прикосновение, от которого по коже бежали мурашки.

Они. Моя команда. Моя семья.

Этот внезапный, тёплый всплеск эмоций, чистой, искренней привязанности, стал моим спасательным кругом. Моим оружием. Ярость Вазара была холодной и разрушительной, как взрыв в вакууме. Но это чувство было другим. Оно было тёплым и живым, как настоящее, бьющееся сердце. И оно было моим.

ЧТО ЭТО⁈  – в голосе Вазара впервые прозвучала неподдельная растерянность. Он не мог понять. Для него, существа, сотканного из чистого долга и холодной ненависти, такие эмоции были сродни системной ошибке. Неизвестному вирусу в коде.

Я вцепился в это чувство, как утопающий в спасательный круг. Я больше не пытался строить стены и защищаться. Я атаковал. Я мысленно швырнул в него всю свою благодарность, всю свою привязанность к этим людям, которые подобрали меня в космосе, обогрели и приняли таким, какой я есть, без памяти и прошлого.

НЕВОЗМОЖНО! ЭТО НЕ ЛОГИЧНО! ЭТО… НЕЭФФЕКТИВНО!

Его ментальный натиск на одно короткое мгновение ослаб. В его идеальной, холодной и выверенной обороне появилась крошечная трещина.

И этого оказалось достаточно.

– СЕЙЧАС! – раздался в общем комм‑канале торжествующий, почти счастливый крик Киры. Она увидела эту брешь. Она ждала её.

В тот же миг что‑то оборвалось.

В моей голове раздался беззвучный, полный агонии вопль, от которого, казалось, треснул сам череп. Это был крик цифрового существа, которого только что насильно вырвали из его мира и заперли в крошечной, тёмной и тесной коробке.

А потом всё стихло.

В реальном мире это выглядело ещё более драматично.

Огромная клешня, застывшая в сантиметре от моей головы, безвольно повисла. Все турели на стенах и потолке разом опустили свои стволы. Красные аварийные огни погасли. Оглушительный грохот боя сменился абсолютной, неестественной, давящей на уши тишиной. Все системы корабля, все его механизмы, всё его оружие – всё замерло в одно мгновение.

Корабль‑убийца снова стал кораблём‑призраком.

Я почувствовал, как из меня будто вынули стержень. Силы покинули меня мгновенно. Тело обмякло, и я мешком повалился на палубу. Последнее, что я увидел, прежде чем сознание окончательно покинуло меня, – это подбегающие ко мне размытые фигуры Капитана и Лиандры и далёкий, но такой счастливый голос Киры в динамике комма:

– Есть! Попался, ублюдок! Клетка захлопнулась!