Текст книги "Академия Стихий. Начало (СИ)"

Автор книги: Николай Бирюздин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 47 страниц)

Глава 102. «Мы живем на крышке котла»

Они вернулись в оранжерею молча.

После холодного ветра на обрыве воздух здесь казался густым, влажным и тяжёлым. Запах цветов теперь не успокаивал, а душил.

Терра опустилась на каменную скамью, потирая виски. Впервые Эльвира видела её такой уставшей. Не физически – морально. Словно груз, который она несла годами, вдруг стал неподъёмным.

– Что это за энергия? – спросила Эльвира, нарушая тишину. – Та, что потечёт через людей?

Терра подняла голову. Зелёные глаза в темноте казались чёрными.

– Под Академией, глубже подземелий, глубже зала Демона, есть… сгусток.

Она подбирала слова осторожно.

– Древняя сила. Не стихийная. Чуждая нашему миру. Мы называем это Тенью.

Умбра вздрогнула в своём углу, но промолчала.

– Это как яд, – продолжила Терра. – Как ртуть. Она тяжёлая, токсичная для всего живого. Шестьсот лет назад она просочилась в наш мир. Академия стоит прямо над разломом, запечатывая его своим весом и магией.

Виолетта тихо ахнула:

– Мы живём на крышке котла?

– Да. И крышка начинает дребезжать.

Терра встала, прошлась по дорожке.

– Я думала, это естественный процесс. Печати Эфиры стары. Магия со временем выветривается, как скалы от ветра. Я думала, Тень просто просачивается сквозь трещины. Стихия, с которой нужно бороться.

Она резко повернулась к девушкам:

– Но эти каналы… Эти метки на людях в городе… Они меняют всё.

– Почему? – спросила Лили.

– Потому что стихия не строит трубопроводы, – жёстко ответила Терра. – Стихия просто течёт. А здесь – инженерный расчёт. Кто-то готовит сброс давления. Кто-то хочет открыть пробку, выпустить энергию Тени наружу.

– Поклонники Рогатого? – предположила Эльвира. – Они хотят хаоса.

Терра покачала головой. Решительно.

– Нет. Магия Рогатого Демона – плоть от плоти нашего мира. Это искажённая, злая, но земная магия. Огонь и Земля. Магия Тени для него так же чужда и смертельна, как и для нас.

Она коснулась листа папоротника, тот свернулся от её прикосновения.

– Тень искажает обычную магию. Разъедает её, как кислота. Именно поэтому печати Эфиры ослабели. Не от времени. Их травят. Целенаправленно.

– Значит, Демон просыпается не потому, что его будят? – догадалась Аэрис.

– А потому что ломается клетка, в которой он сидит, – закончила за неё Терра. – Демон – это побочный эффект. Тот, кто это делает, играет с силами куда более страшными, чем древний монстр.

Повисла тишина. Страшная, звенящая.

Эльвира посмотрела на магистра.

– Но кто способен на такое? Кто может создать сеть каналов по всему городу? Кто имеет доступ к подземельям? Кто знает о Тени?

Терра развела руками. Жест бессилия и горечи.

– Только тот, у кого есть власть. И знания.

Она начала загибать пальцы:

– Игния. Магистр Огня. Жесткая, властная. Она срезала волосы, чтобы избавиться от памяти, но её амбиции никуда не делись.

Второй палец:

– Аквилина. Магистр Воды. Скрытная, замкнутая после трагедии.

Третий палец:

– Циркония. Магистр Воздуха. Витающая в облаках, но знающая все тайные потоки в замке.

Четвертый палец:

– Торвен. Магистр Теории. Человек, который знает о магии больше, чем кто-либо из живущих.

Она посмотрела на свою ладонь.

– И я. Магистр Земли. Хранительница подземелий.

– Мы знаем, что это не вы, – твёрдо сказала Виолетта.

Терра грустно улыбнулась:

– Вы знаете. А Совет? Если я пойду к ним с обвинениями без доказательств – меня объявят безумной. Или предательницей.

Она выпрямилась. В глазах снова появился стальной блеск.

– Враг – один из нас. Один из Совета. И он готовит прорыв. Скоро.

Виолетта шагнула вперёд, сжимая руки:

– А нельзя как-то укрепить этот котёл? Чтобы крышку не сорвало? Запечатать заново?

Терра покачала головой. Медленно, устало.

– К сожалению, я не знаю, что именно служит крышкой. Я хранительница подземелий, но даже я не знаю всех тайн Эфиры. Я только чувствую давление. Чувствую, что замок вот-вот сорвёт, но не вижу самого замка.

– А Теневое зрение? – спросила Лили. – Эльвира же видела каналы. Может, она увидит и замок?

Терра посмотрела на Эльвиру.

– К сожалению, Теневое зрение – сложный инструмент. Оно показывает только тогда, когда знаешь, куда смотреть.

Она запнулась, подбирая подходящий образ. Сорвала сухой лист с куста.

– Представь себе, что ты идёшь по дороге между холмов. Высоких, туманных холмов. Пока ты не завернёшь за конкретный холм, ты не увидишь, что за ним. В обычной жизни можно подняться на вершину и оглядеться. В теневом измерении нет вершины. Нет холма, на который можно взобраться и посмотреть во все стороны сразу. Ты видишь только то, к чему идёшь. Ты должна знать цель.

Эльвира кивнула. Она понимала. В тот раз, в кабинете Торвена, она увидела тайник только потому, что искала что-то в кабинете. А в городе – потому что Терра показала ей метки.

«Значит, мне нужно знать, что искать», – подумала она.

Виолетта опустила голову. Она выглядела подавленной. Битва с Вулканическим Разрушителем сломила её уверенность.

– Если мы не можем укрепить печать… нам придётся сражаться. А я… – голос её дрогнул. – Мой огонь был бесполезен. Я просто кормила монстра.

Терра подошла к ней. Положила руки на плечи студентки.

– Посмотри на меня, Виолетта.

Девушка подняла глаза.

– Ты думаешь об огне как о разрушении. Как о взрыве. Как о ярости. Так учит Игния. И это верно для боя. Но огонь – это не только смерть.

Терра раскрыла ладонь. На ней лежал маленький, холодный камень.

– Огонь – это жизнь. Это тепло очага, которое разгоняет тьму. Это солнце, которое заставляет семена прорастать.

– Тот монстр был голодом. Он жрал пламя. Ты пыталась перекормить его, и он стал сильнее.

– В следующий раз, – голос Терры стал твёрже, – не бей его. Согрей пространство вокруг. Стань светом, который разгоняет тени, а не пожаром, который их кормит. Твой огонь должен быть чистым. Не агрессивным, а абсолютным. Поняла?

Виолетта медленно кивнула. В её глазах снова зажегся огонёк. Не яростный, а спокойный. Уверенный.

Аэрис, стоявшая в стороне, шагнула вперёд:

– Магистр… Вы сказали, скоро прорыв. Нам понадобится всё, что у нас есть.

Она коснулась пустого пояса.

– Можете вернуть оружие из кладовой? Пожалуйста.

Терра посмотрела на неё, потом на Умбру.

– Здесь скорее нужна магия, а не сталь, – вздохнула она. – Сталь не режет Тень. Но… если вам это придаст уверенности…

Она сделала жест рукой. Земля у ног Аэрис и Умбры вспучилась, корни деревьев раздвинулись, выталкивая на поверхность длинный свёрток, обёрнутый тканью.

– Я забрала их из хранилища Торвена. На всякий случай.

Аэрис развернула ткань. Её меч. И кинжал Умбры.

Воительница выдохнула, сжимая рукоять. Её плечи расправились. Умбра молча пристегнула ножны.

Они не сговариваясь кивнули Терре.

– Идите, – сказала магистр. – Вам нужно выспаться. Завтра будет тяжёлый день.

Девушки пошли к выходу. Уже у самой двери Виолетта остановилась и обернулась. Вопрос мучил её весь вечер.

– Магистр Терра… а почему ничего не вышло с кольцом у Элдара Кейнсворта? Кольцо ничего не показало. Он не враг?

И тут впервые за весь вечер – и, кажется, впервые за всё время, что они её знали – Терра засмеялась. Негромко, хрипловато.

– Элдар Кейнсворт… Помню этого мальчика. В конспектах у него всегда был полный порядок, теорию вызубривал на отлично. Букву в букву.

Она улыбнулась, качая головой:

– Потому только и закончил Академию. Потому что в практической магии выше первого уровня он так и не поднялся. У него резерв с напёрсток.

– Но как же он стал старшим городским советником по магии? – изумилась Виолетта.

– Виолетта, подумай, – Терра развела руками. – Зачем городу нанимать сильного мага, если у него под боком целая магическая Академия с магистрами? Им нужен не маг. Им нужен администратор. Человек, который умеет писать отчёты, улыбаться на приёмах и не лезть в настоящие дела.

– Всё, что нужно Кейнсворту – это договориться с нами и всё правильно оформить. А с этим у него всегда был полный порядок. Кольцо не среагировало, потому что в нём нет ни капли магической угрозы. Он пуст.

– Понятно, – протянула Виолетта разочарованно. – Значит, он просто бюрократ.

Девушки вышли в ночную прохладу.

– Идём, – тихо сказала Эльвира.

В её голове уже зрел план. Терра сказала: «Нужно знать, куда смотреть».

Эльвира знала.

Подземелье. Зал Демона. Тайный ход. И то, что за ним.

Завтра она посмотрит. По-настоящему.

Глава 103. Четыре печати

Утро началось обычно.

Эльвира пришла в башню. Торвен не стал проводить занятие. Он выглядел сосредоточенным, перебирал какие-то кристаллические стержни на столе.

– Сегодня мы не будем тратить силы на упражнения, – сказал он, не поднимая глаз. – Вечером предстоит сложный этап. Мне нужно, чтобы твой резерв был полон.

Он подошёл к ней. Взгляд серых глаз был спокойным, оценивающим.

– Ты готова, Эльвира. Я чувствую это. Твой разум чист.

– Спасибо, магистр, – ответила она ровным голосом.

– Иди к себе. Медитируй. Копи силу. Я позову тебя, когда придёт время.

Эльвира кивнула и вышла. Она не чувствовала подвоха. Она привыкла доверять учителю. Он сказал «важный этап» – значит, так и есть.

В комнате её ждали подруги.

Эльвира вошла, закрыла дверь. Прошла к своей кровати и села. Руки дрожали – сказывалось напряжение последних дней.

– Мне нужно сосредоточиться, – прошептала она, ни к кому конкретно не обращаясь. – Войти в состояние пустоты. Иначе я не справлюсь с четырьмя стихиями, если… если вечером будет сложно.

Она закрыла глаза. Начала привычное упражнение.

«Отрезать страх. Отрезать сомнения. Я – лёд. Я – зеркало».

Рука привычно легла на амулет Торвена. Холодный металл обжёг кожу через ткань туники, помогая заморозить чувства. Мир начал сереть, отдаляться. Звуки стали тише.

– Эльвира, – голос Виолетты прозвучал резко, пробиваясь сквозь вату спокойствия.

Эльвира не открыла глаз.

– Не мешай. Мне нужен контроль.

– Посмотри на себя! – Виолетта подскочила, схватила её за плечи, встряхнула. – Ты опять это делаешь! Превращаешься в куклу!

Эльвира открыла глаза. Взгляд был пустым, раздражённым. Ей мешали.

– Это единственный способ, Виолетта. Торвен учил…

– Плевать, чему он учил! – перебила Аэрис, вставая с кровати. – Посмотри, во что ты превратилась. Ты не улыбалась две недели. Ты говоришь как он. Ты даже двигаешься как он.

– Это цена силы, – холодно ответила Эльвира.

– Это цена души! – крикнула Лили.

Виолетта села рядом, заглянула ей в глаза. В её взгляде была боль и страх за подругу.

– Эльвира… Сколько ты носишь этот амулет?

– Не помню, – Эльвира пожала плечами. – Какая разница?

– Три недели, – жёстко сказала Виолетта. – Три недели. А помнишь, что ты обещала бабушке?

Эльвира замерла.

Бабушка.

Слово упало в сознание, как камень в глубокий колодец. Но всплеска не было. Образ бабушки был размытым, серым, далёким, словно старая выцветшая картина. Эльвира попыталась вспомнить её голос, морщинки у глаз, запах сушёных трав в хижине.

Но вместо этого в голове звучал только холодный, ровный голос Торвена: «Воспоминания – это слабость. Привязанности тянут на дно».

– Я… – Эльвира запнулась.

Умбра, сидевшая в своём углу, тихо сказала:

– Ты обещала никогда не снимать её амулет. Ты говорила, это твоя связь. Твоя защита.

Эльвира посмотрела на свои руки.

– Я забыла, – прошептала она.

И ужас от этих слов пробил ледяную броню сильнее, чем любой огненный шар.

Она забыла. Прошло всего три месяца, а она уже забыла. Она предала память единственного родного человека ради «контроля». Ради того, чтобы быть удобной ученицей. Ради одобрения Торвена.

Её охватил жгучий стыд.

Эльвира схватилась за амулет Торвена. Вдруг он показался ей не помощником, а паразитом. Холодным клещом, впившимся в шею, высасывающим тепло и память. Тяжёлым, ледяным, чужим.

– Он не помогает мне, – сказала она, и голос её дрогнул, наполняясь живыми эмоциями. – Он меня меняет. Он стирает меня.

Она рванула застёжку. Металл звякнул.

Эльвира сорвала амулет с шеи и отшвырнула его на одеяло, словно ядовитую змею.

Вдохнула.

Воздух вдруг стал вкусным. Запахи комнаты – пыль, свечи, духи Виолетты – ворвались в сознание. Страх вернулся, но вместе с ним вернулась и жизнь.

Она упала на колени перед кроватью. Вытащила сундучок. Дрожащими пальцами открыла замок.

Вот он.

Бабушкин амулет. Простой зелёный камень на шнурке. Тёплый, живой.

Она взяла его в руки. Почувствовала покалывание в пальцах. Тепло разлилось по венам, размораживая лёд в душе.

– Магия идёт от сердца, – прошептала она, надевая амулет. – Не от пустоты. От сердца.

Она встала. Посмотрела на подруг. В глазах стояли слёзы, но взгляд был ясным.

– Я готова, – сказала она. – Я буду собой.

Аэрис улыбнулась:

– Вот теперь я узнаю нашу Эльвиру.

Эльвира села обратно на кровать. Теперь, когда разум прояснился, она поняла ещё кое-что.

– Терра говорила: «Нужно знать, куда смотреть», – пробормотала она.

Она знала про подземелье. Знала про Ледяной меч.

– Я попробую, – сказала она подругам. – Я попробую войти в Тень. Без страха.

Она закрыла глаза.

Теперь, с бабушкиным амулетом, это было иначе. Не через холодную пустоту и отказ от себя. А через принятие.

Она почувствовала стихии вокруг. Огонь в камине. Ветер за окном. Воду в кувшине. Камень стен.

И увидела промежутки. Тонкие трещины между ними.

Эльвира шагнула в одну из них.

Мир вывернулся.

Она снова была в Теневом измерении. Но теперь не боялась.

Она знала цель. Вниз, в подольем. Зал Демона. Ещё ниже. Хранилище.

Пространство сжалось, и она оказалась там.

То самое хранилище, где Умбра обожгла руку.

Высокие каменные колонны поддерживают свод. Уходят вверх в темноту.

В воздухе паряти ледяные кристаллы. Медленно. Бесшумно. Сверкали в голубом свете.

Морозная дымка стелилась по полу.

В центре – Огромный. Двуручный. Меч.

В реальности он был ледяным клинком. Здесь, в мире сути, он был Якорем. Столбом ослепительного света, пронзающим мироздание.

Эльвира посмотрела сквозь свет. Сквозь камень.

И увидела.

От меча расходились четыре мощные, светящиеся нити. Как канаты. Они уходили в бесконечность, пульсируя силой.

Она проследила взглядом за ними.

Первая нить – красная, яростная. Она уходила вдаль и заканчивалась сложной печатью, сплетённой из огня. Печать Огня.

Вторая – синяя, текучая. Печать Воды.

Третья – прозрачная, вибрирующая. Печать Воздуха.

Четвёртая – зелёно-коричневая, тяжелая. Печать Земли.

Все четыре печати держали этот Меч. Или Меч держал их. Это была единая система. Замок.

– Я вижу… – прошептала она в пустоту. – Я знаю, что держит Сгусток под Академией.

Видение начало таять. Усталость навалилась на плечи.

Эльвира открыла глаза в своей комнате.

Голова кружилась, но мысли были чёткими. Одна мысль вертелась рядом, но никак не давалась.

Что-то знакомое. Четыре печати…

Она подняла голову.

– Архимедиус!

Дух немедленно материализовался над столом, сияя серебром.

– Я здесь, дитя! Звала?

– Напомни мне, пожалуйста, – спросила Эльвира, глядя на него в упор. – Что ты говорил про обряд запечатывания и Ледяной меч?

Услышав про Ледяной меч, Умбра, лежавшая на кровати, резко подняла голову.

Архимедиус почесал призрачный нос:

– Ну… я говорил… Это великий ритуал! Чтобы создать такую Печать, нужны четыре мага уровня Магистр. По одному на каждую стихию. Они должны действовать одновременно, в полном единстве, чтобы замкнуть контур на Мече.

– Четыре магистра, – повторила Эльвира.

И тут в голове словно что-то щёлкнуло. Пазл сложился.

Четыре печати. Четыре стихии. Четыре магистра в Академии.

Игния. Аквилина. Циркония. Терра.

Они – хранители печатей. Живые ключи.

А Торвен… Торвен – единственный, кто не привязан к стихиям. Он теоретик. Но он собирал ключи.

Волос Игнии. Заколка Аквилины.

Эльвира подняла голову и сказала твёрдо:

– Я знаю, кто готовит выпустить сгусток.

Глава 104. Мозаика сложилась

Снова ночь. Снова оранжерея.

Тени от огромных листьев папоротников падали на лица девушек, делая их похожими на заговорщиц. Впрочем, ими они и были.

Терра стояла у старого дерева, скрестив руки на груди. Она слушала внимательно, не перебивая.

Эльвира говорила быстро, чётко. Страх ушёл. Осталась только холодная ясность, которую давал бабушкин амулет.

Эльвира говорила быстро, стараясь не упустить ни одной детали из своего видения. Образы из Теневого измерения всё ещё стояли перед глазами – яркие, пугающие своей геометрической точностью.

– В Теневом измерении я видела не просто меч, – рассказывала она, обводя взглядом напряженные лица подруг.

– Я видела систему. Меч – это якорь. Центральный стержень. От него отходят четыре толстые, пульсирующие нити. Четыре печати, которые удерживают Сгусток Тьмы глубоко внизу.

– Огонь, Вода, Воздух, Земля, – прошептала Лили, загибая пальцы.

– Именно, – кивнула Эльвира. – Чтобы разрушить темницу и выпустить Сгусток, нужно снять все четыре печати одновременно. Для этого нужны четыре мага уровня Магистр. По одному на каждую стихию.

Она перевела дыхание.

– Но это только половина дела. Когда печати падут, нужно вынуть Меч. Физически.

Умбра, сидевшая на корнях старого дерева, тяжело вздохнула. Она посмотрела на свою правую руку, всё ещё скрытую перчаткой.

– Но Меч отверг меня, – голос её был полон горечи. – Я пыталась. Той ночью, когда… когда меня заставили. Он обжёг меня холодом. Я его недостойна. Я – предательница своего народа, и святыня это чувствует.

Терра, стоявшая рядом, резко сделала отрицающий жест рукой.

– Вовсе нет, дитя. Ты ошибаешься.

Она подошла к Умбре, присела перед ней, заглядывая в глаза.

– Ты и не могла достать Меч. Не потому, что недостойна, а потому что его удерживают Печати. Четыре стихии держат клинок в камне намертво. Пока они активны, его не вытащит даже самый великий герой дроу.

– А боль? – спросила Умбра. – Холод, который сжёг кожу?

– Меч пытался тебя защитить, – мягко сказала Терра. – Это древний артефакт, он обладает собственной волей. Он почувствовал чужое вторжение в твой разум. Почувствовал, что твои руки движутся не по твоей воле.

Терра коснулась перчатки Умбры.

– Боль, которую ты испытала – это был удар не по тебе. Это Меч выжигал чужие нити контроля. Он разрывал ментальную связь грубой силой. Мне, к счастью, через такое не приходилось проходить, но судя по отзывам очевидцев из старых хроник, при таком разрыве жертва переживает жуткую боль. Это цена свободы.

Умбра замерла. В её фиолетовых глазах мелькнуло осознание.

– А ведь верно… – прошептала она. – После той ночи в подземелье… я больше не вижу картинок. Чужие желания, страсти, голод – всё исчезло. В голове тихо.

Она посмотрела на Терру с надеждой:

– Значит, я свободна?

Лицо магистра Земли оставалось серьезным.

– К сожалению, не полностью. Ментальная связь разорвана, да. Но брешь в твоей защите осталась. Тот, кто взломал твой разум однажды, оставил там след. Как выбитую дверь. И враг вновь может взять тебя под свой контроль, если захочет. Ему будет даже легче, чем в первый раз.

Терра выпрямилась, обводя взглядом всех присутствующих.

– Нам нужно знать, кто это. Кто обладает такой силой, чтобы контролировать дроу и планировать снятие печатей?

В оранжерее повисла тишина.

Эльвира сжала кулаки. Теперь всё сходилось. Четыре магистра для печатей. Дроу для меча. И кукловод, дергающий за ниточки.

– Я знаю кто, – сказала она.

Она посмотрела прямо в глаза Терре.

– Я знаю, кто готовит прорыв. Это магистр Торвен.

Терра нахмурилась. Её лицо стало жёстким.

– Это серьёзное обвинение, Эльвира. Торвен – глава комиссии по безопасности. Мы с ним часто спорим, он бывает высокомерен, но предательство…

– У меня есть доказательства, – перебила Эльвира.

Она начала загибать пальцы.

– Первое. Аквилина. Её заколка была найдена у культистов. Но вы сами видели – она носит иллюзорную копию. Кто подарил ей оригинал? Торвен.

Виолетта ахнула:

– Подарок как канал контроля…

– Второе, – продолжила Эльвира. – Игния. Я видела в кабинете Торвена медальон. В нём лежит локон рыжих волос. Живых, словно огонь. Это волосы Игнии, которые она срезала, чтобы избавиться от «воспоминаний». Но Торвен сохранил их.

Терра побледнела. Она знала законы магии лучше всех. Часть тела в руках ментального мага – это полное подчинение.

– Третье. Циркония, – Эльвира запнулась.

Она посмотрела на подруг, потом на магистра. Доказательств против магистра Воздуха у неё не было. Ни вещей, ни волос. Только догадки.

– Про Цирконию я ничего сказать не могу, – призналась она. – Я не знаю, есть ли у него влияние на неё.

Терра тяжело вздохнула. Её плечи опустились.

– Есть, – тихо сказала она. – В прежние времена, когда Торвен только разрабатывал свои теории… они часто беседовали. Часами. Засиживались в библиотеке или в его башне до рассвета. Он знает её разум лучше, чем кто-либо. Думаю, ему не составило труда взять её под контроль ментально, без всяких артефактов.

Она посмотрела на Эльвиру:

– Три печати. У него есть ключи от трёх дверей. Но осталась четвёртая. Я.

Терра выпрямилась:

– У него нет надо мной власти. Я не принимала его подарков. Я не давала ему ни волоса, ни капли крови. Мы едва разговариваем.

– Ему и не нужно, – сказала Эльвира. – Он не собирается вас контролировать. Он собирается вас взломать.

– Как?

– С помощью книги, – Эльвира вспомнила кожаный переплёт на столе магистра. – Той самой книги культистов, которую отобрали у Кайдена. Торвен сказал мне: «Здесь очень толково описана структура Печати Земли. По сути, Зефира использовала именно это заклятие двести лет назад. Только влила туда неимоверную, чудовищную мощь».

Терра вздрогнула, словно её ударили.

– Он изучил структуру… Он знает, как она устроена.

– Он снимет Печать Земли сам, – закончила Эльвира. – Используя знания из книги и… меня. Как источник силы.

Тишина в оранжерее стала звенящей. Пазл сложился. Торвен не просто злодей. Он архитектор идеального преступления, которое готовил годами.

– Его надо остановить, – голос Терры зазвенел сталью. – Немедленно. Если он начнёт ритуал…

И тут земля под ногами дрогнула.

Не сильно. Едва заметно. Как будто где-то глубоко внизу проехал тяжёлый воз.

Но растения вокруг отреагировали мгновенно. Листья папоротников свернулись. Цветы закрыли бутоны. Стеклянный купол оранжереи жалобно звякнул.

Терра схватилась за сердце. Её лицо исказилось от боли. Она пошатнулась, едва не упав.

– Магистр! – Виолетта и Аэрис подхватили её под руки.

– Началось… – прохрипела Терра. Глаза её горели лихорадочным блеском. – Он начал. Он ломает Печать Земли. Прямо сейчас.

– Мы идём с вами! – крикнула Аэрис, хватаясь за меч. – В подземелье! К печати!

– Нет! – Терра вырвалась из рук девушек. Она упала на колени, упёрлась ладонями в землю, её пальцы погрузились в рыхлую почву клумбы. – Мне не нужно быть у печати. И ему не нужно.

– Что? – не поняла Лили.

– Академия пронизана силовыми линиями, – быстро, сквозь стиснутые зубы говорила Терра. – Доступ к Печати открыт из любой точки замка, если у тебя есть сила и знания. Торвен атакует из своей башни. Дистанционно.

– Тогда бежим к нему! – крикнула Виолетта. – Мы остановим его! Идёмте с нами!

– Я не могу! – голос Терры стал глухим, утробным, словно исходил из-под земли. – Если я сдвинусь с места, я потеряю связь. Печать рухнет через минуту под его напором. Он использует запретные знания, он режет саму структуру камня.

Вокруг Терры начал подниматься зелёный свет. Корни растений поползли к ней, оплетая ноги, руки, талию. Лианы спускались с деревьев, касаясь её плеч.

– Это моё Место Силы, – выдохнула она. – Здесь жизнь. Здесь корни. Растения дают мне энергию, чтобы сопротивляться ему. В любом другом месте он меня сомнёт. Но здесь я буду держать дверь закрытой. Столько, сколько смогу.

По её лицу тёк пот. Напряжение было колоссальным.

Она подняла глаза на Эльвиру.

– Но это не остановит его. Это только задержит. Вы должны найти его. Найти и прервать ритуал. Физически. Вырубить. Связать. Отвлечь. Что угодно.

– Где он? – спросила Эльвира. – В зале Демона?

– Нет, – прошептала Умбра, прислушиваясь к ощущениям. – Я не чувствую его там. Там пусто.

– В его башне, – сказала Виолетта. – Он всегда там. В своём кабинете.

– Бегите! – крикнула Терра. Её тело начало каменеть, кожа становилась серой и твёрдой, сливаясь с корой деревьев и землёй. Она входила в глубокий транс. – У вас мало времени. Я долго не выдержу!

Девушки переглянулись.

– Вперёд! – скомандовала Аэрис.

Они рванулись к выходу из оранжереи, оставляя за спиной магистра, которая превращалась в живую часть сада, чтобы удержать мир от падения в бездну.