Текст книги "Дорогами Итравы (СИ)"
Автор книги: Мила Лешева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 31 (всего у книги 67 страниц)
– Сделаю все в наилучшем виде, – пообещал помрачневший дворецкий, – я не наведу на вас преследователей. А сейчас что? Чем я могу помочь вам?
– Разве что собраться. Вещами и оружием я займусь сам, а вот о еде позаботьтесь вы. Мы вряд ли будем останавливаться до вечера, за, – короткий взгляд на часы, – сегодняшний день нам стоит убраться как можно дальше от столицы.
– Сделаю, – кивнул тот и направился к выходу.
Проводив его взглядом, Ренальд с силой растер лицо ладонями и достал из ящика стола бумагу. Взяв перо, обмакнул его в чернильницу и принялся писать – текст он обдумал заранее.
Через некоторое время он отложил последнее письмо, присыпал его песком, отодвинул в сторону и принялся писать список адресов всех проживающих в столице магов. Лучше бегство в глушь, да даже в Артиар, чем смерть! Да, они могут не поверить предупреждениям неизвестного, но большего он сделать не мог, не ставя под удар их с Элирой безопасность. Хотя на всякий случай стоит попросить Ронара доставить эти письма к полудню – к тому времени они точно оставят за спиной городские ворота...
Дождавшись, пока высохнут чернила, он сложил письма стопкой, положив поверх них список адресов, и направился в свои покои. Времени для сборов оставалось не так уж много, а дел – наоборот...
Глава 21.
Особняк эн Арвиэров. Через три часа.
Элира проснулась резко, точно ее кто-то толкнул. Удивительно, но чувствовала она себя на редкость хорошо отдохнувшей, да и сны сегодня ей снились просто на удивление: прогулка по берегу моря ясным днем, цветущий сад, журчание ручейка... Словно этот необычный дом решил согреть гостью в своих объятиях! Девушка улыбнулась, едва слышно прошептала «спасибо» и встала.
Солнце всходило, рассеивая серую предрассветную хмарь. Элира огляделась по сторонам, отметив про себя, что прежняя хозяйка комнаты отличалась хорошим вкусом, пожалуй, она и сама обставила бы спальню подобным образом. Нежный персиковый цвет стен, изящные барельефы в форме цветков лилий, бело-золотистая лепнина на потолке, золотистый паркет – очень нарядная и одновременно уютная комната. Большую часть ее занимала кровать, на которой девушка только что так сладко спала, рядом размещался туалетный столик с изящно изогнутыми ножками, поодаль стоял комод и пара стульев. "Интересно, какой она была, мать лорда Ренальда? Была ли она счастлива? Наверное, да, иначе бы здесь не было столь приятных ощущений", – решила для себя Элира.
За драпировкой на стене нашлась дверь, ведущая в ванную. Быстро умывшись, девушка вернулась в комнату, взглянула на себя в зеркало и скорчила недовольную гримаску.
Она как раз заканчивала переплетать косу, когда дверь бесшумно приоткрылась. Вскинув голову, Элира встретила взгляд Ренальда и вопросительно подняла бровь.
– Доброе утро, леди Элира. Надеюсь, вам удалось хоть немного отдохнуть, – сказал герцог, слегка кланяясь.
– Доброго утра и вам, милорд. Отдохнула я просто превосходно, у вас поистине замечательный дом! И я готова двигаться дальше, что мы будем делать теперь?
– Полагаю, правильнее будет покинуть столицу только после бракосочетания. Простите за вопрос, но найдется ли у вас хоть одно платье?
– Да, – по губам девушки скользнула улыбка, – я подумала, что не могли же вы сначала переодеть меня, а потом похитить. Так что вы утащили меня в том, в чем я была, захватив несколько вещей с собой. Очень неаккуратно, кстати, перерыли все мои сундуки...
Ренальд взглянул на нее с искренним восхищением:
– Превосходно, миледи, лучше и придумать нельзя. Тогда прошу вас переодеться, я пока подожду за дверью. Уйти надо как можно раньше, пока все слуги не проснулись: хоть я и уверен в их преданности, предпочитаю оставить наш визит в тайне.
Поклонившись, он вышел. Элира покачала головой: она-то отдохнула, а вот он явно не сомкнул глаз. Хотя на первый взгляд и не скажешь: лицо гладко выбрито, голова поднята, разве что тени под глазами выдают усталость. Переодеваясь, девушка хмыкнула: не хватало ей только начать его жалеть! Это – слабость, а сейчас никак нельзя ей поддаваться.
Элира затянула последний шнурок и посмотрела в зеркало. Слава Богам, платье почти не помялось: хоть с виду оно было довольно простым, ткань на него пошла дорогая. Впрочем, это мог заметить только торговец или портниха, прочим же скорее бросился бы в глаза фасон. Удостоверившись, что выглядит она настолько хорошо, насколько это возможно в подобной ситуации, девушка приоткрыла дверь, впуская герцога.
Тот зашел в комнату, внимательно оглядел Элиру и в очередной раз порадовался предусмотрительности спутницы: платье она выбрала на редкость удачно. В таком может щеголять и небогатая леди, и любимая камеристка знатной дамы, и дочь богатого торговца: скромный вырез, не отличающаяся пышностью юбка, длинные рукава, никаких кружев, лишь вышивка на лифе. Кстати, и серебряный брачный браслет идеально подойдет к нему!
– То, что нужно, – чуть улыбнулся он, – леди Элира, теперь обговорим наши планы. Возможно, у вас будут вопросы?
– Да. Придумали ли вы способ замаскировать свою внешность?
– Кое-что придумал, надеюсь, получится. Скоро покажу.
– Мой браслет, – девушка вытянула руку и серьезно посмотрела на Ренальда, – мне пришла в голову мысль, что по нему меня могут отследить. Я не уверена, что это действительно так, но возможность есть. Вы сможете его снять?
Мужчина нахмурился, разглядывая браслет, а потом покачал головой:
– Я мог бы попробовать, но его придется ломать, и это может причинить вам боль.
– Пробуйте, – кивнула Элира, – предпочитаю испытать короткую боль, нежели быть рыбкой на крючке.
Ренальд помрачнел еще больше и принялся за работу. То, что браслет не получится расстегнуть или обмануть, он понял сразу. Возможно, опытный и умелый артефактор смог бы сделать это с легкостью, но его в их распоряжении не было. Создав между кожей и браслетом защитную оболочку из Воздуха, он приказал:
– Отставьте руку с браслетом в сторону и постарайтесь не шевелиться, как бы страшно вам ни было. Я постараюсь не причинить вам вреда.
Дождавшись исполнения приказа и поощрительного кивка девушки, он направил Огонь на металл браслета. В конце концов, каким бы магическим тот не был, законы природы никто не отменял!
Элира молча смотрела на браслет. Боли она не чувствовала, но от осознания того, что на ее запястье медленно раскаляется металл, в теле появилась противная слабость. А браслет явно становился все горячее, от него накатывали волны жара, а сам металл постепенно начал краснеть.
Ренальд продолжал направлять Силу, то и дело поглядывая на побледневшее лицо Элиры. "Только бы в обморок не упала!" – подумал он. Так, пожалуй, стоит попробовать... Использовав Воздух как клещи, он принялся медленно разгибать браслет. Даже нагретый, металл был неподатлив, сопротивляясь его усилиям.
Элира перевела взгляд на лицо герцога. Упрямо сжатые губы, побледневшие скулы, бисеринки пота на лбу... Именно выражение его лица и послужило сигналом: глаза торжествующе вспыхнули, и в тот же момент девушка застонала и покачнулась от пронзившего все тела спазма.
– Миледи! – мужчина подхватил ее и тревожно взглянул в ее лицо, – что произошло? Я все-таки причинил вам боль?
Элира вытянула руку – уже без браслета – и покачала головой, взглянув на бесформенную кучку металла на полу:
– Нет, думаю, это просто прощальный сюрприз от изготовителя. Что вы будете с этим делать?
– Пока вот так, – отпустив Элиру, Ренальд подошел к выходящему в сад окну, распахнул его и нитью Воздуха вышвырнул остатки браслета наружу, – потом попрошу Ронара выбросить это в реку. Как вы себя чувствуете?
– Все хорошо, спасибо. Не думала, что его можно снять без серьезного вреда, – девушка благодарно посмотрела на Ренальда, – что теперь?
– Следуйте за мной.
Они спустились по лестнице и вышли на задний двор. Дворецкий ждал их там, держа под уздцы пару лошадей – обычных, мимоходом отметила девушка, на спины которых были навьючены довольно толстые переметные сумы. Элира кивнула дворецкому и повернулась к Ренальду, собираясь задать вопрос, но тот ее опередил:
– Все ваши вещи здесь. А теперь насчет дальнейших действий... Это, – он показал медальон, – амулет отвода глаз. Пока он на человеке, люди не замечают того, на ком он, и любого человека или предмет, которого касается владелец амулета. С его помощью мы и выберемся из дома.
– Но пользоваться им постоянно...
Ренальд кивнул:
– Опасно, неудобно и оставляет след. Именно поэтому мы перестанем это делать, лишь только немного отойдем от дома. Что касается моей внешности... Сейчас я не могу ничего менять, магия отвода глаз с любой другой сочетается абсолютно непредсказуемо. Но вот этот артефакт, – он протянул ей серебряный перстень, – способен на несколько часов воссоздать действие любого заклинания из числа тех, что воздействовали на носителя.
– Вы уверены, что у вас получится? – недоверчиво вертя в руках обычное с виду украшение, спросила девушка.
– Выхода-то всё равно нет, – вздохнул Ренальд, – если не подействует, придется выбираться из города и только потом идти в храм. А если подействует – искать храм, в котором жрец не выгонит нас, осознав, что мы маги...
– Ну, один такой храм я знаю, – задумчиво протянула Элира, – остается только один вопрос: как я в таком виде поеду верхом?
– Придется сыграть. Мне видится это так...
Выслушав рассказ, Элира кивнула:
– Должно сработать. Приступаем?
– Да, я только дам последние указания Ронару.
Отозвав дворецкого в сторону, Ренальд напомнил ему о приказах и дал указание насчет браслета. Тот кивнул:
– Все выполню. Милорд, я буду молиться Богам, чтобы они ниспослали вам удачу. Поезжайте и не беспокойтесь о нас, а мы будем ждать вашего возвращения.
– Спасибо, Ронар, – улыбнулся герцог и взял под уздцы коней, – ступайте, не стоит глядеть нам вслед.
Оставшись наедине с Элирой, он спросил:
– Готовы, миледи?
– Не уверена, но разве это что-то меняет? – пожала плечами та.
Ренальд хмыкнул и произнес:
– Возьмите меня за руку.
Через минуту калитка бесшумно отворилась. Будь здесь сторонний наблюдатель, он бы явно удивился: ни единой живой души поблизости не было видно!
Элира сглотнула ставшую горькой слюну и шагнула за пределы владений эн Арвиэров. В столь ранний шанс на улице не оказалось никого, что ее весьма порадовало: кто знает, как работают эти древние амулеты?
Примерно через четверть часа они свернули в тупик, образованный границами двух соседних особняков. С обеих сторон территория заканчивалась садом, так что неширокое – не более пары шагов – пространство было затенено кронами деревьев. Сняв амулет отвода глаз, Ренальд спрятал его в седельную сумку, протянул поводья коней Элире, а сам надел кольцо.
Элира с тревогой наблюдала за происходящим. Видимо, действие артефакта оказалось довольно болезненным: ее спутник побледнел, губы сжались в тонкую нитку, на висках выступил пот. Некоторое время ничего не происходило, а затем черты лица его словно поплыли, смазались, миг – и перед ней снова возникла знакомая личина.
– Получилось! – выдохнула она, – слава Богам! Это больно, да?
– Сейчас уже нет, – покачал головой Ренальд и забрал у нее поводья коней, – ну что, пора приступать к следующей части плана.
Элира кивнула и выскользнула из тупика.
Через несколько минут по одной из улиц, ведущих из Верхнего города в Средний, шла хорошенькая девушка. Скромное сиреневое платье, туго заплетенная коса, небольшая корзинка в руке и слегка обиженное выражение лица выдавали в ней камеристку знатной дамы, которую госпожа послала за какими-то покупками. Улицы по-прежнему были пустынны, хотя дым из труб и запахи пекущегося хлеба явно свидетельствовали: повара уже точно приступили к работе.
Где-то через четверть часа раздался топот копыт. Оглянувшись, девушка отступила чуть в сторону, давая проехать всаднику, и с любопытством уставилась на него. Простая, но добротная одежда, суровое выражение лица, неплохие кони – что верховой, что вьючный, меч в потертых ножнах, два кинжала на поясе, арбалет... Словом, любой бы принял его за наемника, одного из тех, кто продавал свой меч всякому, кто мог за это заплатить. Мужчина явно заметил интерес девушки и весело ей улыбнулся, блеснув карими глазами:
– Привет, красотка, ты кто же такая будешь?
– Меня Кари зовут, – та кокетливо улыбнулась мужчине, стрельнув в него глазами, – камеристка я. Госпоже моей захотелось земляники, вот и послала меня.
– Прям так срочно, что с утра пораньше послала? – сочувственно спросил мужчина.
Девушка насупилась и обиженно пожаловалась:
– Да надумала она, что хозяин со мной заигрывает, вот и изводит своими капризами. А мне теперь ноги бить...
– Так давай я тебя довезу, – глаза его лукаво блеснули.
– А плата?
– Я не жадный, одного поцелуя хватит.
Остановившиеся неподалеку двое стражников с явным интересом наблюдали за разыгрывающейся сценой. Стражник помоложе, рыжий парень лет двадцати пяти, усмехнулся и сказал:
– Шустрый какой, я б такую и без поцелуя покатал бы.
Девушка бросила на рыжего взгляд, перевела оценивающий взгляд на широкие плечи наемника и кивнула:
– А давай!
– Вот гад везучий! – в голосе рыжего зависть мешалась с восхищением.
Наемник бросил на того взгляд, в котором явно читалось "завидуй молча!" и с удивительной легкостью усадил девушку перед собой.
Отъехав подальше, мужчина негромко сказал:
– Великолепная игра, леди Элира. У них даже и сомнений не возникло!
– Вы тоже хорошо сыграли свою роль, милорд. Надеюсь, больше стражу мы не встретим?
– В Верхнем городе – вряд ли, они обычно дежурят здесь лишь по ночам. Эти двое, видимо, возвращались в казармы.
– А на выезде из Верхнего города?
– Тех интересуют лишь въезжающие, так что нас не должны останавливать.
Элира коротко кивнула и устремила взгляд вперед, стараясь скрыть неловкость от ощущения его рук на своем теле и вообще от их невольной близости. Чтобы не задевать его грудь, ей пришлось выпрямить спину и двигаться в такт движения лошади. Увы, это не особо помогало...
Ренальд незаметно улыбнулся. Да, девушка старательно отстранялась от него, но явно не потому, что испытывала отвращение или страх. Он прекрасно знал: тело порой предает своего владельца, и его реакции подчас честнее сотен слов. А леди Элиру их близость явно волнует, и причина не только в воспитании, даже если она этого и совершенно не осознает. И что скрывать – ему это было безусловно приятно. "Главное, чтобы не стало слишком приятно, а то ситуация может оказаться чересчур неловкой", – чуть цинично подумал он.
Слова герцога относительно стражи оказались правдой: если на них и обратили внимание, то только потому, что вид подобной парочки был не слишком привычен. Впрочем, несколько шуточек вслед – куда меньшая плата, чем арбалетные болты, решила Элира, старательно пытаясь пропускать подтрунивания мимо ушей и не слишком краснеть.
К храму – тому самому, где всего два дня назад свои судьбы соединили Дор и Риа – они подошли, когда часы на находящейся неподалеку площади пробили девять. Лошадей Ренальд оставил в конюшне постоялого двора неподалеку, посчитав, что явление жениха и невесты в храм верхом на одной лошади может вызвать некоторые сомнения у жреца. Остановившись у двери, Ренальд негромко сказал:
– Миледи, вы помните слова клятв?
Та кивнула, чувствуя непонятное ей самой волнение. Хотя почему непонятное? Хоть их брак и не будет завершен, церемония-то самая настоящая! Остается лишь надеяться, что Боги или Высшие, как бы их не называли, не прогневаются на них за использование обряда в таких целях. Хотя почему они должны разгневаться? Ведь клясться она будет вполне искренне: хранить верность, следовать за мужем и почитать его. Он – хранить верность, быть защитой и опорой... Забавно, что в традиционной клятве нет ни слова о любви! Хотя и неудивительно, учитывая количество договорных браков. И что за глупости ей в голову лезут? Это все от волнения...
– Не стоит переживать, все будет хорошо, – мягко произнес ее будущий муж.
– Но ведь нам придется называть настоящие имена, так? – неожиданно пришедшая ей в голову мысль заставила девушку отступить, – и полные! Лгать Богам в Их храме неправильно!
– Я и не собирался этого делать, – с легким упреком произнес Ренальд.
– Так как тогда... Или вы хотите назваться по одному из меньших титулов?
– Это тоже след, пусть и не такой яркий. Есть и другой вариант... Об этом никто уже не помнит, но эн Арвиэр – имя по названию домена, а не наоборот. Три тысячи лет назад лорд Артанн эн Тренн, основатель нашего рода, женился на дочери разорившегося графа, принесшей ему в качестве приданого крошечное баронство Арвиэр, постепенно выросшее до герцогства. Так что имя Ренальд эн Тренн по праву принадлежит мне. Вы готовы?
– Да, милорд, – преодолевая волнение, кивнула Элира.
Жрец, совершавший обряд для Дора и Риа, о чем-то негромко беседовал с пожилой парой, судя по одежде – небогатыми горожанами. Не желая мешать, Элира и Ренальд остановились поодаль, и последний вдруг подумал, что в этом небольшом по размерам и небогатом храме присутствие Высших Сил куда явственней, нежели в богатом и помпезном Главном храме, где так любила бывать королева. Интересно, почувствовала бы это она? И какой была бы судьба Вертана, стань Верховным не хитрый и изворотливый лорд Морвин, а этот немолодой мужчина с мягким голосом? Он так глубоко ушел в свои мысли, что встрепенулся только когда Элира предупреждающе сжала его руку. Встретив ясный и какой-то лучистый взгляд жреца, с неожиданным даже для себя искренним почтением склонил голову:
– Отец...
– Что привело вас в храм?
– Мы хотели бы вступить в брак, – волнуясь, произнес Ренальд.
Жрец вгляделся в его лицо, нахмурился и перевел пытливый взгляд на Элиру:
– Это ваше обоюдное и обдуманное желание?
– Да, – уверенно ответила она, не отводя глаз.
Жрец вздохнул и кивнул:
– Что ж, раз так... У вас есть брачные браслеты?
Ренальд кивнул и протянул ему серебряные браслеты. Тот как-то странно, чуть недоверчиво улыбнулся, коснувшись их, и произнес:
– Начнем...
Тот короткий ритуал, на котором Элира совсем недавно была гостьей, сейчас показался ей немыслимо длинным. Странное, словно в дурмане состояние... Браслет защелкнулся на ее запястье, согрев руку теплом, и девушка, ощутив себя в ловушке, едва не поддалась панике. Наконец жрец произнес:
– Да благословят Боги ваш союз и да даруют они вам свет в душах и тепло в доме. Вы можете поцеловать жену, – обратился он к Ренальду.
Элира растерянно взглянула на мужа, тот ответил ей успокаивающим взглядом и коснулся легким, практически невесомым поцелуем ее губ. Подав ей руку, он повернулся к жрецу и склонил голову:
– Благодарю, отец. Возьмите, – он протянул ему золотую монету, – думаю, вы распорядитесь этими деньгами правильно.
Тот улыбнулся:
– С ними многие станут чуть счастливее, от их имени благодарю вас за щедрый дар.
Пожилой жрец проводил взглядом новую семью и задумчиво покачал головой. Любви между этими двумя явно нет, да и доверие весьма хрупкое, а вот уважение и преданность – присутствуют. Удивительно, что он ощутил это настолько ясно: странный то ли дар Богов, то ли наложенный ими долг – чувствовать людей – обычно давал туманные ответы. Здесь же ... союз не сердец, но разумов, причем совсем не как в обычном браке по расчету – предельно искренний... Вот только надолго ли этот союз останется именно таким? Браслеты Единой души – старая сказка, но не узнать их, взяв в руки, для настоящего служителя Богов попросту невозможно. А значит, эти двое не смогут долго быть равнодушными: они либо возненавидят друг друга до глубины души, либо полюбят. Хотя в легендах такие браслеты никогда не упоминались в качестве брачных, так что кто скажет, что ждет эту пару? Хотя они и без того не смогли бы жить спокойно, уж он-то знает... Жаль, что его братья так увлеклись этими глупыми играми во власть, что забыли о своем предназначении: растить в душах Пламя Духа, тот бесценный дар Богов, что неизменно толкает людей заглянуть за окоём обыденности! А в этой паре оно горит столь ярко, что согрело даже старика вроде него и заставило почувствовать себя помолодевшим...
И всё же очень любопытно! Невесту он узнал не сразу, но всё же узнал, да и имя вспомнил: совсем недавно он совершал обряд для ее близких. Помнится, в тот раз она была одета куда богаче и нарядней, чем сейчас, да и жених кажется слегка неподходящим для нее! Похоже на тайный брак, но без любви... странно, да... Впрочем, не его это дело, пусть останется между ними и Богами. Ну а если встревоженные родственники будут искать... Что ж, подтвердить бракосочетание он сможет, а все остальное его абсолютно не касается! "Удачи, дети, и да не угаснет в вас Пламя", – одними губами прошептал он.
Выйдя за дверь храма, Ренальд оглянулся и вздохнул:
– Жаль, что я не был знаком с этим жрецом раньше.
– Подумали, что из него вышел бы хороший Верховный жрец? – предположила Элира, и тут же отвела глаза, смутившись от его пристального взгляда.
– Вы просто читаете мои мысли, – покачал головой Ренальд, – это удивительно. Поспешим, чем быстрее мы уберемся из города, тем лучше – мне все сильнее кажется, что наше время на исходе.
На постоялом дворе их появление встретили скандалом, не обратив на Элиру особого внимания: конюх, невысокий мужчина со слегка крысиным лицом, заявил, что конь Ренальда сначала укусил его, а затем лягнул в бедро. Вид пострадавший и впрямь имел жалкий, что не помешало ему визгливым голосом потребовать возмещения за свои увечья.
– Деньги тебе? – обманчиво-ласковым голосом вопросил Ренальд и, когда тот закивал, рявкнул, – какого хрена ты, крысюк недоделанный, к моим коням полез? Я их сам в стойло поставил и велел не трогать! Если он тебя укусил да лягнул, значит, ты ручонки свои грязные к переметным сумам протянул. Эй, хозяин!
– Да, ваша милость! – тут же подскочил розовощекий толстячок, с интересом и все усиливающейся опаской наблюдавший за разгорающимся скандалом.
– Этот ваш сгребатель навоза меня ограбить хотел, а теперь еще и возмещение требует. Зовите-ка стражу, пусть она разбирается. Глядишь, заодно припомнят, кого еще у вас тут ограбили...
– Ваша милость, не погубите, это ж моему хозяйству урон-то какой, – запричитал тот, мгновенно побледнев и злобно косясь на конюха, – я этого мерзавца сам накажу, чтоб впредь неповадно было! А вам комнату лучшую забесплатно, да вина самолучшего... Да коль пожелаете, еще девицу...
– Ой, дурак старый, – протянула выглянувшая полюбоваться представлением дородная женщина в переднике, взглянув на Элиру, – при жене-то девицу мужу предлагать...
Содержатель постоялого двора побледнел еще больше и схватился за грудь. Элира уловила быстрый взгляд потянувшего кинжал из ножен Ренальда и включилась в игру:
– Милый, я в этом ужасном месте ни на минуту не останусь, поехали отсюда!
– Погоди, с этими разберусь... Да и куда ты в платье?
– Ну они ж нас не ограбили, спасибо лошадкам, – умильно посмотрела на него Элира, – а переодеться мне место найдут, так ведь?
– Найдем, – громогласно заявила та самая женщина, что назвала хозяина дураком, – эй, Уртан, отомри да позаботься о гостье, пока у тебя ремней со спины не нарезали. Вы уж простите дурака-то моего, ваша милость, – обратилась она к Элире, – хоть и дурной, а все ж муж. Не всем же так везет, как вам, он-то у вас вон ладный да видный какой!
Элира гордо улыбнулась:
– Да, он у меня такой! Дорогой, – просительно протянула она, – давай я и вправду переоденусь да уедем, а? Мне здесь не нравится, а уж на ночь и вовсе не хочу тут оставаться.
Ренальд вздохнул и вогнал кинжал в ножны, обращаясь к хозяину:
– Ладно уж, только потому, что не хочу жену огорчать. Вот только ноги моей больше здесь не будет! А этого, – кивок на конюха, – гони в шею, а то глаза у него разбойные, глядишь, и горло перерезать кому сможет.
– Сделаю, ваша милость, – закивал толстяк, снова розовея и одновременно жестом подзывая девчонку лет двенадцати, которая открыв рот смотрела на все происходящее во дворе, – а супругу вашу Илька в комнаты сопроводит.
Через четверть часа двое всадников выехали за ворота постоялого двора. Когда они отъехали на довольно приличное расстояние, Элира спросила:
– Не слишком ли много мы внимания привлекли? Может, было проще дать этому конюху денег?
Ренальд хмыкнул и покачал головой:
– Нет, это вызвало бы куда большее любопытство, – и пояснил чуть снисходительно, – наемник, швыряющий деньги вместо того, чтобы вытрясти их из виновного – либо глупец, либо фальшивка, либо что-то скрывает. Глупец же до моих лет не доживет, разве что очень везучий. Так что это была единственно верная манера поведения. Кстати, спасибо: если бы не ваше своевременное вмешательство, пришлось бы задержаться там на гораздо большее время. И за игру тоже примите благодарность, я чуть сам вам не поверил!
– Мне это не нравится, – холодно ответила Элира, – я имею в виду подобную игру. Я леди и дочь графа, а не дешевая уличная актрисулька. Необходимость этого я понимаю, но это не значит, что подобное поведение мне свойственно или же доставляет удовольствие.
Ренальд покосился на жену – странно было называть ее так, даже в мыслях – и вздохнул. Идеальная холодная аристократка... И всё же кое в чем она ошиблась:
– Теперь вы не дочь графа, а герцогиня, по крайней мере, пока меня не лишили титула! И тем не менее вам придется играть, возможно уже скоро. Не забудьте обращаться ко мне исключительно на "ты" и по короткому имени, я буду поступать так же.
– И как мне вас называть?
– Рен, это имя сокращенное сразу от нескольких, причем довольно распространенных. А как мне звать тебя? – он сделал ударение на "тебя" и пояснил, – надо привыкать, чтобы не сбиться. Так как? Может, хочешь изменить имя? Элира звучит слишком аристократически...
– Нет, – бросив на него мрачный взгляд, ответила та, – я не уверена, что смогу без заминки откликаться на фальшивое имя. Зовите меня Эли.
– Зови, – с нажимом произнес Ренальд, – привыкай.
– Хорошо, зови, – согласилась Элира и замолчала.
Правя конем, она все глубже понимала, в какую яму попала. Даже понимая, что он... Рен... во всем прав, она всё равно злилась на него: за то положение, в которое они оба попали, за нотки снисходительности в его голосе, даже за искреннее восхищение по поводу ее игры в том грязном дворе..." И как я вынесу это все? – со страхом подумала девушка, – как мне с ним держаться? Все казалось понятным тогда, в посольстве, но сейчас... Хорошо хоть, он знает, как правильно себя вести..."
Показавшиеся в конце улицы городские ворота заставили ее тихонько вздохнуть. Ренальд негромко сказал:
– Все будет хорошо. Надеюсь, иллюзия еще на месте?
– Да. Нас пропустят быстро или...
– Обычно выезжающих не задерживают, но если здесь есть мое описание, могут приглядеться повнимательнее. Будь спокойна и весела, можешь даже слегка пококетничать со стражниками в случае чего. Только не слишком – я ревнивый.
Элира поджала губы и покосилась на мужа. Интересно, он сказал это только про свою роль или и про себя тоже? Непонятно...
Чем ближе они подъезжали к воротам, тем многолюднее и шумнее становилось вокруг. Правда, выезжающих было мало, все больше тех, кто стремился попасть в столицу. Рен – Элира решила привыкать даже в мыслях звать его так – пояснил:
– Похоже, нам повезло. В это время суток столицу нередко покидают торговые караваны и, хоть их и не проверяют, да и пошлины считать не надо, ждать, пока такой караван пройдет – удовольствие маленькое. Для знати еще слишком рано, крестьяне из близлежащих деревень въезжают в город с рассветом, чтобы выехать вечером.
Он оказался прав: им удалось подъехать почти к самым воротам прежде чем пришлось придержать коней. Перед ними в очереди оказались двое гонцов – их пропустили вперед, и пара карет без гербов, в Артиаре в похожих разъезжали по служебным надобностям чиновники. Пропустили их быстро, хоть и явно осматривали каждого выезжающего, точно сверяя с описанием.
Ренальд скрипнул зубами. Явно же его ищут! Интересно, сказали стражникам, кого именно, или только дали описание? Заметив тревожный взгляд Элиры, он улыбнулся ей и постарался принять спокойный и расслабленный вид.
– Подождите! – молодой стражник с невероятно яркой рыжей шевелюрой загородил им дорогу и принялся рассматривать Рена, – кто такие будете?
– Я наемник, сейчас в отпуске. Вот, женился, везу молодую жену к матери, – с легкой хвастливостью в голосе ответил тот, подмигивая Эли. Та улыбнулась ему и смущенно взглянула на стражников.
– Повезло, красотку отхватил. Придется в отставку уходить да сторожить, а то ж уведут, пока с отрядом воевать будешь, – усмехнулся второй, седоусый стражник, рассматривая Элиру, – проезжайте.
– А это точно не он? – вслед им донесся заданный голосом рыжего вопрос.
– Ох, Нирас, выгонят тебя однажды! Ты описание-то читал? Аристократ, синеглазый, а этот – явно наемник, смотри, как оружия много, да и вид у него слегка разбойничий, у наемников всегда так. И самое главное, глаза у него карие, а это не подделаешь!
– Как только выедем, пускаем коней рысью, через сотню шагов – в галоп, – голос Рена был еле слышен, – иллюзия скоро исчезнет.
Они едва успели поднять лошадей в галоп, как Рена пронзила острая боль. Элира оглянулась, услышав стон, и испуганно охнула: черты лица мужчины плыли и искажались. Девушка натянула повод, заставляя лошадь остановиться, мимолетно порадовавшись ее явно спокойному нраву.
Рен не понимал, что происходит: боль накатывали все новыми и новыми волнами, не прекращаясь, а перед глазами плыли радужные круги. Элира что-то говорила ему, но он не мог разобрать слов. А потом внезапно почувствовал, как дернуло руку, и долгожданное облегчение.
Глаза он открывал осторожно, боясь обнаружить, что утратил зрение, и облегченно выдохнул, увидев встревоженное лицо Элиры. В руке она держала тот самый перстень, что поддерживал иллюзию. Девушка сказала:
– Я говорила вам... тебе... снять амулет, но вы, то есть ты, меня не слышал. Вот и пришлось сорвать... он не снимался, пришлось дернуть, так что ссадила тебе кожу на руке. Ехать можешь?
– Да, и спасибо, – хрипло ответил Рен, – а ссадина и вовсе пустяк. Не представляю, почему это так сработало, иллюзия должна была просто пропасть! Как я выгляжу?
– Иллюзия исчезла, так что как обычно, разве что измученным.
– Ничего, потерплю, давай-ка убираться отсюда.
– Я за тобой, – коротко ответила Элира, посылая коня в галоп.
Посольство Артиара, получасом ранее.
Дориат открыл глаза и с улыбкой посмотрел на жену. Риа лежала рядом, кончиками пальцев рисуя некий узор на его спине и животе. Увидев, что он проснулся, нежно пропела своим удивительным голосом:
