Текст книги ""Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Михаил Казьмин

Соавторы: Алевтина Варава,Андрей Северский,Юлия Арниева,Александр Кронос,Константин Буланов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 323 (всего у книги 334 страниц)

– Хорошо, – тихо ответила Амели и снова отвернулась к окну.

Хэмонд, сидевший напротив, участливо посмотрел на неё, но ничего не сказал. Он понимал, что иногда лучше дать человеку побыть наедине со своими мыслями.

Когда мы подъехали к дому, Амели первой вышла из кареты и поспешила внутрь. Хэмонд задержался, помогая мне спуститься.

– Завтрашняя встреча с королём очень важна, – сказал он тихо.

– Я понимаю, – кивнула я. – И очень волнуюсь. Столько всего зависит от завтрашнего дня.

– Всё будет хорошо, – уверенно произнёс Хэмонд, накрывая мою руку своей. – Король благосклонен к тебе, а твои знания в области красителей превосходят всё, что есть в Сольтерре.

Его слова придали мне уверенности, но тревога все равно не покидала меня. Слишком многое менялось в нашей жизни слишком быстро. Лорен замужем за человеком, которого почти не знает, но который явно ей небезразличен. Амели тоскует по Рейнару, и сейчас ей это все сложней скрывать. А завтра решится, сможем ли мы, наконец, обрести стабильность в новой стране.

Глава 25

Ранним утром Лорен и Амели вошли в мою спальню с такими лицами, что я сразу поняла – предстоит серьезный разговор.

– Мама, можно? – спросила Лорен, и в её голосе я уловила какую-то особенную нотку – смесь радости и неуверенности.

– Конечно, – я села в постели, поправляя ночную рубашку. – Что случилось? Ты выглядишь… взволнованной.

Девочки забрались на кровать – Амели устроилась у моих ног, подтянув под себя ноги, как делала в детстве, когда хотела поделиться секретом. Лорен села рядом со мной, скрестив ноги, но её пальцы нервно теребили край своего халата.

– Мама, я должна тебе кое-что рассказать, – начала она, и лёгкий румянец тронул её щёки. – Когда мы остались с Этьеном в саду у лейра Максимилиана… мы говорили о нашем… о нашем браке.

Я внимательно посмотрела на неё, стараясь понять, к чему она ведёт. В глазах старшей дочери читалось смущение, но одновременно и какое-то тихое счастье.

– Он сказал, что понимает – наш брак состоялся в экстремальных обстоятельствах. И попросил позволения ухаживать за мной, он хочет завоёвывать моё расположение.

Моё сердце сжалось от нежности к этому молодому человеку, который проявил такое благородство и деликатность. В мире, где женщины часто были лишь собственностью мужей, такая позиция была редкостью.

– Это очень благородно с его стороны, – мягко сказала я. – И как ты к этому относишься?

– Я рада, – призналась Лорен, и на её лице появилась та уверенная улыбка, которую я так хорошо знала. – Знаешь, мама, когда он говорил со мной, я поняла, что он мне действительно нравится. Он умён, добр, у него прекрасное чувство юмора, и он слушает меня так, словно мои слова действительно важны для него.

– Но есть ещё кое-что, – вмешалась Амели, которая до этого молча слушала сестру. – Расскажи маме про поездку.

– У Этьена запланирована деловая поездка на Серебряные острова. Помнишь, он рассказывал мне о них на рынке? Он уезжает через три дня, и поездка продлится около месяца. Торговые переговоры, знакомство с местными поставщиками пряностей и тканей…

Она замолчала, и я поняла, что самое важное ещё впереди.

– И? – мягко подтолкнула я её.

– Он предложил мне поехать с ним, – выпалила Лорен. – Сказал, что это будет прекрасная возможность узнать друг друга получше. И что острова невероятно красивы – белые пески, лазурная вода, экзотические растения…

Она помолчала, а затем добавила с той искренностью, которую редко показывала:

– Мама, я очень хочу поехать. Я никогда не бывала в далёких странах.

В её голосе звучала мольба, и моё сердце болезненно сжалось. Конечно, я понимала её желание, быть рядом с человеком, к которому неравнодушна. К тому же, вдали от столицы и графа Фелда с его враждебностью она будет в безопасности.

Но в то же время внутри меня поднималась волна материнской грусти. Моя дочь, моя старшая девочка, которая всегда была рядом, которая защищала нас и поддерживала в самые трудные времена, собиралась уехать. Возможно, навсегда. Ведь после этой поездки она вернётся уже не как моя дочь, а как жена Этьена, со своими новыми обязанностями и привязанностями.

– Дорогая, – начала я, стараясь сохранить спокойствие в голосе, – я понимаю твоё желание. И, честно говоря, может быть, это действительно к лучшему. Подальше от дворцовых интриг, от Фелдов и их претензий. У тебя будет время познакомиться с мужем в спокойной обстановке.

– Правда? – в глазах Лорен засияла надежда. – Ты не против?

– Конечно, не против, – улыбнулась я, хотя внутри что-то болезненно обрывалось. – Но прежде чем дать окончательное согласие, я хочу поговорить с Этьеном. Мне нужно убедиться, что он понимает всю ответственность, которую берёт на себя.

– Спасибо, мама! – воскликнула Лорен, наклонившись, чтобы обнять меня. – Я знала, что ты поймёшь.

Амели тоже придвинулась ближе, и мы обнялись втроём, как делали это много лет назад, когда девочки были маленькими и прибегали ко мне со своими радостями и печалями.

– А как дела у тебя, Амели? – спросила я младшую дочь, заметив лёгкую тень в её глазах. – Ты выглядишь… задумчивой.

– Всё хорошо, мама, – ответила она с натянутой улыбкой. – Просто устала от столицы. Слишком много людей, интриг, притворства. Я скучаю по дому, по нашему поместью. Хочется снова увидеть сад бабушки Марши, её лабораторию, библиотеку…

В её голосе прозвучала такая тоска, что я поняла – дело не только в усталости от столичной жизни. Амели скучала по Рейнару, хотя и не говорила об этом прямо. Расставание давалось ей тяжелее, чем она показывала.

– Скоро мы вернёмся, – заверила я её. – Как только решим дела с королём и проводим Лорен, мы поедем домой.

– А можно я сегодня не пойду никуда? – попросила Амели. – Хочется просто побыть дома, в саду. Почитать в тишине, собрать травы для новых экспериментов…

– Конечно, можно, – согласилась я, с пониманием глядя на неё. – Тебе действительно нужно отдохнуть.

Мы ещё немного поговорили, обсуждая планы на день, а затем девочки ушли готовиться к завтраку. Я же осталась лежать в постели, глядя в потолок и пытаясь справиться с противоречивыми чувствами. Радость за Лорен смешивалась с грустью предстоящего расставания, а тревога за Амели – с пониманием того, что и ей нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах.

Завтрак прошёл в оживлённой атмосфере. Хэмонд и Роберт обсуждали предстоящую встречу с королём, строили планы относительно поставок красителя, а Лорен рассказывала о предложении Этьена поехать на острова.

– Серебряные острова? – заинтересовался Роберт, отрываясь от своего тоста с джемом. – Прекрасное место для медового месяца. Говорят, там невероятные закаты, а местные жители делают украшения из жемчуга, которого больше нигде не найти.

– Это не медовый месяц, – поправила его Лорен с лёгким румянцем. – Просто… деловая поездка, в которой я составлю компанию мужу.

– Конечно, – хмыкнул Роберт, но в его глазах плясали насмешливые огоньки. – Деловая поездка на тропические острова с красивой женой. Очень деловая.

– Роберт! – возмутилась Лорен, но не смогла сдержать улыбку.

– Главное, что ты будешь в безопасности, – серьёзно заметил Хэмонд. – После скандала с Фелдами ваше отсутствие в столице пойдёт на пользу. Пусть страсти улягутся.

– А я останусь дома и буду скучать по всем, – вздохнула Амели, ковыряя ложкой овсяную кашу.

– Не все же уезжают, – утешил её Хэмонд. – Мы с твоей мамой и Робертом останемся. И потом, разве ты не хотела вернуться в поместье? Как только подпишем договор с королём, мы сможем уехать.

– Да, конечно, – кивнула Амели, но я заметила, что энтузиазма в её голосе не прибавилось.

После завтрака мы разошлись по своим делам. Амели, как и планировала, отправилась в сад с книгой и корзинкой для сбора трав. Роберт уехал по торговым делам, а мы с Хэмондом стали готовиться к важной встрече с королём.

Около десяти утра к нам приехал Этьен. Он выглядел свежим и отдохнувшим, одетый в элегантный тёмно-синий камзол с серебряными пуговицами. В руках у него был букет белых роз – изысканных цветов, которые в это время года стоили немалых денег.

– Лейна Элизабет, – поклонился он, входя в гостиную, – доброе утро. Надеюсь, Лорен рассказала вам о моём предложении?

– Рассказала, – кивнула я, внимательно изучая его лицо. – И прежде чем дать согласие, я хотела бы поговорить с вами.

– Разумеется, – согласился он. – Я понимаю ваше беспокойство и готов ответить на любые вопросы.

– Лейр Этьен, – начала я, – я высоко ценю ваше благородство и то, как вы защитили Лорен. Но теперь вы предлагаете увезти её на месяц в далёкие края. Это может быть опасно.

– Я это понимаю, – серьёзно ответил он, встречая мой взгляд. – И хочу заверить вас, лейна Элизабет, что позабочусь о Лорен не только как о жене, но как о человеке, который стал мне дорог. Очень дорог.

В его голосе звучала такая искренность, что сомнения начали таять.

– Лорен сказала, что вы не будете настаивать на супружеских правах, – продолжила я. – Это благородно, но вызывает вопросы. Какие у вас планы относительно этого брака?

Этьен на мгновение замолчал, подбирая слова:

– Лейна Элизабет, когда я впервые увидел Лорен, она показалась мне… особенной. Умной, красивой, с характером. А когда я узнал её ближе, понял, что не ошибся. И после каждой нашей встречи я все больше осознавал, что она та, с кем я хотел бы провести всю свою жизнь.

Он сделал паузу, а затем продолжил:

– Я хочу, чтобы она полюбила меня не из благодарности или чувства долга, а по-настоящему. Именно поэтому готов ждать, ухаживать, завоёвывать её сердце. И поездка на острова – прекрасная возможность для этого.

– А если она никогда не полюбит вас? – прямо спросила я. – Что тогда?

– Тогда я буду её преданным другом и защитником, – без колебаний ответил Этьен. – Но я верю, что это не так. То, как она смотрит на меня, как улыбается… Думаю, у нас есть все шансы на счастье.

Я внимательно изучала его лицо, пытаясь найти признаки фальши или расчёта, но видела только искренность и решимость.

– Хорошо, – наконец сказала я. – Я даю согласие на эту поездку. Но с условием – если Лорен захочет вернуться раньше времени, вы немедленно организуете её возвращение.

– Конечно, – кивнул он. – Её желания для меня превыше всего.

– И ещё одно, – добавила я. – Берегите её. Лорен кажется сильной и независимой, но у неё чуткое сердце. Не причиняйте ей боль.

– Я скорее причиню боль себе, – тихо ответил Этьен, и в его словах была такая убедительность, что я поверила ему.

В этот момент в гостиную вернулась Лорен, озаряя комнату своей улыбкой:

– Ну как? Всё обсудили?

– Всё обсудили, – подтвердила я. – И я даю своё благословение на эту поездку.

– Правда? – Лорен просияла и бросилась обнимать меня. – Спасибо, мама! Я так счастлива!

– Значит, через три дня мы отправляемся в путешествие, – улыбнулся Этьен, глядя на жену с таким выражением, что я окончательно поверила в искренность его чувств.

К полудню мы с Хэмондом уже готовились к выезду во дворец. Встреча с королём была назначена на час дня, и мы не хотели опаздывать. Документы по производству красителя были тщательно подготовлены, образцы тканей упакованы в специальные футляры.

– Готова? – спросил Хэмонд, когда я спускалась по лестнице в своём лучшем дневном платье – тёмно-зелёном с золотой отделкой.

– Насколько это возможно, – ответила я, принимая его руку. – Просто не могу отделаться от ощущения, что сегодня решается наша судьба.

– Решается, – согласился он. – Но я уверен, что всё пройдёт хорошо. Король благосклонен к нам, а твои знания бесценны для королевства.

Мы попрощались с детьми – Амели всё ещё была в саду, увлечённо изучая какие-то редкие цветы, а Лорен и Этьен планировали провести день, знакомясь с его друзьями и обсуждая детали предстоящего путешествия.

Карета тронулась, увозя нас к встрече, которая должна была определить наше будущее в Сольтерре.

Глава 26

Королевский кабинет для деловых встреч располагался в восточном крыле дворца и разительно отличался от парадных залов. Стены из тёмного дуба, обставленные шкафами с документами, и длинный стол для переговоров.

Король Рейнар встретил нас у стола, заваленного свитками, документами и образцами тканей. Рядом с ним стоял высокий худощавый мужчина в строгой чёрной одежде – королевский советник лейр Годвин, которого я видела во время бала, но с которым не была знакома лично.

– Лейр Вайлиш, лейна Элизабет, – приветствовал нас король, поднимаясь из-за стола. – Благодарю, что прибыли точно в назначенное время. Позвольте представить моего советника по торговым делам, лейра Годвина. Он будет курировать наше сотрудничество.

Лейр Годвин оказался человеком немногословным. Его острые серые глаза изучали меня с профессиональным интересом, словно оценивая товар перед покупкой. Он коротко поклонился и сразу перешёл к делу:

– Лейна Элизабет, Его Величество рассказал мне о ваших знаниях в области красителей. Позвольте ознакомиться с образцами, которые вы подготовили.

Я развернула футляр с тканями, демонстрируя различные оттенки синего цвета – от нежного небесного до глубокого ночного. Каждый образец был подписан с указанием стойкости краски, времени изготовления и необходимых компонентов.

– Впечатляет, – признал советник, внимательно изучая ткани и записи. – Особенно интересует этот оттенок, – он указал на образец цвета морской волны. – Именно такой нужен для парадных мундиров королевской гвардии.

– Это один из самых сложных в изготовлении, – пояснила я. – Требует особой обработки шерсти и точного соблюдения пропорций при смешивании красителей. Но зато он невероятно стоек – не выгорает на солнце и не линяет при стирке.

Следующий час мы детально обсуждали технические аспекты производства. Лейр Годвин оказался весьма сведущ в торговых вопросах и задавал точные, профессиональные вопросы о сырье, времени изготовления, возможных объёмах поставок.

– Для начала работы вам потребуется мастерская, – заметил он, делая пометки в толстой записной книжке. – И склады для хранения сырья и готовой продукции.

– Мы можем организовать производство на территории поместья лейны Элизабет, – ответил Хэмонд. – Там достаточно места и есть подходящие здания.

– Отлично, но этого недостаточно, – вмешался король, который до этого молча слушал наш разговор. – Лейр Годвин, расскажите о финансовой поддержке.

Советник кивнул и извлёк из стопки документов свиток с королевской печатью:

– Его Величество распорядился выделить из королевской казны сумму на развитие производства. Пятьдесят тысяч золотых на обустройство мастерских, закупку оборудования и первоначальные поставки сырья.

Я едва удержалась, чтобы не ахнуть от изумления. Такая сумма превышала все мои самые смелые ожидания – на эти деньги можно было построить не просто мастерскую, а целое производство.

– Это… очень щедро, Ваше Величество, – проговорила я, стараясь сохранить достоинство, несмотря на внутреннее волнение.

– Королевство вкладывается в перспективные проекты, – спокойно ответил король. – К тому же, мы рассчитываем на долгосрочное сотрудничество, а не на разовые поставки.

Лейр Годвин развернул большой пергамент с цифрами и таблицами:

– Предварительные расчёты показывают, что при полном объёме производства королевство сможет экономить до ста тысяч золотых в год на закупках тканей в Лавении. Инвестиции окупятся уже через год.

Мы продолжили обсуждение деталей – сроков поставок, качества продукции, штрафных санкций за нарушение договорённостей. Лейр Годвин оказался дотошным переговорщиком, но справедливым. Каждый пункт договора тщательно проговаривался и фиксировался писцом.

Когда основные вопросы были решены, его величество неожиданно произнес:

– Сегодня утром во дворец прибыл гонец, он сообщил, что три дня назад в Лавении произошёл очередной переворот. Короля свергли и… казнили.

– И кто пришёл к власти? – тихо спросила я.

– Герцог Северных земель Ральф де Монтгомери, – ответил лейр Годвин. – Человек амбициозный и жестокий. Он уже объявил о пересмотре всех решений предыдущего правителя и начал массовые чистки среди знати.

– Это означает новую волну беженцев, – заметил Хэмонд.

– Несомненно, – кивнул король. – И мы должны быть готовы. Сольтерра всегда была убежищем для тех, кто спасается от политических преследований. Но нам нужно тщательно проверять каждого, кто просит убежища.

Хэмонд взял мою руку под столом, молча поддерживая. Я была благодарна ему за этот жест – новости из Лавении больно ударили по старым ранам.

– Что касается вашей семьи, лейна Элизабет, – продолжил король, – новый переворот только укрепляет вашу позицию здесь. Возвращение в Лавению сейчас было бы самоубийством. Герцог де Монтгомери наверняка ищет козлов отпущения для оправдания своих действий, а семья казнённого «изменника» – идеальная мишень.

– Значит, Сольтерра действительно стала нашим домом, – тихо проговорила я.

– И мы рады принять вас как полноправных подданных, – заверил меня король. – Особенно учитывая ваш вклад в экономику королевства.

Лейр Годвин собрал документы в аккуратную стопку:

– Договор будет готов к подписанию через два дня. Мои писцы оформят все пункты в соответствии с нашими договорённостями. После подписания можете начинать подготовительные работы.

– Превосходно, – кивнул король. – Лейр Годвин, полагаю, на сегодня переговоры завершены. Благодарю за работу.

Советник поклонился и собрал свои бумаги:

– Если возникнут вопросы, я всегда к вашим услугам, лейна Элизабет. До свидания.

Когда за ним закрылась дверь, король вдруг откинулся в кресле и улыбнулся:

– Годвин – прекрасный администратор, но иногда его дотошность утомляет. Как дела у вашей дочери Лорен? Слышал, она вскоре отправляется в свадебное путешествие?

– Да, Ваше Величество, – подтвердила я. – Этьен предложил ей поехать на Серебряные острова. Думаю, после недавних событий им обоим не помешает отдохнуть от столичной суеты.

– Мудрое решение, – одобрил король. – Особенно учитывая поведение Фелдов на балу. Кстати, граф Освальд ещё не знает, что его ждёт.

В голосе короля появились стальные нотки, и я поняла, что Фелды действительно переступили черту.

– Ваше Величество? – осторожно переспросила я.

– Граф Освальд и его семья давно испытывают мое терпение, – объяснил король, поднимаясь из кресла и подходя к окну. – Они входят в группу старой аристократии, которая считает, что имеет право указывать королю, как править. До сих пор я закрывал глаза на их интриги, но требовать смерти девушки на моём балу… Это уже открытое неповиновение.

Он повернулся к нам лицом, и в его глазах я увидела холодную решимость:

– Род Фелдов веками пытается влиять на трон. Они были среди тех, кто поддержал претензии принца Альберта на корону, когда мой отец ещё был жив. После смерти брата в дуэли они распускали слухи, что это было подстроено мной. Освальд – единственный из них, кто решился на открытое противостояние.

– И что вы планируете предпринять? – спросил Хэмонд.

– У графа есть долги перед короной, которые он игнорирует уже третий год, – ответил король с холодной улыбкой. – Настало время их взыскать. Плюс проверка его торговых дел. Уверне, мы найдём достаточно нарушений, чтобы значительно сократить его влияние при дворе.

Я невольно восхитилась тонкостью королевской мести – никаких открытых обвинений или скандалов, просто строгое применение существующих законов.

– Что касается вашей семьи, лейна Элизабет, – продолжил король, возвращаясь к креслу, – признаюсь, мне крайне выгоден союз между теми, кого защищает семья Вайлиш, и одной из самых богатых семей в стране – Касарами. Этот брак укрепляет позиции обеих сторон и создаёт мощный противовес интригам старой аристократии.

– Ваше Величество, неужели вы планировали…? – начала я, но король поднял руку.

– О нет, лейна Элизабет. Романтические чувства невозможно спланировать. Но когда два умных, красивых молодых человека встречаются при благоприятных обстоятельствах… природа нередко берёт своё. Я просто… не препятствовал развитию событий.

В его словах чувствовалась хитрость опытного политика, но также и искренняя благожелательность.

– Максимилиан Касар – мой старый друг, – добавил король. – Он прекрасно понимает важность стратегических союзов, но никогда не принуждает внуков к нежеланным бракам. Если Этьен выбрал вашу дочь, значит, его чувства искренни.

– Надеюсь, их союз принесёт обоим счастье, – тихо сказала я.

– Я в этом уверен, – улыбнулся король. – Видели бы вы лицо Этьена, когда он защищал Лорен на балу. Таких чувств не изображают. А ваша дочь… она исключительна. Красива, умна, храбра. Касары получили достойную невестку.

Мы ещё немного поговорили о планах на будущее, о развитии производства, о том, как лучше организовать работу. Король оказался не только мудрым правителем, но и проницательным собеседником, способным видеть далеко наперёд.

– Кстати, – сказал он, когда мы уже собирались уходить, – передайте Амели, что её… таланты не остались незамеченными. Если она когда-нибудь захочет применить свои знания на благо королевства, мои двери всегда открыты.

Я удивлённо посмотрела на него:

– Вы имеете в виду алхимию?

– Среди прочего, – загадочно ответил король. – У королевства много нужд, и люди с необычными способностями всегда найдут применение своим талантам.

Мы попрощались и покинули дворец, унося с собой подписанные предварительные соглашения. Карета везла нас домой по знакомым улицам, а я думала о том, как быстро изменилась наша жизнь. Ещё недавно мы были беженцами, а теперь – уважаемыми подданными, деловыми партнёрами самого короля.

– О чём задумалась? – спросил Хэмонд, заметив моё отстраненное состояние.

– О том, что иногда судьба поворачивается к нам лицом в самый неожиданный момент, – ответила я. – Полгода назад я и представить не могла, что буду сидеть в королевском кабинете другой страны и обсуждать торговые договоры.

– А теперь ты станешь одним из главных поставщиков королевского двора, – улыбнулся Хэмонд. – И матерью невестки одного из богатейших родов Сольтерры.

– Это пугает не меньше, чем радует, – призналась я. – Слишком много ответственности.

– Зато теперь нам не нужно оглядываться на прошлое, – мягко сказал Хэмонд, накрывая мою руку своей. – Мы можем строить будущее. Для нас, для детей, для всей семьи.

Я сжала его руку в ответ, чувствуя тепло и поддержку. Да, впереди было много работы, новых вызовов и, возможно, новых опасностей. Но впервые за долгое время я чувствовала, что мы не просто выживаем – мы живём.