Текст книги ""Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Михаил Казьмин

Соавторы: Алевтина Варава,Андрей Северский,Юлия Арниева,Александр Кронос,Константин Буланов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 318 (всего у книги 334 страниц)

– Нет… нет… только не это, – пробормотала она, зажимая себе рот рукой.

Но было поздно.

– А вы, лейна Корина, – звонко произнесла она, глядя прямо на хозяйку дома, – вы на самом деле презираете всех, кто не родился в столице! Вы называете их «грязью провинций» и «деревенщиной», хотя в лицо улыбаетесь и приглашаете в свой дом! И вы устроили этот приём только для того, чтобы выведать больше информации о семье Вайлиш, потому что вас бесит, что они так быстро вошли в высшее общество и не поддались вашим коварным расспросам!

Лейна Корина застыла, её лицо стало белее мрамора. На мгновение в гостиной воцарилась такая тишина, что можно было услышать, как за окном щебечут птицы.

– Полагаю, лейне Джулии нездоровится, – наконец произнесла лейна Корина ледяным тоном. – Эрик, – обратилась она к дворецкому, – проводите лейну Джулию в Голубую комнату, чтобы она могла отдохнуть.

– Не нужно, – выкрикнула лейна Джулия, её лицо исказилось от смятения и стыда. – Я… я лучше пойду домой. Прошу прощения за… за всё.

Она поспешила к выходу, едва не опрокинув столик с напитками. В гостиной вновь воцарился гул голосов, теперь ещё более возбуждённых.

Лейна Корина обвела взглядом комнату и, поймав мой взгляд, на мгновение замерла. В её глазах читалось что-то… не просто гнев или смущение, а какое-то странное понимание.

– Друзья мои, – громко произнесла она, обращаясь ко всем гостям, – боюсь, я должна просить вас о понимании. Лейна Джулия, очевидно, нездорова, и этот инцидент несколько… расстроил наш вечер. Возможно, нам стоит перенести наше собрание на другой день?

Когда мы уже собирались уходить, лейна Корина внезапно оказалась рядом со мной.

– Какие интересные у вас дочери, лейна Элизабет, – произнесла она тихим голосом. – Надеюсь увидеть вас на королевском балу. После сегодняшнего вечера мне кажется, он будет ещё более… увлекательным, чем я предполагала.

Глава 14

Когда мы покидали дом лейны Корины, я заметила, как Лорен и Амели обмениваются довольными взглядами. Только оказавшись в карете и убедившись, что окна закрыты, а возница не может нас слышать, я обратилась к младшей дочери:

– «Настойка правды», Амели? – тихо спросила я. – Серьёзно?

– Это совершенно безопасное зелье, мама, – невинно ответила Амели. – Просто заставляет человека говорить то, что он действительно думает, но обычно сдерживает. Эффект проходит через пару часов без всяких последствий.

– Но зачем? – спросил Хэмонд, в его голосе смешались изумление и невольное восхищение. – Риск был огромен. Если бы кто-то заметил…

– Но никто не заметил, – заметила Лорен. – И теперь у всего высшего общества на языке то, что раньше было лишь в их мыслях. Включая истинное отношение лейны Корины к «провинциалам».

– Я слышала их разговор с лейной Джулией, – добавила Амели. – Они обсуждали, как бы половчее выведать «тайны нового семейства Вайлиш» и добавить их в свою «коллекцию компромата». Лейна Джулия даже предлагала подкупить кого-то из ваших слуг, Хэмонд.

– И ты решила, что лучшая защита – нападение? – со вздохом спросила я.

– Просто небольшой урок, – пожала плечами Амели. – Теперь они дважды подумают, прежде чем пытаться вытянуть из нас секреты.

– Это было… – Хэмонд покачал головой, но в его глазах плясали искорки веселья, – невероятно рискованно и необычайно эффективно. Весь столичный свет теперь будет гадать, что произошло с лейной Джулией.

– Надеюсь, подобные инциденты больше не повторятся, – твёрдо сказала я, глядя на своих дочерей. – По крайней мере, без предварительного обсуждения.

– Конечно, мама, – серьёзно кивнула Амели. – В следующий раз я буду более осмотрительна.

– К тому же, – добавила Лорен с лёгкой улыбкой, – этот вечер и так превзошёл все наши ожидания.

Хэмонд рассмеялся, откинувшись на спинку сиденья.

– Я должен признать, что давно не видел ничего подобного. Лейна Джулия – гроза всего столичного общества, известная своим ядовитым языком, – внезапно выдаёт все тайны, которые годами собирала. Это… впечатляет.

– Но также и опасно, – добавила я. – Лейна Корина не из тех, кто легко прощает такие вещи. Я видела её взгляд. Она подозревает что-то.

– Но не может ничего доказать, – уверенно произнесла Амели. – Никто не видел, как я добавила капли в бокал. И основной удар пришёлся на лейну Джулию. Все будут обсуждать её выходку, а не искать причину.

– Я надеюсь на это, – вздохнула я. – Но в любом случае, мы должны быть готовы к последствиям. Столичное общество не прощает тех, кто нарушает его неписаные правила.

– Правила созданы, чтобы их нарушать, – беззаботно отмахнулась Лорен. – По крайней мере, те, которые несправедливы.

– В этом я с тобой согласен, – неожиданно серьёзно сказал Хэмонд. – Иногда необходимо напомнить обществу, что его правила не высечены в камне. Особенно когда они используются только для поддержания статуса тех, кто уже наверху.

Я взглянула на него с удивлением. В его словах звучало что-то непривычное – некий вызов устоявшемуся порядку, который я не ожидала услышать от человека его положения.

– Тебя не беспокоит, что наши… выходки могут повредить твоей репутации? – осторожно спросила я.

– Знаешь, когда-то давно это волновало бы меня. Но годы, проведённые в торговых сделках с людьми разных сословий и разных стран, научили меня ценить другое – искренность, смелость, верность своим принципам. Именно эти качества я вижу в тебе и твоих дочерях, – он тепло улыбнулся. – И это стоит любых возможных неудобств со стороны светского общества.

Эти слова тронули меня глубже, чем я могла ожидать. Впервые с момента нашего брака я почувствовала настоящую близость с этим человеком – не просто договорённость о взаимной выгоде, а нечто более глубокое, основанное на понимании и уважении…

Карета, наконец, остановилась у нашего особняка. И едва мы вошли в просторный холл дома, мы увидели Роберта, который расхаживал взад-вперёд по мраморному полу, словно в ожидании важных новостей. Его обычно безукоризненный камзол был расстёгнут, а волосы слегка растрёпаны, выдавая нетерпение и беспокойство.

– Наконец-то! – воскликнул он, и в его голосе звучало странное возбуждение, совсем не характерное для его обычной сдержанности. – Я уже больше часа жду вашего возвращения! Как прошёл вечер у лейны Корины? Говорят, её салон – настоящая змеиная яма даже для опытных придворных.

Я заметила, как Гастон, стоявший у лестницы, удивлённо поднял бровь при виде такого необычного поведения своего молодого господина. Несомненно, это было не то поведение, которое было привычно для дома Вайлишей.

Лорен, которая, казалось, была в особенно приподнятом настроении после нашего триумфального бегства из дома лейны Корины, шагнула вперёд, и в её глазах заплясали озорные искорки.

– О, это был вечер, который столица не скоро забудет, – начала она с едва сдерживаемым восторгом. – Представь себе, лейна Джулия вдруг начала говорить такое, что…

Я бросила на неё строгий предупреждающий взгляд, и Лорен умолкла на полуслове. Затем, к моему изумлению, она вдруг подошла к Роберту вплотную и, с заговорщической улыбкой, непринуждённо взяла его под руку. Я никогда раньше не видела, чтобы моя обычно сдержанная в проявлении чувств дочь так свободно касалась кого-то, кроме членов нашей семьи.

– Такое лучше обсуждать не здесь, – сказала она, понизив голос до конспиративного шёпота. – Пойдём в малую гостиную, и я расскажу тебе такое, что ты не поверишь своим ушам.

Роберт на мгновение замер от неожиданности, когда её рука коснулась его предплечья. Его щёки слегка покраснели, и он неловко посмотрел на свою руку, словно не зная, как реагировать на такую внезапную фамильярность.

– Я тоже хочу услышать твою версию событий, сестра, – с тихим смешком добавила Амели, подходя к ним и подхватив Роберта под другую руку.

Роберт, который всё ещё выглядел слегка ошеломлённым от такого внимания со стороны моей старшей дочери, вдруг улыбнулся – открыто и искренне, без привычной сдержанности и настороженности. Его плечи расслабились, а поза стала более непринуждённой.

– Что ж, я готов услышать все подробности, – сказал он, и в его голосе появились нотки, которых я раньше не слышала – тёплые, почти весёлые.

И вскоре они направились к малой гостиной, а до нас донесся приглушённый голос Лорен: «Всё началось с того, что лейна Джулия приняла бокал вина от слуги…», а затем дверь закрылась за ними.

– Ты видела? – тихо спросил Хэмонд, на его лице застыло выражение глубокого удивления и радости. – Мой сын… Я не видел, чтобы он так улыбался с тех пор, как…

Он не закончил фразу, но я поняла, что он имеет в виду. С тех пор, как потерял мать. С тех пор, как его отец начал проводить больше времени в торговых поездках, чем дома.

– Они нашли общий язык, – ответила я с лёгкой улыбкой. – Лорен не так легко идёт на контакт с людьми, но когда решает, что кто-то достоин её доверия…

– Ты и твои дочери, – произнёс Хэмонд, глядя мне в глаза с необычайной нежностью, – вы сделали счастливым не только меня, но и моего сына. Я и не надеялся, что он снова станет таким… живым.

Его слова тронули что-то глубоко внутри меня. Внезапно я осознала, как близко он стоит, и какое тепло исходит от его тела в прохладном воздухе холла. Его глаза, обычно сдержанные и внимательные, сейчас сияли от эмоций, которые я прежде не замечала – или, возможно, не хотела замечать.

Медленно, давая мне возможность отступить, если бы я того пожелала, Хэмонд наклонился ко мне. Я почувствовала, как моё сердце забилось быстрее, а дыхание прервалось на мгновение. И вместо того чтобы отстраниться, я подалась ему навстречу.

Его губы коснулись моих – нежно, осторожно, словно ожидая отказа. Это был наш первый настоящий поцелуй. Не тот формальный, сдержанный, которым мы обменялись во время нашей скромной свадебной церемонии в Солхейвене, а настоящий, наполненный чувством.

Я закрыла глаза, позволяя себе раствориться в этом моменте. Его рука бережно коснулась моей щеки, а другая легла на талию, притягивая ближе. Я ощутила запах сандала от его одежды, смешанный с лёгким ароматом кожи и чего-то свежего, напоминающего горные травы.

Когда мы, наконец, отстранились друг от друга, я заметила, что моя рука каким-то образом оказалась на его груди, прямо над сердцем, которое билось так же учащённо, как и моё собственное. Мы смотрели друг на друга, и я видела в его глазах отражение моего собственного удивления и… да, счастья.

– Я… – начала я, но слова почему-то не шли на ум.

– Я давно хотел это сделать, – мягко произнёс он. – Но боялся спугнуть тебя.

Я сейчас же почувствовала, как моё лицо заливается румянцем, словно я была не взрослой женщиной, матерью двух взрослых дочерей, а юной девушкой, получившей свой первый поцелуй. Это было странное, забытое чувство – волнение, смешанное с радостью и лёгким смущением.

В этот момент из малой гостиной донёсся взрыв смеха.

– Кажется, там веселье в разгаре, – заметила я, всё ещё не до конца придя в себя после поцелуя.

– Мы могли бы присоединиться к ним, – предложил Хэмонд, хотя его взгляд говорил, что ему хотелось бы остаться наедине со мной. – Или, может быть, ты предпочла бы выпить чая в зимнем саду? Там очень красиво при лунном свете.

Я колебалась, чувствуя странное волнение. Часть меня хотела укрыться в своей комнате, чтобы осмыслить всё, что произошло за этот долгий день, и особенно эти последние минуты. Но другая часть… другая часть не хотела отпускать это новое, хрупкое чувство близости с человеком, который стал моим мужем по стечению обстоятельств, но теперь превращался в кого-то гораздо более важного.

Ответить я не успела, двери малой гостиной распахнулись, и оттуда вышли наши дети, всё ещё смеясь. Роберт выглядел так, словно был одновременно шокирован и восхищён услышанным.

– Это невероятно! – воскликнул он, обращаясь к отцу. – Амели… она просто…

– Гений, – подсказала Лорен с гордостью. – Никто даже не заподозрил!

– И Лорен тоже! – добавил Роберт, его глаза сияли от возбуждения. – Та история с соусом… Я бы многое отдал, чтобы увидеть лицо лейны Виктории!

Видя их вместе, смеющихся и оживлённо обсуждающих события, я поняла, что за эти дни произошло нечто важное – мы действительно становились семьёй. Не просто союзом по договорённости, не просто группой людей, вынужденных жить под одной крышей, а настоящей семьёй, с общими секретами, шутками и, что важнее всего, с заботой друг о друге. Хэмонд, словно прочитав мои мысли, тихо сказал:

– Мы должны быть благодарны судьбе, что она свела нас вместе, как бы странно это ни произошло.

Я кивнула, глядя на наших детей. Да, нас свела судьба, и возможно, это было лучшее, что могло произойти с каждым из нас.

Вскоре Гастон принёс серебряный поднос с конвертом из тонкой голубой бумаги, запечатанным серебряной печатью с изображением розы. Внутри оказалась небольшая карточка, на которой изящным почерком было написано: «Интересная встреча, лейна Элизабет. Вы напомнили мне о моей юности, когда мир казался полем для смелых экспериментов. Возможно, мы найдём общий язык лучше, чем кажется. К.».

– От кого это? – поинтересовался Хэмонд, заметив моё удивление.

– От лейны Корины, – ответила я, показывая ему карточку. – Похоже, сегодняшний вечер произвёл на неё определённое впечатление.

– Хм, – задумчиво произнёс Хэмонд. – Лейна Корина не из тех, кто легко выражает одобрение. Если она отправила тебе записку, это может означать, что она действительно увидела в вас нечто такое, что её заинтересовало.

– Или она просто пытается усыпить нашу бдительность, – заметила Лорен, читая записку через моё плечо.

– В любом случае, – сказала я, аккуратно убирая карточку обратно в конверт, – нам стоит быть внимательными. Столичное общество полно скрытых течений и подводных камней. И нам ещё предстоит научиться в нём ориентироваться.

– Пока мы прекрасно справляемся, – подмигнула Амели. – Уже два приёма, и каждый запомнится всем присутствующим надолго.

– И это только начало, – добавила Лорен, направляясь к лестнице. – Впереди ещё королевский бал.

Я вздохнула, глядя им вслед. Мои дочери, кажется, были полны решимости перевернуть столичное общество с ног на голову. И, признаться, часть меня испытывала тревогу, но другая часть… другая часть не могла не восхищаться их смелостью и решимостью.

– Не беспокойся слишком сильно, – тихо сказал он. – Иногда общество нуждается в хорошей встряске. И, кажется, твои дочери идеально подходят для этой роли.

– А ты не боишься последствий? – спросила я, глядя ему в глаза.

– С такой семьёй? – он улыбнулся. – Полагаю, нам всем стоит больше бояться за тех, кто встанет на вашем пути.

Глава 15

Утро выдалось ясным. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь лёгкие занавески, разбудили меня раньше обычного. Я полежала некоторое время, глядя на причудливые узоры света на потолке и прислушиваясь к звукам просыпающегося дома – шагам слуг, приглушённым голосам, звону посуды на кухне.

После волнений вчерашнего вечера у лейны Корины мне казалось, что сегодня нам всем стоит отдохнуть, побыть дома, восстановить силы. Но за завтраком Хэмонд предложил нечто иное:

– Думаю, нам всем не помешает проветриться, – сказал он, намазывая масло на тост. – Погода прекрасная, а сидеть в четырёх стенах в такой день – настоящее преступление.

– У тебя есть какие-то планы? – поинтересовалась я, делая глоток свежезаваренного чая с мятой.

– Ничего особенного, – ответил Хэмонд. – Просто небольшая прогулка по городу. Сегодня рыночный день в квартале Семи Фонтанов. Это одно из самых живописных мест в столице, особенно во время торговли. Туда съезжаются купцы и ремесленники со всего королевства. Там можно найти почти всё – от редких специй до древних манускриптов.

– Редкие травы? – тут же заинтересовалась Амели, её глаза загорелись.

– Самые экзотические, – подтвердил Хэмонд. – Торговцы привозят их из самых дальних уголков мира.

– Тогда решено, – я отложила салфетку. – Давайте проведём этот день на рынке. Только возьмём с собой Говарда. В таких многолюдных местах лишняя осторожность не помешает.

– Прекрасная идея, – согласился Хэмонд. – Я также возьму пару своих людей. Не для охраны, просто на случай, если нам понадобится переносить покупки.

Мы решили прогуляться – рынок Семи Фонтанов находился не так далеко от нашего дома, а день был слишком хорош, чтобы проводить его в закрытой карете. Улицы столицы уже заполнились людьми. Торговцы и ремесленники спешили открыть свои лавки, служанки с корзинами для покупок торопились на рынок, чтобы успеть купить самые свежие продукты, знатные господа в сопровождении слуг неспешно прогуливались, обсуждая последние новости.

– Столица просыпается рано, – заметила я, наблюдая за этой суетой.

– И засыпает поздно, – с улыбкой ответил Хэмонд. – Особенно в дни, предшествующие большим праздникам. Осеннее Равноденствие – один из самых важных в году.

– Расскажи нам об этом празднике, – попросила Амели, которая шла рядом с нами, впитывая всё новое с характерной для неё жадностью к знаниям.

– Это древняя традиция, – начал Хэмонд. – В день, когда день и ночь равны, в Сольтерре принято благодарить богов за урожай и просить благословения на зиму. Раньше это был чисто религиозный праздник, но со временем он превратился в нечто большее. Теперь это ещё и важное социальное событие – время, когда знатные семьи съезжаются в столицу, устраиваются балы, заключаются договоры, объявляются помолвки…

– И плетутся интриги, – сухо добавила Лорен.

– И это тоже, – с лёгкой улыбкой согласился Хэмонд. – Такова природа высшего общества, независимо от страны или праздника.

Улицы становились всё более оживлёнными по мере нашего приближения к рыночной площади. Наконец, мы вышли на просторную площадь, посередине которой возвышались семь величественных фонтанов, расположенных полукругом. Каждый из них представлял одну из древних добродетелей – Мудрость, Храбрость, Справедливость, Умеренность, Веру, Надежду и Любовь.

– Потрясающе, – выдохнула Амели, глядя на эту впечатляющую композицию.

Вокруг фонтанов кипела рыночная жизнь. Сотни торговых палаток и лавок образовывали лабиринт, по которому сновали тысячи людей. Воздух был наполнен самыми разнообразными запахами – пряностей и духов, свежей выпечки и жареного мяса, цветов и трав. Со всех сторон доносились голоса торговцев, расхваливающих свой товар, и покупателей, торгующихся за каждую монету.

– С чего начнём? – спросила я, слегка ошеломлённая этим буйством красок, звуков и запахов.

– Почему бы не начать со сладостей? – предложил Хэмонд, указывая на ближайший ряд, где торговцы предлагали всевозможные лакомства – от медовых пирожков до экзотических конфет, привезённых из дальних стран.

Мы направились туда, и вскоре уже пробовали знаменитые солтеррийские сладости – малуны, изготовленные из орехов и мёда, засахаренные фрукты, пропитанные ароматными сиропами, и невероятно нежное печенье с начинкой из взбитых сливок и ягод.

После сладостей мы двинулись дальше, углубляясь в ряды рынка. Хэмонд оказался прекрасным гидом, показывая нам самые интересные лавки и рассказывая истории о торговцах, многих из которых он знал лично благодаря своим торговым делам.

Когда мы дошли до ряда, где продавались травы и специи, Амели не смогла сдержать восторга. Её глаза загорелись, когда она увидела множество мешочков и баночек с экзотическими названиями.

– Смотрите! – воскликнула она, указывая на маленькую палатку, где седой торговец с длинной бородой раскладывал пучки засушенных трав. – Мехраса! Её почти невозможно найти в Лавении.

Она тут же устремилась к палатке, а мы последовали за ней, улыбаясь её энтузиазму.

– Почём мехраса, уважаемый? – спросила Амели, рассматривая медные листья.

– Для такой прекрасной юной лейны – всего пять серебряных, – ответил торговец с широкой улыбкой, которая не коснулась его глаз.

– Пять серебряных? – воскликнула Амели. – Но это же грабёж! В южных провинциях она стоит не больше двух.

– В южных провинциях, может быть, – согласился торговец. – Но мы не в южных провинциях, не так ли? К тому же, моя мехраса собрана в полнолуние, в особых условиях, что значительно увеличивает её целебные свойства.

– Я вижу по цвету и форме листьев, что она собрана как минимум три недели назад, и уж точно не в полнолуние, – парировала Амели, и я с гордостью отметила, как уверенно она держится. – Два серебряных, не больше.

– Четыре, – снизил цену торговец, явно удивлённый её знаниями.

– Два с половиной, – твёрдо сказала Амели. – И я возьму ещё горный шалфей и кошачий коготь.

Торговец прищурился, оценивающе глядя на мою дочь, и в конце концов кивнул:

– Договорились. Для знающей лейны не жалко и уступить.

Амели торжествующе улыбнулась и повернулась к нам:

– Видите? И это за три редчайших травы!

– Не такие уж и редкие, если судить по их количеству на этом рынке, – с усмешкой заметила Лорен, указывая на соседнюю палатку, где продавались точно такие же травы по ещё более низкой цене. – И, судя по всему, собранные позже.

Амели ахнула от возмущения:

– Но он сказал…

– Конечно, сказал, – Лорен покачала головой. – Он торговец, Амели. Его работа – убедить тебя, что его товар лучший и редчайший.

– Но я же проверила цвет и форму листьев! – возразила Амели, уже не так уверенно.

– И это говорит о том, что ты разбираешься в травах, – утешил её Хэмонд. – Но в торговле важны не только знания о товаре, но и умение сравнивать предложения разных продавцов.

Амели выглядела слегка удручённой:

– Значит, я всё равно переплатила.

– Не так сильно, как он рассчитывал, – улыбнулась я, обнимая её за плечи. – К тому же, это ценный опыт. В следующий раз ты будешь внимательнее.

– А пока, – добавила Лорен, – давай купим те же травы у соседа, но свежее и дешевле.

Следующий час мы провели, переходя от одной палатки к другой. Хэмонд проявил неожиданную щедрость, настаивая на том, чтобы купить понравившиеся нам вещи. Амели приобрела целую коллекцию редких трав и специй, многие из которых она никогда раньше не видела. Лорен больше интересовалась оружейными рядами, где мастера предлагали изысканные кинжалы, мечи и даже арбалеты. Я же не смогла устоять перед прилавком с книгами, где нашла несколько редких томов по истории Сольтерры и соседних королевств.

Нагруженные покупками, мы решили сделать небольшой перерыв и отдохнуть у одного из фонтанов – того, что символизировал Мудрость и был украшен статуей совы с расправленными крыльями.

– Какой чудесный день, – сказала я, присаживаясь на каменный бортик фонтана. – Давно я не чувствовала себя так… беззаботно.

– В рыночные дни столица показывает своё истинное лицо, – заметил Хэмонд, располагаясь рядом со мной. – Не чопорное и церемонное, как на балах и приёмах, а живое, яркое, полное красок и эмоций.

– Мне нравится это лицо гораздо больше, – призналась Лорен, разглядывая только что купленный кинжал в простых ножнах, но с искусно выполненной рукоятью.

– Мне тоже, – кивнул Хэмонд. – Хотя, должен признать, светские мероприятия тоже имеют свою… особую прелесть. Особенно когда на них происходит что-то неожиданное, – добавил он с хитрой улыбкой, бросив взгляд на Амели.

Моя младшая дочь невинно улыбнулась, делая вид, что полностью поглощена изучением своих новых приобретений.

В этот момент мы услышали знакомый голос, который окликнул нас из толпы:

– Лейр Вайлиш! Какая неожиданная встреча!

К нам приближался Этьен. Он был одет просто, но со вкусом – тёмные брюки, белая рубашка и лёгкий камзол тёмно-синего цвета. Его русые волосы, обычно аккуратно зачёсанные назад, сейчас слегка растрепались от ветра, придавая ему более непринуждённый вид.

– Лейр Этьен, – Хэмонд приветственно кивнул. – Какое совпадение. Вы тоже решили посетить рынок в этот прекрасный день?

– Как и многие горожане и гости Сольтерры, – пожал плечами Этьен. Его взгляд остановился на нашей компании, и я заметила, как он чуть дольше положенного этикетом задержался на Лорен.

– Доброе утро, лейна Элизабет, – произнёс он с учтивым поклоном. – Лейна Амели. – Наконец, он повернулся к Лорен, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на тёплый огонёк. – Лейна Лорен, вы сегодня выглядите… восхитительно. Столичный воздух явно идёт вам на пользу.

– Лейр Этьен, – сдержанно ответила Лорен, а в её глазах блеснуло что-то, похожее на интерес, хотя она и старалась это скрыть. – Благодарю за комплимент, хотя дело вряд ли в воздухе. Просто здесь нас пока ещё никто не пытался убить.

– Вы так говорите об этом, словно покушения на вашу жизнь – обычное дело, – Этьен приподнял бровь, его глаза сузились, но в них явно читалось восхищение, а не осуждение.

– Для нас – почти, – ответила Лорен, и уголки её губ дрогнули в едва заметной улыбке. – Честно говоря, я даже немного скучаю по приключениям.

– Истинная лейна всегда найдёт приключение, даже в самом благополучном месте, – заметил Этьен, и в его голосе промелькнула странная нота, которую я не сразу распознала – нечто среднее между признанием и вызовом. – Особенно если эта лейна держит голову так высоко, словно привыкла смотреть на других сверху вниз.

В этих словах прозвучал упрёк, искусно завуалированный комплиментом, и я с интересом наблюдала, как щеки Лорен слегка покрылись румянцем – то ли от гнева, то ли от смущения.

– А истинный лейр умеет делать комплименты, не превращая их в упрёки, – парировала Лорен, но в её голосе не было настоящего раздражения, скорее – азарт словесной дуэли.

– Туше, – негромко рассмеялся Этьен, и его смех был неожиданно открытым, искренним. – Но согласитесь, общение с вами никогда не бывает скучным, лейна Лорен. Вы умеете… оживлять беседу.

– Разве не в этом смысл общения? – пожала плечами Лорен, но я заметила, что её поза стала чуть менее напряжённой. – Скажите, лейр Этьен, что привело вас на рынок сегодня? Дела или просто праздное любопытство?

– И то, и другое, – ответил он, не отрывая взгляда от её лица. – Мне нужно было приобрести несколько редких специй для нового торгового контракта, но я также не мог упустить возможность насладиться красотой рыночной площади в день, когда она полна жизни.

– Если вам нужны редкие специи, возможно, вам стоит поговорить с Амели, – предложила Лорен, и в её голосе появилась мягкость. – Она только что приобрела целую коллекцию и, вероятно, может подсказать, где найти лучшие варианты.

– Это было бы чрезвычайно любезно с её стороны, – кивнул Этьен, бросив короткий взгляд на младшую сестру, но тут же возвращаясь к Лорен. – Однако, признаюсь, специи были лишь предлогом. Настоящая цель моего визита на рынок – найти что-то действительно… уникальное.

– И что же это? – спросила Лорен, и я заметила, что она слегка наклонилась вперёд, её глаза сузились в искреннем любопытстве.

– Если бы я знал точно, это уже не было бы поиском, не так ли? – улыбнулся Этьен, в его глазах танцевали озорные искорки. – Иногда самые ценные находки встречаются на нашем пути совершенно случайно.

– Как сейчас? – негромко спросила Лорен, и на её губах появилась лёгкая, почти незаметная улыбка.

– Как сейчас, – согласился Этьен, его голос стал чуть тише, словно их разговор превратился во что-то более личное, предназначенное только для них двоих.

Я обменялась быстрым взглядом с Хэмондом, который, казалось, тоже заметил эту искру между молодыми людьми. Амели же, наблюдая за сестрой, улыбалась так, словно знала какой-то секрет.

– Возможно, лейр Этьен захочет присоединиться к нам? – предложила я, нарушая возникшую паузу. – Мы как раз собирались продолжить осмотр рынка.

– С огромным удовольствием, если я не помешаю, – ответил Этьен с вежливым поклоном, но его глаза говорили, что единственная, чье мнение действительно имеет значение для него в этот момент, была Лорен.

– Вовсе нет, – ответила я. – Более опытный проводник по рынку нам не помешает.

– Только если лейр Этьен не боится часами бродить по рядам с травами, – с лёгкой насмешкой заметила Лорен. – Моя сестра может провести там вечность.

– Для меня будет честью сопровождать лейну Амели в её поисках, – галантно ответил Этьен. – Тем более, это даст мне повод подольше насладиться вашей компанией, лейна Лорен.

– Вы слишком прямолинейны, – заметила Лорен, но в её глазах снова промелькнуло то же любопытство, что и раньше.

– А вы слишком осторожны с комплиментами для той, кто так ценит прямоту, – парировал Этьен, и на его губах играла лёгкая улыбка. – Но, если хотите, могу облечь каждый комплимент в такую витиеватую форму, что вам потребуется не меньше часа, чтобы его расшифровать.

– Не утруждайтесь, – Лорен покачала головой, но я заметила, что она неосознанно поправила прядь волос, выбившуюся из причёски. – Мне хватает головоломок и без ваших зашифрованных фраз.

Мы продолжили прогулку по рынку, и Этьен естественным образом оказался рядом с Лорен. Их разговор становился всё более оживлённым, переходя от одной темы к другой с удивительной лёгкостью. Я заметила, что моя обычно сдержанная дочь словно преобразилась – она жестикулировала, улыбалась, и даже несколько раз засмеялась над шутками Этьена.

– Вы действительно видели Серебряные острова? – спросила Лорен, явно впечатлённая его рассказом о морских путешествиях.

– Дважды, – кивнул Этьен. – И могу с уверенностью сказать, что ни одно описание не передаёт их истинной красоты. Представьте песок такой белый, что он кажется серебряным в лунном свете, и море настолько прозрачное, что можно видеть морское дно на глубине в десять человеческих ростов.

– Звучит как рай, – задумчиво произнесла Лорен. – Жаль, что мне вряд ли удастся увидеть такое место.

– Почему вы так уверены? – спросил Этьен, слегка наклонившись к ней. – Я бы не стал недооценивать лейну, которая с таким спокойствием говорит о покушениях на свою жизнь.

– Просто быть реалисткой – не значит недооценивать себя, – ответила Лорен, но я видела, что слова Этьена задели что-то в ней. – В жизни не всегда есть место для фантазий и далёких путешествий.

– А как же ваша тяга к приключениям? – мягко спросил Этьен. – Разве далёкие земли – не лучшее место для них?

Лорен на мгновение задумалась, а затем подняла на него взгляд, в котором мелькнуло что-то похожее на вызов:

– Возможно, вы правы. Но для начала хватит и столичных авантюр.

Я наблюдала за ними издалека, специально отстав, чтобы дать им возможность поговорить. Амели увлекла Хэмонда к одной из травяных лавок, показывая какую-то особенно редкую находку. А Лорен и Этьен, поглощённые разговором, казалось, забыли обо всём, что их окружало…