Текст книги ""Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Михаил Казьмин

– Эм… а что происходит? – прервала сестру Лорен, придерживая коня. Её рука инстинктивно легла на рукоять кинжала, всегда висевшего у неё на поясе. А глаза сузились, как у хищной птицы, высматривающей добычу. – Торговец обещал отправить всего одну телегу с нашими покупками, да и то к вечеру. А здесь целый обоз.

Действительно у поместья, было необычное оживление. Несколько телег, груженных мешками и ящиками, выстроились у ворот, а во дворе сновали незнакомые люди, разгружающие товары. Их громкие голоса и стук выгружаемых предметов разносились далеко вокруг, нарушая привычную тишину этих мест.

– И они слишком много всего привезли, – добавила я, озадаченно разглядывая внушительные ящики, которые выгружали дюжие молодцы с обветренными лицами и мозолистыми руками. – Наши покупки уместились бы в маленькую тележку, не больше…

Одна из телег была загружена какими-то деревянными конструкциями, обёрнутыми в мешковину, другая – ящиками разных размеров, аккуратно перевязанными верёвками. Третья содержала нечто, тщательно упакованное в солому, причём обращались с этим грузом особенно осторожно, словно он был чрезвычайно хрупким.

Мы переглянулись и, поторопив лошадей, въехали во двор. Посреди него, руководя разгрузкой, стоял Говард, отдававший чёткие команды, куда и что нести. Его голос звучал уверенно и властно, а рабочие безоговорочно подчинялись, признавая в нём человека военной выправки. Увидев нас, он приветственно махнул рукой, прерывая указания.

– Госпожа! Вы вернулись раньше, чем мы ожидали! – воскликнул капитан, направляясь к нам. На его лице играла лёгкая улыбка – редкое явление для обычно сурового воина. – У нас тут, как видите, неожиданная поставка.

– Что это за товары? – спросила я спешиваясь. – Мы не заказывали столько.

– Различные колбы, перегонные аппараты, ступки, весы… – начал перечислять Говард, жестом указывая на аккуратные деревянные ящики с медными замками, которые бережно вносили в дом. Их полированные поверхности сверкали в лучах солнца, выдавая дорогую работу. – Целая лаборатория для изучения трав.

Он подвел меня к одному из открытых ящиков, и я увидела изумительный набор стеклянных колб разных форм и размеров, от крошечных пузырьков величиной с наперсток до внушительных сосудов с длинными, изогнутыми горлышками. Стекло было не обычным, а особым, невероятно прозрачным, с легким голубоватым отливом, какое производят только лучшие мастера из Альмарской гильдии. Каждый сосуд был продуман до мелочей: идеально притертые стеклянные пробки с серебряными накладками, тончайшие градуировочные линии, выгравированные на боках, и даже крошечные символы, указывающие на назначение каждой колбы.

В другом ящике, выстланном темно-синим бархатом, покоилась коллекция перегонных аппаратов разной сложности. От простых алембиков с медными охлаждающими змеевиками до сложнейших конструкций с несколькими камерами, серебряными фильтрами и кранами из слоновой кости для регулирования потока. Некоторые части были украшены тонкой гравировкой с изображениями лечебных растений и формулами дистилляции, известными только опытным алхимикам.

– Всё это очень дорого и… – недоговорила я, внезапно Амели, стоявшая рядом со мной, судорожно вздохнула и покраснела до корней волос. Проследив за её взглядом, я увидела молодого человека, выходящего из дверей поместья. Он был одет в простую, но добротную одежду, и что-то активно обсуждал с одним из грузчиков. Но самой примечательной деталью его внешности была частично лысая голова, отливавшая в солнечных лучах ярко-зелёным цветом, словно покрытая изумрудным мхом.

Увидев наше прибытие, молодой человек на мгновение замер, но его лицо вскоре озарилось улыбкой, когда он заметил Амели. И он тут же устремился к нам, не обращая внимания на откровенные взгляды и еле сдерживаемые смешки рабочих, явно озадаченных его необычной внешностью.

– Лейна Амели! – воскликнул он, подходя ближе. Его глаза, удивительно ясные и полные восхищения, смотрели только на мою младшую дочь, словно во дворе больше никого не существовало. – Какая радость снова видеть вас! Я… я пришёл поблагодарить вас за вашу доброту и мастерство целителя.

– Рейнар, – выдохнула Амели, и её щёки стали ещё более пунцовыми. – Я не ожидала увидеть вас так скоро. И… – она неуверенно указала на его зелёную голову, – я вижу, вы не смогли найти средство от…

– О, – молодой человек смущённо провёл рукой по лысине, – я и не искал. Решил, что это достойное напоминание о моём… непростительном поведении. И о вашем мастерстве, конечно. – Он указал на телеги. – Я привёз всё, что может понадобиться для исследования трав. Вы говорили, что все ваше оборудование пришлось оставить в Лавении.

– Хм… думаю, нам стоит продолжить этот разговор внутри, – произнесла я, переводя взгляд с Амели на молодого человека и обратно. – И заодно выяснить, с чего вдруг такая щедрость и внимание к травам, которыми увлекается моя дочь.

Глава 25

Внутри поместья царил дух упорядоченного хаоса. Рабочие сновали из комнаты в комнату, расставляя ящики и распаковывая оборудование, а Тина и Рут пытались направлять их действия, чтобы ценные вещи не оказались в неподходящих местах. Заметив наше появление в дверях, обе служанки одновременно облегчённо вздохнули.

– Хвала богам, вы вернулись, госпожа, – проговорила Тина, быстро приближаясь к нам и понижая голос до драматического шёпота. – Тут такое творится, что ума не приложу. Сперва привезли все эти штуковины, – она махнула рукой в сторону очередного стеклянного прибора, который двое мужчин осторожно несли по холлу, – а ещё этот молодой лейр с зелёной макушкой…

– Всё в порядке, Тина. Пусть заносят, – проговорила я успокаивающим тоном. Затем, тут же обращаясь к Рейнару, чья зеленая макушка выделялась среди снующих работников, добавила: – Давайте пройдём на кухню. Там будет удобнее поговорить.

Кухня оказалась единственным местом, где сохранялся относительный порядок. Однако и здесь было заметно некоторое смятение: на дубовом столе, стояли несколько незнакомых глиняных кувшинов с затейливой росписью, а в углу появился новый сундук из темного дерева, окованный медными полосами.

– Лейны, как хорошо, что вы вернулись, – воскликнула Дори, поспешно снимая с огня котелок с кипящим отваром. – Я уж не знала, что делать со всем этим.

– Пока ничего, позже разберемся, – успокоила я старую служанку, взмахом руки, приглашая дочерей и горе-жениха, присесть за стол.

Когда все расселись, Дори быстро расставила на столе глиняные чашки и налила в них горячий травяной отвар, распространяющий аромат шалфея и мяты. Я отпила глоток душистого напитка и, глядя прямо на Рейнара, произнесла:

– А теперь рассказывайте.

– Я приехал на рынок в Солхвейн, за заказом на редкие пряности для нашей конюшни – их добавляют в корм племенным жеребцам для укрепления силы. И тут увидел лейну Амели, – не сразу заговорил Рейнар, бросив на Ами восхищенный взгляд. – Лейна Амели стояла у прилавка торговца травами и выбирала ингредиенты с таким знанием, с такой страстью… Она была так поглощена этим занятием, что не замечала ничего вокруг. Её взгляд горел, а лицо не покидала улыбка, когда она находила нужное растение. Я не мог оторвать взгляд. Сам не знаю почему, но в тот момент я понял, что должен узнать, кто она.

Рейнар сделал паузу, отпив из своей чашки и смущенно кашлянув, продолжил:

– После рынка я расспросил людей и выяснил, что вы недавно переехали в старое поместье Андерсонов, – он смущённо улыбнулся, заметив, что Лорен нахмурилась. – Несколько дней я не мог думать ни о чём, кроме лейны Амели. И не выдержал – решил поехать, чтобы хоть издалека ее увидеть…

– И вот тут начинается самое интересное, – скептически заметила Лорен, складывая руки на груди жестом, который делал ее удивительно похожей на меня в молодости. – Как вы от «издалека увидеть» перешли к похищению моей сестры? Это довольно… решительный прыжок в отношениях, не находите?

– Лорен, – тихо произнесла Амели, бросая на сестру умоляющий взгляд, в котором читалась просьба смягчить тон. Но старшая дочь только покачала головой, не отрывая пристального взгляда от Рейнара, словно готовая в любой момент вскочить на защиту сестры.

– Я виноват, – признался молодой человек, опуская взгляд на свои руки. – Я приехал к вашему поместью и, действительно, собирался лишь издалека взглянуть на дом. Спрятался за старым дубом у дороги, но тут я увидел, как лейна Амели вышла из ворот с корзиной для трав, и направилась на поляну. И тогда… тогда я вспомнил о древнем обычае наших земель…

– И похитили мою дочь, – сухо заметила я, вспоминая тот ужас и панику, которые охватили нас, когда Амели не вернулась с прогулки.

– Да, и я виноват безмерно, – кивнул Рейнар, и в его голосе прозвучало искреннее раскаяние. – Я думал… я надеялся, что вы знаете о традиции и поймёте. Мне и в голову не пришло, что вы не знакомы с нашими обычаями. Когда я понял, какой страх причинил вам… – он покачал головой, не находя слов, его зеленая макушка поймала солнечный луч, создавая вокруг него странное, почти неземное сияние. – Мне нет прощения. И все содеянное лишь навредило… я не смог понравиться Амели. Но я всё равно не отступлю и докажу, что она будет счастлива со мной. Если, конечно, вы позволите мне попытаться.

Эти слова были сказаны с такой искренностью и надеждой, что даже Лорен, обычно непреклонная в своих суждениях, смягчилась, хотя и постаралась скрыть это, сделав большой глоток отвара и пряча лицо за чашкой. Но я заметила, как уголки ее губ дрогнули, словно она пыталась сдержать непрошеную улыбку.

– Значит, в тех телегах откуп? – спросила я, украдкой поглядывая на смущённую дочь, которая, казалось, была готова провалиться сквозь землю от всего этого внимания.

– Нет. Это просто подарок для лейны Амели. Я заметил, как глубоко она интересуется травами и их свойствами, и подумал, что ей пригодится оборудование для исследований. Эти приборы изготовлены лучшими мастерами Эдеранда, стекло особой прозрачности, а некоторые колбы сделаны так, что не теряют тепла часами – идеально для длительного настаивания. А откуп… – он вдруг озорно улыбнулся, и в его глазах мелькнули лукавые искорки, придавая ему сходство с мальчишкой, задумавшим шалость, – откуп скоро будет, друг моего отца и мой брат пригонят их.

– Пригонят? – удивленно переспросила Лорен, выпрямляясь на лавке так резко, что дерево скрипнуло в знак протеста. – Что значит «пригонят»? Что именно пригонят?

– Ну да, – невозмутимо ответил молодой человек, словно речь шла о самом обыденном деле. – Коз.

– Коз? – теперь и я не сдержалась, чувствуя, как брови сами собой поднимаются в изумлении. – Каких…

В этот момент дверь кухни распахнулась с такой силой, что ударилась о стену, заставив висящие на стенах кастрюли задребезжать, а в проёме появился Говард. Его лицо, обычно сохраняющее невозмутимое выражение, сейчас выражало крайнее изумление. Глаза расширились настолько, что, казалось, вот-вот выскочат из орбит, а обычно ровно зачёсанные усы топорщились в разные стороны, придавая ему сходство с потрясенной кошкой.

– Лейна Элизабет, – произнёс он, и его густые усы дрогнули, как крылья испуганной птицы, – там у ворот гости. И не просто гости, со стадом! – Он покачал головой, словно не веря своим глазам, и провел рукой по седеющим волосам, делая их еще более взъерошенными. – Какой-то господин заявляет, что привёл откуп для лейны Амели.

– Это лейр Хэмонд Вайлиш, – пояснил Рейнар, вставая со своего места. – У него самые лучшие козы в провинции. Их шерсть тонкая, как шелк, и в десять раз теплее обычной. А молоко настолько целебное, что даже придворные лекари выписывают его для лечения королевской семьи.

– О богиня лесов, – пробормотала Амели, впервые за весь разговор подавая голос. Её щёки пылали, словно два спелых яблока, а в глазах читалась смесь смущения и изумления. – Что теперь делать?

– Теперь, – с тихим вздохом, я поднялась со своего места, расправляя складки платья, – мы должны выйти и встретить гостей, как подобает хозяевам. Негостеприимно оставлять визитеров у ворот, какими бы неожиданными ни были обстоятельства их появления. А уж потом разберёмся, что делать с этим неожиданным… откупом.

Амели бросила на меня паникующий взгляд, полный немого вопроса и мольбы о поддержке, но я ободряюще улыбнулась ей, стараясь вложить в улыбку всю свою уверенность и спокойствие:

– Не волнуйся, дорогая. Принять дары не означает принять предложение. У нас будет время всё обдумать. – И, повернувшись к Рейнару, я добавила более строгим тоном, который, как я надеялась, напомнит ему о серьезности ситуации: – А вам, молодой человек, стоит в следующий раз более ясно объяснять свои намерения, прежде чем устраивать такое…

– Да, лейна Элизабет, – с готовностью согласился Рейнар, склонив голову в знак уважения, но его глаза продолжали сиять, когда он бросал короткие взгляды на Амели. В них читалось обожание и решимость, смешанные с толикой неуверенности, что делало его почти трогательным в своем стремлении…

Спустя пару минут мы вышли во двор, движимые любопытством и необходимостью соблюсти приличия. Воздух был наполнен необычными звуками – блеянием коз, криками пастухов, ржанием нетерпеливых лошадей и общим гулом возбужденных голосов. Нас ожидало зрелище, достойное ярмарочного представления: десятки животных, сдерживаемых ловкими пастухами, заполнили всё пространство перед воротами поместья. Козы были необычными – крупнее обычных, с длинной, волнистой шерстью, у некоторых были витые рога, украшенные затейливыми лентами разных цветов.

А во главе этого необычного каравана, на великолепном жеребце цвета воронова крыла, восседал статный мужчина средних лет. Его лицо, украшала аккуратная борода с проседью, а глаза, ясные и проницательные, сразу выдавали в нем человека, привыкшего командовать. Одет он был просто, но добротно – в камзол из темной кожи, расшитый серебряной нитью, и сапоги из мягкой кожи, начищенные до блеска.

– Хм… зеленоголовый похитил Амели, – задумчиво протянула Лорен, спустившись по ступеням крыльца и со скепсисом оглядывая стадо, словно оценивая боевую мощь вражеского войска. – Напугал нас всех до полусмерти. И думает, что какие-то козы могут исправить содеянное?

– Не какие-то козы, лейна, – хмыкнул мужчина, спешиваясь одним плавным, отточенным движением, говорившим о годах, проведенных в седле. Его сапоги глухо стукнули о мощеный двор, когда он широким шагом направлялся прямо ко мне, ведя жеребца под уздцы. – Это редчайшая порода с северных гор, их шерсть ценится на вес золота в столице, из нее делают одежду для самой королевы. Годовой доход от этого стада составляет около двухсот золотых.

Я невольно вздрогнула, услышав сумму. Двести золотых – этого хватило бы на восстановление масличного производства. Это была не просто щедрость – это было целое состояние, выраженное в блеющих, мохнатых созданиях, которые теперь заполнили наш двор, жуя все, до чего могли дотянуться.

– Мама, – тихо произнесла Амели, спустившись на несколько ступеней и подойдя ко мне так близко, что я чувствовала тепло ее тела и легкий аромат трав, всегда сопровождавший мою младшую дочь. – Можно мне сказать?

Я кивнула, внимательно наблюдая за дочерью. Она выглядела странно спокойной, хотя ее глаза выдавали внутреннее волнение – в них плескалось море эмоций, слишком сложных, чтобы разобрать их все.

– Я… я принимаю извинения и откуп, – произнесла она, выпрямившись и глядя прямо на Рейнара, чье лицо на мгновение осветилось надеждой. – Но это не означает согласия на брак. Мне нужно время, чтобы… узнать вас лучше, лейр Рейнар. При более подобающих обстоятельствах…

– Это справедливо, – кивнул юноша, и в его голосе прозвучало такое искреннее облегчение, что я невольно смягчилась. – Я готов доказать свои добрые намерения и чистоту помыслов любым способом, который вы сочтете приемлемым.

– Для начала вы могли бы показать нам, как ухаживать за этими драгоценными козами, – неожиданно для самой себя предложила я, наблюдая, как одна из коз, воспользовавшись невнимательностью пастуха, направилась прямо к розовым кустам, которые Дори так заботливо высадила у крыльца. – Если мы принимаем откуп, то должны знать, как обращаться с таким… необычным имуществом.

– С радостью, – поспешно согласился Рейнар, а лицо лейра Хэмонда внезапно озарилось лукавой улыбкой. – Я с удовольствием помогу, но боюсь, я знаю о них не так много, как следовало бы. Я больше специализируюсь на лошадях, – он бросил виноватый взгляд на коз, которые уже начали исследовать территорию с энтузиазмом первооткрывателей. – Но Хэмонд обещал привезти опытного пастуха, который обучит ваших людей всем тонкостям ухода и разведения.

– Хм… наших людей… – протянула я, осознавая, что для ухода за таким стадом потребуется не только знания, но и дополнительная рабочая сила, а это значит расходы и хлопоты, к которым я была сейчас не вполне готова.

– Если лейна Элизабет позволит, – заговорил лейр Хэмонд с учтивым поклоном, от которого качнулась серебряная сережка в его ухе, посверкивая на солнце, – я задержусь в вашем поместье и лично прослежу за строительством подходящих загонов и выбором подходящих полей для пастбища, а также наймом пастухов. Все расходы, разумеется, я возьму на себя.

– Эм… хорошо, – заключила я после короткого раздумья, вдруг почувствовав себя неуютно под пристальным взглядом лейра. И поспешила сменить направление разговора, обратившись к зеленоголовому жениху: – Лейр Рейнар, возможно, вам стоит привести себя в порядок. Ваша… особенность привлекает слишком много внимания.

– Нет, благодарю, лейна Элизабет, – отказался молодой человек, на его лице играла хитрая улыбка, а глаза сверкали решимостью и, пожалуй, даже озорством. – Я оставлю всё как есть. Пусть все знают, что ваши дочери не из робкого десятка и что завоевать их внимание нелегко. Эта зеленая макушка – мой символ гордости и напоминание о том, что лейна Амели не только прекрасна, но и обладает острым умом и сильным характером. Я буду носить этот цвет как знак чести, пока не докажу ей искренность своих намерений.

– Он просто отпугивает потенциальных конкурентов, – хмыкнула Лорен, с неожиданным уважением взглянув на улыбающегося Рейнара. – Весьма умно, должна признать.

Козы тем временем начали разбредаться по двору, проявляя живой интерес ко всему, что можно было объедать, жевать или просто исследовать. Одна особенно любопытная особь с величественными витыми рогами уже подбиралась к кадке с молодым деревцем, которое Амели недавно посадила у входа в сад.

– Что ж, полагаю, нам стоит обсудить детали размещения стада за ужином? – предложила я, наблюдая, как пастухи пытаются собрать разбредающихся животных обратно в группу. – Дори наверняка уже приготовила достаточно еды, а ваши люди, должно быть, устали с дороги.

– Отличная мысль, – с энтузиазмом согласился лейр Хэмонд, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на предвкушение. – У меня есть несколько идей по поводу того, как лучше организовать загоны и пастбища. Ваше поместье расположено идеально – и близость к холмам, и защита от северных ветров, и достаточно пресной воды.

Пока мы направлялись обратно к дому, я не могла не заметить, что Рейнар не отходит от Амели ни на шаг, готовый подать руку или поддержать при малейшей необходимости. А моя младшая дочь, всегда такая сдержанная с незнакомцами, казалось, не возражала против этого внимания. Она даже позволила ему помочь ей подняться по ступеням крыльца, слегка опершись на его предложенную руку.

Лорен, шедшая рядом со мной, наклонилась и шепнула мне на ухо, так чтобы никто больше не услышал:

– Кажется, зеленоголовый похититель имеет больше шансов, чем я думала. Амели никогда не позволяла незнакомцам прикасаться к себе. А еще она три раза улыбнулась, пока мы шли к дому. Три раза, мама!

Я лишь кивнула, наблюдая, как Амели украдкой бросает взгляды на зеленую макушку своего настойчивого поклонника. Возможно, в этом странном происшествии с похищением было что-то большее, чем просто нелепая случайность или старинная традиция. Возможно, это было начало чего-то нового – для моей отважной и доброй Ами.

Глава 26

Сумерки медленно опускались на поместье, окрашивая старые стены в теплые оттенки янтаря и умбры. Я сидела в видавшем виды кресле у окна в своей комнате и наблюдала, как последние лучи солнца золотят кроны деревьев и поблескивают на витых рогах коз, которых наконец-то загнали в импровизированный загон, сооруженный из старых досок и веревок, снятых со стропил заброшенного сарая. Животные, уставшие после дневных приключений и исследований наших владений, покорно улеглись на свежую траву, создавая причудливую мозаику из белых, серых и пятнистых клубков шерсти на фоне темнеющей зелени.

Размышляя о неожиданном повороте событий, я невольно улыбнулась, ощущая странную смесь тревоги и надежды. Кто бы мог подумать, что мы, бежавшие из Лавении с пустыми руками, гонимые несправедливым обвинением, вдруг окажемся владельцами ценного стада, стоимость которого исчислялась в сотнях золотых? Это был неожиданный подарок судьбы, пусть и доставленный весьма необычным способом. Однако вместе с ним пришли и новые хлопоты – нам требовалось обустроить место для животных, найти надежных пастухов, знающих особенности ухода за этими редкими созданиями, и, конечно же, решить, что делать с настойчивым ухажером Амели, чья зеленая лысина виднелась сейчас во дворе, когда он помогал закреплять ограду загона.

Мои размышления прервал тихий, но настойчивый стук в дверь, за которым последовал знакомый голос Дори:

– Госпожа, ужин готов. Все уже собрались в столовой. – В ее тоне слышались нотки гордости, словно этот ужин был особенным событием, к которому она долго готовилась.

– Иду, Дори, – ответила я, поднимаясь с кресла и расправляя складки на платье из тонкой шерсти – последнем приличном наряде, который у меня остался. Ткань, некогда роскошная, теперь местами потускнела и истончилась, но все еще сохраняла благородный вид. Окинув цепким взглядом свое отражение, я заметила, что прядь седых волос выбилась из прически, и аккуратно заправив ее обратно, покинула комнату.

Спустившись по скрипучей лестнице, я обнаружила необычную картину, заставившую меня на мгновение замереть в дверях. В столовой, где еще вчера был только длинный дубовый стол, окруженный разномастными стульями, спасенными из разных комнат дома, теперь горели свечи в серебряных подсвечниках с тонким узором из морских ракушек по бокам. Их мягкий, тёплый свет отражался в начищенных медных блюдах, создавая атмосферу почти забытой роскоши. На столе красовалась скатерть из тонкого льна с искусно вышитыми по краю морскими коньками, выполненными серебряной и голубой нитью. Откуда они взялись, оставалось загадкой, но явно были частью необъявленных даров Рейнара.

За столом уже сидели Амели, чьи светлые волосы были собраны в аккуратную косу, Лорен, на удивление надевшая платье вместо бриджей для верховой езды, и Говард, непривычно торжественный в парадной рубашке. Рейнар и лейр Хэмонд, оба переодевшиеся в чистую одежду, стояли у окна, выходящего на море, негромко беседуя о чем-то, судя по жестам, связанном с расположением пастбищ. Хэмонд указывал на холмы, видневшиеся вдалеке, а Рейнар задумчиво кивал, время от времени бросая быстрые взгляды на Амели. При моем появлении они тут же прервали разговор и повернулись, расплываясь в приветливых улыбках.

– Лейна Элизабет, – лейр Хэмонд галантно поклонился, и его серебряная сережка тускло блеснула. – Надеюсь, мы не доставили вам слишком много хлопот своим внезапным вторжением.

– Всякий гость – благословение дома, – ответила я с легкой улыбкой, занимая место во главе стола и расправляя на коленях льняную салфетку, отмечая тонкость ткани и идеальную белизну полотна.

И только лейр Хэмонд и Рейнар устроились на своих местах за столом, Рут и Тина, обе в чистых передниках с кружевными оборками, начали вносить блюда, у всех присутствующих непроизвольно потекли слюнки. На столе появились глубокие миски из светлой глины с наваристым супом, где плавали кусочки нежной морской рыбы, мягкие водоросли, румяные пироги с мясом и грибами, края которых были искусно защипаны узором в виде переплетающихся колосьев, блюдо с запеченными овощами, от которых поднимался пар, пахнущий чесноком и розмарином, и даже кувшин с темно-рубиновым вином, отсвечивающим гранатовыми искрами.

– Еще раз хочу извиниться за столь внезапное появление, – проговорил Рейнар, когда все начали трапезу, аккуратно отламывая куски свежеиспеченного хлеба. Его зеленая лысина в свете свечей казалась еще более насыщенного оттика морской зелени, придавая ему сходство с каким-то сказочным существом из древних легенд северных земель, но в его глазах читалась такая искренность, что трудно было сердиться на этого странного молодого человека. – Я должен был предупредить о приезде. Особенно учитывая количество… гостей, которых мы привели с собой.

– Действительно должны были, – кивнула Лорен, окуная ложку в суп, от которого поднимался ароматный пар. – Особенно учитывая количество рогатых гостей, которых вы привели с собой. Одна из них, кстати, успела обглодать мои любимые розовые кусты, которые Амели посадила всего неделю назад.

– Лорен, – мягко упрекнула я, хотя в глубине души разделяла ее чувства. Мысль о том, что двор поместья теперь заполнен блеющими созданиями, которые норовят съесть все, до чего могут дотянуться, вызывала смешанные чувства.

– Нет-нет, лейна Лорен совершенно права, – поспешно сказал лейр Хэмонд, промокая губы салфеткой. Его руки, крупные и сильные, с мозолями от меча и поводьев, странно контрастировали с изящной тканью. – Мы вторглись без предупреждения. Но позвольте заверить, что стадо принесет вам только пользу. Эти козы – настоящее богатство. Их шерсть, особенно после первой весенней стрижки, ценится на вес золота в столице, где придворные дамы буквально дерутся за право иметь шарф или накидку из этого материала. А молоко обладает целебными свойствами, которые особенно ценны при лечении зимних лихорадок и детских болезней. Многие аптекари готовы платить втридорога за бутылочку такого молока.

– И как же нам разместить это… богатство? – спросила я, переходя к практическим вопросам и отпивая глоток вина, чей терпкий вкус с нотками ежевики и дуба говорил о высоком качестве напитка. – Наше поместье, как вы могли заметить, находится не в лучшем состоянии. Где мы будем держать животных зимой? Кто будет за ними ухаживать?

– У меня есть несколько идей, – оживился лейр Хэмонд, отставляя тарелку с недоеденным супом, в котором плавали кусочки какой-то неизвестной мне рыбы с мясом, белым как снег. – К северу от вашего дома есть отличный луг, защищенный от ветров холмами. Видели тот участок, где растет высокая трава с пурпурными колосками? Идеальное место для пастбища. А старые хозяйственные постройки вполне можно переоборудовать под зимние стойла. Я успел осмотреть их сегодня, когда вы уехали в город – крыша требует ремонта, и стены местами обветшали, но основа крепкая. Я поручу своим людям все подготовить. К тому же в Солтерре зимы мягче, чем в Лавении, снег лежит всего пару месяцев, и животные могут большую часть года находиться на воле.

– Это очень щедро с вашей стороны, – заметила я, размышляя о том, не кроется ли за этой щедростью какой-то скрытый мотив. Мой опыт при лавенийском дворе научил меня, что редко кто делает что-то просто так, особенно когда речь идет о таких суммах. За каждым дарением обычно стоит ожидание ответной услуги, за каждой помощью – требование благодарности, выраженной в конкретных действиях.

– Хэмонду нравится создавать новые фермы, – пояснил Рейнар, бросая на Амели очередной восхищенный взгляд, от которого ее щеки слегка порозовели. – Он уже помог обустроить пять хозяйств в разных частях провинции. Это его… страсть, можно сказать.

– И все пятеро фермеров теперь могут похвастаться стабильным доходом, – с удовлетворением добавил лейр Хэмонд, разламывая хрустящую корочку пирога с мясом, из которого вырвался ароматный пар, пахнущий тимьяном и чесноком. – Видите ли, лейна Элизабет, я верю, что благосостояние страны зависит от процветания каждого ее жителя. И если я могу помочь создать еще одно доходное хозяйство, я делаю это с радостью. К тому же – он хитро подмигнул Рейнару, – у моего друга, кажется, есть личный интерес в том, чтобы ваше поместье процветало.

Я внимательно наблюдала за его лицом, пытаясь распознать фальшь, но видела только искреннее воодушевление и, пожалуй, некоторую гордость. Морщинки вокруг глаз собирались лучиками, когда он улыбался, а в голосе отсутствовала расчётливость, которую я научилась распознавать за годы жизни при дворе. Либо он был превосходным лжецом, либо действительно верил в то, что говорил.

– Где же вы планируете переночевать? – вдруг спросила Лорен, меняя тему разговора с неожиданной прямотой, которой славилась моя старшая дочь, никогда не ходившая вокруг да около. – Дорога назад займет не меньше дня, а уже темнеет. – Она кивнула на окна, за которыми небо приобрело насыщенный индиговый оттенок, а на горизонте зажглись первые звезды, серебристыми точками рассыпавшиеся по темному бархату ночи.

Повисла неловкая пауза. Рейнар выглядел слегка растерянным. Лейр Хэмонд задумчиво погладил бороду, явно не ожидавший такого вопроса.

Гостевые комнаты в поместье, конечно же, были, но они находились в таком плачевном состоянии, что предложить их гостям было бы оскорблением. Потолки протекали, полы местами прогнили, а в одной даже обнаружилось осиное гнездо, выстроенное в старом камине. Да и под моей крышей – пусть даже и нуждающейся в серьезном ремонте – ночевать незнакомым мужчинам, когда в доме две незамужние дочери, было бы не только неприлично, но и скомпрометировало бы репутацию девочек. Даже здесь, вдали от высшего общества, такие условности соблюдались строго.

– К сожалению, не могу предложить вам ночлег в доме, – наконец произнесла я, расправляя складку на скатерти и стараясь, чтобы мой тон звучал вежливо, но твердо. – Как вы видите, мы все еще в процессе восстановления поместья, и гостевые комнаты пока непригодны для проживания. – Я умолчала о том, что в одной из них мы обнаружили семейство летучих мышей, устроивших колонию под развалившимся шкафом.

– Разумеется, лейна Элизабет, – поспешно согласился лейр Хэмонд, хотя в его темных глазах промелькнуло разочарование, быстро скрытое учтивой улыбкой. – Мы не хотели доставлять вам неудобства и вполне можем вернуться к…