Текст книги "Первозданный Крови и Костей (ЛП)"

Автор книги: Дженнифер Арментроут

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 57 страниц)

– Как знаешь.

– Ладно… – я поспешила сменить тему. – Этот Ревенант… он восстановился?

– Нет. Он мёртв, – спокойно сказал Кастил. – И это не дракон. Либо расчленение мешает им регенерировать, либо сработало что-то другое.

– Но это же невозможно, – нахмурилась я, чувствуя лёгкое покалывание в основании шеи. – Может, дело в том, кем ты стал. В эфире, который перешёл к тебе.

– Возможно, – после паузы произнёс он. – Интересно, значит ли это, что и ты теперь сможешь убивать их.

– Раньше не могла… но думаю, теперь – да, – призналась я, хотя и не понимала, откуда эта уверенность. – Мы знаем, сколько Ревенантов ещё осталось?

– Миллисент и Малик выследили всех, кого смогли найти в городе, – сказал он. – Но неизвестно, сколько их прячется где-то ещё, особенно в городах под властью Кровавой Короны.

– В Масадонии, Пенсдёрте, – тихо добавила я, мысли заметались дальше. – И в мелких поселениях между столицей и севером, отрезанных Кровавым лесом.

Кастил кивнул, потом глубоко вдохнул и взял меня за руки.

– Есть кое-что, о чём нам нужно поговорить, прежде чем обсуждать Вознесённых и королевство.

У меня внутри сразу вспыхнуло беспокойство.

– Звучит… зловеще.

Обычно он добавил бы шутку, но сейчас лишь серьёзно сказал:

– Помнишь, я говорил, что ты ненадолго просыпалась?

Тревога усилилась.

– После нападения Ревенанта.

Кастил сглотнул.

– Когда ты делилась со мной своей силой, это вмешалось в сам процесс Пробуждения – твоего Вознесения.

Я напряглась.

– Кастил…

– Я говорю это не из чувства вины, – быстро добавил он. – Это просто факт.

Эфир заструился во мне, вместе с растущим раздражением.

– И откуда тебе так наверняка это известно?

Большой палец мягко провёл по тыльной стороне моей ладони.

– Потому что это сделало тебя уязвимой.

– К чему? – потребовала я.

– Ты просыпалась во второй раз, Поппи, – внимательно посмотрел он. – Ты совсем этого не помнишь?

– Нет… – нахмурилась я. – Это было на пару минут, как в первый раз?

– Нет, – он крепче сжал мою руку. – Ты была в сознании около двух дней.

– Что? – я резко вдохнула, отпрянув. – Два целых дня? – Голос сорвался, эфир внутри откликнулся тревожным всплеском. – И я ничего не помню?

– Похоже, да, – подтвердил он, не отпуская моей руки. – Понимаю, у тебя куча вопросов.

Я коротко рассмеялась.

– Ещё бы. Для начала: чем я вообще занималась всё это время? – Меня вдруг пронзила мысль. – О боги, только скажи, что я не опозорилась… ну, не бегала, например, голышом.

Кастил моргнул.

– Что?

– Или не пыталась снова укусить Киерена, – продолжила я с ужасом. – О боги… – Мой взгляд метнулся к двери. – Вот почему его здесь нет? Я пыталась его… съесть?

– Нет, – покачал головой Кастил. – Ты не пыталась его укусить.

– Слава богам, – выдохнула я, чувствуя, как плечи расслабляются. – Это уже легче, – добавила шёпотом и сглотнула. – Хотя… почему у меня ощущение, что то, что я на самом деле сделала, хуже, чем попытка…

– Укусить, – вставил он.

– …Киерена? – закончила я, нервно глядя на него.

– Нет. Нет, – он крепко держал мою руку и другой ладонью обхватил мой подбородок. – Ты не сделала ничего плохого, Поппи. Наоборот, снова доказала, какая ты невероятно сильная. – Он на миг закрыл глаза. – Ты должна понять: ты ни в чём не виновата.

Я смотрела на него, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.

– Тогда расскажи, что произошло.

Он словно не услышал и повторил с тихой настойчивостью:

– Понимаешь? Ты ни в чём не виновата?

Я втянула короткий, неровный вдох, в животе завязались холодные узелки тревоги.

– Понимаю.

Пальцы Кастила разлеглись на моей щеке, его взгляд потемнел.

– Когда ты проснулась… вернулась не только ты.

Я напряглась, опустила взгляд, потом снова встретилась с ним глазами.

– Что… кто вернулся вместе со мной?

– Колис, – произнёс он тихо, но отчётливо.

Сердце сбилось с ритма. В ушах загрохотала кровь – и тот холодный, сухой шёпот прозвучал внутри так ясно:

Я всегда был с тобой.

– Расскажи, – выдохнула я. – Расскажи всё.

И Кастил рассказал.

Глава 12

Я сидела неподвижно, забыв о халате на коленях, пока Кастил спокойно рассказывал о моём состоянии: как я то помнила себя, то нет, просыпаясь в первый – или второй? – раз. Теперь я понимала, почему он так боялся, что у меня может болеть голова.

Он объяснил, что Колис способен связываться со своими созданиями и даже овладевать ими – именно так он поступил со мной, даже будучи заточённым. Я не шелохнулась, когда услышала, что связь он, скорее всего, установил через кровь: его в моей, мою – в нём. Меня передёрнуло от мысли, что это могло произойти без моего ведома и согласия.

Кастил не отводил взгляда, мягко проводя большим пальцем по моей щеке, пока говорил, что я сама поняла, что что-то не так, и отказывалась кормиться, пока он не убедил меня. Что я сдержала влияние Колиса и не позволила себе причинить вред ни ему, ни Риверу, ни Киерену.

– Ты, больше всех нас, не дала ему сделать хоть что-то, – тихо произнёс он. – Понимаешь?

Я кивнула. – Понимаю. – И правда понимала, хотя всё это звучало как чужая история, разве что с лёгким привкусом дежавю. Я провела языком по губам. – Что ещё?

Кастил замолчал, внимательно вглядываясь в меня, будто пытался заглянуть в мысли.

– Ты начинаешь меня тревожить, – наконец сказал он. – Слишком тихая.

Я и сама это чувствовала.

– Я слушаю, – выдавила я и заставила себя вдохнуть.

– Но ты точно осознаёшь то, что слышишь? – его большой палец замер. – Честно?

Я кивнула.

– Да, обрабатываю.

И всё ещё оставалась спокойной.

– Что ещё? – спросила я, понимая, что история не закончена. Каждая клеточка тела подсказывала: есть продолжение.

– Он не смог полностью завладеть тобой, – челюсть Кастила напряглась. – И он это понял.

– Откуда ты знаешь? – спросила я, и на этот раз вопрос прозвучал сам собой.

На его лице мелькнула тень – слишком быстро, чтобы я успела уловить выражение.

– Он… пару раз сумел прорваться, – сказал Кастил негромко. – Призвал эфир через тебя и говорил твоим голосом.

Слова впились в кожу, как острые иглы. Я резко отпрянула, и его ладонь соскользнула с моей щеки.

– Продолжай, – потребовала я.

Кастил крепче сжал мою руку.

– Он не пытался заставить тебя кормиться, хотя мог. Поэтому я понял: полного контроля над тобой у него не было. Ему нужно было держать тебя ослабленной.

Такой слабой…

Перед глазами внезапно всплыл образ герцога Тирмана.

Дыхание сбилось. Я вскочила, увлекая Кастила за руку, и халат соскользнул на пол. Он чуть замешкался, прежде чем отпустить. Я отступила, чувствуя его тревогу как тяжёлое давление на коже. Хотела успокоить его, но…

…кто-то другой уже брал под контроль моё тело и мысли.

Я отвернулась, зажмурилась. Эфир гулко прошёлся по венам, покалывая кончики пальцев. Я заставила себя остановить эти мысли: если поддамся, не знаю, что сделаю.

Нужно было чем-то занять руки. Я собрала волосы и быстро заплела их, повернувшись к нему.

– Что он заставил меня сделать? Когда… я призывала эфир?

– Когда он призывал эфир, – мягко поправил Кастил, наклоняясь за халатом. – Ничего.

– Ничего? – переспросила я, делая шаг назад.

Он смотрел прямо, не отводя взгляда.

– Ты не позволила ему причинить кому-то настоящий вред.

Я завязала косу и всмотрелась в его лицо.

– Но всё же… я что-то сделала. Так ведь?

– Это был он, – снова поправил Кастил и тихо выругался. – Честно, я не уверен: то ли это был Кoлис, а ты его сдержала, то ли это была ты, защищавшая нас. Но… – он прикусил нижнюю губу, – ты несколько раз оттолкнула меня эфиром.

Я выдохнула:

– Ну, это не так уж плохо.

– И да, ты швырнула Ривера о стену, – быстро добавил он, кладя халат рядом. – Но только потому, что мы с ним сцепились. Он почувствовал Кoлиса и попытался… – в его золотых глазах мелькнула жёсткая искра, – но не смог помочь.

– Я швырнула его… – я повернулась к стене возле купальни. – Вот об эту? – показала на трещины.

Взгляд Кастила скользнул к стене.

– Возможно.

Я заставила себя глубоко вдохнуть и опустила руку.

– Что ещё?

– Ты пыталась сбежать и даже вышла из покоев, – сказал он, проводя пальцами по золотой цепочке на шее. – Хотела защитить нас. И, возможно, задела Ривера.

– Задела… – я нахмурилась. – Эфиром?

– Он в порядке, – уверил Кастил.

Я сжала пальцы в мягкой ткани ночной рубашки, пытаясь унять дрожь.

– Он же дракон, – тихо сказал Кастил, опуская руку на бедро. – Одним случайным разрядом эфира дракона не повредишь.

Я не была так уж уверена: я видела, как в драконов бьёт молния… но ведь та молния была не совсем обычной. Странное чувство подсказывало: Весса тогда использовала сам эфир.

– Ривер в порядке, – повторил Кастил, вырывая меня из мыслей.

Возможно. Но это не отменяло факта, что я его задела.

– Что было после того, как я попыталась сбежать?

Он напрягся, взгляд потемнел.

– Мы переместили тебя в одну из подземных камер Уэйфэра, – сказал он, и ткань халата сжалась в моих пальцах. – Мне ненавистно было это делать. – Он поднял ресницы и встретился со мной глазами. Голос его стал хриплым: – Мне до черта не нравилось запирать тебя…

– Ты должна был, – перебила я, сразу угадав, что он вспомнил Нью-Хейвен и всё, что там случилось. – И я рада, что ты так поступил.

Кастил долго смотрел на меня, а потом коротко рассмеялся, хрипло.

– Киерен… – он покачал головой. – Он сказал, что ты поймёшь.

– Он был прав. – Я шагнула к нему. – Не хочу, чтобы ты мучился из-за того, чего я даже не помню.

Он наклонился вперёд, опираясь локтями на колени.

– А я помню, – сказал он глухо.

Сердце сжалось.

– Ты сделал то, что должен был… – На миг перед глазами вспыхнула смутная картина: я бегу, кто-то хватает меня сзади, я оборачиваюсь и вижу яркие, холодные глаза. Наверное, это и было тогда, когда я пыталась сбежать.

– Поппи? – в голосе Кастила прозвучала тревога.

Я сглотнула и в который раз взглянула на дверь.

– Я причинила боль Киерену?

– Ты ударила его, когда пыталась держать нас подальше. Вот и всё.

Я поморщилась. Не так плохо, как метнуть Ривера эфиром, но всё же.

– А тебя?.. – дрожь пробежала по телу.

– Я уже сказал: ты лишь оттолкнула меня, не подпустила близко.

Я хотела в это верить. Боги, как я хотела верить, что не навредила ему.

– Как он смог так связаться со мной?

Кастил вздохнул.

– Он пометил тебя.

Меня обдало холодом, потом жаром.

– Что?

– Знаком Смерти, – произнёс он. – Насколько я понимаю, он добрался до тебя, пока ты была в стазисе. Так и произошло.

Я не понимала, как это возможно. Как он смог создать эту мрачную связь и оставить метку, а я даже не почувствовала…

Пол словно дрогнул под ногами.

– Этот голос… – вырвалось у меня.

Каждая мышца Кастила напряглась.

– Какой голос? – спросил он.

– Он же дракон, – тихо сказал Кастил, опуская руку на бедро. – Одним случайным разрядом эфира дракона не повредишь.

Я не была так уж уверена: я видела, как в драконов бьёт молния… но ведь та молния была не совсем обычной. Странное чувство подсказывало: Весса тогда использовала сам эфир.

– Ривер в порядке, – повторил Кастил, вырывая меня из мыслей.

Возможно. Но это не отменяло факта, что я его задела.

– Что было после того, как я попыталась сбежать?

Он напрягся, взгляд потемнел.

– Мы переместили тебя в одну из подземных камер Уэйфэра, – сказал он, и ткань халата сжалась в моих пальцах. – Мне ненавистно было это делать. – Он поднял ресницы и встретился со мной глазами. Голос его стал хриплым: – Мне до черта не нравилось запирать тебя…

– Ты должна был, – перебила я, сразу угадав, что он вспомнил Нью-Хейвен и всё, что там случилось. – И я рада, что ты так поступил.

Кастил долго смотрел на меня, а потом коротко рассмеялся, хрипло.

– Киерен… – он покачал головой. – Он сказал, что ты поймёшь.

– Он был прав. – Я шагнула к нему. – Не хочу, чтобы ты мучился из-за того, чего я даже не помню.

Он наклонился вперёд, опираясь локтями на колени.

– А я помню, – сказал он глухо.

Сердце сжалось.

– Ты сделал то, что должен был… – На миг перед глазами вспыхнула смутная картина: я бегу, кто-то хватает меня сзади, я оборачиваюсь и вижу яркие, холодные глаза. Наверное, это и было тогда, когда я пыталась сбежать.

– Поппи? – в голосе Кастила прозвучала тревога.

Я сглотнула и в который раз взглянула на дверь.

– Я причинила боль Киерену?

– Ты ударила его, когда пыталась держать нас подальше. Вот и всё.

Я поморщилась. Не так плохо, как метнуть Ривера эфиром, но всё же.

– А тебя?.. – дрожь пробежала по телу.

– Я уже сказал: ты лишь оттолкнула меня, не подпустила близко.

Я хотела в это верить. Боги, как я хотела верить, что не навредила ему.

– Как он смог так связаться со мной?

Кастил вздохнул.

– Он пометил тебя.

Меня обдало холодом, потом жаром.

– Что?

– Знаком Смерти, – произнёс он. – Насколько я понимаю, он добрался до тебя, пока ты была в стазисе. Так и произошло.

Я не понимала, как это возможно. Как он смог создать эту мрачную связь и оставить метку, а я даже не почувствовала…

Пол словно дрогнул под ногами.

– Этот голос… – вырвалось у меня.

Каждая мышца Кастила напряглась.

– Какой голос? – спросил он.

Я с трудом вдохнула.

– Холодный, сухой… – голос дрогнул, но я продолжила: – Я слышала его. Там, в темноте. Он говорил… «Я всегда был с тобой».

Кастил побледнел, глаза заострились, как лезвия.

– Ты слышала его слова? – спросил он, и в голосе прозвучал звериный рык.

Я кивнула, сжимая пальцы в ткань халата.

– Да. И я знаю, что это был он. Колис.

Он протянул руку, сжал моё запястье, будто хотел вернуть меня в реальность, удержать здесь и сейчас.

– Поппи, он не сможет полностью овладеть тобой. Ты сильнее. Ты уже доказала это.

Я встретилась с ним взглядом.

– Но если он пометил меня… значит, он найдёт путь обратно.

– Тогда мы его остановим, – пообещал Кастил, низко наклоняясь ко мне, и его губы дрогнули у моего виска. – Клянусь тебе, Поппи. Пока я дышу – он не получит тебя.

Но внутри, под этими словами, я всё равно чувствовала его страх.

Кастил мягко обхватил моё лицо ладонями. От его прохладных пальцев по коже побежали горячие, тревожно-сладкие волны желания.

– Колис больше не с тобой, – тихо сказал он.

– Хорошо… – выдохнула я.

– Мы разорвали эту связь. – Он наклонился ближе, и его губы едва коснулись моих. – Я чувствую твое желание. Сладкое, с дымком. Я даже чувствую его вкус.

Я не могла отрицать – тело отвечало на каждое его движение, томящая боль между бёдрами выдавала меня.

– Интересно, как этот разговор может тебя заводить.

– Дело не в разговоре, – призналась я, изо всех сил удерживая себя от того, чтобы прильнуть к нему. – Дело в тебе.

Он провёл кончиком носа по моему, пальцы скользнули вниз по шее.

– Ну конечно, во мне.

Я нахмурилась, но он продолжил:

– Но это не ответ на вопрос.

Вопрос… ах да. Почему именно сейчас меня так тянет к нему.

– Я вижу в тебе эфир. И слышу его в твоём голосе.

Его руки замерли у основания моей шеи.

– И это… возбудило тебя?

Щёки вспыхнули жаром.

Кастил хрипло рассмеялся – низко, дымно.

– Непослушная, – прошептал он, и его ладони потеплели. – Нам нужно закончить этот разговор. – Он поймал мою нижнюю губу лёгким поцелуем, от которого внутри вспыхнула новая волна томления. – Так что веди себя.

Я моргнула.

Он отстранился, уголки его губ изогнулись в знакомой лукавой усмешке, а тени на лице рассеялись.

– Сможешь вести себя прилично?

– Не знаю, – прищурилась я. – Но, кажется, вышвырну тебя в стену, если ещё раз скажешь «веди себя».

Его смех стал мягче, теплее – тот самый, привычный Кас.

Я провела ладонями по животу и заставила себя сосредоточиться на главном.

– Как разорвали связь?

– Я попросил Ривера вернуться в Илисеум и выяснить, знает ли кто-нибудь способ, – ответил он, подошёл к столу и налил в два узких бокала прозрачный напиток. – К счастью, он нашёл того, кто смог помочь.

Я прижала руку к животу.

– Боги пробудились.

Он бросил на меня быстрый взгляд через плечо, приподняв бровь.

– Я не забыла… – смутилась я. – Ладно, на миг забыла.

– Понимаю, – он вернулся к столу.

– Кто из богов помог? – спросила я.

Кас налил тёмно-рубиновое вино в два бокала и протянул один мне.

– Это сделал не бог, – произнёс он спокойно. – Это был Праймал.

У меня невольно приоткрылся рот.

– Правда?

– Правда. И если это тебя удивило, подожди дальше. – Он поставил графин и, держа оба бокала, протянул мне один. – Этот Праймал явно наш предок.

Я напряглась.

– Что?

– Ага. – Кас чуть усмехнулся. – Вино?

Я взяла бокал, чувствуя лёгкое оцепенение.

– Ты… потомок Праймала?

– Достаточно взглянуть на него – и сомнений нет. – Кас пригубил вино. – Он похож на Малика и на нашего отца так сильно, что даже жутко.

– Невероятно, – пробормотала я, не понимая, почему это так цепляет.

– Похоже, у тебя не единственной любопытная родословная, – заметил он.

Я сделала глоток пряного вина, пытаясь отогнать странное чувство.

– Как его зовут?

– Аттес.

– Аттес… – слово прозвучало непривычно и тревожно. – Я не слышала о Праймале с таким именем.

– Мы с Кьереном тоже. Но он знает Колиса. И, скажем так, не поклонник. – Кас всмотрелся в меня поверх бокала. – Ты в порядке?

– Да, – ответила я, хотя странное ощущение внутри только усилилось.

Он рассказал, как Аттес снял с меня метку, и я даже обрадовалась, что не помню сам процесс. Но поразило другое:

– Он ослабил силу крови Нектаса… собственной рукой?

Кас кивнул.

– Зачем? Зачем помогать тому, кого он не знает?

– Не знаю. – Он опустился в широкое кресло. – Но подозреваю, он знал твоих… бабушку и дедушку.

Я едва не расплескала вино.

– Бабушку и дедушку, – прошептала я. – Осознать, что мои настоящие предки – Праймал Жизни и Праймал Смерти… это странно. – Я сделала большой глоток. – Он сильно пострадал?

– Не захочешь слышать подробности, – тихо сказал Кас. – Но он сказал, что исцелится.

– Где именно была метка? – спросила я после паузы.

Пальцы Каса крепче сжали бокал, во взгляде мелькнула жёсткость.

– Иди ко мне, – попросил он.

Сердце ускорило ритм.

– Лучше скажи сразу.

Его челюсть напряглась.

– На груди. – Он положил ладонь в центр собственной груди.

Кровь гулко стучала в ушах. Я стояла, будто оцепенев, и только теперь поняла, что всё это время была не спокойна, а просто онемела. Слушала, кивала, старалась осмыслить, но внутри не принимала услышанное – особенно теперь, когда узнала, куда именно Кoлис оставил свою метку.

Отвращение словно покрыло кожу липкой плёнкой. Не важно, что это случилось не в физическом мире. Он коснулся меня. Использовал. Горло сжало, глаза жгло. Но плакать я не собиралась. Слёзы казались признанием того, что это реально, а я не хотела давать этому форму.

Кас, не отводя взгляда, медленно поставил бокал на пол и поднялся.

– Чёрт… Вот почему я хотел, чтобы ты села рядом, – пробормотал он.

– Я в порядке, – вырвалось у меня.

– Не думаю.

– В порядке, – повторила я, чувствуя, как больно стучит в груди. – Потому что я его убью.

В руке будто вспыхнула молния. Послышался хруст – бокал и вино рассыпались в пыль, в воздухе запахло озоном. Я смотрела на пустую ладонь, не веря глазам, пока эатер гудел в венах.

– Милая, – тихо произнёс Кас.

Его голос сразу погасил бурю. Тепло разлилось по груди, энергия стихла.

Кас подошёл, взял мою руку без малейшей тени страха.

– Впечатляет, – сказал он.

– Скорее пугает, – прошептала я, перевернув ладонь. Ни капли вина, ни осколка стекла – словно ничего и не было.

– Впечатляет, – повторил он твёрже и, присев, потянул меня к себе на колени. Обнял, спрятал мою голову у себя под подбородком.

– Почему? – голос мой прозвучал слишком тихо, и я это ненавидела. – Зачем он пытался взять меня под контроль?

– Не знаю, – выдохнул Кас. – Он только сказал, что хочет вернуть «своё» и будто считает тебя частью этого.

Некоторое время мы сидели молча. Его ладонь скользнула вверх по моей спине, пробралась под косу.

– Знаешь, – тихо добавил он, – нормально быть не в порядке.

Я зажмурилась, пытаясь удержать слёзы, которые жгли глаза сильнее огня.

Кастил мягко коснулся губами моей макушки и продолжил:

– Не думаю, что кто-то чувствовал бы себя спокойно на твоём месте. Я бы точно не смог.

Я сжала губы, и они предательски задрожали.

– После побега из плена я тоже долго не могла прийти в себя, – его пальцы скользнули к основанию моей шеи. – Я знаю, каково это – когда у тебя нет ни капли свободы.

– Всё, что сделал Колис, не идёт ни в какое сравнение с тем, через что прошёл ты, – сказала я. – Я просто… не знаю. Слишком всё близко к сердцу принимаю.

– Ты вовсе не излишне эмоциональна, Поппи, и мы не будем играть в игру «чья травма значительнее», – он мягко сжал мою шею. – Всю свою жизнь ты боролась с теми, кто пытался подчинить тебя по-своему. То, что сделал Колис… – его пальцы медленно скользнули вниз по моей спине, – да, это было жестоко, но это не первый раз, когда тебе приходилось бороться с чужой властью над собой.

Боги, он был прав.

Жрицы. Семейство Тирманов. Герцог Тирман. Аластир. Командир Янсен. Моя мать. Даже Кастил – в самом начале.

– Ты можешь говорить со мной, – Кас обвил пальцами мою косу. – Если захочешь. В любое время.

Я поцеловала его в грудь.

– Я знаю.

– Правда знаешь?

Сердце дрогнуло от напряжения в его голосе – от того, что я уловила в этих двух словах. Я подняла голову, чтобы взглянуть на него. Чувства потянулись навстречу, но натолкнулись на каменную стену Вала. Он скрывал свои эмоции, и всё же в его голосе звучало это.

Сомнение – острое, режущее.

Меня скрутило от тревоги.

– Я действительно это знаю, – сказала я, коснувшись его щеки. – Ты думаешь, что я не понимаю?

Его челюсть напряглась под моей ладонью, и с каждой секундой мой живот всё сильнее сжимался.

– Кас… – прошептала я, проводя пальцами по его щетине. – Ты…?

Внезапно в груди вспыхнула резкая, обжигающая боль – чужая боль.

Кастил сразу напрягся, схватил меня за плечи.

– Что случилось?

– Я… не знаю, – боль глухо отдавалась рядом с сердцем, пробуждая саму суть. – Я чувствую…

Я вырвалась из объятий Кастила и, пошатываясь, поднялась на ноги, когда боль пронзила кожу, словно тысяча горящих игл.

Кастил мгновенно оказался рядом, тоже поднявшись. Я глубоко вдохнула, пытаясь что-то сказать, но боль накатила, как обжигающий ветер. Он что-то крикнул, но я не уловила слов – только смотрела на свои руки, почти ожидая увидеть языки пламени, ползущие по коже, или кровь, стекающую из невидимых ран. Но руки были целы.

Я была цела.

Но кто-то – нет.

Не один кто-то. Множество.

И я ощущала не только боль.

Итер заполнил мои вены, а раскалённая агония пропитала воздух, мешая вдохнуть хоть каплю. Ноги дрожали, когда к страху и ледяной панике примешался горький вкус отчаяния и терпкая растерянность. Всё это обрушилось на меня невыносимым грузом. Их страдания, смятение, ужас и непонимание – такой мощи я не знала. Я чувствовала, как меня ломает под этой волной, и понимала: если не остановлю – она поглотит меня. Я должна… должна…

Чьи-то уверенные руки крепко обхватили моё лицо, возвращая в реальность.

– Говори со мной, Поппи. – Холодные янтарные глаза, подсвеченные серебристым сиянием, встретились с моими. – Скажи, что ты чувствуешь.

– Боль… столько боли и паники, – хрипло выдохнула я, сжав его запястья дрожащими пальцами. – Никогда ничего подобного не ощущала. Это огромное… такое сильное… боги, это должно исходить от сотен… нет, тысяч людей. Может, и больше.

Его глаза расширились.

– Ты должна закрыться от этого.

– Я не могу…

– Сможешь. Просто представь стену – самую толстую, какую только можно, – говорил он спокойно. – Возведи её до самых небес…

– Ты не понимаешь. Я не могу, – итер снова давил на кожу, и вдруг я осознала, что то беспокойство, что чувствовала раньше, было предупреждением. Но о чём? Не знала. Лишь нестерпимое желание найти тех, кто страдает, сдавило грудь. – Я должна их найти.

– Кого, Поппи? И где? Источник того, что ты чувствуешь, не может быть отсюда, – его большие пальцы осторожно стирали слёзы, которых я даже не заметила. – Если бы это было здесь, мы бы уже что-то услышали, нас бы известили.

– Я знаю… но я должна их найти. Они напуганы и… и растеряны. Будто…

Я вскрикнула, когда новая волна боли и ужаса пронзила каждое волокно моего тела. Казалось, алый мрак пролился по комнате, по нам, окрашивая стены в кроваво-красный и заливая пол воображаемой кровью.

Кастил что-то говорил, но слова не доходили до меня – я смотрела на свою руку. Она была поднята, будто я пыталась отразить нечто… или, наоборот, призвать. Под кожей проступили тени, закружились, сплетаясь в странные узоры.

Кастил напрягся рядом, и я поняла. Без слов знала: он тоже заметил, что происходит под моей кожей.

– Поппи.

Я вырвалась из его объятий, разворачиваясь, пока итер бушевал внутри. Я должна что-то сделать. Должна остановить это. Должна.

Сущность Первозданных – моя собственная сущность – словно уловила мои стремительные, отчаянные мысли и откликнулась мгновенно. Итер захватил контроль. Будто древний инстинкт, скрытый в самых дальних уголках сознания, внезапно пробудился. Я не думала. Не колебалась.

Я просто подняла руку, широко раскинув пальцы. Из кончиков пальцев вырвались тени серебра, оплетённые золотыми спиралями, и воздух в футе передо мной зашипел – и разверзся. Разлом трещал и плевался искрами, расширяясь всё шире.

– Поппи! – крикнул Кастил. – Не смей!

Я оглянулась через плечо и встретилась взглядом с его широко раскрытыми, взволнованно-янтарными глазами. Хотела объяснить, что делаю, но сама толком не знала. Сознание не успевало за этим пробуждённым инстинктом, а времени не было.

Боль звала меня.

И смерть тоже.

Из разлома потянуло странным запахом – едким, тяжёлым, как от горелого масла, но резче, с дымным привкусом.

– Я должна.

Черты Кастила будто заострились, кожа стала почти прозрачной. В его голосе прозвенела паника:

– Даже не думай, Поппи! Не…

Я шагнула в разлом, покидая один мир и входя в другой —

Шум.

Это было первое, что я ощутила, когда серебристое сияние итера рассеялось и я оказалась среди небольшой рощицы из четырёх-пяти деревьев, залитых солнечными пятнами. Шум доносился отовсюду. Что-то похожее на звук труб почти непрерывно прорезало крики и голоса, раздававшиеся со всех сторон, – они то усиливались, приближаясь, то внезапно стихали.

И запах… Запах горелого масла стал резче, смешавшись с влажной рыбной нотой и чем-то, напоминавшим тесные улочки и переполненные дома возле Вала в Масадонии.

Сердце гулко билось, пока голоса становились всё ближе – и звучали странно.

«…поток пепла, камней и газа, способный двигаться со скоростью до четырёхсот миль в час. Спастись от извержения такой силы невозможно. Это…» – голос сорвался, затем кто-то откашлялся. – «Это разрушение в масштабах, которых мы ещё не видели…»

Я повернулась на звук и заметила тень человека, быстро проходившего мимо деревьев. Акцент был незнаком, речь – резкая, быстрая.

«…потери среди населения будут значительными», – донёсся до меня другой голос, на этот раз женский, сзади.

– Как могло не быть предупреждения? – спросил кто-то слева. Слово «предупреждения» он произнёс так, будто проглотил «р». – Никаких признаков?

Я не знала, о каком событии шла речь, но чувствовала: именно это я и ощутила.

Сухо сглотнув, я вышла из кружка деревьев —

Я резко остановилась, глаза расширились, губы приоткрылись. Я не могла осмыслить увиденное. Ничто из этого не имело смысла.

Тело то обжигало жаром, то пробирал холод, пока я смотрела на идеально подстриженный газон, где повсюду стояли или сидели люди – кто поодиночке, кто группами. На них не было ни одной знакомой мне одежды. Исчезли изящные или строгие платья, привычные моему глазу. Женщины носили странные обтягивающие штаны из какой-то синей ткани или узкие юбки до колен, открывающие по меркам многих совершенно неприличную длину ног. Мужчины предпочитали рубашки с непонятными знаками вместо приталенных камзолов и жилетов. Брюки у некоторых были удивительно короткими – дерзко короткими, вне зависимости от пола. А блузки порой даже не закрывали живота и выглядели как корсет, разрезанный пополам. Обувь тоже поражала: остроконечная на каблуках или плоская, но ярко раскрашенная.

На этом странности не заканчивались. Я увидела волосы цвета неба и других, явно неестественных оттенков. У многих в ушах блестели крошечные белые предметы, а почти каждый держал в руках прямоугольник, в который либо смотрел, либо говорил.

Проходящие мимо словно не замечали меня или лишь скользили взглядом, с выражением удивления, наверное, похожим на моё собственное, и тут же отводили глаза.

Ошеломлённая, я подняла взгляд дальше, за людей, и меня накрыла лёгкая дурнота. Передо мной раскинулся какой-то широкий поток тёмной, неспокойной воды. Но сердце забилось сильнее не из-за мрачного вида этого устья, в котором не было красоты Саионской бухты, а из-за огромного судна, скользящего по воде. Это был корабль, какого я никогда не видела: с несколькими уровнями, выше многих домов. На открытой палубе стояли люди. Под ними я различила что-то похожее на металлические коробки с колёсами, толще и больше любых каретных. И это был не единственный плавучий гигант в гавани – я насчитала как минимум три, один двигался в противоположную сторону.

Но именно то, что высилось по ту сторону реки, вырвало воздух из моей груди. Я застыла, глядя на исполинские сооружения из стали и стекла, уходящие в облака, затмевающие собой всё вокруг и отбрасывающие длинные тени на землю. Здания были высотой с горы, но при этом казались тонкими, и я не могла даже вообразить, как их построили. Должно быть, здесь вмешались боги. Но в них чувствовалась холодность, слишком безжизненная, чтобы быть творением плоти и крови.

Я сделала шаг вперёд, пальцы ног впились в влажную траву. Где, во имя всех богов, я оказалась? Семя паники проклюнулось внутри, будоража суть. Я сжала кулаки, оглядывая место, которое начинало напоминать парк—

Мои губы разошлись в изумлении, когда взгляд наткнулся на колоссальную статую на острове. Не могла понять, как далеко эта исполинская женщина в развевающихся одеждах, но казалось, что не слишком. Я не знала, из чего она сделана, но поверхность отливала зеленоватым. В руке она держала факел, вознося его к небу, а на голове у неё покоилась корона. Должно быть, это изображение богини. Возможно, именно она создала эти невероятные сооружения. Однако она ничуть не напоминала тех богинь, что я видела на изображениях.

Отведя взгляд от статуи, я заметила мост, висящий над водой, словно подвешенный путь, с огромными каменными опорами и толстыми, словно паутина, канатами, поддерживавшими его в воздухе. Он тянулся далеко через реку и был заполнен странными металлическими коробками на колёсах.

«…город, расположенный примерно в пяти милях от места извержения, включает соседние населённые пункты, – быстрый, взволнованный мужской голос вырвал меня из оцепенения. – …население оценивается примерно в три миллиона».