Текст книги "Первозданный Крови и Костей (ЛП)"

Автор книги: Дженнифер Арментроут

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 57 страниц)

– Хорошо.

Он тяжело вздохнул.

– Я знал, через что тебе приходилось проходить – герцог, его «уроки».

Холод пробежал по спине, и в животе неприятно заныло. Реакция привычная, но… что-то в воспоминании о герцоге Тирмане тревожно шевельнулось на краю сознания.

– Я не знал всего. И не должен был, – продолжил он. – Мне нужно было тебя защищать, и ради этого я не мог рисковать своим постом. Если бы я заговорил…

– Тебя бы сняли или хуже, – перебила я. Это правда. Если бы он вмешался, герцог Тирман понизил бы его или вовсе избавился. Именно поэтому Виктер ничего не мог сделать, и с этим Кастил бы со мной не согласился.

– Но это не оправдание. И я так не считаю. И не жду твоего прощения.

– Оно у тебя есть.

– Я не должен был просить, – мягко возразил он. – Я просто хочу, чтобы ты знала: мне жаль, что тебе пришлось всё это пережить. Чёртовски жаль.

Я хотела повторить, что прощаю его, но остановилась. Прощать мне было нечего. Хотелось, чтобы было – ведь прощать должен он сам себя.

– Я понимаю.

Он глубоко вдохнул и на миг закрыл глаза.

– Знаешь, он получил своё, – сказала я. – В грудь, его любимой тростью.

Глухой смешок вырвался у него.

– Да, получил. – Он сглотнул, открывая глаза. – И не только это. Спроси-ка своего парня об остальном.

Я удивлённо подняла брови.

Виктер кашлянул.

– Насчёт того, о чём ты спрашивала – почему другим Арай не нравится, что ты здесь. – Он тяжело выдохнул. – Некоторые из них считают твоё присутствие слишком большой угрозой.

– Угрозой чему? – я провела пальцами по поясу халата. Ответа внутри себя не нашла. – Равновесию?

Виктер замялся.

Напряжение сжало мышцы, и я догадалась:

– Я угроза… им?

– Им нечего бояться, когда дело касается тебя. – Виктер слегка коснулся моей руки. – Но я знаю тебя и твоё сердце. Они – нет.

– Разве им не должно быть это известно? – я крутила пуговицу. – Они же Судьбы.

– Это не значит, что они знают тебя по-настоящему, – спокойно возразил он.

Я отвернулась, уставившись в окно.

– И что они думают, я сделаю? Они ведь Судьбы. – И мысленно добавила: Древние. – А—

– А ты – Первозданная Крови и Кости.

Я едва не вскрикнула от неожиданного голоса, вскочила на ноги и резко обернулась.

У огромных окон от пола до потолка стоял светловолосый мужчина, заложив руки за спину.

– Что за… – я прижала ладонь к груди, чувствуя, как в животе сжимается холодный узел, разглядывая его ослепительно-белый наряд.

– Мог бы войти через дверь, Лириан, – заметил Виктер. – Ну, как нормальные люди?

– А где же в этом веселье?

– Веселье? – сердце грозило выскочить из груди, пока я смотрела на того, кого инстинктом узнала как Судьбу – Древнего. И я знала это не потому, что ощутила его приближение. Как раз то, что я его не почувствовала, было тревожным. – Я почувствовала Холланда, когда он явился… за Завесой. А тебя – нет.

– Здесь твоя связь с сущностью разорвана. Силы связаны.

Я метнула взгляд между ним и Виктером, затем сузила глаза.

– Это ты связал мои силы?

– Не только я, – ответил он, обернувшись ко мне и открыв лицо с узором цвета тёмной ржавчины. Его глаза переливались множеством оттенков, как и мои, только в них не было ни следа теней – как и в глазах Холланда. – Мы все использовали свою волю, чтобы сделать это.

Я напряглась.

– Все Арай обращают свою волю против меня? Даже не знаю, польщена ли я тем, что для этого понадобились вы все, или мне злиться.

– Это лишь предосторожность. – Лириан повернулся ко мне. С безупречной кожей и резкими скулами он был прекрасен, но в его идеальной симметрии чувствовалось что-то неуловимо неправильное. Что-то отсутствовало. – Ты не знаешь, на что способна. И, кроме того, у тебя, как известно, весьма горячий нрав.

– Знаешь, на что я точно не способна? – выпалила я, и гнев снова вспыхнул. – На уничтожение целого мира. А знаешь, кто способен? – Я уставилась на него, давая понять, что прекрасно понимаю, кто он. – Ты.

Лириан долго молчал, удерживая мой взгляд, и это молчание вытягивало нервы в тугую струну.

– Виктер?

Он тяжело вздохнул и повернулся ко мне.

– Пора мне уходить.

– Нет, – я не была готова к прощанию… и отчасти боялась, что подтвержу его слова о моём характере, если останусь с Лирианом наедине. – Останься.

– Я не могу, – тихо сказал Виктер и сделал шаг.

– Можешь, – я отступила, не желая, чтобы он подошёл слишком близко и произнёс это прощальное слово. – Ты мне нужен здесь.

Улыбка, смягчившая уголки его глаз, была настоящей, но в ней звучала грусть, заставив меня отступить ещё.

– Ты больше не нуждаешься во мне, Поппи.

Будто когтистая лапа вонзилась мне в грудь и разорвала сердце. Горло обожгло.

– Это неправда.

Он сократил расстояние.

– Я сделал всё, чтобы подготовить тебя…

– Я не об этом! – дыхание перехватило, и жгучая боль добралась до глаз.

– Знаю. – Он коснулся моей щеки ладонью.

В животе сжался тяжёлый узел, руки свело судорогой. Где-то на краю сознания я понимала бесполезность своих протестов. Тревога расползалась по коже, словно та хотела отделиться от тела. Я пыталась сдержать отчаянные слова, но не смогла.

– Пожалуйста, не оставляй меня снова, – прошептала я, не заботясь о свидетелях. – Пожалуйста.

– Поппи, – голос Виктера дрогнул, когда он коснулся своим лбом моего. – Я никогда тебя не покидал. Ты должна понять это сейчас.

– Это не то же самое.

– Но это не меняет фактов. Истина не становится ложью.

Слёзы наполнили глаза. Мне хотелось упасть на пол и, как ребёнок, закричать. Вместо этого я зажмурилась и сосредоточилась на медленном вдохе, пытаясь отпустить хоть на миг.

– Я ещё увижу тебя?

– Я не могу ответить.

Я знала, кто мог бы. Уже повернулась к Лириану, но Виктер остановил.

– Он тоже не скажет.

– Он должен знать, – возразила я.

– Я не сказал, что он не знает. Только то, что он не может сказать.

– То есть не хочет.

– Хватит, – мягко осадил он, в голосе проступила сталь. – Я знаю, как это тяжело. Мне тоже. Но ты проходила через худшее. И я тоже. И ты сильнее, чем думаешь.

Из всего сказанного именно это заставило меня сдерживать слёзы сильнее всего. Столько воспоминаний о том, как Виктер всегда говорил мне справляться с тем, чего я не хотела принимать. Он позволял мне прожить момент, а потом помогал двигаться дальше. Когда я прощалась с Иэном, когда он впервые уехал в Карсодонию. Когда скучала по нему. Когда жрица Аналия впервые ударила меня. Когда мне запретили идти на приём, куда позволили Тауни. После первой помощи проклятому – заражённому Крейвеном – и прекращения его страданий. После «уроков» герцога. Жёстко звучит, но это не так: он давал мне выплеснуть чувства и убедиться, что я справлюсь.

Как и сейчас.

– Ты в порядке? – тихо спросил он.

Нет, но я кивнула.

– Хорошо. – Он протянул руку. – Иди сюда.

Лириан тяжело вздохнул.

– У нас не весь мир в запасе.

– У тебя найдётся время на это, – не отрывая взгляда от меня, сказал Виктер.

Я вложила свою ладонь в его руку, и он крепко прижал меня к себе. Я обняла его сильнее, вдыхая знакомый запах. Он склонился, и голос его стал едва слышен.

– Я ошибался насчёт Леопольда.

Я удивлённо замерла, собираясь отстраниться, но он удержал.

– Он был не тем, кем я его считал, – быстро и тихо добавил Виктер, и что-то в этих словах тронуло далёкую память. – Я на самом деле никогда его не видел, пока… – Он оборвал себя, бросив взгляд на Лириана, чей пристальный взгляд я буквально чувствовала. – Спроси Тауни. Она объяснит. Поняла?

Я кивнула, хотя ничего не поняла.

Виктер держал меня, секунды тянулись. Я понимала, что пора отпустить, но не могла. Чувствовала: пройдёт много времени, прежде чем я снова смогу быть рядом с ним.

Если вообще смогу.

Но Виктер не зря провёл все эти годы со мной. Я справилась – попрощалась. Долго и медленно выдохнув, я собрала себя по кусочкам и опустила руки.

– Вот так, моя девочка, – пробормотал Виктер и поцеловал меня в макушку.

Отступив, он улыбнулся, и у глаз собрались морщинки. Он не сказал «прощай». Я и не хотела слышать это слово. И я не отводила взгляд, пока он не вышел через арочный проём, которого раньше даже не заметила. Лишь когда он исчез, я закрыла глаза. Боги, как же я благодарна за новую последнюю память о нём. Глубоко вдохнула, заставляя слёзы отступить.

– Виктер не похож на других, – произнёс Лириан. – Его даже сама Королева благоволит.

Я резко повернула голову.

– Поэтому он может переступать границы дозволенного и оставаться безнаказанным, – его взгляд встретился с моим. – Пока.

Мои мышцы напряглись, плечи расправились перед явным предупреждением.

– Если ты причин…ишь ему вред…

– Если бы я это сделал, мне пришлось бы иметь дело не только с тобой, – с лёгкой, но холодной улыбкой ответил он. – Уверяю, ему ничто не угрожает.

Мне хотелось поверить.

Но не получилось.

– Он знает и видит больше, чем должен, – продолжил Лириан. – Но есть вещи, которых он не знает и может лишь догадываться. – Он сделал паузу. – Твой отец – одна из них.

Я нахмурилась.

– Который?

– Он один.

Брови взлетели.

– Да, я в курсе. Но когда-то я считала…

– Я знаю, во что ты верила.

Как и при упоминании Леопольда, я снова ощутила, что какая-то память ускользает из-под сознания. Сколько ни старалась, не могла её ухватить. Раздражение росло, и хотя мне хотелось разобраться в словах Лириана и Виктера, я не знала, как долго меня не было и что происходит в мире смертных. А Кастил…

– Ты переживаешь за своего сердечного спутника, не так ли? – спросил Лириан. То, что он знал это, было жутковато. – Не стоит тревожиться. Он был удержан от той же ошибки, что совершила ты.

Всё моё тело напряглось.

– Что ты имеешь в виду?

– Кастил пытался последовать за тобой, что в принципе невозможно, – Древний сделал паузу. – Твой муж уже начал то же, что сделала ты: шаг через тень…

– Что?

Я вздохнула, сдерживая вскрик от нового голоса, вскочила на ноги и развернулась.

– Если ты дашь себе секунду и не бросишься сразу задавать вопрос, возможно, обнаружишь, что ответы уже есть у тебя самой, – вздохнул Лириан.

– Или ты мог бы просто объяснить, – пробормотала я, глядя в окно на облака.

– Долгое время тебе вообще не позволяли задавать вопросы, какими бы невинными или простыми они ни были, – как ни в чём не бывало заметил Древний, будто я и не открывала рта. У меня перехватило взгляд. – Верно?

– Да. – Напряжение медленно сжало мышцы. – И… тревожно, что ты это знаешь.

– Если это кажется тебе тревожным, пожалуй, мне не стоит говорить, что ещё я о тебе знаю.

Я распахнула глаза, уставившись ему в спину.

– Возможно, именно из-за той истории, когда тебе запрещали спрашивать, теперь ты задаёшь вопросы. В каком-то смысле это стало для тебя утешением, – сказал он и выдержал паузу. – Ты хоть и не правящая истинная Первозданная Жизни, но при Вознесении получила бы определённый уровень вадентии.

Как и прежде, когда Древний говорил на древнем языке, слова сами собой переводились во что-то понятное.

– Предвидение.

Древний кивнул:

– Хотя возможно, что вадентия у тебя ещё не до конца сформировалась, ведь твоё Вознесение прошло не совсем обычно, шло по этапам и было прервано. – Он наклонил голову. – Может, и вовсе разовьётся не так, как ожидается.

Желание доказать, что случившееся с Кастилом никак не сказалось на моём Вознесении, толкнуло меня думать о «шаге через тень». И вдруг из круговерти мыслей несколько всплыли на поверхность.

– Это использование сущности, чтобы… волей перенести себя туда, куда нужно. – Достаточно представить, где хочешь оказаться, и шагнуть. Звучит слишком просто, но я знала: этого достаточно. – Первозданные и боги умеют это.

– Боги могут шагать через тень, как Первозданные?

– Нет, – сказала я, хмурясь, повторяя то, что видела… нет, слышала. Будто вспоминала из прочитанного. Или словно всегда знала, что такое шаг через тень. – Боги не способны преодолевать большие расстояния и не могут… пересекать миры. Они могут на короткие дистанции и двигаться быстрее, чем глаз успевает уловить… – До меня дошло. – Вот почему атлантийцы всегда были так быстры. Из-за сущности, что в них.

Он кивнул:

– Они не движутся настолько быстро, чтобы это так и называлось, но да, причина в этом. А чтобы шагнуть дальше, нужно иное.

– Открыть переход между мирами.

– Верно.

Для меня это были две разные вещи, но да ладно.

– Значит, у меня есть эта вадентия.

– Похоже, что да, по крайней мере в какой-то мере.

Я проигнорировала «в какой-то мере» и ухватилась за мысль, что теперь, раз у меня есть предвидение, я должна знать, как победить Колиса.

Сосредоточившись, я ждала ответов.

Ничего.

– Если ты спрашиваешь себя, как одолеть Колиса, не найдёшь ответов в себе. По крайней мере, не таким способом.

Сердце споткнулось.

– Ты читаешь мысли?

– Я лишь предположил, что именно это ты сейчас и делаешь, раз задала такой вопрос, – пояснил Лириан. – У вадентии есть пределы, даже у тех, чьё предвидение не выглядит… неполноценным.

Я сузила глаза.

– Она не скажет тебе ничего, что касается тебя самой или будущего.

– Прекрасно, – протянула я. – До ужаса полезная «вещь».

– Ты не первая так говоришь. Но вернёмся к твоему мужу. Угрозы того, что он сможет шагнуть через тень, быть не должно. Однако Слияние дало… неожиданные побочные эффекты. Если бы он пересёк Завесу?.. Пусть звёзды нам помогут. Мы могли получить вас обоих и Серафену там, где вам троим не место.

Дыхание споткнулось.

– Я знала, что почувствовала её.

– Серафена ощутила зов, как и ты, – сказал он. – Она пыталась перейти через Завесу, но Холланд сумел её остановить.

Я прикусила нижнюю губу – и тут же пожалела об этом, царапнув клыком.

– Ты сказал, Кастила удержали. Как?

– Одна из Судеб сейчас составляет ему компанию, пока ты не вернёшься, – объяснил он.

Я посмотрела на золотой завиток на своей руке. Он ярко переливался в солнечных лучах, напоминая, что он жив. Но это вовсе не означало, что Кас рад компании. Я вновь подняла взгляд на спину Лириана.

– Если ему хотя бы чем-то причинили вред, я уничтожу любого, кто имел к этому хоть малейшее отношение.

– Даже если этим поставишь под угрозу весь мир?

– Ты ведь знаешь ответ.

– Просвети.

Я раздула ноздри.

– Да.

– Лжёшь.

– Чёрт, – выдохнула я на голос за спиной. Резко обернувшись, увидела того самого незнакомца. Холланда. – Почему вы все так делаете?

– Что именно? – уточнил Холланд.

– Появляетесь из воздуха!

– Потому что можем, – ответил за него Лириан.

– О боги, – проворчала я, сжав переносицу пальцами. – Невероятно, что я говорю это вам, но раз вы можете что-то сделать, это ещё не значит, что должны.

– И мне не верится, что ты это сказала, – заметил Лириан тоном сухим, как восточные Пустоши.

– Прости, что напугал. Я бы не явился так, но спешил, – вихри в глазах Холланда скользнули к Древнему за моей спиной. – Пришёл бы раньше, – узоры на его челюсти будто пульсировали, – но меня задержали.

Лириан фыркнул и повернулся.

– Я не знал, что ты встретишь мою гостью, – скрестил руки Холланд на светло-сером тунике. – В этом не было необходимости.

– И не было причин не делать этого.

Подбородок Холланда опустился, он уставился на спину другого Древнего.

– Не согласен.

– Да? – отозвался Лириан.

Они что, всерьёз собирались спорить? Холланд явно был недоволен тем, что Лириан здесь, – странно. Но мне сейчас было плевать на их разборки и на то, кто они такие. Я щёлкнула пальцами, перебивая Холланда в тот момент, когда он раскрыл рот:

– Эй?

Цвета в его глазах замедлились, встретившись с моими. Пожалуй, щёлкать пальцами не стоило. Они, вообще-то, Судьбы – настоящие Древние. И у меня к Холланду накопилось несколько претензий размером с дракенов.

– Ты просто врываешься и обвиняешь меня во лжи, будто знаешь меня.

– Ты солгала не полностью. Скорее полуправда, – уточнил он. – И напомнить ли тебе обещание, которое ты взяла с волчьих? – перебил Холланд. – Уложить тебя в землю, если ты потеряешь контроль?

Воздух вышибло из лёгких. Напоминания мне не требовались. Как и напоминание о том, насколько многим они осведомлены.

– Ты уже могла бы обратить смертный мир в пепел, послав дракенов жечь каждый город по пути к нему, чтобы освободить его, – продолжил через миг Холланд. – Этого ты хотела, но так не поступила. Не потому, что недостаточно боялась за него или недостаточно любила. Ты не стала стирать города с лица земли, потому что знала: это обернётся гибелью бесчисленных невинных.

Я захлопнула рот.

Сущность ярче вспыхнула в его глазах.

– Виктер был прав.

– В чём?

Холланд едва заметно улыбнулся, и тёмно-коричневая кожа у глаз пошла мелкими складками.

– Он как-то сказал мне, что ты не так безрассудна, как она.

Я дёрнулась, отступив на шаг.

– Серафена, – тихо пояснил он.

Я коротко выдохнула. Я-то подумала, он о… той другой.

– Ага.

– У неё… реакция на гнев мгновенная. Спусковой крючок, – сказал Холланд. – Она бы сожгла весь мир. А ты – нет. И это хорошо. Ты никогда не узнаешь ужасов опустошения, которое приносит сдача ярости.

Я вспомнила лорда Мазина и стражников на Оук-Эмблер-Райз – и то, как с каждым днём я чувствовала себя всё меньше смертной.

– Не уверена.

– Не в том масштабе, который ей слишком хорошо знаком, – тихо сказал он, и я вскинула на него взгляд. – А Кастил? Он прошёл бы сквозь миры ради тебя огнём.

В памяти вспыхнула теневая сущность с аламыми прожилками, проступившая в плоти Кастила, и я застыла.

– И сделал бы это без тени сожаления, – добавил Лириан. – Вот почему Виктер ошибался. Беспокоит других Судеб не твоё присутствие здесь. Твой муж.

ГЛАВА 15

ПОППИ

Губы сжались в тонкую линию, когда холодное жжение медленно поползло по венам. Я шагнула так, чтобы держать обоих Древних в поле зрения.

– Вы оба ошибаетесь.

– Мы нет, и ты это знаешь, – возразил Лириан. – Речь не о самом поступке, а о последствиях. Ты любишь его и потому веришь, что он бы пожалел о содеянном, – а значит, предотвратил бы это.

– Я верю, потому что знаю его, – прошипела я, чувствуя, как поднимается злость. Мне даже почудилось лёгкое дрожание эфиры. – Вы правы насчёт того, что я бы сделала, но при этом ошибаетесь. Я сделаю всё, чтобы не допустить гибели невинных, но это не значит, что не рискну всем, если другого выхода не будет.

– Выход есть всегда, – спокойно сказал Холланд.

Терпение почти лопнуло.

– Вы оба совершенно не правы насчёт Кастила. Он не чудовище, которому плевать на других.

– Я этого и не говорил. Забота о других и чувство вины – вовсе не взаимоисключающие понятия, – возразил Холланд. – Мы не хотели тебя оскорбить.

Я метнула взгляд на второго Древнего. Он повернулся к нам.

– Звучит совсем не так.

– То же самое я сказал бы и о Серафене. Она для меня как дочь, как и ты для Виктера, – попытался заверить Холланд. Как и у Лириана, ничего у него не вышло. – Ты злишься не только из-за моих слов о Кастиле.

– Я не злюсь. Я в ярости. Мы могли помочь тем людям. Спасти сотни, если не больше. Но вы остановили меня, когда я шла туда именно для этого.

– Не ради помощи ты была туда притянута, – возразил Лириан.

– Тогда ради чего?

Холланд повернулся и направился к креслам, где я недавно сидела с Виктером.

– Лириан предлагал тебе что-нибудь выпить?

– Никаких… – я запнулась, заметив поднос с чёрным кувшином и изящными бокалами.

– Выпить? – Холланд поднял кувшин.

Пить то, что появилось из ниоткуда, мне не хотелось.

– Нет, спасибо.

– И не спросишь меня? – уточнил Лириан.

– Нет.

Лириан нахмурился.

– Это невежливо.

– Да? – тихо отозвался Холланд. Я вскинула бровь. Перевернув бокал, Холланд налил в него жидкость между розовым и фиолетовым и поставил кувшин на место. – Можно звать тебя Поппи? Называть Пенеллафой… как-то неловко.

Я моргнула.

– Почему неловко?

– Его жена, – произнёс Лириан таким тоном, будто сам считал эту историю глупой. – У неё то же имя.

– Твоя жена… – глаза у меня расширились. – Твоя жена…

– Моя тёзка? – уголок его губ приподнялся, и улыбка смягчила вечные черты. – Да.

Я уже собиралась спросить, могу ли увидеть её… стоп. Судьбы женятся? Слишком уж по-домашнему для всеведущих существ.

– Тебя притянуло за Завесу из-за Пробуждения, – продолжил Холланд, не давая мне переварить мысль о том, что он женат на богине.

Пальцы сжались в кулаки.

– Из-за Пробуждения? А я-то думала, меня просто притащили туда, чтобы надрать мне зад, пока вы… Ох, верно. Я понятия не имею, чем вы занимались, пока меня душили.

Он опустил бокал.

– Меня лишили сознания.

Я фыркнула.

– Знаю, кто вы на самом деле. Мне теперь поверить, что Древнего можно вырубить?

– Я не неуязвим. Как и ты.

– Да ну, – отрезала я.

Холланд смотрел внимательно, уголки губ чуть дрогнули.

– Я хотел вывести тебя оттуда до пробуждения Древнего, потому что боялся: он отреагирует на тебя именно так.

– То есть проснётся и начнёт атаковать без причины?

– Пойми, – сказал Холланд. – Он никогда не ощущал подобного: женщины, несущей в себе суть и жизни, и смерти. Он воспринял бы тебя как угрозу.

– Потому что я женщина с силой? – я сузила глаза. – Это ты сейчас сказал?

– Именно так это звучит, – вставил Лириан.

– Нет, я… – Холланд нахмурился и всё же признал: – Да, именно это я и сказал, – бросив на другого Древнего острый взгляд. – Если только Лириан не добавит что-то полезное.

Тот промолчал.

– Ты видела Великое Созидание в стазисе, верно? – продолжил Холланд. – Наверняка кое-что заметила.

– Многое заметила, – ответила я, но уже поняла, к чему он клонит. – Все они были мужчинами.

– Мы развились в мужской форме, – пояснил Лириан. – И даже мы не знаем почему.

– Похоже на чушь, – пробормотала я, и Лириан нахмурился ещё сильнее.

– Существо вроде тебя для него внове. Инстинкт велел бы ему подчинить такую силу, – сказал Холланд и вдруг нахмурился. – Мы до конца не понимаем, что там произошло, отчего они зарылись в землю или так среагировали, когда другой пробудился.

Лириан сдвинул брови.

– Что ты имеешь в виду?

Я уже почти спросила, не подводит ли его вадентия.

– Когда второй поднялся из-под земли, первый напал.

Лириан нахмурился ещё сильнее.

– Это… ненормально.

– И тревожно, – добавил Холланд.

– Но сейчас это не наша проблема, – вдруг весело отозвался Лириан, чем меня даже напугал. – Так вот…

– Стой, – перебила я. – Как вы можете не знать, что произошло в том мире? Вы же…

– Мы знаем, кто мы, – прервал Холланд. – Примальная Завеса крепка, Поппи. Это не значит, что мы не можем заглянуть за неё или пробить её. Но это риск. Они могут почувствовать нас, даже глубоко под землёй, а ты видела, что бывает, когда они пробуждаются.

Я видела.

И забыть не могла.

Подойдя к окну, я обошла Лириана стороной.

– Значит, ни один из Первозданных никогда не пересекал туда? Если так, то как там появились смертные?

– Древние нашли способ, – ответил Лириан, не утруждаясь подробностями. Конечно. – Но смертные там не такие, как здесь. Большинство не несут ни крупицы эфиры.

Я остановилась у окна, бросив на него взгляд. Он не сказал, что ни один из Первозданных не переходил Завесу. Повернувшись обратно к окну, я увидела за стеклом вершины позолоченных крыш, пронзающих плотные облака. Он сказал – большинство.

По шее пробежало лёгкое покалывание.

– Истинный Первозданный Жизни и истинный Первозданный Смерти, – прошептала я, прищурившись. – Они могут пройти через Завесу.

– Им не положено, – ответил Холланд, и я ощутила его взгляд. Но они это делали – прозвучало невысказанным эхом.

– Вы знаете, что снилось тем десяти? – спросил Лириан. – Знаешь ведь?

Глава 15

ПОППИ

Мои губы сжались в тонкую линию, пока по венам медленно расползалась ледяная жгучесть. Я переместилась так, чтобы держать обоих Древних в поле зрения.

– Вы ошибаетесь. Оба.

– Мы – нет, и ты это знаешь, – возразил Лириан. – Мы не согласны не с поступком, а с последствиями. Потому что ты любишь его, ты веришь, что он бы раскаялся – и потому не допустил бы такого.

– Я верю, потому что знаю его, – прошипела я, и злость бухнула в виски. Мне даже почудилось лёгкое шевеление эфиры. – Вы правы насчёт того, что бы сделала я, но всё равно неправы. Я сделала бы всё, чтобы предотвратить гибель людей, но это не значит, что я не рискнула бы всем, если бы другого пути не было.

– Путь есть всегда, – просто сказал Холланд.

Я была в шаге от того, чтобы потерять терпение.

– Вы оба до черта неправы насчёт Кастила. Он не чудовище, которому плевать на других.

– Я этого и не говорил. Забота о других и раскаяние – вовсе не взаимоисключающие вещи, как некоторые полагают, – ответил Холланд. – Мы не хотели тебя оскорбить.

Я посмотрела на второго Судьбу. Он повернулся к нам лицом.

– Звучит именно как оскорбление.

– То же самое я сказал бы и о Серафене. Она для меня как дочь – как и ты для Виктера, – проговорил Холланд, будто желая успокоить. Как и у Лириана, вышло у него так себе. – Ты злишься. И не только из-за моих слов о Кастиле.

– Я не злюсь. Я в ярости. Мы могли хоть чем-то помочь этим людям. Спасти сотни – если не больше. Но вы остановили меня, когда меня тянуло туда, чтобы именно это и сделать.

– Тянуло тебя туда не ради помощи, – возразил Лириан.

– А ради чего?

Холланд развернулся и прошёл к креслам, где я ненадолго сидела с Виктером.

– Лириан предлагал тебе что-нибудь выпить?

– Никаких… – Я осеклась, увидев поднос с чёрным кувшином и тонкими бокалами.

– Выпить? – Холланд поднял кувшин.

Пить то, что возникло из воздуха, желания не было.

– Нет, спасибо.

– И меня не спросишь? – подал голос Лириан.

– Нет.

Лириан нахмурился.

– Невежливо.

– Да? – протянул Холланд. Я вскинула бровь. Он перевернул бокал и налил жидкость цвета между розовым и фиолетовым, поставил кувшин. – Можно звать тебя Поппи? Называть Пенеллафой… неловко.

Я моргнула.

– Почему неловко?

– Его жена, – произнёс Лириан тоном, будто ему самому казалось это глупым. – У неё то же имя.

– Твоя жена… – у меня расширились глаза. – Твоя жена…

– Моя тёзка? – один уголок губ Холланда приподнялся, и улыбка согрела его безвременное лицо. – Да.

Я уже хотела спросить, можно ли её увидеть… стоп. Судьбы женятся? Слишком уж по-домашнему для всеведущих существ.

– Тебя притянуло за Завесу из-за Пробуждения, – продолжил Холланд, не давая мне зациклиться на его браке с богиней.

Пальцы сжались в кулаки.

– Из-за Пробуждения? А я-то думала, меня просто притянули туда, чтобы надрать мне зад, пока вы… Ох, точно. Я же без понятия, чем вы занимались, пока меня душили.

Он опустил бокал.

– Меня вырубили.

Я фыркнула.

– Я знаю, кто вы такие на самом деле. И теперь мне поверить, что Древнего можно вырубить?

– Я не неуязвим. Как и ты.

– Да ну, – отрезала я.

Холланд всмотрелся, уголки губ чуть дрогнули.

– Я предпочёл бы вывести тебя оттуда до пробуждения Древнего, потому что опасался: он отреагирует на тебя именно так.

– То есть проснётся и ни с того ни с сего начнёт атаковать?

– Пойми, – сказал Холланд. – Он никогда не чувствовал ничего подобного: женщины, несущей в себе сущность и жизни, и смерти. Он воспринял бы тебя как угрозу.

– Потому что я женщина с силой? – прищурилась я. – Это ты сейчас сказал?

– Именно так это звучит, – вставил Лириан.

– Нет, я… – Холланд нахмурился и всё же признал: – Да, именно это. – И метнул в сторону другого Древнего колкий взгляд. – Если только Лириан не добавит чего-нибудь полезного.

Тот промолчал.

– Ты видела Великое Созидание в стазисе, верно? – продолжил Холланд. – Наверняка кое-что заметила.

– Многое, – ответила я, но уже понимала, к чему он ведёт. – Они все были мужчинами.

– Мы развились в мужской форме, – пояснил Лириан. – И даже мы не знаем почему.

– Похоже на чушь, – пробормотала я, и Лириан нахмурился ещё сильнее.

– Существо вроде тебя для него невиданно. Инстинкт велел бы ему подчинить такую силу, – сказал Холланд и вдруг помрачнел. – Мы не до конца понимаем, что там произошло, отчего они зарылись в землю или так среагировали, когда другой проснулся.

Лириан сдвинул брови.

– Что ты имеешь в виду?

Я уже почти спросила, не подводит ли его вадентия.

– Когда второй выбрался из-под земли, первый напал.

Лириан нахмурился ещё сильнее.

– Это… ненормально.

– И тревожно, – добавил Холланд.

– Но сейчас это не наша проблема, – внезапно весело отозвался Лириан, отчего я даже вздрогнула. – Так вот…

– Постой, – перебила я. – Как вы можете не знать, что произошло в том мире? Вы же…

– Мы знаем, кто мы, – оборвал Холланд. – Примальная Завеса крепка, Поппи. Это не значит, что мы не можем заглянуть за неё или пронзить её. Но это риск. Они могут почувствовать нас, даже глубоко под землёй, а ты видела, что бывает, когда они просыпаются.

Я видела.

И забыть этого не могла.

Подойдя к окну, я обошла Лириана по дуге.

– Значит, ни один Первозданный никогда туда не переходил? Если так, то как там появились смертные?

– Древние нашли способ, – ответил Лириан, конечно же, без подробностей. – Но смертные там не такие, как здесь. Большинство не несут в себе ни крупицы эфиры.

Я остановилась у окна и покосилась на него. Он не сказал, что ни один из Первозданных не пересекал Завесу. Я снова посмотрела в окно: за стеклом пики позолоченных крыш пронзали густые облака. Он сказал – большинство.

По шее пробежало лёгкое покалывание.

– Истинный Первозданный Жизни и истинный Первозданный Смерти, – прошептала я, прищурившись. – Они могут пересекать Завесу.

– Им не положено, – ответил Холланд, и я почти физически ощутила его взгляд. Но они это делали – осталось несказанным.

– Вы знаете, что снилось тем десятерым? – спросил Лириан. – Знаешь ведь?

Я обернулась, уловив, как лоб Холланда слегка сморщился, когда он посмотрел на Лириана.

– Я… – по коже побежали мурашки. – Сны Древних – это пророчество. Пророчество Пенеллафы.

– Любое видение когда-то было сном, – сказал Холланд.

Я посмотрела то на одного, то на другого.

– Вы были в числе той десятки?

– Лириан – был, – ответил Холланд, глядя на меня поверх края бокала. – Я – нет.

Тонкая игла беспокойства скользнула по позвоночнику, но я заставила себя сохранить нейтральное выражение.

– У меня сложилось впечатление, что большинство Древних хотели… очистить смертный мир. А ты с какой стороны был?

– Я думал как большинство.

Холод просочился в кожу.

– Не должна удивляться. Сегодня тебе совсем не трудно было позволить людям умереть.

Лириан повернулся ко мне:

– У него не—

– Только не говори «у него не было выбора». Я понимаю, вы видите… нити судьбы или как там это называется, – сказала я, – но ведь это не значит, что выбора нет, правда?

На челюсти Лириана дёрнулась мышца.

– Не значит, – согласился Холланд. – Я выбрал не спасать их, потому что знал: это ничего не изменит. Как я и сказал, это лишь отсрочит неизбежное. Никто из живущих в том городе не выжил бы.

– Что ты и увидел в стазисе, – заметил Лириан. – Если вдруг забыл.

– Не забыл.

Я подумала о юной женщине, которая беспокоилась обо мне.