290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Пророчество без букв (СИ) » Текст книги (страница 54)
Пророчество без букв (СИ)
  • Текст добавлен: 10 декабря 2019, 01:00

Текст книги "Пророчество без букв (СИ)"


Автор книги: Sayar






сообщить о нарушении

Текущая страница: 54 (всего у книги 66 страниц)

И они спаслись. Сидя в комнате в таверне Сектар восстанавливал силы, пытался хоть каким-то чудом связаться с тем морским. Смог ли он спасти лунную? Он не говорил Валанди, что есть шансы на её спасение, ведь морской мог просто не успеть или не найти её. Но он чувствовал боль брата через солнечную. Туманный знал, как лунная была дорога Гину, но не знал, что настолько. Как же больно, что он не мог поговорить с ним, но не через кольцо… Нет. Это кольцо принадлежало Валанди. А с ней говорить он пока не мог… Не успевали силы появиться, как он тратил их на поиски морского, на успокоение матери и на думы о том, что делать дальше. Он затормозил магов, но надолго ли?

Он делал, что мог – и магических шпионов посылал, и вредителей, созданных той же магией. Кажется, срабатывало, и силы чародеев были направлены на то, чтобы усмирить хаос, что создавал в замке Сектар. Но это уже стало пагубно на него действовать. Пора уходить, ведь маги продолжали искать вредителя. Кажется, они его даже нашли и, судя по исходящей с гор силе, они шли за ним. Искали…

Как раз, когда он уходил из города, он решил связаться с Валанди. Хоть она его и разозлила своей беспечностью, но ещё и повеселила. Что ж, даже ради звёздного… Ради брата, ради этой головной боли в облике солнечной эльфийки, ради лунной, на благополучие которой туманный наделся от всего сердца, ради брата… Ради пророческих эльфов Сектар мог отдать свою жизнь.

========== 36. Мифическое чудовище ==========

Покинув земли лунных, эльфы направились на Драконий камень. Закнеыл не произнес ни слова за все время пути. Он продолжал купаться в своих страданиях, на него было жалко смотреть: лицо осунулось, глаза впали, при ходьбе он шатался, будто упадет, стоит подуть ветру сильнее. Ничего не ел, пока Валанди силой его не заставляла – буквально впихивала ему в рот еду и воду.

Гинтар тоже не стремился к общению. Целыми днями он ходил смурной и слабо реагировал на любые попытки Валанди растормошить его. Забросив эту затею, она просто шла с ним рядом, молча держала за руку во время привалов, в общем, поддерживала по мере сил.

Но солнечная чувствовала тягучее одиночество, хоть и находилась в компании. Мужчины закрылись в своем горе, напрочь забыв о тех, кто жив и рядом. Ей тоже было плохо и грустно, но Кае они больше не могли помочь, тогда как самим им нужно было выжить. Валанди даже хотела оставить затею искать клинки, потому что в таком состоянии Гинтар и Закнеыл не способны не то что адекватно воспринимать опасность, но и защитить себя. Единственной идеей было отвести Гинтара к семье, а Зака в Сильверсан, поэтому она снова пыталась связаться с Сектаром, но не только – ей просто хотелось поговорить с кем-нибудь.

«Сектар, ты там?» – осторожно спросила Валанди, помня, как он отчитал ее в прошлый раз за то, что она слишком часто к нему обращалась. Это был первый раз за весь путь, однако она все чаще думала о нем, хотела спросить совета, чувствуя, как Гин отдаляется от нее.

«Да, солнечная? – мгновенно ответил он. – Мне так нравятся твои вопросы: “Ты там?”. А ты сама-то хоть знаешь, где я?» – и хоть голос явно выходил из насмешливой улыбки, он был уставшим. Даже каким-то… грустным.

«И где? – обрадовалась она его ответу. – Сидишь, небось, попиваешь вино где-нибудь в саду, а симпатичная служанка подносит тебе фрукты. Я бы хотела сейчас быть именно в таком месте, – грустно усмехнулась Валанди. – Нет, правда, где ты? Расскажи».

«Дай угадаю. Ты хочешь быть именно вместо той самой служанки, не так ли? Хочешь подносить мне фрукты и наслаждаться, когда моя рука будет бить тебя по попе, – и так вышло, что пока Валанди взбиралась по крутому выступу, что-то действительно по ней шлёпнуло, да так лихо. – Ты же сама сказала, где я. Так почему хочешь услышать от меня подтверждение?»

«Хочу услышать, что хоть кто-то в порядке, живёт, не горюет, в далеке от опасности. Возможно, даже попросила бы показать тебя это, чтобы на несколько мгновений оказаться подальше… отсюда, – хоть и сказала так, но тяготила ее вовсе не местность, а атмосфера безысходности вокруг спутников. Но шлепок не оставила без комментария: – Не делай так, а то я упаду. Мы тут, вообще-то, в гору лезем».

«У меня сейчас слишком мало сил, солнечная. Я покажу тебе, но позже. Потом, – если попытаться представить Сектара, то в голову почему-то приходило, как он, сидя у камина, на этих словах устало прикрывает глаза, но чему-то улыбается. Редко его голос был добрым. Но сейчас был именно таким. – В гору? Покажи лучше ты, где вы, – пока Валанди оглядывалась и рисовала пейзажи в своём воображении, туманный только усмехнулся. – Вот неймётся тебе, женщина. Одна со скалы сорвалась, так теперь ты хочешь вслед за ней?»

«У меня там дело вселенской важности! – слегка возмутилась солнечная, активно переставляя ноги по склону. – После того, как я нашла один клинок почти десять лет назад, это первая зацепка, где остальные. Если повезёт, там будет ещё один или даже два, – и говорила она о них так воодушевленно. Рассказала бы подробнее, да отвлеклась на особенно крутой подъём. – Только когда найду все, смогу умереть счастливой. Ни днём раньше!»

«Да, я видел это желание в твоей голове. Вот ведь, как я предполагал, уникальный кадр, – новая усмешка. По шее Валанди пробежал какой-то ветерок, но чем выше они поднимались, тем ветреннее становилось. Вот и думай, Сектар играется или ветер гуляет? – Знаешь, я всё больше хочу тебя».

«Вот совсем не до твоих шуток, – не восприняла всерьез его заявление солнечная. – Даже не смей у меня просить это в качестве оплаты долга, – она осеклась, сообразив, что только что подала ему идею. А ведь от него и правда можно такого ожидать! Попыталась перевести на другую тему: – Может, золото? Или камни? А вдруг я найду какой-нибудь артефакт? Что бы ты хотел получить?»

«Тебя, – был мгновенный ответ. Эльф не повёлся на жалкую попытку солнечной. – А ведь ты права, я в праве попросить это в качестве долга. Что мне может помешать сделать это?»

«Э-э… воспитание? Совесть? – это была слабая попытка воззвать к его хорошему внутреннему «я», но разговор даже позабавил Валанди, и она улыбнулась. – Меня ты не получишь, но я правда хотела бы тебя как-то отблагодарить. Что тебе нравится?»

«Мне нравится… – этот нахал тратил свои силы на то, чтобы нарисовать в её голове не милый и спокойный пейзаж, а пошлость! Валанди не по своей воле стала представлять, как она вновь сидит верхом на Сектаре и, делая волнообразные движения телом, гладит себя, а сам туманный со страстью, с граничащим с безумием желанием, смотрит на неё, – когда женщина не стесняется своего тела. – Следующий кадр, где Сектар принимает ласки от её язычка и губ, а потом она принимает такие же, беспокойно ворочаясь на шелковых простынях от удовольствия. – Мне нравится… когда женщина не стесняется дарить радость своему мужчине и не стесняется получать в ответ».

«Ты можешь думать о чем-нибудь другом? – Валанди закатила глаза. Ей пришлось резко остановиться, чтобы случайно не сорваться, пока Сектар пихал ей в голову эти неприличности. Она резко обернулась, не заметил ли кто ее остановку? Но, похоже, никто из мужчин даже не обратил внимания. Интересно, если она сорвётся, им будет дело до этого? Расстроившись, она снова вернулась к разговору с Сектаром. Он хотя бы уделяет ей свое время. – Я же просила не делать так. Что, если упаду? Я вернусь духом и заставлю тебя прийти сюда и собирать мои ошмётки. Так и знай, не видать тебе покоя, если станешь причиной моей смерти».

«Если ты отвлекаешься, моя дорогая, значит, это тебя задевает, трогает. Ты только укрепляешь мою уверенность».

Картины прошли довольно быстро, а голос Сектара в миг стал серьёзным:

«Запомни мои слова, женщина. Я сделаю тебя своей. И желать ты меня будешь по своей собственной воле. Пусть через пять, десять, сотню лет, но своего я добьюсь».

Валанди снова остановилась, теперь от удивления. Сумасшедший, что такое он говорит?

«Если это такая шутка, то лучше прекращай. Не смешно уже».

Она возобновила ход, но больше не говорила, хотя Сектар наверняка мог услышать все её возмущения по этому поводу. И больше всего бесил его серьёзный тон, ведь она понимала, что не шутил. Но он прекрасно знает, что она чувствует к Гинтару, и не оставит его, как бы тяжело ни было, какие бы трудности их ни ждали.

– Валанди, подожди, – спустя несколько минут затормозил её Гин. – Что там с картой? Дальше опасно идти, да и Закнеылу нужен отдых, – он-то вообще отказывался добровольно пополнять силы. А выше был крутой подъём, за которым пряталось небо, но что там на скале? Стоило ли ради возможного простого выступа рисковать идти по столь крутому склону? – Мы хоть верно идём?

– Давайте найдем место, где мы сможем отдохнуть, – согласилась солнечная. – Вон тот выступ подойдёт.

Они устроились на указанной части склона, где было более или менее ровно. Валанди развернула карту и сверилась с местностью, но была какая-то рассеянная после разговора с Сектаром. Хотела поднять себе настроение беседой с ним, а в итоге… Ну, хоть отвлеклась. Сосредоточившись наконец на цели, она подняла глаза на спутников. Выглядели они жалко: убитые горем, с отсутствующим взглядом. Надоело!

– Хватит уже, – тихо начала солнечная, постепенно срываясь на крик. – Если вы не возьмёте себя в руки, то оставайтесь здесь. Вы в ужасном состоянии, а, как ты и сказал, там может быть опасно. Я не хочу помереть из-за вас! Или вы ищете смерти там? – и на этом вопросе она повернулась к Заку, однако, тот и бровью не повел.

– Валанди, – глухо привлёк к себе внимание Гинтар. – Вот скажи мне честно. Если я умру, ты сможешь спустя три дня вот так же воодушевлённо идти к своей цели?

Воспользовавшись её молчанием, Гинтар опустился подле неё на корточки и приобнял, слабенько целуя в голову. Он не хотел до неё доносить, что, несмотря на желание покинуть Махтаон, этот поход для него был вынужден. Туманный не готов, не имел желания двигаться в путь. Но ему пришлось – он любил, он боялся за свою милую Валанди. Но сказать ей это – в чём-то обвинить или заставить её чувствовать вину.

– Кая была мне не просто спутником, как тебе. Она была мне подругой, и я с уверенностью мог звать её сестрой перед своими родными. Так ответь мне, – требовательно добавил он, – я, как мне кажется, тоже не просто спутник по пророчеству для тебя. И при моей смерти ты смогла бы быть сейчас такой, какая сейчас?

– Да, потому что ты хотел бы, чтобы я жила дальше и радовалась жизни! – слишком резко сказала она. Понимала, что говорит глупость – не была бы такой. Она и сейчас тоже не в порядке, Кая и для нее была не просто спутником. И пусть они не особо ладили, но Валанди искренне к ней прониклась, радовалась за нее и переживала. Она вновь заговорила уже спокойнее и тише. – Мне тоже тяжело, но ещё тяжелее видеть вас такими. Ещё не поздно вернуться. Давайте уйдем, уплывем на Туманные острова или в Сильверсан. Не нужны мне эти клинки. Если мы все умрем из-за них, как я посмотрю Кае в глаза, что не уберегла вас?

Валанди отвернулась, и защитная корка, благодаря которой она держалась все это время, треснула – слезы горячим потоком полились из глаз. Она выкинула карту и прикрыла лицо руками, не желая, чтобы кто-то видел ее сейчас, но не могла больше быть сильной для них.

– Я обещал, и я выполню, ты ведь не успокоишься и всю жизнь будешь жалеть, что не попыталась.

Гинтар обнял эльфийку, утыкая её нос в свою грудь, опять же почему-то вспоминая лунную – та ненавидела показывать слезы. И Валанди тоже была из сильных личностей, для которых слезы – слабость. Ничего, милая Валанди, Гинтар не покажет твои слёзы миру и не посмотрит на них сам. Обнимает крепче, жмёт к сердцу, утыкается губами в голову. Сначала её слова больно ударили по сердцу – это на словах все говорят: «Живи после меня счастливо». И ведь это так, но… неприятно чувствовать, что тебя готовы забыть через пять дней. Но слезы Валанди были самыми искренними из всего, что слышал и видел Гинтар. И в них были все ответы.

– И не разбрасывайся столь дорогими вещами, – попытался усмехнуться Гинтар, направляя поток ветра, чтобы он вернул карту ему в руку.

Немного успокоившись, они все продолжили путь. Закнеыл даже немного отживел – сам поел. Хоть мыслями он был глубоко в себе, но Валанди слышал и, кажется, что-то переосмыслил.

Им всё-таки пришлось забираться по тому крутому склону, так как, если верить карте, именно там находился вход в пещеру, где должны были храниться «Когти Бальзура».

– Ладно, это большая пещера, – недоверчиво протянула Валанди. – По опыту знаю, чем больше вход, тем страшнее чудище внутри, а это – просто огромная дыра! Знаете, что? Я передумала.

Она попыталась свалить, но Зак схватил ее за руку и развернул обратно.

– Идём, – сухо сказал он и первым сделал шаг в пещеру.

– Смотрите, кто заговорил! – съязвила солнечная, но пошла следом, кивая Гинтару пойти с ними.

Внутри было холодно и темно, Гинтару пришлось снова освещать всем путь, но чем дальше они проходили, тем теплее становилось, а воздух делался более спертым.

– Там кто-то есть, – подал голос Зак. – Я чую его, но не могу распознать. Никогда не встречал подобного запаха.

Гинтар сделал свет меньше, хотя вообще думал «выключить» его. Он доверял глазам Зака, но предпочёл бы убегать от опасности без шансов споткнуться о какой-то камень. Туманный опять завёл солнечную за спину обоих эльфов, и пока они шли вперёд, Гинтар пытался осмотреться. Валанди права – существа предпочитают маленькие норы. Это какое же существо должно быть, чтобы эта «нора» для него была мелкой. Но поворачивать было поздно. Это что же, все вытерпеть: эти склоны, камни в ботинках, порванные об острые камни штаны – и всё ради «Я передумала»? Нет, тут он был солидарен со звёздным.

– Ты говорила, здесь есть гарпии, львы, такие же искатели… Какие ещё монстры? – тихо спросил Гинтар.

– Великан, но он живёт в ущелье, – шепнула в ответ Валанди. Она бы сама хотела узнать, что за монстр живёт здесь, запах которого неизвестен.

Но долго мучиться этим вопросом им не пришлось. Длинный туннель закончился, и их взору открылась ещё более просторная пещера, и горячий ветер обдал их, взметая волосы и полы плаща вверх. Закнеыл заткнул нос, учуяв смердящий запах смерти в этом потоке. Он был таким сильным, что Гинтар и Валанди тоже почувствовали его, а также они услышали чьё-то глубокое дыхание.

В слабом свете магического огонька блеснуло что-то в центре пещеры и как будто было накрыто чем-то большим.

– Прибавишь света? – еле слышно шепнула солнечная.

– А стоит? – но просьбу он выполнил. Это нечто тут же откликнулось на свет, который так нещадно резал глаза в этой кромешной тьме.

Но впереди был лишь камень… Большой камень, огромный, дышащий… Туманный протёр глаза – он так много пил, и просто бы не удивился, если бы алкоголь дал о себе знать, пусть спустя столько времени, но нет. Этот камень медленно поднимался и опускался, словно дышал.

А потом послышалось недовольное рычание.

– Уходим отсюда, – Гинтар, кажется, догадался, хоть и слабо верил в свою догадку, но лишь одно существо могло быть похоже на… это. И если его догадка верна… Что ж, с Каей все они встретятся раньше, чем того хотели. – Медленно и тихо… – Гинтар немедленно погасил свет и схватился руками за Закнеыла и Валанди, чтобы второй вывел их отсюда. Но существо готово было наказать того, кто осмелился потревожить его глубокий сон, что стало видно по тому, как у камня появились лапы, и сам он медленно повернулся.

– Ты видел эту гору сокровищ? – Валанди заупрямилась. Хоть она и говорила, что не нужны ей клинки, и она готова в любой момент развернуться и уйти, однако, стоило ей увидеть все это богатство, назад повернуть уже не могла. Гинтар упрямо тянул ее на выход, пока Зак показывал чистый путь, а позади них глыба полностью выпрямилась.

– Чую добычу, – прогремел странный голос так громко, что с потолка посыпалась мелкая крошка. – Еда сама ко мне пришла.

Чудище обдало горячим дыханием троицу, чуть не сбив их с ног. Закнеыл неожиданно остановился и обернулся, встретившись с пылающими глазами самой смерти. Он оттолкнул друзей обратно и сам прыгнул за ними, и вовремя – на то место, где только что должны были быть эльфы обрушился гигантский хвост, отрезая путь к спасению.

– Я ничего не вижу! – вскрикнул Гинтар, но, раз они замечены, какой смысл скрываться?

Вокруг троицы вспыхнуло три небольших пламени, и вот они стояли лицом к морде с царём всех монстров. Огромная чешуйчатая морда смотрела на них с таким голодом и с таким злорадством, что кровь в жилах стыла, и не от страха перед этим существом, а от самого факта, что они наткнулись на дракона.

Гинтар вновь бросил Валанди за свою спину – и вновь вовремя – огромная ящерица выпустила из окаменевших ноздрей пламя, и лишь чудом туманному удалось уклониться с солнечной в сторону, пока сам ящер сделал медленные, даже какие-то ленивые шаги к добыче. А куда ему торопиться? Они никогда не уйдут из его логова.

Из сухого воздуха туманный не мог выкачать воду для льдин, а ничего больше, чем пытаться пробить его чешую, он не знал, что сделать.

– Уходим, все! – что есть мочи закричал туманный, хватая солнечную под руку, развернулся, но перед ними был хвост. Либо эта тварь уберёт его, либо нужно как-то перепрыгивать… если только он не попытается вновь их им прибить.

– Никуда вы не пойдете, – растягивая слова, говорил дракон, и казалось, на его морде появилась улыбка.

Закнеыл выскочил из темноты и бросился с мечами на хвост дракона, но лезвия лишь звякнули о твердую чешую, не причинив никакого вреда. Зверюга недовольно фыркнула, испуская пар из ноздрей, и лениво шевельнула хвостом, толкая на себя эльфов. Звёздному удалось извернуться и не попасть под раздачу, сразу после этого он набросился на лапу, оказавшуюся в зоне досягаемости. Но в нем больше не было той силы, способной перерубить дерево, и мечи так же бесполезно ударились о чешуйки, на что дракон лишь махнул лапой, откидывая от себя назойливую мошку. Зак отлетел, ударился о стену и потерял сознание.

– Зак! – крикнула Валанди, вскакивая на четвереньки и готовая подползти, чтобы помочь звездному, но в куче под лапами дракона что-то сверкнуло в свете огня, привлекая ее внимание. – Это они, Гин.

Под длинными когтями лежали столь желанные клинки, все четыре, скреплённые вместе. Она подалась вперёд, чтобы лучше разглядеть их и убедиться, что это они. Так нагнулась, что из-за шиворота выпала подвеска с завязанным в узел дракончиком и повисла на цепочке.

– Куда? – рявкнул на неё туманный, схватив за шиворот и оттолкнув обратно к себе – вновь удар хвостом в то место, где была солнечная. Да он просто издевался, игрался, наслаждался тем ужасом, который был в глазах туманного. – Останься с Заком!

Сам достанет эти треклятые клинки. Достанет, а потом ими надаёт кое-кому по мягкой попе за алчность. Теперь это слово будет любимым, когда речь будет идти о Валанди. Вот сдались ей эти клинки? Звёздный сейчас больше всего на десерт похож, так нет! Её взгляд упал на эти клинки.

– Эй, глупая тупая ящерица! Я-то надеялся, эльфы всех вас вырубили в Великую войну! – заорал Гинтар, бросаясь в дракона всем, до чего мог дотянуться или ударить магией – камни, пыль, холодные или ледяные порывы ветра – но дракон был неуязвим к магии. Зато он обратил своё внимание на Гинтара, отказываясь жрать то, что так много болтает. – Что ты на меня так смотришь? Давай, рискни!

И пока он говорил, он старался отвести ящера ближе к себе и подальше как от пары, так и от клинков. И что-то ему подсказывало, что это будет последним, что он сделает в своей жизни. Но адреналин бурлил в нём, туманный чувствовал, что может перепрыгнуть всего этого дракона, если понадобится. Его внимание было поглощено именно древним существом, попытками от него отбиться – огонь, что был своего рода светильником, медленно тух, и лишь когда туманный переставал его видеть, он зажигал свет с новой силой. И когда это сделал в последний раз, пасть зверя щелкнула на опасном от него расстоянии, обдавая смердящим дыханием гнили и чего-то кислого, противного, что немедленно скрутило желудок, и Гинтар чудом удержал сегодняшний завтрак внутри себя.

«Давай, моя девочка, сейчас или никогда! Бери их, и как хочешь, но выводи отсюда и Закнеыла!» – мысленно взмолился Гинтар, а сам пуще прежнего стал дразнить дракона.

Недолго думая, Валанди кинулась к кинжалам, с которых сошел дракон в погоне за добычей. Она прицепила их себе на пояс, соединяя с тем, к которому был прикреплен ее кинжал, чтобы заработала их магия. Но из-за этого древко, раздобытое у лунных, выскочило из ремешка и упало. Солнечной пришлось нагнуться за ним, и в этот момент над ее головой пронесся драконий хвост. Почуяв дуновение ветра над собой, Валанди испуганно прижалась к куче сокровищ, но когда подняла голову, увидела в каком плачевном положении Гинтар.

Дракон выпрямился и втянул воздух ноздрями, готовясь выпустить пламя и поджарить туманного. У Гинтара не было ни шанса успеть убраться с пути огня. Глаза солнечной встретились с его, и он улыбнулся ей… прощаясь.

– Нет! – крик Валанди сотряс пещеру, а дракон… так и замер, не сделав выдох. Подвеска на шее солнечной сияла ярким светом, как и тогда у звездных.

В эту же секунду в пещере раздался рык, схожий с раскатом грома, а мимо Валанди пронёсся черный вихрь, который в этой пещере был словно тенью, скачущей по стенам от бликов огня. Гинтар только и успел ощутить, как здесь наэлектризовался воздух, а рядом с драконом образовалась мощнейшая магическая энергия, но не принадлежащая ни ему, ни дракону. Такая же энергия белоснежной горлицы спасла их в тех лабиринтах, но больше Гинтар не успел ничего подумать – что-то схватило его за руку, втыкая что-то острое в кожу, и вместе с ним побежало вперёд. Но до Валанди это нечто так и не добралось, лишь швырнуло тело туманного в руки Валанди, а потом вновь скрылось.

Гинтар не понял, не увидел… Но неважно! Он ушёл с линии огня замерзшего от чего-то дракона. Это был их шанс!

– Уходим! – он толкнул Валанди вперёд, а сам хотел было ринуться за Закнеылом, но что-то оттолкнуло к выходу и его. Валанди подхватила его за руку, страшась вновь пережить этот момент, что был пару секунд назад, и потащила его к выходу. Но он и не сопротивлялся. Нет, хотел броситься за Закнеылом, бросился бы, – но что-то подсказывало, что его вновь отбросят.

Валанди вместе с Гинтаром выскочила из пещеры, и они еле успели затормозить, чтобы не свалиться с уступа. Они обернулись, напряжённо вглядываясь в темноту прохода. Внутри раздался разгневанный рев дракона, и в тот же миг огонь стремительно вырвался из пещеры. Ничего не оставалось, кроме как прыгать. Бедные эльфы собирали все острые камни, торчащие из горы, которые болезненно царапали все, до чего доставали. Прокатившись вниз несколько десятков метров, Валанди затормозила у самого края уступа, на котором они устраивали привал. Ещё бы пара сантиметров, и она бы свалилась дальше. Гинтар приземлился рядом, так же чуть не упав. Солнечная подползла к нему, чтобы проверить, насколько он пострадал, абсолютно не обращая внимания на боль во всем теле.

– Живой, – выдохнула она, и посмотрела наверх, в надежде увидеть там Зака.

В состоянии аффекта Гинтар резко обнял Валанди, проверяя, жива ли она; судорожно осмотрел тело, но ожогов не было. Зато сам он – из руки торчала кость – его кость, но пока он не замечал её, не видел, для него перелома не было.

– Всё хорошо? – только шептал он. – Не поранилась? – удостоверившись, что ничего серьёзнее содранной кожи нет, Гинтар тоже посмотрел наверх, но с таким беспредельным ужасом – в таком пламени ничто не могло спастись. Он потихоньку начал чувствовать какую-то острую боль в руке, но не смотрел – всё внимание и вся надежда была направлена на место обитания дракона. Но было пусто. – Я за ним! – решительно сказал туманный, схватился за первый плотно торчащий камень и вскрикнул от боли. Лишь сейчас он заметил своё состояние. И стоило обратить внимание, как боль и даже какая-то дрожь в руке не просто появились – быстро усиливались.

– Никуда ты не пойдешь! – прикрикнула на него Валанди и навалилась всем телом, прижимая туманного к камням. – У меня всего два зелья, на больше денег тогда не хватило, пей их.

Выудила два пузырька, чудом не разбившихся при падении, из карманов. Ан, нет, одно всё-таки пострадало и потекло по руке солнечной прежде, чем она успела поднести его ко рту Гинтара. Выругавшись, она залила второе в него и стала ждать, когда подействует. Слезать не собиралась, а то не успеет оклематься, как тут же ринется на выручку Заку.

Уняв боль магией, Гинтар закричал, оседая на колени и сжимаясь, словно побитый ребёнок. Это было больно, адски больно! До искр в глазах, до потери сознания, но этого отдыха туманный позволить себе не мог – слишком опасно. Он держался из последний сил, ловя взглядом золотые волосы Валанди и концентрируясь на них. Гин разорвал себе кожу костью, отчего немедленно хлынула кровь, остриём кости рассёк мышцы, и, кажется, она даже встала не так, как надо, но магия начала действовать, и с каждой секундой боль становилась всё тише и тише, пока рука просто не заныла.

Отдышавшись, стараясь придти в себя, туманный попытался двигать рукой, но отголоски той боли были столь сильны, что ему казалось, будто рука до сих пор находится в переломе, но на вид она была уже как новенькая, и лишь кровь напоминала о ране. Зелье было сильным, видимо, одно из тех, что она взяла из Сильверсана – не пришлось вправлять кость сначала самому – магия сделала всё за него.

– С-спасибо, – прошептал туманный, вытирая пот со лба.

Валанди неопределенно махнула рукой и крепко обняла возлюбленного, утыкаясь носом ему в грудь. Слезы снова сами потекли по запачканным щекам – она правда думала, что он умрет.

– Пойдем за Заком, – задрав голову, решительно произнесла она куда-то в подбородок ему и, размазывая грязь по лицу, отпустила. – Дай только клинки переставлю, и мы порежем эту ящерицу на ремни, – она оперативно принялась менять местами кинжалы на поясе.

– Думаешь, он… жив?.. – обеспокоенно спросил Гинтар, задрав голову. И вновь этот звук – рычание, которое им всем было так знакомо. Конечно, все оборотни рычали одинаково, но почему-то Гинтар молился, чтобы это была она. – Подожди, – Гинтар положил ладонь на её руки, не отрывая глаз от верха.

Но было тихо, хотя туманному могло это только показаться – в ушах всё ещё звенело после произошедшего, да и голос дракона эхом отдавался в голове. Но… спустя несколько долгих мгновений, сверху на пару посыпались мелкие камушки, а потом выглянула голова… черной пантеры. Но… и таких оборотней было полно – даже Дакота была пантерой. Но она выглянула ещё больше, и пара заметила свисающую с плеча голову Закнеыла.

– Живой, и, кажется, не только он, – заулыбалась Валанди. – Спускайся.

На радостях она снова обняла Гинтара, да так сильно, что кости затрещали.

– Да быть не может, – но эти глаза он узнал. «Живая… Но как?..»

Оборотень же осторожно повернулась и попятилась, медленно переставляя лапы и иногда скользя по склону, цепляясь когтями. Где-то на полпути тело Закнеыла всё-таки свалилось, открывая путешественникам подпаленную спину лунной. Но Гинтар был готов и тут же подскочил, чтобы поймать звёздного и аккуратно уложить на землю. И всё это время он неотрывно следил за лунной. Нет, убедиться он сможет, только когда она обратится. И словно услышав его мысли, эльфийка стала обращаться, медленно, будто специально играя на нервах туманного. Но вот перед ними на коленках сидела улыбающаяся Кая, и Гинтар бросился к ней, заключая в крепкие объятия.

– Нет, этого не может быть. Лука сказал… Мы искали тебя!.. Как ты?..

Но Кая не отвечала. Просто даже не могла вздохнуть – настолько сильно её обнял друг, но как же она была рада этим объятиям. Через плечо только и могла что бросить счастливый взгляд на Валанди, сама искренне радуясь, что успела их нагнать, найти, что они все живы.

– Жива, жива, моя маленькая, – шептал Гинтар, время от времени обхватывая лицо лунной и отрываясь от неё, всматривался. Даже плевать, если это какой-то клон. Хоть бы так на неё налюбоваться до конца дней, хоть бы подольше удержать мысль, что это она. Но это и была она.

В это время Валанди подошла к звездному, который до сих пор был в отключке. Кажется, сильно его приложило о стену. Солнечная проверила его состояние – дышит, значит, все будет хорошо. Окинула взглядом лунную – тоже не сильно пострадала.

– Что опять произошло? Какой ещё магии сестрица напихала в эту подвеску? – бубнила она себе под нос, предоставляя возможность Гинтару побыть с Каей. Ему это нужно сейчас, Валанди не сомневалась, что перед ними настоящая подруга.

За время из разговора, кажется, глаза Гинтара заблестели от слёз, но то было только от радости. Он не уставал смотреть на Каю, обнимать, покрывать лицо братскими поцелуями, гладить по голове и вдыхать запах трав. Правда, сейчас она этим больше не пахла. Запах был какой-то солёный, словно запах моря, но смешанный с запахом грязи и пыли. Он неустанно спрашивал её, что же случилось, но просто не давал ей слова вставить, как тут же бросался обнимать вновь. Наверное, его ещё никто и никогда не видел таким счастливым.

– Мне так жаль, что вам пришлось пережить это, – старалась как-то вставить слово сквозь его лепет лунная. – Я так боялась вас не догнать… Как вы? Как Зак? Зак! – Кая резко повернула голову в сторону Валанди, но та только улыбнулась ей. Слава богам, успела. – Я помню только, что успела накрыть собой Зака. А нас прикрыл свет… Как тогда, у звёздных. И огонь не тронул нас, а дракон… То ли умер, то ли потерял сознание, – говоря это, Кая вырвалась из рук туманного и медленно подползла к звёздному, прикрывая себя руками.

– Он в порядке, просто без сознания. Ты сама цела? У Зака было зелье, сейчас найду, – Валанди принялась шарить по карманам звёздного. Правда, недолго ей позволили – глаза Закнеыла резко распахнулись, и он схватил «воровку» за руку, повалил и, забираясь сверху, приставил клинок к горлу.

– Прости, – увидев испуг в глазах солнечной, он сразу пришел в себя и отпустил. Зак сел рядом, спрятав меч, и потёр лицо ладонями. Краем глаза он заметил, что их стало больше, недоверчиво посмотрел на вновь прибывшего и… глазам своим не поверил! – Сильно головой ударился, уже мерещится, – сплюнул он и отвернулся от «иллюзии».

– Эй, она настоящая! – пнула его Валанди, заодно отыгрываясь за то, что напугал ее.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю