290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Пророчество без букв (СИ) » Текст книги (страница 30)
Пророчество без букв (СИ)
  • Текст добавлен: 10 декабря 2019, 01:00

Текст книги "Пророчество без букв (СИ)"


Автор книги: Sayar






сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 66 страниц)

– Мой милый, – раздался приятный женский голос. Эльфы подняли головы на него, и их взору предстала причина того, почему холл был таким синим. С лестницы вниз плыла богиня ветра. Никак её иначе назвать было нельзя – это была прекрасная стройная эльфийка с мягкими чертами лица, скромным опущенным, но счастливым взглядом, устремленным на сына. А глаза те были даже не голубого, а глубоко-синего, яркого цвета, который очень хорошо выделялся на фоне бледного лица и серебряных волос. Её тело облегали дорогие шелка, полупрозрачные в руках и в спине; позади неё тянулся лёгкий прозрачный шарф, сиреневого цвета.

– Прости, Валанди, – не могла удержаться от комментария Кая. – Но ты с ней и рядом не стояла.

Ох, она покажет этой занозе! Так и хотелось заплевать желчью лунную за это высказывание – на себя бы посмотрела! Валанди хотя бы не в рванье ходит. Только боги знают, скольких усилий стоило солнечной, чтобы сдержаться от ответной колкости. Да, медитация и ей бы сейчас не повредила. Она сделала глубокий вдох, затем медленный выдох. Прилепила на лицо улыбку и зафиксировала взгляд на уровне плечей женщины, как и учил ее Гин.

– Мама! – радостно воскликнул Гинтар, идя навстречу своей матери. Но он не обнял её, как полагается любящему сыну, а встал на одно колено и прикоснулся губами к её нежной бархатной ручке.

– Я так рада тебя видеть, родной мой, – и лишь после этих слов она обняла его первая. Она почувствовала на себе взгляды ещё трёх пар глаз, но… ничего удивительного – на них даже не взглянула. – Столько долгих лет. Как же ты изменился.

– А вы всё так же чудесны, матушка.

Они обнимались относительно долго. В этот момент из-за одной двери выглянула серебряная макушка молодого эльфа. Кая сразу догадалась, что это был тот самый Сектар – младший брат Гина. Он с ехидной улыбкой глянул на брата, но вот на пришедших посмотрел с таким пренебрежением. Это был очень красивый юноша, даже намного краше старшего брата. Несмотря на то, что он был младше его, Сектар был на полголовы выше Гинтара и имел красный рисунок на щеке. Чего именно? Разглядеть не удалось. Он не поздоровался, не дал понять, что увидел брата – просто скрылся, задержавшись взглядом на Валанди и Кае. До чего противный взгляд. Даже неясно, чем он был пропитан. Но точно ничем хорошим.

Заку очень не понравился его взгляд и эта ухмылка. Сделав пометку, присматривать за ним, он вернулся глазами к хозяйке дома. Да, звёздный оценил ее красоту, но… это не Кая, и даже не Валанди. Белая кожа туманной эльфийки не выдержала бы и дня под палящим солнцем в пути, а хрупкое тело сломалось бы от неосторожного прикосновения. Ног он ее не видел, но был уверен, что они никогда не сравнятся с сильными и соблазнительными ножками Каи. Подумав об этом, Зак бросил на лунную похотливый взгляд, но, к счастью, его никто не заметил.

Ну как никто? Лунная, например, пусть редко, но бросала на него взгляды. И сколько было там тоски – почти неделю не видеться нормально, после того, что они вместе прошли. Это было пыткой. Ни Гина как друга, ни Зака, как… А кто он всё-таки? Стоило об этом подумать и посмотреть на него, как лунная тут же опять спрятала глазах, утыкаясь взор в свои ноги. От такого взгляда аж в жар бросило. И о чём он только думает в этот момент?

– И кто из них та самая Кая? – спросила туманная, отпуская сына. Гинтар улыбнулся ещё шире и… В жар оборотня бросило дважды. Подойдя к друзьям, Гин указал на них рукой:

– Матушка, позволь представить: это Кая. Её зовут Валанди, а это Закнеыл. Ребята, это моя мать – Заринти.

– Звёздный, – фыркнула эльфийка, поднимая голову, дабы показаться выше двухметрового Зака, но… это не особо удалось. Вместо этого она решила просто игнорировать гостей.

Удивительно, но больше всех взбесило это фырканье именно Валанди. И если бы не рука Зака, которая схватила её под локоть, она бы высказала, какой из него звёздный. Всё-таки расизм она ненавидела куда больше, чем самих звездных – спасибо Силейз за это – а после их разговора Валанди решила не видеть больше в нем представителя его расы. К тому же, терроризировать Зака из-за его происхождения можно только ей! А он стерпел, да ещё и склонил голову перед… этой фифой! Одно радует – Зак так и не научился улыбаться и продемонстрировал свой оскал, от которого мурашки по коже. А может, он специально?

– Зак! – шикнул туманный. Увидив, как расширились глаза матери от ужаса, Гинтар посмотрел на друзей и увидел этот оскал. Они тут за тем, чтобы не бесить и не пугать свой шанс спокойно забрать письмена, что он творит?!

– Я с таким трудом уговаривала твоего отца принять в нашем доме дикарку. Ты хоть представляешь, в какой он был ярости после твоего письма? – между тем эльфийка постаралась сделать вид, что ничего не произошло.

– Мама, я же всё объяснил. Это для дела.

– Только потому Майнсет ещё не спустил на твоих гостей собак.

– Кстати, где он?

– Мы сегодня идём на званный ужин к старейшине. Как раз для твоего… «дела». Майнсет готовится к нему. Будем рано утром, но, думаю, супруг не откажет себе в «удовольствии» разделить несколько часов с твоими гостями.

Гинтар тяжело вздохнул, но промолчал, бросив вопросительный взгляд на спутников, мол, как вы?

Кая спрятала лицо за волосами и явно старалась отвлечься, дабы не наворотить дел. Ведь… к чёрту слова, брошенные Валанди пару минут назад! Валанди – святая, по сравнению с этой тварью в ангельском обличии! С каким презрением она говорила всё, что касалось спутников Гинтара! Она даже не смотрела на них, когда говорила. Если с ними себя так ведёт женщина, которые стояли тут ниже мужчин, Кая боялась даже представить, что из себя представляет глава семейства.

Валанди из последних сил сдерживалась, чтобы тоже не нажить проблем. Она даже покраснела от натуги, и казалось, что ещё чуть-чуть, и из ее глаз выстрелят раскаленные лучи и спалят весь этот остров к чертям.

А Закнеыл лишь невинно пожал плечами, мол, вообще не при делах, и это не он только что до смерти напугал мать семейства.

– Я слышу Гинтара? – откуда-то сверху раздался мужской, очень низкий и неприятный голос.

– Да, родной, – и хоть это было сказано с такой нежностью, вторая часть слов была пропитан ядом: – И с ним его знакомые.

Перед ними непонятно откуда материализовался мужчина. Красивый, но он и рядом не стоял с красотой его жены или старшего сына. Кая даже мысленно отметила, что сыновья взяли свою красоту именно от матери. Но вот взгляд… Такой взгляд был только у Сектара – наполненный надменностью и горделивостью, на уровне греха. Глава семейства имел высокий рост, даже выше Закнеыла, из-за чего Кае было намного проще скрывать свою враждебность к этим эльфам.

Глава семейства не показывал никаких эмоций, кроме высокомерия, присущего туманным. На троицу он бросил короткий взгляд, но в нём они могли прочитать всё, что он думал о них.

– Я ожидал чего-то большего, – фыркнул отец Гина при взгляде на эльфов. – Но ты не писал в письме, что это будут… – Майнсет подошёл к шеренге путешественников и, смотря на их макушки, стал медленно идти вдоль них, приговаривая: – мало что из себя представляющий звёздный… Пф, и это представитель самой опасной эльфийской расы? Я разочарован…

«А ты попробуй к нему ближе подойти, павлин набитый», – мысленно рыкнула Кая. Отчего-то с другого помещения послышался смешок Сектара.

«Так, ладно, забираю все свои слова назад, которыми успокаивал Валанди. “Мало что из себя представляю”? Да я последний чистокровный прямой потомок самого!.. Да я ему!.. Альбинос хренов, выпущу тебе кишки и добавлю цвета твоей надменной морде!» – Зак взорвался внутренним негодованием, и теперь Валанди приходилось его держать. Звёздный с трудом подавил желание снести белобрысую голову, но глаза, запылавшие алым, скрывать не стал.

Кая вновь бросила на него взгляд, дабы оценить состояние. М-да, даже его из себя вывести успели. В отличие от жены, Майнсент даже любоваться на это зрелище не стал – подошёл к Валанди и бросил на неё взгляд короче, чем на Закнеыла. Кая ревностно указала взглядом звёздному на руку солнечной, держащую его кисть.

– Какая вульгарность и в тоже время безвкусица. За одно даю аплодисменты – сочетать такие вещи просто невозможно, но вам, леди, удалось. Я ожидал от дивных эльфов лесов чего-то более… изысканного, – тем временем говорил мужчина.

– Отец, – этого Гинтар уже стерпеть не смог. – Что тебе не нравится? Валанди – одна из самых красивых представительниц…

– Твоя мать – одна из самых красивых представительниц, а это… – ох, как же неприятно он сказал «это» опуская глаза на солнечную. – если ты мне скажешь, что это лучше, чем моя жена и твоя мать, я приму это как оскорбление.

Гинтар замолчал. Он не мог сравнивать этих женщин, но и перечить отцу тоже не смел, дабы тот остался доволен. Хотя… он уже в принципе не доволен.

Валанди замерла, просто застыла, глупо уставившись перед собой невидящими глазами. Если бы не держалась за звёздного, точно упала бы. Всю ее злость как рукой сняло, оставив лишь шок. «Вульгарно»? «Безвкусица»? Она так долго выбирала этот костюм, теперь понятно, почему Гинтару она нравится больше без одежды – весь в папашу.

– Больно, – шикнул Зак, отрывая руку солнечной от себя. Он перехватил ее ладонь поудобнее, позволяя ей и дальше сжимать ее, и бросил извиняющийся взгляд на Каю – Валанди сейчас нужна поддержка, которую от Гина она получить не сможет.

А тем временем Майнсет подошёл к Кае, и Гинтар напрягся.

– А это та самая пресловутая Кая, твоя подруга?

– Да, отец.

– От дикарей я другого не ожидал, – фыркнул мужчина, брезгливо беря прядь волос девушки. Гинтар расширил глаза. «Милая, только держись. Умоляю, только терпи». Перед глазами всплыл момент, когда к ней вот так же приблизился пират в Ниварне.

«Раз, два. Черная вдова. Три, четыре, ты в паутине. Пять, шесть, хочу тебя съесть. Семь, восемь, добавки просим», – как мантру повторяла про себя страшилку Кая, дабы хоть как-то отвлечься, игнорировать, что до неё прикасается такой неприятный тип.

– Мешковатая одежда, неухоженный вид, – между тем проверял её на сдержанность Майнсет. Именно проверял, ведь возле неё он стоял особенно долго и нарочно растягивал слова. Наклонялся к ней всё ниже, заставляя прятать глаза. – И на это пугало ты променял Манари? – вот это оскорбление молча уже не могла снести. Мало того, что по больному ударил, так ещё… – Рычишь? А как нормальный эльф выражаться не можешь?

Скажет что-то – конец. Продолжит рычать – тот только продолжит насаживаться. Кая зажмурилась, но подавила в себе всю жажду убить этого ублюдка.

– Что ж… – наконец-то глава семейства отошёл от Каи и остальных к своей жене. – Она хоть умеет себя контролировать. Да и воспитанностью вы все отличились. Лучше, чем то, что я встречал в городах, – но не успел Гинтар с облегчением выдохнуть, как отец сверкнул взглядом в его сторону: – Уверен, эта вежливость – твоя работа. Столкнулись бы мы в городе, они бы сразу забыли, на чьих землях находятся.

– Скот… – Валанди не успела договорить – на ногу ей больно наступил Зак, заставляя подавиться этим словом.

– Тихо, мы почти выдержали это, – зашипел он ей в ухо.

– Гинтар, переодень этих бездомных к обеду. Убедись, чтобы солнечная была хоть немного симпатичнее, чем сейчас, а лунная не имела блох. Ужин будет в семь. Тогда и поговорим. Но недолго. Нам с Заринти ещё нужно посетить старейшину.

– Спасибо, отец, – наконец-то этот ужас закончен. Гинтар повернулся к товарищам и указал им рукой на лестницу. – Прошу, я покажу вам ваши комнаты, – как же ему не терпелось убраться подальше от родителей. Точнее убрать друзей от них. Он приобнял Валанди и Каю, и девушки почувствовали даже через одежду, насколько заледенели от волнения его руки. Да, он старался вести себя стойко, не показывать слишком ярко выраженных эмоций, но лично до Каи только сейчас дошло, каких трудов ему это стоило. Они гости – не могут ничего сказать. Но он – полноправный член семьи и такой же хозяин дома, обязан был проглатывать оскорбления в сторону его друзей.

– Я согласился усадить твоих друзей за наш семейный стол, – вдруг повысил голос Майнсет, да так неожиданно, что это было сродни с громом, – но я не выделял им гостевые комнаты.

– Отец, но не в таверне же им ночевать.

– Как раз именно там! Или, как хочешь, умещай эту ораву в своей комнате.

Гинтар одарил своего отца неприятным взглядом, но смолчал. Ладно. На троих там вполне будут места, а сам либо у брата заночует, либо в той же гостевой. Но в таверну их не отправит. Им просто будут врать, что нет мест.

Отец бросил испепеляющий взгляд на троицу и, предложив жене руку, поднялся с ней наверх. Наконец-то! Гинтар расслабленно расправил плечи и выдохнул.

– У нас есть время до ужина? – мертвым голосом спросила Валанди. Ей не хотелось ни минуты больше находиться под крышей этого дома. И ночевать здесь она не собиралась. Как только выдастся момент, сбежит в сад, найдет тихий угол и изобьет какой-нибудь чертов куст, чтобы выпустить пар. Как же остальные были с ней солидарны.

Зато Кая не стеснялась в выражениях. Она подскочила к Гину и, взяв его за ворот, потянула к себе:

– Это ты мне обещал?! Это что за чёрт сейчас был? Пугало? Да я…

– Вот! – из соседней двери, в которой прятался младший брат, вышел Сектар и театрально захлопал в ладоши. – Именно этого представления я и ждал!

– Не смешно, Сек.

– Нет, это было бы очень смешно! – младший смеялся, а Гинтар, пусть неискренне, но улыбнулся ему, и братья обнялись. – Что это за представление выдрессированных собачек было?

Так и не получив ответа на свой вопрос, Валанди просто развернулась, чтобы уйти. Она вдруг осознала ту пропасть, что разделяла ее и Гинтара. И она ещё на что-то надеялась? Даже смешно стало.

– Ты куда? – но Зак ее остановил. И обратился к Кае, пытаясь и ее успокоить: – Ты вовсе не пугало.

– А ты не лечи меня! – рявкнула лунная уже на звездного. Она была зла не только на этого павлина, но и на Зака. У Валанди теперь был Гин! Это его работа её успокаивать! А Зак с ней и за ручки держался, и сейчас не отпускает. Это Кая была на грани убийства!

– Нам нужно добро отца, – между тем рассказывал Гинтар брату. Он увидел Валанди, хотел её остановить, но просто не успел.

– Тогда этот идиот вас просто за нос провел, – засмеялся Сектар, говоря остальным. – Отцу все равно на вас, но за магию он сам готов унижаться.

– Что?!

– Не слушай его, Кая. Это не так.

– Зря ты, братишка, ох зря. Это мне приходится с ним жить, так что поверь, я его знаю уже лучше, чем ты.

Тихий смех прервал их всех. Он медленно нарастал, пока не стало понятно, что это смеялась Валанди.

– Получается, что этот индюк оплевал нас всех, а сам готов в ногах валяться, лишь бы мы закончили этот путь? – она подняла глаза на Гинтара, и в них он увидел долю безумия. Она скинула капюшон, гордо задирая голову, откинула полы плаща, демонстрируя свой «безвкусный» наряд. – Я вторая правительница Сильверсана, мне поклоняется любой мужчина, как только я захочу. Если хоть ещё одно оскорбление в сторону меня или моих друзей слетит с ваших грязных языков…

– С ума сошла, балбесина? – Зак отвесил солнечной хорошую затрещину. – Без их помощи мы далеко не уйдем.

– Эй! Ты сам готов ему кишки выпустить, – возмутилась она.

– О, поверь, я ещё отыграюсь за каждое его слово, но позже, – нехорошая тень проскользнула по лицу звёздного.

– Успокойтесь все! – поднял голос Гинтар. – Сектар не может этого знать на сто процентов! И кстати… Это Сектар, мой брат.

– Его высочество снизошел до представлений, – но комментарий туманного остался без ответа.

– Сек, отведи Валанди в купальни, которые на втором этаже. Кая, ступай с ним, а я Зака отведу на пером этаже, потом покажу комнату. Кстати, у тебя можно будет переночевать?

– Да, конечно. Я всё равно планировал быть сегодня не здесь, но… – ох, как-то странно его глаза блеснули на звёздном. – Можете пользоваться моей комнатой, но, предупреждаю, узнаю, что кто-то там занимался не тем, чем надо…

– Не переживай, этого точно не будет, – махнул на него рукой Гинтар. И не потому что не хотел, но уж больно болезненно он воспринял слова Валанди по поводу любого мужчины, что отразилось на его взгляде в её сторону. Лунная же совсем намека не поняла. Зато заметила, что младший туманный вновь смотрит на неё.

– Хотя, если это будут женщины, – усмехнулся он, – то им можно заниматься на моей кровати всем, чем пожелают.

– А ты будешь подглядывать? Или собрался нюхать простыни после, извращенец? – Валанди как с цепи сорвалась. Она долго терпела, и теперь с её языка было готово сорваться все что угодно. Однако она помнила о предупреждении Гинтара и не смотрела в глаза его младшему брату, даже обращаясь к нему.

– Кая, у тебя есть трава, способная ее заткнуть на пару дней? – вымученно обратился Закнеыл к лунной. Он потерял все надежды утихомирить разбушевавшуюся солнечную и искал поддержки у остальных.

– А что скрывать? Я люблю запах голых женщин по утру, – пожал плечами брат так сладко улыбнувшись, что Каю аж передёрнуло, пока она предпочитала игнорировать звёздного. Но любезность Сектара быстро спала с лица. Он не желал такого обращения в свою сторону терпеть, да ещё и в своём доме. – Но тебе, крошка, я бы посоветовал следить за словами и тем более, кому ты произносишь их. Здесь не Сильверсан. У тебя нет ни имени, ни власти. Молчи, коль не знаешь, что сказать, и не думай, коль в чём-то можешь ошибаться…

– Сектар, не вздумай делать это вновь! – Гинтар слишком неожиданно материализовался между ним и Валанди, прикрывая эльфийку собой. Брат лениво поднял на него глаза. – Не читай её мысли. Если ты мне и эти отношения разрушишь…

– Я даю ей совет, дабы ваши отношения имели хоть какое-то будущее. И первый совет, дорогая моя, – как оказалось, младший был и физически сильнее старшего – ему не составило труда отодвинуть от солнечной туманного, дабы сказать: – Не сравнивай Гинтара с отцом. Будь ты хоть самой Силейз, он бы нашёл, до чего докопаться. Ты ему нравишься без одежды, не потому что отвратительно одеваешься, а потому что…

– Что? – это было тихое слово, настолько, что любой крик не мог ударить по ушам так больно. Гинтар удивленно повернулся к Валанди и… какая же обида прочиталась в тех глазах. Открыл рот, чтобы что-то сказать, но смолчал, отвернувшись от неё. – Сектар, просто покажи им купальни, а потом мою комнату.

«Ещё и мысли читает, поганец! Да, тогда слушай: мерзавец, отвратительный червяк, помет тролля…» – и ещё много-много оскорблений она перечисляла в своей голове, надеясь, что гаденыш их слышит. Она заметила эту обиду в глазах Гина, но была слишком зла, чтобы чувствовать стыд за свои мысли. И вообще, это же ее мысли!

– Веди уже, – бросила она, когда поток ругани в её голове исчерпался.

«И ты называешь себя второй правительницей? Позоришь как себя, так и того, кто воспитывал тебя. Я предупредил», – послал он ей ответную мысль после её замечательной тирады, которую он слушал в полуха.

Он махнул рукой, приказывая идти за собой, оставляя двух эльфов внизу.

– Прости за всё это, – искренне извинился перед Закнеылом Гин. – Пойдём.

Сектар вывел дам в такой же большой холл, но этот уже вёл в два разных крыла здания. Идя по правому коридору, изредка, но чаще всего молча, туманный показывал эльфийкам комнаты:

– Это моя… Следующая – Гинтара. Родители в левом крыле, так что встретиться с ними шанс мал. Но из комнат лучше не вылезать. Эй, лунная, хватит трястись, уже всё позади.

– Да пошёл ты…

– Дикари, – фыркнул в ответ Сектар.

========== 21. Проще быть мстительной сволочью ==========

В доме Гинтара были слуги, хоть они могли не сразу попасться на глаза – вели себя как мышки, стоило кому-то из хозяев войти в то или иное помещение, как те сразу убегали. Так Гинтар привёл спутников в столовую, где уже был накрыт стол, поданы самые разнообразные, но преимущественно морские блюда.

Как и было наказано, все выглядели в лучшем виде. Кае пришлось нарядиться в то самое зелёное платье, и она вновь превратилась в милую эльфийку, да ещё и с высоким хвостиком. Но вот только настроение от этого не прибавилось. С самого утра Закнеыл не видел эльфиек – с ним носился Гинтар. Лишь ближе к вечеру он махнул рукой, мол, будешь собой. Ну не шли ему одежды туманных!

Родители братьев решили ещё попытаться оскорбить гостей. Но такому оскорблению те были рады – Майнсет и Заринти отужинали раньше, а когда пришли гости, встали и, распрощавшись с сыновьями, в упор не видя остальных, ушли. «Что ж, так даже лучше», – решил Гинтар, как полагается джентльмену, помог сесть сначала Валанди, потом Кае. Правда, последняя этот жест не оценила.

Вся четвёрка сидела напротив одного Сектара, так что ему очень хорошо было видно лицо каждого. И дабы этот оболтус не выдал новую партию гадостей, Гинтар начал вести с ним непринуждённую беседу о своих странствиях.

Все остальные молча пережевывали пищу. Валанди думала, что даже еда у этих туманных отвратительная, а вот Зак действительно наслаждался обедом. Когда ему ещё доведётся попробовать такие деликатесы? Точно не в дешёвых забегаловках. А в перерывах между движениями челюстей он поглядывал на Каю и наслаждался ее видом в этом красивом платье.

– Ну, а потом – я тебе писал – мы пошли сначала к солнечным, потом у звёздных побывали, – между тем закончил говорить Гинтар. Брат же его словно не слушал – то и дело смотрел сначала на одну эльфийку, потом на вторую. Если уж в Валанди его привлекала красота и платье, которое ему, например, очень понравилось, то в оборотне был скорее экзотический интерес. – Сектар, я с тобой говорю.

– Да я уже всё ваше путешествие просмотрел, когда только тебя увидел, – скучающе произнёс младший. И будто для себя что-то решив, он откинулся на спинку стула и последний раз оценивающе посмотрел на Валанди. – Я знаю, в путешествии довольно трудно без денег. Да и вообще, нелегко тебе пришлось…

– Да что ты знаешь о нелёгкой жизни? – усмехнулся старший.

– Ну не скажи. Пока ты бегал по лесам и болотам, отец заставил меня отслужить старейшине в королевской страже.

– Правда? И как всё прошло?

– Всё, как обычно, – отмахнулся он. – Я показываю себя, меня повышают, остальные считают, что я магией пользуюсь. Ну не в том суть. Я хочу дать тебе десять тысяч золотых за ночь с этой солнечной.

Поперхнулась Кая. Поперхнулся Гинтар.

– Чего? – из рук Валанди выпала вилка, которая так и не поднялась ко рту.

Как хорошо, что Гинтар заставил Зака оставить клинки, иначе он прирезал бы зарвавшегося юнца на месте.

– Отказываюсь, – но Валанди не нужна была ничья защита. После того случая она ни за что не позволит кому-либо притронуться к себе без разрешения. Лучше умрет.

Но её мнение не интересовало Сектара – он смотрел лишь на брата.

– Ты смеешься?

– Твоя женщина очень красива, – наконец-то удостоив солнечную взглядом, туманный улыбнулся: – Я не принимаю тебя за шлюху. Я хочу заплатить за удовольствие, но не тело. И не будь она твоей, Гин, я бы не то что денег, даже мнения твоего не спросил, однако…

– Вот именно, Сектар, она – моя. Я не позволяю тебе даже думать о ней в том ключе!

– Хорошо, хорошо, – отказ ни сколько не оскорбил туманного. Лишь прошептав что-то вроде «Очень жаль», он посмотрел на лунную. – А что насчет неё? Только за неё даю не более пяти тысяч, уж не сочти за оскорбление, но ей и близко не стоять подле солнечной.

Часы медитации не прошли даром. Лунная не напала, даже слова не сказала. А может, Кая просто была поражена наглости и тому, как в этих местах относятся к женщинам: как к товару! Да эти ублюдки даже хуже звёздных – те хоть не скрывают того, какими мразями являются. Ну и… как женщина, она была оскорблена до глубины души за эту «скидку».

– Она же ничья, – забил последний гвоздь Сек.

– А ещё все нас считают самыми отвратительными эльфами, – спокойно проговорил Зак, надкусывая очередную креветку. – Мои сородичи хотя бы не прячутся за всей этой дорогой мишурой.

Он отбросил вилку и завертел в руках столовым ножом, недвусмысленно намекая, что ему хватит и его для убийства.

– Мне наскучило здесь. Вечер, где не проливается кровь, слишком унылый, – он воткнул этот тупой нож в стол, вгоняя в дерево почти по самую рукоять. – Кая, не желаешь потренироваться? Счёт уже за сорок перевалил, когда отрабатывать думаешь?

– А также звёздным манеры не писаны, – ответил Закнеылу младший, не позволил вставить Кае «да». – Пока хозяин не встанет, гости сидят, тем более… ты испортил любимый стол моей матушки.

Поймав взгляд Сектара, Закнеыл ощутил ужасную головную боль, которая не то что думать, не позволяла даже стоять – туманный эльф залез ему в голову и очень грубо стал просматривать воспоминания, неаккуратно выдёргивая их из глубин подсознания. Какие-то воспоминания он нарочно замедлял, чуть ли не пихая в нос их обладателю.

Схватившись за голову, Зак с трудом сохранил сидячее положение. Сектар откапывал самые жуткие воспоминания в его голове, но на этом он решил и сыграть. Усилием воли он сам выудил в памяти кошмары, что он творил в академии, и бросил их в туманного. Хотел сломать его страшными картинами? Так пусть теперь сам наслаждается просмотром кровавого пира, пусть видит, с кем связывается.

Глаза Закнеыла горели красным, а из носа, кажется, пошла кровь, но он продолжал эту ментальную схватку, не желая отступать.

– Гинтар, останови его, – прошептала Валанди, прикрывая рот рукой.

– Сектар, немедленно прекрати! – в один голос с Валанди вскрикнул старший, но тот, не отрывая взгляда от Закнеыла, махнул рукой, останавливая брата. Гин боялся подойти – он переживал, что резкая остановка этой магии может кончиться слишком чревато.

– И ты этим хвастаешься? – мурлыкал Сек. Противясь, звёздный делал лишь себе больнее. – Да, мне очень страшно. Просто трясусь, звёздный. Мне это не интересно, – надавив на разум, Сектар стал искать свою цель. Он делал всё это не просто так, но, как и обещал, всё для Гинтара.

– Сволочь, немедленно останвоись! – Кая вскочила с места, испугавшись за стояние Закнеыла, обняла, как бы пряча его голову за своим телом, но Сектару то было не помехой – он увидел его глаза, и он мог продолжать делать всё, что хочет.

– Какая симпатичная звёздная, – мурлыкал он время от времени, на каждое предложение вынимая нужное воспоминание. – Ливафейн… Красивое имя. Да и тело прекрасное, хоть и звёздная. Так, это не интересно. Надо же… Да ты всей душой желал спасти солнечную? Забавно, ведь она вряд ли поймёт, на какие жертвы ты для неё пошёл. Она даже не помнит, как ты на неё смотрел в этот момент. О, лунная, а ты сексуально мастурбируешь…

«Что? – распахнула глаза от удивления, Кая, не отпуская голову Зака, застыла, чувствуя, как лицо заливается краской. – Он… видел?»

– Да после такого я бы сам не удержался от того, чтобы с ней переспать, – между тем продолжал показывать моменты из жизни звёздному.

– Что ты сказал? – настала очередь удивляться Гинтару. Не просто удивляться… До него быстро дошло сказанное, и юношу просто затрясло, но вот вопрос: отчего?

– Более того, так грязно воспользоваться её одурманенным состоянием? Ах, звёздные, такие звёздные.

А того это лишь забавляло. Он получал эстетическое удовольствие от вида Закнеыла и от того, как сейчас смотрели на него его друзья.

– И что с того? – невозмутимо спросила Валанди. – Он же звёздный, чего от них ещё ожидать? А я ведь предупреждала вас на его счёт, – упрекнула она остальных. И слова ее звучали искренне, и мысли были такими же. – Эй, а вытащишь из Гинтара грязные мыслишки? Хочу узнать о его бывших подружках. Может, что-то о Манари?

Закнеыла отпустило так же резко, как и схватило, не оставив даже легкого ощущения болезненности. Оба брата одновременно посмотрели на Валанди. Гин был уверен, что после услышанного вообще реальность откажется воспринимать, но её вопрос как пощечина…

– А я тебе и так расскажу, – и вновь улыбка младшего спала. Для него же вообще будто ничего не произошло, как сидел вальяжно, так и остался. – Все его бывшие подружки любили только его статус и деньги. Что же до дочери виноделов, она единственная, кто полюбила его не за это, но вот только его сердцу она не мила. А что касается тебя…

– Сектар, не смей! – секунда, и перед лбом брата образовалась тонкая льдина, готовая нанести увечье. Вторая секунда – перед лицом Гинтара образовалась такая же. – Хватит лезть в мои отношения.

– Если бы не я, сейчас бы либо Махалей, либо Отария спали в твоей кровати. Но не с тобой, а с твоими деньгами. Ты хоть раз мне спасибо за это сказал?

Кая воспользовалась моментом и помогла Закнеылу встать со стула. Не смотря на него, стала подталкивать к выходу, предлагая покинуть столовую.

Валанди бросила взгляд на звёздного, убеждаясь, что её план сработал, и Кая увела его подальше отсюда.

– Что касается меня… – вернулась она к братьям. – Деньги мне не нужны, у меня их и так полно. Статус – то же. Я люблю Гинтара, и все тут. Просто за то, что он есть, – она шагнула в ту пропасть, что образовалась между ними по большей части по её вине, надеясь встретить внизу его или разбиться. – Скажешь, что такая грязная потаскуха, обесчещенная звездными, должна радоваться, что на нее хотя бы взглянул такой, как Гинтар, и я не стану это отрицать – я безумно рада, что он на меня смотрит. Наслаждаюсь каждой минутой, проведенной с ним. И подари мне хоть золотого дракона, я ни за что не променяю Гинтара на ночь с тобой или кем-либо ещё.

Сектар всё это время неотрывно смотрел на Валанди, будто забыв, что в нескольких сантиметрах от лба парила смерть. С каждым её словом, с каждым предложением улыбка на лице туманного становилась шире, но, в отличие от любых других раз, она была… тёплой?

– Что ж вы все такие правильные? – усмехнулся он. Льдина у лица Гинтара упала и разбилась, а вслед за ней и растворилась Гинтаровская. Стрессовой ситуации сделать не получилось. Зато он удостоверился в искренности чувств этой солнечной. – Она хороша. Я одобряю твой выбор.

– Будто мне нужно твоё одобрение, – фыркнул старший.

– Нет, но тебе нужна забота. Этой я, пожалуй, могу доверить своего непутёвого старшего брата.

И как ни в чём не бывало, Сектар принялся поглощать еду. Вот так просто, не было тут будто ничего! Гинтар же повернулся к Валанди. Он слышал её слова. Каждое слово так приятно вбивалось в его сердце, которое не желало отпускать их. Хоть всё ещё где-то он был злым, но уже на звёздного – с ним будет отдельный разговор – он обнял свою любимую так крепко, как только мог.

– Прекрати вспоминать тот день, – молящим голосом прошептал он на ухо. Хотя, Сек всё равно всё слышал. – Его не было, слышишь? Ты для меня самая чистая и самая прекрасная эльфийка на свете. Ясно? Я не знаю, как тебе это доказать. Скажи, как? У меня не осталось сил тебя просить и говорить, что всё, что было у звёздных – меня не трогает. Ты моя, слышишь? Только умоляю, забудь тот день. Вспоминаешь ты, воспоминаю и я. И мне не описать словами, как больно раз за разом осознавать, что я не уберёг тебя, – как и сейчас. Уговорил бы он их тогда остаться! Не отпустил бы на ту глупую охоту в таких опасных землях! Пришел бы пораньше! Но нет… ничего не сделал. И правда, пока не вспоминает Валанди, не помнит и он.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю