Текст книги "Кара"
Автор книги: Леонтий Чагунава
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 52 страниц)
Взяв Марину под руку, Андрей повел ее к массивным деревянным дверям. Он еще никогда не бывал в настоящем ленинградском ресторане, но старался держаться уверенно, чтобы произвести впечатление на свою спутницу.
Андрей дернул за старинную бронзовую ручку, но дверь не поддалась. Он попробовал еще раз, опять без результата. Через стекло он увидел, что к ним направляется человек в бордовом форменном мундире, белой рубашке с бабочкой и белых перчатках. Человек открыл дверь, вышел наружу и закрыл ее за собой, перегородив вход. Это был седовласый грузный мужчина средних лет – очевидно, швейцар. Он неспешно надел фуражку и строго посмотрел на Андрея. Тот растерялся, не зная, что сказать, но мужчина начал первым:
– Молодежь, у нас тут не музей и не столовая. Это заведение для приличных людей, – голос швейцара звучал издевательски. – Расплачиваться за ужин будет чем?
– Да, конечно! – Андрея нисколько не задела наглость швейцара: «Посмотрим, как ты запоешь, когда увидишь мои деньги!»
– Покажи! – потребовал швейцар настолько грубо, что Марина вздрогнула.
Андрей достал пачку купюр. С собой у него было рублей пятьдесят.
– Двадцать пять давай сразу! Это залог, чтобы сесть за столик.
– В смысле? – не понял Андрей.
– На эту сумму вы должны сделать заказ, – раздраженно закатив глаза, объяснил швейцар. Андрей протянул пять пятирублевых купюр в руку, затянутую в перчатку.
Швейцар взял деньги, аккуратно разгладил их, пересчитал, положил в карман и с деланой вежливостью произнес:
– Прошу!
Легким движением он открыл массивную дверь.
– Следуйте за мной, пожалуйста!
Выражение лица швейцара явно говорило о том, что он категорически не одобряет подобных посетителей. Будь его воля, в такие заведения не пускали бы кого попало.
– Двадцать пять рублей! Ничего себе! – прошептала Марина, когда швейцар ушел вперед. Она вцепилась в руку Андрея, с испугом озираясь по сторонам.
– Ничего страшного! Не волнуйся! – Андрей изображал уверенность, но, сказать по правде, тоже чувствовал себя не в своей тарелке – помпезность заведения давила на него, а неодобрительные взгляды персонала заставляли чувствовать себя как на допросе. К тому же он подозревал, что швейцар явно жульничает и никакого правила вначале оставлять залог, а потом на него заказывать блюда и выпивку нет. Но сейчас было не до споров: он пришел на ужин с девушкой.
В огромном прямоугольном зале, по периметру которого стояли столы, застеленные белыми скатертями, было много посетителей. Официанты в белых рубашках и черных брюках быстро, но без суеты разносили еду и напитки.
Понять, что за публика здесь собирается, было не так-то просто. В одном конце зала звучала немецкая речь. В другом конце раздавались громкие тосты – это большая компания представителей кавказских республик, сдвинув три столика, что-то отмечала с южным размахом.
К молодым людям подошел официант, почти ровесник Андрея. Темный костюм сидел на нем идеально, общее впечатление портила только слегка помятая рубашка. Видимо, у парня выдалась длинная смена. Приглашающим жестом официант указал паре стол, где можно было расположиться.
Андрей усадил Марину, а сам сел напротив нее.
– Я подойду через пять минут, вы пока определитесь, что будете заказывать. – Официант подал им меню в кожаном переплете.
Первый поход с девушкой на свидание – это как выступление на сцене. Дух захватывает, волнение смешивается с радостью и любопытством. И чаще всего молодой человек начинает вести себя вовсе не так, как планировал. Но если удастся взять себя в руки, то можно произвести впечатление на спутницу и… О том, что будет дальше, Андрей пока не думал, но старался держаться так, будто ему не впервой.
Марина внимательно изучала меню, не спеша перелистывая большие страницы. Время от времени она хмыкала, поджимая свои пухлые губы и удивленно поднимая брови. Наконец она не выдержала – захлопнула меню и сказала:
– Андрей, здесь так дорого! Давай уйдем! Мне как-то неудобно!
– Не переживай, у меня есть деньги, – успокоил ее Андрей. – Заказывай, что хочешь! Ни в чем себе не отказывай, прошу тебя.
Марина пристально посмотрела ему в глаза и глубоко вздохнула. Чувствовалось, что все это не очень ей нравится.
– И потом, мы ведь уже оставили им залог, – ободряюще улыбнулся ей Андрей. – Отступать поздно!
Чтобы помочь девушке освоиться, он решил взять инициативу в свои руки.
– Закажи шашлык! – советовал Андрей, листая меню. – Например, каре из баранины, – он перегнулся через стол и показал пальцем на нужную строчку в меню Марины.
– Нет, шашлык ты себе заказывай, я хочу хинкали, – капризно сказала она.
– Хинкали? – переспросил Андрей.
– Да, это что-то вроде пельменей, но с бульоном внутри. Такие готовила соседка моей бабушки.
– Ну хорошо! Хинкали так хинкали.
Официант предупредил, что блюда будут готовиться около часа. Андрей даже обрадовался – чем дольше ждать, тем больше времени он проведет с Мариной.
Тем временем молчание затягивалось, но Андрей никак не мог придумать, с чего начать разговор. В голову лезли одни банальности:
– Расскажи о себе, откуда ты родом?
Андрей сразу же пожалел, что задал такой вопрос. «Что за ерунда, нашел о чем говорить на свидании!»
Но Марина ни капельки не смутилась:
– Ой, у меня все сложно… Долго рассказывать, тебе скучно станет.
– Нет, что ты, мне интересно. Расскажи! – совершенно искренне попросил он.
– Одна из моих бабушек – немка. Родилась она в Ивано-Франковске, тогда это был польский город. Он назывался Станиславов. Перед самой войной вышла замуж за моего деда. Ну и началось… – Марина грустно вздохнула.
– А дед тоже немец?
– Нет, поляк! В тридцать девятом, когда Красная армия вошла на эту территорию, она отошла к Советскому Союзу и ее присоединили к Украине.
– То есть ты на четверть немка?
– Ну да, бабушка у меня арийка, – девушка с вызовом посмотрела в глаза Андрею. Тот ничем не выразил своего отношения к услышанному. Похоже, Марину это удовлетворило, и она продолжила.
– А в сорок первом немцы выбили оттуда наших и оккупировали всю Украину.
– И твои там были все это время?
– Да, они оставались в Ивано-Франковске до сорок четвертого года. Когда Красная армия вернулась и вышибла фашистов, местных немцев заставили уехать – в основном в Казахстан. Мои оказались в Семипалатинске.
– Но твой дед же был поляком? Его-то зачем сослали?!
– Там все попали под один каток, и потом дед не мог видеть, как его друзей ссылают, а он тут живет припеваючи.
– У меня тоже деда репрессировали в тридцать седьмом! – понизив голос, сказал Андрей. Он полностью доверял Марине и был уверен, что она не будет использовать эту тайну против него. – Он вышел в сороковом по амнистии, но при этом никогда не клеймил советскую власть. Как говорили, был настоящим коммунистом. И пошел воевать.
Дед Андрея Алексей Германович Лисицын прошел всю Великую Отечественную войну от первого до последнего дня. Начал с Украинского фронта, чудом вышел из окружения под Киевом в августе-сентябре сорок первого. Потом бился за Москву. Был тяжело ранен в Сталинграде. После лечения в госпитале участвовал в освобождении Украины и дошел через Польшу до Берлина. Под конец войны, уже в Германии, его чуть не убило миной. После войны служил в Восточной Пруссии.
– Кровавая «ежовщина», – с ожесточением сказала Марина. – Хотя кого тогда не репрессировали? Каждая семья прошла через эту мясорубку. Такая история.
Андрей понял, что Марина не только весьма образованна, но и очень свободна в суждениях. Несмотря на то что ей было всего восемнадцать, она рассуждала вполне по-взрослому.
– Ну и как они жили в Казахстане? – спросил Андрей, меняя тему. – Они тебе рассказывали?
– Нелегко, конечно! Но бабушка добрым словом вспоминает те времена. Постепенно все устроилось. В их городе жили русские, украинцы, казахи, немцы, корейцы – кого там только не было. Настоящая дружба народов. Бабушка рассказывала, что отношения между людьми были потрясающими. Все помогали друг другу. Никто своей национальностью не кичился.
– Это здорово! Все разные, и все дружили! – вставил Андрей.
– А потом бабушка и дедушка перебрались на Украину в Житомирскую область, там деду предложили работу на заводе. Он с радостью согласился – хотел переехать поближе к своей малой родине.
– Да, непросто все было, – добавил Андрей. – Люди были другие, это точно.
– Бабушка много мне рассказывала, когда я у нее гостила, – ответила Марина. Внезапно она замолчала, ее взгляд устремился куда-то в сторону. Андрей ждал, что она продолжит рассказ, но, когда девушка иронично усмехнулась, все же поинтересовался, что там происходит.
– Только не оборачивайся резко! Позади тебя мужчина пьет алкоголь из кофейной чашки. Коньяк, кажется. Ну и гримаса! – Марина прыснула, не в силах сдерживать смех.
Андрей медленно обернулся. За соседним столиком сидели две пары. Один из мужчин, немолодой, полноватый, со стрижкой «бобик», опасливо поглядывая по сторонам, что-то наливал в чашку из-под кофе, которую держал на уровне колен. Второй мужчина тоже наливал себе горячительный напиток в чашку побольше. Лицо его покраснело от напряжения и уже выпитого алкоголя. Напротив мужчин сидели две женщины. Они были гораздо моложе своих спутников, – явно не их жены. Женщины громко смеялись и кокетничали. Андрея почему-то возмутило их поведение, но компания действительно выглядела смешно.
– Зачем они это делают? – с улыбкой спросил он.
– Не знаю, может, хотят сэкономить? – предположила Марина. – Ты же видел, какой тут ценник! А со своим не разрешают, вот они и прячутся!
Наконец официант принес заказанные блюда: Марине хинкали, Андрею баранину.
– М-м-м! Как вкусно! – похвалил Андрей, прожевав первый кусок шашлыка. – Хорошее мясо, мягкое!
– Знаешь, я слышала истории, что в ресторанах иногда специально слишком сильно перчат мясо или маринуют его в уксусе, чтобы скрыть, что оно тухлое. И никто не замечает, – ехидно подметила Марина.
– Хочешь сказать, оно тухлое? Фу! – Андрей произнес «фу» особенно выразительно.
– Ладно! Не думай про это. Продезинфицируй.
– Давай! Я тоже хочу выпить. Что будем? – остатки неуверенности испарились – Андрей чувствовал себя вполне комфортно.
– Коньячку!
Андрея удивил выбор Марины. Она оказалась гораздо более раскрепощенной, чем он думал. Официант с усмешкой поинтересовался, сколько им лет, и предложил армянский коньяк.
Марина и Андрей чокнулись. Андрей выпил рюмку залпом. Марина, сделав маленький глоток, сморщилась, но, глядя на своего кавалера, все-таки допила все до дна. Прекрасный армянский напиток сделал свое дело: Андрей почувствовал, как по телу разливается тепло. У Марины заблестели глаза и появились ямочки на щеках. Улыбаясь своим мыслям, она продолжила есть хинкали, правда, делала это весьма своеобразно: вилкой и ножом. Андрей понимал, что перед ним сильная, уверенная в себе и смелая девушка. Ему это нравилось, но он также понимал, что рано или поздно ему придется удивлять ее. Но пока все это было неважно. Ведь он сидит с прекрасной девушкой в дорогом ресторане и пьет коньяк. И еще Андрей чувствовал, что очень ей нравится. И это подогревало его мужское самолюбие.
– А парень, который с тобой был вчера, – твой друг? – прервала его размышления Марина.
– Да, мы подружились не так давно, – ответил Андрей.
– Чем он занимается?
– Учится в Институте водного транспорта. Отслужил в Афганистане.
– Угу… – Марина кивнула. – И с ним была его девушка? Приятная такая.
– Да, неплохая девушка. Но я ее совсем не знаю. Он недавно с ней познакомился.
– А где вы познакомились?
– Случайно, – Андрей не собирался посвящать Марину в обстоятельства встречи с Игорем, ведь тогда пришлось бы рассказывать о Маше, а этого он допустить не мог.
– А девушка эта у него для серьезных отношений? Или так – попользовался и бросил? – его удивила такая прямолинейность Марины. От нее ничего не скроешь, и она не собирается делать вид, что ничего не замечает. Хотя Андрей знал, что Игорь и даже Агния не воспринимают эти отношения как серьезные, ему не хотелось выставлять друга в невыгодном свете.
– Время покажет, – уклончиво ответил Андрей. Марина усмехнулась. Ямочки на ее щеках были настолько прекрасны, что Андрей и сам растворился в улыбке.
– Повторить? – официант возник у их столика так неожиданно, что Марина чуть не выронила вилку.
– Да, обязательно! – не раздумывая ответил Андрей. Официант ловко, держа бутылку за дно и, казалось, не глядя, наполнил рюмки.
– Спасибо! – сказала Марина.
Официант безмолвно откланялся. Андрей снова обратил внимание на его прекрасный костюм.
Разговор переходил с одной темы на другую. Андрей был в восторге: Марина могла поддержать практически любую тему. Девушка нравилась ему все больше и больше.
– Ого, мы засиделись! – воскликнула Марина, посмотрев на часы. – Завтра в институт. Проводишь?
Ее просьба подействовала на Андрея еще более опьяняюще, чем коньяк. Это было не сравнимое ни с чем чувство, которое он впервые испытал сразу после выпускного. А потом все разрушила в пух и прах эта Куропаткина. Несколько месяцев Андрей жил в состоянии тоски, пытаясь заглушить свои переживания учебой, работой и встречами с друзьями. Но теперь он объявил своей хандре войну, и ее капитуляция не за горами. Она доживала в его душе последние часы.
Официант принес счет. Оказалось, что они потратили ровно двадцать пять рублей. Андрею оставалось лишь добавить чаевые. Официант поблагодарил гостей и предложил услуги такси. Но Марина сказала, что хочет прогуляться.
Андрей не возражал – ему тоже хотелось подольше побыть вдвоем.
Город продолжал удивлять погодой. На улице было свежо, но на небе ни тучки. В воздухе стоял запах опавшей листвы.
Они шли не спеша, держась за руки и любуясь красотой вечернего города. Несмотря на поздний час, в центре было полно гуляющих пар, где-то звучала музыка. Перейдя дорогу у Дома книги, Андрей остановился:
– А здесь мои родители познакомились!
– Правда? – Марина посмотрела на него из-под ресниц. – Расскажи!
– Да что рассказывать. Папа приехал в Ленинград, когда еще студентом был, увидел маму и влюбился с первого взгляда.
Андрей провел пальцами по подбородку Марины. Его захлестнула нежность к ней. «Совсем как я в тебя», – хотел добавить он, но не решился. Марина мечтательно улыбнулась – похоже, она все и так поняла.
Молодые люди поймали такси. Но в этот раз Андрей вел себя намного увереннее, чем вчера. Он перестал стесняться Марины, почувствовав в ней родного человека. И вот уже вновь он сжимает ее мягкую, узкую ладонь в своей руке. Стараясь не выдать своих эмоций, он громко объявил водителю:
– В Купчино! Улица Бухарестская, – и они поехали по знакомому маршруту.
В Маринином подъезде по-прежнему было тепло, но это уже не радовало Андрея так, как накануне.
Молодые люди дошли до того же лестничного пролета, где стояли вчера. Остановившись, они взялись за руки и слились в страстном поцелуе. У Андрея было мало опыта, вернее сказать, его практически совсем не было. Но сейчас он точно знал, что надо делать. Андрей крепко прижал девушку к себе. Его захватил ураган эмоций – даже руки немного задрожали, но теперь не от холода. Мягкие сладкие губы Марины и нежный язык щекотали его губы и язык. Аромат ее кожи действовал на Андрея успокаивающе, он был одновременно абсолютно расслаблен и страшно напряжен. Марина иногда покусывала нижнюю губу Андрея, что вызывало у него дикий восторг. Вдруг на верхних этажах раздался какой-то звук. Они прервали свой поцелуй, прислушиваясь. Звук больше не повторялся. Влюбленные посмотрели друг на друга счастливым взглядом и вновь, обнявшись, утонули в поцелуе. Нежность потихоньку перерастала в страсть.
– Тссс! На сегодня хватит, уже совсем поздно, – прошептала Марина. Андрей, игнорируя ее слова, продолжал целовать ее губы, щеки, шею. Он прижал ее к стене и не отпускал.
– Милый, это просто прекрасно! Но мне уже надо бежать. Давай продолжим в другой раз. Ладно? – Марина запрокинула голову, пытаясь отстраниться, и он практически врезался в ее острый подбородок. На губах остался солоноватый привкус.
– Хорошо! – задумчиво ответил Андрей, понимая, что его блаженству подходит конец.
– Езжай домой. Уже поздно! – ласково сказала Марина.
– Когда мы увидимся? – спросил Андрей, пытаясь справиться со своим дыханием.
– Все в твоих руках, – кокетливо ответила Марина и направилась к лифту. У самых дверей она обернулась и послала Андрею воздушный поцелуй.
Несколько минут парень стоял, не шелохнувшись. Неужели это не сон? Он чувствовал, что победил. Андрей вышел из подъезда и пошел по темному пустырю. Ему было все равно, что вокруг нет ни души и стоит кромешная тьма. Он шел не разбирая дороги. Он был влюблен. И знал, что она тоже влюблена в него. Что еще надо человеку в жизни? Легкость и тепло, которые дарила ему Марина, окрыляли Андрея и одновременно захватывали все его мысли. Внезапно на него свалилось счастье, оно незаметно, нежно и мягко пленило его. Он погружался в незнакомку, которую, как ему казалось, он уже хорошо узнал.
* * *
За последние сутки Андрей испытал столько разнообразных эмоций, что не мог уснуть. Лежа с закрытыми глазами, он видел то Марину, танцующую на дискотеке, то Ангелину в распахнутом халате на лестнице. А когда сон наконец начал одолевать его, обе они слились в одну незнакомую женщину. Которую – Андрей был уверен – он когда-нибудь обязательно встретит.
Часть 2
Глава 1
Одиннадцатого ноября 1982 года прямо во время лекции в институте комсорг объявил, что скончался генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев.
Брежнева народ любил, и Лисицины не были исключением. А теперь всюду шептались, что если к власти придет Андропов, то страну ждет ужесточение режима и, возможно, опять начнутся репрессии. Эта новость очень расстроила Андрея: он опасался, что его планы по работе на «галерке» рухнут. Он понимал, что со смертью Брежнева завершилась целая эпоха. Мира, к которому все привыкли, больше не будет, но, что еще важнее, вместе с этим закончилось детство Андрея. Начиналась новая, взрослая жизнь.
Андрей отдавал себе отчет в том, что одному «галерку» ему не потянуть. Нужны помощники или даже партнеры. «Может, предложить Гене? Все-таки он помог мне с первой работой, да и парень он вроде ничего, надежный, такими нельзя разбрасываться. И надо уже определиться, что везти из Югославии», – размышлял он.
В конце концов Андрей решил, что проще всего начать с мужской одежды – классические и спортивные костюмы всегда пользуются популярностью, ну и джинсы – куда же без них. Но чтобы все закрутилось, требовались деньги. У него было отложено всего сто рублей – слишком мало, чтобы предпринимать что-то серьезное. Может, Гена с Игорем пару сотен подкинут?
Вернувшись в общежитие после занятий, Андрей застал Гену в странном состоянии: тот сидел съежившись, нервно подергивал ногой и не ответил на приветствие друга.
– Брежнев умер! Ты слышал? – горестно вздохнул Гена. Когда он нервничал, то говорил с таким акцентом, что Андрей не сразу смог разобрать слова.
– Да слышал, – ответил Андрей своему будущему партнеру. – А ты чего такой?
– Ну, говорят, гайки закручивать начнут. Если база накроется, херово будет.
Андрей пожал плечами. Он старался выглядеть спокойным, хотя и сам переживал из-за этого факта.
– Ну и ладно. У меня вопрос поважнее. Войдешь ко мне в дело?
– Какое дело?
– Какое-какое, денежное, – Андрей подмигнул другу. – Значит, смотри! Я думаю заказать товар из Югославии. Горан сказал, что поможет. Но нужны деньги. У меня есть сотка. У тебя имеется что-нибудь в загашнике? Если ты вложишься, будем делить прибыль на троих поровну. На меня, тебя и Игоря.
Гена сомневался.
– Ну вообще я откладываю на машину, хочу купить хотя бы старенькую. У меня всего двести рублей. Я матери в Армению посылал в те месяцы.
– Да ладно тебе. Давай дело сделаем! Настоящих денег заработаем. Я видел этих людей в Гостинке – серьезный уровень, поверь мне.
– Хорошо, сто рублей готов вложить, а сто оставлю на черный день. Мало ли что!
– Может, все-таки двести? Ты пойми, второго такого шанса у нас не будет. Машину успеешь еще купить.
– А это не опасно?
– Опасно, но ты же не собираешься всю жизнь прозябать. Ты ведь хочешь быть самому себе хозяином?
– Андрюха, за это можно сесть! Ты разве не видишь, в каком государстве мы живем?
– Послушай! Ты прекрасно знаешь, чем твой дядя занимается и как он живет. Вся база в доле. Тут все сидят на левых доходах! Ты сам ему таскаешь конверты! Кстати, я так и не отдал ему твои деньги…
Гена с недоумением посмотрел на друга.
– Его не было дома, когда я пришел, – объяснил Андрей и, чтобы Гена не успел задать никаких вопросов, вернулся к прежней теме. – Мы организуем свое дело, будем сами зарабатывать. Крыша у нас там есть.
– Крыша? Кто? Этот Игорь? И чем он поможет?
– У него связи, а на «галерке» все схвачено: менты свои, бандиты тоже, – Андрей и сам не был до конца уверен, что все будет так просто, но сейчас нужно было обязательно убедить Гену. И не только из-за денег, – Гена был пока единственным человеком, которому Андрей доверял.
Между тем Гена сидел на своей застеленной большим пледом кровати и смотрел в окно. Чувствовалось, что внутри него идет серьезная борьба. Потом он вскочил с кровати и сделал несколько кругов по комнате. Затем, видимо приняв решение, плюхнулся на кровать Андрея и сказал:
– Ладно, я в деле!
Они пожали друг другу руки.
Андрей спустился на вахту и оттуда позвонил домой Игорю. Трубку взяла его бабушка Евгения Серафимовна. Игоря дома не оказалось. В последнее время он совершенно помешался на своей Агнии. Пропадал с ней днями и ночами. И это в такой ответственный момент!
* * *
Осень незаметно переходила в зиму. Погода окончательно испортилась. Дожди сменились мокрым снегом, но он еще не мог укрыть землю и таял, превращаясь в слякоть и придавая городу унылый вид.
Андрей сидел в комнате общежития и что-то считал, делая записи карандашом в большом блокноте. Он хотел заранее прикинуть, что получится по деньгам, но это оказалось практически невозможно: неизвестно было, сколько стоят, например, сами костюмы в Югославии, во сколько обойдется доставка товара, включая расходы на дорогу Горану и его вознаграждение. И в конце концов, какую придется платить дань братьям Никаноровым на «галерке». Под окнами, сотрясая землю, грохотали трамваи и, вторя им, тихонько позвякивали стаканы на столе. Андрей готовился к разговору с Гораном и уже продумал все вопросы, которые собирался задать югославу. Вопросы он тоже выписал в блокнот.
– Может, мы Горана сюда позовем, стол накроем и обстоятельно поговорим? Расставим, так сказать, все точки над «и»? – после долгих раздумий предложил Андрей Гене. Тот сидел в наушниках и что-то напевал себе под нос.
– Что? – не расслышал Гена.
– Я говорю, на выходных накроем стол. Я, ты, Хохол. Горана пригласим. Нужно дела обсудить.
– На выходных? Я в субботу иду в театр, – важно ответил Гена.
– Куда? – Андрей не поверил своим ушам. – В театр?
– Да!
– С кем это?
Гена смутился.
– С кем ты идешь, Ген? – не отступал Андрей.
– С Лореттой, – выдавил из себя Гена.
– А, ну да, конечно! – Андрей хитро улыбнулся. – Ты бы хоть нас познакомил, что ли. А то я столько о ней слышал от тебя, но не видел ни разу. Может, ты ее придумал? – подколол он друга.
– Ничего я не придумал! – надулся Гена. – Можно как-нибудь вместе в театр сходить или на балет. Я с ней, ты с Мариной.
– Ладно, тогда Горана приглашу в воскресенье. Я на рынок схожу, а ты мясо приготовишь, как ты умеешь.
– В воскресенье так в воскресенье.
В пятницу Андрей заехал в Институт культуры, где училась Марина. Он приехал рановато – у нее еще не закончилась последняя пара, поэтому решил прогуляться по окрестностям. Прошелся вокруг Марсова поля, посмотрел на вечный огонь. Побродил по набережной Лебяжьей канавки, отделяющей Летний сад от дороги. Такие прогулки всегда помогали ему настроиться на рабочий лад, но когда дело доходило до романтических отношений, он только еще больше начинал нервничать.
Стемнело, и Андрей, боясь пропустить Марину, подошел к главному входу в институт. Он знал, что занятия продолжаются до пяти вчера и Марина вроде бы не собиралась идти ни на какую репетицию. Но ее планы могли и измениться. Наконец большая деревянная дверь открылась и из здания стали выходить студенты. В который раз Андрей обратил внимание, как сильно они отличаются от его сокурсников. Студенты «кулька» выглядели более счастливыми, стильными и свободными. Вскоре показалась знакомая фигурка. На Марине была красная кожаная куртка и огромный бежевый шарф, завязанный так, что прикрывал ее нижнюю губу. Девушка сразу заметила Андрея и направилась к нему. Молодые люди, не скрываясь, поцеловались в губы.
– Ты замерз! – Марина заботливо прикоснулась ладонями к его покрасневшим щекам.
– Есть немного, – ответил Андрей. На самом деле он сильно продрог на холодном ветру.
– Давно меня ждешь?
– Часов с четырех.
Они смотрели друг на друга и улыбались.
– Хочешь новость? – спросила Марина. Андрей насторожился. – Через пару недель мои родители уезжают на Украину, и я остаюсь одна. Можешь ко мне приезжать, – Марина хитро взглянула на него.
Андрей не сразу нашелся, что ответить. Он давно этого ждал и мучил себя, постоянно думая о том, как однажды наконец они окажутся вместе совсем одни, и в то же время стремясь отодвинуть это событие на потом, – он опасался, вдруг что-то пойдет не так. И сейчас по его телу прокатились одновременно волны холода и страсти.
– Может, в пышечную пойдем на Желябова? Там очень вкусные пышки пекут и кофе отличный, – не ответив на ее немой вопрос, предложил Андрей.
– Ой, с удовольствием!
И они отправились в легендарную пышечную Ленинграда, то и дело останавливаясь для поцелуя.
Глава 2
В воскресенье утром Андрей съездил на Торжковский рынок за продуктами – получилось шесть больших полиэтиленовых пакетов, которые он c трудом дотащил до общежития. На улице стоял пронизывающий холод, и пальцы на руках Андрея окоченели, а щеки горели еще долго после прихода домой. Гена уже жарил мясо, вызывая завистливые взгляды обитателей общежития. Ближе к полудню пришел Игорь и занялся овощами.
Андрей обратил внимание на то, как ловко он орудует ножом.
– Здорово ты режешь! Тоже в Афгане научили?
– Да! Столько там начистил картошки, что всей Советской армии хватит разом съесть, – ответил Игорь, не отрываясь от своего занятия. – Сейчас еще лук почищу.
– А сколько наших в Афгане? – поинтересовался Андрей, засовывая в рот несколько кусочков сырого картофеля.
– Не знаю точно, это ж гостайна! Когда был там, вроде о сотне тысяч говорили, – неохотно ответил Игорь, вытирая слезы от лука. – Ну, где твой югослав?
– Обещал часа в четыре быть, – ответил Андрей, чавкая набитым ртом.
Игорь высыпал очищенную картошку в эмалированную кастрюлю и теперь набирал воду, чтобы поставить картофель вариться.
– Слушай, никак не спрошу, а что там у тебя с этой девчонкой с танцев? Как ее, Марина, кажется? Было уже? – Игорь подмигнул другу.
Андрей поморщился. Было неприятно, что Хохол так грубо вмешивается в его отношения с Мариной. Еще не хватало, чтобы в общежитии об этом услышали. Игорь сделал вид, что не заметил, как друг изменился в лице, и продолжал в своей манере:
– Ну я это… хочу сказать… ты ей присунул?
Андрей смотрел на Игоря, стиснув челюсти, и уже был готов дать ему резкую отповедь, но в последний момент сдержался. Надо было помнить о деле: сегодня очень важный вечер – эмоции потом.
– Нет, ничего не было, – сухо ответил он. – А как у вас с Агнией?
На самом деле Андрею было мало дела до личной жизни Игоря, он просто хотел сменить тему, чтобы друг понял: Марину с ним обсуждать он не собирается. Но Игорь, похоже, только и ждал этого вопроса. Ему не терпелось похвастаться.
– Все супер! Прикинь, трахаемся каждый день! С ума по мне сходит! Сосет часами. Кончаю ей прямо в рот.
Киношным жестом Игорь провел по волосам. Его буквально распирало от гордости. Такой откровенно циничный подход обескуражил Андрея.
– Рад за тебя, – холодно сказал он.
Игорь не ожидал такого ответа. Он был уверен, что друг захочет узнать подробности, и приготовился рассказывать о своих любовных подвигах, но Андрей просто вышел из кухни.
Вообще, его и раньше коробило от того, как Игорь ведет себя с девушками – не задумываясь ни об их чувствах, ни о репутации. Он легко заводил знакомства и забывал о новых подружках уже через пару дней. Мог иметь отношения одновременно с несколькими девушками. Обещал каждой золотые горы, а затем пропадал навсегда. Андрей предпочитал не вмешиваться, считая это личным делом Игоря, но в этот раз бесшабашный Хохол перегнул палку.
«Какого хера он суется в наши с Мариной дела! – злился Андрей. – Как он смеет произносить ее имя! А на свою Агнию ему вообще положить. За что он с ней так? Разве можно позорить девушку, с которой встречаешься? Хотя она тоже хороша, нечего сказать!»
К четырем вечера общими усилиями подготовка нехитрого угощения была закончена: вареная картошка, жареная свинина, свежие овощи, оливье. Андрей нареза́л хлеб, когда в комнату постучали. Дверь распахнулась, и вошел Горан. Он был одет с иголочки – серое пальто и шерстяные брюки в цвет, черно-серый шарф и черные на шнурках ботинки. Холеный вид и какой-то особый взгляд исподлобья выдавали в нем иностранца.
– Проходи, – пригласил Андрей.
– Здравствуйте! – с легким акцентом ответил Горан и, стряхнув мокрый снег с волос, стал раздеваться.
– Ребята, познакомьтесь, это Горан. Горан, это Игорь и Гена, – представил Андрей своих друзей. Молодые люди пожали руки и сели за стол.
Увидев бутылку водки, Горан одобрительно хмыкнул.
Андрей молча взял тарелку с оливье и вопросительно посмотрел на югослава: «Будешь?» Горан кивнул. Андрей начал накладывать ему салат.
– Hvala ti, dovoljno!
– Что? – не понял Андрей.
Горан улыбнулся и сделал жест рукой:
– Спасибо, достаточно!
Андрей разлил водку по рюмкам.
– Ну что, друзья, за встречу!
Молодые люди чокнулись и выпили. Затянувшееся молчание прервал Игорь:
– Ты ведь из Югославии? А из какого города? Из Белграда?
– Нет, из Сплита, – ответил Горан.
– А-а, это рядом? – спросил Игорь.
– Это в Хорватии.
– Значит, ты хорват? – уточнил Гена, макая мясо в аджику.
– Да, я хорват. У нас в Югославии живет множество народов: хорваты, сербы, словенцы, бошняки. Это балканские славяне. Но есть также албанцы, болгары, цыгане, украинцы.
– Украинцы? – удивился Игорь.
– Да, украинцы, – подтвердил Горан.
– Ну и как у вас там живется?
– По-разному. Мы между Западом и Востоком. Между социализмом и капитализмом.
