Текст книги "Кара"

Автор книги: Леонтий Чагунава

сообщить о нарушении

Текущая страница: 38 (всего у книги 52 страниц)

– Точно?

– Точно! Соберись и открой дверь, – Амиран отошел к балкону.

– Что мне им сказать?

– То, что я тебе говорил до прихода русских.

– Ладно!

Андрей абсолютно забыл, что ему тогда говорил Амиран. Его пробил холодный пот, руки задрожали, а в ушах появился какой-то странный звук. Андрей открыл дверь. Перед ним, держа наперевес автоматы, стояли трое абхазов. Один из них – высокий, худощавый, с зеленой повязкой на лбу. На вид ему было не больше тридцати, хотя в волосах уже была заметна седина. Двое других были ниже его ростом, оба с длинными, но жидкими рыжеватыми бородами, похожие, будто братья. Один из «братьев», в майке-тельняшке и с непонятной татуировкой на плече, уставился на Андрея. Андрей почувствовал страх, но в то же время беспощадную силу, которая рождалась в нем.

– Отойди от двери! – скомандовал высокий, направив на Андрея автомат.

Андрей послушался и, поправив автомат на плече, кивнул в направлении квартиры: «Заходите».

– Ты кто такой? – спросил гвардеец с татуировкой.

– Человек! – попытался пошутить Андрей.

– Я вижу, что не собака, – с наглой усмешкой бросил абхаз. – Откуда ты?

– Вообще, из России. Из-под Ставрополя.

– С самого начала войны тут?

– Ну, может, познакомимся? Меня Андрей зовут! – ушел от ответа Андрей.

Абхазы переглянулись. Андрей напряг все свои силы, чтобы не выдать себя. Но играл он хорошо, его голос даже не дрожал.

– Аслан, – представился боец с татуировкой.

– Саид, – ответил высокий.

– Ака, – ответил второй гвардеец низкого роста и с подозрением посмотрел на Андрея.

– Как-как? – из-за волнения Андрей толком не запомнил, как кого зовут.

– Ака меня зовут, – повторил абхаз более разборчиво.

Андрей кивнул и пожал всем троим руки.

– Ты давно тут? – спросил Аслан, прохаживаясь по комнате.

– В этой квартире? Со вчерашнего дня. Наш отряд ввязался с ними в бой, и мы выбили их с этой улицы. Мои пошли штурмовать Дом Правительства, – пояснил Андрей. – Тут русские ребята внизу напротив. Знаете их?

– Нет, этих не знаем. Но слышали, что они тут типа порядок наводят, боятся, что мы будем всех мочить. Вначале обходят дома, потом мужиков выводят и прячут, – недовольно сказал Ака.

– А тебя оставили тут? – спросил Саид, присев на табуретку и опираясь на автомат двумя руками.

– Да, так точно! – ответил Андрей.

– Хм! – недоверчиво взглянул на него Ака.

– Короче, ты занял эту квартиру? – добавил Аслан.

– Ну да, как видите!

– А где ты еще воевал? – спросил Саид.

– В смысле? – удивленно спросил Андрей. Вопрос был вполне понятным, но Андрей тянул время, лихорадочно придумывая правдоподобную версию.

– Ну, здесь, где ты был? – пояснил Аслан.

– В Очамчире бился с грузинами в июле. В мартовском наступлении участвовал, а потом грузины начали бить с артиллерии, и мы отступили, – на ходу выдумывал Андрей.

– А кто твой командир? – спросил Саид, не спеша закуривая сигарету.

Андрей на несколько секунд замолчал, перебирая фамилии, но потом интуиция ему подсказала, что эти рядовые гвардейцы вряд ли могут знать всех казацких командиров, которые прибыли сюда воевать добровольцами.

– Капитан Шмелев был, затем атаман Казаков.

Бойцы сидели, обдумывая ответ Андрея. Они не слышали имен, которые он назвал, но спорить не стали. Андрей перевел дух: ему вроде бы поверили. Абхазы прошли в комнату, где еще несколько дней назад лежали раненые грузины. Андрей последовал за ними. Саид автоматом приподнял ковер, который лежал на полу. Внимание Аки привлек телевизор и видеомагнитофон под ним.

– Ух ты! Что это? – Ака опустился на одно колено и стал тыкать кнопки.

– Какой шкаф, смотри, уася! – Аслан провел ладонью по буфету и уткнулся в него носом, рассматривая сервиз. – А что это за техника?

Он подошел к Аке.

– Это видик, – ответил Ака и повернулся к Андрею, ища подтверждения своих слов.

– Какая фирма? – спросил Аслан и присел к Аке, будто рассматривая надписи.

– Фис-с… чер, – прочитал Аслан.

– Фишер, – поправил его Андрей.

– Я их маму ебал, ничего себе! – возбужденно воскликнул Аслан.

– Уася, а телевизор, посмотри, какой тут. Я такой видел в Гудауте у Сандыного дяди. Помнишь его? – спросил Ака у Аслана.

– Да, «Сонью» помню, у него был, – ответил Аслан.

– Не «Сонью», а «Сони», – машинально поправил Андрей.

Абхазы резко прервали разговор и обернулись к нему. У обоих были недружелюбные взгляды. Андрей понял, что зря все это брякнул. Все так же молча абхазы встали и подошли ближе Андрею, их автоматы висели на плечах, но выглядели все равно угрожающе.

– Ладно! «Сони» так «Сони», – усмехнулся Ака. – Выпить будет у тебя или поесть что-нибудь? Мы еле на ногах стоим.

Андрей бросил удивленный взгляд на абхазов и наморщил лоб, изображая недоумение:

– Да я сам не в курсе толком. Давайте на кухню, парни, что-нибудь найдем.

Гвардейцы стояли, не шелохнувшись. Как вдруг Саид, уже не скрывая радости в голосе, добавил:

– Ну что, сангулиевцы, пойдем тяпнем немного! Отдохнем! А? Выпьем за победу.

Статус русского бойца дал Андрею иммунитет. Однако автоматы и допрос все еще вызывали у него опасения, и он понимал, что расслабляться не стоит. Но все же, демонстративно оставив автомат у стены, он пошел на кухню.

Гвардейцы, словно гости, уселись за кухонный стол и ждали, когда Андрей что-нибудь им поставит. Андрей вспомнил, что в тумбе, на которой стоял телевизор, была какая-то выпивка.

– Парни, там вроде в зале был бар, я схожу гляну.

«Гости» обменялись парой фраз на абхазском, и Ака сказал:

– Я тебе помогу.

– Давай, конечно! – отозвался Андрей, стараясь придать голосу более дружелюбный тон.

Они зашли в комнату, и Андрей полез в тумбу. Там действительно стояли бутылки.

– Что будем? Водку, коньяк?

– Тащи все, – скомандовал Ака, стоя в дверном проеме.

Они вошли в кухню с полными руками.

– Ух! Как здорово! – завопил от восторга Саид, разглядывая бутылки.

– Вот они жили, бля! – Ака выставлял бутылки на стол. Глаза его блестели от предвкушения.

– Давай с нами! – обратился к Андрею Аслан.

Андрей расставил стаканы и налил всем водки.

– Отравы не оставили нам эти уроды? – с подозрением посмотрел на свой стакан Аслан. – От них всего можно ожидать.

Он стал принюхиваться к водке, остальные последовали его примеру.

– Да на хер им это надо! Драпанули они, видишь, никого нет! – вмешался Саид.

– Ну что! – привстал Ака. – За победу!

– Да-а-а! – протянул Аслан. – Уделали мы их! Пиздец был, конечно.

Все чокнулись и уселись за стол. Андрей достал из холодильника подсохшие огурцы и подпорченные помидоры. Но даже на такую закуску абхазы накинулись с удовольствием.

– Ну как, ты здесь собираешься оставаться? Или уедешь к себе? – спросил Андрея Саид.

– К себе вернусь, – ответил Андрей.

– И квартирку себе не оставишь? Заслуженно!

– Заслуженно! – подтвердил Аслан. – Ведь вы нам помогли выгнать этих сволочей отсюда. Ты только подумай, сожгли наш архив! Паразиты! – щеки Аслана побагровели.

– Давайте выпьем за наших погибших, за тех, кто воевал за эту землю. За всех ребят, кто не пожалел своей жизни. Еще бои не закончились, но их имена уже остались в памяти у нас всех! – поднял стакан Аслан.

Абхазы молча встали, минуту постояли и, не чокаясь, выпили. «Вот оно как получилось, – думал Андрей, – недавно пил с грузинскими бойцами за грузинских героев, погибших во время войны, а теперь с абхазами за их героев, погибших от пуль грузин». Но, как это ни странно, в глазах этих ребят Андрей видел их правду, их горе и их цель. Он остерегался их, но понимал, что они такие же воины, только в данный момент находятся на другом берегу реки.

– Вот на набережной мы им дали жару! – продолжал хвастаться Ака.

– Да уж! Если бы не снайпер-черкес, то было бы совсем тяжко, они могли нас там прижать, – ответил Саид.

– Ни хера бы они нас там не прижали. Мы бы все равно их маму выебали, – ответил Ака, и все, кроме Андрея, расхохотались. Алкоголь делал свое дело: абхазы расслабились.

– Сколько их лежит на улице. Кошмар! – Аслан закинул ноги на стол и закурил.

– Наших тоже немало лежит, – помрачнел Ака. – Надо бы их всех похоронить. А то их собаки уже жрут.

– Как думаешь, помощь подоспеет к ним? – спросил Аслан.

– Вряд ли. Шеварднадзе с Гамсахурдией отношения выясняют. Так что Абхазия наша. Не вся, конечно! – ответил Саид.

– Почему не вся? – спросил Ака.

– Говорят, с русскими есть договоренность, что мы Гали не берем, доходим лишь до реки Галидзги. Вот так! – сказал Саид, стукнув кулаком по столу.

– Чушь какая-то. С чего ты взял? Если надо, перейдем Ингур и покажем им там, – ответил Ака. – Они устроили нам порку, мы отправили их в ад. Решили проучить нас?! Нас так просто не проучишь. Были тут как короли. А теперь мы тут короли. Мы победители! – вскрикнул он и пьяно засмеялся.

– Не кричи! – одернул его Аслан.

– Послушай, а сколько ваших тут? Я имею в виду, казаков, – спросил Саид у Андрея.

Этот вопрос застал парня врасплох.

– Ну я так не считал… Порядка полутора тысяч бойцов есть, – ответил он наугад. – Или тысяча! Нам ведь не докладывают.

– Да! Еще нам помогали наши братья кабардинцы, черкесы, пятьсот адыгейцев, кстати, было. Дай бог им здоровья! Несколько тысяч армян из батальона Баграмяна, – перечислял Аслан.

– Бля, откуда у тебя эта статистика, уася? – заплетающимся языком спросил Ака, обращаясь к Аслану.

– Я все знаю, – огрызнулся Аслан.

– Армяне вообще красавчики, уася, я их раньше недолюбливал, но они такие, бля! Воевали как за свою землю, – Саид обращался только к Андрею.

– Короче, уася, без них нам были бы кранты. Спасибо им за это всем, – Аслан произнес это серьезным тоном. – Все, что вам нужно на этой земле, вы можете брать. Берите все! Они сейчас разбегутся, и тут куча всего останется, всем хватит, – Аслан распоряжался чужим имуществом, словно был каким-то царем или верховным правителем.

Саид сидел на стуле, покачиваясь. Порой казалось, что он вот-вот заснет. По его неровному дыханию было заметно, что он страшно устал. Время от времени, когда братья слишком бурно выражали свои эмоции, Саид вздрагивал и открывал глаза.

С лица Аки не сходила издевательская ухмылка.

Андрей внимательно рассматривал всех троих, изучая каждого. Но под хмелем у него не очень-то получалось делать выводы. К тому же у него из головы не выходил Амиран. «Куда он делся? Из квартиры он выйти не мог, если только не перелез в соседнюю через балкон. Хоть бы ни на кого не нарвался там!» – думал Андрей.

Чтобы не вызывать подозрение своим молчанием и безучастностью, Андрей периодически вставлял ничего не значащие реплики в разговор.

«Что же делать дальше? Сидеть и пить с ними? Или, может, попытаться улизнуть и искать Амирана? – Андрей терялся в сомнениях. – Не стрелять же в них, в конце концов. Неплохие вроде ребята, и меня не тронули. Ладно, подожду, пока они окончательно напьются, а там посмотрим…» Он взглянул на часы, было уже полпервого.

– А ты как считаешь? – с выражением недоверчивого любопытства в глазах спросил Аслан.

– Ты о чем? – спросил Андрей.

– Мы бы справились с грузинами без вас? – уточнил Ака.

– Сложно сказать! – ответил Андрей.

– Ну ты же сюда воевать приехал не просто так! – добавил Ака.

– Да, не просто так.

– Так все же почему?

– Я обязан был сюда приехать.

– Обязан? – удивился Ака.

– По-другому я поступить не мог, – ответил Андрей.

– Но как ты думаешь, без вас мы бы не справились? – снова спросил Ака.

Андрей опять тянул время. Он встал и подошел к кухонному шкафу. Нашел там какую-то тарелку и взял ее под пепельницу. Вернулся за стол и закурил.

– Может, и справились бы, я не спец в таких вопросах. Но дело не в этом, – Андрей понимал, что встал на скользкую дорожку, и не хотел вывести из себя уже подвыпивших абхазов.

– А в чем? – спросил Ака.

– В любой войне важно не только, кто ее выиграет, – ответил Андрей, – важно, кто выиграет после войны. Борьба за то, каким будет мир, – вот самый главный этап. Войну можно выиграть грубой силой, количественным перевесом. Но вот выиграть мир можно только головой, душой и идеей.

Абхазские боевики с изумлением глазели на него.

– Наша идея – свобода, – ответил с гордым видом Ака.

– Свобода? А что это такое, по-твоему? – начал дискуссию Андрей. – Вот у нас в России полная свобода, только жрать людям нечего. Свободой сыт не будешь!

– Не путай свободу с хаусом, – ответил Ака. Андрей не стал его поправлять, услышав специфичное ударение на букву «у» в слове «хаос», чтобы не вызвать еще одну волну раздражения.

– А на вашу свободу кто посягал? Что, грузины решили и вправду у вас ее отнять? – спросил Андрей и тут же понял, что его понесло не в ту сторону.

– Да! – рявкнул Аслан. – Они ворвались сюда год назад с оружием, а теперь бегут отсюда, как собаки.

– Ну, ворвались, но, может, их спровоцировали. Не задумывались об этом? – смело рассуждал Андрей.

– Хочешь сказать, что это мы спровоцировали? – Ака тоже начал заводиться.

– Обо всем этом нам расскажет история. Время все расставит по своим местам. А пока будем наслаждаться победой.

Абхазы о чем-то задумались, достали папиросы и одновременно задымили. Внезапно послышался шорох в коридоре. Через мгновение на кухне показался Амиран с автоматом, наведенным на бойцов.

– Не двигаться, мать вашу! – хладнокровно произнес Амиран. С удивительной ловкостью он ногой отодвинул автомат Аслана в сторону.

– Давай без глупостей, – обратился он к Аке. – Ствол сюда. Иначе я прошибу ему череп, – Амиран направил дуло автомата на голову Саида.

Ака медленно протянул автомат Амирану. Амиран подтащил автомат к себе. Саид сидел не шевелясь.

– И ты давай свой автомат, – потребовал Амиран у Аслана. Но тот делал вид, будто не расслышал приказ.

– Давай, давай! – торопил Амиран.

Аслан протянул ему автомат.

– А теперь все положить на пол: пистолеты, гранаты, что там у вас еще. И быстро, без фокусов. Иначе вас всех положу. Мне нечего терять. Не хотите же вы сдохнуть в последний день войны по собственной глупости? А ты помоги мне! – кивнул Амиран Андрею. Амиран повесил автомат на плечо и быстро привинтил глушитель на пистолет.

– Если буду вас убивать, никто не услышит, – Амиран навел пистолет на абхазов.

Бойцы стали разоружаться. Бросили на пол по пистолету каждый, сложили лимонки на ковер.

– Не знаю, что вы задумали, – произнес Ака, глядя исподлобья, – но живыми вам отсюда не выбраться. Мы уже контролируем почти весь город и подступы к нему. Так что вам конец!

– Не твоего ума дело! – одернул его Амиран. – А теперь руки за голову и живо в комнату!

Бойцы встали, презрительно глядя на Андрея. Да, родом он из Ставрополя, но сейчас он оказался не их союзником!

– Вперед! – ткнув дулом пистолета в Саида, повторил Амиран. – В комнату! На колени.

Абхазы не спешили повиноваться, но, оказавшись в таком дурацком положении, все же подчинилиcь. Андрей наблюдал с тревогой за происходящим, чувствуя, что они с Амираном сильно рискуют.

Амиран тоже до конца не решил, что делать с абхазами. Убить всех троих – слишком рискованно. Неизвестно, кто еще сюда может явиться, и тогда, скорее всего, живыми выйти не получится. Оставить здесь просто так тоже опасно – фора по времени будет максимум минуты три. И за эти три минуты надо незаметно добраться до автомобиля, и чтобы все было тихо. Амиран по пути забрал себе пистолеты и «лимонки» и поручил Андрею вытащить патроны из магазинов.

– Я так и знал, что этот говнюк врет, уася, – процедил сквозь зубы Аслан. – По роже было видно. Морда твоя неприятная, так и просит кирпича.

Аслан сплюнул на ковер.

– Ты бы не выкобенивался, солдат, если так можно тебя называть. А то пулей можно и по твоей роже заехать, – сказал ему Амиран.

– Еще раз говорю, вам не выйти отсюда. Вас все равно прихлопнут. Вы не сможете даже выбраться из района, – презрительно сказал Ака.

– А мы не собираемся пешком идти, у нас тут автомобиль припаркован, – перебил его Амиран. Не опуская пистолет, он сделал пару шагов назад, к окну, отодвинул занавеску и посмотрел, что творится во дворе.

– Автомобиль?! И куда вы собрались? Весь город перекрыт, – сказал Аслан.

Амиран внимательно смотрел на бойцов. Судя по глазам, ребята были идейные, храбрые. Амиран уселся в кресло, продолжая держать абхазов на прицеле.

– Шелохнетесь – выстрелю в голову, – предупредил он. – Каждому. Я отсидел пятнадцать лет, мне нечего терять. Умереть на этой войне в моем возрасте – не самая позорная страница моей специфической биографии. Семьи у меня нет. Поэтому я не цепляюсь за жизнь.

– Зато твоему парнишке надо жить. Так что ты никуда не денешься, – с издевкой возразил Ака.

– Послушай, придурок, он может сейчас уйти с полным боекомплектом, а я останусь здесь. И пока не буду уверен, что он в безопасности, буду вас держать тут, а потом по очереди расстреляю, – Амиран демонстративно прикрутил глушитель еще к одному пистолету. – Вы не первые. Возможно, будете последними.

– И что? – с вызовом спросил Аслан.

– А вот что! Слушайте меня внимательно. Не я и не вы начали эту войну – это и ежу понятно.

– Это вы начали! Вы! – истерично крикнул Саид, на его глазах появились слезы.

– Послушай, салага! – повысил тон Амиран. – Не наложи в штаны и вытри молоко с губ. Ты понятия не имеешь, кто начал эту войну. Ты, как туземец, взял оружие, впрочем, я тоже. Но между нами есть одно существенное отличие. Знаешь, какое?

– Мы помоложе будем, – сказал Ака, хотя вопрос предназначался Саиду.

– Не только! Вы в начале пути и воюете за чьи-то идеи. Я же вообще воюю не за идеи, а за простых людей, которых кинули продажные политики, и я в конце пути. Мне на все и на всех насрать. У меня здесь не было командира, я сам планировал и сам проводил операции. Сам сюда приехал и сам решу, когда уехать. Поэтому я не собираюсь вас уговаривать. Да, мы сидим друг у друга в заложниках, но мы можем поступить максимально выгодно для всех, если пошевелим мозгами, – Амиран оказался в своей привычной стихии, разговаривать с молодежью он умел.

Все три пары глаз напряженно уставились на него.

– Итак, – продолжал Амиран, – если вы хотя бы капельку думаете головой, заключим сделку.

– Какую? – спросил Аслан. Его явно заинтересовал этот странный человек.

– Вы нас вытащите отсюда, довезете до безопасной зоны, а потом будем вспоминать друг друга только по пьяни.

– Черта с два! Даже если захотим, ни хера не получится. Если наши узнают, что мы вас перевозим, то и нас пришьют, – ответил Ака.

– Так пусть не узнают. Сделайте это незаметно. Я сам несколько абхазов вывез отсюда в конце прошлой осени и весной, – сказал Амиран и закурил сигарету. Перехватив жадные взгляды своих собеседников, брошенные на пачку «Космоса», предложил им:

– Будете?

Саид и Ака не притронулись к сигаретам, хотя не могли отвести от них глаз. Аслан даже отвернулся.

– Ну что? – повторил вопрос Амиран. – Предложение понятно?

– Ты как это себе представляешь? Мы что, все вместе просто так спустимся и поедем?

Амиран подозвал Андрея и стал что-то нашептывать ему на ухо. При этом он не убирал палец с курка пистолета, нацеленного на пленных. Андрей вышел из комнаты и сделал вид, что собирается.

– Ну? Времени нет церемониться! – воскликнул Амиран. – Ты, – он показал пистолетом на Аслана, сейчас пойдешь с Андреем к машине, которая стоит в соседнем дворе. Вы вместе сядете в нее и подъедете к самому подъезду.

Амиран пристально посмотрел на всех присутствующих, чтобы убедиться, что они его поняли.

– Мы ждем здесь. Если вас не будет через десять минут, я убью по очереди обоих. Один из них, по-моему, твой брат? Так?! – обратился Амиран к Аслану.

– Да! – буркнул Аслан.

– Тогда вставай! Идешь с пустым магазином, и чтобы никаких фокусов, – Амиран бросил ему пустой рожок и придвинул автомат.

Аслан встал и с видом мученика направился к дверям.

Глава 16

Ровно через десять минут «Волга» подъехала к дому. Андрей сидел впереди, рядом с водителем, держа заряженный калашников наготове. Амиран вывел двух «заложников». Закинув сумку с оружием в багажник, он усадил абхазов на заднее сиденье.

Неподалеку уже стояли абхазские гвардейцы, их было довольно много. Они проводили рейды, обыскивая квартиры, и время от времени выводили из домов под конвоем каких-то людей. Скорее всего, этим несчастным грозил расстрел. Во дворе уже лежали новые трупы мирных жителей.

Пока все шло так, как планировал Амиран. Уже в который раз они проезжали по опустевшему городу, но Андрей не мог спокойно смотреть на весь этот ужас. Развороченные взрывами стены каменных домов, искореженная арматура, торчащая из них, словно вывернутые наизнанку внутренности; зиявшие слепой чернотой оконные проемы, повсюду следы пожаров. И голодные собаки, кружащие вокруг мертвых тел. Изуродованный, изнасилованный город.

Они хотели вывернуть на какую-то улочку и вдруг заметили стоящий поперек дороги БТР. Вокруг него толпились боевики в разной экипировке.

– Объехать сможешь? – спросил Амиран Аслана, который вел машину.

Их «Волга» привлекла внимание боевиков, и двое из них вышли вперед, нацелив на нее автоматы.

– Странно будет, – ответил Аслан, замедляя ход. – Они могут почуять неладное. Я объяснюсь с ними, если что.

Амиран не стал спорить – не остановиться было действительно слишком опасно. И все же он еще не доверял абхазу:

– Ты уверен? Не выдашь себя?

Андрей поймал презрительный взгляд Аслана, но чувствовал, что абхазы их не сдадут.

– Я-то не выдам себя. А вот ты, надеюсь, не выдашь нас, – поджал губы Аслан.

«Волга» остановилась, не доезжая перекрестка. Из-за БТРа вышел вразвалочку здоровенный мужик в темных очках, тельняшке и кепке защитного цвета. Взмахом руки он приказал сидящим в машине не двигаться.

Подойдя к машине со стороны Аслана, он нагнулся и стал внимательно рассматривать пассажиров. Потом постучал в боковое стекло. Аслан опустил стекло.

– Здоро́во! – промычал боевик низким голосом.

– Привет! – ответил Аслан.

– Вы откуда?

– Из города. Едем на позицию, – равнодушно ответил Аслан, глядя мимо гвардейца.

– Все вместе?

– Да!

– И где же эта позиция? – поинтересовался боевик, облокотившись на дверцу и немного приспустив очки.

– Мы к Гульрипшу едем. Там приказано закрепиться, – ни секунды не колеблясь, ответил Аслан.

– А кто ваш командир?

– Барциц.

– Тимур, что ли? – оживился то ли от удивления, то ли от радости боевик.

– Да, так точно.

Боевик выпрямился и с видом хозяина, инспектирующего свои владения, не спеша обошел машину.

Дойдя до капота, он остановился, что-то соображая. Амиран напряженно подался вперед, держа палец на курке пистолета. Сердце Андрея участило темп, он понимал, что их жизни висят на волоске. Но вдруг боевик осклабился и ударил кулаком по капоту – им разрешили ехать.

– Ну, слава те, – произнес Аслан и нажал на газ.

Когда они оказались достаточно далеко от БТРа, Амиран вдруг нарушил тишину:

– Напряженно было!

– Да уж, – кивнул Ака.

– Но ты молодец, не подал виду. Хорошо сыграл. Я даже в знак благодарности уберу пистолет.

Аслан неопределенно хмыкнул.

– Мы вас довезем и будем квиты, – сказал Ака.

– Квиты? – переспросил Амиран.

– Ну вы же нас не прикончили в той квартире, – ответил Ака.

– Здо́рово! Юмор принимается.

– Да не шучу я! – дернул плечом Ака. – Просто мы – люди, которые встретились на войне по разные стороны. Сам же говорил.

– Говорил. А вы, оказывается, слушали. Не ожидал.

– Давай по чесноку, – добавил Ака. – Вы проиграли войну. Ну и что нам, убивать последних безоружных?

– Не надо нас жалеть, – помрачнел Амиран. – Довезите до безопасного места. И я буду молиться за вас, если останусь в живых, всю оставшуюся жизнь.

– Ладно! – кивнул Аслан. – А вы здесь давно воюете?

– Я с осени прошлого года.

– А твой друг?

– Он вообще не воевать сюда приехал.

– А что? На курорт явился? Сезон или место перепутал? – засмеялся Аслан.

– Нет, он за мной приехал. Спасать меня, – ответил Амиран и улыбнулся. Андрей посмотрел на него в зеркало заднего вида, и они оба хихикнули.

– Кстати, вы не знаете, много грузин осталось в Очамчирском районе? – спросил Аслан.

– А зачем тебе это знать? Может, это военная тайна, – ответил Амиран.

– Да брось ты! Военная тайна! – язвительно заметил Аслан. – Тайны уже давно закончились. Вам кирдык. И это правда.

– Ты точно знаешь?

– А что не так? – спросил Ака.

– Думаю, пока ничего не ясно! Да, сейчас перевес на вашей стороне. Я имею в виду, в этом временном промежутке. Уяснили? – сказал Амиран.

– Что ты гонишь! – начал закипать Ака.

Андрей понял, что сейчас Амиран оседлает любимого конька, и вряд ли это понравится абхазам. Конечно, самая горячая и неопределенная фаза их своеобразного знакомства пройдена, к тому же абхазы не дрогнули, когда их остановили у БТРа, но все же, зная Амирана и его острый язык, Андрей опасался, что весь их план может провалиться из-за банальной ссоры.

– Вот смотрите! Видите дома, которые мы проезжаем? – начал Амиран.

– Ну видим. И что? – с напускным равнодушием ответил Аслан.

– Видите, таблички на воротах висят? – снова задал вопрос Амиран.

– И? – вмешался в разговор Саид.

– Что на этих табличках? – продолжал допытываться Амиран.

– Что-что? Фамилии хозяев, – ответил Ака.

– И о чем это говорит?

– Говорит о том, кто живет в этом доме, – вновь подал голос Саид.

– Не только.

– Ну а что еще? – злился Аслан.

– Подумайте хорошенько, – хитро улыбаясь, продолжал свой экзамен Амиран.

– Не морочь нам голову! Хватит! Говори уже, – раздраженно бросил Ака.

– Табличка с именем и фамилией – это символ человеческий. Это символ собственности и бесконечности.

– Бесконечности? – спросил Аслан.

– Да. Таблички – как дети. Зачем мы так любим детей и заботимся о них? Никто не задавался вопросом? Вот у вас сколько детей?

– У меня одна девочка, – ответил Саид.

– А у меня нет детей, – откликнулся Аслан.

– Не женат?

– Женат, но детей пока нет.

– У меня двое, – ответил Ака.

– А кто у тебя?

– Девочка и мальчик.

– Представляешь, я пристрелил бы тебя, и твои дети остались бы сиротами. А так они могут еще увидеть своего отца, – Амиран наблюдал за реакцией Аки, как будто испытывая его выдержку.

Андрея словно током ударило – вот сейчас как рванет. И зачем Амиран затеял весь этот разговор, все равно они останутся при своем.

– Так почему же мы любим детей, помимо чисто нежных чувств? – продолжал задавать вопросы Амиран.

– Потому что дети – это инстинкт, – ответил Аслан.

– Ты близко. Ну?

– Ну давай, не томи. Ответь, – потребовал Саид.

– Потому что дети – это наше продолжение, наша генетическая копия, наша иллюзия бессмертия. А бессмертие – это то, к чему человек идет всю жизнь. Иногда даже не осознавая этого.

– Ты хочешь сказать, что фамилия – это тоже иллюзия бессмертия? – спросил Ака.

– Ну наконец-то! А ты соображаешь, абхазец, – щелкнул пальцами Амиран. – Действительно, передача фамилии – это иллюзорный способ продолжения своей жизни. Теряя детей, мы теряем самих себя. Мы теряем часть своего организма, своего духа. Так вот, я про таблички. Сейчас определенные люди потеряли свою иллюзию бесконечности – свои таблички. И потеряют себя. А кто-то займет их место и обретет эту самую иллюзию. Иллюзия бесконечности – это как ситуация с деньгами.

– А что с деньгами? – спросил Ака. – При чем тут они?

– Все думают, что деньги – это некая ценность, модель собственной защиты и, опять же, бессмертия. Но никто не задумывается, что это тоже иллюзия.

– Ну да, не такая уж и иллюзия, они вполне себе материальны, – возразил Аслан.

– И все-таки иллюзия, ведь их можно получать буквально из воздуха. И человек, имея деньги, создает себе иллюзию защиты и бесконечности.

– Из воздуха? – спросил Аслан.

– Конечно! – ответил Амиран. – К этому люди тоже шли тысячелетиями. Желание быть богатыми как раз и означает делать деньги из воздуха. Сейчас этим занимается узкая группа людей.

– И кто же они? – спросил Аслан.

– А об этом при следующей встрече, – усмехнулся Амиран.

Все рассмеялись, во взглядах абхазов уже не было той вражды и презрения, как вначале, хотя и дружескими их назвать было нельзя.

– Я вот смотрю на все это, – внезапно начал Андрей, он даже сам не понял, как у него выскочила эта фраза. – Что вы делите? Зачем убиваете друг друга? Для чего все это?

– Мы создаем будущее для своих детей, – ответил после нескольких секунд молчания Ака.

– Создавать будущее своих детей за счет будущего и крови чужих детей?! Вам не кажется, что это тупик? Или нечто устарелое? А?

Андрей повернулся и посмотрел на Амирана.

– А дети и внуки, которым ты создал будущее таким образом, – поддержал своего друга Амиран, – разве не будут тебя проклинать в этом самом будущем, когда им придется расхлебывать все это. Такой путь ведет не к миру, а к страданиям, ненависти и мести. Вырастут обездоленные дети, чьи родители были изгнаны или убиты. Одно поколение сменит другое, но они будут все это помнить и тоже будут мстить. Это замкнутый круг.

Абхазы молчали.

Когда они переезжали Красный мост, Андрей не выдержал:

– Может, хотя бы похороним наших? – он обернулся к Амирану. – Где-то здесь же нас тогда перебили, да?

– Дальше по дороге вниз мы попали в засаду, – напомнил Амиран.

– Так может, все-таки заедем и похороним ребят? – повторил Андрей, умоляюще глядя на друга. Тот молчал.

– Давайте без фокусов, – вмешался Аслан. – Какие похороны? Вы хотите, чтобы и нас с вами похоронили?

– Плохая идея! – поддакнул Саид.

– Мы вас оставим в Бахмаране. Дальше сами пойдете. В Гульрипше пока ваши стоят. Так что давайте лучше не будем рисковать.

– Ладно, едем дальше, – согласился Амиран. Андрей снова обернулся к нему, но он опустил глаза.

Сложно было упрекнуть Амирана в трусости, и Андрей понимал, что это их последний шанс вырваться из города, но не мог смириться с тем, что тела ребят, которые помогли ему добраться до Амирана и бесстрашно прикрывали в бою, сейчас валяются на улице. Андрей хмуро смотрел перед собой, погрузившись в воспоминания – слишком тяжелые и невыносимо яркие, чтобы говорить о них. Ему нужно было пережить это. Но последний бой и смерть товарищей пока не отпускали. Андрей вспоминал тяжелый взгляд оказавшегося таким великодушным Нодара, его говор и специфический акцент; вечно недовольного Пату, который всегда смотрел исподлобья. Рассказы Ники и Ромы. Историю Рамаза, который не мог есть мясо. И еще одна страшная картина стояла у Андрея перед глазами: сгоревший самолет, будто гигантское дерево падающий на землю. Страшный скрежет крыла об асфальт звучал в ушах, как крик.

И вот сейчас они с Амираном едут в одной машине с теми, кто мог их убить, но Андрей не испытывает к этим людям никаких эмоций. Для него они не враги. По крайней мере, эти трое. Да вообще вроде неплохие парни. Андрей покосился на Аслана, но тот не заметил его взгляда, сосредоточенно глядя вперед.