Текст книги "Кара"

Автор книги: Леонтий Чагунава

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 52 страниц)

Ангелина отдернула руку. Наверное, она могла бы поспорить с ним о том, что такое хороший муж, а племянник мог бы напомнить ему о тете Асе. Но Ангелине уже надоели пьяные разговоры Акопа, а Гена слишком боялся дядю, чтобы возражать ему.

– Ну как, уяснили? – произнес Акоп, обращаясь ко всем троим. Ангелина наконец села за стол. Их взгляды с Акопом встретились.

– Уяснили, – ответила она за ребят и перевела взгляд на Андрея. Андрей воспринял это как предложение высказаться.

– У меня немного другое представление о порядочности.

– Да? Как интересно, – Ангелина зевнула, прикрыв рот сжатым кулаком. Было видно, что она устала и на самом деле ей абсолютно все равно, что думает Андрей.

– Не будем останавливаться на этом. Каждый, наверное, останется при своем мнении, – Акопа, похоже, тоже утомил этот разговор. – Ребята еще молоды, но с возрастом поймут, о чем я.

* * *

После жаркой квартиры Акопа мороз казался в несколько раз сильнее. Обжигающий ветер сковывал лицо так, что произнести хотя бы слово стоило усилий, да и настроения разговаривать после непростого вечера ни у одного из друзей не было. Андрей вспоминал слова Акопа о схемах и заработках: «И он еще рассуждает о порядочности! У самого жена и ребенок в Армении, а он здесь живет с любовницей, которая к тому же умудряется ему изменять!»

Андрей понимал, что Акоп просто покупает преданность и расположение окружающих: родственников, друзей, коллег, даже Ангелины. «Тоже хороша! Спит с другим, а на людях играет роль покорной жены. Очевидно же, что она Акопа не любит, а использует как мешок с деньгами». Почему-то Андрея радовал этот вывод, хотя он и сам не мог объяснить себе, какое ему дело до чувств Ангелины.

Вместе с потоком людей друзья нырнули в живительное тепло метрополитена. Андрей с интересом разглядывал лица проходящих мимо пассажиров и думал о том, что же на самом деле они скрывают. После сегодняшнего разговора ему казалось, что все в жизни имеет вторую, темную, сторону.

Глава 8

Последние выходные перед Новым годом Андрей провел в раздумьях. Он снова и снова возвращался к разговору с Акопом, пытаясь примерить его жизнь на себя, – нет, такой вариант ему не подходит. Предприимчивость Акопа, его умение вести дела восхищали Андрея. Еще недавно он хотел стать таким же – влиятельным и при деньгах. Но после того, как он узнал правду об отношениях Акопа с Ангелиной, такая жизнь перестала казаться ему образцом для подражания.

Взгляды родителей его тоже не устраивали. Родители всегда говорили Андрею, что счастье за деньги не купишь, и долгое время он безоговорочно верил им. Повзрослев, начал понимать, что счастливым без денег стать сложно – женщины выбирают более успешных и состоятельных. Вот и Куропаткина наглядно это подтвердила. В тот день Андрей, как он думал, открыл формулу семейного счастья, где главной переменной был достаток.

Однако теперь получалось, что формула ошибочна. У Акопа имелись деньги, связи – все, о чем только могли мечтать в то время советские люди, и даже больше. Ангелина купалась в роскоши, которая ей ничего не стоила. У нее были модные импортные вещи, драгоценности, шубы, она ездила отдыхать на курорты несколько раз в год, а к парикмахеру и косметологу ее возил шофер.

«Чего ей не хватает? – терялся в догадках Андрей. – Почему она изменяет Акопу? Ведь благодаря ему она живет как в сказке!»

Он сидел на своей кровати в общежитии и пытался готовиться к зачетам. Но противоречивые эмоции и яркие события последних дней не давали сосредоточиться на учебе. Не способствовали занятиям и мысли о Марине. В выходные она провожала родителей и брата на Украину. Еще пару дней – и… Андрей боялся даже мечтать о том, что будет «и». По крайней мере, Марина обещала, что они целую неделю проведут вместе. Это одновременно и радовало, и пугало Андрея. Он давно ждал близости с Мариной, но боялся, что отсутствие у него опыта все испортит. Хотелось показать себя с лучшей стороны, но у Андрея не было точного представления о том, как и что он должен делать, а спрашивать у кого-то более искушенного – стыдно, еще не хватало, чтобы его засмеяли. Игорь, хвастаясь, пару раз рассказывал ему какие-то подробности своей сексуальной жизни с Агнией: как он «присовывает» ей, как она делает ему минет и как кричит, когда кончает. После этих рассказов Андрею становилось не по себе, и он четко решил, что никто не должен знать о том, что происходит у них с Мариной. Андрей привык вести себя как взрослый самодостаточный человек, именно так его воспринимали сокурсники и соседи по общежитию. К тому же что он, мальчишка, чтобы бежать к ним за советами, да еще и в таком деликатном вопросе?

* * *

Марина сказала, что во вторник может пропустить учебу и остаться дома.

– Хочешь, приходи, посмотрим телик, послушаем музыку, я тебя обедом домашним накормлю… – девушка смущенно улыбалась и кокетливо накручивала на палец прядь волос. – Если, конечно, у тебя нет дел поважнее…

У Андрея перехватило дыхание от ее жеста и слов. А она явно наслаждалась эффектом, который производит на парня.

– Нет, конечно! Я абсолютно свободен, у меня почти по всем предметам «автомат»!

– Ну тогда до вторника!

С этого момента внутри Андрея словно запустили механизм, который отсчитывал часы и минуты, оставшиеся до встречи. Время то тянулось бесконечно долго, то летело слишком быстро, и Андрей сам не знал, хочет он его замедлить или, наоборот, еще больше ускорить. Андрей ходил сам не свой. Был невнимателен на занятиях, игнорировал встречи с Хохлом, элементарно забывал перекусить, а с Геной и вовсе перестал разговаривать.

Наступил вторник. Собираясь, Андрей поймал себя на мысли, что нервничает, как перед поступлением в институт. У него скрутило живот, начало слегка подташнивать. Мысли прыгали с одного предмета на другой, и он не сразу смог вспомнить, куда дел шампанское, которое приготовил специально для свидания с Мариной.

Уже на выходе из общежития Андрей бросил взгляд в зеркало и резко остановился. Это никуда не годится! Укутался, как старик – толстый шерстяной свитер, меховая шапка, намотанный чуть ли не до глаз шарф. Андрей всегда так одевался в мороз, но сегодня был особый случай. Нельзя идти к девушке в таком виде!

Пришлось возвращаться в комнату. Порывшись в шкафу, Андрей достал белый свитер с высоким горлом. Правда, он подарил его Гене, – тот любил красивые вещи, но жалел на них денег. Андрею же для друга ничего было не жалко. В итоге у них так и сложилось – оба одалживали друг у друга вещи и даже перестали спрашивать разрешения – для общежития это было нормой.

Переодевшись, Андрей снова критически взглянул на свое отражение в зеркале и на этот раз остался доволен. Свитер был достаточно теплым, но при этом смотрелся модно и эффектно, прекрасно сочетаясь с новыми джинсами.

«Шапку сниму в подъезде», – решил парень, выходя на холод и натягивая головной убор на уши. По зимнему ленинградскому небу лениво ползли тяжелые облака – предвестники снега. «Может, потеплеет хоть чуть-чуть», – с надеждой посмотрел вверх Андрей.

Через час c лишним он вошел в подъезд Марины. Щеки его горели, но не от холода – он сейчас не почувствовал бы мороза, даже если бы снял пальто. На лбу выступили капельки пота. И только по спине то и дело пробегал легкий холодок. Андрей стоял перед ее дверью и не мог заставить себя нажать на звонок. Наконец усилием воли поднял руку и медленно надавил на кнопку.

Не прошло и пяти секунд, как дверь распахнулась и он увидел родное лицо. Марина тоже выглядела взволнованной, на ее щеках играл легкий румянец, придававший ей необыкновенную свежесть. Распущенные волосы спадали на плечи свободной волной. А бело-голубой сарафан на широких бретелях, открывал ее красивые ноги. Андрей заметил, что она совсем без макияжа, и ему очень понравилась такая естественность.

– Привет! Проходи, – Марина чмокнула молодого человека в щеку и кинула под ноги тапочки. – Вообще-то ты опоздал на час.

Андрея уколол ее упрек – они не договаривались о конкретном времени, не мог же он забыть!

– Замерз? Давай пальто, – Марина тут же сменила гнев на милость.

Она повесила вещи на деревянную вешалку и ласковым движением провела пальцами по бровям Андрея, смахивая капельки воды. Андрей улыбался, тая от ее прикосновений.

– А, да, это тебе! – опомнился он, чуть не выронив из рук пакет с бутылкой.

– Ого! Вот это роскошь! – воскликнула Марина. – Ну, пойдем! – она протянула ему руку, приглашая за собой. Но Андрей задержался в коридоре – его трясло от напряжения, и нужно было срочно что-то с этим делать.

– А где руки помыть можно?.. – смущенно спросил он. Девушка указала на дверь слева.

В ванной Андрей отчаянно намылил руки, потом, включив одну горячую воду, засунул их под струю кипятка – и тут же отскочил, едва не ошпарившись. Это не помогло. Решив, что холодная вода все же безопасней, он умылся, но лицо продолжало гореть. Челюсть свело, ноги подкашивались, по спине бегали мурашки. Андрей смотрел на свое отражение, пытаясь унять эмоции. А что, если у него ничего не получится? Совсем? Его охватила паника. В этот момент в ванную зашла Марина.

– Вот, возьми полотенце!

От свежего запаха чистого полотенца ему полегчало. Андрей зарылся в него лицом и тер щеки грубым ворсом.

– Ну что ты там копаешься? – поторопила его Марина. Из кухни донесся знакомый с детства ароматный запах первого.

– Это что, борщ? – спросил Андрей. Таким борщом кормила его бабушка на Ставрополье. – Обожаю его!

– Вроде того, – гордо улыбнулась Марина. – В Ленинграде, конечно, сложно настоящий борщ сварить, но я старалась…

На щеках у нее снова вспыхнул румянец.

– Ладно, жду тебя на кухне.

Андрей наконец вышел в коридор. Не удержавшись от любопытства, он заглянул в гостиную. Комната была такой же большой, как у Акопа, – но какой контраст! Светлые неброские обои, диван-книжка. Рядом овальный чайный столик и два светло-серых кресла на деревянных ножках, в углу – старомодный торшер с огромным белым абажуром, в серванте – со вкусом подобранный хрусталь, на полках любовно расставлены фарфоровые статуэтки. Можно было представить, что, когда сквозь светлые шторы в гостиную проникал солнечный свет, здесь становилось еще уютнее. В глаза бросалось обилие книг. Они были повсюду – на полках, стеклянной этажерке, выглядывавшей из-за кресла, в шкафу в коридоре, даже в буфете, где обычно стоит посуда.

– Ты тут? У меня все готово, давай на кухню! – Марина заглянула в комнату. На девушке был фартук, который делал ее милой и домашней, но в голосе слышались железные нотки. А может, Андрею это показалось?

– Хорошо, иду.

На кухне Марина характерным для нее командным жестом указала, куда ему сесть. Андрей занял место за прямоугольным столом, накрытым зеленой скатертью в красных вишнях.

Марина домыла посуду и стала наливать густой борщ в глубокую суповую тарелку. Поставив ее перед Андреем, Марина взялась было за бутылку с шампанским, но Андрей ее опередил:

– Давай я! – он забрал из рук девушки шампанское, ловким движением открыл бутылку и разлил напиток по фужерам.

– Ну что, за нас! – предложил он.

– За нас!

Они посмотрели другу в глаза и улыбнулись.

Пригубив шампанское, Андрей разглядывал пузырьки газа, которые с разной скоростью поднимались со дна фужера. Некоторые лопались на поверхности, а некоторые прилипали к стеклянным стенкам. Надо бы выпить побольше – Андрей надеялся, что это поможет преодолеть скованность.

– Да ты садись поешь, – как сквозь сон, услышал он голос Марины. Она тем временем налила борщ себе и села рядом.

Андрей поднял фужер и произнес:

– За тебя, милая! Ты потрясающая девушка, и я счастлив, что тебя встретил, – он легонько стукнул своим фужером о фужер Марины.

– И я! – ответила Марина, выпив шампанское до дна.

Наконец напиток подействовал – Андрей ощутил легкое головокружение. Он встал, наклонился к Марине, и они слились в поцелуе. Продолжая целоваться, Марина повела его в свою комнату. Краем глаза Андрей заметил у окна какое-то движение – и вздрогнул от неожиданности. Они не одни? Еще не хватало! Он совсем забыл, что у Марины живет попугай. Марина рассмеялась и накинула на клетку черную тряпку.

Целуясь, они опустились на тахту. Андрей накрыл Марину своим телом и в ту же минуту весь сжался, ожидая от нее пощечины. Но она стала медленно раздевать его и раздеваться сама. Андрей попытался снять с нее лифчик, но застежка никак не поддавалась. Ругая себя последними словами, он был готов провалиться сквозь землю от стыда.

И вот Марина лежит перед ним полностью обнаженная. «Боже, какая она все-таки красивая», – подумал Андрей. Нежная золотистая кожа, большая красивая грудь, округлые бедра, стройные ноги. И все это совершенство принадлежало ему. Как долго он этого ждал!

Андрей поцеловал Марину в шею и ощутил аромат ее кожи, услышал биение сердца. Это было настоящим блаженством. Андрей погрузился в туманный экстаз, пару раз ему казалось, что его душа выходит из тела. Он боролся с собой, чтобы не потерять сознание. Его переполняли противоречивые ощущения: то ему казалось, что он сделал нечто непоправимое, то накрывало нежностью и теплотой. Внутри бушевала настоящая буря и словно теплый водопад обливал его шею, растекаясь по плечам и ручейком сбегая по спине. Андрей почувствовал себя мужчиной. Они были сейчас единым целым, он ощущал каждую клеточку тела Марины. Они двигались синхронно, Марина стонала под ним. Несколько раз она вдруг резко выгибалась и вскрикивала – наверное, вот это и есть то самое, когда девушка кончает. Потом они опять долго целовались, не в состоянии оторваться друг от друга. Теперь Андрей понимал силу близости, с которой не может сравниться ни одно состояние.

После двух часов неистовой страсти они лежали в полудреме. Марина тихо посапывала, укрывшись одеялом. Андрей прижался щекой к ее затылку. Аромат волос продолжал пьянить его. Андрей ощущал тепло ее тела. Это заводило и в то же время убаюкивало. Но уснуть не получалось: Андрея била легкая дрожь. К тому же, как назло, под тряпкой начал чирикать попугай.

Часа через два Марина проснулась и повернулась к Андрею. Он сразу же открыл глаза. Она обняла его, и Андрей наконец ненадолго задремал. Когда он проснулся, Марина предложила сварить кофе. Андрей хотел пойти с ней, но девушка его остановила.

– Лежи, отдыхай! – прошептала она. – Я сама справлюсь.

Она встала, прикрыв наготу большим шелковым платком – тонкая ткань только подчеркнула ее фигуру. И пока Марина что-то искала на своем туалетном столике, Андрей любовался ее красивыми изгибами.

* * *

Лежать одному не хотелось. Андрей поднялся с постели абсолютно голым, впервые он никого не стеснялся. Он отодвинул серую занавеску и посмотрел в окно. На улице уже начало темнеть. Шел снег, такой сильный, что за белой дымкой было не различить домов. Андрей стоял, глядя на эту мрачную картину, и ему казалось, что лучше погоды быть не может. Он упивался своим счастьем. Единственное, что омрачало его, – тот факт, что он не первый у Марины: Андрей не увидел крови, когда проник в нее. Он сразу обратил внимание на это, но тогда сила страсти не дала ему на этом зациклиться. Позже, когда они лежали в полудреме, эта мысль снова мелькнула у него в голове, а теперь в нем росло чувство обиды – как она могла? Впрочем, сейчас не хотелось об этом ни говорить, ни даже думать. Андрей мотнул головой, прогоняя мысли, отравляющие его счастье. Сейчас хотелось полностью отдаться радости и блаженству – этому неповторимому чувству, которое он никогда раньше не испытывал. Все, что происходило до сегодняшнего дня, потеряло прежнее значение. Андрей опасался, что секс отдалит их с Мариной друг от друга, но нет – после близости он испытывал к ней еще большую нежность.

Аромат свежесваренного кофе напомнил ему о том, что его ждут на кухне. Андрей потихоньку вышел в коридор, бесшумно подкрался к Марине сзади и поцеловал ее в макушку.

– Эй! Ты тут? – вскрикнула от неожиданности девушка и потуже затянула узел платка на груди. Повернувшись к своему кавалеру, она ответила ему поцелуем в губы.

– Садись, я уже буду наливать, – Марина открыла кухонный шкаф и достала две белые фарфоровые чашки.

Андрей отпил горячего кофе – как же хорошо! – теплая волна прокатилось по всему его телу. Марина сидела напротив него и улыбалась.

– Смотри, что на улице творится! – ахнула она, приоткрыв занавеску. – Прямо мир перевернулся.

В притворном страхе она прильнула к Андрею. Они вновь начали целоваться. Андрей ощутил во рту Марины шоколадный привкус, и его снова захватил вихрь чувств. Через несколько минут они опять оказались на тахте в ее комнате.

Глава 9

В новый, тысяча девятьсот восемьдесят третий год Андрей вступал совершенно другим человеком. Он был влюблен в прекрасную девушку и, судя по всему, взаимно. Благодаря встрече с Мариной все его прошлые страхи и комплексы исчезли без следа.

Еще совсем недавно он впадал в панику при одной лишь мысли о близости с девушкой. Он же не Игорь, – тот всегда раскованно вел себя со своими подругами и запросто посвящал приятеля в детали своих приключений. Андрею становилось противно от всех этих рассказов, но в то же время он невольно завидовал Игорю и очень хотел избавиться от скованности и сомнений. Не для того, чтобы одерживать одну любовную победу за другой, как его бесшабашный друг, а чтобы не разочаровать свою единственную.

Теперь, когда у них с Мариной произошла близость, Андрей сбросил тяготившие его оковы. Больше ничто не омрачало его счастья, не маячило на горизонте желанным и одновременно страшным испытанием. Андрей чувствовал себя уверенным, сильным, полным энергии.

Но жизнь переменчива, она постоянно бросает человеку новые вызовы. То, что еще вчера казалось важным, сегодня становится не таким значительным. Зато возникает что-то другое, что не дает ему покоя. И снова – переживания, и ты всеми силами стремишься подготовиться к возможным поворотам судьбы. Но контролировать все невозможно – и вот жизнь уже вертит тобой, как ей заблагорассудится. И тебе ничего не остается, как подчиниться. Чем сильнее Андрей влюблялся в Марину, тем сильнее он ревновал ее, и эта ревность была связана именно с прошлым девушки.

Первые две недели января они провели вместе, без конца занимаясь сексом, благо родители Марины задерживались с приездом. Находясь с ней вдвоем, Андрей был самым счастливым человеком на свете. Но стоило ему вернуться в общежитие, как ревность просыпалась с новой силой. Он уже не мог оставить Марину даже на один вечер.

Изредка Андрей встречался с Игорем или Геной. Пару раз вместе с Мариной, Игорем и Агнией они на электричке ездили погулять на залив. Там было очень красиво, но погода стояла морозная, и прогулки продолжались совсем недолго. Игорь и Агния не скрывали своей страсти и вели себя весьма откровенно, Андрей держался, стараясь не компрометировать свою вторую половинку. На упорные расспросы Игоря о том, был ли у них с Мариной секс, отмалчивался или менял тему. Андрея все больше раздражала бестактность друга.

После Нового года Горан позвонил Андрею и сообщил, что будет в Ленинграде одиннадцатого числа и что с грузом все хорошо. Нужно было связаться с Никаноровыми и сказать им, что в середине января Андрей и Гена встанут на «галерке». Игорь по-солдатски точно выполнил поручение, заметив, что Никаноровы очень сложные в переговорах и постоянно ко всему цепляются, но уговорить их можно.

– Они за копейку удавятся, но, думаю, Федя за нас словечко замолвит, – с воодушевлением пообещал он Андрею.

Горан со своим товарищем приехал рано утром одиннадцатого января. Прямых рейсов из Сплита в Ленинград не было, поэтому им пришлось добираться из Белграда в Москву. Андрей с Игорем встречали их на вокзале. Высокого хорвата в огромной меховой шапке было видно издалека. Он шел по платформе с двумя большими кожаными чемоданами. Молодые люди направились в общежитие, где Гена уже накрыл к их приходу стол.

– Ну что, парни, все получилось! Привез пять костюмов! – Горан, довольный собой, принялся распаковывать чемоданы.

Он достал три костюма из одного чемодана и два из другого. Андрей, Игорь и Гена радостно переглянулись.

– Специально разделил, – пояснил Горан. – Думал – если что, довезу хоть часть. Сейчас пограничники такие подозрительные стали!

Теперь Андрей окончательно убедился в правильности своего выбора. Горан – парень что надо!

– За эти я отдал по сто десять рублей, – Горан указал на три синих костюма в полоску. Качество шерстяной ткани было таким изумительным, что Андрею захотелось их примерить. В очередной раз он поразился, насколько импортные вещи отличались от советских.

– А эти по девяносто, – Горан показал на сверток из второго чемодана.

– Спасибо! – Андрей протянул ему конверт. – Вот твоя сотня.

Горан кивнул.

– Ну что, наливай, Ген, – скомандовал Андрей.

Гена достал из холодильника полупустую бутылку «Столичной», аккуратно разлил по рюмкам.

– Ну, будем! – произнес Хохол, и все чокнулись.

* * *

У каждого человека бывают дни, которые врезаются в память на всю жизнь. Для Андрея таким стал первый день на «галерке». Игорь, одевшись как на выход – в костюм и кашемировое пальто, зашел за друзьями в общежитие. Коричневый галстук в белый горошек и меховая шапка-ушанка придавали ему вид солидного делового человека, пусть и молодого. Его истинную сущность выдавали только простоватый взгляд и западноукраинский говор. Андрей с Геной тоже принарядились, как на выпускной вечер, – оба в костюмах, правда, без галстуков. Андрей чувствовал себя разбитым – от волнения он не спал всю ночь и в то же время был возбужден до предела.

– Ну что, готовы, хлопцы? – громче и веселее, чем обычно, спросил Игорь.

Молодые люди взяли чемоданы и вышли из комнаты.

– Никаноровы в курсе, я обговорил с ними нюансы. Они дают нам фору один месяц, – спускаясь по лестнице последним, Игорь посвящал друзей в положение дел.

– Чего это вдруг? – с подозрением спросил Гена и остановился. Вся компания столпилась на первом этаже.

– Я сказал им, что служил в Афгане, они учли это.

* * *

Они приехали в Гостиный двор около десяти утра. Там было еще совсем немноголюдно – рабочий день только начинался. Как-то все пойдет… Чтобы унять тревогу, Андрей пытался думать на отвлеченные темы: Марина, родители, институт – все перемешалось у него в голове. Он сделал глубокий вдох и огляделся по сторонам. Один парень, тоже совсем молодой, одетый в красную жилетку, вытаскивал из своей сумки на колесиках нечто аккуратно завернутое в целлофан. К парню подошла высокая девушка лет двадцати пяти с ярко-красной помадой на губах и начала что-то ему объяснять недовольным тоном. Андрей прислушивался, пытаясь по обрывкам фраз догадаться, о чем идет разговор. Но это занятие тоже не помогало отвлечься. Вскоре стали подтягиваться и другие продавцы. Андрей обратил внимание на высокого хорошо сложенного молодого человека лет тридцати в модной ярко-рыжей дубленке с бежевым бараньим мехом на воротнике. Дубленка была расстегнута, под ней виднелись дорогой темно-серый шерстяной костюм и белая рубашка с воротником, уложенным поверх лацканов пиджака. На голове у него красовалась шерстяная коричневая кепка с узким закругленным козырьком. Молодой человек неторопливо ходил по галерее, то и дело спрашивая что-то у продавцов. Андрей наблюдал за ним, и ему становилось легче: все-таки продавцов тут много. Вскоре появились Игорь с Федором Савельевым.

– Ну что, парни, как первые рабочие минуты? – дружеский тон Федора тоже подействовал на Андрея успокаивающе.

– Товар привезли? Откуда? Из Чушки? – продолжал бывший сослуживец Игоря.

– Нет, из Югославии, – ответил Хохол.

– Ух ты! – Савельев присвистнул. – Одежда? Давай, раскрывай!

Дрожащими от волнения руками Андрей достал один из костюмов и хотел было вытащить его из полиэтиленового чехла, но Федор выхватил костюм из его рук:

– Ни хера себе! Ну вы даете! Сколько у вас здесь таких?

– Таких два, – ответил Хохол, затягиваясь сигаретой. – Есть еще три других.

– И как вам удалось?.. – не договорив, Федор пристально посмотрел Андрею в глаза. – Позову-ка я Мейхера!

Андрею эта идея не понравилась – еще при первой встрече еврей не вызвал у него особого доверия. Через несколько минут Федор вернулся с Аркадием. Тот, ни с кем не поздоровавшись, принялся придирчиво рассматривать костюмы.

– Какую цену ставите? – деловито спросил он, доставая сигарету из белой пачки с надписью «БТ».

– Двести пятьдесят рублей, если что, сторгуемся, – ответил Андрей.

– На сколько готовы опускаться? Нижняя планка?

– Если возьмут сразу два или больше, отдам за двести двадцать – двести двадцать пять рублей, – ответил Андрей. Похоже, они с Мейхером нашли общий язык.

– Ясно! Ну что ж, удачи!

– Ладно, начали! – хлопнул в ладоши Хохол, когда Аркадий ушел.

Андрей вытащил костюмы из пакетов. Гена подкатил передвижную вешалку на колесах, и они повесили на нее два костюма: один двубортный и один однобортный.

Ближе к полудню на «галерке» появились покупатели, но до их угла пока что никто не доходил. Время шло, молодые люди озябли, страшно хотелось есть.

В середине дня к новоявленным продавцам подошел мужчина в коричневой дубленке, из-под которой виднелся ворот водолазки белого цвета. На вид мужчине было лет сорок пять, его умные уставшие глаза выдавали в нем работника интеллектуального труда. Мужчина привлек внимание всех обитателей «галерки» звонким стуком внушительных каблуков своих черных ботинок. Он кивнул молодым людям и стал рассматривать костюмы. Его явно заинтересовал костюм в полоску. Наконец-то! Нельзя было упускать такой шанс. Выдержав паузу, Андрей как мог любезнее начал разговор:

– Здравствуйте!

– Добрый! – фамильярно ответил мужчина, не отрывая глаз от костюма. – Ну и сколько это произведение искусства стоит?

– Двести пятьдесят, – ответил Андрей, подходя ближе. – Югославский.

– М-м-м! А померить как?

– Да хоть здесь, хоть внутри. Как вам угодно. У нас есть разные размеры. У вас какой?

– Какой-какой? Пятьдесят четвертый, – сердито ответил мужчина.

– У нас такой есть, – Андрей сделал знак Гене, и тот достал из чемодана полосатый темно-синий костюм пятьдесят четвертого размера.

– Вот! – Андрей продемонстрировал костюм покупателю. Мужчина приоткрыл целлофан и поморщился. – Двести пятьдесят, говорите? – переспросил он, расстегивая дубленку. – Что ж…

Мужчина снял с вешалки пиджак и надел его на водолазку. Пиджак сел неплохо, но был слишком свободен в плечах. Мужчина отошел от вешалки шагов на десять и стал разглядывать себя в большое прямоугольное зеркало, которое стояло у стены. Покрутившись, он вновь подошел к молодым людям:

– Ну как?

Андрей внимательно оглядел, как пиджак облегает спину, как сидит в плечах. Потом попросил покупателя вытянуть руки вперед, проверяя, не появились ли складки на спине и не тянут ли рукава.

Андрей ничего не понимал в костюмах – он не знал, ни как их шьют, ни чем хорош материал, ни по какому случаю их стоит надевать. Но желание начать зарабатывать перекрывало все страхи и сомнения. Андрей вдохновенно импровизировал.

– Мне кажется, немного великоват. Тем более водолазка надета. Вы же рубашки будете под него носить? Давайте померим на размер поменьше? – предложил он.

– Давайте, – согласился незнакомец, в его голосе слышалась неуверенность. Гена протянул Андрею другой пиджак. Мужчина стал раздеваться.

– И водолазочку лучше снять – так понятнее будет, как он сядет.

Мужчина послушался и снял водолазку, оставшись в одной белой майке. Пиджак сел идеально. Мужчина вновь пошел к зеркалу и стал вертеться перед ним, пытаясь рассмотреть себя со спины.

– Здорово смотрится! – подбодрил его Андрей.

– Да, неплохо, – продолжая рассматривать себя, ответил мужчина. – Двести пятьдесят, говорите?

– Да! – улыбнулся Андрей.

– Югославский, говорите?

– Да.

– А скинуть хоть чуть-чуть сможете?

– Это хорошая цена для такого костюма. Думаю, нет, – уверенно ответил Андрей, чувствуя, что все козыри на его стороне.

– Эх! – вздохнул мужчина. – У меня только двести рублей с собой. Не знаю, что делать… – с разочарованным видом он подошел к вешалке и передал пиджак Гене.

– Вы можете до вечера донести сорок рублей, – предложил Андрей. Ему ужасно не хотелось упускать первого покупателя.

– Сорок? – с удивлением спросил мужчина.

– Да, сделаем вам скидочку, – ответил Андрей. – Мы обещаем, что отложим костюм и никому его не продадим. Как?

Подумав, мужчина кивнул:

– Хорошо. Буду через пару часиков.

– Надо было за двести отдать! – с досадой прошептал Гена, когда покупатель ушел. Андрей тоже не был уверен, что поступил правильно, но не хотел выдавать своих сомнений.

– Ничего, вернется! – сказал он Гене. – А не вернется, так другого найдем! У нас товар – сказка!

К ним подходили еще мужчины, которые интересовались костюмами, но одних не устраивал размер, других цена. Третьи вообще были двойными спекулянтами – они надеялись приобрести костюмы для перепродажи, поэтому сбивали цену до минимальной. Андрей, несмотря на неопытность, держался с достоинством и не сдавался. Через два с половиной часа вернулся незнакомец в дубленке, но уже не один, а со спутницей. Он еще раз примерил пиджак и спросил у нее:

– Ну что скажешь? Хорошо же сидит?

– Да! Отличный костюм, – ответила дама. – А брюки? – придирчиво спросила она.

– Брюки надо подгонять, – ответил он. – Ладно, берем! Упакуйте.

Мужчина достал из внутреннего кармана дубленки довольно пухлый конверт и протянул его Андрею.

– Пересчитайте, – тихим голосом посоветовал он.

Андрея охватила легкая дрожь, – не верилось, что дело наконец пошло. Он отдал конверт Гене.

– Двести тридцать, двести сорок – есть! – сказал армянин, закончив счет.

– Отлично! – Андрей упаковал костюм. – Носите на здоровье!

– Спасибо, – ответил незнакомец и мгновенно исчез вместе со своей спутницей.

До конца дня удалось продать еще один костюм за двести тридцать рублей.

– Вот это я понимаю! Двести сорок при себестоимости сто десять и двести тридцать при себестоимости девяносто! – весело объявил Гена.

– Да, но ты вычти еще деньги за доставку с каждого костюма, – осадил его Андрей. – И за билет в Югославию и обратно!

На самом деле Андрей тоже был очень доволен – еще бы, за один день они заработали двести десять рублей! Он позвонил из телефонного автомата Игорю, который уже два часа как был дома.

– Ну что, второй продали, – не скрывая радости, поделился Андрей с другом.

– Хорошо, – голос Игоря звучал на удивление равнодушно. – Завтра увидимся на том же месте в десять утра, – и не дожидаясь ответа, Игорь быстро положил трубку.