Текст книги "Кара"
Автор книги: Леонтий Чагунава
сообщить о нарушении
Текущая страница: 46 (всего у книги 52 страниц)
– Нет, я никого не избегаю! Просто хочу немного отдохнуть.
– От меня? – спросила Мила.
– Перестань так говорить. Я устал, но не от тебя!
– Ты устал от меня! – с обидой в голосе повторила Мила.
– Нет, дорогая!
– Я так хотела побыть с тобой!
«Мы же целый вечер и целую ночь были вместе. Куда больше?» – недоумевал Андрей.
– Ладно! – пресек он разговор. – Мне пора.
– Хорошо, – Мила даже не взглянула на него и, поджав губы, вышла из машины. Андрею показалось, что в ее глазах стояли слезы.
Он смотрел ей вслед и думал, куда же могут привести их отношения. Мила начинала его тяготить: под нее приходилось постоянно подстраиваться. К каждому человеку, конечно, нужен особый подход, но Мила требовала слишком многого. Она хотела серьезных отношений. Но Андрей пока не желал быть ни с кем связанным. Он стал зрелым, опытным мужчиной и знал, что отношения – это не только любовь и страсть. И самое главное, он вдруг понял, что не может довериться Миле.
Глава 2
Андрей зарабатывал хорошие деньги, хотя делать это становилось все труднее. Золотой дождь девяностых, когда состояния делались из воздуха, закончился. Государство все жестче регулировало рынок и контролировало бизнес. И все же компания Андрея чувствовала себя неплохо.
Мила все еще занимала его мысли. Но Андрей понимал, что он для нее – всего лишь желанная добыча. Холостой, не глупый, обеспеченный, – что еще нужно для счастья? Девушка все настойчивее намекала на свадьбу. Ей хотелось определенности и гарантий.
Накануне Восьмого марта Мила объявила Андрею, что ее семья хочет устроить праздник на даче. Перспектива просидеть весь день в компании ее родителей Андрея не прельщала: он планировал провести праздник вдвоем с Милой.
– Тебе не нравится быть с моими? – подозрительно ласково спросила Мила, когда он поделился с ней своими мыслями.
– Нет, мне очень нравится быть с твоими, – слукавил Андрей, – но я хочу в этот день побыть с тобой наедине. Можем поехать за город.
– Ну а чем тебе не нравится у нас?
– Мне у вас нравится, но дело не в этом, я хочу быть с тобой, только с тобой.
Мила согласилась, всем своим видом показывая, что делает Андрею большое одолжение. Вечером следующего дня они отправились за город, посидели немного в ресторанчике, а после пошли в отель. Вот тут-то все и началось. Мила зашла издалека:
– Знаешь, некоторые мужчины считают, что если женщина с ними спит, то, значит, она принадлежит им, словно вещь. Они считают, что женщины должны во всем им потакать. И не понимают, что у них тоже могут быть какие-то свои желания. Короче, собственная самостоятельная жизнь. И знаешь…
Андрей перебил ее:
– Если ты выпила и хочешь поссориться, так и скажи! Нечего ходить вокруг да около.
Ему уже стали надоедать эти упреки.
– При чем здесь это, я вообще не о себе говорю! – возмутилась Мила.
– А о ком? Очень интересно было бы узнать.
– Ни о ком. Просто делюсь наблюдениями.
– Послушай, милая, если хочешь, езжай на дачу к своим родителям. Не стоит тут сидеть и портить настроение себе и мне.
– Я здесь, потому что хочу быть с тобой, а ты меня вообще не понимаешь.
– А можно без намеков?
– Я ни на что не намекаю, – резко ответила Мила. – Если ты никого не хочешь видеть, можешь остаться один. Я уеду, – она встала и начала демонстративно собирать свою сумку.
– По-моему, это ты хочешь остаться одна, ты же сейчас ставишь ультиматумы, – буркнул Андрей, наблюдая за ее метаниями по номеру.
– Вот видишь! Это то, о чем я говорю! Ты не понимаешь меня! – с надрывом бросила ему Мила.
Она подошла к окну и раздвинула шторы. В комнату вместе с морской свежестью проник и свет фонаря. Андрей приблизился к девушке. Мила стояла неподвижно, и он начал ее целовать, почувствовал языком солоноватый вкус слезы, которая медленно скатывалась по лицу девушки.
– Я же прошу немногого, – жалостливо произнесла Мила. – Просто мне обидно, что ты не даешь мне отметить мой праздник так, как я хочу…
– Мила, мы же уже все решили! – тихо, но твердо сказал Андрей. – Давай не будем ссориться.
– Это ты все решил, – упрямо проговорила Мила, – и не оставил мне выбора.
Она сняла с волос резинку, и они пышной волной упали ей на одно плечо. Мила смотрела на Андрея исподлобья, ее губы подрагивали.
– Да, я решил, потому что я мужчина, и, пожалуйста, давай прекратим этот спор, – повысил голос Андрей.
– Как скажешь, – ответила она, но по ее лицу Андрей понял, что девушка затаила обиду.
Они отправились в ресторан «Магриб». Заведение, которое располагалось в самом центре города на Невском проспекте, состояло из двух частей – собственно ресторана и клуба, оформленного в восточном стиле: яркие цвета, низкие потолки, арочные проходы, резьба, тиснение на стенах, турецкие диваны. «Магриб» был популярным местом посиделок петербургской богемы, криминала и золотой молодежи. И в праздничный день тут было полно народа. В залах стоял приятный гул разговоров и позвякивания посуды.
– Знаешь, в последнем зале одна пара как-то занималась сексом! – с горящими глазами сообщила ему Мила.
– В смысле? – переспросил Андрей, проглотив кусок сочного люля.
– В прямом!
– Средь бела дня, в ресторане? Сексом? – переспросил Андрей.
– Да, но там больше никого не было, – объяснила Мила.
– И когда это было?
– Месяц назад.
– А что ты тут делала? – Андрей точно знал, что с ним она сюда еще не ходила.
– А что тут можно делать? – Мила дразнила его, уходя от прямого ответа. Отложив вилку, Андрей пристально посмотрел на девушку. Он не собирается играть в ее игры, она должна наконец понять. Мила раздраженно хмыкнула.
– Да с Ксюшей сидели! – призналась она.
– Хм! С Ксюшей… – Андрей помрачнел.
– А что? – с вызовом спросила Мила. – Ты что-то имеешь против?
– Ты прекрасно знаешь, что она мне не нравится.
Андрей видел эту самую Ксюшу несколько раз, и она показалась ему сомнительной особой. Вульгарно одетая, чересчур ярко накрашенная. Он не понимал, что общего с ней может быть у Милы. Ксюша постоянно меняла парней и один раз в ресторане буквально напала на Андрея, впившись губами в его губы. Они оба были слегка подвыпившими, но у Андрея все же хватило сил, чтобы не поддаться девушке.
Он еще не забыл, как она расхохоталась ему в лицо, когда он попытался ее вразумить, сказав, что назавтра она пожалеет о своем поступке:
– Я? Я точно не пожалею! Обожаю трахаться, а ты разве нет?
Она тогда еще так плотоядно облизнула губы!
После этого инцидента Андрей совсем иначе взглянул на Милу. «Может, и она была такой до нашей встречи?» – думал он. Андрей утешал себя тем, что часто люди общаются и даже дружат не потому, что похожи, а, наоборот, потому что являются противоположностями.
– Тебе никто не нравится! – вернула его к действительности Мила. – Не нравятся мои родственники, не нравятся мои подруги!
– Мила!..
Он не успел договорить: внезапно в районе гардероба раздался грохот, началась какая-то суета. Через несколько секунд вооруженные автоматами люди в балаклавах буквально оккупировали все свободное пространство в зале.
– Лицом в пол! Все! – послышался глухой голос. Посетители ресторана один за другим ложились на пол. Тем, кто мешкал, бойцы помогали – не били, но настойчиво пригибали. Андрей не стал дожидаться, когда к ним подойдут. Он взял Милу за руку и потянул ее вниз.
Один мужчина за соседним столиком остался стоять – стройный с острым носом и оттопыренными ушами, в черном костюме и белой рубашке без галстука. Люди в масках будто умышленно обходили его стороной. Из зала, где были расположены клуб и бар, доносились возмущенные крики. Внезапно музыка там оборвалась. В ресторане стало тихо.
– Лицом в пол, я сказал! – рявкнул омоновец стоявшему мужчине.
– Не собираюсь! – ответил тот. – Вы вообще знаете, кто я? Мне похер на вас, кто бы вы ни были.
Мужчина в маске передернул затвор автомата и ткнул мужчину дулом:
– И мне похер, кто ты! Ложись, пока не засадил тебе свинца. Быстро! – крикнул он и с силой ткнул дулом в живот мужчине. Тот непроизвольно согнулся.
– Ну я вас еще найду. Вы у меня еще будете объясняться! – не переставая возмущаться, мужчина все-таки лег на живот.
– Без фокусов! У кого есть оружие – выкладывайте, иначе можем пристрелить.
– А вы кто вообще? А? – послышался мужской голос из-под какого-то стола.
– Отдел по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. Сейчас проведем обыск. Будем подходить к каждому по очереди. Чистых отпустим.
Андрей воспринял эту заварушку довольно спокойно. Мила же не на шутку испугалась.
– Ну что, полежали, правда, не так, как ты хотела? – подколол ее Андрей.
Мила бросила на него испепеляющий взгляд.
– Совсем уже!
И первая пошла на выход.
– У нас что, новые времена настали? – сказала Мила, когда они ехали домой.
– Да. Новая Россия, – ответил Андрей.
– Не говори! Гайки стали закручивать, – возмущалась Мила.
Начался мощный снегопад. Казалось, что зима дает последний бой весне, пытается поставить жирную точку перед своим окончательным уходом.
Серебристую «БМВ» седьмой серии стало бросать в разные стороны. Вот тебе и новая модель с задним приводом. Эта машина была одной из первых в городе, Андрей приобрел ее сразу, как только увидел в автосалоне на Васильевском острове.
Заехав на Биржевой мост, Андрей залюбовался открывшимся видом. На другой стороне набережной за густым, рыжеватым от фонарей туманом угадывался Зимний дворец. Хлопья снега медленно опускались на землю. Андрей чуть добавил газу, как вдруг машина забуксовала, а затем в нее как будто вселился дьявол. Ее вело то в одну, то в другую сторону. Мила закричала от страха. Дворники не успевали счищать снег, и он залепил лобовое стекло. Андрей не мог сориентироваться. Он уже ждал удара либо от встречного автомобиля, либо о бордюр. Но нет, машина кружилась, словно на катке, потом ее стало сносить куда-то в сторону. И вдруг автомобиль резко остановился. Андрей опустил стекло: они стояли у самого ограждения, еще немного, и машина проломила бы его и свалилась в реку. Теперь, когда им ничто не угрожало, Андрей приобнял Милу, которая сидела побелевшая, как снег на стекле. Сердце Андрея колотилось, руки дрожали, дыхание перехватило.
– Ух! – только и смог произнести он.
– Кошмар! – Мила закрыла лицо руками.
– Чуть не убрались! – добавил Андрей.
Милу трясло, как при лихорадке. А перед Андреем – хотя и запоздало – промелькнула вся его жизнь – будто кадры из диафильма. Ему тоже стало жутко, но затем страх сменился необычайным чувством легкости, почти что эйфорией.
– Что-то не наш день сегодня!
Мила лишь судорожно вздохнула.
– Поехали! – скомандовал Андрей.
Мила ничего не ответила. Когда они добрались до гостиницы на Петроградке, она неожиданно спросила у него:
– Ты хочешь, чтобы я ночевала в гостинице?
– Да! – уверенно ответил Андрей.
– Ты, наверное, не понимаешь?
– Что я не понимаю? – Андрей устало облокотился на руль.
– Я не буду ночевать в гостинице!
– Какая разница, где ночевать?
– Я тебе не гостиничная девка.
– При чем здесь это? Зачем такие слова говорить?
– Послушай меня! Я не потаскуха какая-то, чтобы таскать меня туда-сюда.
– Хорошо! Куда ты хочешь поехать?
– Повтори!
– Что повторить?
– Что за ехидство в твоем голосе?!
– Какое ехидство? – в замешательстве спросил Андрей.
– Я не поеду к тебе! Пока…
– Пока что?
– Я не хочу сейчас об этом говорить!
– Нет, раз уж начала, договаривай.
– Ты не понимаешь меня! Я не какая-то там шлюшка тебе.
– При чем здесь шлюшка?! Послушай, дорогая, сегодня был тяжелый вечер, ты же сама видела, что творится. В ресторане облава, мы чуть не погибли. Давай не будем ругаться!
– Оставь меня!
– Что?
– Оставь меня, говорю! – Мила сорвалась на крик.
– Ты что, спятила? – спросил Андрей. – Послушай, если хочешь испортить настроение…
– Я ничего не хочу. Просто хочу уехать.
Андрей промолчал. Он знал уже, что переубедить Милу не получится. Он был с ней и в то же время был один. Так происходило каждый раз, когда они ссорились, но сегодня он почувствовал свое одиночество особенно сильно.
– Делай, что хочешь! – бросил ей Андрей.
Мила вышла из машины и со всей силы хлопнула дверью. Андрей с грустью смотрел, как ее силуэт исчезает в снежной дымке.
Глава 3
Андрей долго не мог уснуть, все злился на Милу. Зачем вот так, без видимых причин, портить отношения? Ну ладно, любая женщина хочет стабильности. Но не брать же его измором! Приятно, конечно, что женщина с тобой же за тебя борется. Но когда вот так загоняют в угол, кому понравится?
Лето две тысячи второго года выдалось прекрасным – жарким и плодотворным для Андрея. Стройка шла полным ходом.
Когда Альфред увидел, что квартиры неплохо продаются, то дал еще миллион долларов. Стройка ускорилась, и Андрей планировал сдать дом во втором квартале следующего года.
День и ночь пропадая на объектах и в офисе, Андрей немного охладел к Миле. Они не виделись и даже не говорили почти месяц, и поначалу Андрей испытывал облегчение. Потом ему стало ее не хватать. Он пару раз набирал номер Милы, но она не отвечала, и это начинало его тревожить. Он набирал ее снова и снова, пока наконец как-то под утро не пришло сообщение: «Что случилось?»
«Лаконично», – подумал Андрей.
«Ты где?» – написал он.
Через минуту последовал ответ Милы: «А тебя это так волнует?»
Андрей понял, что девушка все еще злится на него.
«Очень волнует».
«Я дома».
«Одна?»
«Не совсем».
«С родителями?»
«Нет».
«А с кем?»
Андрей напрягся.
«С котом», – ответила Мила.
В этой шутке Андрей усмотрел признаки того, что она сменила гнев на милость, и решил действовать. Прихватив с собой бутылку шампанского, он отправился к Миле.
«А родители где?» – уже в автомобиле уточнил он.
«На даче», – ответила Мила.
«Ты что, сюда едешь?» – спросила она через какое-то время, и вдогонку: «Вообще-то видеть тебя не хочу».
Через полчаса Андрей уже терзал звонок ее квартиры. Девушка открыла дверь.
– Входи! – ее тон не предвещал ничего хорошего.
Они стояли молча, глядя друг на друга: у каждого были свои претензии, но ни один из них не решался начать разговор.
– Шампанское принес?! – Мила состроила недовольную гримаску. – Что будем праздновать?
В ее больших глазах заблестели слезинки.
– Возвращение! – ответил Андрей и вопросительно посмотрел на нее.
– И откуда ты вернулся?
– С работы! – пробормотал Андрей уже менее уверенно и снял пальто.
В квартире было душно и не прибрано. Андрей уже давно понял, что Мила из тех женщин, которые сами выглядят безупречно, но дома у них изрядный бардак. Но в этот раз она превзошла себя. Повсюду валялись пустые пакеты. На диване раскиданы ношеные чулки, носки, футболки. На дверях висела какая-то одежда. Андрею стало неуютно. Он вошел в гостиную, чувствуя себя, как перед допросом. Но вражеская территория на этот раз оказалась мирной гаванью. Надолго ли?
Андрей по-хозяйски достал фужеры из шкафа, открыл шампанское.
– Не холодное, но очень достойное, – прокомментировал он и открыл бутылку.
Мила уже успела переодеться в пеньюар вишневого цвета, который ей очень шел, хотя и был слегка смят. Она неторопливо накрывала на стол и демонстративно не обращала никакого внимания на Андрея.
– Выпьешь? – предложил Андрей.
Мила вытерла руки и повернулась к нему. Ее лицо приняло надменное выражение. «Актриса! Наверняка все это время репетировала, как меня встретить». Он налил ей шампанского до краев. Они чокнулись, и Мила выпила напиток до дна. Они быстро осушили бутылку, после чего последовал бурный секс.
Секс – действительно хорошее лекарство от многих болезней и недугов. Но самое главное, после него улетучиваются все разногласия. Секс убирает все барьеры и решает все вопросы одним махом.
– Можно вопрос? – прервал молчание Андрей.
– А?
– Чем у тебя дома заниматься сексом приличнее, чем в гостинице?
– Господи боже! – моментально завелась девушка. – К чему этот вопрос?
– Так, интересно!
Мила сжалась и повернулась к Андрею:
– Не хочу об этом говорить.
Она поцеловала его в щеку, затем в шею. Она не насытилась близостью, ей хотелось еще. Когда Мила упала в пучину удовольствий, она почти потеряла сознание. Ее тело задергалось в конвульсиях, она закричала так громко, что Андрей даже вздрогнул. Как обычно, он попытался прикрыть ей рот, и она в порыве прокусила его палец. Глаза Андрея затуманила дымка, на глаза навернулись слезы. Мила перевернулась на живот. Андрей поцеловал ее еще раз в спину, между лопаток, развернулся к стене и улетел куда-то в небытие. Проснувшись утром, они вновь были близки. Утренние нежности менее темпераментны, чем вечерние, но в них есть какая-то особая чувственность.
Вся эта утренняя идиллия закончилась внезапно.
– Ты, по-моему, кончил в меня! – воскликнула Мила. Ее тон не обещал ничего хорошего.
– Да, наверное, – спокойно ответил Андрей.
– «Наверное»? Ты вообще чем думал?!
Андрей хмыкнул, но развивать мысль не стал – и так и так скандал будет.
– Господи!
– А в чем дело-то? – недоумевал Андрей.
– Я же могу забеременеть! – Мила вскочила с кровати и голая побежала в душ.
Вернувшись, она стала молча накрывать на стол, грустно глядя перед собой. Андрей заметил эту перемену.
– Все нормально? – спросил он.
– Да вроде ничего.
– Но я же вижу, что не нормально.
Мила продолжала молча раскладывать тарелки, потом стала переставлять что-то в холодильнике. Андрей подошел к ней сзади и чмокнул ее в затылок. Ее слегка влажные волосы защекотали ему нос.
– Ну что такое? Скажи, пожалуйста.
– Ничего, я просто увидела твою реакцию. Тебе было все равно.
– Все равно?
– Когда я сказала про беременность, ты на это никак не отреагировал.
– А что я должен был сделать?
– Вот это о многом говорит.
– Но ты же сама сказала, что не готова к беременности!
– А может, я тебя проверяла?
Андрей в недоумении сел за стол – ссориться совсем не хотелось. Они молча доели завтрак.
– Мне надо ехать, – объявил Андрей, допивая холодный апельсиновый сок.
– Обязательно? – спросила Мила.
– Мне надо! У меня встреча.
– Мы могли бы весь день побыть вместе. Сегодня же выходной!
– Ко мне клиенты приехали из Прибалтики, ничего не поделаешь.
– Ясно! – в голосе Милы чувствовалась обида.
– Давай вечером встретимся, хорошо? – примирительно сказал Андрей, дохрустел тостом и вышел в коридор.
Мила не спешила за ним – выдерживала характер. Наконец подошла и даже холодно разрешила себя обнять и поцеловать в щеку. Всем своим видом девушка показывала, что ее эта ситуация совершенно не устраивает.
* * *
Переговоры оказались сложными: прибалты хотели вложить деньги в коммерческую недвижимость и вроде предлагали неплохие условия. Но просили эксклюзивные права на землю, которая прилегала к дому. У администрации района имелись свои планы на эту территорию. Андрей знал главу администрации еще с девяностых, тот был из «бывших», и его группировка часто обращалась к Амирану за помощью. Глава администрации пообещал Андрею выдать разрешение на строительство торгово-развлекательного центра. Но пока вопрос повис в воздухе как минимум до осени – в разгар отпускного сезона решить его было невозможно.
Вечером Андрей пригласил Милу поужинать. Они пошли в кафе-кораблик и устроились на открытом воздухе на палубе.
– Ну как встреча? – поинтересовалась Мила.
– Так себе! Пока никаких результатов.
– А с кем ты встречался? – начинался очередной допрос. Андрей никак не мог привыкнуть к этой манере Милы.
– Я же говорил тебе утром…
– И что? – нервно перебила его Мила и выпила залпом бокал белого вина, вызвав удивление Андрея. – Повтори еще раз. Я разве не могу забыть?
– Можешь. Но мне не хотелось бы, чтобы ты меня перепроверяла. Я встречался с партнерами из Прибалтики. Расскажи лучше про твою работу. Что у тебя интересного было?
– Да ничего особенного.
– Совсем ничего?
– Скучные рабочие дни, как всегда, – Мила сняла свои балетки и перебирала пальцами ног.
– Ты устаешь сильно? – дежурно спросил Андрей. Его вопрос прозвучал как издевка, но Мила, как ни странно, не стала возмущаться.
– А ты? – не ответив, спросила она.
– Не особо.
– Хорошо тебе!
– Ну, я делаю то, что хочу. И никогда не рассматривал свою работу как тягомотину. Я никогда не имел профессии. Поэтому для меня работа – это проект. Я свободный художник!
– Как свободный художник? У тебя же бизнес?!
– И что?
– Ну ты же руководишь людьми?
– Я руковожу деньгами. Это моя главная задача. А людьми руководят менеджеры.
– Хорошо тебе! – снова повторила Мила.
В ее глазах читалась неприкрытая зависть. Андрей уже давно заметил, что, когда речь заходит о работе, Мила чувствует себя в чем-то обделенной, хотя напрямую сказать об этом не решается. Вот и сейчас повисло неловкое молчание – предвестник очередной ссоры.
– Ну, куда сегодня поедем? Опять к тебе? – спросил Андрей.
– Хороший вопрос! – поджала губы Мила.
– Скажи, куда ты хочешь? Хочешь, в «Асторию» поедем?
Мила смотрела на Андрея то ли с насмешкой, то ли с обидой.
– Ну что опять не так? – вздохнул Андрей.
– Ничего! Я просто не хочу никуда ехать, – ответила Мила.
– Что?
– Что слышал! Я устала и хочу домой!
– Ты не хочешь со мной побыть? – не поверил Андрей.
– Отвези меня домой! – потребовала Мила.
Андрей очень разозлился. Еле себя сдержал, чтобы не завестись, и сразу же попросил счет у официанта. Они молча вышли на улицу, молча сели в машину и так же молча поехали. Через какое-то время Андрей все же не выдержал:
– Тебе нравится портить мне настроение?
Мила молчала, рассматривая проплывающие мимо дома.
– Ответь хоть что-нибудь! – вышел из себя Андрей.
Мила повернулась к нему – колючая, чужая. В ее глазах стояли слезы.
– А то ты не знаешь?! – ответила она. Это стало последней каплей.
– Черт тебя побери! Как же ты достала уже! – крикнул он. – Ты мне уже все нервы вымотала своими фокусами! Конца и края им нет! Морочишь голову вечно! Сколько можно?
Андрей кричал на нее и одновременно давил на газ. Автомобиль мчался все быстрее, проскакивая перекрестки на красный свет. Машина неслась, словно ракета, а не тяжелый лимузин.
– Останови машину! – ледяным тоном потребовала Мила.
Андрей продолжал жать на газ.
– Я сказала, останови машину!
– До твоего дома еще далеко. Я тебя довезу, и бог с тобой, – ответил Андрей.
– Не надо меня никуда везти. Останови машину.
– Я тебя отвезу!
– Я же вижу, что я тебе в тягость.
– Ты будешь делать так, как я скажу! Сиди!
Мила подчинилась, но когда он остановился на светофоре, открыла дверь и выскочила из машины. Андрей свернул к тротуару. «Выйти или не стоит?» Он колебался. Ему не хотелось отпускать Милу, ведь она дарила ему поистине счастливые минуты. Но он устал от ее истерик. Андрей так и сидел в раздумьях, а Мила уже растворилась в темноте.
Глава 4
Говорят, со временем у человека вырабатывается иммунитет к ссорам. То, что в молодости казалось концом света, в зрелости воспринимается как мелкое недоразумение. Андрей вообще после войны стал черствее. Но сейчас, когда он понял, что с Милой у них ничего не получается, он злился – на себя, на нее, на женщин вообще. Эти эгоистичные неврастенички доведут кого угодно, а ты же еще останешься виноват. Ну, он, конечно, тоже не идеал, но можно хотя бы нормально поговорить, а не трахать мозги каждый раз!
Андрей понимал, что все их ссоры вызваны желанием Милы узаконить отношения, привязать его к себе. Но он не был уверен, что, получи она желаемое, у нее не появятся новые требования, а с ними – новые поводы для истерик и скандалов. А самое главное – он сам не знал, хочет ли связывать свою жизнь с этой женщиной.
И тем не менее Андрей постоянно думал о Миле. Скучал. Вспоминал ее запах, глаза, улыбку. И даже ее характер, такой своенравный и необузданный, со временем стал казаться ему не столь уж плохим.
С прибалтами дело тоже складывалось непросто: ребята оказались жесткими, уступать не хотели. Андрею же приходилось тянуть время – нужно было дождаться осени. А пока он пытался разобраться, кому из чиновников ему придется «заносить».
В сентябре битва за участок под торговый центр развернулась с новой силой. Прибалты уже не предлагали Андрею партнерство. Он понял, что они его обходят, когда встретился с главой администрации района. На все вопросы тот отвечал слишком неопределенно и витиевато. Оказалось, что прибалты самостоятельно вышли на него и даже задействовали серьезный административный ресурс, скорее всего, в окружении губернатора. Пришлось соглашаться на их условия: пускай останется хотя бы треть торгового центра. Потом на пике ее можно будет продать – какая-никакая, но прибыль. Андрей решил встретиться с Маркусом и Вариусом, чтобы расставить все точки над «и».
– Я знаю, чего вы добиваетесь, – заявил Андрей партнерам.
Вариус и Маркус, интеллигентные на вид, но хваткие, как акулы, вежливо улыбались.
– Мы предлагаем вам долю в торгово-развлекательном центре, – сказал Маркус.
– Сколько?
– Как и договаривались, ваши тридцать три и три десятых процента, – ответил Вариус.
– И я должен еще что-то вложить? – уточнил Андрей.
– Да, пропорционально своей доле, – кивнул Маркус.
Андрей был готов к такому повороту – у него было свое предложение.
– Я ничего не буду вкладывать, мне не нужна доля в вашем торговом центре. Но я отдам вам землю под строительство.
Прибалты в свойственной им неторопливой манере прервали трапезу.
– А что нужно? – насторожился Вариус.
– Мне нужен миллион.
Прибалты переглянулись. Маркус взял белоснежную салфетку и, как британский лорд, вытер уголки рта.
– Идет! – ответил Маркус.
Все получилось как нельзя лучше, и Андрей возвращался домой довольный. Но стоило ему вспомнить о Миле, как его охватило чувство вины. Он празднует победу, а Мила, возможно, сейчас страдает из-за их разрыва. Андрей даже подумал, не позвонить ли ей? Наплевать на самолюбие – оно часто ведет к одиночеству. Андрея раздирали сомнения.
Он ехал и фантазировал, как можно вернуть женщину, не прибегая к последнему аргументу – предложению руки и сердца. Может, удивить чем-то? Поразить воображение? Подарить роскошный подарок? Но это вряд ли успокоит Милу.
В это трудное для него время Андрей вновь стал общаться с Феликсом. Тот давал ему советы в свойственной для себя манере: «Лучшее лекарство для того, чтобы забыть одну женщину, это завести другую, а еще лучше нескольких. Чего ты зациклился на одной тетке? Других, что ли, нет? Ты пойми, даже если женишься, ты не будешь все время принадлежать только ей! Ты хоть одного мужика видел, который своей жене не изменяет?! Это или лентяй, или трус. Третьего не дано». Непосредственность Феликса, с одной стороны, импонировала Андрею, с другой – сильно раздражала.
Как-то, когда они ужинали в ресторане на улице Белинского, Феликс спросил:
– Она, наверное, необыкновенная, раз ты так по ней скучаешь.
– А что, у меня на лице это написано? – огрызнулся Андрей.
– На лице действительно написано, и ведешь ты себя так, будто жизнь остановилась. Перестань. У тебя все впереди. Познакомься с кем-нибудь.
– Не в том я уже возрасте, чтобы гоняться за юбками, – отмахнулся Андрей.
– Она же стоматолог? – поинтересовался Феликс.
– Нет, косметолог.
– На Петроградке работает вроде? – продолжал допытываться Феликс.
– Да, да! – Андрей не придал значения его вопросу.
– И как она? – Феликс сделал неопределенный жест вилкой с кусочком моцареллы.
– В смысле?
– Как она в постели?
– Тебе это зачем?
– Ну я же тебе рассказываю о своих.
– А у меня нет желания этого делать, – отрезал Андрей.
– Извини, я не хотел тебя обидеть, – Феликс тут же включил заднюю. Но ехидная улыбка не сходила с его лица весь вечер.
Феликс видел Милу пару раз и кокетничал с ней даже при Андрее. Девушка ему явно нравилась, и он в силу своей испорченности не считал это чем-то из ряда вон. Феликс был из категории тех людей, для которых не существовало морали. Андрей знал это, но углубляться не хотел. В своей бы душе разобраться.
* * *
Через несколько дней, дождливым будничным вечером Феликс зашел в клинику на Петроградской стороне, где Мила работала косметологом. Поздоровавшись с администраторами, Феликс бесцеремонно плюхнулся на один из диванов. Смена Милы закончилась через четверть часа, и, как только она вышла из кабинета, Феликс поднялся ей навстречу.
– Мы же знакомы? – удивленно спросила Мила.
– Да. Мы виделись раньше, – Феликс был уверен, что не помнить его она не может.
– Что-то случилось? Он тебя послал со мной поговорить? – спросила Мила, сделав строгое лицо.
– А мы можем поговорить?
– Сегодня?
– Да!
– Уже поздно, и я устала! Давай в другой раз.
– Это ненадолго. Посидим, выпьем, расслабишься, – настаивал Феликс.
– Ладно, я сейчас.
Миле стало любопытно, что хочет ей сказать друг Андрея. В глубине души она надеялась, что таким образом Андрей пытается помириться, но в то же время что-то в поведении Феликса подсказывало ей, что дело совсем не в этом.
По дороге Феликс старался быть учтивым и развлекал свою спутницу рассказами и байками. Мила молчала. Она все ждала, когда же он заговорит об Андрее. За эти несколько месяцев, что они с ним не общались, Мила извелась, но самолюбие не позволяло ей сделать первый шаг.
Они остановились у какого-то захудалого ресторанчика на Черной речке. Спустились на цокольный этаж и вошли в прокуренное помещение. Миле все это не нравилось, но она решила идти до конца. Сев за столик, она осмотрелась. Тусклые лампы, старые постеры с рок-звездами, деревянная мебель – обстановка заведения оказалась весьма мрачной.
Феликс стал нагловато ухаживать за девушкой. Снял с нее куртку, вместо официанта принес графин с водой. Судя по всему, Феликс был тут своим.
– Ты не куришь? – спросил он.
Мила покачала головой.
– А перекусить?
– Да, было бы неплохо.
– Здесь «Столичный» очень ничего, – посоветовал Феликс.
– Надеюсь! – Мила хмурилась все больше.
Феликс открыл штопором бутылку и, не поинтересовавшись предпочтениями Милы, стал наливать ей в фужер красное вино.
– Нет, спасибо! – пыталась отодвинуть фужер Мила. – Я не буду!
– Почему это?
– Я не пью! Спасибо!
– Да ладно, расслабишься! Ты же после работы.
– Нет. Я не пью!
– Ну хорошо, – разочарованно протянул Феликс.
Он наполнил свой фужер до краев и выпил его залпом.
– Так о чем ты хотел поговорить? – спросила Мила. – О нем, наверное?
– О ком? – Феликс надул пухлые губы и сделал удивленный вид.
– Ты знаешь, о ком! Зачем переспрашиваешь?
– Меня никто к тебе не посылал.
– Так ты сам приехал? А зачем? – спросила Мила, не сводя глаз с Феликса.
– Хочу с тобой поближе познакомиться.
– Хм!
– Не пойми это превратно, просто хочу тебя узнать получше.
– А вы разве не дружите?
– Дружим, и что?
– Ну это как-то странно.
– Не беспокойся, – махнул рукой Феликс. – Если он будет спрашивать, я ему скажу, что мы только дружим. Мы же можем дружить? – Феликс, пошло улыбаясь, наклонился к ней.
