Текст книги "Кара"

Автор книги: Леонтий Чагунава

сообщить о нарушении

Текущая страница: 48 (всего у книги 52 страниц)

– Красивое имя! – выдавил из себя Андрей.

– Красивое имя – еще не залог… – Эльпида замолчала на полуслове, но Андрей и так все понял по грусти в ее голосе. Эльпида сняла заколку, и ее пышные волосы смоляного цвета мягкими волнами легли ей на плечи.

– А вы чем занимаетесь? – спросила Эльпида будто из вежливости.

– Работаю, – откашливаясь, ответил Андрей.

– Ну это понятно! А конкретнее?

– Вам будет неинтересно.

– Не хотите о себе говорить? – дразнящим тоном спросила Эльпида. – Или это скромность, которая несвойственна сейчас мужчинам?

– Я не хочу о работе говорить, – ответил Андрей, ему показалось, что он слышит свой голос со стороны.

– Видите того мужчину? – спросила Эльпида, указывая кивком головы на человека, который сидел за столиком в компании двух молодых девушек.

– Ну да, – ответил Андрей, не особо понимая, к чему этот вопрос.

– Он вначале меня бесцеремонно разглядывал. Затем, когда был салют, все-таки решил подойти.

Андрей не понял, куда она клонит:

– И?

– А потом спросил у меня, одна ли я и можем ли мы с ним уединиться.

– Надо же, как здорово! – усмехнулся Андрей.

– Не то слово!

– А кто он? – Андрей с любопытством поглядывал в сторону предприимчивого незнакомца.

– Черт его знает, – ответила Эльпида, – но такие мужчины умеют красиво говорить.

– В отличие от меня, – пробормотал Андрей, обращаясь скорее сам себе.

– А у вас много женщин? – спросила Эльпида, склонив голову набок.

– Нет! Я вообще-то женат.

– И где ваша жена? Почему она не с вами? – спросила она, мерно покачивая туфлей.

Андрей задумался. Не то чтобы он не знал, что ответить, просто вспомнил о Миле. Эльпида сурово сдвинула брови:

– Ладно! Можете не отвечать.

– Она с ребенком сидит.

– У вас есть ребенок? – миндалевидные раскосые глаза Эльпиды с удивлением уставились на Андрея.

– Да. Маленький, – нахмурился Андрей и сделал глоток виски.

Эльпида нагнулась к Андрею, почти дотронувшись губами до его губ.

– Я устала! – она повела изящным плечом, и ее пышные волосы водопадом соскользнули Андрею на руки. Тончайший запах дорогих арабских духов окутал его невесомым облаком.

Андрей почувствовал, что краснеет.

– Поехали отсюда! – умоляюще предложила Эльпида.

Глаза Андрея заблестели, и он молча кивнул.

Глава 7

Роман с Эльпидой затянулся гораздо дольше, чем поначалу они оба предполагали. Собственно, обстоятельства этому благоприятствовали: жизнь Андрея практически ничем не отличалась от холостяцкой. Эльпида во время отсутствия мужа тоже была предоставлена сама себе.

Она проводила огромное количество времени в салонах красоты и спортзале. Эльпида была из категории бездельниц с харизмой.

Вот и сейчас она приехала к Андрею в офис без предупреждения. Андрей, хотя и не имел ничего против, был несколько обескуражен ее появлением.

– Привет! Извини, что беспокою, – сказала Эльпида.

Абсолютное отсутствие макияжа придавало ей еще больше изящества и женственности.

– Ничего страшного. Но ты могла бы меня не застать. Что-то случилось?

– Просто ехала мимо – у меня спа до трех. А потом я свободна. Какие планы?

– Я буду здесь до полудня. Потом поеду на объект.

– Когда освободишься?

– Где-то в пять-шесть.

– Давай проведем выходные вместе?

– А муж?..

– Как всегда, в Москве.

– Понятно, – Андрей устало смотрел на Эльпиду. Когда он не высыпался, его тяжелые, как шторы, веки почти полностью закрывали глаза, и казалось, что он щурится.

– Ты хорошо выглядишь. Можешь не переодеваться сегодня, – она подыграла его самолюбию.

Эльпида села на стул на колесиках, подъехала вплотную к Андрею и уперлась руками в его бедра. Андрея завела эта дерзость, он резко притянул ее к себе и зарылся лицом в густые черные волосы, вдыхая дурманящий запах – запах женщины.

– Я заеду за тобой, чтобы ты мог выпить, – тихо произнесла Эльпида.

Андрей лишь кивнул в ответ.

Они отправились в Выборг, маленький уютный город на границе с Финляндией. Сидя на непривычном для себя пассажирском сиденье, Андрей закрыл глаза и вспоминал свою яркую, сложную молодость, когда они с друзьями как-то утром вот так же ехали по Выборгскому шоссе из Петербурга. Потом его мысли переключились на настоящее – он думал о сыне. Вспоминал его причудливые гримасы и, чувствуя свою вину перед ним, все больше злился на Милу.

Андрей понимал, что мужчина может безнаказанно получать от жизни больше удовольствий, чем женщина. Ему предъявляют меньше моральных требований и чаще прощают ошибки. Раньше Андрей в этом находил себе оправдание. Но с появлением ребенка он стал испытывать угрызения совести из-за того, что встречается с замужней женщиной. Андрей чувствовал себя трусом – вероятно, потому что не может быть честным с Милой. И в чем-то использует Эльпиду: он не мог избавиться от ощущения, что она дает ему больше, чем он ей.

В какой-то момент настроение стало таким паршивым, что Андрей хотел попросить Эльпиду вернуться в Питер. Но по пути попался небольшой ресторанчик, Андрей выпил двести граммов дешевого коньяка, и тоска отпустила.

* * *

Опять потянулись дни, как две капли похожие один на другой. Андрей мучился неопределенностью. Может, вернуться к Миле ради сына? Но как долго можно жить во лжи, не испытывая никаких чувств? Невозможно ведь выдержать… И все-таки он не решался поговорить с Милой начистоту, в глубине души надеясь, что она сама даст ему повод разорвать отношения.

Как-то, под предлогом прогулки с сыном, Андрей договорился встретиться с Милой. Она ждала его на улице – сильно похудевшая и осунувшаяся. Синий шерстяной жакет, в который она куталась от осеннего холода, болтался на ней, как на вешалке. Давно немытые волосы были собраны в небрежный пучок, под глазами появились тени. Мила молча подкатила к Андрею коляску и, ничего не сказав, пошла к парадной.

– Надо поговорить! – крикнул ей вслед Андрей.

Она остановилась, испуганно вжав голову в плечи. Постояла, видимо обдумывая его слова, и обернулась. Ее потухший взгляд не выражал никаких эмоций.

– Что-то важное? – равнодушно спросила Мила.

– Мы можем все спокойно обсудить? – Андрей начал разговор по-деловому, как привык говорить со своими партнерами. Решил, что так будет проще.

Мила неопределенно пожала плечами. Ее взгляд остался безучастным, и это напугало Андрея: он понял, что ей все равно.

– Можем. Только зачем? – ровным голосом спросила Мила.

– Мне кажется, есть смысл поговорить о наших отношениях. У нас ребенок, – твердо сказал Андрей.

Губы Милы скривились, как будто она почувствовала горечь во рту.

– Я не знаю. Прошло столько времени, я… Я не думаю… – Мила замолчала.

Андрей смотрел на нее и не узнавал. В кого она превратилась… Привлекательная эффектная девушка стала неухоженной, вымотанной теткой, но в этом была и его вина.

– Мы, конечно, можем встретиться, – Мила судорожно вздохнула. – Но ты… ты должен решить, с нами ты или нет. А иначе какой смысл разговаривать?

– Я предлагаю это сделать в пятницу. Ты сможешь Мишу оставить у своих?

– Ладно! Пусть будет пятница.

Впервые за последнее время Мила ничего не требовала. И это вызывало у Андрея еще больше беспокойства. Что это, усталость? Разочарование? А может, влияние ее матери?

Этот короткий разговор вымотал Андрея больше, чем день, проведенный на стройке. Если бы не Эльпида, было бы совсем худо. Эта женщина стала для него своеобразным допингом. Страстная, раскованная, во время их свиданий она принадлежала лишь ему и, в общем, ничего не требовала взамен. И даже когда он с ней расставался, воспоминания еще долгое время давали ему силы.

Когда возраст мужчины приближается к сорока, он начинает серьезно задумываться, кто он вообще на самом деле, чего стоит, куда движется и правилен ли его путь. Впервые эти вопросы возникли у Андрея три года назад. Он признавал, что в прошлом допускал много ошибок, но оправдывал себя тем, что всегда действовал по велению сердца. И сейчас опять же по велению сердца он хотел встретиться с Милой.

Наступила пятница. На улице стояла жуткая погода: дождь переходил в снег, а тот таял, оставляя лужи и слякоть. Природа как будто предсказывала исход предстоящей встречи.

Они поехали в ресторан «Дежавю» на Фонтанке. Там была неплохая кухня, и, главное, туда редко заходили знакомые Андрея. Ему не хотелось, чтобы случайная встреча нарушила их разговор. Несмотря на то что он был изрядно голоден, ему было неудобно заказывать в этом ресторане свое любимое блюдо – жареные куриные крылышки. Здесь их оригинально готовили, с особым соусом и приправами. Он ограничился стаканом воды, Мила заказала кофе и свежевыжатый апельсиновый сок.

Андрей рассматривал ее, пока она изучала меню. Он уже не любовался ею. Не восхищался, как раньше, но она по-прежнему была важным для него человеком – матерью его сына.

– Может, все-таки поешь что-нибудь? – предложил Андрей.

– Нет аппетита, – сухо ответила Мила.

– Не стесняйся!

Мила бросила на Андрея насмешливый взгляд.

– Что-то не так? – спросил он.

– Странный вопрос, – ответила Мила.

– А что в нем странного? – недоумевал Андрей.

– Ты появляешься, когда тебе заблагорассудится, и еще спрашиваешь, что не так!

– Послушай…

– Не перебивай меня! Дай договорить! – грубо прервала его Мила. – Так вот, ты приезжаешь, только когда тебе хочется увидеть ребенка. А каково ему живется без тебя, тебе плевать! Ты думаешь, я не знаю о твоих похождениях?

У Андрея перехватило дыхание, как будто ему дали под дых. Откуда она знает? Или это только ее предположения?

– Я хочу жить со своим ребенком, – начал он.

– Что, совесть проснулась? – зло взглянула на него Мила.

– Я хочу все начать сначала, – сказал Андрей, не обращая внимания на ее выпад. – Возвращайся ко мне с малышом.

– Ты думаешь, все так просто? – в голосе Милы появились визгливо-истеричные ноты. – Думаешь, ты поманил, и я сразу к тебе поехала?

– Мила, для малыша будет лучше, если его родители будут вместе.

– Да! А что для меня будет лучше? Тебе наплевать.

– Это не так!

– Не так? А сколько ты с ребенком проводил времени? Сколько ты процентов из своего бесценного времени ему уделял? А? Пять, семь процентов?

– Я же работаю!

– Работаешь?! Мой отец тоже работает с раннего утра, но мчится к пяти часам домой, чтобы помочь нам с мамой. Чтобы хоть какое-то время побыть с внуком. И что, он меньше занят, чем ты? Он каждый день ходит на рынок, чтобы купить мне свежих продуктов.

– Давай не будем сравнивать! – возмутился Андрей. Мила завелась еще больше.

– Это почему не будем сравнивать? Ты что, какой-то особенный? Великий бизнесмен?

– Нет, я не великий. Но у меня большой бизнес, и я вынужден посвящать ему много времени.

– А мне? А твоему сыну? Тебе наплевать на нас!

– Мила, не говори глупости.

– Глупости? Для тебя это глупости?! Если человек любит и уважает свою семью, он всегда найдет возможность уделить ей время и помочь.

– Мила, я тоже могу предъявить тебе кучу претензий. И как женщине, и как жене. Мы не для этого встретились.

– А в чем это я плоха как женщина и как жена? – Мила сорвалась на крик. На них стали оборачиваться посетители ресторана.

– Я не об этом сегодня пришел говорить с тобой.

– Нет уж, давай, раз начал! – Мила нервно теребила трубочку в стакане с апельсиновым соком.

Андрей глубоко вздохнул. Взгляды окружающих его не беспокоили. Но если сейчас вспыхнет скандал, договориться ни о чем не получится.

Когда говорят, что в споре рождается истина, невольно встает вопрос: почему же многие так и не находят ее, даже если спор длился долго? Люди часто соглашаются с оппонентом лишь потому, что им это выгодно, но в глубине души остаются при своем мнении. Это называется компромиссом. На самом деле правят человечеством компромиссы, а не истина. Истина слишком дорога и недостижима, а компромисс может решить вопрос сейчас, сию секунду. Андрей давно уже это понял и был готов к компромиссам, но Мила и не пыталась ставить условия. Это было весьма странно. Андрей наблюдал за ней, надеясь хотя бы предположить, что она хочет. Но той Милы, которую он знал раньше, уже не существовало. Напротив него сидела чужая женщина.

– Андрей, если ты считаешь, что я буду все это терпеть дальше, значит, ты меня плохо знаешь. Я не из тех, кто будет умолять и унижаться. Если я тебе не нужна, ради бога! Я сама справлюсь со своим ребенком. Мне не нужны подачки или одолжения.

– При чем здесь это? Боже мой!

– Не перебивай! – Мила смахнула слезы с глаз. Андрей сдержался, хотя его неимоверно бесило то, что она не дает ему сказать. – Тебе надо серьезно пересмотреть свою жизнь. Серьезно подумать, куда ты идешь. К чему стремишься. Что для тебя важно.

Ничего не скажешь, здорово слушать лекцию от женщины, которую сам собирался учить жизни. Андрей хотел поставить Милу на место, надо было лишь выбрать время, чтобы это сделать. Но Мила, похоже, не собиралась уступать:

– И кто тебе важнее, мы или эта… – она не договорила.

– Мила, прекрати этот бред!

– Вы, мужчины, выбираете только нужные вам темы для разговора. А если что-то не нравится – сразу «прекрати»!

– Не обобщай.

– Я не обобщаю и говорю серьезно, – сказала она раздраженно.

– Я понимаю, что серьезно.

– Понимаешь? – Мила внезапно умолкла, ее взгляд опять стал равнодушным.

Андрей не рассчитывал, что разговор пойдет таким образом. Она просто слова не дала ему вставить! Он медленно протер края губ мятой бумажной салфеткой и стиснул зубы.

– Я все понял! – ответил он. – Мне нужно время, чтобы все обдумать.

Мила поджала губы, вскочила и нервно схватила свою сумочку. Этот ответ был для нее хуже прямого отказа: женщинам важна определенность. Когда мужчина заставляет их ждать, они воспринимают это как оскорбление.

Глава 8

Андрей все-таки женился на Миле. Свадьбу они не устраивали, просто пошли в районный ЗАГС и расписались. Он перевез их сыном к себе в новую трехкомнатную квартиру все на той же Петроградке и старался быть примерным мужем и отцом. Поначалу у него это получалось, хотя они с Милой то и дело ссорились по поводу воспитания ребенка. Да и вообще – по любому поводу. В тайне от законной теперь уже жены Андрей по-прежнему встречался с Эльпидой, правда, гораздо реже, чем раньше.

Мише было уже полтора года, когда Андрей вывез семью в Грецию на острова. Он надеялся, что перемена места улучшит их отношения с Милой, но они все так же ссорились и не слышали друг друга. Андрей нашел единственный способ хоть немного отдохнуть – купил Миле абонемент в местный дорогой спа, и она целыми днями пропадала на массаже и прочих процедурах. Андрей все время проводил с сыном. Он очень привязался к малышу и впервые ощутил себя настоящим отцом, но счастливым человеком при этом себя не чувствовал. Все было подчинено долгу. Любовь и нежность к ребенку окончательно заменили влечение к супруге.

Три недели Андрей и Мила отдыхали на острове, и это оказался самый неудачный отдых для Андрея: он никогда не любил подолгу отдыхать, а тут ему еще и мозг постоянно выносили.

Когда они улетали в Петербург, Андрея переполняли смешанные чувства. После возвращения из Абхазии авиаперелеты стали для него настоящим испытанием – на взлете он всегда вспоминал самолет, разбившийся на его глазах в Сухуми. Когда Андрей летал один, то, как правило, заглушал эти чувства алкоголем, но сейчас не хотелось, чтобы Мила и сын видели его слабость.

Тем более теперь Андрей точно знал, что Мила не будет ребенку полноценной матерью, хотя поначалу ему казалось иначе. Что-то в ней изменилось. Сын явно ее раздражал. Она видела в нем источник своих неприятностей и несвободы. И в то же время использовала его как инструмент для достижения своих целей, средство воздействия на мужа. Андрей предлагал взять домработницу, но Мила упорно не желала, чтобы в их доме появился кто-то, кроме ее матери.

А еще Андрея тревожило, что за эти три недели Эльпида не прислала ему ни одного сообщения. Он скучал по ней, и это заставляло его чувствовать свою вину перед сыном.

В Петербурге Андрей сразу же погрузился в работу. Бизнес развивался, но и конкуренция увеличивалась. Андрей взял еще несколько участков и планировал застроить их без участия Альфреда. Тот не обиделся, так как сам занимался освоением земель в пригородах Берлина. Немецкая столица бурно застраивалась, и Альфред предложил Андрею поработать с ним в Германии, но Андрей решил сосредоточиться на Петербурге.

Отношения с Эльпидой вышли на новый уровень. Ее муж связался с какой-то студенткой из МГИМО, поэтому на жену у него не хватало ни времени, ни сил. Андрей взял за правило ездить к Эльпиде по четвергам на целый день. Вместе они отправлялись в один из пригородов или даже за пределы Петербурга – в Новгород, Выборг, Псков.

Дома атмосфера становилась все хуже, Андрей был истощен ссорами, недопониманием и бессонницей. Эльпида стала единственной его отдушиной. Он бежал к ней выговориться и хотя бы немного отдохнуть.

И когда они в очередной раз поехали в Новгород, Андрею стало плохо. Он не спал всю ночь – они с Милой, как всегда, выясняли отношения, и теперь у него раскалывалась голова, его жутко ломало и жгло между лопаток.

– Ты можешь сесть за руль? – попросил он Эльпиду.

– Теряешь хватку! – подколола она.

Пересев на пассажирское сиденье, Андрей на какой-то момент отключился. Он проснулся от того, что машину подбросило на кочке.

– Что это было? – спросил он, с трудом разлепив веки.

– Ничего. Просто яма! – ответила Эльпида и снизила скорость автомобиля.

Андрей попытался снова заснуть, но теперь в довершение всего у него стало сводить желудок. Во рту стояла едкая горечь.

– Давай заедем в кафе или в ресторан какой-нибудь, умираю от голода, – предложил Андрей.

– Давай, – кивнула Эльпида и бросила на него сочувствующий взгляд.

Она остановила у первой же закусочной на шоссе. Место было так себе, но Андрей не стал спорить. Они поели жидкого супа и выпили по стакану горького растворимого кофе. Андрею полегчало, и они отправились дальше.

– Может, вначале немного поспим? – предложил он, когда они добрались до отеля.

– Конечно, как хочешь, – откликнулась Эльпида.

Андрей проспал до вечера. Эльпида все это время то болтала с подругами по телефону, то гуляла по городу, благо в Новгороде стояла по-весеннему солнечная погода.

Когда Андрей проснулся, Эльпиды рядом не оказалось. Он взял свой мобильник и обнаружил две дюжины непринятых звонков и сообщений. Даже Мила соизволила ему позвонить. Эльпида тоже написала три сообщения: «Ты спишь еще?», «Я пошла пройдусь», «Как ты? Проснулся?» Андрей позвонил Эльпиде.

– Ну что, ты жив? – спросила она.

– Да! Ты где?

– Тут недалеко! Перекусить не хочешь?

– Ужасно хочу!

– Одевайся. Я тут один ресторанчик нашла.

Зачем мужчинам любовницы? Вслед за этим вопросом напрашивается следующий: а зачем женщинам любовники? И конечно, многие сразу скажут, что люди, которые «ходят налево», – лживые и лицемерные. Они боятся скандалов и не хотят разводиться. Им не хватает мужества честно сказать своей половине, что у них кто-то есть, и разорвать отношения. Но в действительности все гораздо сложнее. Людей в основном удерживают два фактора: деньги и дети. Андрей не мог бросить Милу – он очень боялся оставить Мишу с ней. Чтобы не провоцировать жену, Андрей старался во всем с ней соглашаться. Мила даже не подозревала, что Андрей счастлив. Порой ему приходилось нарочно строить из себя несчастного человека, чтобы не вызывать у нее подозрений. Сама Мила была все время несчастна, и Андрей нашел выход: жаловался ей на работу, на сотрудников, на клиентов. Весь вечер по очереди они ныли друг другу о своей жизни, каждый по-своему, пока их не прерывал плач сына. Чем лучше складывался день у Андрея, тем больше негатива он выдавал Миле и тем легче ей становилось. Вечер игры сменялся утром, и все начиналось заново. Андрею была противна фальшь, но ради ребенка он впервые изменил себе и жил двойной жизнью.

Эльпида же стала для Андрея настоящим лекарством от неприятностей и негатива. Он восхищался ею. Радовался, что рядом с ним есть такой человек, понимающий и сочувствующий.

– Ты веришь в судьбу? – спросила Эльпида, когда они сидели в ресторане.

– Не знаю! Не задумывался об этом, – ответил Андрей. Его настроение слегка улучшилось – в зале звучала старая песня Натальи Ветлицкой, люди танцевали, и приятная атмосфера подействовала на него. – А ты веришь?

– Я верю, что Господь посылает нам определенных людей.

– Хм! – Андрей озадаченно пожал плечами. – А для чего?

– Для формирования нас самих. Нас формируют люди, окружающие нас, – Эльпида закурила. – Нам все эти люди нужны, – она выдохнула дым и посмотрела проницательным взглядом на Андрея.

– Так для чего они нужны? – повторил вопрос Андрей.

– Для выполнения нашей миссии. Все мы для чего-то предназначены. Даже те, кто делает плохие дела, тоже нужны, – Эльпида отпила шампанского из фужера, в котором отражались разноцветные блестки. – Ты не согласен?

Шум музыки и людских голосов не давал Андрею сосредоточиться на ее словах.

– Давай поговорим в номере, – предложил он.

Эльпида вздохнула, на ее лице читалось разочарование.

Они вышли на улицу.

– Скажи… – начала Эльпида.

Андрей поднял на нее взгляд и, засунув руку в карман Эльпиды, сжал ее длинную ладонь.

– Тебе и вправду хорошо со мной? – спросила Эльпида.

– Да, конечно!

– Правда-правда?

– Да, милая, очень хорошо! А почему ты спрашиваешь?

– Просто, когда ты сегодня спал днем, я думала о своей жизни. Вот почему у нас с мужем так все сложилось? Мы стали чужими людьми. Почему он начал мне изменять? Не сама ли я его к этому подтолкнула?

– Ну что за ерунда, – попытался утешить ее Андрей. – Ты потрясающая женщина, и только идиот…

Эльпида перебила его:

– Не надо, я знаю, что ты скажешь. Я не об этом. Я правда думаю, что мы сами провоцируем наших партнеров на определенное поведение по отношению к нам. И это не связано ни с внешностью, ни с интеллектом, это то, как ты сам позволяешь человеку вести себя.

– Не согласен с тобой! – покачал головой Андрей. – Человеческие отношения гораздо сложнее. Мне вообще кажется, отношения – это самое сложное, что есть в жизни. Есть правила, конечно, как нужно себя вести в браке, но это формальный аспект, а есть еще психология, чувства, эмоции… Психологию так просто не понять. Это как минное поле: иногда можно ноги лишиться, а иногда и жизни.

– А в бизнесе разве не так? – спросила Эльпида.

– Нет! В бизнесе все четко: кто платит, тот и танцует. Ты ставишь условия. А если не можешь, значит, ты не бизнесмен.

– У вас с женой тоже минное поле?

Андрей глубоко вздохнул.

– Извини, Андрюш.

– Как-то тяжело обсуждать мать своего ребенка.

Андрей не хотел говорить о Миле не только с Эльпидой, но и с кем бы то ни было вообще, хотя бы из уважения к своему маленькому сыну.

– Так ты согласен, что мы все – посланники?

Андрей ничего не ответил. Лет десять назад он сказал бы, что мы не посланники, а хозяева своей судьбы. И только от нас зависит, как она сложится. Но сейчас он чувствовал, что Эльпида говорит об очень серьезных вещах. Действительно, в жизни все происходит не просто так: встречаясь с теми или иными людьми, мы делаем выбор, получаем жизненный опыт – иными словами, идем по своему особому пути.

– Знаешь, какая у меня мечта? – прервала раздумья Андрея Эльпида.

– Какая?

– Я хочу целоваться под дождем. У тебя было когда-нибудь такое?

Андрей улыбнулся, он не мог вспомнить, с кем из своих женщин он целовался под дождем. А наверное, и вправду здорово было бы… Всю поездку он возвращался к этой мысли, но дождя не предвиделось.

Когда они вернулись в город, Эльпида предложила подняться к ней, но Андрей не решился – надо было ехать домой. Мила встретила его равнодушно, только на прямой вопрос о ребенке ответила, что все нормально. Андрею вдруг стало жалко Милу, он хотел было обнять ее, но тут же отогнал эту мысль. Он помнил, как Амиран однажды сказал: «Если мужчина слишком ласков со своей женой, то, наверное, кому-то присунул». Андрею совсем не хотелось давать Миле еще один повод для ревности. Андрей привычно налил себе виски, молча выпил, посидел, глядя в окно, и молча лег в постель. По крайней мере, на этот раз обошлось без скандала.

– Мне нужно уехать на пару дней в Германию на переговоры с Альфредом, – сказал он жене. Мила ничего не ответила и повернулась к Андрею спиной.

Глава 9

Андрей действительно поехал в Кёльн к Альфреду, чтобы утрясти вопросы с финансированием крупного строительства на участке земли, под который банки неохотно давали кредиты.

Альфред согласился дать денег, но убеждал Андрея строить там не жилой дом, а торгово-развлекательный центр. Андрею идея вначале не очень понравилась: какой торгово-развлекательный центр на пустыре? Но Альфред настаивал:

– Пойми, там не будет проблем с парковкой, а главное – земля дешевле. И город вроде обещал снизить тарифы на электричество и воду.

Андрей согласился с доводами партнера. Но чтобы привлечь крупных арендаторов, нужно было построить что-то действительно грандиозное. По всем расчетам, требовалось не менее двадцати пяти миллионов. Альфред предложил свой план:

– Я смогу вложить в первое полугодие пять, а во второе – семь с половиной. Ну а в общей сложности – пятнадцать миллионов долларов. Не больше.

Андрея это устраивало. Пять миллионов у него было, а еще пять можно взять в банке, пусть даже под драконовский процент – если погасить досрочно, не так уж плохо получается. Рынок рос, Россия из бандитского клондайка превратилась в бизнес-структуру, пусть и коррумпированную. Ежемесячный доход Андрея теперь позволял ему рисковать. Уезжая из Кёльна, он впервые за долгое время чувствовал себя победителем.

Из аэропорта Андрей сразу же позвонил Миле, но она не взяла трубку. Дома тоже никого не оказалось – наверное, опять к родителям уехала. Ну и ладно, вот только сына сильно хотелось увидеть. Андрей не сразу заметил записку, лежавшую на тумбочке у кровати.

«Андрей! Я все поняла и больше не собираюсь объясняться, на это у меня нет ни сил, ни здоровья. Если хочешь так жить – ради бога. Но не надо впутывать в эту жизнь ни меня, ни моего сына. Я чувствую, что мы тебе не нужны. А быть непонятно кем в твоей жизни я не хочу. Я устала. Мы чужие. Прощай!»

Андрей оцепенел. Он сидел, уставившись в одну точку, а в его душе кипела буря эмоций – злоба на себя, обида на жену и, главное, страх за малыша. Андрей вспомнил, как странно смотрела на него Мила, когда он уезжал, какая тихая была – ни одного упрека. И почему он не обратил на это никакого внимания?!

Андрей звонил Миле опять и опять, отправлял гневные сообщения. Но тщетно. К вечеру, так и не получив никакого ответа, он открыл бутылку «Джонни Уокер», выпил ее залпом, прямо из горлышка, и на несколько часов вырубился, даже не переодевшись после поездки.

Вся наша жизнь – это результат наших действий и решений. Ответственных или безответственных поступков. Конечно, можно сказать, что нам по жизни попадаются не те люди. Но все-таки наша вина в том, что мы этих людей удерживаем рядом с собой. Почему мы не можем решительно порвать с ними? Почему не можем действовать открыто и честно? Наверное, потому что наша жизнь – это совокупность наших ошибок и правильных поступков. Как говорил Амиран, если ты страдаешь и тебе плохо – значит, ты очищаешься и становишься сильнее. Это своеобразное кровопускание, без которого невозможно формирование личности, особенно мужчины. Андрей на протяжении своей жизни страдал из-за многих вещей: из-за женщин, из-за дружбы, ради которой рискнул жизнью и чуть не погиб, из-за разочарований в людях. Андрею было хорошо с Эльпидой, но он понимал, что в какой-то степени использовал эти отношения, чтобы заглушить мысли о своей роковой ошибке при выборе спутницы жизни.

Несколько дней Андрей выжидал. Звонить родителям Милы он не хотел – гордость не позволяла. Мила не объявлялась.

Когда ему позвонила Эльпида, он, не выдержав, излил ей душу. Рассказал обо всех разногласиях, которые возникали между ним и Милой, о любви и привязанности к малышу. Он хвалил Милу, хотя и злился на нее.

– Не волнуйся! Вернется, никуда не денется, – успокаивала его Эльпида.

Андрей который день сидел дома и глушил свое беспокойство виски. После очередного разговора Эльпида приехала к нему. Увидев осунувшееся, бледное лицо с бисеринками пота на щеках и лбу, она не сдержалась:

– Господи! Что с тобой?

Андрей взглядом пригласил ее в квартиру.

– Ты когда мылся в последний раз? Вид у тебя неважный!

Она присела в гостиной на кресло и застучала ногтями по деревянным подлокотникам.

– У тебя еда есть хоть какая-нибудь? – спросила она. Андрей отрешенно смотрел на нее. – А продукты есть? Я что-нибудь приготовила бы, – вновь не получив ответа, Эльпида пошла на кухню.

Андрей чувствовал себя ужасно. Всю ночь он пил, заснуть не удалось ни на минуту. Он заставил себя принять душ и, шаркая ногами, вышел на кухню. На плите что-то варилось и жарилось.

– Ничего себе! Откуда ты все это взяла? – удивился Андрей и тяжело опустился на диван.

– А твоя жена очень даже аккуратная! – сказала Эльпида, по-хозяйски перебирая утварь в кухонном шкафу. Она достала приборы и стала накладывать ему еду. – Только вот этого не надо! – Эльпида отодвинула бутылку виски. – Хватит пить! Ты хоть на работу ходишь?

– Был пару раз!

– Ну и что ты так раскис? Мало ли, что жена ушла! Я вот ухожу от мужа каждый месяц.

– Я не твой муж! – огрызнулся Андрей.

– И я не твоя жена!..

Андрей ничего не ответил.

– Поешь! Легче станет, – сказала Эльпида, смягчившись.

Андрей взял маленький кусочек курицы и начал медленно его пережевывать. Еда не лезла в горло, Андрея начало тошнить. Пришлось пить воду – виски Эльпида незаметно убрала куда-то, а вставать было лень. Она устроилась рядом с Андреем и прижалась к нему, они соприкоснулись головами и сидели молча, как два страдальца. Эльпида ласково поглаживала его по волосам. Андрею чуть полегчало. Но вскоре тревога вновь овладела им: он боялся за ребенка. Эльпида убралась в квартире и уехала через пару часов: она опасалась, что Мила может в любую минуту вернуться.

Андрей еще несколько дней жил в таком же режиме. В конце концов пришлось съездить на работу – финансовые вопросы не могли больше ждать. Когда он возвращался домой, ему поступил звонок с неизвестного номера. Андрей с неким опасением взял трубку.

– Андрей! – знакомый голос принес ему чувство облегчения.

– Черт тебя подери! Где ты? Где вы?

Мила разрыдалась в трубку.

– Андрей! – повторила она.

– Да! У тебя с головой все в порядке? Или ты думаешь вот так носиться туда-сюда с малышом, и я буду…

– Андрей! – закричала Мила. – Миши нет больше!

– Ты думаешь отобрать его у меня? – Андрей окончательно вышел из себя. – Он тебе не вещь! Я тебе его не отдам.