Текст книги "По следам прошлого"

Автор книги: Ксенольетта Мечтательная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 57 страниц)

Ветки норовили зацепиться за одежду, то и дело попадали под ноги, но я успевала исправить шаг, избегая шума. Паутина липла к лицу, а шелест листвы заглушал возможную опасность. Среди стволов деревьев появился просвет, в котором мелькнула тень. Что-то большое двигалось в сторону костра.

Я насторожилась, но вытаскивать кинжал из ножен не спешила. В конце концов, мы ждали компаньонов. Ночь в лесу звучала шумно, но легко принесла мне с ветром неизвестные слова, сказанные знакомым голосом.

– Дарок! – обратилась я в темноту, отпуская кинжал и распрямляя плечи. – Ты не мог предупредить нас о приближении?

– Для чего? – отозвалась темнота его голосом. – Ты и без того услышала меня!

Четверка васовергов показалась из-за кустов. Архаг, раскинув руки в стороны, шел впереди. Будь я его восторженной фанаткой, бросилась бы в объятия, но так лишь улыбнулась приветливо, показательно отступила в сторону и просто дождалась, когда крупные мужчины встанут рядом.

– Я ждала вас этим рассветом.

– Упрекаешь? – удивился Архаг.

– Мы не на войну шли. Не получилось прийти в оговоренный срок, мы и не пришли, – бесстыдно ответил Дарок, словно напоминал мне мое никчемное место человечки. Кто я и кто он…

– Не вы одни опаздываете, – проигнорировав его безответственность передо мной, недовольно произнесла я очередной факт пренебрежения к себе. – Стрекоза до сих пор не появилась. Надеюсь, она не передумала.

– Не посметь она, – заверил Норкор и, поправив крупную бляху пояса, сплюнул на землю. – Ты проходишь ритуал Ярости, а она просто раздобыть имя. Она не посметь.

– Побоится улизнуть, – лукаво улыбнулся Архаг и, с любопытством склоняя четырехрогую голову набок, направился к костру.

– Накормишь нас? – спросил Дарок и тоже растянул дружелюбную улыбку. Вот только в ночном сумраке его шрам сильнее исказил дружелюбие, превращая в ужасный оскал.

Гахсод выступил вперед и приподнял одной рукой тушу молодого вепря.

– Сейчас? – уточнила я, изумляясь командному тону.

Он ведь не заставит меня свежевать тушу под луной? Может, обойдется нашим остатком ужина? Конечно, мясо дикой утки не такое жирное и его не так много, но достаточно для… Мысль оборвалась. Четверо здоровых васовергов… Прокормить таких будет нелегко.

Не ответив мне, мужчины по-хозяйски прошагали к костру. Я тяжело вздохнула, хлопнула себя по ногам и обреченно проследовала за ними. Что там говорил мне Дриэн про лидерство? Видимо, старый эльф ошибся во мне, либо Дарок не тот, кому я смогу приказывать.

У костра образовалась малоприятная картина. Ненависть Елрех к васовергам я недооценила и теперь в полной мере могла осознать ее. Непривычное выражение мерзости искривило приятное лицо Елрех, а сама она втянула голову в плечи и стискивала кулак, а второй рукой сжимала рукоять кинжала.

– Какие интересные у тебя друзья, – отметил Дарок, останавливаясь в двух метрах от лагеря. Важно заправив руки за пояс, стал рассматривать всех. – Ты не упоминала эту деталь, Асфи.

– Воняет вкусно, но на вид как мое дерьмо, – заглянув в отставленный котелок, резюмировал Архаг.

– Воняешь тут ты! – Елрех высоко подняла подбородок и выпятила грудь.

Архаг, так и не распрямившись, вскинул голову и хмыкнул. Низкорослый Норкор насупился. Гахсод швырнул тушу в ноги Ромиару и сказал:

– Займись делом, шан’ниэрдка.

– Он шан'ниэрд, – хмурясь, деликатно поправил Кейел.

– Такие шан’ниэрды сидят по домам, – заметил Дарок. – Яйца свои берегут. Разнеживают настолько, что от девки потом этих бледных слизняков не отличишь.

Ромиар прищурился; желтые глаза сверкнули гневом.

– Хватит! – Поднимая руки в успокоительном жесте, я приблизилась к васовергам. Посмотрев в нахальную морду Дарока, спросила: – Ты не забыл, зачем мы тут?

– Не забыл. И понимаю, зачем они тут.

– Они тут, потому что я их за собой потащила. Никто из них не стремится найти могущество в артефактах.

– Твои друзья слабаки, Асфи, – спокойно сказал Дарок и шагнул ко мне. Я мигом отступила, удерживая между нами дистанцию. – Я пришел сюда, потому что ты меня позвала. Но это не значит, что я буду терпеть их на равных с собой.

– Тебе придется! – как я ни старалась удержать в себе рычащие нотки, но не вышло. Еще и верхняя губа задрожала, покрываясь потом.

– Ты заставишь? – спросил он. Несколько секунд молчал, давая мне осознать, что сделать я этого не могу. По крайней мере, силой. – Так заставь, Асфи.

Он прошел к свободному месту у костра, сел на мое покрывало и протянул руки к огню. Гахсод, не сводя требовательного взора с Роми, пнул тушу грязным сапогом и потребовал еще раз:

– Займись делом.

Будет трудно…

– Я займусь, – выдохнула я.

– Нет, – громко произнес Дарок и махнул рукой, указывая на место рядом с собой. – Садись, Асфи. Расскажи мне, о чем ты договорилась с Кхангатором.

Елрех подошла ко мне, коснулась локтя и с теплым выдохом шепнула:

– Не волнуйся, храбрая человечка, я все сделаю. – Кивнула мне и добавила еще тише: – Лучше присмотри тут за порядком. Не пускай бесчинство на самотек и усмири вонючих васовергов, а я приготовлю нам второй ужин.

Я бы кивнула ей, с удовольствием пожала руку или элементарно поблагодарила, но под насмешливыми взорами васовергов воздержалась от всякого проявления мягкости. Даже не уделила внимания глазам Елрех, но вскользь заметила, что прежней бури ненависти в них не было. Уж не знаю, в чем Елрех нашла силу для ее усмирения, но меня пробирала мелкая дрожь. И эта дрожь точно не была связана со страхом.

Я потерла большими пальцами о другие пальцы, не смея сжимать кулаки, и направилась к месту, где сидела до прихода наших компаньонов. Каждый шаг старалась не обращать внимания на раздражение и злобу, а вспоминала, чем Дарок помог мне и что я сама пригласила его. Я нуждаюсь в нем, поэтому мне придется терпеть все его выходки. Показывать агрессию к нему – тоже не выход из напряженных отношений.

За пару секунд до того, как подошла я, Архаг развалился неподалеку от Дарока, оставляя мне лишь полметра пространства. Сводничество? Только этого не хватало… Краем глаза я выцепила остальных васовергов – они не казались заинтересованными в глупой затее, которая пришла мне на ум. Норкор разбирал единственный мешок, который был у четверки. Гахсод, увидев, что Елрех подбирает тушу, решительно сел рядом с Роми, будто выбрал себе жертву для травли. Удивительно, но Роми так и не сказал ни слова в ответ на все оскорбления, а просто открыл свои записи и с недовольным видом отвлекся от унизительного знакомства на привычную работу.

– Почему стоишь, Асфи? – с улыбкой и понимающим взглядом обратился ко мне Дарок.

– Асфи, садись, – прозвучал хриплый голос за спиной. – Твой отвар остыл.

Я нахмурилась и обернулась. Кейел даже не смотрел на нас – сидел на прежнем месте и продолжал как ни в чем не бывало стругать ножом свое полено. Возле его вещей лежали моя куртка и сумка, две кружки – моя и его – стояли на ровной, обтесанной топором деревяшке. Когда он успел все переставить?

Стараясь не показать удивленного вида и отгоняя один вопрос за другим, я просто прошла к Кейелу и опустилась рядом с ним. Он отвлекся от своего занятия, взглянул на меня и спросил:

– Разогреть тебе отвар?

Я вскинула брови, но ответить ничего не успела.

– Мне разогрей, – едва ли не смеясь, произнес Дарок. Повел тяжелой головой, указывая на поляну. – Нам. Моим братьям.

– Я буду просить духов. – Кейел беззастенчиво посмотрел в глаза Дароку – без страха, без ненависти. – Только так и грею.

Оцепенение пробрало все тело, на затылке пошевелились волосы. Веселье Дарока смело подчистую, будто и не было его. Предложение о том, что можно заварить травы в котелке над костром, чуть не сорвалось с губ, но я быстро взяла себя в руки. Уголком губ улыбнулась неожиданному союзнику, уселась удобнее, сцепила руки в замок и, добавив приказных интонаций в голос, разрешила:

– Подогрей мой отвар. И долей воды. – Не позволив Дароку зацепиться на этой почве, обратилась к нему: – У меня для тебя хорошие вести, Дарок. Великий вождь принял мое предложение. Ему понравилось сотрудничество со мной. Он увидел во мне, – вдохнула глубже, позволяя прозвучавшим отсылкам именно к своим заслугам немного повисеть в тишине, – надежного союзника. Он принял некоторые мои предложения. Тебя они не касаются, поэтому, если тебе будет интересно, – улыбнулась, надеюсь, мило, – я расскажу о них потом. А после мы обсудили твое послание, и он принял и твое предложение.

Дароку надо отдать должное – веселье в его стальных глазах лишь возобновилось и приросло, но больше за вечер не было попыток показать мне, что я всего лишь никчемная человечка. Ставя его в курс наших дел, я наблюдала за ним, ждала подвоха, но претендент на место вождя быстро втянулся в дела и отставил в сторону никому ненужные игры. Либо я сама увлеклась важным обсуждением настолько, что перестала их замечать.

И если напряженная ночная встреча плавно перетекла в спокойное деловое русло, а глубокой ночью еще и в тяжелый ужин перед сном, то сумасшедшее утро ударило по мне едва ли не до сердечного приступа.

Первым делом, услышав шум и голоса, я постаралась разобрать смысл звучавших слов. Голова гудела, как после пьянки, а глаза щипало. Судя по розовой дымке, которую я увидела сквозь приподнятые ресницы, мы не поспали и трех часов. Светать начало совсем недавно.

– Убери от нее руки! – рявкнул кто-то незнакомый.

Я хотела вскочить, но услышала предупреждение Роми:

– Лежи, Асфи!

Открыла глаза пошире, поморгала несколько раз, позволяя пелене сойти. Увидев происходящее, захотела снова закрыть глаза и попросить разобраться без меня. Вот только что-то холодное надавило на шею сильнее, не позволяя даже сглотнуть. Стрекоза сидела надо мной на корточках и руку, протянутую ко мне, убирать явно не собиралась. Впрочем, на ее месте я бы тоже не спешила отказываться от страховки…

Роми стоял за спиной эльфийки и, намотав на кулак ее светлые волосы, удерживал кинжал возле тонкой шеи. Под бледной, натянутой кожей колотилась жилка. Глаз Стрекозы я не видела – Роми не щадил разбойницу, заставляя ее смотреть в небо.

Сбоку опять прозвучал незнакомый голос:

– Если ты не уберешь…

– Она уберет кинжал первой! – потребовал Роми.

Я скосила глаза, и дыхание мигом оборвалось. Ну вот… А я считала, что всегда почувствую своего несостоявшегося убийцу за версту. Темноволосый шан’ниэрд хмурился, тоже угрожая кинжалом Елрех. Она морщилась, а под ее подбородком размазалась синяя кровь. Страх во мне снесло волной огня.

– Роми, не порежь Стрекозу, – попросила я, стараясь не двигаться. И прошептала одними губами. – Ксанджи, обожгите кожу на руках эльфийке и темноволосому шан’ниэрду.

Успела лишь порадоваться, что тут такие были только в одном экземпляре. Стрекоза ахнула, взвилась и закричала. Шан’ниэрд уронил кинжал и вскоре тоже завопил, сгибаясь пополам. Ксанджи дословно выполнили просьбу и закружились огнями в воздухе, будто надеялись, что я попрошу о продолжении расправы. Но беда с великими духами все-таки имелась – от кожи на запекшемся мясе не осталось и следа. Оба разбойника корчились от боли на земле, и я вскочила абсолютно растерянная. Все же у любой жестокости есть предел.

Сердце колотилось, голова кружилась. Я водила глазами из стороны в сторону, пока стоянка вертелась, а события скручивались в голове каким-то немыслимым ворохом.

– Ты в порядке? – Кейел развернул меня к себе за плечо и, надавив рукой на подбородок, заставил вскинуть голову.

Я непроизвольно отшатнулась, обхватывая ладонью горло. Споткнулась о мягкую преграду – преграда голосом Стрекозы взвыла громче. Васовергская речь дошла до сознания откуда-то сбоку и внесла большую суету в утро. Глянув на чистую ладонь, я вспомнила о Елрех. Мысли в секунду упорядочились, и все лишнее из них исчезло.

– Как ты? – Я бросилась к хмурой подруге.

Она прикрывала небольшой порез рукой, кровь била тоненькой струей между пальцами. В серых глазах читались мысли, но такие же суматошные, как были у меня несколькими секундами ранее.

– Можно залечить зельем, – проговорила я, даже не стараясь перекричать стоны и вой разбойников, взяла окровавленную руку Елрех и осторожно потянула на себя, – но будем долго обрабатывать рану, а потом горло еще опухнет и неизвестно сколько будет заживать. Елрех, – позвала, но она смотрела на меня с непониманием, поэтому я дождалась осмысленности в ее глазах. – Елрех, я позову Айссию. Они все быстро исправят. Ты мне веришь?

Елрех, наконец-то, затряслась и кивнула. А потом кивнула еще раз, будто сама была не уверена, что ее жесты заметны.

– Отлично. – Я улыбнулась, облизала пересохшие губы и постаралась подавить заразные зачатки паники. – Ты не представляешь, какую сложную операцию мы с этими духами когда-то провернули. А тут маленький порез на поверхности…

Айссия отозвались еще быстрее, чем Ксанджи, а с порезом и вправду справились быстро. Уже через несколько минут от него даже крохотной царапины не осталось. Кейел, понимающий без слов и указаний, что может понадобиться в таких обстоятельствах, подал мне смоченную в воде тряпку. Сам он держал в руке миску, наполненную водой.

– Если нужно, я сам смою кровь и проверю, все ли затянулось, – предложил он, склоняясь ко мне и оглядываясь на поляну. – Там ты нужнее.

– Иди, Асфи, – тихо поддержала его Елрех. – Видишь, я даже говорю без затруднения. Я хорошо себя чувствую. Мы справимся сами.

Я постаралась разглядеть беспокойство в глазах этих двоих, но увидела лишь собранность и скрытое недовольство. Кивнула им, отступила всего на шаг и будто пересекла границу между покоем и безумием. Вдохнула полной грудью и сразу поморщилась от привкуса горелой плоти. Постаралась разобраться, что творилось на поляне, пока я занималась Елрех, но сходу не вышло.

– Никто не будет ее калечить! Ни ее, ни его! – выкрикнул Роми, поднимая высоко подбородок. Его хвост хлестал траву и ломал тонкие стебли. Кинжал в ловких руках исследователя мелькал, будто находился в руках Вольного. – Они нужны нам целыми.

– Эльф и без ушей прожить! – произнес на ломанном языке Норкор. Перехватив удобнее плеть, выпущенную из рукава, шагнул к Стрекозе. – Она заслужить!

– Не позволю! – Ромиар шагнул ему навстречу и оскалил клыки.

– Уйди, щенок! – Дарок сплюнул под ноги. Мотнул рогатой головой – лохмы волос качнулись и упали на щеки беспорядочно. Удерживая бритву своей плети, указал на напарника Стрекозы, стоящего на коленях и вытянувшего обгоревшие руки перед собой. – Гахсод, Архаг, займитесь им.

– Не надо! – голос эльфийки сквозь всхлипы я едва узнала. Она взмолилась громче: – Не трогайте нас!

Попыталась встать с бока, но как только оперлась на руки, вновь закричала, упала, зарыдала и в приступе боли забила ногами по земле. Ее напарник бросился к ней, но был сбит ударом сапога в грудь. Архаг от этого пинка и сам едва не завалился на спину. Шан’ниэрд после гулкого стука отлетел, зацепился рогами за землю, и его шея на миг неестественно выгнулась. Сердце ухнуло, ноги налились свинцом.

Пока я осознавала, что напарник Стрекозы оказался крепче и шевелится, пытаясь подняться с земли, между Стрекозой и Дароком встал Роми. Гахсод направился выполнять приказ до конца. Я поморщилась, видя отчетливый след от грязного сапога на груди многострадального шан’ниэрда, и позвала так громко, чтобы услышали все присутствующие:

– Ксанджи! – крик резанул горло, и я потерла шею.

Зато с удовольствием прислушалась к лесной тишине. Ксанджи увеличились в размере и стремительно летали над головами присутствующих, пока те молчали. Замолчала даже Стрекоза, до крови закусив губу и зажмурившись. Я прошла к остывшему кострищу, оттягивая время и позволяя обдумать следующие слова, но чем больше планировала, тем сильнее терялась, поэтому плюнула и просто заявила:

– Я тут главная, Дарок. – На него не смотрела, а, скрестив руки на груди, уставилась на пепел под ногами. Нахмурилась, на секунду проваливаясь в воспоминания – первое знакомство с лиертахоном, зарождение дружбы с Елрех… Давно же это было. Подковырнула ногой обугленное полено, посмотрела на пальцы, перемазанные синей кровью, отметила с досадой, что запачкала ею свежую рубаху. Выдохнула шумно. – Не знаю, за кого ты меня держишь, но я не позволю тебе помыкать мною. Тем более не позволю тебе решать за меня, кого и за что нужно наказывать. Напомню тебе, что без меня у тебя вовсе ничего не будет. И я очень надеюсь, что мы с тобой не будем устраивать междоусобицу в моем походе.

Наконец глянула на него. Он недовольно щурился, поджимал нижнюю губу, смотрел на меня свысока, но молчал. Мне было, что сказать ему еще – о том, что их враждебный уклад жизни только усугубит походные условия, что их отношение провоцирует ответную агрессию, но решила, что нравоучения от человечки могут ударить по его самолюбию, а подрывать авторитет Дарока при посторонних до сих пор не захотелось. Вдруг ему и впрямь потом править. И дело даже не в том, что он может потерять уважение среди присутствующих – у некоторых он его и заслужить-то не успел, – а в том, что от свидетелей подобных унижений и оскорблений важные люди, или существа, как правило, при вступлении в должность такого масштаба избавляются.

– Что тут произошло? – спросила я, не обращаясь ни к кому конкретному и поворачиваясь так, чтобы видеть всех.

– Я услышал, как она подкрадывалась. – Роми скривился, глядя на Стрекозу.

Только сейчас я заметила, что он растрепанный после короткого сна и выглядит чуть лучше трупа. Он вытер тыльной стороной ладони разбитую губу, прикрыл глаза устало.

– Дождался, когда она подойдет к тебе. Мне было интересно, что она будет делать.

– Интересно ему было, – протянул Дарок с презрением. – А если бы она убила Асфи?

Роми снова оскалился, скосив глаза, полные злобы, в сторону Дарока.

– Как только она приставила кинжал к горлу Асфи, я сам поднялся и подкрался к ней. В это время проснулась Елрех и, видимо, со сна не заметила, как к ней подбегал шан’ниэрд. А я предупредить не успел.

– Черт-те что! – прошептала я и направилась к Стрекозе.

Подошла к ней, присела на корточки и всмотрелась в бледное лицо эльфийки. Только на ее скулах пылали пятна румянца. Сама она тряслась, удерживая руки на весу и опасаясь ими шевелить. Я поморщилась, чувствуя себя скотиной, но чувство стыда быстро прошло, когда Стрекоза скривилась и выкрикнула:

– Мы так не договаривались! Ты не предупреждала о васовергах! Не… – И закусив губу, снова завыла от боли.

Я выдохнула, поднялась и встретилась с Елрех взглядом.

– Я исцелю и их, но не уверена, что духи согласятся нарастить несколько слоев кожи. Даже не представляю, получится ли.

Елрех кивнула и повернула голову к сумке, где в запасах лежали сильнейшие зелья. Кейел сразу что-то спросил у нее, и я поняла по зазвучавшим указаниям, что он предложил помощь. Посмотрев на остальных существ, оставшихся без дела, я поняла второе – если не найти им занятие прямо сейчас, они снова создадут проблемы. Надо что-то придумать… Зеленая трава теперь вдруг подсказала очевидный ответ на вопрос, который мучил нас с Женькой и Витьком еще на Земле: почему в армии, по слухам, заставляют красить траву в зеленый цвет? К сожалению, с моим окружением такой номер не пройдет…

Воззрившись на плачущую эльфийку, которая, по сути, с такими руками мне и не нужна, я задалась очередным вопросом: почему она просто не поприветствовала нас с утра и не спросила меня о переменах? Глупая. Для чего все усложняла?

Усложняла… Вспомнила свое начало сотрудничества с Вольным и лишь тяжело вздохнула.

* * *

– Дриэн всегда говорил в таких случаях, что из всякого кошмара можно вынести свою пользу.

– Он прав.

– И что же ты вынесла, мудрейшая человечка?

Я с удивлением посмотрела на Елрех, шагающую рядом. Мудрейшая? Это шутка, или мы уже дожили?

– То, что место встречи лучше назначать в людном месте. То есть… существенном?

Елрех жалостливо свела брови на лбу. Я махнула рукой.

– В каком-нибудь трактире до такого не дошло бы. С другой стороны, васовергам, как я понимаю, только повод дай для драки.

– Для жестокости. У них это в грязной крови.

– Не в крови. Просто с детства привито.

Елрех спорить не стала, а лишь качнула головой. Ветер резко поднял дорожную пыль и швырнул в нас сбоку. Мы, не сговариваясь, отвернулись и выждали несколько секунд до кратковременного затишья. Как только оно наступило, так же молча ускорились. До Обители гильдий осталось совсем немного.

Кейел

– Тебе надо было навязаться с ними, – сказал Роми, удобнее разваливаясь в своем кресле и покручивая в руке очередной полный бокал вина, – посмотрел бы на главную Обитель.

– Еще успею, – ответил я, сползая на диване. Голова упала с подлокотника на мягкий матрас.

Мы находились в Заводи Ал’лирта полрассвета, отдыхая в доме Роми, но ноги все равно гудели так, будто мы только-только сошли с дороги.

– И мне надо было тоже, – проговорил Роми, словно не услышал меня. Его язык начинал заплетаться. Напиваться после долгого пути в привычке у всех беловолосых шан’ниэрдов? – Торчим тут, ждем, бессмысленно тратим время…

– Нам обещали, что гарпун будет готов уже к закату. Не так много времени и ушло. К тому же ты сам говорил, что заказ не из простых. Мастера и без того уложились…

– Не зуди, – тихо, но тверже прозвучал голос Роми.

Я скосил на него глаза и выхватил силуэт из дневного полумрака. Наверное, солнечный свет надоел шан’ниэрду, потому он плотно закрыл тяжелые занавеси. Либо он соскучился по жизни в замкнутом пространстве. Они с Асфи и Елрех давно в странствии, а он до того сидел под крышей безвылазно.

– Тебе из-за Елрех хуже? – спросил я, вновь поднимая взор на потолок.

Ответа не последовало. В тишине послышался шелест выливаемого в бокал вина. Если исследователь напьется, то с закатом мне одному никто не отдаст гарпун. А нам еще нужно нанять кого-то, кто помог бы вывезти его из Заводи и оттащить подальше от городских стен. Васоверги должны ждать нас в оговоренном месте, Асфи тоже обещала, что прибудет раньше. Ей не хотелось оставлять нас наедине с воинствующей расой. Опасается остаться без нужного числа существ или заботится о нас?

– Как думаешь, куда Асфи отправила Стрекозу? – снова задал я вопрос.

Может, хоть в беседу его втяну, чтобы не пил так быстро бокал за бокалом.

– Не знаю. Мне не дано понять эту девицу.

– Ты видел когда-нибудь таких, как она? – Я приподнялся на локтях и тряхнул головой, освобождая лицо от волос. – Одинаково легко призывает и Ксанджей, и Айссию. Многим даже бытовые духи нередко отказывают, а она вот…

Ромиар не донес бокал до рта. Поджал губы, глядя в стену, поставил бокал обратно на стол и опрокинулся на спинку кресла.

– Слышал о таких, но все написанное о них было в старых свитках, – задумчиво произнес он. – Духи ненависти и духи жизни не сочетаются между собой. И в целом непонятно, почему ей вдруг подчиняются великие духи.

– Ты не думал, что она нам не все рассказала о себе?

Ромиар ровным взмахом повернул ко мне голову и уставился на меня. Желтые глаза были затянуты хмелем и светились тусклее. Наверное, хвост мягко застучал по ножке кресла – этого я не видел, мог лишь гадать по тихому стуку.

– Не много ли ты хочешь узнать о ней? – полюбопытствовал Роми и как-то запоздало свел брови на переносице. – Заинтересовался ею? Не стоит. Чем больше ее узнаю, тем сильнее убеждаюсь, что никакому мужчине с такой связываться не посоветую. Для дел – запросто, но не для жизни. Кейел, точно тебе говорю, Асфи не для семьи.

Я сглотнул невольно и стал медлить с ответом. Наверное, в самом деле много интересуюсь ею. И ведь чем больше узнаю, тем еще больше хочу узнать. Может, сказать ему прямо, что теперь я чаще думаю об Асфи, чем о Лери? Вдохнул неглубоко и… почему-то не смог вообще заговорить о ней и просто перевел тему:

– А ты о Елрех и вовсе не узнаешь.

– Зачем мне о ней узнавать? – Ромиар скривился, снова отвернулся и потянулся за бокалом.

– Вы с ней были вместе, – напомнил я. – В прошлой жизни.

– И что? – спросил Роми и приложился к бокалу, выливая в себя все содержимое до последней капли.

– Роми, вы все вспомните. – Я уселся на диване и скрестил руки на груди. Раздражение росло медленно, но неотвратимо. – Ты не думал об этом?

Он тяжело выдохнул и свесил рогатую голову на грудь. Выходит, думал. И что он ответит?

– Может, Кейел, это единственное, что меня спасет, – проговорил едва слышно. Потер лоб и так же тихо продолжил: – Ты видел ее? Смотрю на нее иногда и воротит только от вида. И не прекрасная шан’ниердка, и не ужасная фангра. Никакой ясности. А если долго не смотрю, то паршиво становится. Как будто я в чудовище что-то прекрасное разглядел.

– Она симпатичная, – попытался убедить я. Она ведь в самом деле симпатичная девушка, просто с непривычной внешностью.

– Тебе и Асфи такая же, а я в них обеих вижу уродство. – Роми поднял палец за миг до того, как я открыл рот. – Но знаешь, я чуть не убил Асфи.

Сердце споткнулось, а сам я, казалось, пошатнулся. Либо это комната качнулась в глазах, вызывая легкую тошноту.

– Что ты имеешь ввиду? – вопрос царапнул вмиг пересохшее горло.

Исследователь, как назло, опять принялся наполнять бокал. Пролив вино на стол, начал оглядываться в поисках полотенца и, не увидев, попросту потянулся за бокалом. Испачкал манжету дорогой рубашки, но и не заметил, а я сидел и ждал его ответа, будто готов был помчаться прямо сейчас выручать кареглазую девчонку. От осознания смысла и признания Роми, и собственных чувств, вызванных этим признанием, становилось нехорошо.

– А то! – Ромиар с грохотом поставил бокал прямо в лужицу, разбрызгивая вино. – Нет, не не убил, а… Асфи или Елрех? – Схватился за голову. – Забыл.

– Тебе хватит пить, Роми.

Настроение испортилось окончательно. Я поднялся на слабых ногах и застыл на месте. Почему мне так везет на выслушивание пьяного бреда? Ромиар опять проигнорировал меня и продолжил вываливать пьяные мысли:

– Урод этот приказал отпустить Стрекозу, и я чуть было не отпустил. Он ведь порезал ее. Елрех. Он порезал ее! – Посмотрел в мою сторону со злостью. – А я стоял, держал сволочь эту и готов был отпустить. Думал в тот миг, что все брошу, всех отдам, сам убью, лишь бы не тронул! Лишь бы только не тронул. А как ее можно тронуть? Она всегда всех понимает, всем помогает, всех поддерживает! Ее и обидеть боишься, а он порезал. Угрожал!

– Ромиар, – стиснув кулаки, громко позвал я.

Однако шан’ниэрд не обратил на меня никакого внимания.

– А потом! Потом я вдруг осознал, что это со мной! Знаешь, как мерзко стало?! Не знаешь, – протянул, потрясая пальцем, будто уличил меня в этом незнании. – Я! Беловолосый шан’ниэрд! И я люблю чудовище. Люблю грязную полукровку.

Он рассмеялся, запрокидывая голову и накрывая глаза ладонью. Лери, наконец-то, четко привиделась в воспоминаниях, а не смазанными пятнами. Сколько я пытался ярко представить ее? Вот только и эти образы не обрадовали. В них мы обсуждали грязную полукровку, которую Лери незаслуженно ругала. Теперь я был уверен, что тогда был абсолютно прав.

– Ее неоправданно так называют.

– У нее грязная кровь! – Роми хлопнул по столу и уставился на меня.

Желваки заиграли на серых щеках, поверх выступил бордовый румянец. Стук из-под стола зазвучал громче и чаще.

– Это у нас у всех неправильное воспитание, а Елрех здоровая и душой чище многих других.

Настояв на своем, я быстро направился к двери. Руки била мелкая дрожь, но природу ее я толком не распознал. Злюсь на Ромиара, на Лери, на себя? Либо на Асфи? Нет. К ней в последнее время лишь благодарность испытываю. Если бы не она, я бы до сих пор о многом не узнал и на многое не решился.

А Ромиар тем временем не замолкал:

– Пусть так! Не имеет значения! Но я назло решил, что не уступлю этому выродку. Решил, что надо добить все это одним махом! Представляешь, на безопасности Елрех себя испытывал! Назло ей! Мерзко! – рявкнул он и гневно спросил: – Куда ты?!

Взявшись за ручку, я открыл дверь и обернулся.

– Искать твоих высокомерных слуг, чтобы они сделали что-нибудь, от чего ты протрезвеешь.

– Не смей, человек! Ты в моем доме! – Пьяный шан’ниэрд попытался подняться, но завалился в кресло. Положив ладонь на разлитое вино, попробовал встать снова, но легко сдался и, слепо глядя перед собой, забормотал: – А она… Она… Где она сейчас, Кейел? Как думаешь, они уже добрались до Обители? Надо было хоть кому-то из нас пойти с ними. – Потер ладонями лицо, словно избавлялся от видения с призраками. Запястьем вымазал белоснежный воротник, оставляя бледные, красные пятна. – Надо было хоть кому-то из нас пойти. Нельзя оставлять ее одну, Кейел. Ее нужно оберегать. Запереть бы где-нибудь…

Я больше не вынес нахождения рядом с ним и вышел из комнаты. Найдя первого попавшегося слугу, распорядился собрать всю выпивку и выставить во дворе, а уважаемого Ромиара уложить спать. Сам же помчался в город. Неужто нельзя сделать для беловолосого шан’ниэрда амулеты посильнее? Видимо, все – эти больше не помогают.

Асфи

– Змейки мои, – протянул Дриэн и замолчал, обводя пальцами контур открытого рта.

Понять, был ли он рад новостям, или расстроен, оказалось невозможно.

В кабинет заглядывало полуденное солнце. Попадая на графин с водой, свет преломлялся и оставлял радужные разводы на стене. Зеленые веточки фикуса рядом с этими разводами напоминали насыщенный пластик. Елрех стояла рядом со мной, высоко задрав голову и неотрывно глядя в стену поверх старого эльфа. Ее спина была прямой, как палка, а дыхание ровное, словно происходило под строгим контролем. Я же отчего-то напряжения совсем не чувствовала.

– Вы недовольны? – спросила я и опустила глаза на стул.

Присесть нам не предложили, да и стул был всего один. Можно было бы нагло сесть, но становилось обидно за Елрех. Поэтому я нашла другой вариант. Шагнула к стулу и с наслаждением навалилась локтями на высокую спинку. Уставшим ногам стало немного полегче.

– Твоим решением недоволен. – Дриэн поднял голову и уставился на меня. Забарабанил ноготками по краю стола, заваленного бумагами. – До сих пор не понял, зачем тебе от нас уходить? Тебе с нами плохо?

– Это прежде всего уважение и беспокойство о репутации замечательной гильдии.

Верховный скривил тонкие губы, подергал длинным ухом.

– Асфи, в твоих словах есть правда. Не без нее, естественно. Вот только командует у вас уважаемый Ромиар из всем известной гильдии Исследователей. И это он допустил тебя к васовергам, это по его вине ты подвергалась смертельной опасности в зверском ритуале. Именно его безответственность послужила тому, что ты убила одного васоверга и связалась с другими.