Текст книги "Второй шанс для двоих (СИ)"

Автор книги: Игорь Гребенчиков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 61 (всего у книги 67 страниц)

– Макс, а можно мы у тебя тут перекантуемся некоторое время? – с какой-то надеждой спросила Ульянка. – А то ведь сейчас с Лиской высунемся, нас Ольга Дмитриевна тут же запряжет барахло всякое таскать.

Как я не засветился в этот момент – ума не приложу.

– Да, конечно, сидите на здоровье, – кивнул я, старательно помешивая ложкой пшенку, надеясь, что какая-никакая, но сосредоточенность поможет скрыть уж чересчур довольную лыбу. – А то одному грустно. Да и завтрак такой себе, даже как-то аппетита особого не вызывает. Хоть хлеб с маслом есть, и то хорошо. До обеда доживу.

Обрадованная Ульянка тут же оживленно что-то затараторила, а Алиса просто молча взяла меня за руку и положила голову мне на плечо. Наверное, это глупо, но, помимо всего прочего, мне очень нравилось в ней то, что она не испытывала потребности в болтовне. Она хоть и была огнем, но далеко не всегда разрушительным. Сейчас этот огонь был спокойным и способным принести чувство внутреннего умиротворения.

– Вы меня слушаете вообще? – фыркнула рыжая-младшая.

– Естественно, солнышко, – моргнул я. – Это сейчас у меня по важности, без преувеличения, на первом месте!

– Так вот, – поверить не могу, что это опять сработало. – Однажды прошлым летом моему папе с дедом было лень готовить шашлык, и папа тогда сказал: «Ульяна, сегодня нас кормишь ты». Он показал мне, как нажимать на куски мяса в середине, чтобы проверить, насколько они прожарены, и как быстро обжаривать их с обеих сторон на большом огне, чтобы они остались сочными.

– И получилось обалденно вкусно? – заботливо спросил я, прекрасно понимая, что будь это так, ребенок не стал бы рассказывать эту историю.

– Я сожгла их в хлам, – будничным тоном подтвердила мою мысль Ульяна. – Сказала бы, что они превратились в угли, но уголь все-таки можно считать условно съедобным.

– Ты все рассматриваешь с позиции «съедобно-не съедобно»? – поддела подругу хихикающая Алиса.

– Да ну тебя, – буркнула та. – Злые вы вообще. Уйду я от вас.

– Ну все, нам конец, – Алиса в притворном ужасе схватилась руками за щеки.

Ульянка лишь скрестила на груди руки и сердито посмотрела на Алису, как будто та ляпнула такую глупость, удостаивать которую ответом было ниже ее достоинства.

– Ну, не дуйся, – ласково улыбнулась девушка, и гнев рыжей-младшей отчего-то стал казаться бурей в стакане воды. Она сострила гримаску и картинно взяла со стола какой-то завалявшийся там журнальчик, рассеянно его пролистала и положила обратно. Она молчала меньше минуты и уже маялась от скуки. Поразительная неспособность держать в узде шило в заднице. Закончилась эта миниатюра тем, что Ульянка опять пренебрегла моим правом собственности на положенный мне чай.

– Вообще-то это было для меня, – киваю. – И не стыдно тебе? Товарищ понес боевое ранение, а ты вот так вот.

– Не стыдно, – широко улыбнулась та. – Было ваше – стало наше. Меньше клювом будешь щелкать. И вообще, Макс, спокойнее. Ты больной, тебе волноваться нельзя.

– Улька! – неожиданно шикнула на нее Алиса.

– Ой, ладно уж, – девчушка сделала еще один внушительный глоток и вернула наполовину опустевшую чашку. – Нашли обжору. Я и не думала, что вы так к этому отнесетесь. До чего же вы, оказывается, вредные, глоточек чаю ребенку пожалели.

– Вредные? – переспросил я.

– Да! Или это как-то по-другому называется… Неважно! Ни к чему нам все эти тонкости терминологии.

Алиса сморщила нос, чтобы не рассмеяться. Да я и сам едва сдерживал улыбку. В моменты такого замешательства Ульянка выглядела особенно забавно.

Тут в дверь изолятора кто-то негромко постучал. Я мысленно, конечно, прикинул, кто это мог быть у нас такой учтивый, но все же…

– Да-да?

Ну, как я и думал. Из приемной, сжимая в руках комплект спортивной формы, осторожно выглянула какая-то обеспокоенная Славя. Я тогда не придал этому значения, ведь оно было для нее обыденным, ровно как и интерес к окружающим, забота и искренность.

– Ой-ой, – сделала испуганный вид Ульянка, вытянувшись стрункой, и старательно загораживая нас с Алисой. – Гржнинначаник, они ничем таким тут не занимаются.

– Верно, – вторил ей я, чуть отодвинувшись от рыжей. – Пожалуйста, обратите внимание на целомудренное расстояние между нами. Я ужасно ответственный пионер и ни разу не засовывал язык ей в рот. Исключительно платонические отношения.

– Очень смешно, – сдержанно ответила активистка. – С другой стороны, твои характерные шуточки свидетельствуют о том, что ты идешь на поправку. Так что, думаю, спрашивать, как ты себя чувствуешь, нет необходимости.

А поди тут, не поправься, когда мне утром такой почти массаж сделали. А потом еще и компания двух красивых девушек нарисовалась. Не жизнь, а сказка.

– Дай догадаюсь, тебя вожатка по наши души отправила? – кисло спросила Алиса.

– Ой, да нужны вы ей больно, – скривилась девушка. – И без вас проблем хватает. Ольга Дмитриевна просила Максиму передать, – она махнула формой. – Чтоб было во что переодеться, пока он тут отлеживается.

– Ну неужели я этого дождался? – хмыкаю, принимая у Слави одежду. – А то подустал уже ходить почти в чем мать родила.

Какая-то затрапезная футболка, спортивные штаны, которые явно были мне слегка великоваты. Ну да ладно, в качестве больничной униформы – более, чем сойдет.

– Кстати говоря, – неуверенно протянула активистка. – Никто из вас Дениса не видел?

Опаньки…

– Да вот тот же вопрос, на самом деле, – удивленно отреагировал я. – Обещал прийти вчера, а в итоге пропал. Думал, что его вожатая запрягла.

– Нет. Его не было на линейке. И на завтраке тоже.

Где-то на краю сознания зародилось чувство замешательства, а остальные его части пытались решить, насколько сильно нужно начинать паниковать.

– Как-то это… не похоже на него, так внезапно пропадать, – пробормотал я. – Вожатая в курсе?

– Пока нет, – прикусила губу девушка. – Говорю же, у нее и так сейчас дел по горло, а тут еще и возможно, что пропавший пионер. Я решила пока не усугублять.

– Да куда он мог деться? – пожала плечами Ульянка. – С подводной лодки-то.

– Вот именно, – согласилась с подругой Алиса. – Наверняка в домике дрыхнет. Вечерок-то у него вчера явно не из легких был.

– Нету его там, я заходила уже, – отрицательно качнула головой Славя.

Все страньше и страньше… В голове лихорадочно пронеслись варианты того, куда мой друг мог запропаститься. Впрочем, на чем-то одном остановиться не вышло, территория лагеря, прямо скажем, не самая маленькая, так что быстрый мозговой штурм в этом направлении ничего не дал.

Тогда я попытался смоделировать у себя в голове логику Дэнчика и возможные варианты развития событий, исходя из этого. Если он действительно куда-то умотал, не поставив никого в известность, то должна же быть причина?

– Слушай, Славь, – одна догадка-таки пришла в голову. Не самая правдоподобная, но пока имеем, что имеем. – А вы вчера не…

– Нет, мы не поругались, если ты об этом, – однако то, что девушка начала нервно подергивать косу в этот момент прямым текстом говорило об обратном. – В смысле… Ну, может, я и отреагировала немного резче, чем хотела, но я точно не говорила ничего такого, что могло бы его обидеть.

– Уверена? – переспросил я, глядя активистке в глаза.

– Да, точно, – растерянно ответила та. Честно, звучало это как-то пугающе.

– Понятно, довела пацана, – с иронией в голосе заявила Алиса, намеренно отвернувшись в окно.

Славя поперхнулась от возмущения и неожиданности и одарила рыжую уничтожающим взглядом. Я не стал это никак комментировать, не до их распрей сейчас. Обхватив голову руками, уставился на принесенный рыжей-младшей поднос с едой. Ну и что дальше? По сути, есть одно единственное верное решение сейчас. Сидеть и гадать все равно без толку.

– Нам нужно поискать его.

– Поискать его? – покосилась на меня Алиса. – Не-не, погоди. Во-первых, ты сейчас немного не в том состоянии, чтоб шататься по лагерю. А во-вторых, где ты его искать-то собрался? Не паникуй, Макс, найдется он, что с таким детиной станется?

– Вынуждена согласиться, – угрюмо добавила Славя. – Тебе сейчас покой нужен. Может, мы действительно панику на ровном месте навели?

Повисло неловкое молчание, заполнившее весь изолятор. Может, не может… Да только вот это чувство паники наотрез отказывалось отступать.

– Ничего страшного не случится, если мы вчетвером быстренько пробежимся по окрестностям, – я продолжил настаивать на своем. – Ульянка сбегает до пляжа. Ты проверишь окрестности вокруг спортивных секций. А мы с Алисой территорию вокруг сцены.

– Ты точно сможешь? – в глазах Алисы сквозило явное беспокойство. Такая проникновенность с ее стороны, признаться, заставила мое сердце сжаться. Действительно ведь переживает.

– Точно-точно, – слабое заверение, но что я еще мог сказать? – Слушай, ну, помнишь ведь, когда Ульянка сбежала? Сомневаюсь, что тебя бы тогда остановила пара сломанных ребер.

Алиса вздрогнула. Нахмурив бровки, она еще некоторое время неодобрительно сверлила меня глазами, большими и блестящими в свете утреннего солнца, но все же сдалась и неуверенно кивнула:

– Думаешь, он будет где-то там?

– Не знаю, – жму плечами. – Но проверить стоит. Полчаса поищем, потом будем дальше думать. В качестве ориентира предлагаю наш с ним домик. Вопросы есть? Вопросов нет.

Не надо, наверное, было Панамку копировать. Впрочем, ладно.

Девочки поочередно стали покидать изолятор, неловко переглядываясь.

– Улька! Поднос не забудь, – хихикнула в последний момент Алиса.

– Не, я не поняла, – развела девчушка руками от такого предательства. – Это что за дискри… дискри… это самое?

– Давай, мелочь, все равно мимо столовки проходить будешь…

Адресованный ей умоляющий взгляд голубых глазок Алиса твердо решила просто проигнорировать. Поворчав еще для приличия, рыжая-младшая-таки сгребла поднос и горделиво удалилась. Я задержался, дабы быстро переоблачиться в спортивную форму. Затянув потуже шнурки на поясе, выкатился следом, как можно плотнее прикрыв за собой дверь.

«Ох, влетит же мне», – пронеслось в голове.

На улице повсюду неорганизованными кучками сновали пионеры, уже готовые к водным процедурам. Почти никого не было в форме, что помогало мне особо не выделять из толпы, дабы случайно не навлечь на себя кого из вожатых.

«Я Царь морской и обожаю приключенья! Люблю я игры, развлеченья… Тьфу, блин, вспомнилась нелегкая».

– Идем? – спросил я у дожидающейся меня Алисы.

– Угу, – как-то скупо ответила девушка. В каких-то своих мыслях витает. Не уверен даже, что она меня слышала. Но на протянутую руку отреагировала мгновенно. Ощутив ее теплую ладонь, я сразу почувствовал прилив уверенности. В том числе и в том, что мой потерянный товарищ уже вот-вот найдется.

Увы, поиски вокруг сцены каких-то результатов не принесли. Походили, покричали, Алиса даже вскрыла чулан под сценой, но ничего, окромя темноты, всевозможного барахла и парочки мышей мы там не нашли.

– Да уж, тут его точно нет, – я смахнул приставшую к затылку паутинку. – Но я все равно надеюсь, что он здесь.

– Обнадежь меня и скажи, что в твоей голове это звучало так же глупо, – хмыкнула Алиса, помогая мне вытащить всякую дрянь из волос.

– Возможно, – киваю. – Знаешь, лисенок, у меня такое чувство, будто это я виноват в том, что Дэнчик куда-то пропал.

– Макс, прекрати, – посуровела девушка. – Хрень несешь сейчас. Кудряшка взрослый мальчик, вполне способный нести ответственность за свою дурь. Если он с какого-то бодуна решил сбежать в деревню разжиться самогоном из-за того, что разосрался с селючкой – сугубо его проблемы.

– Да знаю я, что накручиваю, – цокнул я языком. – Просто я…

Просто вся эта ситуация с нами, с тобой, которую мне предстоит решить, буквально выбила почву из-под ног и теперь во мне внезапно вырос комплекс местного героя, который в побочках до кучи прилагает чувство вины буквально за все, что выходит за рамки моих возможностей. Пропажа Дэнчика попадает под эту категорию.

– …переживаю. Друг все-таки. Единственный, причем, до недавнего времени.

Алиса еще раз провела рукой по моим волосам, якобы проверяя, не осталось ли в них паутины, хотя я прекрасно знал, что она вынула все, что на них ссыпалось, да и она сама, скорее всего, тоже это понимала. Девушка замерла, улыбаясь мне, потом сделал глубокий вдох:

– Ну, хочешь, еще пройдемся куда-нибудь, поищем, через лес до музклуба, например?

Я не знал, что сказать. Пожалуй, точнее всего мое мнение выражалось словами «И ты еще спрашиваешь?».

– Не обязательно идти на поводу у моих тараканов и продолжать тщетно искать его, – все же отметил я для приличия.

– Я хочу пойти, – безапелляционно ответила Алиса и, схватив меня за руку, поволокла в сторону леса.

Штанины периодически цеплялись за редкие кусты молодой ежевики, приходилось время от времени останавливаться, чтобы извлечь из щиколоток залетевшие колючки. Впрочем, это даже помогало тщательнее осматривать местность, но никаких следов Дэнчика по пути мы не заметили. Откровенно говоря, я сомневался, чтобы Алиса так уж тщательно отслеживала происходящее вокруг нас. Я демонстративно озирался по сторонам, так что мог сделать вид, будто не замечаю ее ежеминутных взглядов в мою сторону. По-моему, она ожидала от меня каких-то слов. Или не ожидала. Надеюсь, что когда-нибудь я научусь ее понимать так, чтобы не возникало никаких недосказанностей.

– Эй! – в конце концов мне это надоело, и я поймал девушку за локоть, покосившись на ее лицо, как будто ожидал увидеть слезы. – Что с тобой? Ты резко стала будто сама не своя.

– Все в порядке, просто вспомнила, как в детстве здесь гуляла, – воздух вокруг нее, казалось, переливался и вибрировал. – А тебе здесь нравится?

– Наверное, – жму плечами. Лес как лес, честное слово.

Девушка будто случайно сократила разделявшее нас расстояние. Даже не прикасаясь к ней, я чувствовал тепло ее тела.

– Ладно, теперь я готова, – как бы между прочим объявила она, лукаво улыбнувшись

– К чему? – насторожился я.

– К новому поцелую.

Тьфу ты, елки-палки, ну нашла, конечно, самое подходящее время.

– Я предпочитаю эффект неожиданности, – попытался выкрутиться я, дабы ненароком не обидеть. – Импровизация меня никогда раньше не подводила.

– Ох, я с ума с тобой сойду, – состроила гримаску рыжая, запустив пятерню в свои огненные локоны и облокотившись на ближайшую березку. – Можешь накинуться на меня, когда я буду ожидать. Ничего не имею против.

– Вот уж не ожидал от тебя такого, – ответил я нарочито легкомысленным тоном.

– Ладно, проехали, – сдалась Алиса. – Так тебе здесь нравится?

– Ну, нра… Так! – от вспыхнувшего негодования возглас получился каким-то слишком громким, Алиса аж замерла, вскинув брови. – Ты вовсе и не рассчитывала найти здесь Дэна, так ведь?

Густые темные брови девушки взлетели еще выше.

– Ты вообще собиралась его искать или нет?

Рыжая вскинула обе руки над головой, словно умоляя о пощаде:

– Ну что ты хочешь от меня услышать? Да, не собиралась. Просто ты выглядел таким расстроенным, что я просто, ну… отвлечь тебя решила.

– Алис, ну е-мое! – простонал я, уткнувшись лицом в ладони. – Ну к чему сейчас эти выкрутасы?

– Да, знаю, дура, просто… Просто у меня такое ощущение, что мы бездарно растрачиваем время, которое могли бы провести вместе, – неожиданно пожаловалась Алиса.

Я резко поднял голову, пытаясь понять, серьезно она это сказала или нет.

– А сейчас мы что, не вместе? – переспрашиваю настороженно. Наверное, следовало бы сказать ей в ответ что-нибудь романтичное, типа «Я радуюсь тому, что могу просто быть рядом с тобой, мне этого достаточно», но весь мой словарный запас куда-то испарился.

– Ну, да, но… – рыжая окончательно смутилась. – Ты же не со мной сейчас, образно говоря. Да, я понимаю, переживаешь за друга, но, блин, все с ним в порядке. Он ведь по комплекции не меньше актера этого… Шварценгольда или как его там. Черт, наверное, ты меня теперь считаешь какой-то сумасшедшей одержимой девицей.

Это было так мило, что я не смог удержаться от улыбки. Подался вперед и заключил девушку в объятия.

– Лисенок, я тебя считаю тобой, – прошептал я. – И, если совсем по секрету… Я тоже одержим. И не волнуйся насчет времени. У нас его…

Какое-то совершенно неожиданное сейчас чувство дежавю. Не знаю, готов ли я был признать, насколько я сошел с ума.

– …еще очень много.

Уголки губ Алисы дрогнули в улыбке. Чутка освободившись от моих объятий, она приподнялась на цыпочки и торопливо чмокнула меня в губы.

– Что ты там говорил про эффект неожиданности?

Ну а что мне теперь оставалось делать? Я наклонил голову и поцеловал эту бестию в ответ. Когда ее зубки легонько прикусили мою нижнюю губу, по коже у меня побежали мурашки.

– Думала, что я останусь в долгу?

– И не надеялась, – подмигнула рыжая.

Нужно было уже идти в сторону домика. Времени я не засекал, но «поиски» заняли у нас уже явно больше, чем полчаса. Должно быть, Алиса прочла это в моих глазах, поэтому мы, молча взявшись за руки, потихоньку двинули в сторону музклуба, оставляя позади это царство нежной бирюзы, изредка шутки ради слегка пихая друг друга бедрами. Но если Алиса просто дурачилась, то я тем самым пытался скрыть это растущее большим комом волнение.

Ведь если бы что-то не приложило об мой затылок яблоко, я бы тоже пропал, затерявшись в иллюзии, созданной… Лагерем? Пионером? Девочкой-кошкой? А что, если…

Вероятность этого пугала. Но я приказал себе пока не думать об этом. Мистику оставим пока на крайний случай. Хотя жопа чуяла, что без нее здесь наверняка не обошлось.

Ульяна со Славей уже ждали нас у двадцать седьмого домика. Вид у блондинки был еще более удрученный, чем в медпункте. Рыжая-младшая, надо отдать ей должное, настрой старшего товарища не разделяла. Она вообще ловила какое-то остервенело жужжащее насекомое.

– Есть хорошие новости, господа? – спросил я больше для виду. И так было очевидно, что никто из них Дэнчика не нашел.

– Если бы, – в голосе Слави слышались горечь и усталость.

Наверное, я должен был что-то ответить. Поколебался секунду, но в итоге вовсе не стал отвечать, осознав, что молчание говорит само за себя.

– Спешу доложить, на пляже не появлялся, – принялась докладывать Ульянка. – Я еще проверила в домике на дереве…

– Тут где-то есть домик на дереве? – перебил ее я. Почему я узнаю об этом только сейчас?

– За территорией, – пояснила девчушка, поймав на себе отстраненный взгляд активистки. – Да не волнуйся ты так, Славка, он рядышком.

– И как это должно меня успокоить? – поинтересовалась та.

– А разве должно было? – не преминула поддеть Славю Алиса.

– Там тоже никого, – наконец-то закончила мысль рыжая-младшая, тактично проигнорировав начинающуюся перебранку.

Ну все, финита. Впору было начинать биться головой об плитку. Бред, полный бред. Ладно, пусть вера в здравый смысл давно потеряна, но ведь не может человек исчезнуть просто так? Хотя бы какие-то личные вещи должны же остаться…

Дневник! Как же я сразу-то не догадался!

Поправив очки, я молча залетел в домик под недоуменный взгляд девчонок. Вряд ли Дэнчик как-то особо парился насчет того, чтобы его спрятать, так что…

А, вот он, на столе лежит. Ну точно не Ягами Лайт.

– Ты что-то вспомнил? – спросила с порога Славя.

– Почти, – ответил я, начав искать в записях то место, где я остановился в прошлый раз.

– Это что? – тут же рядом нарисовалась Ульянка. – Секретики Дэна? Дай посмотреть!

– Обойдешься, друг Морковкин, – отмахнулся от нее я. Девчушка обиделась, но далеко не отходила, все еще лелея надежду как-нибудь подглядеть.

Так… так… так… Вот оно.

И правда, почему? Вздохнув, я обхватил ее ладошку. И тут же почувствовал, как она едва-едва сжала мою руку в ответ. Момент, чтобы пригласить ее на танец, напрашивался сам собой. И я предложил ей.

И она согласилась.

Комментарий к ДЕНЬ 8. ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ ПРОИСШЕСТВИЕ

История, рассказанная Ольгой Дмитриевной, должна была быть совсем другая, но меня так впечатлила работа “Свидание с летом” (большинству она известна в качестве мода “Письма Алисы”), что я решил немного переделать главу, добавив референс к этой истории. Честно говоря, получилось даже лучше, чем было в изначальном варианте)

========== ДЕНЬ 8. ДНЕВНИК ДЕНИСА МАРТЫНОВА. ПРОДОЛЖЕНИЕ ==========

Спустя почти сутки наконец-то смог вернуться к своим мемурарам. Блин, руки чего-то трясутся. Заметка на будущее – после сильных впечатлений лучше сразу за записки не кидаться.

Так, сделал небольшую зарядку. Теперь должно быть норм.

Уф, ну и денек. Определенно один из самых активных за последнее время. Эмоции, конечно, переполняют. Наверное, сейчас в этих строчках будет куча банальностей, но просто я до сих пор думаю о нашем со Славкой вечере. И до сих пор чувствую, как держал ее в объятиях. Да, я понимаю, что в такой ситуации, как наша с Максом, по-хорошему не стоит заострять внимания на таких романтических глупостях, но это так сложно. Особенно, когда рядом с тобой такая девушка, которая с умопомрачительной улыбкой кружится с тобой в медленном танце, и пофиг, что в колонках Анна Асти. За медляк сойдет. Черт, ей так шло это легкое голубое платье, совсем простенькое, на тонких лямках и едва прикрывающее колени. Прекрасное дополнение к золотистому цвету ее волос, выгоревшим до соломенной белизны на жгучем солнце, как по мне. И луна, огромная, точно театральная декорация, хоть сейчас голливудское кино снимай. Интересно, это лагерь идеален сам по себе или его специально сделали таким, чтобы было удобнее каким-нибудь кинематографистам? Правда, я в своей черной потасканной футболке слегка выбивался из всего этого. А что поделать, из того, что было, напялил самое лучшее. Еще и роза эта дурацкая. Вот надо же было додуматься сорвать розу с клумбы, которую Славка самолично выращивала! Но, как выяснилось, я зря переживал, она не обиделась на этот мой косяк. Даже наоборот, посмеялась. А на шмот так вообще не обратила внимания. Собственно, я и не сомневался, что она не из тех девушек, которые оценивают человека по такой чухне. Я уже понял, что для нее, в первую очередь, действительно важно то, какой человек внутри. Да, я, конечно, не являюсь каким-то идеалом. Но я постараюсь. Она заслуживает этого.

Ладно, не хочу, чтоб этот самопальный дневник превратился в записки сумасшедшего, так что о чем-нибудь более насущном. Сейчас с Максом парились в баньке, где второй раз за день столкнулись с какой-то чертовщиной. Уж не знаю, что там было, просто лично я ничего не видел, но он говорил, что за нами наблюдала какая-то Баба Яга. Бред, конечно, полный, но то, что кто-то нацарапал на двери бани какие-то иероглифы – факт. Да и сам я прошлой ночью, помнится, видел в окне что-то с горящими желтыми глазами. И это что-то тоже явно за нами наблюдало. А помнится, надеялся, что Пионер будет единственным представителем какой-то мистики в этом лагере, за исключением, непосредственно, лагеря, но уже более, чем очевидно, что с выводами я немного поторопился.

Хотя я не исключаю и того, что нас кто-то банально разводит пугает. Те же рыжие, например. С этих-то станется. Да и предлог есть – отомстить нам за шуточку с простыней. Будто у них такая тонкая душевная организация. Им бы не мешало сперва со своими тараканами разобраться, особенно Ульяне с ее какими-то любовными делами. А разбираться, кажется, будем мы. Панамка, конечно, нашла психологов… Хотя с тем пацаном, Антохой, мы с Максом, вроде как, нормально поговорили, смогли помочь парню. Опыт свое дело делает, все же к порогу четвертого десятка чего-то, да поняли.

Так вот, по поводу всей этой демонологии… Не знаю, короче, что думать. Со мной такая хрень первый раз происходит, понять можно. Чертова пионерия… Могу только сказать, что я очень испугался

Я, конечно, не испугался

Ладно, это все же личные записи, чего самому себе-то врать. Я действительно не испугался. Я просто чуть не умер. Макса до кучи разбудил, эпично упав на него всем весом. Тот тогда отнесся к тому, что я видел, со скепсисом, но по каким-то своим соображениям предложил сходить проверить обстановку. Я не прямо уж горел желанием, но почему бы и нет? Конечно, в первую очередь мы тайком проверили рыжих, Максу тоже подумалось, что это их приколы. Однако те вроде как действительно спали, так что, опять же, не знаю.

Дальше зато начались приключения. Причем даже куда занятнее, чем я мог ожидать. Сначала прятались от дежурного, а потом… Ух, чего потом было! Вожатую нашу застали за весьма таким интимным занятием с ее коллегой. Не, мы не подглядывали, я бы потом ей вообще в глаза смотреть бы не смог в таком случае. Тут суть-то в другом была. Черт, да как все это выразить-то, говорила мне мама, Денис, не недооценивай сочинения Даже несмотря на всю неправильность произошедшего, именно эта ситуация дала толчок понять, что наша Ольга Дмитриевна, оказывается-то, не машина по воспитанию нерадивых пионеров. А такая же девушка, как и наши соотрядницы. И даже очень красивая. Повезло этому Витьку.

Но на самом деле, то утро больше запомнилось по другой причине. Был момент, когда мы, в тишине этого затерянного мира, просто молча прислушивались к нему. Дыхание озера, шелест листвы, пляска теней, вызванных лунным светом, свечение звезд. И был диалог, неспешный. Прелесть которого была не в какой-то содержательности, а в интонации и атмосфере нашей с Максом старой дружбы. Мы столько времени были порознь, этот дурак даже почему-то думал, что я злюсь на него из-за какого-то предательства с его стороны, но это было просто глупостью. Не знаю, прочитает он это когда-нибудь, хотя уверен, что да. Макс, знай, что ты мой лучший друг. И какая бы хрень ни происходила между нами, ты таким и останешься. Ты мой лучший друг, козел)))

Я оторвался от чтения, заулыбавшись, как идиот. Дэнчик-Дэнчик… Знал бы ты, как я скучал по тебе.

– Дочитал? – Ульянка уже забыла про обиду и вновь самым наглым образом попыталась сунуть нос в дневник.

– Нет еще, просто… Потом, короче.

– Стесняюсь спросить, а нам пока чем заняться? – уточнила Алиса, не пряча ноток сарказма. – Не молча же нам ждать, пока ты там дочитаешь.

Елки, будто это много времени займет.

– Можете в картишки перекинуться, – бросил я.

– А что, я, кстати, не против, – задумчиво произнесла Славя. – Я, конечно, не умею, но… Зато у Алисы будет лишний повод самоутвердиться.

Рыжая мгновенно побагровела, а я уж было приготовился к тому, что мне опять придется стать послом Мира, но, на мое удивление, она не стала никак язвить в ответ. Приняла удар с достоинством.

– Эй! – зато младшая решила выступить. – Знаешь…

– Алисе не нужно самоутверждаться, – встрял я, с укором взглянув на Ульянку. – Она и так большая умница. А для одного очкарика так вообще самая лучшая.

– Как правило, да? – а личико-то у рыжей так и засияло.

– Совершенно верно, – киваю. – Все, девчат, не мешайте.

После ночных приключений утром я себя чувствовал на удивление бодро. Не знаю, было ли это связано с желанием прибить Ольгу Дмитриевну, которая разбудила нас до сигнала на подъем. Зуб даю, это была ее месть за подушку. И ведь сама-то совсем не выглядела сонной, несмотря на бурную ночку. Хотя кофейку нормального все равно хотелось. И, тут Макс был прав, столовский для этих целей не подходил от слова совсем.

Дальше все было по расписанию. Зарядка, небольшая порция наставлений от Бориса Александровича, нашего физрука, завтрак, сопровождающийся трескотней Мику. Хорошо, что в этот раз удалось съюлить сьюлить слинять. Пусть и не сразу, в отличии от некоторых особо умных. А вот после завтрака предстояла новая репетиция этого водевиля, куда я уже сто раз пожалел, что вписался. Но что уж теперь, ради Славки можно себя и не только идиотом выставить пару лишних раз.

Раз уж упомянул о репетиции, занятная история – к Максу начала натурально подкатывать Ленина сестра. Подозрения мелькнули еще вчера, но сейчас это стало прям вообще неприкрыто. Она его даже сама на танцы позвала. И он даже согласился, хотя у него особого-то и выхода не было. Да, он потом говорил, что, мол, Аленка сама его пригласила тоже сугубо для отмазки перед вожатыми, но я-то все прекрасно вижу. С такими взглядами просто так, ради галочки, на танцы не приглашают. Так что моему дорогому другу должно быть есть, над чем подумать.

Да уж, забавно теперь это читать, когда уже все прояснилось. Психолог, блин, местного разлива.

Перескакивая на другую тему, в каком году там у Кэмерона началось восстание машин? С ходу так не вспомню, но в этом мире оно определенно началось в восемьдесят девятом, в кружке кибернетики. Правда, было жесточайшим образом подавлено в зародыше. Вообще, мы должны были помочь аборигенам перенести аппаратуру из музклуба на площадь, а им вот приспичило начать своими штуками хвастаться. Что, блин, за народ. Дохвастались, короче. И, не знаю, случайно ли, но их робот носил имя Кэра. Ну, то есть, как в той игре на четвертую плойку, «Detroit: Become human». Если это шутка от создателя этого лагеря, то она очень странная. Увы, Макс на это внимание не обратил. Да я и не надеялся, он вообще особым геймером никогда и не был.

А вот я, кстати, люблю порой поиграть в игры. Не особо принципиально, в какие. Могу с одинаковым удовольствием проходить как инди-проекты, так и ААА. Как раз, до того, как нас закинуло в «Совенок», потихоньку заканчивал прохождение Киберпанка. Прикольная игрушка, хотя мне куда больше нравится Ведьмак от тех же Си-Ди Проджектов. Еще порой летсплеи Куплинова смотрю для души. Но вообще не фанат такого формата. Самому как-то прикольнее играть.

Ладно, на сегодня я все основное зафиксировал. Надо спать, а то уже глаза слипаются потихоньку. Вернусь к записям, как будет время.

Дорогой дневник, не передать всю ту палитру эмоций… Мог бы написать я, обладай подобием литературного таланта. Закончился очередной день в «Совенке», оставивший позади себя немало впечатлений. И, надо признать, весьма и весьма положительных. Правда, Макс какой-то странный вернулся с совместного дежурства с Двачевской. Даже лицом как-то побелел. В чем дело – не признается, а выпытывать у него, мягко говоря, бесполезно. Не мог его в этом винить, большинство людей склонно избегать мыслей на болезненные темы точно так же, как они избегают намеренно касаться раскаленной плиты. Я решил его пока лишний раз не беспокоить, и он просто улегся спать, даже книжку свою не стал открывать. Голова, типа, у него болит. А я все-таки за него переживаю, вдруг случилось чего серьезное. Например, опять с этой стервой разругался. Не, надо попробовать как-нибудь аккуратненько спросить.

Увы, не получилось у нас в этот раз разговора, уснул мой боевой товарищ. А мне так хотелось поделиться с ним, как прошло наше со Славкой, по сути, первое свидание. А прошло оно замечательно! Что ж, остается сюда душу изливать. Для этого ведь и заводил, помимо какой-то доброй памяти.