Текст книги "Музыка как судьба"

Автор книги: Георгий Свиридов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 46 (всего у книги 71 страниц)

Знакомство с Гофманом и его семьей. Пасха у него дома (из гостей я был один). Дивная русская обстановка, какой в Советской России уже не было нигде. Все уже было истреблено. Комнаты огромные, на тихой улице Лев Берега, на стенах маленькие картинки (этюды) Дега, прелесть, изысканность. Стол, по-русски заставленный, «кто чего хочет». Французы: Руар, еще кто-то... С большой симпатией, спокойно и непринужденно. Встреча в такси, случайная, с шофером – братом П. Б. Рязанова, он сначала таился, а потом, узнав о смерти П. Б., заплакал и открылся нам. Слезы Русского человека, сохранившего еще живое сердце, а у советских-русских оно уже окаменело. Слушание Новой Фр музыки, ничего как-то не понравилось, что даже удивительно. Прогулки по городу. Лувр (дивный), музей импрессионистов, бульвары, Опера, злачные места. Храмы. Монмартр и прочее. Версаль. Шартр. Латинский квартал, набережные, рынки и многое другое. Шумно, забавно, но надоедливо. Мелкая жизнь. Богатство в несколько этажей. Пока еще нам трудно понять друг друга. Россия, если ей еще суждено существовать, изжила «левизну», которая ей обошлась очень и очень дорого. У французов есть еще и Шартрский собор, и церковь Троицы, и Мадлен, и святой Августин. У них еще все впереди! Вот когда на месте Нотр-Дам де Пари будет зловонная яма с подогретой (водой) жижей для небрезгливых купальциков и купальщиц, тогда мы будем разговаривать, понимая друг друга. 27 февраля 1990 года Выступление по радио (иностранному, кажется английскому) академика Заславской. «Догмы марксизма изжили себя» (это было ясно уже в 1918 г. и не позднее 1920 г. взрослым людям того времени). Коммунизм оказался утопией, автоматически отбрасывается и социализм, также ненужный. Необходим возврат к капитализму, т. е. к власти над миром Еврейского банкира, современного, разбухшего от Золота Ирода, царящего над миром. Дама продолжает: «Иного нет у нас пути» (интересно, у кого это у нас?). Эти слова я слышу с самого детства, и даже детей заставляли петь: «Иного нет у нас пути, в руках у нас винтовка». Жжх Запись в Дневниках (или Записных книжках) Ал. Блока, сделанная во время мировой войны: «Придут немцы, установят порядок ...»’ Это конечно же – от отчаяния, от сознания безвыходности русской жизни, от ее хаоса, нелепости, несправедливости, которая казалась тогда «чудовищной». (До подлинно чудовищного он не дожил, хотя и предчувствовал его.) Но сама мысль – любопытна. Тогда немцы многим еще казались воплощением порядка. Теперь же 413

всё смешалось в кучу и лишь голова «Золотого Жида» торчит и возвышается над хаосом мировой жизни, измельчавшей до комариного бытия, до существования «поденки», до балагана парламентаризма, верховных советов, больших и малых курулданов , национальных собраний и пр., и пр. А над всем этим царит «Золотой Жид» в алмазной короне с лицом Ирода. Жжх Искусство ХХ века, в особенности т. н. «левое» искусство, сильно погрешило против человека, воспевая и сильную личность, и сатанизм, и кровавые жертвы, и абсолютную свободу «индивидуализма» как идею жизни, безнравственность, безбожие и гнуснейший цинизм, право человека на убийство (порок, оказывается, вовсе не порок, а всего лишь особенность человека), разврат – как нормальное бытие современного общества. Разумеется, было бы нелепым все искусство века свести к упомянутым идеям, но процент ущербного, антихристианского... Искусство ХХ века, в нем много ущербного, нездорового, а еще больше циничного. Зло начинают смаковать, когда ему нечего противопоставить. Этому смакованию зла, а, в сущности, воспеванию его ... Вся жизнь видится в карикатуре, в шарже, в гротеске. Наиболее замечательным произведением Булгакова представляется мне «Собачье сердце». Жизнь как царство Швондеров, которые сидят в каждом углу, в каждой ячейке жизни, в каждой щели, начиная от Верховной государственной власти до конторы жилуправления. Чудовищное изобретение гениального профессора Преображенского. Русский гений: Преображенский не просто профессор, это же гений или столь же замечательный человек гениального озарения... Что такое «Гений» по Булгакову – это человек озарения. Там, где нормальный культурный и образованный ученый-профессионал видит лишь нарушение некоей нормы, гений видит пути нового движения жизни. Нравственность Преображенского – в том, что он говорит сам себе: «Природу не надо улучшать, она знает, что творит, она сама есть Божественный промысел и управляется высшими законами. Человек может использовать эти законы, усовершенствуя их и обращая их себе на пользу, но не вторгается в существо законов природы». Жжх Коммунизм – Дымовая Завеса антихристианства, нарисованный на тюле макет якобы будущего общества процветания и всеобщего равенства. На деле же было установлено рабовладельческое общество библейского образца. Все нации, кроме одной, были в равном – абсолютно рабском положении. Библейская жестокость, чудовищная, всемирная, вселенская. Возьмите Ленина, Сталина, Зиновьева, Бухарина, Троцкого, Эпштейна-Яковлева или Пол-Пота, Мао, Чаушеску, Андрея Марти, ужасающий портрет которого написан Хемингуэем°. 414

Жжх Радиопередача «Всемирной службы» Московского радио 8 Марта (праздничный день!). Выступает некто под фамилией Поздняков. Откровенно расистская, русофобская передача. Под одним номером – два крупнейших писателя, властители дум: «Солженицын (произносится без имени) и Василий Аксенов». Так сказать: «Мы с братом». Жжх Сюрпризы (неожиданности?): Чернобыль, СПИД, кровь расстрелянных войсками, кровь несчастных солдат, выполняющих «интернациональный долг», «усмиряющих» национальные чувства афганцев, армян, абхазцев, азербайджанцев, раскол (православных) церкви, насаждение униатской религии (этот нож в спину православия), другого времени для решения этого вопроса якобы не нашлось. А в самом деле – время выбрано... Жжх Вопрос: «Как обстоит дело с обучением русских в музыкальных училищах, консерваториях и т. д.?» Ответ: «Плохо!» Вопрос: «Почему?» Ответ: «Им плохо живется!» Таким образом, здесь вопрос и социальный, кроме национального. Жжх Идеологи Партии открыли все шлюзы для потока зловонных нечистот. Люди оглушены ревом, выдаваемым за музыку цивилизованных стран. СПИД, проституция, убийства и расстрелы, Чернобыль, малолетний разврат, умноженные цивилизацией прелести культуры. Эпоха «Застоя» Эпоха Брежневского консерватизма была не так уж плоха. Это была эпоха глубоких предчувствий. В ней вызревала большая национальная мысль, находившая себе сильное творческое выражение. Я имею в виду творчество Ф. Абрамова, В. Шукшина, плеяды поэтов: Н. Рубцова, А. Передреева, С. Куняева, А. Прасолова, Вл. Соколова, О. Чухонцева, (еще кто?), Викт. Астафьева, В. Белова, Ю. Бондарева, Е. Носова, В. Крупина, В. Распутина, русскую критику: В. Кожинова, М.Лобанова, В.Гусева и др. Деятельность этих людей невозможно сбросить со счетов. 415

Я уже не говорю о Солженицыне, чьи первые же сочинения были подобны ударам в болевые точки Русской жизни: государственный деспотизм, разорение Русской деревни. Идея национального братства зародилась на полях сражений (но не в тылу, где террор ложного партинтернационализма господствовал над всей жизнью). Эта идея зародилась вопреки идее ложного партинтернационализма. В нем вызрела национальная идея как сокровенная, как религиозная идея. В условиях адской жизни, где все противостояло национальному сознанию – и государственно-партийные доктрины, и сама художественная среда, особенно музыкальная, в значительной мере сращенная с этими доктринами. <...> Жжх Возвращение государства к капитализму, к демократии, раю для богатых, обслуживающему их гос аппарату, технократии и развлекающему их искусству, обозначает не шаг, а скачок назад. Можно сказать, что мечты великих людей об искусстве народном, искусстве возвышенном, как, например, Бетховен, Вагнер, Толстой, Блок, Мусоргский, Шуман – всех гениев, ненавидевших и презиравших филистерство, сытое, самодовольное мещанство, – разлетелись в прах. Мечты о коммунистическом рае выродились в желание мещанского «благополучия» для, по существу, полуобразованных людей, обывателя и сознание избранности для денежных или политических деляг. Жжх На рынок, на базар выброшено сейчас то, что хранилось заветно в душах немногих. Думается, в этом нет большого толку. В. Соловьев, Н. Федоров, Д. Мережковский, не говоря о Блоке, Гумилеве, Кузьмине, Ф. Сологубе – эта литература не общеупотребительна. Совсем уж непонятны миллионные тиражи Пастернака, Ахматовой. Тут, как видно, соображения не художественные, а иные играют роль. жж Всех, вроде, надо жалеть: затравленного и доведенного до смерти Булгакова и его палачей: Киршона, Авербаха, Бескина и многих других (имя им – легион), тайно попавших под репрессии тысячи мужиков, расстрелянных по приказам Тухачевского, да и самого Тухачевского, тоже якобы безвинно погибшего. Да безвинно ли? И как же безвинно? Их наследники дешево хотят отделаться: дешево отделались, пожертвовав Сталиным (сочинив фалышивую картину «Покаяние») и еще десятком таких же негодяев. Зато спасли механизм Власти, модернизировав его, и опять можно начинать, раскручивать ленту. Жжх 416

Пастернак – яркая в своем роде личность, человек, наделенный громадной жизненной энергией, каким-то завидным здоровьем, редкостной психологической устойчивостью, приспособляемостью, увертливостью, умением вести двойную жизнь. Это был человек, не знающий сомнений, так же как Мандельштам или его супруга. Музыка Стр, Пр Ш, Шенб – это искусство тоталитаризма, в противовес искусству религиозному, национальному, народному. Музыка бездушных, механических нагнетаний оркестровой звучности; музыка, в которой ритм и преувеличенная динамика приобрели самодовлеющее положение. А мелодия превратилась в какие-то короткие огрызки, часто из чужих сочинений. Богатейшие ладовые системы, созданные творческим гением, на протяжении веков впитавшие в себя сознание гениев – все это свалено в кучу и бомбардировано искусственно созданной атомной системой Шенберга, сконструированной для уничтожения христианского музыкального искусства, для торжества <...> Из письма Я. П. Полонского Л. Н. Толстому" «Евангелие следует или совершенно отвергнуть (к чему стремятся евреи) – или все принять, как оно есть, со всеми его чудесами и воскресениями. Вы отрицали все для меня святое – все мои идеалы: Россию как народ и как государство, церковь и проповедь, таинство брака и семейную жизнь, искусство и присущую ему красоту – все это Вы готовы были смести в одну сорную кучу. Цель анархистов, отвергающих все прошлое, казалась мне той же самой, что и Ваша цель.... Золя говорит, что Христианство отжило свой век, и доказал нам, что милосердие не ведет к справедливости, а вы отдаете без борьбы всю Россию в руки этого Запада. Он и так уже без выстрела одолевает нас, материально и нравственно грабит нас. Иначе мне представляется будущность человечества – это владычество Зверя или царство Иудейского Мессии, восседающего на грудах золота и пытающего христиан, если только таковые останутся. Монгольские племена, в свою очередь нами вооруженные, завладеют нами и Западом, и тогда от Вашего славного имени, Ваших художественных произведений не останется и следа. <...> Не думайте, однако же, что я желаю застоя или поворота назад – нет, и проповедуй Вы реформы, я примкнул бы к Вам как реформатору, преследующему более или менее усовершенствование того, что есть и что так искажено временем, невежеством и человеческими пороками. Но Вы этим не довольствуетесь и 417

отрицаете все, что дано нам историей, и все, что соответствует нашим нравам и обычаям ...» 1898 г. 14 апреля Жжх Постановление ЦК партии 1948 г. по вопросам музыки в значительной степени соответствовало настроению членов Союза композиторов и было встречено основной массой их с сочувствием, иногда явным; иногда же с явными оговорками и тайным сочувствием. Разумеется, были люди более высокого настроя души, которые понимали пагубность подобных мер, отдающих музыку под контроль наиболее темной, бездарной силы, уже к тому времени свившей себе прочное гнездо в т. наз. Творческих Союзах <...>. Жжх Москва <...> Митрополиту Волоколамскому и Юрьевскому Питириму Глубокоуважаемый Владыко Сердечно поздравляю Вас со днем семидесятилетия Лучшие пожелания здоровья и благоденствия Георгий Свиридов Тетрадь 1990-1991 Шостакович – цикл на слова Микеланджело". Голые декларации. Мертвая музыкальная ткань, бездушие. Скульптор пытался делать из мертвого камня – живые изваяния, и это ему удавалось (хотя и не всегда). Здесь же материя музыки обращена в сухую мертвечину. Ни одной живой ноты, ни одной живой интонации. Мертвецкая. Сколько такой музыки теперь пишется! Жжх «Детская» Мусоргского в оркестровке: а) Денисова’, 6) Щедрина”. <...> Громоздкие партитуры «с выдумкой». Глиссандо, фрулато медных, флажолеты кбасов, вчелей, масса нот, тогда как у Мусоргского их – минимум, найденный с абсолютной точностью. Истинное творчество, поэзия – редкие, точные слова, а не обилие многословия. Оба автора чужды подлинного художественного дарования, оно заключается в умении найти немногие, верные, правдивые звуки. Автор статьи в «Сов музыке» <...> Грабовский’, такой же (как видно) пустой грамотей, не знающий, куда применить свою «грамотность». 418

Такими людьми полна наша музыкальная среда, они полны высокомерия, задают тон, воспитывают молодые поколения (подобных себе). Беда! О музыкантах по профессии, знатоках техники, умельцах, не умеющих куда применить свое умение, ибо они знают и понимают лишь материальную форму музыкального искусства: формы, контрапункт и полифонию, гармонию, оркестровку, тембры и т. д., но суть музыки – как искусства (а не ремесла) им мало, а подчас и абсолютно недоступна. Жжх Бесчисленные фестивали служат для насаждения Шенбергианской музыки (для игнорирования любой иной). Стереотипная эклектика, музыкальная мешанина, оскорбляющая взыскательный вкус просвещенного, умного слушателя (жаждущего от искусства духовного наслаждения), заполонила бесконечные однообразные фестивали современной стереотипной музыки, для создания которой вполне достаточно знания ремесленных правил ее сочинительства. Музыки – начисто лишенной духовной глубины. Жжх Так называемое время «Застоя». М. 6. в области экономики, в общественно-политической сфере оно и было временем застоя. Но что касается духовной жизни, я бы этого не сказал. Напротив, 60-70-е годы были очень интересными. Духовная жизнь в России ушла в глубину. Ничтожность деклараций и общественно-политических идей, высказанных скороспелым поколением «шестидесятников», была осознана и мысль общества ушла в глубину, в поиски новых путей к истокам национальной культуры, национального сознания, национального характера. Это сулило большие результаты, но, как видно, напугало. Жжх Хоровую музыку автор мыслит себе как периферию искусства, в то время как именно в хоровом творчестве в так называемые годы «застоя» проявились совершенно новые духовные тенденции, связанные с возрождением интереса к высоким духовным началам, к религиозному сознанию, свойственному русской культуре. И инициатором, и первооткрывателем этой тенденции был именно Г С. Это обнаружилось в таких его произведениях, как: «Душа грустит о небесах» – хор на слова Есенина, хоры, вошедшие впоследствии в музыку к трагедии «Царь Федор Иоаннович»: 1) «Молитва», 2) «Любовь святая», 3) «Покаянный стих», Концерт памяти А. А. Юрлова. Сочинения эти созданы в 60-х – начале 70-х годов. Они получили распространение во всем мире, их новаторские тенденции отмечены критикой многих стран: Гофман – «История Русской музыки от истоков до наших дней», рецензии на исполнение хоровой музыки С 419

в Париже, Нью-Йорке’, статьи, связанные с юбилеем Русской Православной церкви, «Наше наследие»', американская брошюра... Глубокий интерес к судьбам России, к ее истории, к укладу жизни ее народа. Хоровые сочинения Г С стали Новым этапом в истории Русской музыки, которая существует и развивается, несмотря на бешеные попытки ее унизить и ликвидировать. Годы вымышленного «застоя» были годами глубокого, подспудного движения русской духовной жизни, глубоко своеобразной и самобытной, русской мысли, несмотря на иго, на гнет политических доктрин, которыми управлялось марксистское государство. И совсем не так уж был неправ социалист Луначарский, когда писал, что марксизм есть одна из разновидностей <...> религии’. За это он был дружески раскритикован Лным, но только «дружески». Именно в его руки – руки религиозного марксиста – была, после государственного переворота, отдана государственная власть над культурой, с которой он обошелся поистине с библейской жестокостью – гибель крупнейших представителей русской художественной культуры, изгнание великих философов, писателей, композиторов, художников: Репин, Борис Григорьев, Малявин, отлучение от искусства М. В. Нестерова, разгром учебных заведений, в том числе и Московской консерватории, которая даже была лишена своего названия и называлась «Высшей музыкальной школой имени Феликса Кона». Кто такой был Феликс Кон, теперь, пожалуй, редко кто и знает <...>... Известно также, что дочь этого Ф. Кона – литературный критик Елена Усиевич – была одним из палачей замечательного поэта Павла Вас, буквально преследовавшая его самой злостной клеветой в советской печати. Это было в годы, когда Бух в своей официальной государственной речи на [ съезде писателей короновал на Русское поэтическое царство Багрицкого, Пастернака и Сельвинского”... Судьба Васильева была ужасной – в 27 лет он был расстрелян. Тогда же погибли Н. Клюев, Б. Корнилов и многие другие представители русской литературы... Все было взаимосвязано, истребление русской культуры шло параллельно с повсеместным разрушением и грабежом православных церквей, повальным истреблением духовенства и крестьянства, которое было стихийным хранителем Христианской веры – потому-то истреблялось с такой беспощадностью... Тут дело идет о настоящем, подлинном геноциде русского народа, потерявшего за годы «революции» (которая все еще продолжается до тех пор, пока русский народ, давно уже лишенный своей земли, превращенный в наемных ландскнехтов С власти, завоевывает мир для торжества своих владык)..." Жжх На «труде» Паисова стоят штамп и печать института, подписи его директора Котовской (компетенция которой в вопросах музыки мне совершенно неизвестна), а также руководителя сектора русской музыки Изр. Вл. Нестьева. О последнем хочу сказать несколько слов. Изучение русской музыки в СССР поставлено столь вопиюще, столь безобразно, что об этом надо бы говорить 420

совершенно отдельно и в масштабе государственном. (Хотя я уверен, что само Государство это и делает!) Интересы И. В. Нестьева, талантливого и эрудированного музыканта, далеки от понимания действительных проблем и действительного положения с изучением русской музыки в СССР. Его занимают вопросы, связанные с искусством нашего века, искусством русского модерна, современного авангарда, которое теперь насаждается у нас в стране в качестве государственного искусства, которому создан режим наибольшего благоприятствования. Какие-либо творческие дискуссии, разговоры? Какая чепуха! Насаждение подобного искусства, бесстыдная реклама его адептов стали открыто политической, государственной акцией. И это называется «перестройкой»? Увы! Все это известно с Октября 1917 года и в разных вариациях существовало и существует более 70 лет. Нет никакой разницы – «при ком» этот государственный бандитизм творился: при Л, Тр, Бух, Ст, Б или Г. Государственный террор – он и есть террор. Он является патентом С власти, единственным способом ее высокомерного существования. Русские давно уже стали колониальным народом, удел которого – скорое исчезновение с арены мировой истории и гибель. Именно к этому ведет дело нынешнее руководство. Происходит подмена Русской культуры культурным суррогатом. <...> Этот музыкальный суррогат производится в ужасающей массе, на его воспроизводство работают учебные заведения, начиная от музыкальных школ и кончая многочисленными консерваториями в столицах и крупных городах РСФСР. Посмотрите, в каких условиях жили последние великие музыканты России: С. Прокофьев, Н. Мясковский и Вл. Щербачев? Они всегда были в тени, на втором плане. <...> Жжх Никто не застрахован от оскорбления. Кто задает тон в музыкальных организациях? Ленинград: Петров – диктатор некогда великого музыкального города, Утешев, Баскин, Фалик”, Пригожин, Успенский. Где ценности, созданные ими? Талантливые музыканты – Гаврилин, Слонимский – не представлены в секретариате. жж Взгляд Паисова на творчество крупнейшего русского композитора наших дней – безнадежно устарел. Это взгляд педанта, ремесленника-теоретика, научно анализирующего музыкальную материю и совершенно неспособного проникнуть в дух и смысл творчества. <...> Подобный труд – сознательно принижает творчество композитора. Не имея собственных мыслей, П пользуется часто чужими соображениями, как правило, снижая тон разговора. 421