Текст книги "Изаура и Алваро"

Автор книги: Бернарду Гимарайнш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 44 страниц)

Глава 106

Была уже ночь, и луна освещала центральную площадь Кампуса, когда карета, в которой под охраной двух полицейских везли Розу, подъехала к воротам тюрьмы. Ворота открылись, пугая сидящих дворняг своим скрежетом, и экипаж въехал в тюремный двор.

– Арестованная, выходи! – грубо крикнул полицейский, открыв дверцу кареты.

Роза нерешительно ступила на мощеную землю тюремного двора. Она огляделась по сторонам и тихо спросила:

– Куда теперь?

– В ресторан! – сказал один из полицейских, и все они грубо загоготали.

Пока ее вели по длинным тюремным коридорам, шаги девушки и охранников гулко разносились по всей тюрьме и, возвращаясь обратно, с болью отпечатывались в голове Розы.

Дверь в камеру с лязгом открылась, и Розу втолкнули внутрь. Вслед за ней в камеру влетело, старое, проеденное молью, шерстяное одеяло. Дверь закрылась.

В это время этажом ниже, в канцелярии тюрьмы, перед старым писарем стоял отец Изауры Мигел. Он очень похудел, осунулся, лицо его было бледно. Но, несмотря на это, в глазах старика светилась радость.

– Может, переночуете у нас? – спросил его писарь, оторвав глаза от бумаги и взглянув на Мигела. – Ведь уже глубокая ночь и до фазенды, где вы живете, вам не добраться. Оставайтесь, право, куда вам спешить?

Мигел улыбнулся.

– Нет, благодарю вас, – сказал он, – но уж лучше я переночую где-нибудь в трактире, чем в этом заведении.

– Я понимаю вас, – грустно сказал писарь. – Наша гостиница не из приятных, и мало кто хочет задержаться в ней подольше. Но, в любом случае, я рад, что повторный суд по вашему делу снял с вас все обвинения. Искренне надеюсь, что больше вы к нам не попадете, господин Мигел. Желаю вам всего наилучшего.

Встав из-за стола, писарь отдал Мигелу пропуск, подошел к двери и позвал охранника.

– Проводите господина Мигела до ворот, – сказал он, когда охранник прибежал на зов.

– Слушаюсь! – ответил тот и взял под козырек.

Выйдя за ворота тюрьмы, Мигел полной грудью вдохнул прохладный ночной воздух. Это был воздух свободы.

Роза тем временем медленно бродила по тюремной камере, изучая стены. Стены были испещрены различными надписями и рисунками. Надписи были совершенно разные. «Луис, ты поплатишься мне!» – гласила одна, под которой был нарисован череп и кости, рядом другой арестант нацарапал: «Мама, я хочу домой, во...» – дальше было неразборчиво. Над этой надписью был нарисован парусник, рядом с парусником было написано: «Завтра на свободу!» Под этой надписью стояла совершенно другая: «Прощай, Луиза, завтра казнь».

Соседство этих двух надписей очень поразило, даже потрясло Розу. Сколько времени прошло между тем, как рядом с одной появилась другая? Год? Два? Двадцать? Какая надпись появилась раньше, а какая позже? Теперь никто не мог дать ответ на этот вопрос, как равно и на другой – поплатится кому-то неведомый Луис или нет? И кому он должен был поплатиться? Тайну эту знала только холодная каменная стена. Но камень не умеет говорить и поэтому никому ничего не расскажет.

Странно, но в этот момент Роза совершенно не могла думать о том, что случилось с ней самой. Мысли ее были заняты другими вещами. Она рассуждала о том, как плохо, что она не успела поужинать и теперь очень хочется есть, о том, что завтра она должна была сходить в лес за лесными орехами, а теперь ей не придется этого делать.

Наконец девушка легла на жесткую тюремную постель. Но сон не шел к ней. Какое-то странное возбуждение овладело Розой, и она всю ночь пролежала с открытыми глазами, размышляя о своей жизни. И только под утро, когда квадрат, перечеркнутый несколько раз толстыми линиями решетки, четко обозначился на двери, давая понять, что солнце уже встает, девушке удалось уснуть.

Но выспаться ей не дали. Дверь камеры с лязгом открылась, и вошел молодой охранник.

– Вставай! Днем заключенным спать не положено! – сказал он.

Роза проснулась и недоуменно осмотрелась по сторонам, не понимая, где она находится и как сюда попала. Тут она вспомнила все события вчерашнего дня. Ведь вчера она отравила Малвину и теперь ей грозит виселица! Только теперь она поняла весь ужас случившегося, и ею овладел дикий, панический страх.

– Вставай, кому велено?! – грубо повторил охранник.

Роза вскочила с постели как ошпаренная. Кровь отхлынула от ее лица, и девушка побледнела. От страха она чуть не потеряла сознание.

– Что с тобой?! – испуганно спросил охранник и, подбежав к ней, усадил ее на табурет.

– Я... я... мне стало плохо, – прошептала Роза.

– Подожди, сейчас я принесу тебе воды, – сказал охранник и побежал к выходу.

Когда он вернулся, неся в руке кружку с холодной водой, он открыл дверь и обнаружил Розу сидящей на прежнем месте.

– На, выпей, – сказал он и протянул кружку.

Роза взяла ее, при этом рука девушки нежно коснулась руки охранника.

– Как тебя зовут? – спросил охранник.

– Роза, – ответила она и улыбнулась. – А как зовут тебя?

– Бето, – ответил тот.

– ...Бето... Красивое имя.

Но молодой страж порядка внезапно очнулся. Встряхнув головой, он резко сказал:

– Разговаривать с надзирателями не положено!

– Да, я понимаю, – приятным голосом ответила Роза.

Охранник вышел и закрыл за собой дверь. Роза долго смотрела на эту дверь, зло улыбаясь. В ее голове родился коварный план...

Вечером, когда все арестанты улеглись спать, а Бето снова заступил на дежурство, Роза вдруг неожиданно заколотила кулаками в дверь.

– Помогите! Помогите! – кричала она.

– Что случилось? – спросил охранник, открыв маленькое окошко.

– Бето, миленький! – взмолилась Роза. – Помоги мне! Здесь крысы. Они бегают по всей камере. А я ужасно боюсь крыс. Вдруг они покусают меня!

– Не положено! – ответил он.

– Ну прошу тебя, Вето! Ты же мужчина. Разве ты откажешься помочь слабой, несчастной женщине?!

– Ну хорошо! – подумав, ответил он и открыл дверь. – Где твои крысы?

– Вон там, в углу, – сказала Роза и указала пальцем на самый темный угол.

Вето подошел туда, наклонился и спросил:

– Где? Я не вижу здесь никаких крыс.

И в этот момент тонкая удавка, сплетенная коварной негодяйкой, охватила его шею. Вето захрипел. Он попытался освободить горло, но Роза крепко держала веревку и все туже и туже затягивала ее на шее бедняги.

Охранник упал на землю, надеясь увлечь за собой заключенную и освободиться от удавки. Но Роза только воспользовалась этим, вскочив ему на спину и не давая перевернуться, чтобы он не смог достать ее руками.

Наконец Вето стал затихать. Все слабее и слабее становились его попытки освободиться. Через минуту охранник замер на полу.

– Вот так, – прошептала негодяйка. – Вы хотели повесить меня, но я не дам вам этого сделать.

Достав из кобуры Бето пистолет и отстегнув от ремня связку ключей, Роза тихо вышла из камеры, закрыв за собой дверь. Она огляделась по сторонам и прислушалась. Все было тихо. Стараясь ступать осторожно, она пошла к лестнице.

Выглянув за угол и удостоверившись, что на лестнице тоже никого нет, Роза стала спускаться. Один пролет. Второй. Третий.

На четвертом пролете она неожиданно натолкнулась на охранника.

– Стой! Ты куда?! – грозно крикнул он и схватился за кобуру.

Прогремел выстрел, и охранник повалился на пол, ойкнув и схватившись за живот. Он стал кататься по полу и кричать от боли.

Со всех сторон послышался топот и мужские голоса. Роза испуганно осмотрелась по сторонам и выбрала единственно возможный путь к отступлению. Уже не скрываясь, она быстро помчалась наверх, перепрыгивая через две ступеньки.

Двумя этажами выше путь ей преградил другой охранник, крича:

– Стой! Стрелять буду!

– Стреляй! – в яростном исступлении крикнула Роза и нажала на курок.

Охранник с дырой вместо правого глаза покатился по лестнице, заливая ступеньки кровью. Роза, перепрыгнув через него, помчалась дальше.

Шум погони слышался уже совсем близко. Беглянке казалось, что ее вот-вот настигнут и схватят.

Добежав до самого верха, Роза уперлась в железный люк, ведущий на крышу здания. Люк был открыт. Отступать было некуда, и поэтому она, распахнув люк, выскочила наружу.

– Кто там? – спросил полицейский, дежуривший на крыше и поэтому ничего не знавший о том, что творилось внутри здания.

– Твоя смерть! – истерично смеясь, крикнула Роза и выстрелила в него два раза.

Последнее, что видел бедняга в своей жизни, было страшное лицо ведьмы. Глаза у нее сверкали, черные распущенные волосы метались по ветру, рот искривился в каком-то диком, страшном оскале. Потом в глазах у него потемнело и он медленно осел на еще не успевшую остыть от дневного солнца жесть крыши.

А Роза металась, не зная, куда ей теперь деваться. Подбежав к краю, она глянула вниз и тут же отпрянула назад. От высоты у нее закружилась голова.

– Вот она! Держи ее! – вдруг раздались голоса.

Роза увидела, что несколько охранников выбрались на крышу и бегут к ней. Она выстрелила в их сторону несколько раз. Один из полицейских упал и замер. Патроны кончились, и поэтому Роза, отшвырнув ненужный теперь пистолет в сторону, побежала к водосточной трубе. Обхватив ее руками, она стала спускаться, стараясь не смотреть вниз, чтобы не сорваться. ‘

Один из четверых охранников, дежуривших во дворе тюрьмы, скинул с плеча винтовку.

– Попадешь? – спросил у него другой.

– Конечно! – ответил тот и прицелился, улыбаясь.

Раздался выстрел.

Внезапная боль обожгла спину Розы. Пальцы ее медленно разжались, и девушка полетела вниз. Дикий, леденящий сердце вопль разорвал тишину ночного города.

От этого нечеловеческого крика лошадь Алваро, испугавшись, встала на дыбы.

– Тихо, тихо, – похлопав ее по холке, сказал он и перекрестился.

Молодой человек выезжал из города под покровом ночи. Он ехал совершенно один. Только оглядываясь по сторонам и стараясь держаться ближе к краю дороги. Алваро ехал по направлению к поместью Фонсеки.

Глава 107

Выйдя из тюрьмы, Алваро никак не мог уехать из города, чтобы попытаться осуществить задуманный план. Ведь нужно было дождаться второго суда над Мигелом. Молодой человек не мог бросить старика в тюрьме и поэтому вынужден был все время оставаться в Кампусе. Но вчера был суд, Мигела освободили, и теперь Алваро тихо, никем не замеченный, ехал на фазенду Леонсио.

Молодой Фонтес хотел тайно пробраться в усадьбу, скрываясь под покровом ночи, и попытаться отыскать завещание донны Марии, где обязательно должна быть вольная для Изауры. Но перед этим он хотел непременно повидаться с самой Изаурой и подробно разузнать у нее о планах Леонсио. Это была безумная затея, но ничего лучше Алваро придумать не мог.

Накануне он подробно узнал у Мигела о расположении всех комнат в доме Леонсио, о том, как лучше всего добраться туда. Старик пытался отговорить Алваро, но ему это не удалось. Более того, молодой человек взял с Мигела слово, что тот ничего не расскажет Жералдо.

И вот теперь Алваро ехал в логово своего заклятого врага. Не доезжая около полутора миль до того места, где начинались владения Леонсио, он свернул с дороги в поле на тот случай, если Фонсеки додумался расставить посты. Таким образом он беспрепятственно добрался до того места у реки, где стояла хижина Изауры.

Бедная девушка крепко спала, когда Алваро, спешившись и привязав коня к дереву, вошел в хижину.

– Изаура... – тихо позвал он.

Но она ничего не слышала.

Алваро подошел к ней и присел на край кровати. Лунный свет озарял лицо спокойно спящей Изауры. Она была прекрасна. Черные волосы рассыпались по подушке, глаза были закрыты, губы подрагивали во сне. Наклонившись к ней, Алваро поцеловал девушку.

– Алваро... – сказала Изаура во сне и улыбнулась.

Алваро протянул руку и погладил Изауру по щеке. Вдруг она открыла глаза и спросила испуганно:

– Кто здесь?

– Это я, Алваро. Тише, не кричи.

– Алваро?

Изаура вскочила с кровати и бросилась в объятия юноши.

– Алваро, милый мой, как я рада видеть тебя!

– Тише! – умолял он. – Нас могут услышать.

– Да-да, конечно, – шепотом ответила Изаура. – Но как ты здесь очутился?

– Я тайком приехал сюда, чтобы увидеться с тобой.

– Слава Богу, что тебя не поймали, – обрадовалась девушка. – Но ты должен немедленно уехать обратно. Ведь Леонсио нанял людей для того, чтобы они охраняли фазенду, и, не ровен час, тебя могут поймать.

Алваро улыбнулся.

– Нет, Изаура, – ответил он, – не для того я сюда приехал, чтобы сразу возвращаться в город. Мне еще нужно кое-что сделать.

– Что? – удивилась девушка.

– Я хочу пробраться в дом Леонсио и попытаться отыскать завещание твоей старой госпожи, донны Марии. Ведь ты сама говорила, что там непременно должна быть вольная для тебя.

– Ты безумец! – испугалась Изаура. – Леонсио поймает тебя и убьет! Я этого не переживу!

– Успокойся, Изаура, он ничего не сделает со мной.

– Алваро, как я рада видеть тебя! – сказала Изаура и опять бросилась в его объятия.

– Расскажи мне, Изаура, – прошептал Алваро, – как дела на фазенде.

Изаура отпустила юношу из своих объятий и села на постели. На глазах у нее появились слезы.

– Что случилось? – спросил он.

– Позавчера умерла госпожа Малвина, – горестно ответила девушка.

– Как – умерла? Не может быть.

– Ее отравила Роза, – прошептала Изаура. – А ведь на ее месте должна была оказаться я.

– Почему?! – испугался Алваро.

– Потому что Роза хотела отравить не ее, а меня. Она подмешала яд в кувшин с водой в моей хижине, а Малвина пришла сюда, когда я была в поле, и выпила эту воду. Мне рассказала Жануария.

Алваро был поражен.

– Завтра будут похороны, – продолжала она, – а пока гроб с телом Малвины находится в доме. Поэтому я не хочу, чтобы ты ходил туда.

Алваро задумался.

– Да, наверно, ты права, я не могу, как вор, пробраться в дом, где траур.

– А зачем тебе пробираться тайком?! Мы проводим тебя туда! – неожиданно громко раздался голос за спиной юноши.

Изаура вскрикнула от испуга.

– Кто здесь? – вскрикнул Алваро, оборачиваясь.

На пороге хижины стоял Андре, и за его спиной еще двое дюжих парней. В руке управляющего блеснул пистолет.

– Не вздумай шутить! – грозно сказал он, – иначе я продырявлю тебе башку. На этот раз я не промахнусь, будь уверен. Так что спокойно, потихоньку подними руки, и мы сходим в гости к господину Леонсио.

– Негодяй! – с ненавистью сказал Алваро и поднял руки.

– Вот так, хорошо, – улыбнулся Андре.

Алваро медленно встал и неожиданно ударом ноги вышиб пистолет из руки управляющего. Завязалась драка. Но сила была не на стороне юноши, и через несколько минут он, уже связанный, с пистолетом, приставленным ко лбу, неподвижно лежал на пыльном полу хижины.

– Ах ты сволочь! – крикнул Андре и пнул Алваро ногой.

– Не смейте его бить!'– воскликнула Изаура и бросилась на управляющего.

Но один из молодцов грубо оттолкнул ее, и она упала на постель.

– Там и сиди, – сказал плачущей девушке Андре, – иначе я пристрелю твоего кавалера.

Леонсио спокойно спал, когда в дверь его спальни постучали.

– Кто там? – воскликнул он проснувшись и от испуга сев на постели.

– Откройте, хозяин, – раздался голос Андре, – мы привели к вам гостя.

– Какого гостя? Что за шутки? – пробурчал Леонсио, открывая дверь.

Андре стоял на пороге комнаты и улыбался.

– Чему ты радуешься? – злобно спросил Леонсио. – В доме траур, а ты смеешься!

– Хозяин, мы поймали Алваро!

– Алваро?!

– Да! – ответил управляющий, не переставая улыбаться.

Леонсио не мог поверить своим ушам.

– Не может этого быть! – воскликнул он, одеваясь.

– И тем не менее это так. Рыбка сама попалась в сети, которые вы расставили.

– Где он?!

– Во дворе. Он связан, и его охраняют мои люди.

– Хорошо, – сказал Фонсеки. – Иди к нему, я сейчас спущусь.

Через минуту Леонсио выбежал во двор. Он увидел Алваро, лежащего на земле в окружении охранников.

– Радуйся, негодяй! – воскликнул Алваро. – Сегодня ты выиграл.

– Мне нечему радоваться, – резко перебил его хозяин фазенды, – сегодня в моем доме траур.

– Траур по женщине, которую ты свел в могилу, подонок!

– Ну хватит! – закричал Леонсио. – Тащите этого паршивца в подвал. Андре, ты лично отвечаешь за его охрану.

– Слушаюсь, хозяин! – ответил Андре и, повернувшись к охранникам, сказал: – А ну-ка, ребята, берите этот мешок с потрохами и тащите за мной.

Мужчины схватили бедного Алваро и поволокли в подвал вслед за Андре.

– Ты заплатишь за это! – крикнул юноша Леонсио.

– Посмотрим! – хмуро ответил тот и пошел в дом.

Андре открыл дверь темницы, и охранники внесли туда связанного Алваро. Они бросили его прямо на пол.

– Негодяи! Вы мне ответите за это, – прошептал он.

– Остынь, – злорадно сказал управляющий. – Отдохни здесь до утра, а завтра я закую тебя в колодки.

– Клянусь тебе, Андре, – сказал Алваро, – ты не уйдешь от меня.

– Конечно, не уйду, ведь я всегда здесь, – Андре засмеялся. – Кстати, если тебе это интересно, ты находишься в той же самой камере, где до тебя сидела твоя возлюбленная.

Сказав это, управляющий захлопнул дверь и запер ее на засов.

Глава 108

На следующий день Леонсио проводил до главных ворот длинный черный катафалк, в котором лежало бездыханное тело Малвины. Несчастная девушка должна была в последний раз проделать путь с фазенды в город Кампус. Такова была воля ее отца, дона Хосе Роберто Орбанти. Он решил, что погребет дочку в фамильном склепе рядом с ее безвременно скончавшейся матерью. Он также категорически запретил Леонсио появляться на похоронах и посоветовал больше никогда не попадаться ему на глаза.

Катафалк медленно катился по пыльной каменистой дороге. Леонсио еще долго смотрел ему вслед, и, когда черная повозка скрылась из виду, он закрыл ворота и не спеша побрел к своему дому. Душевные терзания мучили молодого Фонсеки, его сердце разрывалось от противоречивых чувств. Смерть жены явилась для него полнейшей неожиданностью, но он даже боялся признаться себе, что не так уж сильно переживает по поводу кончины Малвины. Наоборот, будто тяжелый камень упал с его плеч. Отойдя от ворот на порядочное расстояние, Леонсио уже забыл про постигшее его горе. В эту минуту все его мысли были посвящены только Изауре...

«Она никогда не будет моей, – размышлял бесчувственный юноша, отгоняя от себя мошкару кожаным хлыстом. – Никогда... Девчонка скорее покончит с собой, нежели примет мое предложение. Но и этому белобрысому мерзавцу она тоже не достанется. Это уже дело чести. Моей чести. С удовольствием бы убил Алваро, но полиция и так вот– вот нападет на наш с Андре след. Еще один труп, еще одно преступление, и от виселицы уж точно не отделаться... Но не может же юный влюбленный вечно сидеть в моем подземелье. Очень скоро я должен буду Алваро отпустить, иначе его родственники поднимут панику... Но к этому моменту Изауры на фазенде быть не должно...»

Леонсио тотчас же принял единственно верное, по его мнению, решение – продать девушку. Продать кому угодно, лишь бы она не досталась Алваро. Он вспомнил об одном прижимистом фазендейро по имени Хорхе Менендес, который жил по соседству и неоднократно приглашал Леонсио в гости.

«Попробую продать ему Изауру. И сделаю это сегодня же». Размышляя так, молодой Фонсеки прибавил шаг и вскоре уже взбегал по белым ступеням, ведущим на веранду.

Он велел запрячь коня и бросился в свою комнату переодеваться. Облачившись в легкий походный костюм и надев шляпу, Леонсио одним глотком выпил бокал крепкого рома и вновь выбежал на улицу.

Андре держал под уздцы высокого, широкогрудого мерина.

– Андре, друг мой, – говорил Леонсио, взбираясь на коня, – прошу тебя, в мое отсутствие проследи за тем, чтобы Алваро не удалось бежать. Через несколько дней я и так отпущу его, но сегодня... Если он удерет, это будет смерти подобно.

– Не волнуйтесь, господин. Я лично буду сторожить его. Пусть только попробует...

– Я надеюсь на тебя, Андре. – Леонсио пришпорил коня и, оставляя за собой столб пыли, поскакал прочь от дома.

Хохре Менендес славился на всю округу своей скаредностью. Всякий раз, когда ему приходилось расставаться с деньгами, он делал это крайне неохотно. Фазендейро был до того скуп, что не проходило и недели, чтобы один из его рабов не умирал с голоду. Но Хорхе отказывал в еде не только рабам, он и сам питался скудно и ел только самые дешевые продукты. Даже бананы на его столе всегда были зеленые. Все свои сбережения он складывал в огромный кованый сундук, что хранился в подвале его шикарного трехэтажного особняка.

Менендес принял Леонсио радушно, как дорогого гостя, и даже повелел слугам подать что-нибудь съестное на стол, что на него было совсем не похоже.

Сидя на веранде и попивая кофе, старые знакомые обменивались новостями из своей жизни и разговаривали на отвлеченные темы. Леонсио счел резонным скрыть от Хорхе, что накануне скончалась Малвина. Он все ждал того момента, когда можно будет предложить богатому фазендейро купить Изауру. И вот такой момент настал. Когда беседа была в самом разгаре, молодой Фонсеки как бы вскользь обмолвился:

– Дорогой мой Хорхе, а не хотели бы вы приобрести у меня очень любопытную вещицу?

– Любопытную вещицу? – Менендес оживился. Он был любителем всяких диковинок и заморских штучек. – Интересно, интересно, что же это?

– Моя рабыня. Очаровательнейший экземпляр. Глаз не оторвешь. Если бы вы знали, как жаль мне с ней расставаться, но я вынужден продать девушку. Уж очень она красива, и очень часто происходят драки меж ее ухажеров. Обычно все заканчивается чьим-то сломанным ребром или выбитым глазом. – Леонсио противно захихикал, думая, что ему удалась удачная шутка. – Я не могу больше терпеть, чтобы в моих владениях происходили подобные безобразия. Прошу вас, купите рабыню. Я сам иногда начинаю на нее заглядываться.

Говоря последние слова, Леонсио мысленно перекрестился.

Хосе Менендес преклонялся перед женской красотой, хоть жена его была настоящим страшилищем.

– Очаровательна, говоришь? – Он самозабвенно поковырял в зубах хвостиком от яблока. – А как ее зовут?

– Изаура. Не правда ли, превосходное имя? Оно напоминает мне плач львицы, которая ищет своего детеныша.

– Любопытно было бы посмотреть на твою Изауру. Кстати, сколько ты за нее хочешь?

– Самую малость. Всего лишь десять миллионов.

– Десять миллионов? – вскричал Хорхе. – Да за такие деньги я бы и стадо слонов не купил!

Леонсио понял, что с этим скрягой торговаться бесполезно.

– Какая же ваша цена? – осторожно спросил он.

– Если Изаура на самом деле так красива, то я отвалю за нее целый миллион рейсов.

– Я согласен. – Леонсио сдался без боя. – Надеюсь, что на днях вы непременно заглянете ко мне и примете из моих рук сказочно обаятельную покупку.

– Несомненно, мой друг. Несомненно. При первой возможности я приеду на вашу фазенду.

Мужчины пожали друг другу руки в знак совершенной сделки и продолжили беседу. Хорхе предложил Леонсио переночевать в его доме, и тот вынужден был согласиться, дабы не прослыть неблагодарным гостем.

Весь вечер приятели расхаживали с винтовками в руках по владениям Хорхе Менендеса. Леонсио беззаботно постреливал зазевавшихся тушканчиков и совершенно не подозревал о том, что происходило в это время на его фазенде.