Текст книги "Часть истории (СИ)"
Автор книги: HazelL
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 52 страниц)
– Спрашивай, – снова повторил Альбус, сжав свисавшую с дивана правую руку Поттера.
«Ну, вот! – думал Гарри, но уже без злости и раздражения. – Опять он такой… добрый и понимающий! Нельзя таким быть. Просто невозможно».
– Так, – Гарри заговорил, раз уж было разрешено. – Ты и Розье?
Ал улыбнулся, только улыбка эта была какой-то грустной.
– Я так и знал, что это будет твой первый вопрос, – шутя, начал он. – Да. Мы были близки в прошлом году.
– Что случилось? – Гарри внимательно вглядывался в лицо Ала: сейчас как никогда хотелось чётко видеть каждую эмоцию Дамблдора.
– Это было на её дне рождения, как раз на пасхальных каникулах, – Гарри понял, что Ал не видел его, хоть и смотрел в упор: больно уж Дамблдор был неподвижен, а голос его звучал ровно, и в нём не было никаких эмоций. – Агнесс исполнилось восемнадцать. Её родители устроили настоящий пир. Приглашена была вся элита с пятого по седьмой курс. У меня, как у её… спутника… были некоторые привилегии. Плюс один гость в приглашении.
Альбус замолчал. Гарри не торопил, только внимательно слушал и крепко сжимал ладонь Дамблдора.
– Она думала, что я возьму с собой Эбби. Так сказать, чтобы ввести его в социальную жизнь на пару лет раньше, – Ал усмехнулся. – Но у Лера тоже были каникулы. Он приехал, чтобы увидеться со мной, и я не мог оставить его одного.
Гарри хотел спросить, почему, собственно, нет, но Ал продолжил, не обращая на него внимания:
– Родители Агнесс оставили нас развлекаться на своё усмотрение, ну и, конечно же, после их ухода спиртное полилось рекой. Вино, ром, огневиски, пиво – чего только там не было! Лер много пил. Но есть у него такое качество: он не пьянеет. Просто становится чертовски злым.
Голос Дамблдора звучал всё более и более напряжённо; Гарри чувствовал, что самое главное было уже очень-очень близко.
– Мы просто танцевали, я и Агнесс. Он подошёл и сказал, что тоже хочет потанцевать. Я согласился. Когда Лер в таком состоянии, лучше не перечить ему, знаешь ли, – Альбус усмехнулся. – Но Розье, чтоб ей пусто было, закатила истерику, что я её собираюсь бросить. Что тогда началось! – Ал зажмурился на мгновение. – Лер засмеялся. Он не злой, это выпивка на него так действует, но… он сказал Агнесс, что я использовал её. Так неловко я себя ещё никогда не чувствовал! Она девушка бойкая и не стала ходить вокруг да около. Я оказался меж двух огней: ярким и горячим и холодным, но не менее обжигающим. И я не нашёл лучшего выхода, чем увести их подальше от посторонних глаз. Я пытался всё мирно уладить, правда…
Поттер улыбнулся. Да, Дамблдор всегда пытался всё уладить мирно. Только вот выходило как-то не очень.
– Но Лер не чувствует того момента, когда игра закончилась и нужно взять себя в руки. Розье в этом ему не уступала. Леди, чёрт бы её побрал, – Ал фыркнул. – Гадости лились рекой. Я уже не пытался ничего сделать, просто сидел и время от времени смотрел то на одного, то на другую. И я даже не уловил момент, когда Лер выдернул красную ленту из пояса платья Агнесс и затянул ту на её шее. Помню только: вот была ругань, к которой за прошедшие пятнадцать минут я уже привык, а потом – вскрик, какие-то странные звуки и страшный хрип.
Альбус снова замолчал. На этот раз он молчал долго, но вот гостиную снова прорезал его тихий голос:
– Пришлось оглушить их обоих. Я был в панике. Не знал, что делать. Но, взяв себя в руки, решил начать с более лёгкого. Край ленты впился в шею Агнесс и порезал – неглубоко, но шрам до сих пор остался. В общем-то, всё было не так уж плохо. Остановил кровь, убедил Розье никому не рассказывать о случившемся, пообещал, что поговорим после каникул, и дал ей снотворное. Лера я не стал приводить в чувство. Это было ни к чему. К тому же тогда приоритетным направлением было оказаться дома как можно быстрее.
Гарри слушал и слушал; если в начале у него и были некоторые уточняющие вопросы, то сейчас даже мысли о том, чтобы раскрыть рот, не возникало.
– Утром он жалел об этом, правда. И я верю ему, – Альбус наконец-то отвлёкся от собственных мыслей и внимательно посмотрел в глаза Гарри. Возможно, во взгляде Поттера была тревога или ещё что-то, но Ал мягко проговорил: – Тебе не стоит бояться.
– Я не боюсь. Просто не понимаю, – Гарри помотал головой.
– Чего?
– Кого. Тебя, – Дамблдор, кажется, хотел что-то сказать, но Гарри продолжил: – Так ты поговорил потом с Розье?
– Нет. Я струсил, – Альбус грустно засмеялся, но через минуту уже озорно сказал: – И теперь моя очередь.
– Что? – Поттер начал лихорадочно думать, куда он опять вляпался.
– Спрашивать, – невозмутимо ответил Ал. – Секрет за секрет. И помни: я рассказал тебе всё.
На последнем слове Дамблдор немного помедлил, и Гарри про себя фыркнул: «Так уж и всё!»
– Мы так не договаривались! – возмутился Гарри.
Но Ал безмолвно, как умел только он, стоял на своём, вовсю используя взгляд этих своих странных неестественно-ярких глаз.
– Ладно, – сдался Поттер. – Но если я сочту вопрос неуместным, отвечать не буду.
– Библиотека? Ночью? – улыбнулся Ал. – Рабочих часов тебе не хватило? Ах да. Запретная секция.
Дамблдор хитро прищурился и явно ждал какой-то реакции, но Гарри не знал, что на это ответить. Ну, да, Запретная секция. Да, ночью. Дальше что?
– Не это ли, – в руке у Ала появилась брошенная на пол книга, – ты… одолжил?
Гарри сморщил нос, и это было красноречивее любых слов. Альбус усмехнулся.
– Что тут у нас? – Дамблдор глянул на название. – «Непостоянные руны: движение, изменение». Интересно.
Он внимательно и серьёзно посмотрел на Поттера.
– Не знал, что ты увлекаешься рунами.
– Что ты об этом, – Гарри указал на книгу, – знаешь?
– О непостоянных рунах? – Поттер кивнул. – А ты что знаешь?
– Ничего. Ерунда какая-то, – Гарри раздражённо дёрнул плечом. Тот факт, что книга оказалась бесполезна, до сих пор приводил его в уныние.
– Я слышал кое-что, – Ал закусил губу.
– Что именно? – он не смог разобраться, но, может, Дамблдору в этом повезёт больше? Ведь это Дамблдор!
– Я смогу рассказать поточнее, если прочту книгу. И если уж ты её всё равно забрал… то, может, не стоит её пока возвращать? Ты же собирался сегодня её вернуть?
Гарри кивнул и притворно-испуганным шёпотом спросил:
– А мы не загремим за это в Азкабан?
– Даже если и загремим, – так же шёпотом ответил Ал, – знание стоит того.
– Ну, я даже не знаю. Кот, – Гарри обратился к мирно спящему животному. – Стоит ли знание компании дементоров?
Кот не ответил, хотя Альбус тоже устремил на него взгляд в ожидании ответа.
– Так зачем ты её взял? – продолжил разговор Дамблдор.
– Тебе не стоит этого знать.
– Может, я сам решу? – Гарри видел, что Альбус изо всех сил старался не раздражаться.
– Ал, – он легонько сжал руку Дамблдора, – просто верь мне, хорошо?
Бесконечно долго Альбус всматривался в лицо Поттера и, наконец, кивнул.
– А теперь моя очередь? Теперь спрашиваю я? – нетерпеливо воскликнул Гарри.
– Твоя очередь, – вымученно выдохнул Ал.
– Почему я? Почему первого сентября ты подошёл ко мне, совершенно незнакомому человеку? – этот вопрос интересовал Гарри уже очень давно. Отпустив руку Дамблдора, Поттер стал выводить на обивке дивана невидимые узоры. Совершенно не зная почему, он волновался даже больше, чем когда задавал вопрос про Розье.
– Ты мне понравился.
– Врёшь, – фыркнул Гарри, не отрываясь от своего занятия.
– Нет, – Ал снова взял руку Гарри в свою, заставляя тем самым отвлечься от несомненно важного дела и посмотреть ему в глаза. – А ещё ты красивый.
Это был невероятно сказочный момент: полутьма, с трудом разгоняемая углями в камине, тишина, прерываемая лишь тихим дыханием и мурлыканьем кота, и два человека, находившиеся так близко-близко друг к другу…
И Гарри засмеялся, звонко, радостно, по-настоящему. Всё напряжение, особенно сильно сказывавшееся на нём последние пару недель, выплеснулось наружу вместе с этим смехом, уносимое им далеко-далеко, за тысячи тысяч световых лет и ещё чуть-чуть дальше.
– Эй! – возмутился Ал. – Ну, что такое?
– Прости, – почти всхлипнул Поттер и снова затрясся в приступе неконтролируемого смеха. Кот, возмущённый таким халатным отношением к собственной персоне, сердито зашипел и, цапнув Гарри напоследок, перепрыгнул на кресло.
– Ладно, – проворчал Дамблдор. – Мой вопрос. Откуда у тебя этот шрам?
Смех Гарри тут же стих, а его лицо вновь стало серьёзным и немного печальным.
– Если не хочешь об этом говорить, могу задать другой вопрос, – Ал уже пожалел, что залез так глубоко. Всё-таки личные тайны иногда не раскрывают даже самым близким людям.
– Нет. Всё в порядке. Иди сюда, не надоело тебе на полу сидеть? Я расскажу сказку, – Поттер немного подвинулся и похлопал по месту рядом с собой.
Ал неуверенно посмотрел на диван, на Поттера, но, во-первых, пол действительно не был самым удобным местом в замке и тем более в подземельях, а во-вторых, что-то подсказывало ему, что Поттер не примет никаких возражений.
Альбусу хотелось устроиться на диване легко и изящно, но диван, хоть и был широким, всё же не был рассчитан на двух человек. В итоге Гарри снова смеялся, пока Альбус сердито впихивал свою тушку на краешек дивана.
С горем пополам разместившись-таки, Ал застыл, не шевелясь и почти не дыша, чтобы не свалиться обратно на пол. Гарри всё ещё хихикал, время от времени предпринимая напрасные попытки успокоиться.
– Может, ты ещё немного подвинешься? – наконец спросил Дамблдор у хихикавшего Поттера.
Гарри, издав какой-то странный звук, похожий на помесь стона и полузадушенного смеха, вжался сильнее в спинку дивана. Наконец, когда Ал устроился более-менее удобно, Поттер заставил себя успокоиться и начать. Всё-таки разговор пойдёт о серьёзных вещах.
– Это были тёмные времена, – голос Гарри был немного грустным, а рассказывал он так серьёзно, что никто бы и не заподозрил в нём человека, который пару мгновений назад хохотал до потемнения в глазах. – Один псих решил добиться власти над всем миром. Но, надо признать, для психа у него было слишком уж много последователей. Он уничтожал каждого, кого по какой-либо причине считал опасным для себя. И жила-была одна семья: отец, мать и их годовалый сын.
Что-то пугающее было в голосе Поттера, такое, что Альбус старался смотреть куда угодно, только не в его глаза.
– Они состояли в оппозиции. Я имею в виду родителей, не ребёнка, – Гарри улыбнулся. – Он решил от них избавиться. В ночь Хэллоуина он пришёл к ним в дом, убил сначала отца, затем мать, а потом попытался убить и мальчика. Но у него ничего не вышло, и он умер, а у ребёнка на всю жизнь остался идиотский шрам, который каждое мгновение напоминает, что его родители мертвы, а он, чёрт бы всё это побрал, выжил.
Гарри замолчал. Ал тоже молчал, не шевелился и, кажется, вообще старался не дышать.
– Это правда? – наконец спросил он.
– Это сказка, – вздохнул Поттер. – В каждой сказке есть часть правды.
– А-а, ладно. А почему псих умер?
– Ты всё равно не поверишь, – фыркнул Гарри.
– Поверю.
– Нет, не поверишь.
– Ну, хорошо, – сдался Ал. – Теперь снова твоя очередь.
– Нет. На сегодня хватит, – Поттер перевернулся на другой бок, при этом чуть не спихнув Альбуса на пол. – Уже поздно. Давай спать.
– Здесь?
– Ну, да, – уже сонно откликнулся Гарри. – А что такого? Во-первых, здесь уже нагрето, а во-вторых, мне просто лень куда-то ещё идти.
– Разумно, – согласился Ал, пододвигаясь к Гарри чуть ближе и обнимая его одной рукой. – Гарри?
– М-м?
– И всё же, как умер псих? – шёпотом повторил свой вопрос Альбус, надеясь, что уже задремавший Поттер случайно проговорится.
– Ал, не прокатит. Спи.
– Ты интриган.
Гарри фыркнул. Как же кардинально поменялась жизнь, если он стал интриганом, а Дамблдор находился в томительном неведении.
*
– У меня для вас объявление, – профессор Линг опоздала и была сильно не в духе, но, кажется, её злость и раздражение были направлены не на учеников, потому как шум, царивший в аудитории, когда она пришла, не был никак прокомментирован. – Из Отдела образования нашего Министерства поступил новый приказ. Вдобавок к экзаменам, которые вы будете сдавать в июне, вы должны провести исследование в какой-либо области магии.
Класс взорвался недовольными возгласами, руганью и возмущёнными криками. Профессор Линг, дав ученикам минуту для выражения собственного мнения о новом законе, Отделе образования и Министерстве в целом, прикрикнула:
– Тихо! – студенты, не смея ослушаться, затихли, хоть и не сразу. – Нам, преподавателям, это нравится не больше вашего, но ни мы, ни тем более вы ничего изменить уже не в силах.
Класс снова зашумел, кто-то задал вопрос, потом ещё один – и вот уже каждый считал своим долгом узнать о новом законе подробнее, не стесняясь перекрикивать других, чтобы его вопрос профессор услышала первым.
– Успокойтесь, пожалуйста, – профессор Линг слегка нахмурилась. – Сейчас я расскажу вам всё, что сама знаю. Итак, ваше исследование может быть в абсолютно любой области магии, поэтому советую выбрать то, в чём вы разбираетесь, или по крайней мере то, что вам интересно. Тему вашей работы вы должны будете сообщить преподавателям, мы поможем вам подобрать список нужной литературы. И подпишем пропуск в Запретную секцию, если это будет необходимо.
Гарри резко поднял голову со скрещенных на парте рук. Что, если… Да, если всё получится, в ночных похождениях больше не будет нужды. Определённо стоило попробовать.
– Работа выполняется в парах. Смысл этого в том, что вы должны научиться мирно взаимодействовать между собой. Исследование должно проводиться в равной степени и с той, и с другой стороны.
Гарри покосился на сидевшего справа от него Ала. Тот, казалось, слушал вполуха, что было неудивительно: Чары были первой парой на сегодня. Работа в парах несколько мешала его плану, но, если правильно это преподнести, можно получить помощника: хорошего, с чувством юмора и имеющего нюх на правильную литературу.
– Примерный план исследования написан здесь, – профессор Линг взмахнула палочкой, и по классу медленно и плавно полетели пергаментные свитки и приземлились на парты перед студентами.
– Серьёзно? – Ал развернул свиток и присвистнул, его сонливость как рукой сняло. – Вступление? Тезис? История? Доказательства? Теории? Вывод, список использованной литературы, свои примечания? Что это, Гарри? Я сплю?
Гарри хмыкнул. Он тоже не был в восторге от «плана». Все эти тезисы, вступления были лишь пустой тратой времени и чернил.
– На выбор темы вам даётся три дня, но, может, кто-то определился уже сейчас?
Гарри, не успев даже толком подумать, поднял руку.
– Гарри, что ты делаешь? – прошипел ему на ухо Ал, вцепившись в рукав мантии и пытаясь опустить руку обратно на парту.
Поттер посмотрел ему прямо в глаза, попытавшись сделать щенячьи глазки.
– Ты мне доверяешь? – «Умильная рожица, Поттер, главное – умильная рожица».
Через минуту Дамблдор неуверенно кивнул и отпустил рукав Гарри. Поттер же, довольно улыбнувшись, поднял руку ещё выше.
– Мистер Эванс? Вы уже сделали выбор?
– Да, профессор, – Гарри очень серьёзно кивнул. – Путешествия во времени.
Профессор Линг посмотрела на него долгим и несколько странным взглядом, после чего спросила:
– Вы уверены, мистер Эванс? Это малоизученная и очень сложная область магии.
– Да, профессор, – Поттер старался выглядеть серьёзно и внушительно.
– Очень хорошо, – профессор глубоко вздохнула и что-то записала на листе пергамента. – Ваш напарник?
– Альбус Дамблдор, – краем глаза Гарри заметил, как порядком шокированный Ал уронил голову на парту.
– Мистер Дамблдор, вы согласны с выбором темы? – кажется, профессор Линг до последнего надеялась, что глупые студенты оставят в покое сложную, практически провальную идею. – Мистер Дамблдор?
Ал, наконец, поднял голову с парты и уверенно сказал:
– Да.
Профессор снова что-то записала, а Гарри ощутил довольно-таки болезненный удар по ноге, но это его только повеселило. И всё-таки не было ничего невозможно. Только подумать! Теперь он диктвал условия, а Дамблдору не оставалось ничего, кроме как соглашаться.
*
– Ты в своём уме?
– Да ладно, Ал, успокойся, – отмахнулся Поттер. – Будет интересно.
– Интересно? – Дамблдор, едва вышел из кабинета, растерял всю свою отстранённость и холодность. Он чуть ли не кругами бегал вокруг спокойно шагавшего Поттера, пытаясь высказать всё, что он думал о его затее, и тем самым уговорить сменить решение, пока не было слишком поздно. – Да, но проблема в том, что путешествия во времени невозможны.
– А как же Маховик? – весело поинтересовался Гарри. Его, кажется, забавляла паника Ала.
– Забудь про Маховик, – Альбус начал немного успокаиваться. – Это детский лепет. Он перемещает не больше, чем на сутки.
– Но перемещает же.
– Это мелочь, – отмахнулся Ал. – Мелочи не важны.
– Ошибаешься. Мелочи могут спасти чью-то жизнь, – Гарри вспомнились Клювокрыл и Сириус, которые, не используй он с Гермионой Маховик времени, были бы мертвы.
– И всё равно, Гарри, где мы будем искать все эти тезисы и выводы?
– Профессор Линг ведь сказала, что нам подпишут пропуск в Запретную секцию, – пожал плечами Поттер. Тот факт, что он теперь на законных основаниях сможет окопаться в Запретной секции, не мог не радовать. К тому же со списком литературы тоже помогут, а это словно подарок судьбы, которая, возможно, решила ему немного помочь.
– Погоди-ка… – Ал прищурился и улыбнулся. – Ты так быстро назвал тему, сразу же после того, как Линг сказала про доступ в Запретную секцию. Ты знал, чего хотел. И тогда ночью в Запретной секции ты искал…
– Ори громче! – практически зашипел Гарри. – И тогда Блэк точно услышит.
Директор, не найдя ни намёка на личность нарушителя правил, был сильно не в духе. Каждую трапезу он толкал проникновенную речь о том, что долго преступнику на свободе не гулять и вообще Азкабан по нему плакал.
– Прости, – без капли раскаяния бросил Дамблдор. – Так это правда?
– Да, – Поттер как можно безразличнее пожал плечами.
– Зачем тебе это? – Дамблдор выглядел немного сумасшедшим. Ну да, как тут немного не свихнуться, пока разгадываешь все эти странности.
– Я же уже говорил: интересно, – Гарри остановился и насмешливо посмотрел на Альбуса. – Что ты ещё хочешь услышать?
– Вечно у тебя какие-то тайны, – шутливо буркнул Ал. – Это немного раздражает.
– О, как же я тебя понимаю, – усмехнулся Поттер. – Ещё как понимаю.
*
– Гарри! Иди сюда! Смотри, что я нашёл! – прокричал Альбус откуда-то из-за стеллажей.
– Сам иди сюда, – крикнул в ответ Поттер, не отрываясь от эссе по Зельеварению.
Профессор Линг сказала, что подберёт список литературы только к следующему дню и разрешение отдаст тогда же, но Ал решил не терять времени даром и поискать что-нибудь в основной секции, несмотря на убеждения Поттера, что там ничего стоящего не было. Гарри же делал домашнее задание, пока Дамблдор играл в следопыта.
– Смотри, – на стол перед Поттером приземлилась аккуратная, почти новая книга.
Быстро глянув на название, Гарри чуть не подавился смехом. Это была «Невероятная история Одри Фостер».
– Где ты её откопал?
– Там, – Ал махнул рукой в довольно-таки расплывчатом направлении. – Она была позади всех остальных книг. Скорее всего, её специально спрятали.
– Ага. К примеру, какой-нибудь добрый человек позаботился о том, чтобы никто больше не читал эту чушь, а ты взял и разрушил все его старания.
– Интересная теория, но нет, – засмеялся Альбус, забирая книгу со стола и направляясь к миссис Нэш. – Идём в гостиную.
– Эй! Погоди! – окликнул его Гарри, спешно бросая пергаменты и учебник в сумку. – Ты собираешься читать женский роман?
– С чего ты взял, что это роман? – приподнял брови Дамблдор.
– Серьёзно, Ал, посмотри на название.
«Ты сам не обратил на это же самое название никакого внимания», – как бы между прочим заметил внутренний голос.
– Да брось, – усмехнулся Альбус. – Название как название. Идём.
Зайдя в гостиную Слизерина, Ал сразу же направился в дальний её угол; Поттеру ничего не осталось, кроме как пойти следом. Выбрав приглянувшееся кресло, Дамблдор забрался в него с ногами и раскрыл книгу.
Гарри, сев в кресло напротив, всё ещё недоверчиво на него косился, но, вспомнив собственный опыт, улыбнулся, предвкушая реакцию Ала, и вернулся к эссе.
Он не знал, сколько прошло времени, но, когда на стол опустилась «Невероятная история Одри Фостер», гостиная была набита битком, а вокруг царили шум и возня. Отложив перо, Гарри, улыбаясь, посмотрел на Дамблдора. Тот выглядел несколько дезориентированным и расстроенным. Это было странно, потому как сам Поттер, когда прочитал, хоть и совсем чуть-чуть, чувствовал себя так, будто его мозг был подчистую съеден.
– Это было грустно, – наконец проговорил Ал.
У Поттера даже челюсть отвисла.
– Ты что, прочитал до конца? – недоверчиво спросил он.
– Ну, да. Правда, через слово, а то и через предложение. Но общий смысл я понял: эта девушка, Одри, чтобы исправить некоторые свои… ошибки (это было очень глупо, прошлое менять нельзя!), создала некий ритуал, который должен был перенести её на пару лет в прошлое. Но так вышло, что перенеслась она не на пару лет, а на пару десятков. Конечно, она искала способ вернуться обратно. Следует признать, она была умна, но это не сильно ей помогло. Способа вернуться в своё время она не нашла. Там она вышла замуж, родила детей и умерла. Всё.
– Не думал, что ты такой сентиментальный, – Гарри улыбнулся, хотя сделать это было очень трудно. Где же счастливый конец, который полагался сказке? – Ты в это веришь?
– А ты? – ответа Ал не получил, да и не ждал его.
– Ты же знаешь, что мы не можем это использовать в исследовании? – спросил Поттер.
– Конечно. Это же только женский роман.
Поттер взял со стола книгу и открыл её на последней странице. Она была почти пустой, слегка желтоватой, и только в самом верху была выведена одна-единственная строчка: «И помни, игры судьбы неподвластны человеку, и как она решила, так и будет».
========== Глава 12. Рано повзрослевшие дети ==========
– Ну, Гарри, пошли! – Ала, кажется, заело, потому что эту фразу он повторил уже раз в двадцатый.
– Альбус, мне ещё нужно дочитать это, – Гарри помахал отнюдь не тоненькой книгой перед носом Дамблдора, специально задев при этом очки. Наказание, чтобы больше не ныл над ухом. – Это, вообще-то, не только мне нужно.
Ну, если говорить по правде, то это как раз нужно было именно ему, ведь не Дамблдор и не кто-либо другой застрял в прошлом.
– Да ладно, – отмахнулся Альбус, приземлившись на кровать Поттера так, что пружины заскрипели, а самого Гарри подкинуло, как на батуте. – До мая ещё куча времени.
Да. Май. Время сдачи проекта. Если смотреть с точки зрения Ала, то период с декабря по май был действительно немаленьким, но Поттеру он казался целой вечностью. И… Гарри не собирался ждать окончания учебного года, если они всё-таки найдут информацию, как ему вернуться домой.
Если. Ужасное слово, рушащее надежду и вселяющее безысходность.
– К тому же, – Дамблдор продолжил вербальную атаку, – ты не ходил в Хогсмид в прошлый раз.
– Это не считается! – вставил свои пять кнатов Поттер.
– Это ещё почему? – Ал весело фыркнул и, вытащив из кармана пачку шоколадных ирисок, протянул их Гарри.
– Я тогда был не в духе, – забрав сразу четыре конфеты, Поттер снова уставился в книгу.
– А сейчас? В духе? – Гарри подозрительно глянул на Дамблдора и слегка кивнул. – Вот и отлично! Прекрасный повод прогуляться.
– Но я не хочу, – упрямо гнул своё Поттер. – Что ты как ребёнок, Альбус?
Дамблдор даже на секунду перестал жевать от удивления.
– Я ребёнок? – в порыве возмущения он взмахнул руками, чуть не сдёрнув многострадальный полог. – Кто сидит целыми днями в этих сырых холодных подземельях, отговариваясь занятостью? Ты даже на первый матч по квиддичу не ходил! А ведь тебе нравится квиддич, – укоризненно закончил Ал.
– Я не говорил…
– Тут и говорить не надо – и так всё видно.
Альбусу вспомнился тот сумасшедший полёт, смертельно опасное пике и счастливый смех Гарри. У него самого же тогда чуть сердце не разорвалось от страха!
На самом деле, Гарри очень хотел пойти на матч: посмотреть, как играют в этом времени, и мысленно нахваливать свою «Молнию», которой здешние мётлы уступали по многим параметрам. Но домой вернуться ему хотелось сильнее.
– Ну, так, – Ал улыбнулся, – ты идёшь?
– Нет.
– Прекращай это делать, Гарри! – сердито буркнул Дамблдор. Его уже начало порядком раздражать такое упрямство.
– Делать что? – Поттера же раздражала настойчивость Ала. С каких пор «нет» не считалось самым что ни на есть прямым и конечным ответом?
– Существовать!
– Как ты существовал с Розье? – приподнял брови Гарри.
– Ты теперь вечно будешь меня в это носом тыкать? – уныло поинтересовался Альбус, лениво сползая с кровати Поттера.
– Ага.
Вдруг Гарри почему-то подумал, что, когда вернётся в своё время, ему лучше не встречаться с портретом Дамблдора во избежание неловких моментов. Разговаривать о таких личных вещах с ровесником, с другом – да-да, Ал стал его другом, странно, не правда ли? – дело естественное, но разговаривать об этом же с учителем и наставником (который на целую сотню лет старше тебя, между прочим) – совсем не здорово. И не важно, что это один и тот же человек.
– Эй! – когда Поттер снова посмотрел на Альбуса, тот уже сидел на полу рядом с собственной кроватью и рьяно пытался что-то под ней найти. – Ты что собрался делать?
Ал не ответил. Поиски продолжались. За пять минут на свет белый были извлечены два носка от разных пар, полупустая пачка лакричных палочек и гора фантиков разных цветов и размеров. И сверху на эту самую гору, наконец, водрузился слегка запыленный фотоаппарат.
– Шантажировать я тебя собрался, вот что, – пояснил Дамблдор, снимая с чемоданчика крышку.
Снова устроившись на кровати Гарри, да ещё и с довеском в виде доисторического фотоаппарата, Альбус коварно улыбнулся и без предупреждения нажал на кнопку. Снова уже знакомая яркая вспышка резанула по глазам, но благо, что было не так темно, как в ночь изучения странного маггловского изобретения, и Гарри не ослеп, а всего лишь обзавёлся парой плавающих перед глазами чёрных точек.
– Идёшь? – Альбус любопытно уставился на моргавшего Поттера.
– Нет, – мотнув головой, почти прорычал Гарри. – Ты и правда как ребёнок, Ал! Честное сло…
Не дослушав, что там возмущённо вещал Поттер, Дамблдор снова сделал снимок. Гарри резко захлопнул книгу. Воодушевленный победой Ал радостно открыл рот, чтобы снова спросить, идут они в Хогсмид или нет, как получил удар этой самой книгой по плечу.
– Ай! Больно же! Ой! – за первым ударом последовали ещё два. – Гарри, прекрати!
– Шантажировать он меня собрался, – убрав со лба прядь отросших до неприличия волос (хотя у Дамблдора волосы были ещё длиннее, но при этом странно, что он не выглядел по-девчоночьи), пробормотал Поттер, нанеся последний удар прямиком в колено. – Ага, сейчас, как же!
– Сдаюсь! – засмеялся Ал, отодвигаясь к подальше от бушевавшего Поттера.
– Руки вверх! – скомандовал Гарри. – Фотоаппарат пододвинуть ко мне.
После того, как Альбус, всё ещё смеясь, выполнил требования, Поттер отодвинул книгу и положил руки на фотоаппарат. Ну, так, на всякий случай.
– Ну, пожалуйста, Гарри, – Ал расширил глаза и стал похож на нашкодившего пса. – Пошли, прогуляемся. Ты ведь ещё не видел Хогсмид! Тебе понравится!
– Вообще-то я был там пару раз, – улыбнулся Поттер. Всё. Он выиграл. Без сомнений.
Но у Дамблдора было такое выражение лица, что Гарри начали одолевать сомнения в правильности его позиции. Ну, в конце концов, если он на пару часов отвлечётся от забот и будет просто наслаждаться выходным, мир же не рухнет. Или рухнет?
Ал был удивлён, что Гарри уже бывал в волшебной деревне, но быстро нашёл, что сказать:
– Но со мной ты там не был.
Поттер глупо заморгал от удивления. Это что, должно было стать весомым аргументом? Ну, в принципе, получилось.
– Ну, хорошо, – вздохнул Гарри, про себя думая, что Дамблдор точно использовал какую-нибудь магию убеждения. – Только не долго!
– Конечно, – закивал Ал, расплываясь в широкой улыбке, которая показывала, что это «конечно» было сказано лишь для вида.
Снова соскочив с кровати, Альбус промчался к шкафу, вытащил мантию с шарфом, наскоро закутался и застыл, уставившись на Поттера с видом «как? Ты ещё не готов?» Тот же тупо разглядывал Ала в ответ: только что он сидел рядом с ним, а сейчас стоял у двери при полном параде и нетерпеливо смотрел на него, Гарри.
Решив ещё немножко повредничать (ему показалось, что слишком уж легко он сдался), Гарри неспешно поднялся на ноги, положил книгу на тумбочку, фотоаппарат – возле, поправил на кровати покрывало, смахнул с полога маленькое пёрышко. Прежде чем надеть мантию, он очень внимательно её осмотрел: нет ли пыли, ниточки или пятна.
Бросив взгляд на Ала, изнывавшего от нетерпения и скорчившего самую что ни на есть страдальческую мину, Поттер улыбнулся.
– Ты как барышня, Гарри, – пожаловался Дамблдор. – Честное слово.
Гарри возмущённо толкнул Альбуса в бок. Ещё никто не называл его девчонкой! И вообще, кто бы тут говорил про схожесть с девушкой? Парень с волосами до лопаток!
Они уже выходили из гостиной Слизерина, когда Поттер вспомнил, что забыл взять деньги, о чём немедленно и сообщил Альбусу.
– Забудь! – отмахнулся Ал. – Я плачу.
Гарри открыл рот, чтобы разразиться возмущённой тирадой. Ещё чего не хватало! Здесь зависеть от Дамблдора он не будет! Да и вообще, что этот Дамблдор о себе возомнил? Он, вообще-то, не содержанка! Ишь, чего удумал!
Альбус, чувствуя, что сейчас разразится буря, и понимая, что в таком случае в Хогсмид они точно не попадут, поспешно проговорил, выставив перед собой руки, показав тем самым, что раскаивается в своих необдуманных словах (хотя они были очень даже обдуманными):
– Ладно, ладно, глупость сказал. Я тебя здесь подожду.
Гарри глубоко вздохнул и, ещё раз злобно посмотрев на Дамблдора, пошёл в спальню. Медленно. Пусть Ал подумает над своим поведением. И чеканя шаг. Чтобы знал, что он был возмущён до глубины души.
Зайдя в спальню, Поттер откинул образ обиженного за ненадобностью и, подойдя к кровати, вытащил из-под неё чемодан. Денег у него было немного – социальная помощь сиротам была рассчитана только на самое необходимое, а уж покупка сладостей и развлечения в это «самое необходимое» не входили. Четыре галлеона и пара сиклей – вот и всё, чем располагал Поттер.
«Но, – решил он, – этого достаточно. Более чем достаточно».
Сложив монеты в карман и запихав чемодан на место, Гарри поспешил обратно, подумав, что Ал там уже места себе не находил, наматывая круги и бросая взгляды на вход в мальчишечьи спальни, но тут взгляд его задержался на пергаменте, торчавшем из сумки Дамблдора.
