Текст книги "Как по заказу 1-6. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 94 (всего у книги 124 страниц)

– Работает ещё лучше, чем звучит на словах, – заверил я ведьму, состыковывая и проверяя элементы станции переливания крови. – Мы проверяли, эффект просто поразительный.

– Куда поразительнее, что ты как-то уговорил старого хрыча разрешить всю эту затею, – фыркнула Тёмная. – Ладно со мной возиться – смену-то себе, считай, я уже вырастила. А вот что кровь чужую пытать разрешил…

Старуха покачала головой, удивляясь. Я же постарался как можно искреннее улыбнуться «смене» – бледной большеглазой девочке, за всё время разговора не проронившей ни слова. На вид ей можно было дать максимум семь, хотя её наставница заверила меня, что ученице-адептке уже девять. Время от времени старая женщина давала мелкой поручения вида принеси-подай, только тогда будущая ведьма рисковала покинуть безопасное пространство за спиной учительницы.

– Еще бы он не разрешил, – хмыкнул я. – Такой простой способ вдвое увеличить количество «солнечного эликсира».

Мне пришлось изрядно поводить рукой по шершавой и тёплой коре, чтобы найти одну из спящих в её толще почек. Пробудить её вышло изрядно по тратам Жизни, обычно растения отзывались куда охотнее. С другой стороны пробить себе путь наружу тонкой веточкой, немедленно выкинувшей пучок длинных ярко-зелёных молодых игл, оказалось и впрямь непросто. Маленькая помощница ведьмы, увидев такое «чудо» так и застыла, раскрыв рот в удивлении.

Нет, я не пытался её удивить – просто мне нужен был крючок для подвески расширительного резервуара станции. Вбить же что-то в живое дерево, колышек там или гвоздь, у жителей деревни-на-деревьях приравнивалось к святотатству. Только если никак иначе не обойтись – то можно, но предварительно семь раз отмерив, промазав кору над поврежденным местом смолой и лечащим составом… и получив одобрение Общества на сие действо. И, будьте уверены, своим правом контроля травматического строительства пользовались не только ближайшие соседи. А что делать? Ведь здоровье деревьев напрямую влияло на безопасность скрытого поселения.

Не удивительно, что «солнечный эликсир» в Ветриле пользовался повышенным спросом – эта ведьмовская жидкость заставляла дерево управляемо разрастаться, образуя помосты и «крыши» над ними. Разумеется, спецсредства никогда не хватало: затраты росли в геометрической прогрессии от ширины выростов. С другой стороны, загрузить ведьму только этой работой тоже не получалось – потребности поселения заключались не только в «строительстве» жилья и нужен был обменный фонд для взаимодействия с Войском Рубежа. И тут я такой со своими «трубками и иглами» нарисовался.

– Иди учись, – подтолкнула в спину девочку наставница, когда я начал объяснять что к чему. – мне будешь помогать, стара я уже сама себе вены колючкой дырявить. Да и самой скоро пригодится.

– Теперь, я думаю, Общество задержаться предложит, – возясь со жгутом, как бы невзначай намекнул я. Когда мы собирали торговую экспедицию в Ветрило, мне и в голову не пришло поинтересоваться возрастом здешней ведьмы. Потому я, мягко говоря, не был готов увидеть тут такую ситуацию.

– Сама уйду, – отрезала старушка. – А ну, нечего нюни распускать. Кому сказано: учись, пока показывают!

Мелкая громко всхлипнула, утерлась рукавом – и послушно принялась следить за моими действиями. Я тоже промолчал, да только, видать, слишком выразительно.

– Я хорошо пожила, долго, и уйду сама, пока в трезвом уме и твёрдой памяти, – уже мне с нажимом объяснила она.

– Что-то Тапир никуда не собирается уходить, – умом я понимал, что бабушка вовсе не от хорошей жизни собралась искать упокоение в желудке твари, но… смириться было выше моих сил!

– Повезло придурку, Тьма его хранит, – добродушно покивала ведьма, и неожиданно зловеще добавила. – Пока.

Вздрогнул не только я, но и воспитанница. Что, впрочем, не помешало мне поставить иглу самому себе. Так уж получилось, что моя кровь по группе подходила старухе, потому я решил на первый раз обойтись без посторонних. Кстати, ещё в Ключах мы с Таней очень аккуратно попробовали перелить немного «неправильной» крови Наташе, и иммунной реакции так и не дождались. Косвенно это подтверждало мои выводы, что можно в принципе лить любую – Тьма справится, но… Всегда есть «но».

Вот почему так дороги и сложны испытания новых лекарств, например: по реакции одного человека нельзя сказать, действенно и безопасно оно или нет. Результат может смениться на строго обратный при изменении дозы, пола больного, возраста, веса… и ещё едва ли не сотни параметров. Приходится устраивать сложные, многоступенчатые тесты сначала на клеточных культурах, потом на животных, и только потом на группах людей, обязательно оставляя контрольные. В общем, рисковать я не стал. У меня даже лаборатории для полноценных клинических испытаний не было, я уже не говорю про ведьм в нужном количестве. Зато определение группы крови и резус-фактора я мог провести едва ли не на коленке.

– Мне показалось, ярл ваш собрался ещё долго в своём гамаке небо коптить, – убедившись, что разговор увял сам собой, вернулся к интересующей теме я. Местная адептка Первостихии явно знала побольше Натаны, а раз так – грех было упускать такой источник информации. – Более того, он и моему сержанту пообещал едва ли не вечную жизнь, если только тот в когтях тварей не сдохнет раньше срока.

– Вечную-не вечную, а побольше человеку отмереного, конечно, проживёт, – Тёмная вдруг ехидно улыбнулась. – Ежели твоя ведьма ему зелье омоложения сварит, магик.

– Моя? – спокойно переспросил я.

– Ну я же не слепая, Свет уберег, – почему-то восхвалила противоположную Стихию колдунья. – Не любят нас соплеменники, а чужаки – ты уж прости, Огонёк, но на здешнего ну никак не тянешь, – ещё и боятся. И правильно делают, разумею.

– Вот как раз потому, что я «магик», мне бояться нечего, – возразил я. – Моя Жизнь меня защищает от любой другой волшбы.

…Если маг-противник не окажется сильнее, или тупо не прибьёт физическими проявлениями Огня или там Электричества. Прочем, водой тоже можно убивать только в путь.

– Думаешь? – умилилась старуха. – А что если вот эту твою станцию наоборот соединить, да моей крови тебе в жилы залить, как считаешь, что я смогу с тобой сделать?

У меня действительно крепкие нервы. А ещё – приличный опыт попаданий в смертельно опасные ситуации, которые научили меня очень быстро думать прежде, чем дёргаться. Иначе бы я уже вылетел за дверь хибары, благо, ранка от иглы заросла бы на мне мгновенно. Но в лице, надо полагать, всё же изменился.

– От и я об чём, – скорчила веселую гримассу эта… ведьма. – Не подумал, так ведь? Женщине своей помочь хотел. А из наших любой в первую голову мозгой пошевелил бы – да и не стал мастерить, от греха подальше.

– Уела. Крыть нечем, – через силу вслух признал я, заставив Тёмную победно фыркнуть. Ну что, правда же – действительно ведь не подумал. А людей, которые могут сказать что-то полезное, надо слушать и поощрять продолжать говорить. Даже если они сами по себе, мягко говоря, не вызывают позитивных эмоций. Простое правило, которое я вывел для себя без всяких тренингов, самостоятельно на последнем курсе института мне в жизни не один раз уже помогло. – Так что там на счёт зелья омоложения?

– Что-что… поишь старого хрыща, ему силы и здоровье возвращается, – подтвердила информацию из сказки Миланы «милая» старушка. – Только его можно ограниченное число раз принять. И если человек Тьму не принял – тоже лучше не давать, может подействовать, а может и мозги начисто отшибить, превратив в чудище какое.

– Понятно, – оставалось только порадоваться, что лично мне такое радикальное вмешательство в организм без надобности. – А Тапир?..

– Дважды его уже молодила, – без тени смущения призналась ведьма. – Первый раз когда он из Войска вернулся весь седой да в шрамах, а второй – когда единственный выжил после выплеска последнего. Нельзя больше.

– Хм… – я мысленно прокрутил в голове беседу Баюна с ярлом, потом ещё раз. – Так он что, не знает?!

– Не-а, – Тёмная так и лучилась самодовольством. – Да ты любую ведьму спроси, вон хоть свою – тоже не признается, что знает молодильный состав. Секрет то наш, колдовской. Некоторые догадываются, конечно, кто поумнее – шило-то в мешке утаить большого труда стоит. Вот ты б точно догадался, магик, умный потому что, небось и выпытал бы у своей. Только ить догадки – одно, а знать – другое. Понимаешь, что началось бы, кабы всем известно было? Оно ведь как: что сдохнуть, что чудищем стать – разницы-то, если покумекать, не много. Даже если шансов почти нет, всё одно попробовать стоит.

– Так вот оно что! – вдруг до меня дошло, зачем престарелые ведьмы уходят из родных деревень. Вдали от жилья внезапно возникший монстр не так уж и опасен будет. Да и сожрут его быстро – пусть сильного, не безмозглого, считай – только-только родившегося.

– Говорю же: умный, – теперь уже печально и устало вздохнула старушенция. – Не действуют на нас зелья, а когда над самой собой магию творишь… ну, ты понял.

Глава 13

Визит в Ветрило в итоге оставил у меня сильно двоякие впечатления. С одной стороны он, несомненно, удался. Даже более чем удался – я в итоге получил куда больше, чем ожидал. Честно говоря, опасный маршрут стоило преодолеть хотя бы просто для того, чтобы послушать сказки и истории старой ведьмы. Знала она их превеликое множество, болтать любила, а ещё больше – пугать собеседника. В итоге я только на переписывание полезной информации, выданной Тёмной, истратил половину взятой с собой бумаги.

Как вам, например, информация, откуда в селениях берутся новые адепты «чистой» Тьмы, в смысле, именно Первостихии, а не Тёмного Воздуха или там Тёмной Жизни. Думаете, рождаются у ведьм? Хренушки. Оказывается, если серьёзно заболевает ребенок до пяти лет, его, всё же, с согласия родителей, иногда пытаются лечить зельями – есть небольшой шанс, что они сработают. А ещё есть шанс, что в попытках справиться с вызванными препаратом мутациями маленький организм примет первородную Тьму. Если Тёмной становится девочка, то её берёт на воспитание ведьма этого скрытого поселения, либо будущую колдунью перевозят туда, где есть «вакансия». А вот если мальчик, что, к счастью, случается очень редко… в общем, его просто убивают. Одна из тех по-настоящему мрачных сторон жизни зарубежников, о которой они сами стараются не вспоминать лишний раз.

Разумеется, я спросил откуда взялась такая дискриминация. В ответ колдунья с явным удовольствием рассказала мне реально страшную сказку… с откровенно эротическим уклоном. И при этом с намёком поглядывая на станцию переливания крови. Приводить историю не буду, объясню только суть: адепт Тьмы действительно может изменить организм донора, внедрив в его тело часть своего. И если для ведьмы способ только один – переливание крови, то для ведьмака возможностей на одну больше. И та, вторая, вполне естественная, никаких дополнительных приспособлений не требует: в мужском организме нужный инструмент идёт комплектом от рождения… ну, вы меня поняли. Бррр, до сих пор передёргивает, когда вспоминаю, что ведьма по этому поводу наболтала…

С другой стороны, экономической, визит в деревню-на-деревьях получился прямо-таки провальным. В поселении попросту не оказалось ничего равноценного, чтобы обменять наши товары. Нет, ветриловцы честно открыли перед нами двери своих общинных складов (по большей части – отвязали сетки от деревьев) и согласны были отдать половину своих драгоценных суперстойких к гниению, погодным условиям и истиранию веревок. Вот только унести их с собой столько, сколько имели право забрать, мы просто физически не могли!

В итоге взяли почти все эликсиры, что не входили в «предзаказ» Войска, ещё кое-что из относительно компактного, типа незнакомых Наташе ведьмовских рецептов, мёда, сколько-то веревок… и всё. А взамен оставили технологию выращивания картофеля и овощей на незащищенных делянках на полянах в лесу (просто высадка перемежая с горькой травой), здоровых детей, залеченные секвойи из числа повреждённых в былые годы ветром и молниями (там где не справляются лекарства, маг Жизни – разумный выбор)… в общем, местные остались нам сильно должны. Но поскольку понятие «долг» в обществе с высокой долей коллективной собственности трактуется своеобразно… м-да. Одна польза: Молчун пообещал, что обязательно передаст эльфам весточку с настойчивой просьбой прислать представителя в Ключи не позже осени. Попутно группа, несущая рекомое послание, попытается уговорить жителей остальных деревень прислать торговые делегации к нам… но тут уже как повезёт. В общем, остаётся только надеяться, что всё сложится и нам повезет…

Обратный путь прошёл ещё проще, чем дорога туда: парочку стад овец удалось без проблем обнаружить сильно загодя и не напрягаясь обойти. Вараны, лисы, волки и прочие опасные твари словно дружно решили эмигрировать куда подальше. Да что там, давление дикой магии, которое я после года на заставе ощущал только тогда, когда про него вспоминал, и то чувствовалось на самой грани восприятия. Как на прогулку вышел, ей же ей. Стоит ли удивляться, что не только я, но и мои спутники-рубежники слегка расслабились?

Болтали между собой участники торговой экспедиции вполголоса, потому до меня доносились только отдельные фразы, но и по ним можно было составить некое общее представление о впечатлениях от визита. В основном, конечно, народ сравнивал жизнь в Ветриле с жизнью в Ключах, и, разумеется, обычно в пользу последних. Что меня больше всего повеселило, так это то, что основные аргументы за родной дом были «да мы-то не жрём одно и то же круглый год» и «в отличие от некоторых мхом не заросли, вон, теплицы захотели – и построили!» Разумеется, я не стал вмешиваться и напоминать, почему ключевские «взяли и захотели».

Кстати говоря, видимые изменения легко было заметить уже на подходах к деревне: лесозащитные полосы зеленели настоящими крепостными стенами, непроницаемыми и высокими, а нижнюю часть живых преград закрывала всё та же сверхгорькая трава. И большой моей заслуги тут не было: да, кое-где прошёлся весной по насаждениям, заращивая оставленные тварями или образовавшиеся сами собой бреши – но и только. То, что я сейчас видел, было всего лишь результатом тщательного и постоянного, но в целом несложного ухода за живой изгородью – там подстричь, тут подвязать, полить, а под корни присыпать немного торфа, правильно смешанного с золой. Состав подкормки опять же подбирал я – по большей части экспериментально, а всю работу сделали местные. Что ни говори, а было приятно видеть результат своей работы.

За лесополосами кипела работа: навскидку наружу вышла добрая половина деревни, если не две трети. Отвальные оставались в основном охотниками и собирателями, потому нельзя было пропустить разгар ягодного сезона и начало грибного. Увидев первую попавшуюся на нашем группу сборщиков, Баюн глухо выругался под нос и резко повернул к ним. Я проследил, куда он направился – и поспешил за ним: чуть в стороне от взрослых и подростков расположился средний сын сержанта, гордо подпирающий невысокий… флагшток. Цветной лоскут на вбитой в землю палке время от времени вяло трепыхался на слабом лесном ветерке, демонстрируя всем желающим аккуратно выведенную цифру «2».

– Ты как здесь очутился? – разведчик покосился на меня, и добавил совсем не то, словно, что собирался: – Негодник! И куда мамка твоя смотрит?!

– Это не она смотрит, это я за ней смотрю, – ничуть не испугался отцовского гнева отрок. – И за остальными в отряде тоже. Я – дежурный!

Столько гордости было в последних словах, что папаша аж опешил.

– Флаг, – понял я, в отличии от подчинённого не снедаемый волнением за отпрыска. – Контроль направления ветра, так?

– Запахи и звуки распространяются по ветру, так нам тётя Таня объяснила, – аж надулся от собственной значимости мелкий. – Звери, даже неправильные, стараются двигаться против ветра, чтобы не быть застигнутыми врасплох. Значит эта сторона – безопасная. А если ветер изменится – я подам сигнал.

– Тётя Таня, значит, – хмуро глянул на меня мужик, но я только пожал плечами: затею с флагами придумали без меня.

– Хорош брови супить, – жена Баюна, до того собиравшая ягоду, подошла к мужу. – Только вернулся, нет, чтобы порадоваться, улыбнуться… А то ты не знаешь, что мальчишки, да и девчонки из деревни каждое лето ноги делают, ягоду с кустов поесть. Лучше уж так, чем потом по всем оврагам искать, где он ногу подвернул.

– Мам, мам, иди собирай, нам скоро домой уже! – всполошился «дежурный». – Смотри, тень от палки почти до отметки дошла.

– Бдительный ты мой, – улыбнулась женщина и попеняла супругу: – А ты не строй козью морду, коль домой вперёд меня вернешься, так печь растопи!

– Нашли, кому доверить… – весь наш отряд уже успел пройти мимо, впрочем, многие успели обменяться со сборщиками где парой слов, а где и объятиями-поцелуями.

– Пап! Я отличный Дежурный! – оскорбился мальчик, надув губы и невольно скопировав выражение лица отца. – Тётя Таня выбирала сама тех, кто не отвлекается, всё замечает и вовремя подаёт сигналы! Только таким тётя Мила по вечерам сказки рассказывает, вот!

Ох. Стоило догадаться, чья это затея.

– А для безопасности у нас арбалеты! – видя, что мы с его отцом опять переглянулись, заявил пацан. – Вон там лежат, заряженные и взведенные! И болты там с ядом внутри керам… керач… керами-ческ-ких наконечников, вот! Которые «не пересыхают и не портятся», вот.

Ого, а вот это, похоже, уже совместное творчество волкоухой и Наташи: первая явно переработала мою давешнюю идею с гранатами-бутылками, а вторая – творчески воспользовалась тем, что мне пришлось местных заставить научиться делать тонкостенные сосуды для станций переливания крови. И это я всего неделю дома не был!

– Привет! – Таня нашла меня куда быстрее, чем я успел добраться до деревни.

– Привет, – я ответил на поцелуй. – Прикрываешь гражданских?

– И это тоже, – уклончиво ответила волкодевушка, вдруг очень заинтересовавшись сидящим у меня на плече Пронырой. Сильно урезанную, но более-менее работающую связь Печатей я всё-таки смог настроить, потому мелкая химера опознала крупную и даже изобразила что-то вроде радости от встречи. По крайней мере, подставила шейку на погладить.

– Лопата?! – я окинул свою ушастую взглядом… и сразу зацепился глазами за инструмент. Сложно не заметить торчащую из-за плеча рукоять, ага. Учитывая, что в таком положении после одного не самого приятного инцидента на охоте возле Эрста волкоухая старалась без особой нужды ничего не таскать… – Так, и мешок.

– Трюфели копала, – призналась обладательница выдающегося по человеческим, да и по звериным меркам нюха, почему-то покраснев и прижав уши.

– Вот уж не знал, что они тут растут, – удивился я. О трюфелях я знал только то, что их ищут со свиньями: эти грибы полностью подземные и найти можно только по запаху. Вроде в Лиде их выращивали… кажется. Никогда не интересовался.

– Местные тоже не знали, – согласилась химера. – Учуяла… и вот. Но за обстановкой тоже следила. Только нет тварей окрест, специально отходила подальше и следы искала!

– Верю, – покивал я и показал на мешок. – Ты в курсе, как этот… деликатес готовить? Потому что я – нет. И деревенские, подозреваю, тоже, раз уж вообще о них не знали. Разве что Мила…

– Не надо Милы! – быстро попросила химера. – Я сама! В смысле, я знаю, как. Даже несколькими способами… Эйлана научила…

– Да ладно, – откровение Тани меня просто поразило. – Ты… смогла найти общий язык с этой долбанутой?!

На своей второй доставшейся «в наследство» рабыне-эльфийке я давно-давно поставил жирный крест. И не избавился от чокнутой истерички только из жалости: со своим характером любого другого владельца она могла довести до телесных наказаний или продажи буквально за несколько суток. Собственно, и доводила – до меня. Впрочем, надо отдать горничной дожное: готовить и содержать дом в идеальной чистоте она умела. То, что нужно, если дома не жить.

– Рона её ненавидит, – вздохнула волкоухая. – Только приказывает и запрещает с ней говорить. Ты ведь приказал Эйлане слушаться её во всём.

Пришлось кивнуть. Не сказать, что у Фирониэль прямо не было причин для такого отношения – собственно, я и отдал приказ о безусловном подчинении, чтобы не возникло нового тупого конфликта.

– Ро много выступает, а когда не в трактире с банджо и не спит – вышивает, – Таня взяла на руки Проныру – погладить. – А мне… вообще делать было нечего. Пограничной стражи в Миракии нет, тренироваться негде, прочесть всё что смогла я прочла… ну, как-то так получилось само. Оказалось – тонкий нюх отлично помогает готовить. Лана даже как-то признала, что у меня кое-что лучше чем у неё выходит.

Чудеса какие! Или – результат работы Печати, постепенно «подстраивающей» подсознание раба под хозяина. С другой стороны, может, увидев меня, Эйлана опять истерить начнёт…

У нас в избе не оказалось не только Милы, но и хозяйки дома. По счастью, я точно знал, что деревню они покинуть не могли, так что просто дал отмашку Тане готовить трюфели и стал разбирать… гм, подарки. Не знаю, порадуется ли Ната новым рецептам зелий, а вот баронетта новым мрачным сказкам – точно. О выборе приоритета действия я не пожалел: ароматы по единственной комнате вскорости поплыли такие, что только слюнки успевай подбирать. Даже подумал, что, может, не стоит ждать, пока пропащие заявятся, чем бы они там не занимались – мне и ушастой больше достанется.

– Соус не совсем подходящий, – повинилась волкоухая. – Но сливок здесь не достать, да и просто молока – тоже.

– Всё равно вкусно, – заверил я её, смакуя результат. Хех. Кто бы мне сказал два с лишним года назад, что выкупленная мною на деньги леди Пэр лабораторная химера, мрачная и замкнутая, станет поваром и гурманом – посмеялся бы…

– Арн, ты уже тут?! – блондинка-аристократка буквально ворвалась в дом, когда я успел осилить половину первой тарелки. Из-за её плеча выглядывала Ната.

– Успела-таки к ужину, – хмыкнул я, но улыбка тут же сползла с моего лица. – Говори!

– Зелья, – первое слово меня успокоило – не «трупы» и не «твари» уже хорошо. Как выяснилось, я рано расслабился. – Запас «воды» на складе для Войска… он пропал!

– Украли? – подобрался я.

– Да нет же, – дёрнула головой девушка. – Пропал в смысле стух. То есть не стух, а как правильно, Ната… разрядился, да?

– Что? – я просто не поверил своим ушам. – Как? Такое ведь возможно…

Я машинально потянулся к своему ощущению магии… и понял, что не чувствую ничего. Больше на Светлую Жизнь внутри меня ничего не давило. – …только там, где нет дикой магии.

Значит, не показалось. Уровень давления действительно упал. Теперь – ниже порога восприятия.

Мать.

Твою мать.

Хотя нет. Мама тут не причём, конечно. Я знаю, чья это работа – есть только один кандидат. Кристиан. Батя, что б тебя в аду черти драли!!!

…Вот …здец. Что сейчас начнётся…

* * *

– Стала править список заказа для логистов Войска, – привычку вышагивать взад-вперед во время напряженного разговора леди управляющая явно подцепила у Карины. Правда, я ни разу не видел, чтобы аристократка давала себе волю показывать таким образом свои чувства, но, видимо, сейчас сдерживаться среди своих она не посчитала нужным. – Он ведь десятилетиями не менялся, как и список спецпрепаратов на отгрузку. Решила начать с инвентаризации зелий – до твоего приезда сюда Наташа готовила по старому плану, то есть согласно новой схеме обмена должны были накопиться излишки. Пошли проверять… и вот.

– Как вы вообще поняли, что спецсредства испортились? Такое раньше бывало – чтобы в какой-то год уровень дикой магии… в смысле, чтобы зелья разряжались? – напряжённо размышляя, решил по ходу дела выяснить я. – Так, второй вопрос снимаю: если бы прецеденты были, проверка проводилась бы часто и регулярно.

– Они… стали светлыми… – в ответ на требовательный взгляд подруги выдавила из себя ведьмочка.

Я посмотрел на один из грубых порционных пузырьков на столе – по мне, он и пустым смотрелся не слишком прозрачным. Досадливо поморщился, подавив желание стукнуть себя раскрытой ладонью по лбу: ну конечно, особенности «ночного», в смысле Тёмного магического зрения. В нём насыщенные Тьмой объекты легко выделяются на более светлом общем фоне. Впрочем, если зайти подальше в Шрам, то там любой не Тёмный или недостаточно Тёмный организм или предмет будет выделяется на общем фоне более светлым силуэтом. А более Тёмный – совсем уж чернильной тьмой на фоне черноты. Вот почему за пределами магической аномалии «ночное зрение», даруемое «глазной настойкой» практически бесполезно: нечему создать контраст. Кстати, ещё одна неочевидная и нигде не названная причина, по которой на тварей по ту сторону вала охотиться значительно безопаснее.

– Ната на всякий случай несколько штук случайно выбранныхпопробовала, чтобы удостовериться совсем точно, – предвосхитила мой следующий вопрос Милана. Я, впрочем, и не сомневался, что она упустит из вида необходимость контрольной проверки.

– Хоть что-то из запасов уцелело? Последние партии? – меня не очень устраивал ответ на вопрос «кто виноват», точнее, хотелось бы узнать, что такого Кристиан сумел наворотить, что привело к глобальным колебаниям фона, но… по большом счёту это могло подождать. Нужно было прежде всего решить «что делать» – причём решить срочно. Правда, возможно, уже поздно дёргаться…

– Примерно пятая от общего числа, – отчиталась блондинка. – Преимущественно то, что сделано три месяца назад и позднее, но есть спецпрепараты, оказавшиеся более устойчивыми к… как ты там сказал?

– К ослаблению давления Тьмы… – я кивнул сам себе. Что ж, решение вопроса с сохранением остатка зелий – на поверхности. Зимой сломался холодильник? Выложи все продукты на балкон. Что-то помёрзнет, что-то наоборот – разморозится, но хоть часть уцелеет. Ну или нужно сразу всё съесть… кстати, ведь тоже выход. Только в моём случае не съесть, а сдать интендантам Войска. – Мила, бери Наташу и срочно, прямо сейчас организуйте упаковку спецсредств для транспортировки. Старосту привлеките, точно знает что и как паковать, заодно пусть людей посчитает. Я поведу свой десяток, нужно сразу понять, если носильщиков не хватит…

Вот сейчас Баюн и остальные «обрадуются». Особенно перспективе на ночь глядя переться строго на север, практически тварям в пасть… Так, стоп.

– Неясь должен быть в курсе, кто в этом году должен в Войско вступать, – движением руки я остановил уже было сорвавшуюся на бег аристократку. – Пусть скажет им, чтобы собирались тоже прямо сейчас: пойдут вместе с нами.

Отправлю две двойки к соседям: в Ветрило и в Горелую Балку. Или Рубежники останутся без препаратов совсем. Процесс падения фона в принципе в любой момент может повернуть вспять – ну, в теории. Мало ли что там папаша натворил, вызвав такую реакцию. Но исходить надо из предпосылок, что будет только хуже. К счастью (боже, не верю, что я это говорю!) заставы Рубежа вынесены достаточно далеко на север, да ещё и на главном меридиане находятся – их падение фона затронет в последнюю очередь или не затронет вообще. Последнее, кстати, и есть самое хреновое: первая линия и так полуразрушена, а если вести ремонт и обороняться придётся без зелий…

Чёрт! Ещё тыловой штаб надо предупредить! Именно надо, а не «очень желательно» – наверняка ведь маги прое… не заметят вовремя, что Тьма отступила, как не заметил я. Вот только как доставить уведомление? Не разорваться же мне! Только я могу определить, как далеко нужно уйти вглубь Шрама, «ловя» своим ощущением магии нужный уровень давления. Может, Милану отправить в «Берлогу»? Сейчас, летом, оставленные на конюшне у Урсы химеры способны донести седока до штабной крепости примерно за двое суток, даже чуть меньше… только самой девушке добираться туда ещё два дня. Долго. Таню отправить? С учётом того, куда мне сейчас придётся лезть – и с кем! – отпускать от себя разумную химеру ну совсем не хочется. Чёрт. Разберусь со всей этой хренью – вот реально засяду за проект магической сотовой связи! Мне ведь всего одну строчку переда… хм?

* * *

Я не люблю кризисные ситуации. Я их, честно говоря, терпеть не могу. Ведь кризис – это когда что-то непредусмотренное вторгается в твои планы, рабочие процессы… и ломает их ко всем чертям! К форс-мажору можно готовиться, но нельзя быть готовым: иначе какой же это форс-мажор? Потому хороший менеджер – это тот, кто не допускает кризисных ситуаций. Точнее, не допускает их по своей вине или по вине подчинённых. Увы, всегда есть обстоятельства, которые находятся вне возможности планирования и контроля: природа, погода… и люди, которые тебе не подчиняются. Потому редко какое дело обходится без кризисов вообще. Это значит, что хороший менеджер просто обязан разбираться в кризисном управлении.

Увы, один и тот же человек редко может сочетать в себе талант к планированию и талант к решению проблем в состоянии форс-мажора. Недаром в просторечье есть довольно обидное для некоторых военных выражение «генерал мирного времени» для тех, кто хорошо справляется со своими обязанностями, пока войска не воюют. А в крупных корпорациях вполне официально вводят должности «кризис-менеджеров», способных подменить на время «острой» ситуации штатного руководителя и не дать развалиться и встать текущим процессам. Себя я всегда относил именно к «мирным» – планирование и контроль это, как говорится, «моё всё». Но события последних четырёх лет – всё, что случилось после попадания – заставили меня пересмотреть моё мнение о своих возможностях и способностях.

Нет, ну судите сами: ни одно(!!!) начинание, за которое я брался, я так и не смог довести до конца. Планировал избавиться от необходимости сражаться с тварями? Угу, а кто это сейчас ведёт куцый отряд, нагруженный специальными торбами с зельями, прямо по направлению к центру Шрама?.. Это был риторический вопрос, можно не отвечать. Магии хотел научиться? В итоге после полутора лет более-менее регулярных занятий меня пинком под зад отправили в единственную постоянно воюющую армию на континенте! В которой, если уж на то пошло, мне нужно было всего лишь отсидеть не отсвечивая три года до истечения стажёрского контракта… ага, сейчас.

Даже моя самая первая цель, устроить себе тихую спокойную жизнь с любимыми девушками, не просто не удалась – с треском провалилась. С громким треском. И как бы мне ни хотелось свалить всё на стечение обстоятельств, нельзя не признать: виноват в этом был именно я. Обстоятельствами ведь нужно ещё воспользоваться. Надо отдать самому себе должное – пользовался я по полной программе, стараясь выжать из ситуации всё возможное и даже больше. Неудивительно, что результат моих усилий замечали.