Текст книги "Как по заказу 1-6. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 119 (всего у книги 124 страниц)

Глава 15-1

15.

Шелест волн, скрип такелажа, редкие хлопки парусов, резкие трели боцманской дудки, дробный топот матросских пяток – всё это на второй-третий день путешествия по морю удивительным образом сливается в умиротворяющий, настраивающий на философский лад, фон. Если, конечно, у вас нет морской болезни. И вам, разумеется, должно повезти попасть на парусник пассажиром – с экипажа во время вахты каждый раз по семь потов сходит, даже если погода преотличнейшая. А уж когда ветер свежеет или, не дай Свет, начинается шторм…

Морской болезни у меня не было – страдающего от такой глупости Повелителя Жизни во всём мире не найти. Кроме того, пассажирами я и мои супруги были не простыми: экспедиция была снаряжена в кратчайшие сроки по прямому распоряжению сатрапа конкретно ради нас. Что очень мешало капитану загнать так раздражающую его «сухопутную шушеру» по каютам. Мужика можно понять – он ведь не пароходом командует, а на паруснике каждый сантиметр верхней палубы несёт свою рабочую функцию. Где-то канаты сворачивают «лишние», в других местах два матроса должны разойтись не столкнувшись, а тут лежат багры и прочий аварийный инструмент.

Но протекторатовцу пришлось наступить на собственную военно-морскую гордость – Таня мне пересказала пару раз, какими словами он нас регулярно крыл за глаза, аж заслушался! Компромисс нашёлся, и теперь мне никто не мешал «медитировать» на белые барашки волн и далёкую горную гряду на горизонте сколько влезет. А подумать было о чём.

Судьба. Я попал в ловушку собственного мировоззрения, рассуждая о ней, как о сущности со свободной волей, подкидывающей мне то пакости, то плюшки. Это я-то, бога поминающий только к слову и вообще не верующий. До чего довели, а? Вот местные, в отличие от меня, во всякую сверхъестественную хрень верить не спешили – в том числе самые тёмные крестьяне. Даже Белая Церковь строила базис своего учения на том, что Свет – это часть любого человека. Утверждение это является, как ни крути, объективным фактом – не светлые существа вроде всё тех же эльфов проявления этой Первостихии просто не видели.

Можно поспорить о накрученной клириками поверх фактов пасторальной идеологии – но и она была придумана для обслуживания эффективного взаимодействия адептов Света и простых людей, то есть с вполне приземлёнными мотивами. Рудиментарным мистическим восприятием реальности в итоге в последние годы на всю планету мучился только я – багаж попаданца, увы, включает в себя не только полезные знания и навыки, но и вот такой балласт. Что ж, навести порядок в собственном ментальном «рюкзаке» никогда не поздно.

Итак, судьба. Глупо отрицать – я слишком часто влипаю в разные опасные для жизни ситуации. Аномально часто. Мелкие и не очень совпадения столько раз вносили коррективы в мои планы и действия, что я даже со счёта сбился. Конечно, при желании жизнь любого человека можно расписать как череду совпадений – всё от точки зрения зависит. Но, блин: мне «везло» как-то особенно эффективно! Причём, обычно после того, как я некоторое время смог прожить спокойно и размеренно. Первая встреча с гидрой, едва не ставшая последней – после отпуска. Или сначала надо вспомнить нарийского тигра, напавшего на меня и Машу именно тогда, когда мы после покупки Вспышки приловчились щёлкать монстров в окрестностях Эрста как орешки? Потом я попытался сбежать от прелестей зимней Охоты на границе Лида – в итоге болотный секач достал меня аж в герцогстве Берг, причём именно в тот момент, когда я был максимально плохо подготовлен.

Дальше – больше. Выкупил и натренировал Таню – разумная химера сделала любой рейд в сторону Шрама для меня лёгкой безопасной прогулкой. И вот, лови плюху – нападение лисицы-хаски! Ладно, напрягся, быстро набил в Рении нужную сумму для продолжения обучения на старших курсах университета, опять перестал рисковать жизнью… и оп-па: здравствуй, папа! Ну и дальше: стал слишком важным младшим командиром на заставе Сим, перестали посылать в рейды в степь? Лови не-волну, пролом в стене и эвакуацию через волков.

Но вот я прошёл через все невольные испытания, стал слишком важной птицей для передовой – идиотский эпизод знакомства с паладином Пересветом по дороге в республику не в счёт. Когда ситуация всё-таки вынудила меня самостоятельно ввязаться в авантюру с захватом Рыбной – я сделал всё, чтобы минимизировать риски, и это сработало. Но порадоваться толком не успел – буквально через несколько часов во дворце меня ждал настоящий ад. Да я меньше рисковал, когда отбивался на Сим от хлынувших в пролом тварей – у меня оружие было и броня! Чуть-чуть иначе сложились бы обстоятельства, не хватило бы скорости реакции, просто случайная стрела прилетела бы в спину – и всё. Смерти плевать на титулы и магию, на оправдания и отговорки, на то, что ты «не готов».

Я уцелел и вывел своих из-под удара. Более того, смог сделать то, зачем вообще приехал в Объединённые Протектораты. В общем, успешно повторил то, что уже проделывал несколько раз – выпутался из очередного приключения с прибытком. Повезло? В каком-то смысле, да. Везение ведь не приходит просто так: если сам ничего не можешь, то его даже при самом лучшем раскладе может не хватить. И тем не менее – факт остаётся фактом, я влип. В очередной раз. Только теперь у меня наконец-то появилась нормальная теория на счёт периодического попадания в смертельно опасные неприятности.

Помнится, на Земле я читал про одного уникума, который семь раз попадал под прямой удар молнии и выживал. Имени как-то не запомнил*, зато другое не забылось: после третьего, кажется, раза мужик решил: во-первых, это неспроста, и во-вторых – хватит с него. Жил он в США, работал смотрителем в национальном парке, потому некоторое время у него получалось в прямом смысле бегать, точнее, уезжать от гроз на служебном внедорожнике. В итоге свои заряды он всё равно словил, только атмосферное электричество его теперь уже не только обжигало, но и натурально поджигало! А, ну и да, «милый» факт – при грозе обычно доставалось не только «человеку-громоотводу», но и сопутствующей инфраструктуре: взрывались трансформаторы, горели строения и всё такое.

Я не могу представить себе, что такое должно случится с телом человека, чтобы оно стало притягивать атмосферное электричество. Молния ведь просто ток, который идёт (течёт) по пути наименьшего сопротивления. Но – факт есть факт. Так почему бы не предположить, что мужика каждый раз догоняла та самая пресловутая судьба. Не демон, не кармическая расплата – просто срабатывал некий условно-физический (в том смысле, что не мистический) фактор, отвечающий за вероятность оказаться в нужное время в нужном месте. И если пытаться избегать попадать в эти самые условия – прилетает реже, но пропорционально сильнее. И менее прогнозируемо.

[*Рой Кливленд Салливан – мужчина, попавший в Книгу рекордов Гиннеса как человек, в которого попала молния рекордное число раз.]

Что ж, старинная мудрость советует: не можешь предотвратить – возглавь. Перспектива так себе – лезть в приключения по расписанию это всё равно что отправляться раз в год ловить молнию собственной башкой, чтобы обезопасить себя на некоторое время. Но что делать, если неведомая хрень, у которой даже мозгов нет, сделала тебя натуральным долбанным фэнтезийным героем? На судьбу в классическом земном понимании я хотя бы попенять мог, а тут… Сам, всё сам. И вляпался, вот прямо чувствую – тоже сам. М-мать! Хотел на Земле приключений вместо рутины – получил полной ложкой. Вот только я не заказывал, чтобы каждый следующий трындец был масштабнее и опаснее предыдущего! Правда, может в сердце Шрама и не придётся лезть… хотя кого обманываю? Сам не верю же. Ма-ать…

– Арн, почтовая птица, – Таня соскользнула вниз по вантам, как заправский моряк. Одной рукой она прижимала к себе спокойно это терпящую здоровенную серую чайку. Под жёсткими перьями на груди так, что сразу и не заметишь, был подвязан кожаный мешочек с посланием – в отличие от химер, груз крылатых почтальонов исчислялся всего лишь сотнями грамм. Зато крылатая ящерица с грузоподъёмностью в пару килограмм и скоростью полёта раза в четыре выше никогда в жизни не смогла бы найти у береговой линии идущий под парусами корабль. Интересные создания, изучить бы их как следует… когда-нибудь, когда будет свободное время.

– Пошли к капитану, – я подавил вздох. Когда-нибудь с моим образом жизни определённо грозило стать синонимом «никогда».

Пакет вскрывали втроём: я, командир корабля и скакнувший аж на два звания вверх бывший канонир, а ныне специальный представитель сатрапа и командир экспедиции майор Полак Трей. Монарх видать решил, что от добра добра не ищут и отправил вместе со мной человека, уже сумевшего наладить со мной двустороннее взаимодействие в условиях чрезвычайной ситуации. Что называется, и наградил, и припряг за вовремя проявленную инициативу.

Послания для чаек писались на тонкой, как сказали бы на Земле – папиросной бумаге и максимально мелко. Потом лист складывали много раз, пока не получался маленький аккуратный квадратик – и вот его уже засовывали в птичий мешок. Опытные армейские клерки уже приучились писать их так, чтобы имя адресата в итоге оказалось на внешней грани сурового военно-орнитологического оригами. Один бумажный квадратик достался капитану, один – главе экспедиции из одного (зато самого быстрого в Борленде!) корабля, а все остальные – мне. Заметив знакомый почерк, я аккуратно сгрёб на ладонь послания и отправился изучать их в нашу с девочками каюту.

«Лично прибыл в Борлдроп, закрыл заключённые тобой договорённости,» – писал мне Вирн. Слово «закрыл» было подчёркнуто, чтобы я уж точно понял правильно: денежный транш был передан. Ну и правильно: есть время приумножать богатства, а есть – тратить их, пока они всё ещё стоят свою цену. – «Первых тварей уже заметили в прямой видимости от южных границ степи, так что выполнение достигнутых договорённостей со стороны наших партнёров выполняется даже с опережением сроков.»

Ну да, сатрапу вовсе не улыбается заполучить к следующей осени ещё и дефицит мяса в стране. Череда сильнейших выбросов дикой магии и подгоняемые ими волны изменённых фактически уничтожили все три линии. Уцелевшие Рубежники и сильно потрёпанные войска королевств вынуждены были отступить, бросив повреждённые форты и крепости. От застав, как я понимаю, остались только большие кучи глины, перемешанной с досками.

Собственно, за то, что выжили не жалкие единицы, людям и бывшим людям стоило благодарить противостояние Лида и Церкви, переросшее в странноватый союз. Сначала фронт отступающей смешанной армии держали одарённые клирики и паладины а потом, когда от Горловины отошли достаточно и концентрация Тьмы в воздухе упала до приемлемой – вперёд вышли республиканские химеры. Однако вернуться не было никакой возможности – за пять дней было три выплеска и, соответственно, три волны чудовищ. Сейчас объединённое войско стояло в двухстах километрах к югу от вала Шрама и в пятидесяти километрах к западу от левого края второй линии.

«Миракия и все полисы к северу от неё в осаде мутантов. Совет прорабатывает план эвакуации населения Рении. Также пришлось закрыть свободное перемещение по дорогам страны граждан, теперь только в составе караванов.»

Логично. Представляю, что сейчас в самых северных королевствах творится. Надеюсь, наставник выполнил своё обещание и уже вытащил из баронства Бертран Карину с ребенком и Милану.

«Ранее упомянутые тобой особы и отпрыск сейчас со мной. Поскольку мне минимум полгода придётся неотлучно провести в качестве представителя Совета Лида в Объединённых Протекторатах, я посчитал такой вариант выполнения нашего договора единственным реально выполнимым.»

Ну да, сложно сопровождать роды, когда ты далеко на юге, признаю. Впрочем, так даже лучше: декан притащил за собой и всех остальных своих химер (именно они везли золото при сёдлах) – так что ещё большой вопрос, где безопаснее: в посольстве или в Нессарии, где «отдельные мутанты» тоже под стенами уже ходят.

«Благородная Милана Пэр и баронесса Карина Бертран мною были представлены ко двору сатрапа как твои супруги.»

Тут я не сдержался и похлопал в ладоши, разбудив прикорнувшую подремать у открытого иллюминатора Нату. А Вирн-то хорош: импровизацию прокрутил совершенно в моём стиле! Один вывод двух провинциальных красавиц в свет – и вот он уже не просто новый дипломатический представитель, а полномочный преемник предыдущего посла, то есть меня. Есть, правда, один крохотный такой нюанс: если рыжая просто продолжит спокойно воспитывать нашего сына, как и обещала, то Мила же не сможет усидеть на заднице ровно. Уверен, даже сейчас, «с пузом» – уже не смогла. И я даже знаю, во что вцепились её изящные пальчики: Рыбная гора!

Ну вот некогда мне было этим заниматься – пришлось в бешеном темпе готовиться к отплытию. Тогда не самый чистый актив так и «завис в воздухе», формально оставшись за мной, зато теперь, после официально подтверждённого брака, остаётся только гадать, что именно с бывшей криминальной клоакой сделает моя достойнейшая ученица и самый эффективный менеджер этого мира. Бандитам сильно повезёт, если они успеют удрать в тюрьму, пока блондинка разбирается с новой игрушкой.

Проклятье, всего на несколько дней в итоге разминулись… Зато – я уже на полпути к горцам, смог выиграть время. Жителям анклава придётся ответить мне на все неудобные вопросы – а их, уж поверьте, скопилась у меня целая тетрадка! Одно плохо: я почти уверен, что после этого мне придётся лезть в Шрам. Под импульсы перегруженного главного контура, шарандашащего на пол-материка Тьмой и ещё чёрти чем. И отключать его вручную. Как самому настоящему долбаному героическому герою. М-мать!

Я пододвинул к себе следующий квадратик письма, аккуратно развернул, вчитался в бисерно-мелкие строчки: «Арн, твою налево, как ты мог нас не дождаться!?!?!!!!!!!!» Улыбнулся. Быть героем – не всегда плохо и глупо. Иногда просто нельзя иначе – даже если дурацкая судьба и не толкает тебя в спину.

Глава 15-2

* * *

В день нашего с сатрапом знакомства кроме информационного терминала в бывшем зале управления мы всё-таки наладили и тот, который располагался в сокровищнице. Он, по сути, и давал доступ ко всем автономным функциям БОРЛа. Хотя нет, не так: давал совершить с активными функциями заранее заданные действия. То есть по сути это был не компьютер и даже не калькулятор, а просто пульт со сменными интерактивными панелями для экономии места – никаких вычислений эта штука не проводила.

С другой стороны, техномагический интерфейс позволял считывать параметры организма пользователя, когда тот клал поверх ладонь и даже запоминать их. Собственно, так сатрап и вводил в права владения Башней Основателя своего наследника. Там, правда, тоже было не всё гладко – требовалось кровное родство, раз, и от поколения к поколению скорость срабатывания падала – два. Но что вы хотите от пусть и магических, но механизмов, которые в последний раз обслуживались минимум пять сотен лет назад? После чего они пережили первую катастрофу, сброс, лендинг и примерно двадцать поколений всё более неумелых юзеров. Уверен, классическая техника и электроника такой режим не пережила бы точно.

Кстати говоря, учитывая общий ультра-кондовый пром-дизайн бывшей верхушки башни управления 29-й подстанцией (кстати, подстанцией чего?), уверен – наши, земные инженеры ни за что бы не разместили на подобном объекте сенсорные пульты. Кнопки, переключатели в максимально неубиваемом исполнении – да, но не прихотливые штуковины без реализации физического замыкания-разъединения. Тем не менее, выбор был сделан, что наводило на очень интересные размышления о создателях Шрама. Например, что магию они освоили гораздо раньше науки, и потому распознающий касание артефакт им казался значительно надёжнее пульта с кнопками.

Тем не менее, общая логика, например, размещения и подключения оборудования мне была совершенно понятна. И я даже знал, почему: в биологии это называется конвергенция. Схожие задачи вызывают появление схожих решений. Стремительные тела дельфина и акулы во многом похожи между собой, а летучая мышь и птицы имеют совершенно идентичный грудной киль, вырост грудины, к которому крепятся мышцы, приводящие крылья. Примеров масса. Собственно, ничего удивительного, что люди из разных миров с разным развитием цивилизации для решения схожих задач использовали схожие решения.

Например, те же гермоворота на двух уровнях – явно ведь для того, чтобы исключить блокировку единственного выхода в случае неудачной посадки. Земные конструкторы обязательно добавили бы возможность раскрыть створки без энергии, чисто на физической силе, маги же, похоже, были уверены, что Стихии никогда не кончатся. И раз уж они «научили» БОРЛ их самостоятельно собирать на манер живого существа – то и проблем нет. Почти нет – потому что люк в потолке зала управления с ручным затвором всё-таки наличествовал. Его, правда, я сам, без подсказки сатрапа, не нашёл – не опознал в вырезанных в стене прямоугольных нишах вертикальную аварийную лестницу…

В общем, логика подсказывала однозначно: главный контур в сердце Шрама можно отключить. Причём не только штатно, но и в ручном режиме – слишком опасная штука, чтобы не предусмотреть дублирующие системы деактивации. Как раз на тот случай, если обычный способ и все другие удалённые не сработают. Главное – найти нужный рубильник, кран, винт, рычаг или как там реализовано. Что ж, мы теперь знаем, у кого можно спросить.

В теории средства навигации позволяли местным ориентироваться по солнцу и звёздам, но на практике наш капитан всеми силами старался не терять из виду горы, слагающие западный берег нашего континента. Для военно-морского флота Объединённых Протекторатов выбраться из своей «лужи» между берегом и островами архипелага, где все мели, течения и господствующие ветра известны – всё равно что на орбиту было выйти. А международный проект по исследованию другого континента и вовсе был чем-то сродни полёту даже не на Луну – на соседнюю планету. Только сейчас я понял, насколько рисковала мать, набиваясь в состав научной группы. У Кристиана не было и шанса в ближайшие лет пятьдесят даже просто увидеть жену – как и у экспедиции взять и вернуться назад. Они и не планировали, собственно. Наверное, именно потому мама и не реагировала на письма обо мне от Мартина: имея возможность прожить и сотню, и две сотни лет просто умение оставлять прошлое в прошлом реально необходимо.

Понять нашего кэпа тоже можно было: грозный и опасный (восьмипушечный!) военный борт от носа до кормы имел наибольшую длину в 34 метра. Что не мешало ему дерзко разрезать волны острым форштевнем и нести целых три «этажа» прямых и косых парусов. Вот только стоило ветру посвежеть – и даже мне становилось понятно наше место в открытом океане. Даже не скорлупка – блоха. Если бы начался настоящий шторм – уповать можно было бы только на одно: вовремя уйти под берег и там разыскать подходящую бухту в скальном массиве, где можно было бы непогоду просто пересидеть.

Повезло – штормов не было. Правда, с каждым днём похода на север становилось всё холоднее и холоднее, но тут уж ничего не попишешь: зима. Уже на подходе к конечной точке нашего маршрута, где вал Шрама с материковой стороны горного хребта встречался с горами, начались снежные заряды и обледенение. За то, что последнее никак не повлияло на наш ход, благодарить нужно было Машу: Свет, задействованный на максимальной площади, не слишком охотно разрушал намерзающую корку, но такой «противник» и убежать не мог. Мне тоже пришлось взять за правило сразу обрабатывать сменившуюся вахту вне зависимости от самочувствия. Право, сущие мелочи по сравнению с сухопутным маршрутом: в степи мы бы уже давно были вынуждены днём и ночью отбивать наседающих тварей.

Из-за погоды нужный залив открылся внезапно: после очередного снежного заряда вдруг выглянуло солнце – и мы увидели это. Словно в сплошной стене гор кто-то выломал одну, а то и парочку. Понимаю, почему дедушка нынешнего сатрапа немедленно туда свернул – больно многообещающе выглядело место, похоже на устье полноводной реки, например. Это потом, когда корабль заходит в залив, становится понятно: разрыва в цепи никакого нет, просто этакая выемка, гигантская природная чаша, в которую открывались несколько невысоких перевалов. Уже кем-то когда-то обжитая: в воды залива врезался монументальный каменный пирс. К такому и океанический лайнер подвести не стыдно. Со стороны берега рядом с причалом к склонам жались несколько небольших домиков… и всё. При некотором напряжении воображения можно было увидеть «дорогу», ведущую от пирса к одному из перевалов.

Матросы шумно обрадовались возможности ступить на твёрдую землю, а вот мне вдруг стало не по себе. Потребовалась минута самокопания, чтобы понять – близость гор, словно держащих тебя на блюдце на ладонях и пронзительная безлюдность были ни при чём. Я вновь почувствовал подзабытое и пока слабое давление дикой магии.

– Кэп, бросайте якорь и лучше подальше от берега, мы возьмём шлюпку, – предупредил я о смене планов. – И ни в коем случае ближе корабль не подводите, если решите пополнить припасы. Лодкой в случае чего можно пожертвовать – уж лучше так, чем на борт пролезет какая-нибудь тварь. Может статься, вы наш единственный билет назад. Полак… я искренне советую тебе остаться на борту, если есть хоть малейшая возможность.

– Приказ главкома, – развёл руками майор.

Грести пришлось самим – лучше уж так, чем припрячь матросов и из-за нападения мутантов лишиться части команды. Ничего, не развалились. И с каждым движением весла я чувствовал, как растёт давление. То ли дело было в горах, то ли большие массы воды как-то влияли на «дикую» магию – недаром создатели Шрама сделали модуляционную ёмкость в виде неохватного солёного озера. Пока вытаскивали шлюпку на узкий галечный пляж в стороне от причала, я едва себе шею не вывернул, стараясь смотреть сразу во все стороны: включились наработанные на заставе Сим привычки.

– Малейшее недомогание – и ты сразу, сразу должна мне сообщить, – раз, наверное, в десятый проинструктировал я химеру. Да, помню, крылатый почтальон продержался в схожих условиях довольно долго, да и Печать у Тани не в пример сложнее и мощнее, но… Если так и дальше пойдёт – то и просто неодарённые разумные рядом со мной окажутся под угрозой!

– Здесь пусто, вообще никого, – интенсивно поработав носом и ушами, вынесла вердикт волкодевушка. Только после этого мы, наконец, отпустили борта шлюпки. В доспехи или другой вариант брони мы облачились заранее и оружие сложили так, чтобы в любой момент можно было схватить со дна лодки – но хуже нет, чем сражаться прижатым спиной к преграде. Лучше отплыть от опасности – а дальше пусть канониры кэпа в стрельбе по берегу поупражняются. Даже с нашим вооружением и снаряжением. Жизнь в этом мире и служба на Рубеже в особенности меня очень хорошо выучили: безопасности, как и подготовки, никогда не бывает много.

– Двинули.

Строения меня разочаровали: голые изнутри коробки из того же материала, что и пирс. Даже без рам. Вообще никакого намёка, что здесь кто-то когда-то жил или работал. Только зря пятнадцать минут потратили, надо было сразу начать подъём на перевал.

Трудной дорогу наверх я назвал бы с некоторыми оговорками. Летом так тут вообще, похоже, сплошная благодать: кусты и редкие деревца зеленеют, поют птицы, светит солнце. Рай для туриста. Зимой риск навернуться на плёвой осыпи или просто поскользнуться на корке льда возрастал многократно, а нам ведь не только под ноги смотреть надо было. Но подъём, способный загнать в гроб иного офисного клерка, не смог сбить дыхание не только одоспешенной Маше, но даже Нате и Роне, не говоря уже про всех остальных.

Более того, как только Эйлана попросила пустить её вперед, восхождение к седловине перевала ещё больше упростилось. Что ж, логично – раз дикие эльфы живут западнее самых западных деревень отвальных – то им и до гор недалеко. А горы – это не пологий вал, укрытия там копать не нужно – и естественных полостей хватает на склонах. Опять же, не всякий монстр сможет пролезть там, где сумел пройти чело… разумный. Да уж, у моей бывшей горничной впечатляющий набор скрытых талантов. Вот надо было ей умудриться заполучить настолько стервозный и невменяемый характер, чтобы столь надёжно ото всех это скрывать…

– Здесь можно остановится на пять минут? – тормознул я нашу проводницу. Вообще-то вести нас должен был майор Трей, но пока всё его участие ограничилось указанием нужного перевала – дальше пока особо некуда сворачивать было. Мы почти забрались, стали попадаться совсем ровные и плоские участки «дороги», и на одном из них я решил… провести профилактику.

– На ледник не выходить – аккуратно постучала рогом лука по каменному языку, тянущемуся рядом, расколупывая на удивление гладко застывшую на манер цемента грязевую корку. – А так – да.

– Отлично, – я повернулся к остальным. – Всем собраться вокруг Маши, как мы отрабатывали…

– Я не отрабатывал, – поднял руку экс-канонир. Впрочем, сейчас формального главу экспедиции, можно сказать, понизили в должности: именно он нёс за плечами тяжёлую ручную баллисту. С «малыми ручными пушками» у Объединённых Протекторатов до сих пор не ладилось, а полноразмерные орудия за собой тащить – нужен был горный полк. Пришлось доставать со складов длительного хранения вот такого вот ручного «скорпиона» – благо, благодаря славным армейским традициям, молодых пушкарей сначала учили стрелять из них. Чтоб, значит, лучше прочувствовали на себе баллистику и прочие премудрости – через кручение ворота до седьмого пота лучше же доходит! И пусть скажут спасибо, что сатрап лично запретил начинать с катапульты! Нормальная артиллерия у нас, отмечу, всё-таки была – карманная и в какой-то мере даже реактивная, но от этого не менее грозная. Мой артефактомёт. Вот только стрелять разрывными снарядами в горах – идея очень так себе.

– Ничего сложного, – я решил не посвящать протекторатовца в абсолютно ненужные ему подробности о взаимодействиях Стихий. – Наша Светлая сейчас очистит нас от Тьмы, если таковая успела проникнуть в организмы.

Пожалуй, лекция о Воле и чувствах тоже будет сейчас лишней.

– И мы будем проводить подобные чистки тем чаще, чем сильнее будет внешний фон, – закончил свою мысль я. – А если попадём под выплеск – переждём его под куполом из Света.

– Понятно, – непроизвольно скривился майор. Лезть под воздействие Первостихии ему не хотелось, но спорить мужик не стал. Наглядный пример, во что Тьма превращает недостаточно стойких, он успел в подробностях рассмотреть во дворце. Кстати, отлавливать тварей нам не пришлось – стража справилась самостоятельно. А может, и без клириков-ренегатов не обошлось.

Маша упёрла свой полуторник в камни у ног, сосредоточилась – и жемчужное сияние охватило нас, словно обнимая. Во всяком случае, я ощущал это именно так: Свет тоже давил на мою Жизнь, но… мягко и любя, что ли? Самообман, быть может – но развеивать его я не спешил. В конце концов – воля и чувства же, а не психоанализ и логика, так ведь?

Два десятка шагов – и мы из зимы привычной для королевств попали в зиму настоящую, северную. Снег лежал везде, таять не думал, ветер, наконец-то сумевший найти себе дорогу через стену хребта, весело гнал стылую позёмку. И не только её.

– Дым. Кровь. Измененные! Мёртвые и нет, – отрывисто перечислила химера. – Там, впереди.

– Может, тогда туда не пойдём? – задержал руки на ручках ворота баллисты Полак Трей. – Потому что нам – туда.

Недалеко от нас горная долина словно пускала боковую ветвь. Пологий подъём как бы раздвигал более крутые склоны, чтобы потом упереться в каменную вертикаль. Там, где вертикаль и долина встречались, прямо из каменного монолита поднималась тонкая башня… точнее, это отсюда она выглядела тонкой. Когда солнечные лучи пробивались в просветах между тучами, бока конструкции вспыхивали знакомым серебристым металлическим блеском.

Я оглядел конструкцию, верхняя часть которой немного поднималась над вертикальным склоном. Чем дальше, тем больше мне казалось, что неведомые строители попросту срезали склон, потом тем же инструментом не особо аккуратно подровняли края и проложили дорогу. Видимо, для лаборатории важна была именно эта геометрическая точка – а ждать милостей от природы строителям даже в голову не пришло.

– Дым, – я отвёл глаза от зримого наследия могучей цивилизации… почему-то не поспешившей исправить последствия грандиозной, я бы сказал, планетарного размаха аварии на собственном сооружении. – Раз огонь горит, кто-то его жжёт. Кто-то, кто сражался с тварями и, возможно, скоро вступит в новый бой. Не хочу проверять, раскроют ли ради нас ворота, если за спиной будет накатывать волна мутантов.

Ну а что? Я бы в такой ситуации все двери держал на замке.

– Это эльфы, – неожиданно уточнила Таня, заставив тревожно прислушивающуюся и тоже принюхивающуюся Эйлану дёрнуться.

– Видимо, какому-то из поселений не повезло, – сквозь зубы процедил я, ещё раз осмотрев башню, в которой так удобно было держать оборону против тварей. Если её в принципе надо было держать, обладая непробиваемыми воротами и стенами. От ситуации даже не пахло – воняло. Впрочем, могли быть нюансы. – Тем более мы должны узнать в чём дело. Лана, сможешь поговорить со своими?

– Да! – Дикая рядом со мной судорожно выдохнула и ещё крепче вцепилась в свой лук, пытаясь хоть что-то разглядеть впереди, в снежной дымке.