Текст книги "Как по заказу 1-6. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 124 страниц)

Глава 8

8.

Если вам когда-нибудь придёт в голову пострелять со спины скачущего во весь опор коня, сразу скажу – это плохая идея. И дело не в звуке выстрела, который наверняка напугает лошадь – можно ведь использовать арбалет…

– Щёлк.

…Просто трясёт так, что прицелиться невозможно. Вот если бы у вас была химера, как у меня…

– Тпруууу!

…Способная резко тормозить и буквально застывать на одном месте, словно статуя…

– Фссссп-хлоп.

…А потом разгоняться до семидесяти километров в час по пересечённой местности за четыре секунды…

– ГРРРАУУР!!!

…Тогда другой разговор. Сам прижимаясь к мягкой гриве (всё для удобства пользователя) магической кобылы и прижимая разряженное оружие к её теплому лоснящемуся боку, я рискнул оглянуться. Бежит, родной. Скачет – торопится, аж снег из попадающихся на пути редких снежных пятен во все стороны из-под лап летит. Так. Ну-ка, девочка, ровнее, ровнее… Ну, ещё два движения взводного рычага…

– Щёлк.

Есть! Теперь аккуратно вложить болт и отжать защёлку предохранителя, фиксируя оружие в готовности к выстрелу. Спрашиваете, что я делаю? О, у нас тут с нарийским тигром охота. И тигр искренне считает, что охотник – он. Ага, опять начал отставать… Ну-ка, лови допинг!

– Тпруууу!

– Фссссп-хлоп, – не зря я тренировался стрелять по движущимся мишеням…

– РРРААААУУУУ!!! – и попадать.

– Ходу, Вспышечка, нно!

Я бы нарийца тигром сам никогда не назвал. Тигр – полосатый, а у этой твари – настоящий армейский камуфляж пятнами. Сейчас серо-бело-чёрно-коричневый с грязно-зелёными разводами – под цвет почвы. Ляжет на землю – хрен заметишь сволоту, несмотря на более чем внушительные размеры. И, как и положено армейской маскировке, камуфляж быстро заменяемый. По крайней мере, тот бок, о который Маша успела-таки разбить «Молотов», уже больше не голый после сброса подожжённой шерсти. Что наводит на некоторые не самые приятные размышления, например – о естественных врагах тигра, живущих на территории Шрама, заставивших нарастить такую «динамическую» защиту. Потому что тут, за Валом, громкого звания «враг» удостоиться просто некому.

Болотного секача «котик» в пасти не унесёт, но вот волоком тушу вполне в кусты оттащит. И сожрёт целиком – ротик у него на зависть экскаватору, я хорошо успел разглядеть. А ещё огромные глаза с круглыми зрачками, не менее огромные уши, по площади как тормозные парашюты у истребителя, и здоровенный розовый нос. Что при общей массивности черепа делает монстра похожим на гротескного гигантского котёнка. Нос и глаза – самые уязвимые места, выпущенный по корпусу болт в пяти случаях из шести просто не втыкается, несмотря на специальный наконечник. В нос втыкается – особенно чувствительно, если попасть в ноздрю, вот как сейчас. А если вогнать в глаз – эффект превосходит все ожидания!

Вот этот великолепный экземпляр так обиделся за выбитый мною орган зрения, что начисто проигнорировал дочку кузнеца на тихоходной Милке и погнался за мной. И вот уже сорок минут пытается догнать, лапочка такая. Не зря, ох не зря я столько времени убил на тренировку стрельбы навскидку, три раза сбрую для подвеса переделывал и уже дважды менял упругие элементы в плечах дуг – из-за статических нагрузок во взведённом состоянии они слабеют. А вот рыцарь замешкалась и промазала, за что наверняка корит сейчас себя последними словами. Зато с «зажигалкой» не оплошала, надо отдать должное – но от горящей огнесмеси чудовище избавилось вместе с шерстью с потрясающей лёгкостью, даже не замедлившись.

Правда, последние десять минут котик всё же не так резв, как раньше, но вряд ли от ран или усталости. Скорее, слишком умную сволочь начали одолевать некоторые закономерные сомнения в необходимости погони – всё-таки сорок минут уже прошло, и я уже довольно далеко на юг увёл хищника за собой. Вот уже и подлесок стал пропадать, и деревьев-гигантов с чёрной корой всё больше и больше – всё это чудовищу не нравится. А особенно не нравится моя Вспышка, которая играючи, раз за разом, не напрягаясь разрывает дистанцию. Но очередная заноза в нос или даже просто воткнувшийся рядом болт помогают изменённому принять верное решение. Жаль только, подбить вторую гляделку никак не получается – стоит только притормозить, и уже получившая один урок тварь тут же опускает веко, ориентируясь только на слух, нюх и память. Память у твари превосходная – справочник Охотника не даст соврать. Потому даже если бы у меня не было намерения распотрошить ходячий склад ценных внутренних органов ценой аж в два процента стоимости полного курса магического образования республики Лид, отпускать от себя тварь никак нельзя. Живой отпускать, в смысле. Из принципа ведь вернётся по своим следам и сожрёт моего рыцаря, вместе с Милкой, доспехами и красивым синим плащиком, который Машка не брать на охоты отказывается наотрез.

Наверное, вам интересно, почему я сейчас так спокойно обо всём рассуждаю? Ну, во-первых, риск жизнью – неотъемлемая часть профессии Охотника на монстров, хочу я того или нет. Значит, или нужно научиться воспринимать его без лишних нервов… или сгореть на работе. Сами понимаете, что я выбрал. А вторая причина – прямо подо мной. Белая, обманчиво-тонконогая, стремительная, умная и очень, очень опасная для врагов боевая ездовая химера по кличке Вспышка. Кроме уже перечисленных качеств – «нюх как у собаки и глаз как у орла». Или не «как», а просто орла – химера же, кто знает, какие «запчасти» изменённых на неё пошли? Потрясающее зрение и строение ног позволяет моей лапочке маневрировать в местных не самых густых лесах с умопомрачительной для такого типа ландшафта скоростью, а частично магический метаболизм – при необходимости эту скорость держать в течении нескольких часов. Для понимания, моя «лошадка» – это не спорткар, это что-то вроде тюнингованной заводской серийной «тойоты» пятилетней давности, доработанной для стрит-рейсинга. Милка обошлась мне в четверть цены Вспышки, а боевая химера в комплектации «фулл» стоит примерно восемь сданных нарийских тигров, то есть ровно в десять раз дороже. Зато на фулловой боевой «лошадке» я мог бы без особого риска выйти на нарийца и победить его лоб-в-лоб, без всяких кружных манёвров. Впрочем, с манёврами почти всё уже.

Дикий лес окончательно сменился сероватым сумраком похожей на мрачный готичный парк защитной полосы перед Эрстом, и мне пришлось сдерживать кобылу. Расстояние стало медленно сокращаться и преследователь приободрился, даже стрелять больше было не нужно. Так, а теперь внимательно, внимательно, не проскочить… А вот и они. Вспышка, вперёд! Стадо чешуйчатых коров без малейших признаков беспокойства продолжало брести вперёд, ничуть не обращая внимания на сумасшедшего всадника, несущегося прямо на них. Свою белую лапочку я больше не тормозил, оттого опять пришлось практически лечь ей на шею – в этот раз не спасаясь от веток, а потому, что поток воздуха стал ощутимо давить на лицо. В последний момент я чуть довернул чутко реагирующую на Печать химеру, и она прошла в считанных сантиметрах от чешуйчатых боков. А следом за нами выскочил тигр, чья добыча подло попыталась улизнуть. Ну вот и всё.

Весь мой план базировался на том, что нариец никогда не встречался с республиканскими коровками. Для него они были травоядными тварями, примерно такими же, как винторогие сайгаки, во время охоты на которых мы и столкнулись. Да, мы с Машей охотились на южном, поросшим лесом склоне Вала на сайгаков – степных антилоп. Ну, что сказать: дикая магия – страшная штука, а зимний голод в степях Шрама – не тётка. Стада и отдельные особи чем ближе к весне тем чаще забредали покушать за границу аномалии, и деревья, как и уклон почвы под копытами, их ничуть не смущали. А вслед за привычной добычей припёрся хищник. Вот только тигру неоткуда было узнать, что у чешуйчатых бурёнок на вторженца будет сильно нестандартная реакция. Встречная скоординированная атака с целью нанести максимальный урон.

Проскочив мимо стада, я направил Вспышку по пологой дуге, одновременно оглядываясь назад. Потому – смог разглядеть почти всё, что происходило дальше. Нариец, более чем уверенный в своем превосходстве, посчитал ниже своего достоинства реагировать на каких-то там жвачных. Тигр даже не попытался обойти стадо стороной, а просто упруго оттолкнулся лапами и очередным длинным, стелющимся прыжком полетел вслед за мной. Будь модифицированная магами жизни корова одна – и маневр бы вполне удался. Но когда стадо словно единый живой организм под видимые мне вспышки Печатей подчинения мгновенно развернулось и с резким ускорением атаковало таранными ударами по расходящимся веером траекториям – шансов отделаться без последствий у кота-переростка не осталось. Но не сказать, чтобы он не пытался.

Тварь, невероятно перекрутив тело и бешено вращая длинным пушистым хвостом, умудрилась увернуться от рогов вылетевшей прямо на неё химеры в воздухе…. Только для того, чтобы следующая вогнала острия своего естественного оружия в открывшийся бок. Удар! Изменённый клубком покатился по земле, гася инерцию, и тут же вскочил на лапы как ни в чём ни бывало. Камуфлированное тело сжалось в комок и распрямилось как пружина, отбрасывая жителя Шрама от внезапно проявившей себя смертельной опасности… Чудовищу не хватило какой-то доли секунды. Кто бы ни составлял алгоритмы боевого реагирования для хранителей лесозащитной полосы республики, вышло у него на славу. Обычная корова или та же антилопа попытались бы поддеть и подбросить врага вверх, а вот чешуйчатая химера, наоборот, попыталась приколоть вёрткую и быструю цель к земле. Не получилось, но кончик рога всё равно успел войти в мягкие ткани бедра мутанта. А дальше всё доделала физика и физиология: приземлившись, тигр опять молниеносно сжался для следующего прыжка… И завалился на бок. Располосованные в лоскуты мышцы на повреждённой задней конечности при всём желании не могли выполнить свою функцию. Тем не менее, это был ещё не конец. Порождение дикой магии смогло вновь встать на лапы, пусть одна из них его и не слушалась, и успело развернуться, чтобы встретить вновь смыкающее ряды стадо когтями и клыками. Я заметил, что кровь у нарийца, несмотря на проникающее ранение брюшины и развороченную ногу, практически не текла. В ситуации, когда любой нормальный зверь уже давно отбросил бы копыта от болевого шока и критического падения кровяного давления вследствие повреждения магистральных артерий, мутант всё ещё способен был дорого продать свою жизнь, а то и выйти из боя пусть израненным, но победителем. К счастью для меня, бурёнки оказались ему в прямом смысле не по зубам.

Удар! Удар! Вот теперь чешуйчатые химеры поступали в точности как их природные прототипы – подбрасывали рогами посмевшего напасть на стадо одиночного хищника вперёд и вверх. После того, как количество дыр в организме чудовища всё-таки станет критическим, они его, уверен, ещё и растопчут для гарантии, а может быть и съедят – ещё ближе познакомившись с жителями Шрама я бы лично не стал рисковать и проверять пределы регенерации тварей. Тем более, из болотного вепря можно ведь вытащить не только дорогую универсальную печень, но и воистину способный переваривать камни пищеварительный тракт целиком. Вот только это не устраивало уже меня.

Вспышка, всхрапнув, сменила направления движения и теперь уже я нёсся прямо наперерез прущему стаду. Мелькнула мысль, что проверка собственных домыслов в такой ситуации – не самая разумная стратегия, но… Помните про риск как часть профессии Охотника? Да и другой возможности проверить у меня всё равно не будет – описания коров нигде нет. Риск разумен, паттерны поведения неразумных магических киборгов, как мне кажется, я уже изучил достаточно хорошо, ну а в случае чего белая лапушка меня, скорее всего, сможет вывезти из-под союзных копыт. Вперёд! Эх, жаль, нормальной длины копьё с седельным крюком-упором пришлось бросить на месте встречи с тигром: скакать во весь опор по лесу с ним было невозможно. Придётся на скаку колоть своим старым, эльфийским – кто бы мне полгода назад сказал, что я смогу освоить такой фокус… Резалка остроухих не предназначена для удара с седла, короткая слишком. Придётся сильно отклониться в седле, чтобы достать – но другого подходящего оружия у меня нет, арбалет абсолютно бесполезен. И… Да! Угадал – увидев меня, рвущегося наперерез, буренки стали тормозить. А нариец, несмотря на плачевное состояние и переломы двух конечностей, всё ещё жив, дёргается и качается, но встаёт… Н-на! Кожу правой ладони через толстую перчатку всё равно обожгло, а руку, несмотря на заполнивший конечность яркий зелёный свет магии Жизни, я едва не вывихнул в плече и не выбил в локте. Зато попал ровно туда, куда целился – в основание черепа, между затылком и первым шейным позвонком. Лезвие в очередной раз не подвело, пробив за счёт скорости набравшей ход ездовой химеры бронированную кожу, мышцы и связки, и войдя концом острия в ствол спинного мозга, парализовав мою добычу. Тпру-у-у! Назад, Вспышечка. А то чешуйчатые хоть и остановились, всё равно смотрят на камуфлированную суперкошку – то, что от неё осталось – как на обед. С другой стороны, сейчас вырежу всё, что осталось целым в организме тигра после многократного протыкания рогами – и пусть кушают, заслужили. Эх, мне бы парочку их рогов на острия для копий и штук пятьдесят чешуек на броню заполучить. С другой стороны, никто мне не мешает их отколупнуть от тварей, послуживших четвероногим защитникам республики донорами…

* * *

– Мой лорд! Вы… вы ранены?!

– Маша, – я поднял голову и с трудом сфокусировал на серо-сине-чёрном пятне глаза. Пятно, чуть посопротивлявшись, превратилось в чёрную грузовую химеру, обряженную в матовую стальную скорлупу полной лошадиной рыцарской брони, и девушку в доспехах того же цвета. Синий плащ органично дополнял обмундирование рыцаря. – Мне тебе что, приказ отдать? Я – Арн…

…И меня та-ак колбасит. Долбанный откат, ненавижу суку-сволочь!!! Немного помогает только осознание факта, что главного виновника пятидесятиминутного удержания на себе блокировки эмоций я уже в прямом смысле разобрал на органы, живьём. Чёртова тварь после повреждения спинного мозга должна была задохнуться, но почему-то не задыхалась. А под конец операции, уже выпотрошенная, начала конвульсивно подёргиваться. Видимо, нарийцу забыли сказать, что нервные клетки не восстанавливаются. А ещё – что без большей части крови, неохотно вытекшей через рассечённые сосуды, и без сердца жить вообще невозможно. Никогда. Никогда-никогда-никогда, слышите? Не полезу в Шрам по собственной воле! Как же мне хреново-о-о-о-о…

– Я могу вам… тебе помочь? – дочка кузнеца с лязгом спешилась.

Ага, добить.

– Скажи мне, что ты не забыла подобрать моё оружие прежде, чем кинуться в погоню, – одного взгляда на лицо напарницы мне хватило, чтобы узнать ответ. – Ясно.

Зря я так. Но чувство такта куда-то девается, когда тебя словно выворачивает наизнанку.

– Мне нет прощения… – затянула было девушка, но осеклась, поймав мой тяжёлый взгляд. – Тебе надо к врачу, Арн!

– Не надо, – скривился я. По состоянию Печати гражданина, в том числе и своей собственной, можно полноценно судить о состоянии здоровья организма не хуже, чем по рабской. И проделывать над собой всякие сомнительные манипуляции – тоже. Не то чтобы я об этом не догадывался, но в городской клинике Эрста мне это объяснили прямо и, что называется, на пальцах.

Дежурившая в тот день женщина-врач высказала мне всё, что думает о магах Жизни, не удосужевшихся минимально разобраться со своей силой, Печатью и даруемыми ими возможностями. На мои робкие попытки возразить, что справочники я читал, но одно дело – это общие и малозначительные действия, а другое – прямое вмешательство в свой организм, мне была прочитана краткая, но экспрессивная лекция.

Суть объяснений сводилась к тому, что одарённому соответствующей Стихии практически невозможно нанести себе ею вред. Более того, своя собственная магия – как бы это сказать, «всегда за тебя». Часть организма, грубо говоря. И будет стараться помочь. А Печать, которую, кстати, умные люди разрабатывали, не дураки – ни что иное, как управляющий контур, своего рода «нервная система» для магии Жизни, многократно увеличивающая эффективность автоматизированной помощи самому себе. На вопрос, зачем тогда вообще клиника для горожан, мне на полном серьёзе ответили, что большая часть граждан – головотяпы и лентяи, не способные правильно приложить и зафиксировать оторванную конечность или организовать альтернативный кровоток на месте критического повреждения. Вот с такими ранами надо приходить на приём, а не пудрить мозги какой-то фигнёй вроде вопросов о регулировке гормонального баланса во время стресса.

Честно сказать, я не нашёлся что ответить на такие аргументы. Правда, силы воли у меня всё-таки хватило не выкатиться из кабинета под мрачным «ещё вопросы», а всё-таки попытаться продолжить беседу. Спросил я то, что меня уже давно интересовало: как же Печать работает на невольниках, если у них отродясь никакой склонности к волшебству не было. Меня окатили задумчиво-снисходительным взглядом – типа, не всё потеряно, хоть случай и запущенный, и милостиво просветили. Оказывается, Печать – это заклинание. Видя, что объяснение не дошло до адресата, целительница всё же коротко пояснила свои слова: сложное резидентное заклинание магии Жизни работает на жизненной силе того, на кого его повесили. В принципе, так можно заклинание любой школы прикрепить, вот только чары классических стихий выпьют всю энергию из человека за считанные минуты. Некоторые отморозки так и делают – запитывают своё колдовство от ритуальных жертв, животных или разумных – это как совесть позволит. Лучше всего, конечно, приносить в жертву магов – ведь чары тоже поддаются трансформации стихий, значит, выход мощности будет куда как больше. Ну, на крайняк и изменённые животные сойдут, более-менее. Милые подробности об окружающем мире, ага.

Так вот, Печать Жизни в рабе практически ничего не потребляет, кроме потерь на КПД, которые для перехода жизнь-Жизнь самые низкие во всей линейке стихий. Потому что магия Жизни кроме собственно функционального воздействия в силовом плане тратится на поддержку самого носителя заклинания, возвращая потерянные жизненные силы. Ну и далее, по кругу. Слегка офигев от таких открытий чудных, я, не подумав, спросил, почему тогда гражданами делают только одарённых Жизни. И тут же потерял в своем лице все те жалкие крохи… Нет, не уважения – кредита доверия, которые заработал предыдущим вопросом. Врачиха долгую минуту рассматривала меня, словно прикидывая, не попробовать ли какой альтернативный способ донесения информации до пациента – постучать по голове молотком, например. Но потом всё-таки решила дать мне ещё шанс:

– В печати раба – магия того, кто её вкладывает. В Печати гражданина – его собственная магия. Не преобразованная жизненная сила, а Жизнь.

– Которая не может причинить вреда своему носителю, – медленно повторил я. Как… интересно. Получается, что процесс передачи подчинения нотариусом – это переключение… как бы это сказать, авторства резидентного заклинания? – Какое… элегантное решение.

Так вот как, оказывается, обеспечивается то самое «абсолютное подчинение» невольников. Не просто воздействие на мозг подчиняемого, но воздействие с помощью силы, которая сама стремится сделать всё для своего родоначальника. И неудивительно, что большинство получивших гражданство давно либо являющихся гражданами с детства людей относятся к своей разумной собственности, особенно той, что принадлежит им давно, бережно и по-человечески. Ну а как ещё можно относиться по сути к частичке себя? Во дела…

– Дошло, – с видом «ну наконец-то» кивнула женщина. – А теперь вали давай, раз всё понял, моё время не резиновое! И скажи там следующему, чтобы заходил.

Выскочив за дверь я оглядел совершенно пустой коридор и только молча покачал головой. Во даёт тётка… И ведь её до сих пор не затаскали по судами за оскорбление чести и достоинства. И наверняка на это есть причина… Интересоваться которой я, пожалуй, не буду. И так хватает информации к размышлению. К размышлению и к действию.

Потом была череда экспериментов над собой, которые зашли несколько дальше, чем я планировал изначально. К дежурному целителю я пошёл потому, что в моём понимании он был аналогом терапевта в моём мире. Врач, который может отправить к другому, нужному мне специалисту. А требовалось мне ни много, ни мало – избавиться от страха перед скоростью. Как-то так получилось, что на Земле я ни разу не гонял на мотоцикле, а на машине скорость и больше сотни километров в час воспринимается совсем иначе. Поговорив с продавцами ездовых химер, я хорошо представлял себе возможности Вспышки… Но со своими эмоциями поделать ничего не мог. Летящие навстречу с сумасшедшей скоростью деревья и кусты, от которых мой транспорт самостоятельно уклоняется в самый последний момент – это пугает до потери пульса. Но именно подобные рывки давали возможность догнать любую тварь или, наоборот, управляемо удирать от любой твари, выводя дичь на копьё основной ударной силы моей группы.

Заказывая доспехи для Милки, я в какой-то мере воспроизвёл опыт родного мира: там тоже находилась масса желающих переделать грузовик в импровизированный броневик, а то и эрзац-танк. Ну а что, логично: запас мощности, чтобы тащить броню и пушку вместо груза в наличии, и места достаточно, и запас прочности есть. Пушки тут у меня для дочки кузнеца пока не было, но рыцарское копьё её отчасти заменяло. Особенно в сочетании с седловым крюком, позволяющим непосредственно передавать на копье импульс от удара разогнавшейся до двадцати пяти километров в час тяжёлой магической кобылы. Если подгадать и ударить по мутанту на встречных курсах – результат получался один: жук на булавке. Главное было точно попасть, повредить жизненно важные органы противника, и при этом не задеть то, что нужно наоборот сохранить. И не воткнуть копьё в землю. И не влететь в дерево. И много ещё всяких «и». Но всё это было решаемо: метод тренировки у нас уже давно отработан, ещё со времени обучения арбалетной стрельбе. Качающиеся мишени, мишени, повторяющие контур цели под нужным ракурсом, воспроизведение ситуаций по мере возможности в полигонных условиях – и, основное, много-много повторений каждый день.

По итогам тренировок появилась та тактика, которую мы с Машей теперь использовали на каждой охоте вот уже третий месяц подряд после покупки Вспышки. Я – лёгкий всадник, с задачей проводить атаки на внезапно попавшихся тварей либо по тем, кто в бой вступать не желает. Вторая моя функция – выманивание агрессивных мутантов на тяжёлого всадника. Для этого мы обычно заранее готовили «дорожку» – вырубку немного в стороне от предполагаемого места встречи, на которую я добычу потом и выводил. Ну а сигнализация между Печатями позволяла не орать в голос, подавая сигнал к атаке.

Без эксцессов, конечно, тоже не обошлось: именно потому уже дважды серьёзно пострадавшая Милка обзавелась собственным модным защитным обвесом, а дочь кузнеца – усиленными элементами бронирования ног и спины, и вынуждена была таскать с собой кроме громоздкого неудобного в лесу копья ещё и кабаний меч, и ручную баллисту в пару к обычному арбалету. А я методом проб и ошибок разобрался, как временно блокировать ненужные реакции организма на опасность, целиком сосредотачиваясь на бое, и как укреплять и усиливать собственный организм магией Жизни. Очень актуальная штука при торможении с пятидесяти до нуля за пару ударов сердца, когда только ремни привязной системы не дают тебе улететь с седла, а все внутренние органы, такое впечатление, стремятся покинуть своего окончательно свихнувшегося владельца через рот. Или когда свешиваешься с седла в сторону во время бешеной скачки и втыкаешь эльфийское копьё собственной рукой. Если бы ещё не долбанные откаты…

Но все терпимые, по большому счёту, неудобства начисто перекрывались тремя ультимативными преимуществами. Первое и главное: возможность вовремя дать дёру. Даже тихоходная химера Маши могла держать четверть сотни кэмэчэ без дороги по лесу несколько часов кряду. Возможности же Вспышки вплотную приближали ту к земному транспорту типа мотоцикла, и, как мотоцикл, она могла в крайнем случае без значительной потери скорости утащить на спине двоих. Очень хорошая гарантия выживаемости боевой группы.

Второе преимущество проистекало из первого – мобильность. Средняя скорость человека, идущего на дальнюю дистанцию с грузом – около трёх километров в час, скорость конного в разы выше. Больше никаких многодневных походов – любая вылазка самое большее на двое суток. А это – минус куча барахла, припасов и других расходных материалов, а экономия – это лучшее снаряжение и больше отложенных денег. Ну и тёплая ласковая, уже успевшая соскучиться, но не успевшая загрустить эльфийка в тёплой мягкой нормальной постели после тёплого душа вместо судорожных попыток согреться, завернувшись в кучу тёплых вещей в палатке. Очень актуально поздней осенью и зимой. Безопасность Роны – отдельный бонус. Пусть лучше сидит за стенами, вышивает, читает книжки и учится бренчать на банджо.

Ну и наконец третье: деньги. О да! Мобильность вкупе с возросшей боевой эффективностью и тактикой «ударил-отступил» теперь даёт возможность атаковать изменённых у Вала и на его южном склоне – у самой границы Шрама. Фактически я, новичок, уже могу влезать в вотчину охотников среднего уровня – а это совсем другие доходы. Риск тоже выше – плотность тварей у Вала уже приличная. Но если всё делать правильно – шанс нарваться на серьёзную неприятность не больше, чем при классическом способе охоты. Даже меньше – что я буквально час назад и доказал. И я даже порадуюсь своей победе… Когда меня, наконец, отпустит. Долбанный тигр! Даже не могу сказать, отчего мне сейчас хуже: от попыток собственной магии привести мой организм в норму или от запоздалого страха. И ведь понимаю, что проделал всё чётко и правильно, что мои давешние расчёты сработали, что спасло и меня, и Машу… но всё равно как подумаю о произошедшем – сердце заходится. И вот чего мне в отделе продаж не нравилось, а? Работа мечты! А у Охотника даже отпуска нет… хотя стоп. Хм-м…