Текст книги "Как по заказу 1-6. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 112 (всего у книги 124 страниц)

Глава 11-2

* * *

– Расслабься. Попробуй мысленно охватить всю магию, разлитую по твоему телу, прочувствуй её, – я не поленился вынести из дилижанса раскладные стулья и ради тренировки «проапгрейдить» их подушками. – А теперь попытайся собрать всю доступную Стихию в центре себя. Не думай, где этот центр, просто – собери…

Мы сидели бок-о-бок, держась за руки. Потому мне не пришлось тянуться и вообще двигаться. Я и импровизированные кресла поставил так, чтобы языки пламени вечернего костра и мельтешение фигур на его фоне оказались за спиной и не мешали. А защиту от лишнего шума давал один из амулетов Роны. Жизнь зелёным потоком покинула мою ладонь и немедленно растеклась по пальцам и ладошке ведьмочки, проникая внутрь. На секунду я увидел знакомую картину: магия растекается по тканям руки, образуя едва заметные завихрения… и тут же изумрудное сияние как отрезало. Наташа тяжело вздохнула.

– Не переживай, видишь – уже получается. Ты – молодец! – мягко похвалил я её. – Главное – понять принцип, а дальше лишь вопрос тренировок и самоконтроля.

В этот раз вздох сопровождался упрямо поджатыми губами. Ничего-ничего, даже у меня подобное «простейшее» упражнение получаться стало далеко не сразу. Казалось бы – не заклинание какое, не нужно выделять конкретный тип воздействия и филигранно применять. Вот только магия за много лет становится неотъемлемой частью тела, и сознательно лишить себя её тёплых объятий – всё равно что войти в ледяную воду, не сбившись с шага. Именно войти, а не с размаху прыгнуть как в прорубь. Те ещё ощущения, брр.

– Ладно, на сегодня хватит. Пойдём посмотрим, как успехи у Маши…

От дороги наш транспорт и очередную ночную стоянку отделяла густая роща. А вот в противоположную сторону сколько хватало глаз простиралась бескрайняя по-осеннему жёлтая степь. На востоке небо уже потемнело до густой синевы, а на западе красно-оранжевый шар солнца медленно уходил за горизонт в окружении горящих всеми оттенками розового и бордового перистых облаков. Знакомая по заставе Сим картина, невольно отзывающаяся тревожным беспокойством в груди. И всего шестой день пути подходит к концу. Экватор нашего двенадцатидневного маршрута.

Здоровенный костёр, такой яркий, что пламя рукотворное соперничало с закатом, запалили химеры из эскорта. Кто-то из ушастых забирался, оказывается, довольно далеко на юг, минуя эти места, и потому был в курсе, что дальше дикого леса как такового и нет.

– Тут не то, что бароны – герцоги и короли над каждой рощей трясутся! Воды летом мало, речки местные по жаре пересыхают почти все, а с источников вся какая есть уходит на полив бахчи и хлопчатника, – объяснила мне круглоухая зверодевушка, чаще других сидящая на козлах дилижанса. – Потому за срубленное дерево черни сразу рубят голову целыми семьями, не разбираясь, кто виноват: рощу свести, и вода из ключей и колодцев уйдёт.

– Судя по карте, у нас всего одна ночёвка в степи а дальше опять леса пойдут, только южные, – я кивнул на громко трещащий ветками и горючим мусором источающий даже отсюда ощутимые волны тепла огонь.

– Пфф, леса! – отмахнулась выглядящая молодой девушкой био-магическая боевая машина. – Перелески между полями и садами в лучшем случае. Что в сатрапиях творится, не знаю – вроде там горные отроги, поля не везде разбить можно. А вот в южных королевствах всё раскопано давно. И народу столько, что за каждую лишнюю хворостину готовы друг другу морды бить!

Машу, тоже устроившуюся неподалёку от рощи, химеры словно невзначай обходили по большой дуге. То и дело окружавший адептку Света призрачно-белый купол, если случайно в него сунуться, жёг частично тёмных созданий как кислота. Пусть даже очень сильно разбавленная – всё равно приятного, согласитесь, мало. В общем, не удивительно, что вынужденно сидящая неподалёку от Светлой Таня отнюдь не выглядела счастливой. Увы, пока я занимался с Тёмной, помогать Светлому Рыцарю в важном семейном деле было больше некому.

– Ну как?

– С палочками отлично получается, со мной – нет, – скривив губы в усмешке, коротко отчиталась волкодевушка, непроизвольно передёрнув плечами и прижав к голове уши.

Метод, который я предложил супруге, чтобы натренировать возможность проводить удары Первостихией по площади, не задевая своих, был в сущности очень прост. Ведь Свет – это не Огонь какой-нибудь, это «чистая», если можно так выразиться, магия, подчиняющаяся воле адепта. Иначе фокусы вроде очистки одежды прямо на человеке без повреждения материала оказались бы невозможны – я уже не говорю про лечение инфекционных болезней и более тонкие манипуляции с организмом человека. Казалось бы, что проще: бери и сознательно игнорируй при активации дара знакомую химеру рядом. М-да.

– Не понимаю, – дочка кузнеца потёрла лоб ладонью. – Смотри, вот эта.

«Полигоном» для тренировки служила площадка неровной формы, с которой Свет счистил всю степную траву до голой земли. В землю были воткнуты позаимствованные из кучи собранного нашими звероухими сопровождающими ветки и палки разной толщины. Собственно, как я подозревал, идея устроить супер-костёр пришла им после того, как я попросил помочь со сбором тренировочного материала и химеры… слегка перестарались. Ну и не нести же хворост назад в рощу? Группу воткнутых в землю сухих ветвей накрыла магия моей Светлой супруги – и воткнутые в грунт деревяшки разом начисто лишились коры. Все, кроме той, на которую изначально показала рыцарь.

– Наташ, постарайся хоть на секунду втянуть в себя Тьму, как у тебя сегодня уже получилось, – попросил я. – Девочки, давайте попробуем ещё раз.

Я отошел в сторону, чтобы видеть эффект со стороны. Ведьмочка зажмурилась, сжала кулачки… но тут же вспомнила, как мы тренировались сегодня и длинно выдохнула, расслабив пальцы. Я кивнул Маше, вокруг двух моих «антагонистичных» жён возник сияющий белый купол. Мгновение он сохранял свою идеальную форму, но потом вдруг покосился, скособочился. Впечатление было, что Тьма в потерявшей в очередной раз тонкий контроль над Первостихией зарубежнице всасывает Свет как чёрная дыра. В чём-то даже жутковатое зрелище.

– Похоже, Маш, с ветками дальше тебе морочиться бесполезно, – сделал вывод я. – С твоей стороны получается всё отлично, пока контакта между Первостихиями нет. Особенность взаимодействия этих двух типов магии.

Что интересно, особого дискомфорта ведьма из Ключей при контакте со Светом не испытывала. Правда, Мариша и не пыталась давить, наоборот, тщательно сдерживала силу воздействия.

– Если бы всё было так просто, паладинам в бою не пришлось бы спешиваться с ездовых химер, – согласилась Белая. – Ну, что теперь?

– Теперь – жрать! – вмешалась волкоухая, демонстративно принюхиваясь. – Шашлык готов.

Надеюсь, наши охранницы действительно выловили в степи дикую антилопу, а не прирезали корову, отбившуюся от стада местного барончика. Впрочем, ещё не факт, что на первое феодал обидится меньше, чем на второе. Правда, кроме возмущённого потрясания кулаком вслед (желательно, из-за горизонта, чтобы мы не увидели и, не дай Свет, не развернулись) нам ничего не грозит – ни один идиот не попрёт со своей дружиной на двадцатку ушастых…

…Для жарки мяса химеры нагребли кучу углей из костра – в нашей супер-карете нашлась специальная лопатка для этого и удивительно привычного вида мангал. Девушки, даром, что каждая из них стоила толпы королевских гвардейцев, устроили весёлый гвалт вокруг делёжки истекающей обжигающим соком еды. Мне, правда, достался шампур без очереди: Рона позаботилась о муже, а ей, в свою очередь, звероухие подлизы отдали всю первую порцию – только бы менестрель им спела и сыграла на ночь очередную порцию пробивающих на слезу романсов о любви. А эльфийка и рада стараться.

Я стянул зубами первый, самый вкусный кусок, обжёгся и привычно, не задумываясь, залечил повреждения. Свежий воздух, наполовину канувшее за горизонт солнце, привычная стояночная возня. Полное ощущение, что я уже минимум месяц еду на юг и буду в пути ещё столько же. Ставшие привычными мелкие неудобства, дни, проводимые над бумагами и созерцанием видов за окном. Вечера, наполненные тренировками и экспериментами с магией… Как же в жизни всё быстро меняется – и как мы ещё быстрее привыкаем к этому.

Светило совсем покраснело, свет его больше не слепил глаза. На фоне огромного, искажённого преломлением лучей сквозь толщу атмосферы диска я вдруг увидел, что горизонт не ровный. Горы. Правы те, кто говорят, что мир – тесен. Здешний – так уж точно. Всего лишь двенадцать дней со средней скоростью двадцать километров в час.

Глава 11-3

* * *

Пялиться в окно едущей по сельской дороге кареты неимоверно скучно. Даже в поезде пастораль за стеклом уже через пару часов приедается, а на скорости в четыре раза медленнее – и сами можете представить. Единственное разнообразие вносят другие участники движения – вот уж чего-чего, а этого добра на южном тракте было более чем достаточно. Осень, урожай как раз сняли, всё такое… Но и в крестьянских телегах, купеческих караванах и свитах благородных вскоре начинаешь примечать известную схожесть. В итоге, интерес будили только по-настоящему уникальные объекты, вроде моста через очень широкую реку или там какого-нибудь особо вычурного замка, конкретно так наживающегося на соседстве караванного маршрута герцога.

К слову сказать, таможни или нечто, призванное их изображать, попадались нечасто и цеплялись там в основном ко всё тем же безответным пейзанам. Основной же трафик проходил без задержек и помех – определённо, главные выгодоприобретатели, вроде Торговой Гильдии, приложили руку. Ну и да: зачем силой вытрясать деньги, если караванщики их сами и добровольно отдадут, остановившись в удобном трактире с просторным двором, куда можно на ночь загнать телеги? И если в лесистых равнинах севера тёплой осенью в принципе разбить лагерь на обочине в случае чего такой уж большой проблемой не было, то вот в степях такой номер не проходил. Если, конечно, у тебя не было при себе дилижанса, напичканного амулетами до предела и выше, включая те, что добывают воду из воздуха.

Поскольку дилижанс у нас был, оценить дорожный сервис так и не вышло (вот уж о чём не жалею ни капли!): эскорт каждый раз находил укромные места для ночной стоянки. Да и сколько их было, тех ночёвок «в полях»? Двенадцать суток – это только пока ты в пути, кажется, что много… А днями мы двигались вроде и вместе со всеми, но словно были отделены от остальных участников движения прозрачной стеной: скорость хода позволяла оставлять за спиной и попутчиков, и слухи. А те, кого мы догоняли, и сами рады были убраться с пути отряда из двадцати химер и транспортного мастодонта. Пусть даже столкнув собственные телеги на обочины, пропуская нас, чтобы после с руганью вытаскивать их назад – лишь бы только не связываться с такой толпой ушастых.

За время движения по степи у горизонта обозначились едва заметные пики гор… и, в общем-то, больше ничего не изменилось. Утром третьего дня впереди показалась тёмно-зеленая линия – южная граница степи и она же – граница субтропика. Двигаясь от холодов, мы обогнали осень, достигнув ещё более тёплых широт. Именно там, под купами и не думающих желтеть крон, мы попали в первую для меня в этом мире дорожную пробку.

К устью торгового тракта такое впечатление, что со всей степи стягивались отары. Овцы и козы в основном, среди которых словно острова возвышались плотно сбитые верховыми пастухами стада коров. Степь по обе стороны от въезда пятнали многочисленные шатры: для тех, кто не желал заморачиваться дальнейшей судьбой пока ещё живого мяса, работал стихийный рынок. Дальше перегонщики или жадные и упрямые владельцы гнали скот по дороге… и с той же скоростью пополз вперёд наш транспорт. Двенадцать часов черепашьего шага, да ещё и с остановками – благо, наглухо закрытые окна и двери позволили нам отгородиться хотя бы от «чудесного» аромата, витающего над трактом.

Потом супер-карета встала совсем.

– …А я говорю, вы должны нас пропустить, – поверьте, когда разумная химера говорит таким тоном – у обычного человека всякое желание с ней спорить пропадает. Просто потому, что дальше следует неуловимо-быстрый удар, можно даже голой рукой – и как минимум тяжкие телесные… Но в этот раз коса нашла на камень.

– У меня документ. А в нём чёрным по белому указано: грузовые возы и повозки, превышающие длиной…

– Вот именно: «грузовые»! – создавалось полное впечатление, что наша округлоухая возница едва сдерживается. Тем не менее, её собеседник в коричневом, но пропылённом до серого цвета мундире держался совершенно спокойно. Как и троица его подчинённых, помогающая своему начальству управляться со шлагбаумом. – А у нас – дипломатический транспорт!

– Написано «и повозки», – вместо оружия военный (а кто ещё мог носить мундир?)был вооружен папкой-планшетом, к содержимому которой апеллировали обе стороны. – И ваша явно длиннее, чем максимально разрешено. Втрое.

Я отметил, что голос командира поста не то, чтобы совсем равнодушный, но устало-монотонный. Что-то не похоже это на выпрашивание взятки. Да и нравы здесь попроще чем на Земле: когда от тебя хотят денег, обычно так прямо и говорят.

– Дипломатический представитель Великой Свободной Республики Лид, – представился я и, подражая обмундированному, показал «с рук» свою верительную грамоту.

– Сержант дорожной службы Луиджи Матерна, – внимательно осмотрев документ, вынужден был представиться в ответ мужик. – Поймав мой взгляд, он секунду подумал и всё-таки догадался, что именно я хочу от него услышать: – Дорожной службы Объединённых Протекторатов.

Ага. Ну, стоило догадаться: кто ещё обрядит в мундир, по сути, постового? На севере к этой форме одежды изрядный пиетет до сих пор сохраняется.

– Не знал, что мы на территории Протекторатов, – я искоса глянул на зверодевушку, вызвавшую меня поучаствовать в переговорах «а иначе мы тут навсегда застрянем!». Та отрицательно замотала головой.

– Строительством дороги-дублёра северного тракта, а также регулировкой движения по нему занимается наша служба по договорённости с местными властями, – судя по тому, как гладко отбарабанил фразу дорожник, повторял он её минимум раз десять на дню. Я между делом обернулся, пытаясь понять, что творится за кормой дилижанса. Так и есть: уже выстроилась очередь желающих как можно скорее покинуть скотское дорожное общество. На удивление молчаливая очередь, вовсю пялящаяся на редких для этих мест разумных химер… Так, ладно. Надо решить эту дурацкую, по сути, проблему.

– Уважаемый сержант… дорожно-строительных войск, правильно?

– Дорожной служ… да, так тоже правильно, – согласился военный.

– Не буду говорить, что на дипломатические транспортные средства не распространяются общие запреты – понимаю, у вас приказ. Сам состою на действительной… Спрашиваю прямо: вы можете прямо сейчас запросить инструкцию на наш счёт? Потому как иначе в качестве лица, чинящего препоны дружбе и сотрудничеству двух великих стран, мне придётся указать вас.

М – мотивация. Маленький человек привык стоять на своём месте, исполняя нехитрые требования служебной инструкции. Впрочем, не такой уж и маленький: звероухие правильно сделали, что не полезли на официального представителя страны, с правителем которой я буду пытаться договориться, но… Происходи дело в королевствах, и, как мне кажется, это бы их не остановило. В конце концов, химер достаточно, чтобы оттеснить наряд от шлагбаума и самим поднять полосатую палку. Но беспредельничать они не стали – что отнюдь не вписывается в разученные и старательно поддерживаемые манеры лидских наёмниц за пределами республики. И это – неспроста. Сдаётся мне, Матерне и обозы местных корольков только так заворачивать приходилось – то-то он такой спокойный… был.

– Связи нет, – сморщившись, словно разжевал кусок лимона, выдавил Луиджи из себя. – Наш пост не снабжен воздушной почтой. А я могу покинуть пост или отослать кого-то из моих людей только после смены… через шесть часов!

Ну да, крайним сержу становиться ну вот совсем не хотелось. Но нарушать приказ – не хотелось ещё сильнее. Хорошо в сатрапиях «стройбат» муштруют, прямо уважение появляется, но делать-то что? Дилемма… а может – и нет.

– Сержант, вы ведь должны быть в курсе, отчего введён запрет на длинномерные транспортные средства, – вкрадчиво поинтересовался я. – Наверняка проблема в нарушении скоростного движения по дороге-дублёру. Посмотрите на наших тяговых животных: дилижанс вполне способен обогнать большинство карет и даже с верховыми на рысях посоперничать…

– Разрушение дорожного полотна из-за повышенных нагрузок, – сумел удивить меня служивый. Удивить, но не сбить с толку.

– Наш транспорт и по этому параметру превосходит большинство других колёсных конструкций и только кажется громоздким. Иначе, подумайте – как мы вообще смогли сюда из Лида добраться и не завязнуть нигде…

Матерна просиял: предлог пропустить нас был найден. Теперь небось оставшуюся часть дня будет сочинять служебную отмазку, в смысле, записку. Ещё раз повторю: неплохо тут у них дела обставлены, Войско напоминает. И ведь реально – «стройбат», а не гвардия какая.

– Все молодцы, – я, вместо того, чтобы вернуться в салон, забрался на козлы. Подождал, пока пост регулировки движения останется за спиной и похвалил эскорт. – Действовали образцово, не полезли на рожон, не создали инцидента, не провоцировали протекторатовских вояк. Продолжайте в том же духе.

Обычные всадники меня бы расслышали в лучшем случае наполовину, но у ушастых химер слух куда лучше.

– Вояк, – фыркнула занявшая место кучера зверодевушка. – Которым даже оружие не дают.

Да уж, интересный такой, многозначительный симптом. В чужой стране, без прикрытия, без оружия стройбат строит дорогу. И сержант с четвёркой зачуханных рядовых отделяет овец от козлищ. Включая королей и герцогов – ибо раз связи нет, то и полномочий его на это хватает.

Глава 11-4

* * *

В общем-то мне многое стало ясно, когда дилижанс, тяжеловесно проседая на рессорах, выбрался на эту самую «дорогу-дублёр». Хотя у меня, уже начавшего подзабывать земные реалии, на языке так и крутилось словосочетание «шоссе-дублёр». Нет, сравнение с республиканскими дорогами дублёр проигрывал, конечно – асфальтоподобного алхимического покрытия тут не было. А вот остальное было.

Построенную от строящейся части дороги отделял «пропущенный» участок – чтобы всякие умники не ехали куда не надо, потому без напряжения можно было разглядеть слои дорожной насыпи: щебень, песок, ещё что-то – и поверх мелкая каменная крошка чуть крупнее песка. Я уже не говорю кюветы, откосы и всякие сооружения для пропуска воды типа мелких мостов.

В мире, где королевским трактом считается просто хорошо укатанная грунтовка (а если ещё и колеи с ямами раз в год засыпают – так вообще!) применение подобной технологии много чего значит. И в первую очередь – что Объединённые Протектораты тянут подобные проекты по финансам. Впрочем, второй вывод тоже немаловажен – ведь кроме золота ещё и правильно обученные квалифицированные рабочие руки должны быть.

Чтобы профессионалы могли жить со своего дела – дело должно быть востребовано, и не эпизодически, а постоянно. Однако Борленд пошёл дальше – государство гарантировало занятость кадров, раз создало целую Дорожную службу, причём не как-то там, а как род войск. Покрутив все новые факты в голове, я получил стойкое ощущение, что по крайней мере часть жителей Протекторатов – хотя бы армия и властная верхушка – уже давно смотрят на соседей не как на соперников или партнёров, а как на папуасов и ресурс.

Собственно, отсутствие оружия у стройбатовцев показательно донельзя – это в чужой-то стране и на посту, где приходится с разным контингентом в споры вступать. Могу поспорить, что местные пейзане рады-радёшеньки перелечь под южан – всё лучше чем свои феодалы. Да и благородные, небось, давно на юг смотрят… Чёрт. Плохо. В смысле, я очень рад за местных, но вот в плане военного нападения на север всё хуже, чем я ожидал!

Несущая способность дорожного полотна дублёра и тщательно спрямлённый и выглаженный профиль позволили как следует разогнаться без риска улететь в кювет. Ещё и ширина примерно в три земные полосы позволяла даже нашему громоздкому экипажу свободно проводить манёвры обгона. В итоге, мы достигли государственной границы Протекторатов в ранних сумерках – на шесть часов раньше, чем планировалось.

Признаться, я ожидал увидеть что-то вроде лидского погранфорта, но реальность в очередной раз смогла меня удивить – никакого укрепления, в случае опасности призванного укрыть таможенников от нападающих, не было. Зато была просто огромнейшая, выровненная и засыпанная всё той же мелкой каменной крошкой площадка, довольно условно разделённая на зоны низким заборчиком. Подозреваю, если бы не тот факт, что граница шла по реке, переходом через которую служил каменный мост – именно таким заборчиком и обозначили бы место соприкосновения двух государств.

– Пограничная служба. Прошу за мной, господа… гхм, дамы, – конный пограничник в ярко-лазоревом мундире в отличие от стройбатовца вооружён был – саблей. Видимо, для порядка – потому как основным его орудием был сигнальный флажок на коротком древке: что-то вроде жезла регулировщика движения. И ещё яркий фонарь – лидский, алхимический.

Наверное, мне по статусу не положено было выбираться на козлы, но плевать я хотел на условности. Я пока не стал делиться своими наблюдениями с жёнами и эскортом – советом они помочь мне в такой ситуации не могли, но сам прекрасно понимал: тот смутный и приблизительный план мирного урегулирования, что у меня был, полетел ко всем чертям.

«Лучше дружить и сотрудничать, вместе зарабатывать, чем воевать.» Неоспоримая, вроде бы, истина, верно? Войны начинают те, кто планирует на них тем или иным способом нажиться. Если вовремя успеть, пресечь такой конфликт довольно просто: нужно только доказать инициаторам, что вместо доходов они понесут только потери. Практически – урегулирование сделки, ведь с самого начала было «ничего личного, только бизнес». Вот только иногда войны не начинают. Они вспыхивают сами собой просто потому, что так сложилась ситуация.

– Ожидайте таможенного офицера, он вскоре прибудет, – выведя дилижанс и эскорт на одну из символически огороженных площадок – видимо досмотровых – служивый направил своего коня к мосту. Над которым как раз вспыхнули алхимлампы уличного освещения. Установленные не так густо, как на улицах Нессарии, но всё же вполне приемлемо осветившие проезд. Я выбрался на крышу нашей супер-кареты: ага, так и есть, не показалось: дальше к востоку, вниз по течению, реку перечёркивала ещё одна цепочка огней – мост для основного тракта, «товарный», так сказать.

Стада. Огромные стада, которые гонят на продажу в логистический тупик континента. Протекторат «спиной» опирается на горы и море – некуда дальше везти эту еду. Вывод – пища пойдёт для внутреннего рынка. Не только пища, конечно – шкуры тоже, но их-то как раз можно обработать и продать. А вот мясо… Сколько не соли, не маринуй и не копти – больше большего не запасёшь. Не тот продукт, чтобы стратегические запасы делать. Да и не похоже было, что для пастухов гнать свои отары в сатрапии на убой в новинку – то есть делают они это как минимум ежегодно. А раз так – в Объединённых Протекторатах достаточно ртов, чтобы это мясо скушать. То есть много. Очень много. Значительно больше, чем на севере проживает на сходной по размеру территории.

Вообще, внешняя торговля продовольствием в королевствах не особо активная. Грубо говоря, крестьяне сами себя кормят – причём и кашами, и мясом, и овощами. Плохо, хорошо – другой вопрос. Излишки зерна идут королю, а тот кормит армию, парочку своих городов и двор, ну и делится запасами обратно, если неурожай.

Обычно, купцы везут еду только тогда, когда один из монархов решает «потрясти мышцами», выбирает резервы у дворян – ну и под это дело сначала создаёт запас фуража. Опять же, некоторые города вроде Варнавы так разрослись, что им не хватает выращиваемого окрест. А в остальных случаях вся торговля пищей – это перевозка специй, других приправ, экзотических фруктов и сладостей хваткими дельцами вроде Рамона тем, кому по карману и статусу деликатесы. А, ну и да: ещё продуктовые обозы регулярно идут в сторону Горловины – Войско Рубежа тоже надо кормить. И всё – Лид, например, вообще полная автаркия*, сам себя обеспечивает. А вот в сатрапиях и примкнувших к ним королевствах вынуждено царит самая настоящая открытая экономика – просто из-за числа жителей. И это – проблема. Огромная. Населению ведь не только еда нужна.

[*В современной экономической лексике автаркией обозначают экономику, ориентированную внутрь, на саму себя, на развитие без связей с другими странами. Терминологически, автаркия – закрытая экономика, экономика, предполагающая абсолютный суверенитет. Антоним к А. – Открытая экономика.]

Таможенный офицер прибыл довольно быстро – и двадцати минут не прошло. Прибыл аж на собственной карете, и не один – было кому и фонарём перед ним дорогу освещать, и удерживать на поводке отдалённо напоминавшую степного волка химеру. Каюсь, сначала гибридный зверь меня заинтересовал куда больше, чем военный чиновник.

– Спецзаказ? – спросил я у рядового с «собакой». Та, почувствовав множество Печатей, постоянно крутила головой и радостно прядала ушами. М-да, если бы мы и везли что-то «левое», так бы это и осталось необнаруженным: встроенная защита от своих.

– Разбираетесь? – тут солдат запнулся, явно почувствовав себя глупо. Ну да, а то я просто так оказался в окружении кучи химер, что разумных, что нет.

– Пришлось научиться, – улыбка сама собой вышла кривоватой и не слишком весёлой. Впрочем, поговорить со служивым не удалось – облачённого в тёмно-зелёный мундир чинушу направили в мою сторону.

– Господин посол, – поклон у военного вышел неожиданно грациозный – и отнюдь не плоский живот не помешал. – Как официальный представитель Объединённых Протекторатов рад приветствовать вас первым перед въездом на наши земли!

– Благодарю, господин офицер, – пришлось изображать вежливость в ответ. – Что-то нужно предъявить к досмотру?

– Конечно же нет, как можно! – было очевидно, что в меру упитанный таможенник тоже именно что изображает уважительное отношение, следуя этикету, но – надо отдать должное: делал он это со всей старательностью. – Дипломатический транспорт экстерриториален, разумеется! Незначительное формальности, нужны лишь ваши ответы на несколько вопросов – и я сопровожу вас к погранпереходу.

– К вашим услугам, – кивнул я. Интересный момент: зелёный явно благородных кровей, меньше чем безземельного барона на такую должность поставить не могли. А плаща – нет. У меня его тоже нет, правда – но мантию я натянуть не поленился. И, кажется, зря – раз уж рядовой, похоже, не опознал во мне виталиста с первого взгляда.

– Все ваши… спутницы являются сотрудниками дипмиссии?

– Либо сотрудницы, либо мои жёны… это те, кто сейчас в дилижансе, – чтобы не допустить путаницы, указал я. – Пять жён и двадцать разумных эскорта.

– Я отправлю донесение в столицу, вам как раз успеют подготовить здание к заезду посольства, – пояснил мне офицер, записывая данные. На упоминании пяти единиц в гареме его напускное уважение… нет, не сменилось настоящим – но явно прибавило в искренности. Похоже, по поводу этой здешней культурной традиции Вирн оказался прав. – Вы ведь первый официальный представитель своей страны в нашем государстве, не так ли?

– Официальный – точно первый, – я покосился на химеру-нюхача. – Что-нибудь ещё?

– Только примите у меня под роспись паспортные листы и образец для заполнения. Пятидесяти штук хватит или сто на всякий случай?

– А…

– Заверяется вашей подписью и, по желанию, печатью, – предвосхитил мой вопрос чиновник. – И да, если кто попросится под вашу юрисдикцию – можете свободно выдавать.

– А…

– Экземпляр краткого свода законов для гостей государства возьмёте? К вам он частично не относится, но полного, увы, как раз сейчас нет. Но его обязательно доставят в вашу резиденцию!

– Возьму, – согласился я.

– Тогда – прикажите вашей вознице следовать за моим экипажем, – жизнерадостно взмахнул рукой таможенник.

Дилижансу опять пришлось покружить по площадке, прежде чем выехать к длинному мосту… и уткнуться в конец короткой очереди. Ещё один шлагбаум – прямо перед выездом на настил. Работающий при нём персонал только и успевал, что поднимать и опускать красно-белое бревно – в таком хорошем темпе пропускали уже проверенных «гостей страны». М-да. Сервис. «И паспорта себе сами заполнить не забудьте!» Вроде мелочь и вообще разгильдяйство чистой воды, но… даже так – это признаки успешной работы мощного государства. Государства, нашедшего, как пристроить избыток людей – в свои армейские структуры, например. И государству этому нафиг не сдался социальный взрыв на собственной территории.

А он будет, этот взрыв – откуда-то ведь перенаселение взялось. Ещё не знаю, откуда, но мнится – совсем скоро пойму. Этот излишек человеческой массы по-любому куда-то надо куда-то девать, и самый простой путь – задействовать в захвате новых земель. Сплошная польза: плотность населения понизить до приемлемой, чтобы собственная внутренняя экономика могла хотя бы в базе стабильно его обеспечивать. А будет выполнено это через убыль людей или прибыток подконтрольной территории – вообще не важно. Хотя для второго варианта масса приготовлений сделана – вот хотя бы введены строительные войска…

И вот – что мне с этим делать?! Найти антимилитаристов среди аристократов из высших кругов и договориться с ними, обещая наращивать торговлю из Лида именно через них – уже не сработает. А что сработает?

Пока я напряжённо думал, мои супруги «прилипли» к окнам. Даже Эйлана. Поскольку свободных мест больше не было, я бездумно подошёл к ней, заглядывая за бликующую преграду… и вздрогнул. Показа…

Дорога, ведущая от моста, сделала плавный поворот, огибая даже не микроскопический форт – так, недоразумение за насыпной стенкой, смотрящей в сторону переправы. Да, совсем без охраны мост не оставили. Перед односторонним… гм, ну пусть будет, редутом покачивались на столбах два алхимфонаря, и иногда свет попадал внутрь. Вот и сейчас освещённое пятно скользнуло по странно-знакомым металлическим штуковинам, похожим на короткие трубы… и осветило идеально ровную горку, составленную из металлических шаров. Ядра. И пушки. Причем именно пушки, а не маго-метатели большого калибра, и уж точно не артефактомёты. Я идиот. Четыре года назад я пытался объяснить своему приятелю-охотоведу Сатаре концепцию огнестрела – и тот меня разбил в пух и прах при помощи школьной физики, доказав, что подобное оружие в местных условиях рентабельным не будет. Ну, если только не использовать его массово против армий.