Текст книги "Как по заказу 1-6. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 79 (всего у книги 124 страниц)

– Хорошо? – кажется, баронессу здорово удивил этот факт.

– Если хорошо, то у печки миска с едой, – моей предусмотрительности хватило позаботиться о еде. – Потом садись и помогай. Тут и на двоих работы непочатый край.

Ну а что? Вела же Кара в поместье учёт и бухгалтерские книги вместо алкоголика-отца – и тут разберётся. То же самое по сути. И, кстати: – Баюн, ты у себя в деревне чем занимался?

– Охотники мы, – «честно» выпучил глаза умеющий прекрасно читать и писать мужик. – Ушёл, пришёл, шкуру, мясо принёс.

– Ну-ну. Ладно, живи уж…

Неприятное ощущение сдавило моё тело со всех сторон – к обычному давлению дикой магии я привык, но тут был хороший такой скачок Силы. Баюн скрючился, с болезненным шипением сквозь зубы прижимая руки к глазам, и это лучше всяких слов сказало мне, что я не ошибся в предположении.

– Гидра! Совсем близко! Там, – а вот за направление – спасибо. Ни секунды не теряя, я выскочил из дома, попутно отмечая, что меньше или сильнее скрутило всех. Больше всего врезало по глазам, но те, кого Тьма тронула сильнее, судя по позам, испытывали и в других местах не слишком приятные впечатления. Не удивительно, что от ублюдочной черепахи все остальные твари разбегаются – у них-то сродство с первостихией ещё сильнее.

К счастью, живой танк с телепортационным приводом высадился не в пределах заставы – хоть что-то. Потому я помчался в сторону нужной стены, взлетел по лестнице… и едва успел уронить на пол галереи сунувшуюся за мной Карину. И как успела только?! Повезло, что Басс то ли не успел, то ли просто не нашёл из кого выставить хотя бы наблюдателей наверх. Или посчитал, что мы выбили всех противников на километры окрест, а новые стянуться не успели. Кроме гиены, но та сейчас сильно занята, пытаясь сбежать от поедающей её живьём птицы.

– Очень медленно и осторожно поднимай голову так, чтобы заглянуть через парапет. Так скорее всего не заметит, но если увидишь, что разевает пасть в нашу сторону – сразу бросайся ничком, – проинструктировал я девушку. И сам последовал собственному совету, выглядывая за стену. К моему удивлению, гидра оказалась даже дальше, чем я думал. Сложно сказать, но до неё было как минимум километра три. Это была хорошая новость. Плохая заключалась в том, что гидра целенаправленно топала в сторону заставы, водя по «удачно» дующим потокам ветра высоко поднятым клювом.

Да вы издеваетесь…

Глава 15-1

15.

Басс, сопровождаемый адъютантом, взбежал по лестнице на галерею всего на минуту позже нас – видимо, оказался поблизости. Профессионально пригнувшись, он подобрался к парапету, точно так же, как мы, аккуратно выглянул наружу. Чтобы оценить ситуацию, капитану хватило нескольких секунд.

– <Всё очень плохо>, – одним непечатным словом охарактеризовал увиденное командир заставы.

– Не отобьёмся? – на всякий случай переспросил я. В первый момент у меня тоже на язык лез один мат, но… Не просто же так Рубежников учат противостоять ядовитым выстрелам-плевкам гидр при помощи контр-штурмовых щитов?

– Высота стен такая, чтобы тварь не могла плюнуть внутрь. Если лучники ведут беспокоящий огонь из-за щитоносцев – гидре стену нипочём не расковырять, – кэп, как и я, сел на пол галереи, подпирая парапетом спину. – А с такой дырой в периметре нам…

Красноречивый жест на отсутствующий угол укрепления закончил фразу лучше всяких слов. Похоже, офицер по обыкновению хотел-таки добавить несколько крепких словечек, но поймал взгляд от Карины. Потому дополнительно прокомментировал ситуацию цензурно. Ну, почти:

– Через прореху уничтожит большую часть построек – у них стены тонкие по сравнению с периметром. И галереи будут просматриваться и простреливаться через <невероятно сексуально привлекательную> брешь! В конце концов всё равно протиснется внутрь: если даже каким-то чудом сможем маслом заливать осыпь, создавая огненную преграду, горючего хватит на час, максимум – на два.

Я мельком подумал, что меньше чем за год сумел добиться невероятного прогресса в общении с начальством: Басс со мнойговорил. Даже объяснял свою позицию внятно. Я, конечно, вынужденно был им самим и записан в и.о. заместителя командующего укреппунктом ввиду чрезвычайных обстоятельств, но всё равно – достижение. Пусть даже и от полной безысходности, судя по всему.

– Могло бы повезти. После всего этого – совсем чуть-чуть везения, – уже скорее не мне, а сам себе пожаловался вдруг командир. – У гадины совсем никакой нюх, если бы не ветер <с пониженной социальной ответственностью>… Пошла бы в другую сторону – и можно спокойно было отводить людей ко второй линии.

– Эвакуация? – удивился я.

– Ты сам мне десять минут назад прислал докладную записку, что спасённой из пожаров и разрушенных складов пищи осталось на пять дней, – посмотрел на меня как на идиота Басс. М-да. Туплю. – Была бы еда – попытались бы восстановить стену, а так – без шансов… Да что я тебе объясняю? Всё равно всё бесполезно! Проклятый ветер…

Если бы только ветер. Даже сейчас, когда пожары были потушены, над заставой поднимались дымные столбы, прекрасно видимые глазами, без всякого запаха. Со способностью плеваться на несколько километров гидра явно не жалуется на близорукость… Стоп.

– Она точно полезет внутрь через пролом? – я бесцеремонно тряхнул за плечо немолодого офицера. То, что кэп очень немолод, сейчас, когда он позволил себе опустить руки из-за кажущейся безвыходности ситуации, было особенно заметно.

– Не заметить такую дыру? – как на ненормального посмотрел на меня командир, повторно тыкая пальцем в осыпь.

– Заметит – да. Полезет или нет? – настойчиво повторил я.

– Жрать так, как плеваться эта сволочь ещё не научилась, – уже откровенно зло отозвался кэп. Он так и не понял, зачем я его тормошу.

– Стены выше уровня головы твари, – недобрая кривая ухмылка сама собой выползла на моё лицо. – Попав внутрь, она сама себе перекроет обзор…

Мы не сговариваясь посмотрели на ворота.

– Незаметно не выйти, – сосредоточенно сообщил мне свой вывод Басс.

– Накопиться перед воротами и выйти в тот момент, когда гидра полезет через пролом, – решение нашлось сразу же. – А чтобы не увидела – сделать из ткани и опалубки преграду для взгляда.

Я опять выглянул за парапет. Не сказать, чтобы гидра особо приблизилась: скорость движения не входила в сильные стороны этого мутанта.

– Услышит – пятьдесят человек с оружием. И может пройтись по непонятной здоровенной штуке кислотой, – нашёл ещё одно слабое место Басс. Нет, он не пытался доказать, что мой план плох – как более опытный Рубежник, пытался помочь сразу же исключить «узкие» места.

– Значит, надо сделать, чтобы не услышала. И смотрела в другую сторону, – с галереи как раз можно было примерно представить себе, как будет видеть внутренности заставы гидра. Преград для её взгляда там было множество. По-хорошему, вползшую внутрь гидру вполне можно было даже победить – это ведь подобраться к ней проблема, а вблизи любой танк расковырять можно. Вот только потери всё равно будут такие, что… Большие красные муравьи могут до смерти закусать медведя – или вынудить сбежать, что скорее. Вот только сколько он их подавит в процессе? Нахрен. Ведь всё равно потом отступать. А вот у небольшого отряда стрелков, ведущих беспокоящий огонь и перебегающих из-за укрытия к укрытию, вполне может получиться выйти сухими из воды… то есть целыми из кислоты. Чёрт. Но ничего лучше не придумать.

– У нас есть час, в лучшем случае полтора, – следом за мной оценил расстояние до гидры Басс. – Готовь людей к эвакуации, я пойду собирать заградительный отряд…

– Нет, – я покачал головой. – я остаюсь. Даже капля кислоты, попавшая на кожу – это вышедший из строя боец… если рядом нет квалифицированного военмедика. А ещё я самый быстрый из выживших. И командовал десятком разведчиков – а именно их придётся оставить на прикрытии как обладателей самых мощных луков… И у них самые лучшие шансы отступить после того, как основная группа уйдёт за горизонт… И они мне верят. И в меня.

Не геройство, просто голый расчёт. Хочешь сделать хорошо – сделай сам. А если группа Басса облажается – гидра положит всех выстрелами в спину. В степи негде спрятаться. А сорок с лишним человек одной группой – слишком вкусная цель. И шумная, и пахнущая – а у Баюна сотоварищи наверняка остались средства, отбивающие запах. Риск, да. Но риск разумный.

– Хорошо. Действуй, – подумав несколько секунд, одобрил командир. Ну а что ещё он мог сказать? – Я отдам приказы.

Басс, не забыв пригнуться, перебежал к лестнице и, не сбавляя темпа, ринулся вниз. Адьютант едва поспевал за ним следом. И это правильно, мне тоже надо…

Что-то почувствовав, я обернулся к рыжей. Девушка смотрела на меня – ТАК смотрела, что я без слов понял: будут проблемы. Очень, очень вовремя!

* * *

– Кара. Я не возьму тебя в состав заградительного отряда, – ну в самом деле, что она ещё, если подумать, могла хотеть мне сказать? И я решил не юлить. Времени в обрез, просто некогда говорить по душам. – Не потому, что ты – плохой стрелок из лука. И не потому, что при отступлении бойцам придётся вместо одного слепого меня в ночи вести двоих, что снизит темп и многократно увеличит риски. И уж точно не потому, что оставаться – опасно: идти с большой группой не менее опасно. Это в окрестностях Сим сейчас осталась только одна-единственная тварь, а ближе ко второй линии можетбыть кто угодно… Причина одна: ты не сражалась с тварями в течении нескольких лет, не понимаешь их. Не чувствуешь, не знаешь их привычки. А потому обязательно сделаешь ошибку и по-глупому помрёшь. Раз это в моей власти – я такого исхода событий не допущу. Уходи с остальными. Так нужно.

М-да. Сказал – как отрезал. Правильно сказал. Что ж так на душе так противно? Рыжая продолжала молча на меня смотреть, и я даже залюбовался: грязная, растрёпанная – она всё равно была очень красивой. С огромными зелёными глазищами, со смешными маленькими конопушками на очень даже милом личике. Веснушек, правда, сейчас не было видно из-за въевшейся в кожу лица гари…

Жила бы себе в поместье, которое я ей добыл, вот чего не хватало? Подвигов? Так выжить на заставе с проломленным периметром – уже подвиг, а она – выжила. Хватит уже. Я бы даже сказал – перебор. Если бы рыжая через полгодика назад штатно вернулась с заставы – её бы и так до конца жизни на руках носили. И король Зар Шестой лично бы наградил – хотя бы за улучшение своего международного имиджа. Такие подданные – золотой фонд любого монарха. Обычных-то барончиков и даже герцогов ещё хрен выпнешь даже на третью линию в Горловину служить – а тут такой, без шуток, героизм. Можно и принца женить на баронессе-майоре (какая ж награда без внеочередного звания?). Младшего, конечно, наследник и сам давно уже не только отец, но и счастливый дед. Предел же мечтаний для любого дворянина, нет? Разве что холостому герою мужеского пола подгонят принцессу, разумеется…

Губа у героини, баронессы, будущего майора дрогнула – и блистательная подданная Его Величества расплакалась навзрыд! Вот чёрт.

Хорошо, что я снял с Карины доспехи – то, что от них осталось – перед тем, как уложить в целительский сон. Обнимать плачущую женщину, если на ней броня – больше похоже на профанацию. А обнимать надо, если даётся. По крайней мере другого способа более-менее быстро остановить слёзы я не знал. Ещё желательно говорить что-нибудь ласковое, но с Карой это могло вызвать неизвестно какую реакцию, так что я молчал А она плакала и из объятий вырваться как-то не стремилась. Печать отсчитывала время, по степи ползла гидра, а я тут сижу… Ладно. Десять минут погоды не сделают. И двадцать – тоже. Подготовятся к бою отвальные и без меня – раз уж Басс сказал, что отдаст приказ. А мне самому собираться что? Арбалеты достать из промасленной бумаги и собрать наконец, разве что. Броня против гидры не поможет, а вот замедлить может очень даже, нафиг её. Разве что поесть? Тоже спорная идея…

– Их убил тигр. Просто смёл, не останавливаясь, – внезапно для меня тихо заговорила девушка, и шмыгнула носом мне в ключицу. – Просто сбил лапами, никто даже ударить не успел. И я тоже. Басс меня спас. Затащил за дверь, захлопнул её, и протащил через дом насквозь прежде, чем монстр вломился. И потом таскал за собой. Собрал ещё людей, потом на нас напали рогатые твари, но Рубежники отбились… Я так его ненавидела, он начинал меня поносить грязными словами, едва завидев. Молчала, терпела. Хотела вызвать на дуэль, если встречу вне Шрама… а он мне жизнь спас. А я ничего не сделала. Только всем мешала. Даже тебе. Поссориться умудрилась… И теперь опять бесполезная. Только и могу, что плакать! Отец говорил, что я не плакала с тех пор, как научилась говорить… и вот.

Последние фразы были сказаны с характерными упрямыми нотками, и я покрепче сцепил руки: в таком состоянии с рыжей сталось бы со стены взять и прыгнуть!

– Ты не бесполезная, – о боже, вот как мне найти правильные слова за пять минут? И возможно ли это вообще?! Давить на логику? – Иначе я не оставил бы тебе поместье и титул.

– Мила справляется с манором куда лучше меня, – не поднимая головы, возразила Карина. – А я ничего не могу. Только под ногами у всех мешаюсь. И делаю только хуже. Мне сказали, что это из-за меня самые опытные воины покинули Сим…

Прибью языкастую суку! Хотя один к двум – уже твари за меня сделали.

– …Здесь уже поняла, почему меня герцог Берг в гвардию отпускать не хотел. А там в лицо никто не пожелал сказать, что я никчёмная. Или я его не услышала, потому что не хотела. И тебя не услышала, когда ты в ворота форта постучал. Даже не узнала!

Какая знакомая история – убиваться оттого, что не нашел места в жизни. И, главное, даже посочувствовать особо не могу Карине – это у Маши и Роны жизнь отняла всё. А рыжей я, наоборот, подогнал всё, что нужно. И всё равно. Ну и что мне ей сказать?

«Пользуйся своей удачей и живи в своё удовольствие, дура?» Может, и послушает. Но… что-то мне подсказывает, что даже тогда она будет себя ненавидеть подспудно. К чему это приведет – Свет весть. На Земле, помнится, читал в какой-то «психологической» книжке по коучингу про «виктимное поведение», тогда так и не понял, что это такое. Но после чтения конспектов по психологии вспомнилось. «Поведение жертвы» – это когда человек сам разрушает свою жизнь за осознаваемое «прегрешение». Действительное или мнимое. Вот уж не такой судьбы я хочу для рыжей. Всё-таки мне она не чужая. И особенно остро я чувствую это сейчас.

Роне я предложил семью, место рядом с собой – ей этого оказалось достаточно. Маше – что я приведу её к мечте, если она пойдет за мной. И не соврал ведь, хоть и не скажу, что это целиком моя заслуга. А Карине я что могу предложить? Разве что… нет. Дурацкая идея. Или нет. Но, блин, время! Просто некогда больше ничего придумывать.

– Кара, – я отстранил девушку от себя, заглянул в её глаза. – Сделаешь кое-что для меня? Сразу скажу, это сложно и долго. Мало кому я могу такое поручить – а тут и вовсе некому.

– Я гото…

– Роди мне ребенка, – перебил я. – Воспитай. Научи быть достойным фамилии Бертран.

Боже мой, что я несу… Ох, а ещё никогда ни у кого я не видел настолько расширившихся от удивления глаз!

– Решай прямо сейчас, у нас десять минут максимум. Я виталист, ты знаешь, гарантированное зачатие обеспечу. Ну что, согласна?

Глава 15-2

* * *

В десять минут уложиться не удалось – только в пятнадцать. И, уверен, вся застава была в курсе, чем мы занимались. Потому что если поначалу Кара пыталась сдерживаться, то под конец не просто стонала – натурально кричала! Хорошо ещё, что галерея поверху стены достаточно широкая, чтобы нас снизу было хотя бы не видно. К счастью, у сослуживцев хватило чувства такта, чтобы не подниматься и не интересоваться, чем это таким интересным мы тут решили заняться, и не холодно ли нам это делать на улице в преддверии зимы.

Кстати, не холодно совершенно – скорее жарко. Хотя думаю, мы бы и в снегу справились – настолько от души зажгли. И, боюсь, если бы не моя Жизнь – баронессу и будущую маму мне бы пришлось выносить на руках. А так ничего – сама спустилась вместе со мной. И о случившимся с девушкой можно было догадаться не по растрепанной прическе (как-то нам тут всем не до ухода за волосами последние сутки было), и не некоторому беспорядку в одежде (те же причины), а по совершенно шальному взгляду.

Зато – рыжая спокойно дошла со мной до ворот к медленно растущей куче вещей, которые нужно будет взять с собой отступающей группе. Там же собирались не задействованные в постройке полога перед воротами и растаскивании бочек с маслом и мешков с углём Рубежники. Многие из рядовых и сержантов «незаметно» показали мне жестами своё полное одобрение, понимание и восторг. И некоторые из этих жестов в приличном обществе воспроизводить строго не рекомендовалось, н-да… Сцены прощания, как таковой, и не было. Даже слова оказались не нужны – только долгий поцелуй. Сослуживцам же я продемонстрировал воинское приветствие, и когда все люди вокруг ответили тем же – в горле почему-то застрял комок. С усилием его проглотив, я повернулся, пытаясь выкинуть из головы всё лишнее. Теперь нужно думать только о предстоящем бое.

– Щёлк. Всшшшших! – ролики на рогах дуги арбалета вхолостую прокрутились. Я отложил готовую машинку и начал собирать вторую. Со стороны ворот доносился слитный стук молотков.

– Глаза, – Баюн раскладывал перед собой стрелы. Тщательно осматривал – и по каким-то своим критериям распределял между тулами. – Бережёт их гидра. А если кто в них чем пуляет да выбить пытается – тут же туда кислотой шпарит. Стрелы наши для тварины этой чуть опасней мошек, да только если мошка в глаз залетит – ничего хорошего не будет.

После очень бурного секса по телу разлилась приятная удовлетворённость, а в голову лезло всякое, потому я вдруг вспомнил картинку из интернета с силуэтом танка «Абрамс» и обозначенными на ней слабыми местами. Авторы рекомендовали разбивать приборы наблюдения и бронестекло-триплекс сапёрной лопаткой. Тогда я счёл это за прикол, а сейчас вдруг понял, что принцип-то вполне рабочий. Правда, танкисты скорее всего на такую, гм, инициативу будут нервно реагировать – так что лучше по танку из гранатомёта жахнуть. Противотанкового. Смутно представляю, как такая базука выглядит, но сейчас от подобной штуки не отказался бы… Блин, иногда мне казалось, что земная жизнь осталась где-то далеко-далеко, а иногда вот так вот внезапно вылезали «приветы».

– Плевки страшны, но всё ж не может гидра плеваться бесконечно, – вдруг подал голос Косточка. Свои стрелы он уже разобрал, и теперь, заново опорожнив один из колчанов, обматывал древки снарядов у наконечников ветошью. – Оттого и тактика такая у Рубежников, если нужно стену защищать. Монстр лупит по движению сначала – а защитники прячутся за парапетом и щитами: так не дают проплавить твари дыру в одном месте, чтобы туда голову просунуть и заглянуть. Так гидра иногда пытается головой стену расковырять – вот тогда в ход идут стрелы и пики по глазам.

Я вспомнил тренировки у Ромара и кивнул.

– Мы будем действовать так, – теперь уже Баюн взялся за тряпки, а Косточка сунул подготовленные стрелы в кувшин с маслом – пропитываться зажигательной смесью. – Как морда твари в проломе замаячит – прячемся за домами, да «зажигалки» пускаем по бочкам и мешкам оттуда, что наши разложили. Зараза плеванёт несколько раз на движение и дым – это, значит, чтобы по пологу не стрельнула. Если подготовленные палы кончатся, а тварь ещё не влезет – по морде её работаем уже, тогда точно обидится и полезет.

Что ж, просто и эффективно. Потому я опять молча кивнул.

– Щёлк. Всшшшших!

Вот и второй арбалет голов. Болты из Рении я в этот раз экономить не буду. Они мне, конечно, могут и при отступлении с заставы понадобиться, но с другой стороны – только лишняя тяжесть, которая будет на каждом шаге тянуть. Практически нет у первой линии тварей, для которых стрела будет чем-то более докучающим, чем большая заноза. Вот ручную баллисту бы… а лучше и метатель – до кучи. Но нет – так нет. Хорошо хоть копьё нашли. Всё, я готов. Теперь осталось только ждать.

Признак хорошей подготовки – когда всё нужное проделывается без спешки и буднично. Можно даже сказать – скучно. Я давным-давно, ещё на старших курсах земного института усвоил эту закономерность, а когда занимался охотой – только утвердился во мнении. Любое «приключение», когда требуется резко действовать и неучтённо импровизировать – это по сути провал. Просранный, простите за натурализм, дедлайн, опасность, которую «героически» нужно встречать лицом к лицу… В юности это кажется романтичным и впечатляющим, а на деле – в гробу я видел такие ситуации. К счастью, в этот раз мы успели на удивление неплохо подготовиться.

Голова гидры на длинной шее сунулась в пролом… и тут же с резким «ФЛОПП!» выпустила кислотный снаряд по летящей по дуге и оставляющей дымный след стреле. Соболь стрелял, закрытый стеной дома, цель от черепахи-мутанта закрывала другая постройка. Когда там с громким «ФШШШ!!!» взвилось пламя – в здание влетел ещё один кислотный снаряд. Хорошо так влетел – с грохотом проломив крышу. Шипение ещё усилилось, чёрный дым смешался с белёсым: суперлитик разъедал всё, на что попадал. Не дожидаясь, пока внимание чудовища привлечёт что-то ещё, на другом конце заставы свою стрелу метнул Баюн. И опять – вспышка, возгорание, реакция порождения Шрама. На пятом повторении монстру надоело плеваться, и гидра по осыпи поползла внутрь периметра. Отлично, всё по плану.

Пока монстр с ясно различимым трудом перебирался через осыпь (мы не мешали) – я с огромным интересом, даже можно сказать, жадно рассматривал тяжёлый живой танк в подробностях. Всё-таки мне конкретно так успели крышу накренить в Нессарийском Университете: мутант вызывал не омерзение пополам со страхом, как должен был, а прямо-таки восторг. И желание посмотреть, как такая махина устроена изнутри – потому что снаружи особых отличий, кроме размера, от черепахи собственно и не было.

Тяжёлый, похожий на птичий, клюв, чёрные глаза без белков, закрывающиеся веками словно амбразуры – бронестворками. А сама голова величиной если не с «минивэн», так с большую легковушку точно. Длинная шея буквально бугрилась от перекатывающихся под ультратолстой шкурой мускулов, позволяя гидре весьма шустро вращать массивной башкой. Осыпь, по которой взбиралась черепаха-мутант, основательно просела под чудовищным весом изменённого, края панциря задели край пролома… и легко разрушили их, вызвав новые обвалы. Но порождение Шрама, казалось, даже не заметило пары тонн глины у себя на спине, пройдя-таки узкое место и на брюшной плите панциря величаво и неторопливо съехав вниз.

Гидра не шла, как обычная сухопутная черепаха, опираясь на ноги, а именно что ползла, распределяя свой очень и очень немалый вес по всей площади нижней части природной брони и отталкиваясь конечностями. Должно быть, преодоление склонов вроде осыпи для неё что-то вроде небольшого подвига. Так, время! Самый ответственный этап – основная группа открыла ворота и выбирается под пологом из обреченной заставы. Отвлекаем.

Огромный противник быстро и плавно повернул голову, реагируя на очередную зажигалку. Не уверен, но кажется супер-черепаха всё-таки что-то услышала – или ещё как-то засекла движение за тканево-деревянным заграждением перед выходом. Плевка на место падения стрелы не последовало, голова начала поворачиваться опять… Я, стараясь минимально высовываться из-за стены, разрядил по гигантскому глазу сразу два арбалета с двух рук. И под защитой постройки бросился прочь.

– ФЛОПП! ФЛОПП! ФЛОПП!

– ДРАГГХ! КРАШШ! БУФФ! – оглядываться на бегу – очень плохая идея, но пространство между двумя соседними строениями я преодолел в прыжке, скорость после которого погасил перекатом. Потому разлёт досок и капель кислоты пронаблюдал воочию. Чёрт, вовремя я оттуда убрался – постройка оказалась пробита насквозь. А та часть стен, которая устояла, теперь стремительно оплывала, таяла, шкворча, словно куски сливочного масла на сковородке. Ог-го…

«Треньк» тетивы лука я едва расслышал, а вот громогласное «ФЛОП» и треск с грохотом – прекрасно. Косточка включился в игру с другого конца заставы. Ну вот – ещё пять минут интенсивного огня – и оставим гидру в покое: к этому моменту все уже выйдут за стены. Будем постреливать только в том случае, если тварь начнёт примеряться к стене, чтобы выглянуть наружу. Ещё желательно не дать чудовищу разрушить полог – нам ведь тоже наружу как-то надо выбраться будет. Примерно три часа – столько нужно основной группе, чтобы с гарантией уйти за горизонт. А потом наш черёд. Догнать вряд ли догоним, а в худшем случае придется основательно поползать по степи, холодной и мокрой. Но – мы все знали на что идём.

* * *

– КРАХХ!

– …А я, когда в Ключи вернусь, первым делом спать завалюсь, и буду спать, сколько влезет. Достали уже побудки эти…

– Так тебе твоя и детки дадут поспать, размечтался!

– Треск-треск.

– А я хочу по нормальному лесу побродить. Достала уже эта степь без конца и края. Ненавижу её! – признался Соболь, явно машинально размочаливая край обломка опалубки об землю, и засовывая его в пламя. Деревяшка неохотно занялась. – И у печки посидеть, чтобы там дрова нормальные горели, а не эти вонючие чёрные куски.

– КРРАКХ! – гидра пробила головой очередную крышу в поисках чего бы пожрать.

– Давно хотел спросить, как вы умудряетесь поджечь дерево с противопожарной пропиткой, – проследив, как тлеющий обломок улетел к не спешившим заниматься мешкам с топливом, поинтересовался я.

– Надо вдоль волокон расщепить посильнее, чтоб разлохматилось и щепой пошло, – показал мне зарубежник.

– Слышал, состав специально такой подбирали, чтобы, значит, если нужно, сжечь можно было, а сам по себе не того, – влез в разговор вернувшийся Баюн.

– Ну, что там?

– Добралась, сволочь, до домов, где мёртвых наших товарищей сложили… кого целым нашли. – сжал кулаки Косточка. – Хотели ведь огненное погребение свершить, да не успели.

– Ничего, меньше за нами будет смотреть, – проявил душевную чёрствость сержант. – Разгорается, вижу?

– Разгорается, – подтвердил очевидное я. – Ещё минут десять – и дыма хватит, чтобы пройти.

– КРАХХ!

Гадская тварь всё-таки разнесла кислотой полог – взяла и плюнула, зачем-то. Пришлось изобретать «план Б» – натаскать угля и, стараясь подгадать момент, когда гидра опускала голову, закинуть мешки на остатки конструкции. Когда топлива собралось достаточно – мы его подожгли для создания дымовой завесы. Поскольку далеко не все рукотворные очаги возгорания к тому моменту погасли, мутант не обратил на новый пожар внимания.

– Сделать бы что-нибудь сволочи напоследок.

– А что? – Соболь развёл руками – Я вот точно ей в глаз стрелу с ядом всадил, прямо в центр. Поморгала, дрянь такая, пошипела, плюнула пару раз в мою сторону – и всё. А как она через огонь грудью пёрла, все видели.

Это да. Гидра то ли учуяла, то ли увидела что-то интересное у одной из подожжённых «закладок» – и ничтоже сумняшеся прошла через огонь. Точнее, огонь сразу же потух, как только всё топливо оказалось под брюхом монстра. Собственно, от заставы сейчас осталось, не считая неполного периметра, меньше половины: какие-то здания порождение Шрама разломало головой, роясь внутри прямо через крышу, какие-то – просто небрежно развалив лапами и панцирем, словно те сделаны были из песка. Танк и есть танк. А ещё черепаха ЖРАЛА. Всё, любую попадающуюся органику, если та была сложена хотя бы в мало-мальскую кучку. Доски опалубки мутанта, как оказалось, тоже интересовали: пришлось ещё пару раз пострелять и побегать, когда чудовище примерялось обгладывать внутреннюю обшивку внешних стен укреппункта. То, что огромный клюв как экскаваторный ковш отправляет в желудок сотни килограмм грязи и глины, тварь совсем не беспокоило. Как и глиняный холм, так и лежащий на спине.

– Домой хочу – сил нет! – вдруг повторил Соболь. – И не на побывку, а чтобы совсем. И зачем я только на службу согласился?..

– Ша! – прервал земляка Баюн. – Сначала до своих добраться надо, а там – посмотрим. Сам слышал, что Филин нам обещал? Два года службы – и рапорт о переводе на опорный пункт, который наши Ключи обязательно удовлетворят.

– Филин обещал, – едва слышно пробормотал отвальный. – А ещё он баял офицером стать за эти два года. Да только где тот Филин теперь?

* * *

Пятьдесят с лишним человек, как бы они не старались, не могут не оставить за собой следов. Это с одной стороны плохо – хищники Шрама запросто пройдут по такой «дорожке», пытаясь разнообразить себе меню. А с другой стороны хорошо – потому как все опасные твари побегут к большой группе, высунув языки, и больше шансов, что они пропустят группу малую, идущую в стороне и с отставанием.

Первые два километра мы преодолели бегом, постоянно оглядываясь. Причём от меня толку было мало: сумерки сгустились так, что я едва видел, куда наступаю – какое уж там наблюдение за стеной? Потом просто пошли, держа размеренный темп и уже не глядя назад. Это за толпой гидра могла просто «прыгнуть» при помощи своей способности к перемещениям, а за шестёркой небольших для неё и резвых кусочков мяса – уже нет. У неё и под ногами достаточно куда как более доступных вкусняшек. И огромные запасы кислоты, превращающие любую органику в еду. Надо, как будет возможность, внимательно переписать свои наблюдения. Не уверен, что в универе есть настолько подробные данные об этом монстре – поведение там, реакция на раздражители. Надо быть наглухо долбанутым, чтобы устроить подобный натурный эксперимент… ну или не иметь другого выхода, кроме какпоиграть с живым танком в кошки-мышки. Решено, ещё и Вирну отпишу – заодно напомню о себе. И девочкам своим. Чёртова информационная изоляция достала…

Степь радовала. Вот реально радовала – пустотой. Мы шли и шли – а тварей всё не было. Даже овец, которые всегда первыми возвращаются после того, как их шуганёт мини-выплеск от телепортации гидры, и змей, которые обычно просто не успевают особо далеко уползти. Час проходил за часом, перевалило заполночь, пошёл и прекратился дождь – а мы шли и шли. А я не забывал поглядывать на стрелку компаса, когда наконец снова смог её разглядеть. Не останавливались – я прогонял свою и чужую усталость Стихией прямо на ходу. И, конечно, не расслаблялись – но, похоже, нам действительно везло. Пока везло.

– Мы нагоняем первую группу, – отрапортовал отходящий проверить след Соболь. – Ещё два-три часа…

– И мы будем у второй линии, – с усмешкой поправил его Баюн. – Уже скоро верхушки башен увидим. Считай – почти дошли.