Текст книги "Как по заказу 1-6. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 73 (всего у книги 124 страниц)

Глава 10-2

* * *

Оставшись наконец вдвоём, мы с Карой молча уставились друг на друга. Всё то время, пока мы ужинали, девушка просидела как на иголках, но под конец кое-как смогла успокоиться, и теперь буравила меня хмурым взглядом исподлобья. А я с удивлением понял, что не очень-то и понимаю, с чего начать разговор.

– Как дела? – если ничего умного не придумывается, почему бы не начать с глупых вопросов?

– Что ты здесь делаешь?! – одновременно выпалила рыжая и снова начала заливаться румянцем.

– Служу, – вздох вырвался сам собой. – Я писал Миле… а, ну ясно.

Всё понял по лицу собеседницы. Что ж, в мире, где нет телефона, а почта идёт неделями, достаточно уехать из дома, не оставив обратного адреса, чтобы надёжно потерять доступ к новостям от близких и друзей. Блондинка-баронетта просто не успела получить моё послание до того, как Карина уехала в столицу.

– Ты должен был учиться… – нахмурилась ещё сильнее леди капитан, потом запнулась, и добавила не так уверенно: – несколько лет…

– Должен был, – оставалось только развести руками. – Меня выпустили экстерном. Так что я уже почти три месяца как дипломированный маг.

Н-да. Что-то как-то у нас разговор не клеится. Да ещё и усталость никуда не делась – едва не ляпнул «спасибо тебе за это, кстати». Именно Кару мне нужно было «благодарить», что Кристиан ван дер Хорт сумел отыскать меня в Нессарии. За пределами Лида знали, что я гражданин республики, всего несколько человек. И только один из них, точнее, одна была одновременно хорошо осведомлена о моём точномместонахождении и роде занятии и при этом буквально преклонялась перед генералом Рубежников. И прямо-таки горела желанием покаяться за «нечестно» доставшийся герб и манор. Конечно, сдала меня рыжая не специально. Если бы я догадался, когда Кристиан «воскрес», вернувшись из Шрама, запретить разглашать информацию о себе – Карина, уверен, меня не сдала бы. Но я даже предположить не мог, что мой биологический родитель здесь – настолько больной ублюдок…

– Я тебя тоже поздравляю, – не дождавшись ответной реплики, мягко улыбнулся я. Что было – то прошло, жить надо настоящим. – Госпожа капитан гвардии. Уверен, ты стала одним из лучших офицеров Его Величества…

Я осёкся, увидев, как девушка сжала кулаки и зубы. Голову она опустила, но не заметить прокатившиеся по щекам желваки было сложно.

– Что?! – с вызовом спросила она меня, подняв глаза.

– Просто… поздравил. От чистого сердца, – осторожно уверил я её. Эта смесь гнева и смущения на лице… У меня так и вертелось на языке спросить: «с тобой всё в порядке?» Впрочем, мне, пожалуй, всё было понятно и так.

Работая в разных коллективах, постепенно волей-неволей начинаешь понимать людей. Потом вспоминаешь себя в молодости и только диву даёшься – ну вот как можно было быть таким слепым. В студенческие времена мне довелось по уши влюбиться в сокурсницу. Долго пытался ухаживать, и никак не мог понять, почему она со мной в компании нормально общается, а как остаёмся одни – сразу какое-то отчуждение возникает. А всё оказалось просто: как один из приятелей я её более чем устраивал, а вот в романтическом смысле – совсем не вдохновлял. Но, конечно, сказать она это прямо мне так и не смогла.

Примерно такая же ситуация сложилась сейчас между мной и Кариной. С одной стороны рыжая была серьёзно мне обязана, по крайней мере, она сама так считала. Мы ещё и разделить постель успели – после того, как Кара стала баронессой Бертран и до того, как я уехал к дяде Мартину. Хотя честно сказать, словосочетание «разделили постель» немного не отражает произошедшее той ночью. «Неофит Жизни и три невинные девы» – не толькозвучит как название порно-рассказа. Мы там реально зажгли. Времени прощаться по-нормальному совсем не было, эмоции после всего случившегося били через край в том числе и у меня. Ну и Стихия помогла как мне, так и партнёршам не обращать внимание на досадные мелочи, так мешающие неодарённым при первом сексе. Ну и конечно спасибо Милане: энтузиазма и стремления к смелым экспериментам у неё хватило на всех четверых. А потом… Потом я уехал.

С Машей меня связывали долгие отношения, кроме того, по пути в монастырь Белых мы с будущей леди-рыцарем успели как следует… гм, закрепить пройденный материал. Блондинка-управляющая поместьем сама приезжала ко мне в Нессарию – и уехала очень довольной. В тот раз уже Рона испытала на себе безудержный характер и любовь к импровизациям младшей Пэр. А вот с Карой… с Карой у нас больше ничего не было. Даже переписки нормальной. В какой-то мере это моя вина, конечно, но трудно писать человеку, который в ответ или молчит, или пишет какую-то выспренно-пафосную пургу…

И вот теперь леди-капитан охрененно внезапно оказалась в очень щекотливой ситуации. Откуда ни возьмись ей на голову сваливается парень, которому, как она считает, всем обязана. Походя строит коменданта крепости, добивается приватной встречи… и в целом может потребовать чего угодно. А рыжей придётся дать – собственный характер иногда может заставить человека сделать с собой много чего такого, с чем Печать не справится. Особенно это будет неприятно и обидно в контексте полученного долгожданного статуса командира подразделения и сопутствующей званию немалой военной власти.

Я против воли кинул оценивающий взгляд на собеседницу. Может, мне кажется из-за длительной разлуки, но рыжая, по-моему, за два года только ещё больше похорошела. Черты лица чуть округлились, сделав милое лицо ещё более женственным, причёска хвостом капитану определённо очень шла. Косметикой Кара не пользовалась, но вот брови выщипывать, придавая им эстетичную форму, Милана своего сюзерена определённо научила. Карина перехватила мой взгляд – и её щёки опять полыхнули катастрофическим румянцем, а губы сжались. Чёрт. Ладно. Я знаю, что делать.

– Карина, тебя на вторую линию одну командировали, или в составе полка его светлости лорда Эдмонда? – в который уже раз смыв усталость импульсом Жизни, самым непринуждённым тоном, на какой был способен, спросил я.

* * *

– …Как так можно?! Как они могли?! – возмущению рыжей не было предела.

Расчёт оказался верен: стоило заговорить об общих знакомых, изображая интерес, и Кара довольно быстро перестала изображать из себя ощетинившегося ежа. Слово за слово, я открыл вино, любезно оставленное нам на столе комендантом – разговор потёк уже сам собой. Правда, теперь уже я задавался вопросом: и нафига мне самому-то налаживать диалог. Распрощался бы, отговорившись усталостью – и спать бы пошёл. Но нет, решил наладить общение. И зачем? Да уж точно не за тем, чтобы рыжую трахнуть. Хотя я определенно был не против, но – заставлять девушку против её воли? Это не про меня.

Да понятно, что дело было совсем в другом. Я всё ещё чувствовал ответственность за свою протеже. Не было бы моей протекции, выдвинувшей дочку рыцаря в баронессы – хрена с два Карина смогла бы попасть в Горловину. Ей просто нечем было бы заинтересовать Кристиана, для которого нарушить сложившиеся в гвардиях королевств традиции и правила было что чихнуть. Сюда всё-таки опытных воинов присылают, а не зелёных юнцов, пусть и в офицерском звании…

– Назначение было проведено старшим офицером заставы в полном соответствии с Уставом, – меланхолично повторил я Карине, заставляя рубиновую жидкость в бокале плескаться от бортика к бортику. – Я же тебе говорю: атакующая магия на Рубеже практически не работает, опыта командования подразделением более нескольких человек у меня не было. Так что сержантское звание – это потолок возможного… пока. Ещё повезло, могли и в рядовых оставить.

Барон Сорис определённо разбирался в вине. Напиться на сытый желудок даже леди капитану не грозило – слишком мало градусов, а вот букет был на высоте. Можно часами смаковать глоток за глотком.

– Это оскорбление! Ты дворянин, и не какой-то там, а барон!

– …И это совершенно ничего не значит в Войске, как я уже говорил, – отсалютовал девушке бокалом я. – Перед Уставом все равны. Недаром обращение друг к другу не какое-нибудь, а «товарищ».

– Ставить какой-то документ выше… выше происхождения, выше традиций?! – Кара аж запнулась от возмущения. – Это же дикость!

Я едва не выплюнул назад в бокал то, что успел отпить.

– Ты серьёзно так считаешь? – только и спросил я её.

– Конечно! Ты тут мне расписывал, как возился с какими-то беззаконно живущими сервами только для того, чтобы онислушались твоих команд. Тебя! Аристократа! Мага! Ужас! Да в гвардии любого королевства такое просто невозможно!!!

Наверное, мне хотелось выговориться несколько больше, чем я думал в начале разговора. Действительно, я кое-что рассказал рыжей о своих приключениях здесь, и сам не заметил, как увлёкся. Но с другой стороны – не Роне же с Таней мне это было писать? Чтобы они разнервничались, а волкоухую Печать начала подталкивать вернуться на Рубеж, презрев прямой приказ, так как риск для жизни хозяина перевешивает? Нафиг, нафиг. А тут человек почти что в теме – пусть капитаном Кара стала за свой титул, но именно в управлении войсками она кое-что понимала. Её отец, сэр Матиас, научил дочь чему мог, а потом уже и герцог Эдмонд свою руку приложил.

– Полегче, – холодным тоном осадил я рыжую. – Эти «беззаконные сервы» – важная часть Войска Рубежа. А конкретно мои отвальные благодаря своим знаниям и опыту как минимум два раза спасли мне жизнь за последние два дня.

Я выдохнул, и уже более спокойно произнёс:

– Ещё раз тебе повторяю: обращение «товарищ» появилось не случайно. От смерти из-за нападения очередной твари Шрама меня и остальных Рубежников защищает взаимопомощь и слаженность действий. Без этого стены застав не помогут. Чудовища не различают, носишь ты плащ с гербом или нет. Потому командуют нами не «достойные», а те, кто умеюткомандовать. А мои товарищи должны быть точно уверены, что я ради них готов в лепешку, если что, расшибиться. Как и они за меня.

– Смерть на поле боя – удел героев! – кажется, моё объяснение оказалось не таким хорошим, как я думал. – Чернь должна быть благодарна уже за то, что ей позволили встать в один ряд с благородными и дали в руки оружие!

Бож-же…

– Кара, – отставив вино, я серьёзно посмотрел ей в глаза. – Твоя… и моя тоже задача – не умереть, не важно, славно там, или бесславно. Задача – защитить тех, кого взялся защищать. Мёртвый защитник – бесполезный защитник. Самопожертвование – это не доблесть, это проигрыш. Последний способ нанести врагу какой-то урон, когда уже остальных возможностей не осталось…

Я прикусил язык, но поздно. Да, Карина попала в баронессы именно через самопожертвование: встала на пути болотного секача. И закономерно едва не погибла – повезло, что у меня вовремя произошла манифестация дара, и моя Жизнь залечила смертельную рану рыжей. Потом, напирая на факт совершения подвига, я и аргументировал передачу формально моего манора дочке рыцаря. Баронесса и так считала, что ей титул достался не по праву, а тут я ещё такое ляпнул. Одного взгляда на лицо моего бывшего вассала было достаточно, что она, разумеется, немедленно приняла сказанное мною на свой счёт.

– Кара, я, пожалуй, пойду, – когда молчание совсем уж затянулось, поднялся со своего стула я. – Нам утром выходить, я хотя бы три часа поспать успею.

Девушка, старательно не глядя на меня, молча кивнула. Ну вот и поговорили. Твою мать…

Глава 11-1

11.

Интернет. Форумы. Социальные сети. Пфф, «солдатский телеграф»! Если так посмотреть, ещё и неизвестно, что сильнее искажает сведения при передаче. Кроме того, несомненный плюс: солдатский телеграф работает без батареек, электричества и даже без гаджетов! Прямо диву иногда даешься, как на отрезанную от большого мира заставу попадает относительно свежая информация. Но ведь факт – попадает как-то.

– Говорят, Генерал договорился с их величествами, чтобы те вдвое увеличили гарнизоны второй линии. Интересно, как венценосные согласились только? Вдвое больше еды нужно, а купить излишки продовольствия в это время года можно только у республиканцев. Будто Лид и без того недостаточно богатый…

– Не вдвое, а только в полтора, – сержанты за соседним столом даже не думали сдерживать голос, потому мне было всё прекрасно слышно. – И не увеличили, а должны будут увеличить к середине лета. И я бы на твоем месте молился Свету, чтобы они это действительно сделали, потому что экспедиционный корпус выступает на последней неделе весны, и контролировать идиотов-корольков больше будет некому.

– Ты это… полегче, – попытался урезонить сослуживца первый.

– А то что? – завелся с полоборота мужик в посечённом нагруднике. Не знаю, чья лапка оставила на металле три косые зарубки, но кираса не подвела, спасла младшего командира. – У нас тут господ и черни нет, все равны. Станут требовать саси-сс… тьфу, са-ти-сфакции? Так я только за!

– Негоже законных правителей хулить, – насупился его приятель. – Власть – она не просто так человеку в руки попадает…

– Знаю-знаю, – отмахнулся любитель дуэлей. – Верь в свою лабуд… в то, Белые говорят, я не против. Только меня – не заставляй. «Воля Света» – это же надо было такое придумать! Может ещё Волю Огня начнём слушать? Я вот первым буду за – когда меня в селе на стены ставить стали, с парнями не меньше десятка тварей пожёг.

– Был бы у тебя в деревне храм, в котором клирик одарённый хоть раз в неделю да служит – ты бы так не говорил, – упрямо высказался его собеседник. – А твари бы ваше село сами по большой дуге обходили.

– Может и так, – неожиданно согласился сержант-драчун. – Вот только не нашлось среди Белых такого идиота, что променял бы комфорт герцогской резиденции на наш деревенский быт. Маловато, видать, таких, чтобы на всех в Приграничье хватало.

Они помолчали, думая каждый о своем, потом один из них спросил другого.

– Ты тоже думаешь – попрёт?

– Вот попрёт – тогда думать буду.

– Тогда – уже поздно думать будет.

– А сейчас – думай, не думай, один хрен ничего не изменишь.

– Я вот своим сказал, что будет внеочередной выплеск, – признался тот, что трепетно относился к учению Белой Церкви. – Пусть напрягаются да стараются получше. Авось, если что и будет – не растеряются.

– Зря. Только дергаться сильнее будут, да маяться по пустякам, – не согласился с ним вояка, машинально поглаживая зарубки на броне. – Маги ведь так и не решили промеж собой, будет что или нет.

– Два года назад было, – не очень уверенно аргументировал первый.

– Или совпало так. Может, пока Генерал сотоварищи пытался к центру Шрама подобраться, ещё чего случилось. Сам посуди, ну что пятнадцать человек могут такого сотворить, чтобы сотни и тысячи тварей с мест своих подвинуть?

– Так не обычных же людей – мы бы с тобой там просто сдохли. А товарищ Кристиан мало того, что сам вышел – остатки корпуса вывел. И даже, сказывают, несколько лошадей. Говорят, они в такое страходило обратились! Но Генерала продолжали слушаться и с рук у него есть!

Я покачал головой: подобные разговоры можно было услышать теперь в любой части заставы Сим в любое время суток. И на других заставах, уверен, тоже. А что творилось в фортах второй-третьей линии можно было только гадать. Уверен, там брожения в умах достигали просто катастрофических размеров – обратно пропорционально боевой нагрузке.

Чем ближе к лету, тем больше волновался народ. Даже моих зарубежников не миновала чаша сия. Уж не знаю, с кем именно просочился слух, что летняя экспедиция может вызвать подобие выплеска, но подозреваю, что либо с вернувшимися из длительного рейда по закладке полевых складов старослужащими, либо с пришедшим караваном снабжения. Скорее, второе – кто-то в штабах язык за зубами не удержал, и понеслось. Но, может, и первое: тем, кто в Войске не первый год, сопоставить ставшие достоянием общественности даты и точки маршрута группы Кристиана и время, когда попёрло, не составляло труда.

Если очередные слухи не врали – говорят, мой папашка сам собрал старших офицеров гвардий королевств в тыловом штабе Рубежников, чтобы подробно объяснить, как будет проходить экспедиция. С отсечками по времени, контрольными точками и всем прочим, что полагается хорошо проработанному сложному мероприятию. А в качестве аргументации своих действий привёл данные о своём прошлом, условно-неудачном путешествии. Я говорю «условно», потому что добытые разведданные и позволили подготовить вторую попытку вторжения в центр Шрама – уже с учетом новых вводных.

Затрудняюсь сказать, зачем Кристиан вообще решил отчитаться перед чужими для его организации военными структурами, точнее, их местным локальным руководством. Но, видимо, некий резон всё же был. Скорее всего просто не хотел, чтобы информация о боевой операции Войска, в случае неудачи, легла под сукно. Или, тем паче, в случае удачи: миссия предстояла в прямом смысле самоубийственная. Ведь целью служил сам источник феномена выплесков! Он не назывался даже в слухах, но, как мне кажется, генерал Рубежников считал, что это живое существо. Или, скорее, группа существ, живущих там, в центре Шрама. Вот их он и намеревался убить.

Кристиан Бертран ван дер Хорт приехал в Горловину из своего затянувшегося вояжа по королевствам через две недели после моего возвращения из «маркировочного» рейда. Одновременно на заставы начали возвращаться Рубежники, закончившие подготовку маршрута для летней экспедиции и решившие не участвовать в штурме центра Шрама. Остальные стягивались сразу к третьей линии, на отдых, перевооружение и подготовку.

Закономерно, что из числа ветеранов, не горевших желанием сложить голову в борьбе за будущее человечества, преобладали отвальные. Соплеменники Филина и Баюна сразу по прибытии были немедленно вовлечены командованием заставы в организацию малых рейдов – скорее учебных, чем по-настоящему разведывательных. Надо полагать, Басс и Фомоза намеревались таким образом хотя бы по разу вывести за пределы стен каждого солдата и сержанта для получения соответствующего опыта. Не самая глупая идея, должен признать, так как инструкторы из состава десятков ветеранов прежде всего учили остальных… надёжно и уверенно ориентироваться в степи!

Вслух без крайней на то причины я не матерюсь, но тогда пришлось целую неделю тщательно контролировать свою речь. И не только мне. Как выяснилось, запаховую разметку при желании можно было отложить на эти самые две недели: всё-таки трава отрастает далеко не мгновенно. Будь в составе наших двух групп хотя бы один знающий степи магической аномалии инструктор – и мы бы не блуждали лишние сутки, пытаясь выйти к людям! А с полудесятком, ведомым Филином, вышло ещё хуже: вернулись-то они к заставе, но вчетвером, и полностью истратив спецсредства. Выбыл Полёва. Зла не хватает…

То, что маркировку можно было задержать – это я как раз и узнал от ветеранов. Пообщался с их сержантами как-то вечерком, им было интересно, что я за птица. Вот от них я и узнал, что под свою ответственность капитан либо лейтенант могли отложить выход. Не отложили. Зато всё сделали строго по инструкции, отправив в опасный рейд самый подготовленный и жизнеспособный десяток. Не подкопаться.

Мысь и Василёк мне ещё много чего интересного тогда рассказали. Мне и Колину постепенно удалось подогнать параметры работы перегонного куба и каскада фильтров последующей очистки так, чтобы получался чистый как слеза продукт без посторонних привкусов. Сколько там градусов было, не знаю, но жидкость загоралась от поднесённого пламени. В общем, вечерние посиделки в обход устава удались.

– …Вот что я скажу тебе, Филин, ик! – наставительно поднял палец Василёк. – Кончай хандрить. Тебя ж не просто так твои деревенские при себе старшим выбрали.

– Хорош старшой вышел, нечего сказать, – зарубежник кинул на меня косой взгляд. – Десятником не стал, соратника потерял.

– Кому сказано – достал киснуть! – теперь уже вступился Мысь. Этому отвальному прозвище явно досталось за цвет волос, хотя по рыжине до реально огневолосой Карины он не дотягивал. – Пиши рапорт вон Огоньку, так мол и так, хочу мол овладеть мастерством разведки в превосходной степени. И прошу в этом благом желании содействия.

– Что б он этой бумажкой подтёрся? – ткнул в меня пальцем Филин. Н-да, а выглядел самым трезвым.

– Балда! – рыжий сложил пальцы, чтобы отвесить сослуживцу подзатыльник, но в последний момент сдержался. – Он твой рапорт лейтенанту снесёт, а Фомоза тебя в каждую группу, за стены выходящую ставить станет.

– И что?

– Что-что, – похоже, Василёк пришел к тому же мнению, что и я, и выдернул из пальцев соплеменника кружку. Подумал, и решительно отпил. – Выучишься степь читать, мы тебя попытаем да и признаем проводником. А как мы с заставы домой свалим, Бассу ничего другого не останется, как сержантом тебя признать и десяток под руку дать. Других-то младших командиров, кого за стены не боязно будет выпускать, у него считай и не останется.

– И куда ты свалишь, если тебе ещё три года по контракту дослуживать? – внимательно глядя на свою кружку, но не делая попыток отобрать ёмкость назад, спросил Филин.

Мужики переглянулись.

– Ой дура-ак, – заключил Мысь.

– Как, по-твоему, можно быстро выслужить следующее звание? – попробовал достучаться до старшого его друг. – Вызывайся добровольцем на опасные задания. думаешь, с чего мы потащились с припасами для корпуса возиться? А с того, что отсюда скоро лейтенантами уедем. Домой, к жинкам да сыновьям, а нам ещё три года за то Войско приплачивать будет!

– Это как это? – вот теперь удивился я.

– А вот так, – хитро улыбнулся Василёк. – Читал Устав? Заставы в Войске проходят как укреплённые пункты, а есть ещё пунктыопорные. Вот они – отвальные деревни и есть. Мы же Рубежники, у нас всё по правилам! Тварей по краям от Горловины выбиваем? Выбиваем. Ресурсы да зелья поставляем на заставы? Поставляем. Значит, служим. А командиром при пункте никто меньше лейтенанта быть ну никак не может. А при нём – полный или неполный десяток. А тебе чего, Филин не рассказывал? Он-то сам при своей деревне рядовым числился – оттого и Устав вызубрил… Чего сидим, мужики, как не родные? Огонёк, наливай!..

Я тихонько покачал головой ещё свежим воспоминаниям. Самогон был определённо потрачен не зря, на трезвую голову мне бы этого зарубежники не рассказали. Понятно, почему: кому нужно, тот в курсе, а кто не знает – тому и не нужно. Заодно разрешился ещё один вопрос, который меня стал занимать после того, как я насмотрелся на мутантов вроде Кристиана и Ромара. Таким подать в отставку и вернуться к обычной человеческой жизни в королевствах уже не получится: они даже внешне уже выделяются среди нормальных людей, а уж по своим способностям… Так что канал бесперебойного снабжения деревень отвальных был проложен старшими офицерами Войска в том числе и для себя: там-то к мутантам отношение совсем другое. Сами не без греха. Особенно если вспомнить про действие зелий, сиречь «спецпрепаратов».

Вчера я застал Глашу за привычным занятием: она ела. Дай волю курице, она бы это делала все то время, пока не спит. К несчастью для птицы, зерно я выдавал ей порционно, потому всё остальное время она пыталась добыть добавку или из утоптанной земли двора рядом с казармой, или где-то поблизости. Но тут Глафира, можно сказать, взяла новый уровень. Она клевала стену здания. И довольно успешно: одна доска из облицовки была расклёвана в щепки, а щепки – проглочены. Собственно, она последние прямо на моих глазах и заглотила.

Сразу скажу: любая нормальная курица после исполнения такого вот фокуса скорее всего сдохла бы. Но когда я ринулся проводить реанимационные мероприятия, оказалось, что пациент вполне себе жив, здоров, возмущён (до громкого «ко-ко-ко!»), а не загибается прямо сейчас от внутрижелудочного кровотечения. Более того, когда я всё же сделал контрольное вскрытие, внутри пищеварительного тракта не обнаружилось и следа дерева. Обращу внимание: окрашенного и пропитанного какой-то алхимией против гнили. Судя по тому, что рассечения от скальпеля прямо на глазах довольно бодро пытались затянуться, без остаточного влияния «живой воды» не

обошлось. Ну что ж, теперь у меня есть уникальная возможность пронаблюдать процесс трансформации живого существа под действием Тьмы, точнее, Темной Жизни, и, будьте уверены, я её не упущу.

Я беззвучно хмыкнул, оглядел полупустую столовую – младшим командирам разрешалось посещать её в интервалах между приёмами пищи. И всё-таки занялся тем, чем собирался с самого начала – достал письма. Послания были уже готовы – я каждый день находил немного времени, чтобы хоть пару строк, да накидать. Согласно конспектам по психологии, это являлось наиболее оптимальным способом общаться на расстоянии с тем, кто тебе дорог: словно они всегда рядом, а не за много километров. Заодно и не нужно было мучительно выжимать из себя строки, когда решал сесть за письмо и записать всё одним махом. На память я не жаловался, но организовать всю информацию в голове в один компактный текст перед переносом на бумагу тоже стоило усилий. Ну и главное – крылатого курьера можно было отправить назад сразу же по прилёту, не заставляя дольше необходимого болтаться в зоне опасной магической обстановки.

За прошедшие месяцы расписание прибытия-отправления крылатой ящерицы более-менее устоялось. Рона и Таня выпускали её в один и тот же день каждый месяц утром, и где-то к обеду химерка оказывалась у меня. Конечно, путь был длинный, и даже для биомагического конструкта погода на каком-то отрезке могла оказаться нелётной, потому прямо точно-точно по часам прибытия не получалось – вот как сегодня. Ну что ж, зато есть время записать события ещё одного дня – благо, тут нормальный стол. В отличии от казармы, где приходилось строчить рапорты и отчеты, притулившись на койке и используя тумбочку как рабочую поверхность. То ещё извращение – наверное, поэтому сержантам и выдавалось разрешение для столовой. Как не загляну – обязательно кто-то корпит над бумажками…

…Ощущение включившейся связи между Печатями заставило меня вскочить. Курьер прилетел… и с ним явно было что-то сильно не так! Так быстро по заставе я уже давно не носился – время от сигнала тревоги до необходимости появиться на стене периметра укреппункта было давно выверено едва ли не посекундно.

Почтальона я нашёл как обычно на привратной площади – там, где я его в первый раз отпустил. Крылатая ящерица валялась на земле… и умирала. Без внешних повреждений, без видимых причин – Жизнь, генерируемая резидентным заклинанием из жизненной силы существа поглощалась организмом и не возвращалась назад в контур. Проклятье! Пока я одной рукой буквально закачивал свою магию в химеру, как воду из брандспойта лил, другой рукой отвязал входящую корреспонденцию от сбруи и на её место затолкал свою. Достал алхимкарандаш и неловко, прямо на весу, написал поверх оказавшегося снаружи письма: «КУРЬЕРА БОЛЬШЕ НЕ ПРИС.» После чего, взбежав на ближайшую стену и распугав дозорных, что есть силы запустил существом в небо. В какой-то момент мне показалось, что химера так и упадёт камнем вниз – но нет. Расправила крылья, и, виляя в воздухе, пошла на юго-восток. Надеюсь, долетит. Чёрт! Чёрт. Вот и оборвалась моя последняя связь с домом.