Текст книги "Беспечные (СИ)"

Автор книги: Ник Вернер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 37 (всего у книги 53 страниц)

На Ванессу накатила новая волна паники, и она побежала к единственному человеку, кто бы мог подтвердить или опровергнуть её опасения – к Леону. Она вышла из комнаты, предупредила стражу, что идёт к Леону, и постучала в соседнюю дверь.

– Можно с тобой поговорить? – взволновано спросила она, когда Леон открыл дверь.

– Ну, заходи, – ответил он, зевнув.

Одет он уже был в простую рубашку на шнуровке и простые штаны, а волосы его были взъерошены. Похоже было, что он собирался идти спать, а то и успел прилечь.

Леон пропустил Ванессу внутрь, закрыл за ней дверь и, дойдя до кровати, сел на край. Комнаты на этом постоялом дворе были самые простые, и из мебели здесь были лишь: кровать, стол, стул да шкаф.

Ванесса замерла в нерешительности, не зная, куда ей присесть: за стол далеко, да и не хотелось кричать через всю комнату, а на кровать как-то неудобно. Её сомнения развеял Леон, похлопав по кровати рядом с ним:

– Садись, рассказывай, что стряслось.

Ванесса села рядом с ним и неуверенно заговорила:

– А ты мне можешь рассказать о своём отце? Какой он? Что мне ожидать от него и к чему готовиться? Будет ли он рад моему приезду? Или это обстоятельства его вынудили меня к себе принять? А как мне себя с ним вести? А что…

– Как, подожди! – Леон перебил её бесконечный поток вопросов. – Давай сначала и по порядку. Что рассказать об отце не знаю. Отец как отец. Ну вспыльчивый, ну орёт на меня всё время, но никогда не бил – и ладно. Правда, последние время даже почти не орёт. Не знаю, что на него нашло. Что ожидать – не знаю, но думаю, он тебя нормально примет. Всех гостей он всегда принимает радушно и расселяет со всеми удобствами. Так что я бы не переживал. Не обещаю, что будет прыгать от восторга при твоём появлении, но уж точно сверлить гневным взглядом не будет. Всё будет а рамках приличия, как и обычно. Я его тебя принимать не уговаривал, так что раз он на это согласился, то пусть со своими обстоятельствами сам и разбирается. Да и вообще, он же взрослый, а значит, спихивать свои проблемы на детей и винить их во всём не будет. Меня он никогда не винил, даже когда я уж слишком накосячил, а тебя ни в чём винить так тем более не будет. Что там ещё было… Как себя вести? Да как обычно ты себя ведёшь в гостях: вежливо и учтиво. Просто запомни, что ты у нас в гостях, ты просто обычный гость, не более того.

Сколь бы странным это ни казалось, но слегка раздражённый голос Леона и его уверенные и простые объяснения подействовали на Ванессу успокаивающе, и она подумала: «А действительно, чего я распереживалась? Я же в гости еду, значит, и буду вести себя как в гостях. Правда, здесь есть одна проблема…»

– Леон, – смущённо ответила она, – я никогда не была ни у кого в гостях. Ну, не считая обедов и балов. Но после них мы всегда уходили и никогда не оставались ночевать.

– Здесь всё просто, как и дома: когда заканчивается мероприятие, просто идешь к себе и отдыхаешь. Покои тебе предоставят, слуг назначат, где можно ходить и где нельзя – расскажут. Всё, что тебе надо завтра сделать, так это прилететь со мной в Крепость, пообщаться с отцом по приезде, поужинать с нами, а потом можешь спокойно идти отдыхать и ни о чём не переживать. Где тебя поселят, я пока не знаю, но к твоей усадьбе тебя точно проведут.

Вдруг Ванесса осознала, что её могут поселить одну в незнакомом месте, среди незнакомых людей, и паника накатила на неё с новой силой. Если в Башне у неё были Кэти и Эрнест, то здесь ей защиты искать не было. Ну, кроме…

– Леон, – схватила она его за рукав и заговорила дрожащим голосом: – А можно меня поселить где-то рядом с тобой? Я там больше никого не знаю… Мне много не надо, лишь одна комната… Я не буду тебя донимать… Ты меня даже не заметишь…. Я…

– Да без проблем, – пожал плечами Леон, – поживешь в моей усадьбе тогда, – и раздражённо добавил: – Хватит уже паниковать!

– Ура-а-а! – обрадовалась Ванесса и бросилась его обнимать. – Братик лучше всех!

– Вот только при отце не называй меня «братиком», а то сама будешь ему объяснять, что ты имела в виду.

– Постараюсь, – улыбнулась Ванесса и его отпустила.

Леон зевнул, потянулся и плюхнулся на кровать, закидывая руки под голову.

– Я смотрю, тебе полегчало? – устало спросил он. – Если у тебя больше нет вопросов, то я бы пошёл спать. Устал я.

– А можно с тобой ещё немного посидеть, а потом я честно уйду?

– Сиди, но я сплю, – сказал Леон и закрыл глаза.

Ванесса хихикнула и поняла, что её паника полностью отступила.

«Я же буду с Леоном! – храбро подумала девочка. – Чего мне бояться? Думаю, за ним можно будет спрятаться и от графа Мэйнера, если что. Да и вообще, не думаю, что они будут на меня снова надевать браслеты и сажать в темницу, а с остальным я уж как-нибудь справлюсь!»

Ванесса ещё раз бросила взгляд на Леона – его дыхание уже сделалось ровным и размеренным, он действительно спал. Она тихо встала и, укрыв его половиной покрывала, ушла.

На следующий день погода оказалась нелётной. Посреди ночи разразилась гроза, и утром за окном всё ещё лило как из ведра. Грифоны в такую погоду не особо горели желанием летать, да и Леон не особо хотел куда-то лететь, поэтому решено было перенести вылет на завтра, а там смотреть по погоде.

После завтрака Ванесса вернулась к себе и решила, наконец, заняться магией. Свои книги она не открывала уже больше недели, и теперь, когда у неё снова появилось много свободного времени, она решила наверстать упущенное.

Помня, насколько ей пригодилось её заклинание Ледяной Покров, она решила и дальше совершенствовать в нём, чтобы у неё в запасе было пусть и одно, но хорошо развитое умение.

И на Остине, и на Леоне она тогда использовала одно и тоже заклинание, но по-разному. Остина она непроизвольно попыталась заморозить вглубь тела, превращая воду в клетках его тела в лёд, начиная с кожи. До этого она пробовала подобное только с неживыми предметами. Например, складывала покрывало в шесть раз и выливал на него графин воды. Морозить она его начина сверху, а потом считала и разглядывала замерзшие слои.

А вот кожу Леона она тогда покрыла ледяными кристаллами тонким слоем, связывая в них вытекающую кровь. Когда кристаллы начинали подтаивать, она их снова замораживала, и появлялась ледяная корочка. До этой корочки ей всё время приходилось дотрагиваться и замораживать вновь и вновь. Это не очень удобно и с двумя ранами, а если бы их было бы больше, чем рук, то это бы вызывало сильные сложности, поэтому сегодня Ванесса решила первым делом порыться в книгах в поисках другого заклинания, которое бы помогло ей сохранять её лёд холодным и на расстоянии. Такое заклинание нашлось в четвёртом томе, предназначенном для магов четвёртого уровня, но до конца она его так и не смогла понять, а когда она пыталась повторять ту часть, что поняла, то ничего не происходило. От этой идеи ей пришлось довольно быстро отказаться и вернуться к своим обычным тренировкам по извлечению воды из воздуха, превращению в лёд воды на любой поверхности и покрытию ледяными кристаллами с виду «сухих» поверхностей.

Она так увлеклась, что и не заметила, как засиделась до самого вечера. В комнате уже становилось всё темнее и темнее, но девочка не обращала на это внимания, а сосредоточенно смотрела, как по стене напротив кровати расползается белесая изморозь, медленно перетекает на стол у стены, перепрыгивает на спинку прислоненного к столу стула и спускается по ножке стула к полу. Её целью было покрыть изморозью всю стену, стол и стул, и она была очень близка к этому, но тут её отвлек стук в дверь.

Ванесса вздрогнула от неожиданности и быстро убрала руки от стены, будто испугалась, что её застукают за чем-то осудительным. Она тут же себя за это наругала и обернулась обратно на стену – та уже растаяла на две трети. Раздосадованная девочка нахмурилась и пошла открывать дверь.

На пороге оказался улыбающийся Леон.

– Есть идёшь? – добродушно спросил он.

– Нет! – крикнула Ванесса и захлопнула дверь перед его носом.

Больше никто не стучал, и она вернулась обратно к стене, но что-то исправлять уже было поздно – стена полностью растаяла. Повторять то же самое у Ванессы уже не было ни сил, ни терпения, ведь до этого она так простояла почти час.

– Да ну его! – в сердцах бросила девочка и пошла собирать свои книги в сумку.

Когда с этим было покончено, она устало плюхнулась на кровать и только сейчас поняла, что безумно голодна. Вставать и идти на кухню ей было лень, не говоря уже о том, чтобы зажечь свечи и осветить комнату. Однако подняться ей всё же пришло – в дверь снова постучали.

И на это раз на пороге оказался Леон, но дверь он уже захлопнуть не дал и зашёл в комнату с накрытым подносом в руках. Поднос он поставил на стол, взял снова нахмурившуюся Ванессу под мышки, отнёс к столу и, усадив на стул, строго приказал:

– Ешь!

Хмуриться Ванесса больше не могла, ведь из-под салфетки так вкусно пахло. Она быстро её сдернула и принялась есть аппетитное рагу, заедая его пирожками и запивая чаем. Обычно она ела не спеша и «прилично», но сейчас ей было не до приличий, да стесняться ей было некого.

Леон сел на край кровати поближе к ней и, усмехаясь, смотрел, как она ест. Когда Ванесса доела всю еду и перешла к чаю, он не выдержал и спросил:

– Мне всё интересно, чем это ты тут весь день занималась, что ни в гости не зашла, ни на ужин не захотела идти?

– Магией, – небрежно бросила она и тут же язвительно добавила: – Что, соскучился?

– Не успел, – в ответ съязвил Леон. – Пошёл дальше скучать. Там, кстати, дождь закончился, если что. Так что, думаю, завтра уже отправимся дальше.

Пока Леон говорил, Ванесса успела допить чай и поставила пустую чашку на поднос. Леон тут же встал, забрал поднос и ушёл.

«Бли-и-ин!!! Зачем я его прогнала⁈» – подумала поевшая и успокоившаяся девочка и тут же вскочила следом.

Леона она догнала уже в конце коридора и вместе с ним сходила на кухню, да ещё напросилась к нему в гости на обратном пути.

– И о чём ты хотела поговорить на этот раз? – без особого воодушевления спросил Леон, когда они остались наедине в его комнате.

Так далёко Ванесса ещё не успела продумать и выдала первое пришедшее ей в голову:

– О грифонах! А почему они в дождь не летают?

– Понятия не имею, – равнодушно ответил Леон и сел на край кровати. – Потому что мокро и холодно, наверное.

– А это сложно – ими управлять? – заинтересованно спросила девочка, подсев рядом на кровать вполоборота.

– Научиться сложно. А вообще ими не управляешь – с ними договариваешься. Может, Киран с Родэром и могут ими управлять, но я пока умею лишь договариваться.

– Ты? Договариваться? – рассмеялась Ванесса. – В жизни не видела, чтобы ты с кем-то договаривался.

– Плохо смотрела, – буркнул Леон.

– Ну, не злись, мне действительно интересно, как это – управлять грифонами. Я бы и сама стала наездником, будь я мальчиком!

– Для этого не обязательно быть мальчиком, – ответил Леон.

– Как это⁈ – неподдельно удивилась Ванесса. – Не слышала ни об одной наезднице-девушке.

– Ну, тут всё просто: мальчики могут летать только на «девочках», а девочки, соответственно, только на «мальчиках». Вот только сейчас нет наставниц, чтобы их обучить.

– Я найду! – воодушевилась Ванесса. – И наставницу, и грифона! Пусть всю жизнь на это потрачу, но найду!

Леон на неё странно посмотрел, усмехнулся и отвернулся.

– Боюсь, что всю жизнь искать у тебя может не получиться.

– Это почему ещё? – нахмурилась Ванесса. – Я уже решила, а значит, не передумаю!

– Ну… как тебе сказать…

– Прямо! – скомандовала Ванесса.

– Раз прямо, – снова посмотрел на неё Леон, улыбаясь, – то для этого тебе надо оставаться всю жизнь девственницей.

У Ванессы округлились глаза, и она покраснела до самых ушей, а чтобы скрыть своё смущение, заколотила Леона:

– Ты издеваешься, да⁈ Я тебе серьёзно! А ты⁈ Негодяй!!!

– Это правда! – смеясь, отбивался Леон. – Я это не сам придумал. Мне инструктор рассказал…Что… Ай! Перестань щипаться!.. Что грифоны-самцы не подпустят к себе никого с запахом другого самца. Да я серьёзно! Перестань! Я потом и в книжке про это прочитал.

Когда Ванесса устала сердиться и колотить Леона, она печально вздохнула и, не глядя на него, произнесла:

– Это несправедливо.

– Как есть, – пожал плечами он.

Молчание затягивалось. Ванесса всё сидела на краю кровати и смотрела в пол, периодически безрадостно вздыхая. Когда Леону надоело слушать её вздохи, он обнял её за плечо и заговорил:

– Да не расстраивайся ты так! Покатаю я тебя ещё на грифоне. А если и не я, то теперь-то уж точно тебе никто не запретит кататься на почтовых грифонах, как и любому другому свободному человеку. Ясное дело, что с охраной, но, я думаю, тут проблем больше не будет.

– Это всё не то… – снова вздохнула Ванесса. – Я хочу сама выбирать, куда и как я лечу.

– Не вижу здесь никаких проблем. Договаривайся заранее с наездником, куда и как лететь. Ну, или обсудите систему знаков, чтобы общаться в полёте. Чего зазря вздыхать о том, что недоступно? Уж лучше научиться использовать то, что есть.

– Ты не понимаешь…

– Не понимаю, – перебил её Леон и отпустил, – поэтому давай закроем эту тему, пока мы снова не разругались. Насчёт завтра… А! Блин, совсем забыл.

Леон встал и пошёл к своей сумке у стены. Порывшись в ней он достал небольшую шкатулку из тёмного дерева, инкрустированную белым золотом. С ней он вернулся обратно и сел полубоком к Ванессе на край кровати.

– Что это? – спросила она, увидев шкатулку в его руках.

– Неудобная необходимость, – на этот раз вздохнул Леон и открыл шкатулку.

Из неё на Ванессу смотрело два кольца из белого золота в виде парящих грифонов, расправивших крылья. В том месте, где на грифона обычно надевают седло, в спине одного грифона красовался жёлтый топаз, а у другого – голубой.

– Твоё голубое, моё – жёлтое, – продолжил Леон, кладя шкатулку на кровать между ними и беря себе желтое кольцо. – Они зачарованы, как и графские перстни: принимают форму пальца владельца и растут вместе с ним, ну и снять их может только владелец. Но я попросил добавить сюда и дополнительные заклинание, как и на моём перстне: если ты наденешь его вверх ногами, то есть головой грифона к запястью, то оно для всех будет выглядеть как простое круглое бронзовое кольцо. Смотри.

Леон надел своё кольцо вверх ногами на безымянный палец правой руки, и оно тут же превратилось в бронзовое кольцо.

За всё это время Ванесса не проронила ни слова. Она сидела, затаив дыхание, и не верила в происходящее.

«Леон… Подарил… Мне… Обручальное кольцо⁈» – в полном восторге думала девочка, но боялась даже улыбнуться, чтобы не спугнуть такое счастье.

– Можешь попробовать снять, – предложил Леон и протянул ей свою руку.

Ванесса, кое-как переборов себя и выйдя из оцепенения, всё же взяла его за запястье и подергала за кольцо другой рукой.

– Действительно не снимается, – озадаченно сказала она.

Леон забрал свою руку и с легкостью сам снял кольцо, а затем надел его наоборот – на его пальце теперь красовался среброкрылый грифон.

– В общем, – безрадостно снова вздохнул он, – нам теперь в них ходить ближайшие много лет. По крайней мере, надевать на официальные приёмы. Я решил их сделать в виде грифонов, чтобы не совсем уж было тоскливо это носить, но если тебе не нравится, то могу отдать твоё, чтобы переделали, когда мы доберемся домой, – Леон усмехнулся. – Лучше к отцу заявиться завтра уже в них, а то он, как пить дать, упрекнет меня, что я безответственный и плохо справляюсь. Что скажешь?

– Мне нравится, – сказала Ванесса и погладила пальчиком по крылу грифона на кольце в шкатулке.

– Тогда давай руку, – невозмутимо сказал Леон и взял кольцо из шкатулки.

– А? – удивилась Ванесса, думая, что Леону будет стыдно надевать на неё кольцо, и ей придется это делать самой.

Но пока она удивлялась, он схватил её за руку, и кольцо было надето. Ванесса тут же снова покраснела до самых ушей, и её сердце забилось часто-часто.

Леон откинулся на кровать и закрыл лицо руками.

– Всё, я пережил главный позор всего этого мероприятия.

Ванесса закрыла лицо руками и хихикнула.

– Блин, Несси, не смейся с меня. Это невыносимо стыдно. Самой вон неловко, а мне каково? Мне эти кольца ещё и организовывать пришлось…

– Не буду, – сказала Ванесса и снова хихикнула.

– Так, всё! – возмутился Леон. – Иди в свою комнату!

– Не могу, – задорно засмеялась Ванесса. – У меня всё лицо красное, стража ещё подумает, что ты ко мне приставал.

– Аргх! Ты меня когда-нибудь доконаешь!!! – не выдержал Леон и, перекатившись на живот, накрыл голову подушкой.

Ванесса убрала руки от лица и с улыбкой посмотрела на своё кольцо. Снова погладила пальчиком грифона по крыльями и подумала: «Теперь мне не одиноко, Леон, Теперь со мной всегда будет частичка тебя, даже если ты далеко. А даже если ты обо мне забудешь, я всё равно буду помнить, что ты оказался рядом, когда мне было труднее всего. Благодарю тебя за всё».

Она ещё немного тихо посидела, чувствуя, как её лицо постепенно остывает. А когда решила, что должна уже вполне прилично выглядеть, так же тихо встала и выскользнула из комнаты, не попрощавшись.

На следующее утро Ванесса всё переживала, что они теперь не смогут смотреть друг на друга без смущения, но Леон вел себя как обычно. К окончанию завтрака девочка окончательно успокоилась и тоже начала себя вести как обычно. А когда она забралась в пассажирское седло грифона, то и вовсе забыла о кольце, предвкушая предстоящий полёт.

В Летающую Крепость Мэйн, находящуюся на стоянке в центре Дионвеста, они добрались после обеда и приземлились на центральной площади. Ещё во время посадки Ванесса заметила, что граф Мэйнер вышел их встречать и стоит на верхней ступеньке у входа в Башню Графа.

Первым спешился Леон и помог спуститься Ванессе. Сегодня они тоже были одеты парадно – в сюртуки цветов своих графств.

– Я вернусь не позже, чем через три часа, – сказал Леон своему грифону и погладил его по груди. – Подождешь меня пока здесь?

Грифон одобрительно фыркнул, и Леон, обернувшись к Ванессе, спросил:

– Идем?

– Идём, – равнодушно ответила надменная графиня Ронетта и пошла в сторону графа Мэйнера, который уже спускался по ступенькам на площадь.

– Здравия Вам и Вашему дому, Ваше Сиятельство, – первой учтиво поздоровалась Ванесса.

– Здравствуй, Ванесса, – улыбнулся в ответ граф Мэйнер. – Я рад, что ты решила воспользоваться моим приглашением и погостить в Дионвесте.

– Здравствуй, отец, – следом поздоровался Леон.

– Здравствуй, – граф смерил его недовольным взглядом и приказал: – Размести людей графа Неррона и их грифонов. Потом найдешь нас в библиотеке.

«Это я с ним остаюсь наедине сейчас⁈» – подумала Ванесса еле заметно напряглась, сохраняя маску равнодушия на лице.

– Слушаюсь, – ответил Леон и ушёл.

– Ванесса, – обернулся граф к ней, – если ты не сильно устала с дороги, я бы хотел с тобой поговорить. Обещаю, что это ненадолго.

– Я не устала, Ваше Сиятельство, – учтиво ответила Ванесса. – Сочту за честь побеседовать с Вами.

– Тогда пройдем в мою библиотеку.

Граф учтиво указал в сторону Башни и, дождавшись, когда гостья сделает первый шаг, пошёл рядом с ней.

«О чём он хочет со мной поговорить? – всё переживала Ванесса, поднимаясь по ступенькам ко входу в Башню. – Я не умею самостоятельной обсуждать дела графства. Меня Дэмис перед каждой подобной беседой всегда заставлял заучивать, что надо сказать, или подсказывал в процессе. А вдруг я скажу что-то не то? Что он обо мне подумает? Что я необразованная и невоспитанная?..»

Так, погруженная в свои мысли, Ванесса и не заметила, как оказалась в небольшой уютной библиотеке. В центре комнаты вокруг небольшого круглого столика стояло три одинаковых кресла из тёмного дерева с бежевой обивкой, а сам столик был сервирован для чаепития на трёх человек.

– Прошу, присаживайся, – указал граф на одно из кресел и, налив им обоим чая, сел в кресло напротив.

Ванесса взяла в руки чашку с блюдцем, пригубила чаю и поставила чашку на блюдце, оставаясь сидеть с безупречной осанкой.

Граф Мэйнер пригубил чаю и, ласково улыбнувшись, сказал:

– Добро пожаловать в семью.

У Ванессы дрогнули руки и чай пролился на блюдце.

– В семью? – испуганно прошептала она, и не веря услышанному, и переживая, что нарушила этикет.

– В семью, – продолжал добродушно улыбаться граф. – В нашу семью.

Ванесса уткнулась а свою чашку, не зная, что и ответить, и все силы её уходили на то, чтобы не разрыдаться.

«Семья? У меня снова может быть семья… Ведь мне же не послышалось? Он меня пригласил свою семью…»

Граф поставил свою чашку на стол и встал. Подойдя к Ванессе, он бережно забрал её чашку и, поставив её на стол, обнял потерянную девочку за плечо, прижимая её к себе.

– Теперь у тебя снова есть семья, крошка, – ласково сказал он. – Не переживай больше ни о чём. Отныне и впредь мы с Леоном, да и всё графство Мэйнер – твоя верная защита и опора. Всё твоё горе осталось в прошлом, и пока мы живы, мы тебя в обиду не дадим.

Ванесса разрыдалась, а граф начал поглаживать её по голове, ничего больше не говоря. Простоял он так, пока всхлипывания девочки почти не прекратились, а потом встал перед ней на одно колено и начал заботливо стирать остатки слёз с её лица, всё продолжая на неё ласково смотреть, как смотрит отец на разрыдавшуюся по пустякам дочь, пытаясь её успокоить и заверить, что всё это мелочи и не стоит её слёз.

– Так, красавица, успокаиваемся, – добродушно продолжал он. – Ты же не хочешь, чтобы твой жених увидел тебя всю заплаканную?

Ванесса помотала головой из стороны в сторону.

– Вот и славно. Держи, – он выдал ей свой платок, которым вытирал её слезы, и усмехнулся. – А то сейчас придёт мой сын и снова на меня наорет за то, что я тебя довел до слёз. Правда, на этот раз хоть по делу.

Ванесса улыбнулась. Она совсем не могла представить, как Леон может наорать на такого грозного отца, и от этого ей стало жутко смешно.

– Договорились? – заискивающе спросил граф.

Ванесса кивнула, и граф встал.

«Семья? У меня есть семья? У меня снова есть семья? Семья! У меня есть новая семья!!!» – всё крутилось у неё в голове одно и тоже слово «семья», меняя свои оттенки с неверия и сомнения на осознание, принятие и ощущение безграничного счастья.

Когда она вынырнула из своих мыслей, мокрым от слёз оставался только платок.

– Благодарю, – искренне сказала она, широко улыбнувшись. – Я так рада быть частью вашей семьи.

– Нашей семьи, – улыбнулся граф, а потом серьёзно добавил: – А теперь к делу.

Не успела Ванесса испугаться такой молниеносной перемене его настроения, как её бросило в краску от следующей его фразы:

– Тебе нравится Леон?

Вопрос её застал однозначно врасплох, и, не зная, что ответить, она отвела глаза в сторону.

«Нравится, конечно!!!» – кричала вся её девичья сущность, но вымолвить это вслух, да ещё и в лицо графу, да ещё и его отцу, она бы в жизни не смогла.

Но граф Мэйнер понял её и без слов.

– Вот и замечательно, – снова улыбнулся он. – Знай, что ваш союз – это не фиктивная сделка, а самое настоящее предложение о сотрудничестве между нашими графствами. К тому же он одобрен на самом высоком уровне, другими словами, самим графом Нерроном. Что это значит для твоего графства? А то, что графства Неррон и Мейнер в ближайшие годы будут принимать активное и непосредственное участие в его развитии до уровня сильного союзника. Ещё раз: союзника, а не колонии. В ближайший год нам необходимы сильные союзники, но об этом позже. Что это значит лично для тебя? Если ты захочешь навсегда связать свою жизнь с Леоном, то знай, что я на твоей стороне. Мне нравятся стойкие и красивые девушки, и я считаю тебя хорошей парой своему сыну. Поэтому я не собираюсь расторгать вашу помолвку в год твоего совершеннолетия, а если мой сын и будет против, то это его личные проблемы. Последнее слово будет за тобой в любом случае.

Ошарашенная Ванесса всё смотрела на графа с широко раскрытыми глазами, всё не зная, что ответить. А когда она всё же открыла рот, чтобы хотя бы поблагодарить, в дверь постучали, и она вздрогнула, а слова застряли в горле.

– А вот и мой оболтус, – усмехнулся граф Мэйнер и строго приказал: – Входи!

Леон уверенно зашёл и сел в свободное кресло, но, бросив мимолетный взгляд на Ванессу и увидев её заплаканное лицо, тут же вскочил и наехал на отца

– Что ты уже успел ей наговорить⁈ – возмутился он, повышая голос. – Ей что, мало было того, что произошло⁈ Что ты от неё хочешь теперь⁈ Оставь человека в покое!!!

– Я же говорил, – вздохнул граф.

Ванесса хихикнула.

«Действительно может наорать. А Леон смелый!»

– Садись уже, – спокойно ответил граф, но Леон продолжал буравить его гневным взглядом, и граф резко переменился в лице и строго приказал: – Сядь!

Леон тут же сел, но всем видом продолжал выказывать неповиновение, облокотившись на колени и сцепив пальцы рук в замок.

Со стороны это выглядело ну очень смешно, и Ванесса, не выдержав, задорно рассмеялась.

Леон удивленно обернулся к ней и замер с выражением полного непонимания на лице.

Смеялась она долго и всё не могла остановится, вытирая проступившие слёзы радости платком.

Леон шумно выдохнул и откинулся на спинку кресла.

– Это ты её смешил всё это время, что ли? – недоверчиво спросил он, глядя на отца со скептическим выражением лица.

– Можно и так сказать, – улыбнулся граф, а потом сделался серьёзным. – Я бы хотел обсудить, как ты собираешь заботиться о своей гостье. Рассказывай.

Ванесса перестала смеяться и прислушалась.

– Я собираюсь пригласить её жить в свою усадьбу и отдать ей в распоряжение весь третий этаж, – серьёзно ответил Леон отцу и обернулся к Ванессе. – Я живу на втором, а значит, мы можем и не пересекаться, если ты этого не захочешь. На каждом этаже есть своя гостиная, столовая и дополнительные гостевые комнаты. Если ты согласишься, ты будешь иметь право звать к себе в гости кого угодно и когда угодно, без согласования со мной, но всё же – подчиняясь общим правилам Крепости. О них я тебе расскажу позже. Вторым вариантом является гостевая усадьба рядом с моей. Она будет полностью в твоём распоряжении. С точки зрения твоей безопасности, смею тебя заверить, что в Крепости нет и не может быть случайных людей. Все посетители всегда ходят с сопровождением, но я могу организовать тебе дополнительную охрану для гостевой усадьбы. Моя и так под усиленной охраной. Что скажешь?

– Я принимаю первое предложение, – учтиво ответила Ванесса. – Одного этажа мне вполне достаточно. Дополнительной охраны не нужно.

– Хорошо, – улыбнулся Леон и снова обернулся к отцу: – Это все мои предложения на сегодня. Кроме как о поесть, я больше ни о чём в ближайшее время думать не собираюсь, и не проси. Мне надо несколько дней отдохнуть с дороги, а после этого я готов обсуждать наши дальнейшие планы.

– Как скажешь, – равнодушно ответил граф. – Но учти, не затягивай. Вам надо выйти вместе в свет в ближайшую неделю, чтобы показать, что с ней всё в порядке и не распространять новых слухов, что её здесь снова заперли как заложника и пытаются использовать в своих политических целях.

«Значит, на балы и обеды всё же придётся ходить», – удручённо подумала Ванесса, и, будто читая её мысли, Леон ответил.

– Само собой, но я не собираюсь посещать официальные мероприятия чаще, чем раз в неделю.

– Этого будет вполне достаточно, – согласился граф Мэйнер и посмотрел на Ванессу. – А тебя бы я попросил вести себя беззаботно и радостно, под стать своему возрасту. Не бойся нарушить этикет или испортить свой светский образ. Твоё время для этого ещё не пришло. Сейчас наша задача – показать всем, что ты почувствовала себя в безопасности, смогла расслабиться и в полной мере ощутить, что стала частью новой заботливой семьи.

«Легко! – мысленно надменно усмехнулась Ванесса. – Эту роль я сыграю легко!»

Легкая тень удивления промелькнула на лице графа, и Ванесса поняла, что слишком уж расслабилась, и её недетская мысленная усмешка могла отразиться и на её лице. Она тут же широко улыбнулась и радостно ответила:

– Хорошо, я постараюсь.

Граф Мэйнер ещё несколько мгновений на неё пристально смотрел, но Ванесса продолжала удерживать детское добродушие на лице, и он перевёл свой взгляд на Леона.

– Если у тебя нет ко мне вопросов, то можешь быть свободен.

– Вопросов нет, – ответил Леон, вставая.

Граф снова посмотрел на Ванессу:

– Благодарю, что уделила мне время. Не смею тебя больше задерживать.

– Благодарю Вас за всё, – радостно ответила Ванесса и тоже встала.

Она слегка поклонилась графу, и они с Леоном вышли за дверь.

– Надеюсь, отец там тебя не запугивал? – с тревогой спросил Леон, когда они зашли в кабинку подъемника и поехали вниз.

– Нет, – хихикнула Ванесса. – Он сказал «добро пожаловать в семью», вот я и разрыдалась от неожиданности.

– Ясно.

Кабинка остановилась и они вышли на первом этаже Башни.

– Ну что, сестрёнка? – улыбнулся Леон и обнял её за плечо. – Идём смотреть твой новый дом?

– Идём! – весело сказала Ванесса и обняла его в ответ за талию, а сама про себя хихикнула: «Хорошо, что тебе всё же не всё ясно!»

Часть 3

Глава 21. По-взрослому

Леон

В тот же день, поздний вечер.

Леон зашёл в свою комнату на втором этаже своей усадьбы и закрыл за собой дверь на замок. От его безупречной осанки и уверенной походки тут же не осталось и следа. Он сильно ссутулился, будто на его плечи водрузили два мешка с зерном, а его руки повисли безвольными плетьми. В таком состоянии он добрел до кровати и рухнул на неё лицом вниз. Полежал так немного и перевернулся на спину, раскидывая руки по сторонам.

«Интересно, этот кошмар когда-нибудь закончится?» – безрадостно думал он, глядя в потолок, не в силах больше пошевелиться.

Ему казалось, что та гора, что он только что нёс на плечах, теперь растеклась по всему его телу и каменной плитой вжимает его в кровать. От этой мысли ему даже начало казаться, что с каждой минутой дышать становится всё труднее и труднее. Но он всё же переборол себя: сделал несколько глубоких вдохов-выдохов, и наваждение прошло.

«Интересно, смогу ли я когда-нибудь снова себе принадлежать? А то я уже и не знаю, где в этом всём моё „я“. Все от меня что-то хотят, требуют, всем я что-то должен, и этот список только увеличивается… Наверное, это всё же была плохая идея – сбегать тогда в лесу… Выкопали бы мы те аметисты, спокойно вернулись домой, и жил бы я себе и дальше спокойно… Гулял бы с народом, помогал бы им, чем мог… Интересно, как там Нэд без меня справляется всё это время? Надеюсь, они тогда успели закончить ремонт крыши до зимы… Помогать им мне никогда не было в напряг. Интересно, почему? Может, потому что они от меня ничего никогда не требовали и не ждали? А… Наверное, поэтому – они не грузили меня своими ожиданиями. С ними всегда было легко… А здесь… Задыхаюсь я с вами здесь…»